Текст книги "Это развод, мой герцог! (СИ)"

Автор книги: Наталья Варварова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 21 страниц)

Глава 9

Я все-таки успела покинуть клятый прием до полуночи. Сомневаюсь, что после того, что устроил Вельзевул, мой вид мог бы кого-то шокировать.

Где-то за спиной остались жуткий рев, треск мебели, звон бьющейся посуды. Я бежала к экипажу и почти не слушала, что говорил Деус.

Всю дорогу я провела в прострации. Будто ухнула в яму. Картинки мелькали, как я ни прогоняла их… Дружелюбный интерес на лице красавицы Лючии. Ее пухлые приоткрытые губы. Пасмурный Маркос, наоборот, с поджатыми губами. Он, такой каланча, и она – где-то у него под грудью. Это же смешно. Только мне ни капли.

Я не должна сравнивать себя с ней. Бессмысленное занятие. Мы разные, как сахарная пудра и засахаренные мандариновые корочки. Он пришел к ней за тем, чего не было у меня.

Он шептал ей те же слова. Так же целовал подушечки пальцев. Мне было стыдно стоять рядом с ними и словно подглядывать их в кровати. Да, подошла и стояла, но худшего дня у меня еще не случалось. Скорее бы добраться до горячей ванны и смыть с себя эту грязь.

После того, как родился малыш, я какое-то время провела в полусне, а потом снова стала скучать по Маркусу. Я засыпала с мыслями о нем и, просыпаясь утром, лежала и блаженно жмурилась, представляя его объятия. Он писал мне редко, но когда писал, то это были весьма горячие письма.

И ведь я ему отвечала. Краснела над бумагой. Признавалась в том, чего бы никогда ни повторила вслух… А он в это время уже спал с новой пассией.

Так недолго рехнуться. Надо перестать накручивать себя. Мне мерзко, но ему-то было вполне нормально. Он имел отношения с женами, наверняка, заводил любовниц – пока глупая, как пробка Виола, ждала его в столице. Ведь скоро вернется и больше никуда не уйдет.

Другое больно. Меня подвели собственные рецепторы. Все во мне твердило, что между мной и Маркусом нечто особенное, настоящее. Игнорировала очевидное небрежение, верила в его чувства наперекор здравому смыслу. Разве можно не верить собственному сердцу, игнорировать внутренний голос?

Последний год дался мне нелегко. Но капелька иррациональной надежды во мне еще оставалось. Ровно до сегодняшнего вечера.

– Я поставила точку. Посмотрела на них обоих и поставила точку, – шептала я себе, глядя, как в тумане городских улиц ветер раскачивал фонари.

Но легче не становилось. Ладно, раз обманули инстинкты и солгали глаза, придется полагаться на здравый смысл. Я нужна сыну целой. А еще на меня завязано больше половины благотворительных проектов в Аду.

В конце концов после тяжелой травмы часто учатся ходить заново. Я не сломана. Просто местами погнута.

Экипаж подъехал к дому. В стекле отражалась бледная девушка с чуть вздернутым носом. Ни слезинки. Не позеленела ни на оттенок. Поправила перчатку, чтобы скрыть от домашних узор герцога. За своими переживаниями я совсем забыла об этом подарочке, доставшемся от Бездны.

Деус прав. Даже тех познаний, что я имела, достаточно, чтобы признать очевидное, – морально я где-то на самом дне, зато по социальной лестнице совершила грандиозный скачок.

При виде Эллис, встречавшей меня на крыльце, я ощутила угрызения совести. Совсем забыла, что покинула не светский раут, а поле битвы.

– Малыш спит, – сообщила она важное, а потом порывисто обняла. – Мне жаль. Я списывала его закидоны на то, что он поделен на три части и тем самым ослаблен. А он обыкновенная рогатая скотина. Зато крепкий. Набериус рассказал, что, еще не успев объединить весь ресурс, он все равно чуть не раскидал их всех. Конвею пришлось вывести на сцену степного бога… Вашему сыну достанется огромная сила.

Я убедила Эллис, что в полном порядке и она может возвращаться к своему инквизитору. Детей, отправляясь в Бездну, они оставляли у себя в поместье. И ночь в обществе мужа для подруги куда предпочтительнее, чем слушать мои причитания.

Узоры на руке мы не обсуждали. Возможно, Риус не успел сообщить ей все подробности по голограммеру. Мне же касаться этой темы сейчас не хотелось.

