Текст книги "Сказки центральной Индии"

Автор книги: Автор Неизвестен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 29 страниц)

Проснулись сингхи, видят – их раджа исчез,– и пошли его искать. Ребятишки, что в Хардинагаре играли на улицах, болтали про небывалые похороны – вот сингхи и догадались, где тело их раджи. Выкопали они его и снесли на реку. Там тело обмыли и. вернули в него душу раджи. Раджа переоделся и пошел в дом к горшечнику. Рядом с горшечником жил один брахман – он был у раджи главным жрецом. Раджа Лоха-бандха убил этого брахмана, надел на себя его платье и пошел к радже Рамдарваю. Раджа начал держать совет со жрецом: как ему к свадьбе с Хиро готовиться. Лохабандха взял священные книги, стал в них читать, потом говорит:

– О раджа, стоит тебе надеть жениховскую гирлянду на шею, как ты умрешь.

– Вырви этот гороскоп прочь из своей книги. Я хочу жениться на ней.

– Нет, немыслимо это. Есть один только выход. Пусть женихом будет тот, кто первый утром попадется тебе на глаза. Наденут ему гирлянду на шею, и он умрет, а ты встанешь на его место. И его тоже можно спасти, стоит только напоить хорошенько гостей.

На другой день раджа Лохабандха оделся дровосеком' и рано поутру пришел ко дворцу. Раджа стал его звать, а дровосек не идет.

– Мне сказали, что я умру, если сделаю, как ты велишь. А потом сказал, что и сделает, если раджа напоит всех, кто на свадьбу придет.

Началась свадьба. Вина были полные кувшины. Жених вина гостям не жалел. Скоро все напились и повалились головами в колени к соседям. У всех посползала одежда, только они того и не замечали7. Тут раджа Лохабандха рассказал своей жене Хиро обо всем, что произошло. Он вынул кинжал и стал резать носы у гостей. Самому радже он вырезал нос так глубоко, что в дыре показались шесть верхних зубов. Побросал он носы в корзинку и отнес ее в хлев. Потом он отвел Хиро к себе в шатер и приказал, чтобы сингхи и солдаты-гонды готовились к битве.

Рано утром – еще темно было – пришел в хлев пастух и споткнулся о корзинку. Пощупал рукой, а там – мясо. «Ага,– думает,– меня не позвали на свадьбу, зато вот что я получил. Видно, кто-то из добрых людей обо мне позаботился». И как начнет есть – хруп да хруп. Как рассвело, пастух увидал, что он ест, и выбросил прочь все остатки. А во дворце гости проснулись, чувствуют – носам больно. Спрашивают один у другого:

– Где твой нос?

– Что ты меня спрашиваешь? Твой-то где?

Скоро они увидели своего раджу. У него через дыру зубы торчали. Он ни слова не говорит. А гости злятся:

– Что это за свадьба? Раджа им:

– Идем биться! Надо отомстить!

– Нет,– говорят.– Не будем больше мы тебе помогать добывать юных девушек для твоего удовольствия.

Раджа Лохабандха простоял в шатре восемь дней и девять ночей – ждал, кто с ним биться выйдет. Да так никто и не вышел. Тогда он увез Хиро, свою возлюбленную невесту, к себе в царство и жил там с ней счастливо до конца жизни.

47. Сингхисурва

В Палинагри жил Сингхисурва, сын Паревы, сына Аревы-раджи. В замке Чанда' жил раджа Бхогибила Сингх. Он был очень богатый и никого не боялся. Ну и поехал раз Сингхисурва в замок Чанда – просить дочку раджи в жены своему сыну. Он ехал верхом на огромном коне, и звали коня Хансд-хар. Приехал он в Чанду и стал лагерем у раджи в цветнике перед замком. А замок поднимался ввысь на семь этажей, и повсюду вокруг него были устроены западни, так что всякий, кто пробовал тайком проникнуть внутрь, в них попадался. У каждых ворот стояло на страже по двенадцать солдат. Раз утром раджа поднялся на самый верх замка и посмотрел вниз. Тут он и увидел этого громадного, словно слон, коня, что топтал его цветник.

