Текст книги "Это развод, мой герцог! (СИ)"

Автор книги: Наталья Варварова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 21 страниц)

Глава 25

– Я передвинул ознакомительное заседание на следующий день, – заявил Деус. – У нас уважительная причина.

Эта самая причина, то есть я, полулежала в огромном кресле с ножками и подлокотниками в виде львиных морд. Когда-то его выбрал себе Маркус, но в последние годы оно переехало в мой кабинет. И так там и осталось, потому что демон о нем забыл… Так, не раскисать. Я еще раз сфокусировалась на адвокате, сидевшем напротив.

Он пришел сразу после обеда, когда суматоха, вызванная моим глубоким обмороком и связанной с ним ночевкой Виттена, уже улеглась.

Сегодняшнее пробуждение стало для меня настоящим сюрпризом. Я открыла глаза в полной темноте и долго не соображала, где я и что случилось. Тролли не очень зорки от природы и больше полагаются на звуки и на запах. А люди, те, по-моему, выживают исключительно благодаря артефактам.

В общем, привычные матрас и подушки, знакомый аромат древесины и любимых свечей выдавали, что я в собственной постели. А перекличка садовников помогла понять, что наступило утро. Беррион всегда оставляла окно слегка приоткрытым. Меня подвело, что на ночь я – или кто-то, кто уложил меняв постель,– не зажег ночник.

Только я попробовала встать, как вошла Эллис и раздвинула занавески. Золотая (у пресветлых принято деления на Дома, они же кланы, и подруга относилась к Золотому дому) была взволнованна, разозлена и напугана одновременно. Обычная реакция после нескольких минут общения с герцогом.

Тот прямо с утра сцепился с Набериусом, но Эллис в дом пропустил. Два демона чуть не подрались на ступеньках крыльца. Повезло, что их отвлек малыш. Подозреваю, что они принялись улыбаться ему кто во что горазд, а потом Виттен все же уступил здравому смыслу – он же дал обещание до окончания разбирательства не вторгаться на мою территорию. А необходимость за мной присматривать уже отпала.

Из слов подруги следовало, что прямо от Думмелей он перенес меня к главному врачу столицы, по совместительству – семейному лекарю мэра Конвея. Тот взял кровь и снял слепок магической ауры.

Вечером я несколько раз порывалась очнуться, но меня погрузили в глубокий сон. И даже утром перебранка между инквизитором и Вельзевулом не разбудила после того, как проспала уже около девяти часов. Что же со мной произошло, внятного ответа не дали ни врач, ни муж.

Виттен утверждал, что колебаний магического фона перед тем, как я упала, он не почувствовал. Мол, во время танца, я гневалась все сильнее (его-то усилиями!), но ему и в голову не пришло, чем это закончится. Отголосков плохого самочувствия он тоже не уловил… Тут я могла бы возразить, что мой супружник на редкость дубовый демон – что с вязью и что без нее. Однако лекарь тоже не нашел ни малейших признаков недуга, предложив дождаться результатов лабораторного исследования.

Потаскав меня домой к доктору, а потом и в госпиталь, подозреваю, герцог изрядно утомился. Но он объяснил стремление остаться заботой обо мне и о сыне. Впрочем, мальчика на ночь вместе с кроваткой забрала себе Беррион, а Виттен спокойно расположился в спальне, отделенной от моей лишь дверью в стене, – ранее его собственной.

Обалдевшая от того, что я вдруг занемогла, Беррион даже не протестовала, когда хозяин остался на ночь. Даже Эллис, и та не потребовала объяснений, встретив Виттена в доме. Малыш, обнаружив, что огненный папаша вернулся, пришел в восторг.

Девушки, щадя мои чувства, описывали это весьма скупо, однако воссоздать картину не составило труда. Чтобы сын не «будил маму раньше времени», Вельзевул занял его фейерверками. На месте непролазного кустарника перед окнами гостиной теперь сияла роскошная проплешина.

