Текст книги "Принцесса с сюрпризом - это я! (СИ)"

Автор книги: Наталья Овчар

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 27 страниц)

– Заклинание можно накладывать на любую вещь, только на металле и камне оно держится намного дольше. Ты это не знал, полукровка? – одарив меня презрительным взглядом, сообщила девушка.

– Если и не знал, то теперь точно знаю. Зачем ты хотела надеть усмиритель на хоррга? – тоже перешла на «ты».

– Он не пускал меня в сарай, где стоит хорргари. Только глупец станет привязывать хоррга, у которого не спилен рог и нет подавителя воли, на обычную верёвку. Он же одним взмахом головы перерезал её, словно тонкую ниточку. Скажи спасибо, что я из летара в твоего зверя не выстрелила.

– Да, точно. Скажи себе огромное спасибо, что с верёвкой пришла, а не с оружием. Иначе мой хоррг был бы тебе очень признателен за такой обильный и вкусный завтрак. Ты бы и выстрелить не успела, а если и успела, то вряд ли попала, – хмыкнула, поглаживая Спирита по морде, которую он положил мне на освободившееся от зубельхориса плечо.

Лу заранее предусмотрительно полностью слилась с окружающей средой, как обычно, перебравшись за спину, поэтому девушка её не заметила, а хоррг сразу воспользовался случаем, чтобы получить от меня порцию ласки. Сначала в карих глазах незнакомки появилось непонимание, затем оно сменилось недоверием и наконец осознанием того, что ей, действительно, крупно повезло.

– Он… бы меня… съел? – нервно сглотнув, охрипшим голосом произнесла девушка.

– Наверное, – с самым невозмутимым видом пожала плечами, внутренне забавляясь происходящему. – Я его попросил никого не пускать.

– Пожалуйста, уважаемый мар, позвольте мне забрать хорргари. Мы с младшей сестрой очень-очень спешим. Простите меня, если я вас обидела своим неразумным поведением.

Пантера превратилась в лань, дерзкая девушка – в робкую крестьянку, даже правила вежливого обращения вспомнила.

– И далеко ли «очень-очень» спешит уважаемая мара? – услышала вкрадчивый голос братца.

Каа вышел на охоту.

Глава 15. Понравиться как девушке? Легко! Спасти её иль быть спасённым ею

Глава 15. Понравиться как девушке? Легко! Спасти её иль быть спасённым ею

– Подь сюды. Хочешь большой, но чистой любви?

– Да кто ж её не хочет…

– Тогда приходи, как стемнеет,

на сеновал. Придёшь?

– Отчего ж не прийти? Приду.

Только уж и вы приходите. А то вон

сударь тоже позвал, а опосля испугался.

– А она не одна придёт, она с кузнецом придёт.

– С каким кузнецом?

– С дядей моим, Степан Степанычем.

Он мне заместо отца, кузнец наш.

– А зачем нам кузнец? Не, нам кузнец

не нужен. Что я, лошадь, что ли?

Фильм «Формула любви»

Ничто так не воодушевляет женщин,

как возможность спасти мужчину.

Октавио Пас,

«Моя жизнь с волной»

Я обернулась. Братец стоял в дверях и пламенным взглядом прорентгенивал мою рыжеволосую оппонентку. У него лишь только слюна не капала, а так присутствовали все признаки здоровой утренней мужской реакции на красивую девушку. Я ему от всего сердца посочувствовала. Разумеется, он мог запросто, используя природное обаяние и немалый опыт ловеласа, подкатить, познакомиться и охмурить неопытную селянку, пользуюсь тем, что кузнец поблизости не наблюдался. А сочувствовала потому, что после недавнего разговора с девушкой убедилась – легко братику не будет. У неё характер явно не ангельский.

– Куда я спешу, уважаемому мару знать совсем не обязательно, – снова нахмурилась огненновласая, заметив плотоядный взгляд, каким прожигал её Берис. – Я лишь хочу забрать своё имущество.

– Мы тоже спешим, прекрасная незнакомка. Может, нам пора уже познакомиться и поспешить вместе? – не унимался брат. – Разрешите представиться: Берис ри-Силь, а это мой младший брат – Вирон ри-Силь. Мы путешествуем, – произнёс он, отвесив изящный поклон, который пришлось продублировать, раз уж меня представили даме, хоть и селянке.

Девушка изумлённо посмотрела сначала на него, а затем на меня. Видимо, ей было непривычно, что перед ней склонили головы такие сногсшибательные юноши. Да ещё с подобным изяществом. Наверняка она поняла, что наш отец явно из благородного сословия, причём не отказавшийся от смесков, как нередко происходило по доброй воле или под давлением семьи, а давший им приличное воспитание. Хотя по нашим дорожным костюмам мы больше походили на представителей среднего сословия.

– Меня зовут Радо́на, дочь Зена, кузнеца, – сказала она и попыталась изобразить более или менее изящный поклон.

Он ей совсем не удался: крестьяне кланялись своим господам в пояс, как мужчины, так и женщины, а между собой они приветствовали друг друга наклоном головы. Девушка же решила нам продемонстрировать местный реверанс, которым пользовались женщины, имевшие более высокий статус.