– Двадцать четыре года никто не осмеливался беспокоить меня,– сказал он.– Кто же это явился на такой махонькой лошаденке пред мои очи? Подите, схватите его и притащите сюда, как ташут пленников!

Но Сингхисурва был хитрый раджа. Когда он спал, он всегда держал один глаз и одно ухо открытыми. Он разбил шатер и закрепил его на двенадцати золотых колышках. Подошли слуги раджи и говорили с ним непочтительно.

– Подите к вашему хозяину,– сказал он им тогда,– и скажите ему, что я – Сингхисурва, сын Паревы, сына Аревы, раджей Палинагри, и пришел я искать руки дочери раджи для моего сына.

Как услыхал такое раджа Чанды, он сильно разгневался.

– Поколение за поколением мы правили здесь,– сказал он.– А теперь он приходит сюда и ведет такие речи.

Он повелел своим военачальникам готовиться к битве, и они стали готовить щиты и кольчуги, мечи и копья. Сингхисурва проспал восемь дней и девять ночей, и дорожную усталость с него как рукой сняло. Он собрал вокруг себя всех духов невидимого мира. Мать-земля была с ним и Басу-мата, на чьей голове покоится мир. Были здесь и Агьядану, владыка огня, и Байталдану, повелитель вихрей, Алопурби и Кункални, Рактипурбу и Чатибурма, Мата Котма и Мата Гандани, черные и жестокие дьяволицы Санкани Данкани и Чилкни Чабнн, осы и шершни, старый пень, что по ночам по лесу летает, смерч Хатьяматья и Сингитуми – все духи ночи тут были. Вот какое у него было войско. А сам он спал глубоким сном.

Как напало это войско духов и дьяволов на армию раджи Чанды, сразу половину его солдат перебило. А громадный конь стоял и на битву глядел, а потом пошел к шатру и растолкал Сингхисурву.

– Что ты спишь? – спрашивает.

Раджа встал, надел свои доспехи, сел на коня и взлетел на нем прямо в небо. Как стрела летит в воздухе, так летел этот конь. Опустился на землю он в самой середине вражеской армии, и они разили, разили, разили, пока не остался в живых один раджа. Тут стали сражаться два раджи. Они сражались восемь дней и девять ночей, и наконец случилось так, что Сингхисурва, сын Паревы, сына Аревы, раджей Палинагри, упал с коня в потайную яму, где у раджи Чанды хранилось оружие. И раджа запер его там.

Тут огромный конь Хансдхар рассвирепел и принялся бить копытами. Он бил, бил и бил, пока не разрушил все, что было под силу разрушить коню, а потом поскакал назад в Палинагри. Он скакал и скакал, и скакал, и над ним солнце палило, а под ним горела земля. Там в лесу жил один раджа – Динга-мачи-кова звали его, и было у него три раза по двадцать жен. У него был колодец, а вокруг него западни и ловушки, чтобы ни зверю, ни птице не подойти было к воде.

У колодца стояло дерево, а на дереве висел длинный меч, и, когда кто-нибудь приближался к колодцу, меч звенел – доон-доон-доон! Коня мучила жажда, и он подошел к колодцу. Меч сразу тревогу забил. В те поры раджа с двором был на охоте. Увидел, что конь пьет из колодца, разгневался и велел его поймать. Конь кого лягнул, кого укусил, взлетел в воздух и наконец достиг Палинагри.

А Лингарани, жена Сннгхисурвы, той порой все на дорогу смотрела. Увидела коня без всадника и принялась плакать.

– Ты почему вернулся один? – кричит. Конь ей все рассказал.

– Твой раджа мертв,– говорит.