Эту ночь малыш спал хорошо  – у меня в комнате в отдельной кроватке. Повезло и десны его пока не беспокоили.

А утром я отдала распоряжение сделать в доме кое-какие перестановки и вытряхнуть хлам.

– Пустить спальню герцога под игровую комнату? Мне нравится, – Беррион расплылась в улыбке. – Хотя нам бы не помешала вторая библиотека. Малыш играет везде, куда умудряется просочиться. А книги сами себе не расставят.

Впрочем, некоторые из них от нас переедут. Я приказала сложить все книги, бумаги и черновики Виттена, хранившиеся в его кабинете, отдельно и отправить ему посылкой с уведомлением о доставке.

С подаренными им драгоценностями также было все просто. Теперь не имело смысла их хранить и, тем более, носить. Их продадут, и я смогу отправить вырученные деньги на какую-нибудь перспективную идею нашего фонда. Например, открыть еще одну мастерскую по ремонту обуви и небольшой швейный цех – и дать работу сиротам из разных рас. Их пригнали сюда в рабство, а потом рабство отменили даже на окраинных территориях.

С книгами, которые Маркус присылал мне, я оказалась не в силах расстаться так легко. Еще в доме остались висеть принесенные им картины. В живописи он абсолютный дилетант и скупал все подряд, если оно казалось ему интересным.

Пусть остаются. Нельзя же вычеркнуть сразу все. Буду избавляться постепенно.

Дорогие духи я раздала служанкам. Вот только Беррион не примет от меня ничего, что связано с герцогом.

Вспомнилась, как моя приятельница суккуба описывала расставание с любовником, контракт с которым длился пять лет.

«Благодарственная» часть оказались ниже, чем она рассчитывала. И леди выставила открытые чемоданы с его одеждой, в том числе с нижним бельем, прямо на оживленную улицу. Прохожие обзавелись фраками от известнейшего портного, галстуками ручной работы и кальсонами с вышитыми на них фамильными гербами.

Селективный парфюм демона суккуба расставила в туалетных комнатах по всему дома. Но подаренные ей флакончики портить не стала и с удовольствием пользовалась ими, не мучаясь воспоминаниями о былой любви.

К дому подъехала грузовая повозка, куда перенесли мебель из кабинета и из спальни Маркуса. Все эти нехитрые действия наполняли меня уверенностью. Освобождение – это не пустые слова.

Во всей суматохе я не заметила надзирателя в среднем чине, экипаж которого полностью спрятался за грузовым фургоном.

– Леди Виттен, – он поклонился, а я вздрогнула от непривычки. – Его Светлость на несколько дней закрыли в казематах при правлении. Вам нужно отдать целый ряд распоряжений от его имени. Принять партию лекарств для армии, оплатить отель для леди Лючии. У его управляющих нет полномочий, пока вы не подпишете соответствующие документы. А это тоже время.

Глава 10

Герцог Виттен

Первая неприятность, которая поджидала его этим адским утром, – ну, за исключением того, что он проснулся – источала тонкий аромат пудры и ириса. За ними угадывался чуть кисловатый и дурманящий пачули. Эти шикарные духи он выбрал для Лючии неделю назад, когда они еще оставались на райском острове.

Совсем не так он планировал свое триумфальное возвращение в родной мир. Его новая жена должна была кружить голову одним своим появлением, а их тандем вызывать глухую зависть в свете. Он собирался показать этим подкаблучникам из первого круга, как выглядит нормальная семья, где муж главный, а жена красивая.

…Мда, показал. Башку снесло у него самого – причем от жены, которую он собирался сделать бывшей. Закатил истерику и дебош одновременно. Он был жалок, а Виолетта в своем репертуаре – то есть Бездна как хороша.

Ведь чувствовал, что Орли повело. Стоило взять паузу, отступить, как он всегда делал, сохранить лицо. Однако он среагировал не только на Виолу, но и на ребенка. Она завернулась в материнство, как в кокон, и не заметить изменений было невозможно.

Наверное, правду заподозрил еще Орли, а Вельзевул, тот сразу услышал стук маленького сердечка. Хватать Виолу за плечо оказалось излишним.. Но она смотрела на него как на пустое место, а когда прикоснулся, то обдала такой волной неприятия, что он окончательно взбесился. Попробовал подчинить ее. Причем не внушением, а грубым магическим превосходством.

