Текст книги "Я, ты и наша тень (СИ)"

Автор книги: Наталья Жарова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 22 страниц)

Глава тридцать третья

– Ну и что ты ревешь? Подумаешь, некоторые считают тебя глупой и взбалмошной. оно так и есть, что обижаться-то? Эй! Ты чего дерешься⁈ что я такого сказал? Ну вот опять… И что ты ревешь?

Хомка ошибался. Я не ревела. Я злилась. А если и подвывала, так только от собственного бессилия.

Да что Нил о себе возомнил? Обижается на меня за то, что его ожидания наткнулись на ложь. Между прочим, неспециальную!

А сам-то? Что он сам делает с моими ожиданиями? Я его, понимаете ли, люблю… А в ответ ничего хорошего. Вот и живи с этим, как хочешь. Данай говорит, что не стоит торопить события. Так я же не смогу до старости ждать! Я Нила сейчас люблю, а не потом.

Если честно, то я всегда считала, что понравившегося мужика женить на себе нужно сразу, при первом же удобном случае. И не слушать вечные отговорки. Пусть потом, следующие лет пятьдесят, разбирается, любит он меня или нет. Как раз к внукам разберется.

Вот с такими философскими мыслями я ехала одной из первых в нашем отряде. Так сказать, у всех на виду. Захочешь отлучиться, и не получится. Лессирам дан строгий приказ не спускать с королевы глаз, а то не ровен час, опять в какую-нибудь историю вляпается.

Смирная лошадка ритмично стучала копытами и от этого монотонного звука, в скором времени, меня склонило в сон. Снилась какая-то дребедень… Ромашки, бабочки, кузнечики с пчелками и огромный длиннохвостый дракон. И именно это многометровое создание ласково так поговаривало:

– Все тени Белоземья за вас будут…

А людишки вокруг копошились, головами качали, руками в стороны разводили. И хотя тени лессиров пытались перевести хозяевам слова призрачного гиганта, понимания они не достигали.

– Боги, неужели так тяжело догадаться, что он сказал? Человеческим же языком говорит… – сквозь сон ворчу я.

– Что ты имеешь в виду? – подозрительно послышалось совсем рядом, да еще так громко, что я тут же распахнула глаза и узрела склонившееся ко мне лицо Нила.

А впереди нашей кавалькады, подергивая шипованным хвостом, стоял громадный ящер и пытался объясниться с человеками. Так это был не сон?

– Тала, – переспросил меня Нил. – Ты действительно понимаешь его?

– Ну да.

Ой, сейчас опять разобидится, вновь обвинит в обмане.

– Вот как? – лессир удивленно приподнял брови. – Ты понимаешь не только свою пару, но и еще одну Тень?

– Э… нет… не совсем. Вообще-то, я понимаю абсолютно ВСЕХ Теней. И… прикасаться могу тоже ко всем.

Ну, все, сейчас будут долгие минуты возмущенного крика. Я уже приготовилась, зажмурилась, побольше воздуха в легкие набрала, чтобы было чем отвечать, а ожидаемой ругани так и не последовало. Приоткрываю один глаз… Он что там, умер, что ли? Что молчит-то?

Нил смотрел на меня совершенно спокойным, даже несколько отчужденным взглядом:

– Я мог бы догадаться… Наследница. Насколько мне известно, ваша матушка славилась этим же умением.

И отвернувшись, как ни в чем не бывало зашептался о чем-то с Одом.

Ух, пронесло. В этот раз обошлось без скандала. Значит, моя мама тоже умела говорить со всеми Тенями? Не знала. Видимо, это передается по наследству. Ну что ж, все не так плохо.

Я подъехала к дракоше. Вид у птеродактиля был, мягко сказать, утомленный. Бедное существо уже не знало, как еще объяснить мелким людишкам, что он хороший и ведет переговоры от лица всех угнетенных Теней Белоземья.