Сына у Сннгхисурвы звали Палибирва. Ему было пять лет. Видит он: мать его плачет, а конь вернулся один – и спрашивает, что приключилось. Как услышал, в чем дело, совершил омовение, принес воды к священному дереву тулси, поклонился пяти духам, коснулся челом груди Земли-матери, устроил все дела в царстве, простился со своей матушкой, вскочил на коня, крикнул: «Пойду, посмотрю, что этот раджа с моим отцом сделал!» – и поднялся в воздух.

В лесу на дереве сидел черный дрозд. Летят они с конем мимо, а дрозд что-то сказал. Конь остановился, и мальчик говорит:

– Ты что нам мешаешь? – А потом коня спрашивает: – Убить мне его?

– Нет, не убивай,– говорит Хансдхар.– Пожуй немного бетеля и сплюнь слюну птице в рот. Это будет нам знак. Если в пути с нами что-нибудь приключится, мы будем знать, чья в том вина.

Так они и сделали и пошли дальше. Спустя немного времени они дошли до дерева пипал, где жила Рани Гидхал – царица грифов. У нее было двенадцать птенцов, только десять из них съела кобра. Палибирва приблизился и видит: ползет кобра с дерева.

– Что мне делать? – спрашивает он у коня.

– Убей ее! Убей ее! – говорит конь.

Вот он и убил ее. Только хотел идти дальше, двое грифов-птенцов говорят:

– Не уходи так скоро. Ты ведь нам жизнь спас.

А он говорит:

– Нам надо идти, а то ваша мать нас убьет.

– Нет,– кричат птенцы,– не убьет. Мы обещаем. Взяли и спрятали мальчика вместе с конем позади дерева.

Тут и сама Рани Гидхал показалась в небе. Своим двенадцати птенцам она несла двенадцать звериных тушек: пять в клюве, пять на спине и две в когтях. Подлетела поближе к дереву и закричала:

– Чую, Человечиной пахнет. Откуда бы это?

– Ничего,– говорят ей птенцы.– Это мы человечину ели, вот от нас и пахнет. Иди, сама посмотри.

Спустилась она под дерево и тут увидела изрубленную в куски огромную кобру.

– Благословение тому, кто убил эту злодейку,– сказала она.– Ведь это она погубила моих детей. Кто совершил это доброе дело?

– Мы боимся его тебе показать,– отвечают птенцы.– Не вздумала бы ты его съесть.

– Я скорее вас самих съем,– говорит она.

Ну а когда она так сказала, птенцы подвели к ней мальчика и коня. Старая царица грифов обрадовалась и похлопала коня по холке.

– Мое благословение с вами,– сказала она.– Случись беда, только позовите меня, и я приду к вам на помощь.

Мальчик отправился дальше и приехал в Чанду. Там он стал лагерем. Шатер у него был на золотых кольях, матрац на кровати был золотой, гвозди тоже из золота и с жемчужными головками, а покрывало – из шелка. Там он и лег спать.

У раджи Чанды под властью были тридцать шесть других раджей, двадцать один раджкумар и богачи из пятидесяти двух городов – вот какой у него был дарбар.

– Все здесь мое,– сказал он.– А теперь пришел новый враг.

Мальчик начал с ним воевать. Он встал рано утром и пустил коня пастись к радже в сад. А сам пошел искупаться в дивный бассейн – там, на золотой йлите, дочки раджи стирали платья. Искупался он и швырнул ком грязи в бассейн. Рыбы и черепахи поднялись со дна, высунули из воды головы и уставились на него в страхе. Он взял и стукнул по плите, да так сильно, что кусок отлетел – прямо в слона раджи и сразил его наповал. А остаток плиты мальчик поднял одной левой рукой, запустил им к радже в дарбар и разом прикончил половину придворных. Так война началась. Там, где они бились, сухая земля стала топью, а топь превратилась в кровавые реки, и рыба в реках задыхалась. В этих реках змеи стали стражниками, а крокодилы – старостами, и вся рыба бросилась из мелких речушек в Нарбаду. Для рыбы это было несчастье, зато хищному зверю – раздолье. Звери повылезли из своих логовищ – и бегом пировать на мертвечину.

– Куда это вы все бежите? – спрашивает гиена.