И ведь получилось. Все решили, что это Бездна встала на ее сторону, и появилась родовая вязь. А это он привязал себя к ней… Хотел услышать ее мысли, соединиться – чтобы она перестала отталкивать раз и навсегда. Заполнить ее целиком… Или все-таки Бездна? Никогда не слышал, чтобы плетением можно было наделить вот так, против воли партнерши и без разрешения Пламени.

В любом случае пенять за эту катастрофу можно только на одного демона. Он не учел, что потребность в Виолетте в момент обращения только утроится. К тому же сказывалось и то, что у них теперь общий ребенок. Это меняло все. Даже огонь в нем теперь циркулировал иначе – так, чтобы подпитывать малыша.

Вельзевул стал отцом маленького тролльченка. Если Виола тролль лишь наполовину, то в сыне текла ровно четверть зеленой крови.

Впервые он по-настоящему проклинал тот день, когда ему пришлось разделиться. Возможно, он, так гордящийся своей породой, никогда бы не посмотрел в ее сторону – или, наоборот, признал бы факт своего падения гораздо раньше. Смирился с собственным выбором и стал бы самым фанатичным папашей в Аду.

Что же теперь гадать. Разъяренный ее отказом и внезапной переменой, которая ставила его жизнь вверх тормашками, он вылил на Виолу все отвращение по отношению к немагическим расам. Предъявил какие-то абсурдные обвинения… Можно не сомневаться, что она его услышала.

– Маркос! Это все такой ужас. Ты ночевал прямо здесь, в этой комнатке?

Надзиратели привели к нему Лючию сразу после отвратительно скудного завтрака. В нормальном состоянии он ел гораздо больше, а его попытались накормить яичницей из пяти яиц и какой-то скользкой субстанцией с добавлением фарша. В меню указано, что это сосиска – две штуки.

От Лючии его отделяли прутья решетки. Не просто огненной, а с добавлением ледяной митры Чертогов и пепельной магии демиургов. Только такая конструкция могла удержать высшего демона. Во всяком случае, так считалось, и он не хотел разубеждать собратьев без надобности.

Вчера  он сознательно поддался Конвею. Разве у него был выбор? Они бы согнали еще кого-нибудь. Хотя первых герцогов всего трое (и один из них давно в отставке), в круг входило раз, два, три, четыре… девять вершителей, включая чокнутую бабу, жену Асмодея, но исключая владыку. Да продержит его Бездна в недрах до скончания времен… Против всех не выстоял бы даже он, Повелитель мух.

– Да, дорогая, – он грустно покивал девушке, не вставая с узкой лежанки. Пусть видит, как он подавлен. – Вчера произошло страшное. Пламя отвернулась от меня. Но, уверяю, это временно.

Смотреть на нее было больно. Он столько средств вложил в путешествия между мирами. А сколько угробил на тесты…  На парады невест. Пил какие-то пилюли, чтобы ослабить магический фон и пролезать в такие миры, куда демонам путь заказан. И что в итоге? Скорее всего из-за этой дряни Маркус, и без того доходяга, не уловил, что жена ждала ребенка.

С этой Лючией он встречался полгода. Посещал какие-то убогие выставки, где на полном серьезе показывали картинки черных дыр, пылевых скоплений и межмировых червоточин. Правда, в оперу тоже ходили. Хоть что-то приятное. Потому что секс с ней с самого начала больше удручал, чем радовал.

– Это из-за той женщины? Она тебя не отпускает? Вы поговорили, а потом из тебя вылезло косматое чудовище, все в буграх.

– Эммм, – Вельзевул предпочитал думать, что его звериная форма мрачна, но не без изюминки. – Она соединила себя и меня ритуалом, который практически невозможно разорвать. Наш браки с тобой теперь недействителен. По закону Бездны, она моя единственно возможная жена. Но не переживай, я найду способ, как все уладить…

Лючия хлопала ресницами с такой грацией, что демон залюбовался. Все-таки изображать дурочку – это отдельный вид искусства.

– Я ночевала у этой болтливой, несносной графини Велмор. Она без устали сплетничала, не давала уйти спать. А уж их гостевая комната… Кровать почти как у тебя здесь. И теперь узнаю, что больше не герцогиня. Я не пробыла ею и дня.