Виттен ощутил мое скорое пробуждение и успел улизнуть минут за пятнадцать. Малыш тут же переключился на меня, потому что успел соскучиться. Я же, как и все домочадцы, долго привыкала к тому, что произошло. Первые два часа ходила только по комнате и медленно.

За все шестнадцать лет в Бездне мне не доводилось болеть ни разу.

Появление Деуса, такого собранного и официального, помогло сконцентрироваться. Он быстро прикрыл лазарет, который вокруг меня организовали подруги. На его месте снова заработал военный штаб.

– Как вы себя чувствуете, леди Церингерен? – деловито осведомился он.

Пришлось признать, что вполне нормально. Даже головокружение, остававшееся при пробуждении, сошло на нет.

– Должен сказать, что ваш обморок – уравнение с несколькими неизвестными. Сложно представить, как возможная болезнь отразится на процессе развода, – вздохнул Дэв, смягчая свое заявление участливым взглядом.

– Но я здорова. Всегда была здорова. Я не очень понимаю, как это могло произойти.

Обвинять Виттена, что он приложил к происшествию руку, не стала даже Беррион.

– Нам остается уповать на медицину. Как ваш муж, герцог получит все результаты анализов. Один экземпляр вам, другой – ему. Скрыть от него факты не выйдет. Нет-нет, я не имею в виду, что у вас что-то серьезное, Ваша Светлость. Всего лишь рассуждаю, – поспешил успокоить меня Дэв.

Осматривавший меня доктор вынес вердикт, что физически я, пожалуй, слабее, чем троллихи моего возраста, но все равно удивительно крепка что для демона, что для человека.

– А это не могло быть следствием привязки? – озвучила я то, что всерьез меня беспокоило. – У меня еще до встречи с Марсом на том балу появились не свойственные мне мысли.

Но адвокат отверг это предположение. Он принес заключение нескольких врачей. Вердикт был, с одной стороны, обнадеживающий: на иные расы печать крови не оказывает столь сильного давления, как на выходцев Бездны.

Муж или жена входили в клан своего демона, чтобы получить признание семьи и других демонов. Эмоциональное единение формировалось постепенно и не имело прямого отношения к кровным рунам…. Однако в конце концов оно возникало даже с похищенными девушками, которых перемещали в Бездну насильно и выдавали замуж обманом. Демон в таком браке очень старался, чтобы его избранница была довольна. От этого зависело его собственное благополучие.

Записать разговор во время танца не вышло. То ли Виттен разгадал мою уловку и закрылся, то ли перстень сбоил из-за того, что я потеряла сознание.

– Он пообещал, что представит меня зависимой и неуравновешенной, чуть ли не нуждающейся в его опеке. Убедит суд, что я страдаю от разлада между человеком и троллем, – я не удержала голос, и он немного сорвался в конце.

Деус, не торопясь, пил чай. Он не сводил с меня внимательного взгляда.

– Мы противопоставим этому факты. Четырнадцать лет, что вы фактически проживали раздельно. А то, что вы вчера швырнули мужа в стену, – ну, с кем не бывает. Резко ухудшилось самочувствие. Постарайтесь больше так не делать… на публике.

Мне показалось, или адвокат сейчас подавил улыбку?

– Заседание я перенес на завтра, потому что затягивать не в ваших интересах. Связь с ребенком он уже получил. Связь с вами мы попробуем оспорить вместе с браком. Она считается нерушимой, но, тем не менее, крепнет с каждым днем. Возможно, Виттен заинтересован в этом не меньше, но внешне он обязан демонстрировать, что держится за семью.

От его слов мне стало тревожнее. Маркус может долго кривляться. Он умеет и любит это делать. Но что будет, когда он сбросит маску... Нет, бояться мне нечего. Ведь ниже падать уже некуда.

Глава 26

Герцог Виттен

Наступил вечер. Замерцали, а потом зажглись в полную силу серебристые фонари с несуразно большими плафонами. Прямо как грибы с тонкими ножками. Дизайнера, который проектировал уличное освещение, стоило бы подвесить на них за ноги, – вместе с мэром, давшим одобрение на подобную безвкусицу.