Конечно, Од и Крух пытались стать посредниками между летающим ящером и лессирами. Но это получалось плохо. Все-таки пара – это пара. А иноземная Тень, полностью свободная от человека, не воспринималась людьми, как самостоятельное существо.

– Спроси, что он хочет? – велел Нил.

Дракон был чудесным. Наикрасивейшим существом из всех, что я когда-либо видела.

– Привет, – прошептала я.

– Приветствую, Ваше высочество, – ответил он. – Ваши люди боятся меня?

– Они просто осторожны.

– Понимаю.

В его глазах светилась радуга, а на чешуйчатой коже резвились солнечные блики.

– Какой ты красивый, – я восхищенно провела рукой по лапе.

– Тала! Что он хочет? – вновь подал голос Нил.

– Все в порядке! Он поможет нам! Все тени Белоземья на нашей стороне!

Поднялся оживленный галдеж. Лессиры выражали радость новому союзнику. Еще бы, этот призрак представлял собой немалую силу.

– Отлично, – Нил согласно кивнул. – Тогда вперед. В столицу!

Так вот куда мы направляемся. Прямиком в гости к Грэму. Ну что ж, надеюсь, он радушный хозяин и встретит нас с гостеприимной улыбкой.

– Ваше высочество, – внезапно предложил ящер, склонив большую голову. – Хотите, подвезу?

Нас с Хомкой даже не пришлось упрашивать. Под удивленными взглядами лессиров, мы гордо протопали к широченной драконьей спине и, использовав подставленную лапу, в качестве ступени, с довольными улыбками заняли места на единственном воздушном транспорте.

Птеродактиль расправил мощные крылья и, сделав несколько сильных взмахов, оторвался от земли.

* * *

День пролетел незаметно. Я наслаждалась полетом!

Мир оказался таким маленьким, совсем крошечным. И помещался буквально на ладони. Где-то далеко внизу виднелись лессиры. Но нам с Хомкой не было до них никакого дела. Мы упивались от восторга.

– Ой, Талочка, смотри, а вон макушка Нила! И я сейчас как плюну, как плюну, что думаешь, не плюну? А я плюну, – верещал Хомяшечка. – Ой, Талочка, а что это он так недовольно на нас смотрит? Если будет спрашивать, скажу, что это ты плевалась.

Внезапно наш дракон ринулся вниз. Пронесся мимо лессиров, демонстративно широко улыбаясь. Вновь взмыл вверх, сделал круг и опустился на невысоком холмике.

– что такое? Дракоша, что ты меня все время приземляешь?

– Скоро ночь, – ответил ящер. – А это безопасное место.

Мы спешились и с довольными мордочками уселись поджидать отставшую компанию.

– Ну и где оно? Тала, где оно? – подперев кулачками щечки, вопрошал неугомонный Хомка.

– Что «оно»?

– Лессиры.

– А почему «оно»? – я опешила.

– Ой, не учи меня разговору! Я всегда говорю что надо, – выдал тень и, забравшись на теплую драконью спину, захрапел.

– Утомился, – проворковал ящер, прикрывая пушистика крылом, словно одеялом. – Пусть отдохнет. Первый раз летал.

А вскорости подоспели и лессиры.

– Тала, а вы здорово смотрелись! – восхитился Данай.

– Это все благодаря дракоше, – не стала я присваивать себе чужие заслуги.

– Нам повезло с ним, – блондин довольно кивнул. – Ты представляешь, какая это военная мощь? Да Грэму одного его вида будет достаточно. Уверен, сразу сбежит, – он весело подмигнул.

Я, конечно, понимала, что Данай просто бравирует. На самом деле легкой победы ожидать не стоило, но шансы на благополучный исход все-таки появились.

– Ладно, ты отдохни пока, а мы сейчас быстренько палатки расставим.

Разве кто против? Темнеет быстро, а ночевать под открытым небом, не слишком хотелось.

– Держи, пока время есть, надо поужинать, – Данай сунул мне в руку тарелку и присел рядом. – Как ты?

– Нормально.