– Не печалься, золотко. Главное, это наша любовь. Титул я ей оставлю, все деньги тоже. Начну с нуля. Зайду в Горнила и выйду оттуда, как чистый лист. Возможно, от силы останутся крохи, но такие чувства, как у нас, проведут к счастью через любые препятствия.

От этакой перспективы супруга его второй личины аж перестала дышать.

– Конечно, милый, конечно. Мне бы сейчас раздобыть монет. Поверенный не может выписать чек. Говорит, что без подтверждения… той женщины… у него нет прав.

Виттен понимал ее растерянность. Для человека, не знакомого с особенностями их общества, это звучало как абсолютная дикость.

Он заверил Лючию, что сегодня же во всем разберется. Девушка ушла. Ее элегантное светло-бежевое платье мелькнуло за окном.

Скорее всего она найдет себе хорошую партию в течение недели. Если не поставит перед собой целью взыскать с семейства Виттен компенсацию.

«Надо признать, без титула и богатства, без своего положения и без магии, я всего лишь немолодой мужчина… Нет, не так. Мужчина среднего возраста, не лишенный харизмы. Тогда, что этим женщинам  еще надо?», – хмыкнул про себя Вельзевул и улегся обратно, гадая сварят ли ему сегодня нормальный кофе.

Ближе к обеду он ждал и других гостей. Разговор с Лючией был только затравкой.

Глава 11

Я перебирала бумаги, которые Деус достал из пухлой папки, и отказывалась поверить глазам.

– Не удивлюсь, если вы теперь самая богатая женщина в Аду, леди Церингерен, – сообщил адвокат, одарив меня воистину демонической улыбкой.

Мистер Деус обладал характерной внешностью, которая сразу выдавала в нем демона. Резкие черты лица, выпирающий вперед квадратный подбородок. Густые черные волосы, лишенные блеска, он убирал в хвост.

За пятнадцать лет в Бездне я успела заметить, что большинство демонов прибегали к различным ухищрениям, чтобы выглядеть более нейтрально. Например, Маркуса при определенном освещении можно спутать с человеком. Он по последней моде стригся довольно коротко. Притом что в любой из личин легко изменял подобные мелочи. Оттенок кожи, даже размер ноги… Все, я же пообещала себе не вспоминать о личном каждые пять минут.

Письмо от Деуса я получила, стоя на крыльце дома. Как раз в тот момент, когда пообещала надзирателю вникнуть в проблемы Его Светлости, так некстати оказавшегося в заключении. Между прочим, и здесь Виттен в своем репертуаре – в любой непонятной ситуации скройся в тень…

Адвокат в нескольких строчках предупредил, что взял на себя смелость сразу же действовать в моих интересах. Он вызывал меня к себя.

– Не подумайте, что это прихоть, Ваша Светлость. Ко мне попали бумаги, которые я не имею права перемещать далее своего кабинета. А через восемь часов я обязан их вернуть.

Выяснилось, что Деус воспользовался доверенностью, которую я подписала четыре года назад, и вчера вечером, ближе к ночи, посетил приказчика герцога Виттена.

Дэв объяснил, что тот меньше всего был готов к официальному запросу (адвокат поднял почтенного беса из кровати) и под воздействием магической печати выложил на стол все, что имел.

Я недоумевала. Предварительный договор мы с адвокатом расторгли. Так как у него могла очутиться действующая доверенность? Я нервничала и не проверила сроки? Сказала себе, что впредь буду десять раз и с лупой читать все, что мы с ним подписываем.

Дэв Деус не зря брал самые высокие гонорары и считался лучшим адвокатом Бездны.

Этот демон получил копии документов о собственности всех трех личин моего мужа и опись имущества герцога – то есть подтверждения на владение землями, объектами недвижимости, коллекциями антиквариата, оформленные на четыре разных имени.

Все это находилась в самых разных мирах, включая Чертоги – земли ангелов, – куда демонам пусть был заказан. Про монеты и другие эквиваленты деньгам я вообще молчу. Суммы, счета… Это просто не укладывалось в голове.

– Виттен первым делом бы связался со своими служащими и вынудил бы их скрыть хотя бы часть документов. Я и сейчас не уверен, что мы видим все.

– Как такое возможно? Я понимаю, первый герцог, эпохами у трона и на троне. Но зачем ему… столько? Он всегда экономил. Выписывал себе командировочные, чтобы не расходовать жалование… А должность у него есть?