Герцог собирался поужинать в клубе, где его уже ждали три господина с Изнанки. Один дипломат, один шпион и один инвестор – три солидных бизнесмена. Однако ноги сами несли его к дому.

За те годы, что он не ходил по этой улочке, появились не только новые фонари. Аллею засадили деревьями. Вдоль тротуара для пешеходов, с двух сторон, зигзагами извивались клумбы. А ведь когда-то столица была городом, изрытым рвами, – специально, чтобы там плескались излишки огня.

Глубокие канавы шла от центральной площади, от площадей поменьше – тоже. Они предназначались для слива крови после массовых казней. Бездну сотрясали то восстания, то набеги, то просто начинали буянить правящие демиурги.

Виолетта ничего из этого не застала. А его сыну достался практически райский город…. Да, пыльно. Да, чадит от Горнил время от времени… Зато какие парки. Построены детские площадки. И можно передвигаться между полуднем и полночью, не рискуя быть убитым.

Когда через несколько месяцев малыш уверенно побежит на коротеньких ножках, как раз возведут первый в истории Бездны фонтанный каскад в Западном парке.

На самом деле Виттен не особо смотрел по сторонам. Он мог бы так же быстро идти и с закрытыми глазами. А порталом пользоваться не стал, чтобы лишний раз не нервировать надзирателей. Понятно, что домой, пока длится этот судебный фарс, придется пробираться регулярно.

…Этим утром он спешно ретировался за несколько минут до пробуждения Виолетты. Ночь он провел рядом с ней, завалившись на покрывало. Под одеяло соваться не стоило. Он мог и не сдержаться, а уж ее реакцию после такого…. инцидента представлял лучше, чем она сама.

Виттен уничтожил свой запах. Следов в спальне не осталось, однако он испугался, что при встрече Виола по глазам определит его состояние. Он был настолько не в себе после того, как увидел ее слабой и беспомощной, что капитулировал бы перед любимым ее требованием  – за исключением убраться прочь и навсегда.

Когда от него впервые забеременела его третья или, может, четвертая по счету жена, то она умерла на пятом месяце. Две других после нее немного не дотянули до родов... Те мучительтные месяцы растягивались, как долгие века. Он был рядом и мало что мог сделать. Ему хватило этого опыта, чтобы не задумываться о детях и о «правильных» женах несколько тысяч лет.

Многие демоны на его месте не останавливались и пробовали снова и снова. Но после того, как он убедился, что даже высокая совместимость, не давала гарантий, он согласился бы сгинуть, не оставив потомства… Виола же умудрилась пройти через самое сложное (когда он об этом не подозревал!) – и получить упадок сил во время рядовой ссоры.

Это не укладывалось в голове, и заставляло испытывать то, чего он не выносил. Тревогу и подозрение, что может произойти нечто непоправимое.

Днем Виттен не поехал в офис, а снова прошелся по врачам со вчерашними заключениями. Не получив ни одного внятного вердикта, сгонял на Изнанку, где проживал единственный доступный специалист по троллям. Эта редкая раса всегда держалась особняком.

– Я согласен с коллегами. На первый взгляд, ни одного признака недуга. Отлично функционирующий организм. Пример, как удачно природа играет с настолько разными генами… Но, понимаете, тролли  – строго регламентированные особи. Скорее всего, ваша супруга нарушает какие-то важные постулаты. И не факт, что сознательно.

Вельзевул отнесся к заявлению весьма скептически

– Что вы имеете в виду? Вся эта чушь, что тролльи женщины танцуют голышом под луной… Вы, что, в это верите?

– Молодой человек, – профессор говорил с кряхтением на каждом слове. Брови его собеседника поползли вверх. – Вот вы закрыли в доме опасного хищника. Ей надо обязательно выплескивать агрессию. У них каждые три полные луны ритуальные поединки… И девушка из верховной тролльей семьи. Это же очевидно. Я не смотрел содержание зеленых телец, но у нее идеальная внешность по меркам любой расы… Где ей, позвольте узнать, утверждать превосходство? На балах? Да она небольшую армию может остановить без разминки.