Я была благодарна Данаю за поддержку. Сейчас он единственный, с кем я могу поговорить по душам. Ну, за исключением Хомы.

– Наш благородный правитель сегодня выматерился от души, когда ты взгромоздилась на спину к дракону и взмыла вверх.

– Да? А мне показалось, что ему все равно.

– Тебе это только показалось. И вообще, мне кажется, что вы оба ведете себя, как малые дети.

– Насчет него, я с тобой полностью согласна. Эта нелепая обида… сплошное ребячество!

– А насчет себя ты не хочешь согласиться? – хмыкнул Данай. – Ну ладно, ладно, не язви, знаю, что найдешь кучу оправданий. На вот, лучше хлебни вина.

– Не буду.

– Бери. Поможет. Хоть отвлечешься от грустных мыслей.

– Честно поможет? – я с сомнением покосилась на предложенную флягу.

– Хм… Верней всего нет. Но хоть согреешься. Пей.

– Знаешь, мне кажется не стоит этого делать, – усмехнулась я. – А то в прошлый раз пара глоточков хмельного напитка обернулась для меня сломанной мебелью в харчевне. Или уже забыл?

– Ха! Да такое разве забудешь?

Вот на такой позитивной ноте и прошел наш ужин. А после него все разбрелись спать. И только я осталась сидеть подле ночного костра.

Дозорных в этот раз не выставляли. Наш новый питомец – дракон – в одиночку нес вахту. И никто даже не сомневался, в своей безопасности. Противник же не дурак, вряд ли сунется, когда жуткий ящер зорко следит за округой.

Я смотрела на танцующие язычки пламени и думала о своем, о девичьем.

И что-то стало так грустненько в одиночестве… Эх, может зря отказалась от глоточка хорошего вина в приятной мужской компании? Тут я совершенно неожиданно заметила, что фляжка, которую так настойчиво предлагал Данай, была бессовестно забыта подле костра. Ну что такое… Эх, растеряша… И ведь как заманчиво она лежит… Ну не пить же в одиночестве, в самом деле?

И я, преисполненная самых добрых помыслов, взяла пресловутое винцо, небольшой поднос со всякой закусью, и целенаправленно потопала к палатке светловолосого лессира.

Тук, тук. А в ответ тишина… Спит уже, что ли?

– Данай? – тихонько зову его я. – Эй, Данай, я согласная!

Но он либо и правда забылся крепким сном, либо просто сделал вид, что дрыхнет. Как подсказывает моя пятая точка – второе.

– Ты уже раздумал? – все еще вопрошаю я, стоя на улице. – Я согласная же! И не просто согласная, но даже сама напрашиваюсь!

В палатке кто-то что-то пробурчал. Ага, будем расценивать это, как приглашение.

Я зашла внутрь. Темно-о-о, хоть глаз выколи. Ну в конце концов, для задушевных бесед и пьянки свет не нужен.

Так, и где будущий собутыльник меня ждет? В какой стороне?

– Данай… – шепнула я. – Я пришла. Голос-то подай.

Сделала пару шагов, спотыкнулась и полетела вперед в самой завлекательной позе, вверх тормашками. Поднос с закусью упал на пол, прибавляя грохоту. Фляжка, делая пируэт, также приземлилась куда-то под ноги.

– А-а-ах…

– О-у-у…

– Какого беса, тут происходит⁈ – совершенно неожиданно раздался грозный голос.

Полог, прикрывающий вход, резко отлетел в сторону и на пороге возник Нил с факелом в руке.

Сначала я подумала, что у правителя случился припадок. Уж слишком похоже он таращил глаза, кривил рот и тряс побелевшими кулаками. Хотела даже первую лекарскую помощь оказывать.

Но вдруг Нил начал материться. Да еще такими заковыристыми выражениями, что я поначалу даже заслушалась. А потом задумалась, с чего это он беснуется?

– Слезь, чудовище, – внезапно раздалось из-под меня.