Деус повернув папку ко мне внешней стороной. На ней было написано:

«Вельзевул. Герцог. Правитель – сорок дней ежегодно. Советник, исполняющий обязанности правителя. Особые поручения. Срок – вечность».

Ну, конечно, за такой срок накопить можно порядочно.

– Я наводил справки. Вельзевул участвовал в управлении этим миром еще в эпоху демиургов. Есть версия, что он рожденный, а не обретенный демон, но на этом все открытые подробности заканчиваются. Мы не знаем, были ли у него дети. Зато, совершенно точно, супруги, на которую бы согласилось Пламя, не имелось.

Я откинулась на спинку кожаного кресла и утонула в нем. Мебель в кабинете Деуса напоминала зыбучие пески. Приглушенный свет, тяжелые портьеры. Стол будто вырубили топором из цельного куска камня. Чрезвычайно респектабельно. Не хватало только слоя многовековой пыли.

– Вы хотите сказать, что теперь все это имеет ко мне отношение? Что я могу этим пользоваться? Я такие суммы представляю разве что в виде абстракций. Целый миллион на счету поместится,  второй – тоже…

Адвокат чинно кивнул.

– Пока герцог не распоряжается собственностью, находясь в камере, то вы выражаете его волю. Когда выйдет, то здесь уже включается совместное управление. В случае развода, честно говоря, нет практики, как все это будет делиться. Раз Бездна считает вас как целое, то мы будем настаивать на половине. Вам все же придется выступить живым прецедентом, леди. Такие пары, как ваша, не разводились ни разу.

Я молчала. Пусть Дэв думает, что я пытаюсь привыкнуть к несметному богатству. Я же вспоминала, как мы познакомились с Маркусом. Он повел меня в кафе – приличное, но не из самых дорогих. Мы сидели на улице и болтали. Потом он подарил букет тепличных цветов, купив его у цветочницы на углу. Через неделю повел в оперу. Вот там он приобрел билеты в лучшую ложу.

Маркус обожал оперу, но вот свою третью жену любил вряд ли. Он всегда заставлял меня чувствовать себя транжирой. Шла ли речь о платьях к новому сезону или о закупках продуктов и ведении хозяйства, он всегда так характерно морщился… Я подозревала, что Церингерен стеснен в средствах и боится я в этом признаться.

Он мог позволить себе купить на свадьбу практически любые украшения для невесты и какое угодно платье. Вместо этого наряд мне шили наши девочки, которые потом основали первую из фабрик фонда. Все эти годы я старалась заработать на его активах как можно больше, считая, что он, бедолага, живет с этих доходов.

Маркус, действительно, владел минимальной долей среди всех четверых, но при этом он не показал мне больше половины своего имущества. А я четырнадцать лет заменяла в хозяйстве Церингеренов управляющего, бухгалтера и целый штат клерков.

Деус с недоумением посматривал на меня, не понимая, откуда вместо ликования в глазах тоска.

– Могу я взглянуть на опись имущества Маркоса Орли? Его супруга Лючия больше не жена ему, но между ними должен был быть заключен контракт. Его тоже, пожалуйста.

Дэв порылся в сейфе у себя за спиной и достал еще одну связку копий.

– Составлен довольно необычно. Девушка может претендовать на некоторые суммы только после того, как родит ему ребенка.

– Вот тварь…

Всех своих жен герцог Виттен любил одинаково сильно.

– Простите, что?

– Я спрашиваю, не уделите ли еще час своего времени. Я его оплачу… Есть моменты, которые я бы утрясла прямо сейчас, пока дорогой супруг не вышел из тюряги.

Глава 12

Адвокат проводил меня до экипажа. Там меня поджидал наш подслеповатый кучер Карфур.

Сколько я его помню, он вечно дремал, и лошади выбирались из пробок самостоятельно. Не исключено, что по запаху. В этом не было ничего странного. Двух кобылок я выписала себе из родного мира, где мне их продали под видом пони.

Лента и Шпилька вымахали в огромных лошадей, которые прекрасно подошли бы для работы на тролльих фермах. Веса ландо они не замечали. А вот другие кони, в том числе прославленные «адские», от лошаденок шарахались. Так что дорогу экипаж прокладывал себе без всяких усилий со стороны Карфура. Его работа сводилась к тому, чтобы не пугать других возниц своим отсутствием.

Я чувствовала на себе пристальный взгляд Деуса.