– Наш спаситель пришел,– они ей отвечают.– На полях наших созрел урожай. Мы идем его снимать.

Они сражались, сражались и сражались, пока весь мир не ослабел и не выбился из сил. Рыбы плавали уже не в воде, а в потоках пота, что лился с бойцов. Наконец раджа Чанды пал в битве. Мальчик взял его голову в руки и сказал:

– Я увезу ее в свое царство и посажу там на шест – пусть ее птицы клюют. Я получил все, что хотел, кроме отца.

Он разыскал рани, схватил ее за волосы и закричал:

– Я буду бить тебя по лицу, пока ты мне не скажешь, где мой отец.

Она говорит:

– Я весь свой век сижу здесь, в этом дворце. Откуда мне знать, где твой отец? Мне ничего не доводится видеть, только эти золотые качели, на которых качаются взад и вперед желтая, зеленая и красная девушки. В руках у них попугаи – желтый, зеленый и красный – все в золотых клетках. Это подружки мои. А о мужчинах откуда мне знать?

Еще у той рани была маленькая дочка, шести месяцев от роду – рани Гайла ее звали.

Мальчик пошел искать дальше и наконец нашел оружейню. Там, меж землей и небом, висел на копьях, как свалился на них, его отец. Мальчик воззвал к Земле-матери и к Тхакуру-део и вернул отца к жизни.

– Идем, сынок,– сказал отец своему малому сыну.– Возьмем с собой эту девочку – пусть она тебе будет женой.

Сели они на коня, и он понес их в поднебесье – и прямо домой. Там они к каждому племени обратились с приветствием, ему подобающим, и мальчик воскликнул:

– Вот голова нашего врага! Вот моя невеста! Вот мой отец – он снова дома, живой и невредимый!

А они говорят:

– Ты привез девочку, а свадьбы настоящей не справил. Надо тебе устроить пир для всего нашего племени.

Вот раджа и устроил им пир. Обошелся тот пир в двадцать пять тысяч рупий. Тут уж все были довольны. Мальчик-раджа сидел на троне, а его рани качали в золотой колыбельке желтая, зеленая и красная девушки с попугаями в руках.

48. Женитьба на Бэл-кании

Был у муриев раджа. Жена его много времени проводила с его младшим братом. Раз они поссорились, и младший брат раджи оставил дворец и ушел в чужие страны.

Шел он все дальше и дальше, пока не пришел к семи морям, где жила со своим мужем – а муж у нее был ракшас – Джал-кания '. За теми семью морями, на дереве бэл, в его плоде, жила ее сестра – Бэл-кания. Этот плод стерегли тигры, медведи и змеи – на двенадцать косов вокруг они жили.

Юноша низко поклонился Джал-кании, и она спросила его, зачем он пришел.

– Я иду жениться на Бэл-кании,– говорит он. Увидела Джал-кания, до чего он хорош собой, пожалела его и рассказала, как трудно добыть Бэл-канию. И сказала еще, что скоро придет ее муж и проглотит его. Как стало солнце садиться, она спрятала юношу в задние покои, потому что услышала – муж ее возвращается. А ракшас, как вошел в дом,закричал:

– Чую я, человечьим духом здесь пахнет.

– Никого тут нет, кроме меня,– отвечает жена.

Да ракшас не успокоился, и пришлось ей наконец сказать ему правду – это когда он обещал, что не тронет юношу. Джал-кания вывела юношу из задних покоев, а ракшас не удержался, разинул свою огромную пасть и его проглотил. Только юноша вмиг своим волшебством обратился в малютку, с палец всего, не больше, ростом, и разом проскочил через глотку ракшасу прямо в живот. Вынул он нож из ножен и раскромсал ракшасу печень. Потом проткнул ему сердце, распорол брюхо и вышел вон. Видит Джал-кания, что получилось, и стала плакать.

– Как мне теперь жить без моего мужа?

Потом она рассказала юноше, что только этот великан ракшас и мог пособить ему миновать стражу, стерегущую плод, где скрыта Бэл-кания.