Я закашлялась, сдерживая чуть было не прорвавшийся наружу смех. Её папочка – кузнец! Да ладно! Буквально несколько минут назад в памяти промелькнула картина из фильма, как только увидела взгляд братца, каким он уставился на сельскую фею. Осталось только пожелать ему удачи, когда Берис пригласит Радону на ближайший сеновал. У феи на поясе ножны с кинжалом, да и умение стрелять из аналога арбалета девушка нам уже показала. Интересно понаблюдать за развитием их отношений.

– Очень приятно, мара Радона. Теперь вы убедились в том, что мы не разбойники, а обычные путники, поэтому предлагаю скрасить нам дорогу своим присутствием. Она всегда становится короче, когда путешествуешь в хорошей компании. К тому же защита в нашем лице для двух юных девушек совершенно не будет лишней.

Вот же ведь, засранец! Я почувствовала, что брат включил магический дар убеждения, чтобы склонить весы в нужную сторону. Было видно, что девушка ещё не доверяла нам, но Берис, применяя данные ему от природы крохи магии, пытался и логически обосновать необходимость принятия нас в качестве спутников.

– Действительно, почему бы нам не ехать вместе, хотя бы до тех пор, пока мы не минуем этот опасный лес? – решила из солидарности поддержать брата. – Возможностей благополучно выбраться отсюда у вас намного меньше, чем у нас. Наш милостивый рикс, конечно же, борется с этой напастью, посылая разъезды на прочёсывание леса, но разбойникам почти всегда удаётся ускользнуть. Они нападают только на беззащитных путников, каковыми вы и являетесь.

– Хорошо. Но только, пока не доберёмся до Брикриста́ра. Там вы поедете своим путём, а мы – своим, – неохотно согласилась девушка.

Брикристаром назывался небольшой городок, расположенный в двух переходах от границы леса. Нам было с девушками по пути. В городке намеревались найти подходящего мага или хотя бы узнать, где такие уникумы водились, а заодно поискать проводника до Дивных гор.

– Тогда нам стоит позаботиться о верховых животных и позавтракать, если не хотим задержаться здесь до обеда, – улыбнулся братишка, а Лу издала скрипучий звук, представляющий собой что-то вроде иронического хмыканья.

Я с нею полностью согласилась: Берис не прочь задержаться не только до обеда, но и до следующего завтрака при условии, что ночевать будет в домике и не один.

От неожиданного звука девушка вздрогнула и с подозрением посмотрела на меня, схватившись за рукоять кинжала.

– Не бойтесь, мара. Это зубельхорис моего брата. Она любит покушать, поэтому обрадовалась известию о скором завтраке.

Радона расслабилась и уже с любопытством уставилась на моё плечо. Я скосила глаза в то место, где уже материализовалась Лу, являя себя миру во всей красе – с улыбкой до ушей и яркой сине-жёлтой раскраской толстенького тельца.

– Знакомьтесь. Мара Радона, это – Лулу. Лулу, это – мара Радона, дочь кузнеца Зена, – церемонно, с серьёзной физиономией, но едва сдерживая готовый прорваться смех, представила их друг другу.

– Никогда не видела зубельхорисов, только слышала о них от отца. Какая красавица! – умилилась девушка.

«Лу, тебе надо было раньше появиться, тогда бы мы столько времени на уговоры не потратили. Все женщины во всех мирах одинаковые – милые зверушки их приводят в восторг».

Мы сводили хорргов на водопой и позавтракали сами внутри домика, где познакомились с младшей сестрой Радоны – Ниро́ной. Она оказалась совсем молоденькой, кажется, даже младше меня. Тоненькая, такая же рыжеволосая, как и сестра, с пухлыми губками и большими, медового цвета, глазами. Во время завтрака девушка не сводила глаз с Лулу, наблюдая, как я кормила ящерку, и забывая при этом, что необходимо есть и самой. Ребёнок совсем. И чего их понесло через этот опасный лес?

Брат разливался соловьём, пытаясь очаровать будущих спутниц и растворить последние капли недоверия к нам, но на все осторожные вопросы о цели их путешествия Радона вежливо уходила от ответа, так что Берис на время прекратил попытки, чтобы не насторожить девушек ещё сильнее. Впереди несколько суток пути вместе.

* * *

Мы ехали рысью по лесной дороге, что иногда начинала петлять, огибая многовековых великанов с могучими стволами, которые вряд ли смогли бы обхватить даже вчетвером. Скачка не располагала к беседе, поэтому ехали молча, думая каждый о своём. Иногда любопытная Лу влезала в головы спутников, передавая в образах то, что там у них творилось. Подобное общение было для меня не таким напряжным, как внутренний словесный разговор с ней, от которого начинали ныть виски и затылок.

В мыслях Бериса была сплошная порнография, где присутствовали обе наши спутницы, а Нирона, как это ни странно, думала обо мне. Кажется, я ей понравилась, подходя по возрасту больше, чем мой брат, но существовал один нюанс – мы с ней одного пола. Моя маскировка под юношу сыграла с девушкой злую шутку, а я пока не могла раскрыться из-за соображений безопасности.