– Вы поразительная женщина, леди Церингерен. Большинство знакомых мне демониц воспользовались бы сложившимися обстоятельствами… не совсем так.

С некоторым сомнением позволила ему помочь подняться на нижнюю ступеньку. Он, как и вчера вечером Люцифер, даже вздохом не выдал, что вешу я не намного меньше малютки Шпильки. Все-таки демоны – это прежде всего апломб.

– Я всецело доверяю вашей оценке. Раз вы уверены, что в вопросе Лючии его юристы не смогут найти возражения и что кругленькую сумму в пользу одного из фондов муж сможет оспорить – да еще и сделать аргументом в свою пользу в суде…

– Тем вы меня и поражаете, – улыбнулся адвокат. – Никаких возражений не будет, если вы в несколько раз поднимете сумму на собственные расходы, впишете туда содержание юного лорда – такой строки вообще не было предусмотрено. А касаемо фондов… Вы, похоже, до сих пор пор не осознали, какую власть обрели над первым герцогом Ада. Он вскоре сам даст вам все, что бы вы ни попросили.

Было что-то такое в его голосе, от чего я вздрогнула. Только ли гонорар и возможность снова попасть на первые полосы газет двигали моим адвокатом? Слава – это то чудовище, которое надо постоянно подкармливать, думала я. Но могла ли у Деуса присутствовать личная заинтересованность… Он предложил помощь так быстро, словно только этого и ждал.

– Кровь – самый весомый аргумент в Бездне, а она у вас теперь с одним и тем же магическим узором. Даже интересно, как попробует вывернуться из этой ловушки Его Светлость Вельзевул, – протянул Дэв.

Мы договорились обмениваться новостями, и ландо тронулось.

Деус полагал, что мужа вот-вот выпустят. Я обещала немедленно сообщить ему об угрозах и шантаже из его уст, если таковой последует. Вместе мы должны были определить, какой же тактикой вооружится Виттен на суде.

Если честно, я терялась в догадках. Герцог повел себя совершенно нелогично. Он прибыл в Бездну, но не торопился объявить мне о разводе. Я была единственной из трех жен, сохранившей свой статус после его знакомства с Лючией.

Контракт с девушкой, который продемонстрировал Деус, не оставлял сомнений – он женился на ней для того, чтобы она рожала ему детей. Поэтому Виттен в штыки воспринял тот факт, что у него уже есть сын… К тому же от зеленокровной.

Я не собиралась второй день подряд предаваться унынию. Однако внутри продолжало ворочаться вязкое отвращение. Я теперь даже просыпалась не такая бодрая, как обычно… Делала глубокий вздох, распахивала глаза – и тут же накрывало.

Папа малыша наконец вернулся в столицу и заодно испепелил робкие надежды на нормальную семью. Я ведь всегда давала ему шанс придумать что-то складное – про контузию, про год под прикрытием… Действительность такова, что хотелось спрятать голову под подушкой.

Нет у меня больше Маркуса. Все ложь. Не только его чувства, но даже он сам. Древний демон развлекался тем, что завел себе три жизни и проживал их понарошку. Вчера я смотрела этому рогатому в глаза и видела там себя, маленькую занимательную зверюшку.

Герцог, между прочим, желал получить игрушку обратно. Он бы с удовольствием поиграл с ней снова… Я больно приложилась лбом об стекло, потому что экипаж резко затормозил.

Опять я не о том. Деус же напрямую говорил, что у меня теперь есть не только юридические права, но и возможность взять мужа за горло… или за другое место…  чуть ли не буквально. Еще одна причина, почему так сильно не по себе.

Когда я встретила Маркуса, то не могла поверить в наше счастье. Все было, как в сказке. Влюбленный герцог, предложение руки и сердца, строительство дома и обещание исправить всю путаницу с личинами, в которую он попал по велению долга. За четырнадцать лет из сказки вытекло все волшебство, а теперь она и вовсе превратилась во что-то зубастое и мрачное.

Меня пристегнули к демону против моей и его воли. К чужому богатству невероятных размеров. К самому повелителю, который теперь не мог без меня обойтись. Бездна знает, на что пойдет Вельзевул, чтобы избавиться от такой зависимости.

Еще на въезде в парк я обратила внимание на подозрительную активность. Везде сновали бесы в униформе службы городского хозяйства. Они нещадно гнули кусты. Прикручивали что-то на высокую изгородь и вдоль дорожек.