– Не горюй,– говорит юноша.– Я его оживлю.

Своим волшебством он вернул ракшасу жизнь, а Джал-ка-ния сразу принялась уговаривать мужа, чтобы он помог юноше и больше ему не вредил. Ракшас взял козу, кувшин молока и корзинку плодов и понес юношу через семь морей к лесу, где жила Бэл-кания. Подошли они близко, и бросился на них тигр. Ракшас ему кинул козу – пусть ее ест. Потом вышел медведь – ему ракшас отдал плоды. Потом выползла змея – ей дали молока. Так и дошли до дерева бэл и сорвали тот плод. Ракшас отдал плод юноше и говорит:

– Ты его в дороге не разрезай. Подожди, пока до дому дойдешь.

Попрощался он с юношей и его отпустил. Пошел юноша к дому, а дорога-то была дальняя, и на третий день соскучился и захотелось ему увидеть Бэл-канию. Сел он на берегу пруда, разрезал плод, и из него вышла девушка невиданной красоты. Села с ним рядом и принялась ему расчесывать волосы. Пока она так чесала, юноша и заснул. Кончила она и пошла ему готовить поесть. Приготовила, стала будить его, только он так крепко уснул, что она его поднять не сумела.

А возле того пруда была площадка. По вечерам на нее приходили юноши и девушки из Подземного царства2 – потанцевать и попить воды из пруда. Той самой ночью, когда Бэл-кания сидела рядом с братом раджи и старалась его разбудить, юноши и девушки из Подземного царства пришли испить воды и увидели их. Пошли они скорей сказать о том своим главным и рассказали, какую красивую видели девушку. Сразу все оттуда вышли к пруду и силой увели с собой Бэл-канию в Подземное царство. А брат раджи так и остался там спать.

Проспал он подряд шесть месяцев. Проснулся, видит – Бэл-кания куда-то исчезла. Бросился он ее искать. Бегает в горести взад и вперед, и случись ему тут наступить на что-то такое – с виду ему показалось, будто то муравейник. Наступил и слышит негромкий голос: «Кто ступает по мне?» Отгреб юноша мусор в сторонку и видит: муравьи-то муравейник устроили в человеческих волосах. А волосы те протянулись на двенадцать косов, и, как отгреб он землю и мусор на всю эту длину, так и увидел, что человек этот – садху. Садху сказал, что он столько лет исполняет обет, что и забыл, где он сейчас.

– Теперь скажи,– говорит,– чем тебя наградить.

Юноша ему рассказал обо всем, что с ним приключилось, и садху сказал:

– Бэл-канию увели в Подземное царство тамошние юноши.

– Я пойду и ее заберу,– говорит брат раджи.

– Попасть в Подземное царство не просто,– говорит садху.– Для этого надо веревку из лыка с двенадцати лесов.

Юноша ободрал на лыко двенадцать лесов и свил длинную-предлинную веревку. Садху обвязал один конец этой веревки вокруг его пояса и стал его потихоньку спускать.

– Как найдешь ее, дерни веревку, и я тебя вытащу.

Спустился юноша в Подземное царство и видит: тамошние юноши и девушки пляшут – идет первый день свадьбы Бэл-кании. Он на них сразу бросился, и они бились три дня подряд. Наконец он перебил всех юношей и девушек Подземного царства, взял Бэл-канию на руки и дернул веревку. Садху потащил их наверх. Только дотянул до середины, Бэл-кания говорит:

– Я забыла внизу ожерелье.

– Я его тебе принесу,– говорит юноша.

Отпустил он веревку и спрыгнул вниз. А садху веревку все тянул да тянул, пока перед ним не предстала прекрасная девушка Бэл-кания. Садху так и влюбился в нее, разом порвал веревку на мелкие клочья и разбросал их по сторонам, чтобы юноша никогда уж не смог вернуться на землю.