Ой, мамочки, да это ж я на Данае лежу! А еще удивлялась, на что такое мягонькое меня угораздило свалиться. И вино рядышком. И поднос… А блондин-то и правда спал. Вон, даже раздеться успел… Хи-хи… какой голенький.

– Пошла вон отсюда! – краснея от ярости, надрывался Нил.

А, ну теперь понятно, почему он так злится. Я повертела круглой попой, пытаясь подняться. Ой, как наверно некрасиво со стороны это смотрится. Вино, еда, сплошная темень кругом. Романтика, твою мать! И Данайчик лежит в неглиже. И я сверху примостилась, в позе морской звезды.

Вот и доказывай потом супругу, что ничего не было.

Э-эх…

* * *

Весь следующий день Нил со мной не разговаривал. И с Данаем собачился постоянно. Нет, я, конечно, попыталась оправдаться. Но, увы, верить он напрочь отказывался.

А впрочем, и ладно. Его проблемы. Совесть у меня чиста. А что уж там его больное воображение себе нарисовало, абсолютно меня не касается.

– Тала, а что тут происходит? – вопрошал недоумевающий Хомочка, натирая лапками сонные глазенки. – Нил злой, как бес. Данай, красный как рак. И только ты с наглой мордой лица улыбаешься им обоим. Тала, ну что ты опять учудила?

– Ни-че-го, – весело ответила я и чмокнула Тенюшку в носик. – Пойдем лучше прогуляемся.

Дракоша отправился с нами. Луговые цветы завлекали ароматами, красные ягодки сами просились в желудок, а тихие перешептывания Теней вызывали улыбку.

– Да ты шо? Прямо так и пошла к нему? А он шо?

– А он спал.

– совсем спал или в одежде?

– Совсем.

– Ай-ай-ай, ну и что дальше?

– А дальше ворвался ваш правитель. Он, оказывается, за женой следил и слышал, как она кому-то говорила, что согласна. Вот и пошел следом.

– И? Ну, рассказывай же скорей!

– Что «и»? И заходит он в палатку, а там твоя двуногая, на белобрысом сверху лежит.

– Ух ты… а я все проспал! – в расстройстве крикнул Хомка и шмякнул махоньким кулачком о землю.

Дракоша и пушистик быстро нашли общий язык. Это радовало. Мне ящер тоже сразу понравился, и уж очень не хотелось расставаться с ним после.

Вдруг до нашего слуха донесся какой-то тихий писк. Оглядев поляну в поисках источника звука, увидела валявшегося на траве чудесного птенчика.

– Тень! Какой маленький, – восхитилась я. – Что же ты тут, один? Где твоя мама?

Покрутила головой в поисках призрачной птички. Нет, никого. А малыш так жалостливо попискивает.

– Двуногая, смотри, там есть гнездо, – дракон указал на дерево. – Выпал наверняка.

– Тогда надо обратно посадить. Малышу страшно.

Я задрала голову. Гнездо терялось где-то далеко в древесной кроне.

– Дракош, ты его туда забросить сможешь?

– Нет. Между стволов не пролезу.

– Ага. А меня подсадить повыше получится?

– Это без проблем, – пообещал ящер, вытягивая шею наподобие лестницы. – Так нормально?

– То, что надо!

Взяв в руку желторотика и проклиная толстенные, вечно мешающиеся накладки, поползла наверх. Преодолев две трети пути, машинально глянула вниз. Лучше бы я этого не делала. С перепугу высота показалась запредельной, и даже присутствие монолитного дракона не внушало спокойствия. Хомка, так вообще выглядел едва заметным муравьем, тщетно пытающимся разглядеть далеко в ветвях свою человечку. Одной рукой обняв ящера за шею, другой прижимая к себе птенца, я, как ленивец, висела, покачиваясь, на драконьей шее и боялась даже дышать, чтоб, не дай боги, не свалиться.

Нет, господа, летать на ширококрылом транспорте – это одно, а использовать его в качестве подъемного инструмента – совсем другое.