На крыльце как ни в чем не бывало меня встретил Эллиот Конвей. Все было написано у меня на лице. Мэр не стал интересоваться, как мне сегодняшняя погода.

– Мы ставим барьер, леди Виолетта. От Повелителя мух он не спасет, но вы с сыном теперь под охраной первого круга. Если что-то покажется необычным, то обязательно свяжитесь со мной или с Набериусом. Риус за то, чтобы оставить у вас надзирателей, однако я с ним не согласен. Любые посторонние демоны или бесы будут только провоцировать вашего супруга. Особенно с учетом, что он войти в дом не сможет.

Я общалась с мэром не раз и не два; он всегда выглядел далеким и отстраненным. Сейчас же в его глазах просматривалось что-то такое… Пожалуй, сочувствие. И еще раздражение. Он бы с удовольствием вышвырнул моего мужа, со всем багажом проблем, вон из столицы.

– Конвей, все так серьезно? Он настолько чокнулся?

Мэр немного помедлил с ответом.

– Я беседовал с ним час назад. Он очень даже в себе и поэтому опасен еще больше. За свою жизнь или жизнь ребенка, разумеется, не бойтесь. Я давно не имел дело… эммм… с демонами такой породы. Подозреваю, что любая боль у кого-то из вас – ну, голова заболит или малыш рассадит коленку – по нему ударит сильнее. И вряд ли он попытается похитить сына. Это же надо организовать мальчику надлежащие условия, а у вас начнется стресс… Так что круг его возможностей ограничен. Скорее, боюсь, что он решится на какой-нибудь подозрительный ритуал с неизвестным исходом.

– Чтобы разорвать эту связь?

– Именно. Он в западне. На коротком поводке. С каждым днем потребность в вас и в мальчике будет только расти.

Мне очень хотелось спросить, относилось ли то же самое ко мне. И как все это отразится на ребенке?

В это время дверь поддалась напору с той стороны и показался малыш. Плохо, что он удрал от Беррион и еще хуже, что уже набрался сил, чтобы двигать тяжеленную входную дверь. Теперь мы будем ее запирать.

Первое, что сделал ребенок, это засадил молнией в колено герцога. И когда дите успело стащить с себя перчатку? После этого он проворно кинулся вперед, собираясь пересчитать ступеньки головой и попой. Побледневший Эллиот успел схватить его за воротник и поднять на руки.

Я все еще стояла внизу, когда Конвей вручил мне брыкающегося сына. Я тут же схватила его открытую ладошку в свою, пока он не поднакопил еще огня.

– А если мы разведемся, то оно, это единение, исчезнет, правда?

– А Оно появилось, когда вы поженились? – вопросом на вопрос ответил мэр. – Извините, леди Церингерен. Здесь сложно что-то предполагать. Мальчика осмотрел врач. Ребенок в порядке. То есть огненные каналы открыты. Связь с отцом налажена. Это очень странно, но это так. Родовая вязь в процессе завершения – им достаточно один раз встретиться… И я бы с этим не затягивал. По своему опыту говорю.

Конвей пошел по дорожке в сторону экипажа, который как раз сворачивал с аллеи к нам.

– Но как же? Он же тогда от нас не отстанет…

– Виолетта, вы были… и есть… замужем за высшим демоном. У вас родился ребенок. Сейчас уже поздно говорить о том, что вы никак не предполагали такого развития событий. Я целиком на вашей стороне, но все права мальчика должны быть соблюдены.

Вот так. Не отбирают сразу – и на том спасибо.

Малыш почти сумел выскользнуть из моих объятий и запустил в Конвея хвостатую комету. Тот увернулся, для чего ему пришлось проделать акробатический трюк. Сделать это, стоя на одном месте, чтобы не пробить барьер, который служащие натягивали вдоль дорожки.

Демоны всегда чуяли друг друга. Наверное, сын считал себя хозяином в доме.

– Завтра с утра ждем вас в правлении. Вам надо будет расписаться и внести залог за мужа. Мы не можем держать его дольше. Камера пожирает магресурсы и обходится столице, как освещение двух центральных проспектов. Город рискует остаться без света, – вместо прощания объявил Эллиот.

Он поклонился. Я отвернулась. На первом этаже задрожали стекла – Бэриион разобралась, что потеряла воспитанника, и торопилась вниз по лестнице.