А там, внизу, в Подземном царстве, юноша отыскал ожерелье Бэл-кании и стал стараться вылезти обратно на землю. Только как ни старался, все попусту. Выбился он из сил, лег и уснул. Дня через два или три дух от мертвых, кого он здесь перебил, дошел до самой земли'и слетела оттуда в Подземное царство пара грифов. Видят они, между тел вроде лежит живой человек. Подняли они юношу на ноги, и он им все рассказал, что с ним случилось. Они его пожалели и решили отнести обратно на землю. Самка грифа посадила его к себе на спину и наверх вынесла.

Ну а садху тем временем привел Бэл-канию к себе в дом. Пошел юноша ее разыскивать и в конце концов встретил девушку, которую звали Джогал-каро. А была она дочерью садху, и сидела она на качелях. Услышала, кто он такой, и рассказала ему, что ее отец садху и что он запер Бэл-канию в комнате за семью крепостными стенами. А потом предложила себя юноше в жены.

– Женюсь, если ты скажешь мне, где смерть садху лежит.

– Она в птичьем гнезде посреди моря. Возьми это кольцо и можешь идти туда.

Юноша взял кольцо и бросил его в море. Вышла наверх огромная лягушка, посадила его к себе на спину и понесла к тому месту, где свила гнездо птица. В гнезде была одна только птица, и юноша взял гнездо вместе с ней и вернулся к Джогал-каро.

Той порой пришел домой садху.

– Человечьим духом пахнет, я чую,– говорит.

– Это мой будущий муж,– говорит девушка.

– Тогда мне надо на него поглядеть.

Как увидел он юношу и узнал его, он и думать не велел дочери идти за него замуж. Схватил его и потащил – принести в жертву Чанди-дэви.

Пришли они к месту, где жертвы приносят, садху насыпал на землю три кучки рису и велел юноше стать на колени и клевать рис, будто он курица.

– Не знаю я, как это делать,– говорит юноша.– Покажи сперва сам.

Садху наклонился, чтоб рис достать, а юноша у него выхватил меч и убил его. Из его крови поднялась тысяча садху. Только юноша зарубил одного, поднялась новая тысяча; зарубил второго – еще тысяча встала на его месте.

Увидела Джогал-каро, что творится, схватила гнездо и переломила у птицы лапки и крылья, и сразу у всех садху подломились ноги и руки. Потом перерезала птице горло, и все садху умерли. Юноша вскочил на коня садху и поскакал в крепость, где была заточена Бэл-кания. Посадил он ее позади себя и поехал с ней прочь. Увидела то Джогал-каро, переполнилось ее сердце ревностью, схватила она лук и стрелу, выстрелила в юношу и убила его.

Конь с девушкой встали над телом и плачут, а девушка в горе бросилась наземь. Услыхал плач мангуст. Видит, девушка себя не помнит, обвязал конец веревки ей вокруг груди, а другой конец привязал к дереву. Плачет девушка о потерянном женихе, а дерево раскачивается взад и вперед – вот она и пришла в себя.

– Что за беда? – спрашивает мангуст.

Она ему рассказала.

– Ничего теперь не поделаешь,– говорит он.– Осталось нам набрать дров и предать тело огню.

А пока конь и девушка ходили за хворостом, мангуст влил мертвому в рот своего снадобья, и тот ожил. Тут мангуст сказал юноше, что они сводные братья.

– У меня хвост и шерсть такая густая, потому что мать родила меня в поле – сгребала золу, когда выжигали новый участок. А твоя мать за порог дворца не ступала – вот почему у тебя такая чистая гладкая кожа.

Вернулись конь с девушкой, дров для костра принесли, видят – юноша живой, и очень обрадовались. Тут юноша позвал Джогал-каро и сказал ей, что Бэл-кания будет его первой женой – ведь, чтобы ее добыть, он столько тягот перенес,– а Джогал-каро пусть не ревнует – он и на ней тоже женится.

Потом все вместе пустились в путь к дому, и, когда раджа, его старший брат, услыхал, что он возвращается, он вышел их встретить и повел их всех к себе в дом. С того дня все они жили в довольстве и счастье.