Немного отвисевшись, поползла дальше. Хм, энтузиазм по спасению птенца постепенно убывал. Добравшись до драконьей головы, я с ужасом поняла, что до гнезда еще ползти и ползти, а чешуйчатое тело уже закончилось. Вкривь и вкось растущие ветви не позволяли огромному созданию протиснуться ближе.

Мысленно попрощавшись с Хомой, Нилом, Данаем и всем человечеством сразу, я перелезла с ящера на само дерево. Шимпанзе бы плакало от зависти, глядя на мои пируэты.

Оказавшись в полуметре от птичьего дома я удобнее взяла желторотика и прикинула, как же поаккуратнее его туда определить? Одной ногой обняв ствол, другой обхватив ветку, а свободной рукой уцепившись за какой-то сучок, попыталась приладить пищащий комочек. Скажу честно, было очень неудобно. Глубоко вздохнув, я сделала волнообразное движение всем телом и, продвинувшись еще на пару сантиметров, опустила птенца в гнездо. О боги, наконец-то!

Осталось самое главное… спуститься вниз.

– Двуногая, – раздался голос дракона. – Ты как там?

– Жива. Пока что.

– Дотянись до меня, а я уж поймаю, – заверил он.

Кхе… легко сказать. Как бы тут повернуться-то?

Внезапно сквозь ветви, с противоположной стороны, протиснулась белоснежная птичья голова.

– Вам помочь?

Ой, мама! Я от неожиданности, чуть руки не отпустила.

– Э… да… если можно…

Голова исчезла, но тут же появилась вновь прямо под моей попой.

– Только глаза закройте.

Стараясь не высказывать удивления, осторожно присела на шею к пернатой и прикрыла веки. По лицу тут же захлестали листья. А через секунду голос раздался вновь.

– С удачным приземлением, Ваше высочество.

Распахнула очи… Земля! Родненькая! А рядом уже стояли дракон и Хома, оба какие-то чересчур удивленные.

– Что такое?

Хомик молча потыкал пальцем за мою спину. Я обернулась…

– Рух. Приятно познакомиться, – щелкая клювом, представилась пернатая.

Силы небесные! Птица-Рух – самая большая птица из всех существующих! Легендарное, почти мифическое создание! Так вот чьего птенца мы удосужились спасти. Хи, везучие, что и говорить.

Ну а в лагерь мы возвращались уже все вместе. Первым вышагивал довольный Хома. Следом – счастливая я. Позади – огромная пернатая. Ну и последним шел, с гордым видом за Теневое братство, гигантский дракон.

Стоило ли говорить, что у всех лессиров, при виде такого триумфального шествия, челюсти поотваливались? А один из них, темноволосый и величавый, еще браниться начал сквозь зубы.

Скучал обо мне, что ли?

Глава тридцать четвертая

– Как? Боги, как? Ну как тебе удалось всего за пару дней обзавестись ТАКИМИ Тенями? – недоумевал Нил.

– А я откуда знаю? Хомка сказал бы «судьба», – пожимала плечами я.

– В любом случае это большая удача. Тала, ты понимаешь, что с такими союзниками наши шансы увеличиваются в сотни раз?

Лаэрдский правитель эмоционально мерил полянку шагами и, похоже, даже начал забывать про былую ссору.

– Ты уверена, что птица-Рух поможет? – в который раз уточнял он.

– Нил, – мне уже становилось скучно. – Не забывай, что я наследная принцесса Белоземья, а здешние Тени, вроде как мои подданные. Ну, смотри, ведь в Лаэрде все жители и призраки встанут на твою сторону при случае? Так и тут то же самое. Мое право законное. А Грэм… Хоть дедуля Дард и отдал ему правление собственными руками, но народ-то против.

Нил слушал внимательно. А потом внезапно спросил:

– А ты уверена, что тебе это нужно?

– Что? – не поняла я.

– Ты уверена, что тебе нужно Белоземье?

– Это моя родина. Мой край. Мои владения, в конце концов.