Теперь уже Виттен крепко задумался. Когда он познакомились с Виолеттой, она ничем не отличалась от девиц, которые прибывали в Бездну в поисках лучшей доли. Светские рауты, театр, управление отелем… Что-то там она мутила со своей пресветлой подружкой. Но Набериус вынудил их женское движение за независимость сбавить обороты, и Виола ударилась в благотворительность. Какие еще тролльи ритуалы?

– Мы иногда с ней боролись. Она любила потасовки. Пошвырять мебель, попробовать кинуть меня или повалить. Но сейчас, так вышло, что…

– И еще не забывайте про другую особенность, господин демон. Вы сами-то ее вряд ли игнорируете. Взрослая особь спаривается с определенной периодичностью. Я вам точно не назову минимальное количество раз в год. Зависит от социального положения и возраста… Троллихи в своем обществе управляют троллями. Хотя бы потому, что гораздо умнее, и их меньше. У вас же супруга, как я вижу, не может настоять на контакте, – маленький щуплый человечек почти не делал пауз. Он как будто вещал с кафедры. – Вы, между прочим, вообще проживаете раздельно… К тому же ваша жена не так давно родила, а это поворотный момент для любой самки. Рожают верховные троллихи реже демониц и, как правило, девочек. Интересный у вас случай, безусловно.

Герцог, хотя и подозревал, что профессор набивал себе цену, оставил ему копии из личного дела и медицинской карты жены. Если светило сумеет разобраться, что у Виолетты пошло не так, то получит любую сумму, какую запросит.

Этот разговор его и разозлил, и еще больше встревожил. Из слов троллеведа следовало, что он завел себе редкую зверушку, не разобравшись, как за ней ухаживать. Слышала бы это Виолетта. Сколько ни кивай на особый темперамент, но мозгов у его жены побольше, чем у большинства знакомых ему женщин, вне зависимости от расы. А уж при мысли, что ей надлежало в его отсутствие удовлетворять интимные надобности, землю под ногами начинало потряхивать.

Это не женщина. Это четырнадцать лет подряд головная боль! Ладно. Сейчас он зайдет в дом. Вежливо поинтересуется ее самочувствием. Обнимет сына. Предложит ей перемирие в свете открывшихся обстоятельств. Должен же у нее наконец включиться тот самый разум.

Он проник на территорию особняка через узкую калитку, которой пользовались садовники. Обманул тревожную сеть, затерялся в зарослях, где тропинки прокладывали мелкие бесы. Как ни в чем ни бывало выбрался из терновника, отряхнулся и дернул входную дверь на себя.

В холле его жена, облокотившись на перила, в одном халате беседовала со смутно знакомым демоном. От того так и фонило искусственными ферамонами. Да он в них просто искупался, потому что собственными чарами Пламя его явно обделило. Более того, это рогатое недоразумение еще накинуло на Виолу магические силки, которые она снимала подозрительно аккуратно. Яд на них что ли?

Вельзевул перестал размышлять и превратился в движение.

Глава 27

Виолетта Церингерен

Появлению Маркуса я не удивилась. Неприятности всегда ходят парой. Глянула на графа Лэндри почти с жалостью. Видел бы он сейчас физиономию демона позади себя. Сердечко бы, может, не выдержало.

Я даже не стала предупреждать идиота о том, что за ним пришла разъяренная гибель. Вельзевул схватил болезного, но не низкого, Гюнтера за плечи поднял и потряс с такой силой, что граф сразу потерял сознание и обмяк в его руках.

Виттен стряхнул Гюнтера на пол с таким выражением, будто у него к рукам что-то прилипло.

– Что это? – брезгливо спросил он.

– Он жив? – в ответ поинтересовалась я. – Иначе суд опять придется переносить. За смерть аристократа с тебя возьмут несколько объяснительных. Его семья вряд ли будет мстить, хотя я не уверена… Ни разу не сталкивалась с его родственниками.

Муженек носком туфли, перепачканной в грязи, – через парк шел, значит, – повернул графское лицо в свою сторону. Но по тому, как Маркус, продолжал озадаченно морщить лоб, я сделала вывод, что озарения не наступило.