– Ты родилась не тут, – напомнил Нил. – Забыла? Твоя мать сбежала отсюда до твоего рождения. Ты родилась в Лаэрде.

– Нил, но тут же… – я запнулась.

А что я могу ему сказать? В сущности, он прав, вот только я чувствовала ситуация немного иначе.

– Белоземье – родина предков. И это не простые слова.

– Думаешь? – темные глаза сощурились. – Твой отец лессир Лаэрда. А твоя мать отреклась от трона.

– Но Нил…

– Что?

– Я наследная принцесса.

– Ты уже королева! И твои владения – Лаэрд, – отрезал он и, развернувшись, скрылся в палатке.

Я порывисто вздохнула. Это что такое сейчас было? Он вновь готов считать меня женой? С чего бы это? Интересно.

Ну что ж, у меня есть человечек, который верней всего знает, откуда такие внезапные перемены в настроении правителя.

– Данай! Данай! – заорала я.

Но блондин, как назло, куда-то пропал. Поинтересовавшись у других лессиров и разузнав, где это белобрысое создание проводит свободное время, отправилась на поиски.

– Данайчик, хороший мой, иди сюда, – бормотала под нос я.

Через некоторое время пропажа нашлась. Данай грустно сидел на пенечке и общался со своей парой-Тенью.

Стараясь не шуметь, я спряталась за стволом росшего поблизости дерева и прислушалась.

– И что мы теперь будем делать? – спрашивал черный ворон.

– Не знаю, Крух, не знаю, – хмуро отвечал Данай.

Его длинные светлые волосы переплетались с черными крыльями тени и создавали завораживающий дуэт. Эти двое подходили друг другу как нельзя лучше. Дополняя, а иногда и наоборот, сдерживая свою пару.

Нил и Од были такой же идеальной четой. Да что там говорить, любой, даже самый обычный, лессир Лаэрда составлял со своей тенью единое целое.

И только я оказалась полной противоположностью Хомы… Нет, ну правда. И почему именно мне достался такой язвительный и вредный хомяк, когда я сама просто живое олицетворение всех положительных качеств? Несправедливо.

– А я тебе говорил, держись подальше от Талы, – наставительно приговаривал Крух. – Пусть Нил с ней сам разбирается.

– Она мне друг, – с укором произнес Данай.

– Ну и что? Зато теперь ты по уши в дерьме из-за сумасбродной девчонки!

Блондин фыркнул.

– Ничего, придумаю, что-нибудь.

Крух покачал головой, явно не соглашаясь с хозяином:

– Сходи к Нилу еще раз. Объяснись. Может он образумится?

– Не думаю. Он слишком привязан к Тале, хоть и пытается это скрыть. А я теперь для него и его ревности, как бельмо на глазу.

– Вот и помогай после этого людям, – сокрушенно прошептал ворон.

Я вышла из укрытия.

– Данай, я что-то не поняла, а что случилось-то?

– А вот и она, – тень недовольно сверкнул глазами. – Наше мучение.

– Крух, замолчи! – рявкнул Данай и уже более спокойно обратился ко мне: – Привет, Тала. Ты что-то хотела?

– Объясни, что происходит? Почему ты с кислой миной сидишь в одиночестве? И твой ворон начинает тихо меня ненавидеть?

– Он не ненавидит, – лессир поморщился. – Просто расстроен.

– А я тут при чем?

– Действительно! – фыркнул Крух, перелетая на соседнее дерево. – Сама невинность!

Данай цыкнул вслед Тени. А я и правда, ровным счетом, ничего не понимала.

– Чего это он?

– Просто не в настроении.

– Хм… Заметила. А почему?

Данай молчаливо пожал плечами.

– Давай, давай, поведай ей, что тебе Нил сказал, – раздалось с дерева.

– Значит Нил? – я начинала кое-что понимать. – А ну-ка рассказывай!

Блондин усмехнулся:

– Твой супруг прогнал меня.

– В смысле? Не захотел общаться?

– Нет, Тала. Он прогнал меня… совсем. Я должен покинуть вас сегодня до темноты. И в Лаэрд мне путь тоже заказан.

– Че-го? – ошарашенно захлопала глазками я.

– Его величество решил, что я не гожусь быть лессиром. И поэтому лишает меня титула, владений и всех прав, – сквозь зубы процедил Данай.

– Он что? Охре?!. – я заткнулась на полуслове.

Ну, знаете ли! Ревность ревностью, но это уже выходит за всякие рамки!

– Тала, не надо, – лессир похлопал меня по плечу. – Не злись. Вижу же, как негодующе загорелись глаза. Не стоит оно того. Я сам виноват, знал же, что с Нилом шутки плохи. Вон и нарвался.

Он говорил, а я глотала слезы. Представить даже не могу, что Данай покинет нас. Талантливый лессир, умелый воин, хороший друг. Как же так? Ведь и с Нилом они друзья с детства, как и их отцы.

– Ты ему не безразлична, потому и злится, – продолжал Данай. – А я под руку просто подвернулся. Да еще это ночное происшествие… Вот Нил и нашел выход. С глаз долой, из сердца вон, – он хохотнул. – Теперь-то твой муж точно перестанет ко мне ревновать.

Он смеялся, но смех звучал горько.

– Мне пора собирать вещи. Скоро темнеть начнет.

– Я тебя еще увижу?

– Очень надеюсь на это, Тала. Очень надеюсь.

* * *

Как же так?

Я не находила себе места. Почему? Ну почему так происходит? Как он мог так поступить? Не могу поверить, что ревность застелила ему глаза. Не может этого быть! Он слишком умен, слишком рассудителен, чтобы поступить таким образом. Какого же дьявола, он так раскидывается друзьями⁈

– Хома, как он мог?

Грызун морщил лобик и молчал, не находя ответов.

– Я же теперь не смогу его уважать.

– Тала, ты не торопись, – тень почесал макушку. – Сдается мне, что тут все не так просто. Может, стоит спросить у самого Нила?

– Уж поверь, я у него спрошу. Я у него так спрошу! – грозно сдвинув брови, пообещала я.

Палатка Нила находилась недалеко от моей. Специально просил поставить их ближе, чтобы удобнее было держать жену в поле зрения.

– Нил! – полная решимости, я откинула полог. – Ты что творишь? Что происходит⁈

Темные глаза, полные невозмутимости, вопросительно устремились на меня.

– Ты чем-то недовольна?

– Что ты сделал с Данаем? – я негодовала.

– А, так вот из-за чего весь сыр-бор? – хмыкнул Нил. – Можно было сразу догадаться.

– Как ты мог так с ним поступить?

– Хм, а я обязан тебе все объяснять?

– Да! – топнула ногой я.

– С какой стати? – уголки губ поползли вверх.

– Я твоя жена! Помнишь?

– Талочка, поверь мне, это сложно было бы забыть, – ехидно улыбаясь, проговорил он.

– Данай считал тебя другом!

Отвернувшись, я выбежала из палатки, успев напоследок услышать:

– Тала, стой!

Но мне вдруг стало все равно. Человек посмевший предать того, кто готов был жизнь за него отдать, недостоин уважения.

Вдруг позади послышались торопливые шаги.

– Тала, стой, – Нил догнал меня и развернул к себе лицом. – Я не все имею право рассказывать. Даже своей жене. Но, поверь, ни один мой поступок не сделан необдуманно. И уход Даная в том числе. Так было нужно. Он знал, на что шел

Я разглядывала его лицо, такое родное и любимое. И не могла понять его деяний.

– Ты сама поймешь все со временем, – вздохнул он.

– Надеюсь, – ответила я.

Темнота, беспросветным покрывалом, опустилась на наш лагерь. Ночь, вступила в свои бесспорные права. Тихо потрескивал костер. Смолкали птицы. Люди разбредались по палаткам.

А я с тяжким сердцем смотрела на походный шатер Даная. Он был уже пуст.

Светловолосый лессир ушел.