– Тебе помочь?

Скрестив руки на груди, он наблюдал, как я снимала с себя силки. В конце концов могло быть и хуже. Например, если бы Гюнтер стал орать и напугал малыша, игравшего с новой няней наверху. Или если бы Вельзевул обратился  и принялся вращать своими пламенными блюдцами. Тогда бы сын точно почувствовал близкий огонь, и неизвестно, когда бы мы уложили его спать…Или я могла оцарапаться об один из шипов и сейчас кинуться на мужа с весьма горячими объятиями.

– Не прикасайся. Даже не подходи, – пробурчала я.

Про шипы он, однозначно, понял, потому что смотрел заинтересованно. Еще халат распоясался, и полы вот-вот разъедутся в сторону.

– Послушай, дорогой, ты графа низверг? Молодец. А теперь убери за собой и дверь закрой.

Вельзевул перевел взгляд от груди выше.

– Виолетта, ты считаешь, это нормальным? Что здесь делало это чучело? А если бы он все-таки на тебя залез… Как-нибудь. От него такая вонища. Наверху ребенок.

Я непроизвольно дернулась. Как же я его ненавижу. Где были мои глаза, когда я находила его хамскую манеру мужественной… И, разумеется, последний шип все-таки слегка полоснул подушечку пальца.

Зрачки демона дрогнули, а ноздри затрепетали. Теперь он пытался учуять изменения в моем запахе.

Остатки сети упали под ноги, прямо на Гюнтера, и, может, даже повредили кожу в нескольких местах. Но то, что Их Сиятельство будет мучиться от похоти, меня не волновало. Он пока жив – и в этом ему повезло.

– Ну, и редкая же ты скотина. Ты сам спровоцировал Лэндри, когда на курорте вертел перед ним Лючию и рассказывал, что я тебе опостылела. Он мне сообщил, что твоя клятва у Горнил – она для отвода глаз. И ты по-прежнему мечтаешь от меня отделаться…

У Вельзевула показались клыки, пальцы неотвратимо вытягивались. Как же в нем гармонично сочеталось желание, как он выразился, залезть и потребность вскрыть горло сопернику. Даже такому жалкому. Ни разу не видела, чтобы налет цивилизации слетал с демона с такой скоростью, какую демонстрировал муж.

– Не было этого. Да еще при таком кобеле. Виолетта. Что. Он. Делал. В. Моем. Доме.

А сам-то он кто, не кобель? Не выносила эту привычку Виттена цедить слова, выделяя каждое. К тому же немножко яда попало в кровь. Внутри расползалась тягучее маслянистое пятно.

Вот же мерзость. Феростимуляторы – крайне неприятны. Надо побыстрее подняться к себе. От такой небольшой дозы поможет и обычная теплая ванна.

– Я подумала, что он принес шляпку, которую я у него забыла. Пару дней назад он выписал фонду чек… А он решил, что забытый мной головной убор  – это повод шантажировать замужнюю женщину.

Тут я все же прикусила язык. Гюнтер прослышал о моем суде с мужем и явился напомнить, что я не только приходила к одинокому мужчине, но и делала этого тогда, когда в доме не было слуг. По его мнению, этот факт и оставленная в пылу страсти шляпа – уже повод, чтобы я сейчас согласилась на интрижку.

Неизвестно, как отреагирует на это Маркус. Не побежит ли, потирая руки к своему адвокату с новостями о моей неверности. Однако он лишь сузил глаза.

– Я выкину его на заднем дворе. Даже руки марать не буду. За ночь его растащит мелюзга.

– Нет уж, спасибо. Убери его с территории. И не делай глупости, Виттен. Что за пример ты подаешь сыну. В том, чтобы вытрясти из старика душу, нет никакой доблести.

Он раздраженно тряхнул головой.

– Он оскорбил тебя. Более того, напал. Может, мне его еще к лекарю доставить и оплатить лечение?

– В богадельню. Это всего лишь псих, не готовый смириться с тем, что его время ушло.

Вельзевул проигнорировал намек. Он даже не спросил, почему я вышла встречать графа в халате.

Мы вместе запихивали Гюнтера в портал. Вернее, Вельзевул диктовал координаты, выяснив точный адрес Лэндри. Я открывала проход – он втаскивал туда графа. Такая командная работа стала возможна потому, что наверху в сторону лестницы уже семенили детские ножки.

Ликующее «пааа» раздалось в тот самый момент, когда левая рука в нарядной манжете сползла с ковра туда, где сейчас находился весь Гюнтер целиком. Я с облегчением захлопнула портал.

Сын спускался с Беррион за ручку и аж подпрыгивал от возбуждения. Наблюдать за их возней с отцом я бы сейчас не смогла.

– Я пойду лягу. Устала. Не забудь, что через час ему спать. И обещай, что сразу покинешь дом. Неизвестно, до чего ты дойдешь, доказывая в суде, что я тролль, пес, бесконечно любящая тебя женщина, плохая мать, изменница – так, я все перечислила?

Сын пролетел мимо меня, обдав россыпью огненных брызг. Основное пламя предназначалось папаше. Тот даже не стал от него закрываться.

– Обещаю, что испарюсь и не потревожу тебя. Но, Виола, я все это говорил в пылу ссоры. Я с самого начала считал, что судиться не нужно. Мы обо всем договоримся… Когда я увидел, что ты упала… Извини. Меня.

Мое потрясенное молчание он истолковал по-своему. Посчитал, что я готова услышать продолжение. Я же обалдела, что за полтора десятка лет он извинился, кажется, впервые.

– Зачем нам это? В суде ты ничего не добьешься. Всплывут различные неприятные факты. Помириться будет сложнее. Давай поживем спокойно. Я не буду тебе досаждать, а малышу хорошо с нами обоими.

Молча покачала головой. На разговоры сил уже не осталось. Лишь бы добраться до воды и убрать хворь, гуляющую под кожей. Смыть ощупывающие взгляды Гюнтера, настойчивые и тревожащие – Виттена.

– Мой адвокат вас раздавит. Выскочка Деус проиграет с треском. Уже жалею, что контракт на ведение дела уже подписан. В твоем состоянии…

– Позаботься о себе, Маркус. О нашем разводе я грезила все последние годы. И я до него доживу.

По лестнице я почти взлетела. Внизу хохотал сын. Я же чувствовала, что герцог не сводил глаз с моих лодыжек. Он сегодня чуть не лопнул от благородства, и теперь позволил себе немного расслабиться.

**************

Утром Беррион заверила меня, что Виттен ушел вовремя. Но я все равно озиралась по сторонам, потому что не покидало ощущение его присутствия. Вот так впусти демона в дом… Я рассчитывала, что на первых же заседаниях нам выдадут регламент его посещений.

Все-таки Лэндри меня здорово дезориентировал, и я не отчитала Маркуса за внезапных приход.

Деус был настолько любезен, что явился, чтобы сопровождать меня в суд. Поэтому страшного адвоката Виттена мы увидели одновременно. Я невольно подалась назад.

Эту женщину невозможно было не узнать. Ее изображения часто выходили во весь рост, хотя на портретах она тоже получалась отлично. Крылатый ангел возмездия гремела по всем мирам. Да ее услуги стоили еще дороже, чем у Деуса. Похоже, этот процесс войдет в историю – по гонорарам наших защитников как минимум.

Адвокатша в черном деловом костюме, с вызывающе узкой юбкой, касалась локтя Маркуса длинными тонкими пальцами. И это было еще хуже, чем с Лючией. Герцог излучал мужской интерес… При этом она не сводила с меня цепких глаз. Мои макияж, платье, туфли – ничто не осталось незамеченным.

Деус тоже сжал мой локоть. Надо сказать, что он остался поразительно спокойным и не капал слюнями в сторону дорогущей красавицы.

– Ваш выход, леди Церингерен. Мы их сделаем. Не сомневайтесь.

Маркус оскалился, заметив жест моего адвоката.

Я и Деус молча прошли мимо.