В мыслях старшей просматривалось настороженное отношение к нам обоим и тревога за младшенькую. Радона разрывалась между необходимостью принятия неожиданно подвернувшейся защиты и опасением, что за неё могут потребовать оплату в нежелательной для них форме. Страх перед мужчиной. Что бы это могло значить? Может, сёстры поверглись домогательствам или даже насилию, поэтому ринулись спасаться, выбрав путь, не слишком подходящий для слабых девушек, хотя и хорошо вооружённых. Эту загадку мне захотелось разгадать.

Так, в молчании, мы ехали уже несколько часов. К моему облегчению, хорргари без подавителя вела себя довольно спокойно и послушно. Видимо, сёстры сумели выстроить с животным доверительные отношения.Местное солнце, называемое светилом, вскарабкалось по небосклону к зениту, нещадно припекая и доставая нас жаркими лучами даже сквозь кроны деревьев. Птичьи трели уже не радовали, а раздражали, мучая резкими звуками слух. Хотелось поскорее вырваться из леса и оказаться подальше как от назойливых песенок местных птах, так и от нависшей над нами Дамокловым мечом вполне реальной опасности встречи с «работниками ножа и топора».

Кажется, мысли действительно материальны. Поперёк дороги лежало толстое дерево. Оно совершенно точно свалилось не от старости и не от ветра. Подрубили. Слишком правильно упало, полностью перегородив тропу и не давая возможности быстро объехать стороной. Справа и слева тянулись кусты, а хоррги перепрыгнуть довольно толстый ствол с торчащими вверх ветвями не могли. Ковра-самолёта у нас не было, подходящей для расчистки пути магией мы не владели. Как говорится, приехали.

Подтверждая мои догадки, раздался резкий свист, от которого хорргари девушек шарахнулась в сторону, не давая Радоне даже схватиться за оружие. Взметнулись змеями лассо, сдёргивая девушек с испуганного животного, а затем и обвиваясь вокруг шеи хорргари. Видимо, в намерения разбойников не входило убийство путешественников. Да и слишком отточенными и слаженными были их действия, как будто налётчики действовали по давно отработанной схеме, а если судить о точности попадания петель на жертвы, без магии не обошлось. В этом мире существовало рабовладение, поэтому бандитам явно выгоднее продавать свои жертвы, а не перерезать ими глотки.

Лулу, умница моя, сразу активировала защиту, охватив ею Спирита. Брату такого счастья не досталось, но он не растерялся и бросился в сторону кустов, откуда тянулись верёвки, выхватывая на скаку меч, ведь нападение – лучшая защита.

Я же, прицелившись из летара, всадила безо всякого сожаления болт в первого высунувшегося злодея. В ответ вылетела такая же металлическая стрела в мою сторону. Целились в меня, между прочим, но Спирит дёрнулся влево, словно почувствовал опасность.

Краем глаза заметила, что к девушкам подобрался один из разбойников, чтобы, видимо, пока остальные дрались, оттащить добычу в безопасное место. Фиг тебе, урод! Спирит, уловив мой мысленный настрой, рванул в сторону супостата, заодно избежав ещё одной стрелы в наш адрес. Вот ведь, Робин Гуд недоделанный!

– Берис, сними стрелка, достал уже! – зло крикнула я, выхватывая меч и налетая на разбойника, который копошился возле наших попутчиц.

Мужик отпрыгнул, увёртываясь, и тоже попытался вытащить меч, но не успел. Спирит просто махнул головой, чиркнув рогом, коническая основа которого заканчивалась плоским, острым, слегка волнообразным «клинком», и голова злодея отделилась от тела, забрызгав кровью траву, мою одежду и лицо. В пылу боя это даже не покоробило, как будто просто смотрела фильм, зная, что вся кровища вокруг – лишь спецэффекты: утёрлась манжетой зачарованной рубашки, сдвинув вверх рукав верхней куртки, и спешилась.

Присев возле девушек, потерявших сознание от удара после падения, я перерезала верёвку и начала ощупывать их на предмет переломов. Между тем Спирит держал оборону, не подпуская к нам кинувшихся в лобовую атаку нескольких смертников.

Я не доктор ни разу, а почти юрист – особо в травмах не разбиралась. Ощупала руки и ноги спутниц, явных переломов не обнаружила, поэтому начала приводить в чувство. Начала с Радоны – она могла позаботиться о сестре, а мне надо помочь брату управиться с разбойниками.

– Эй, очнись, хватит на земле валяться, – приговаривала, хлопая старшую по щеке.

Наконец девушка открыла глаза и попыталась отбиться от меня, видимо приняв за разбойника, но, разобравшись, благодарно кивнула и бросилась к сестре. Я метнулась к их хорргари, вытащила притороченный к седлу летар и отдала его хозяйке, чтобы та могла защититься. Бессловесная копытная спокойно стояла в этом кровавом аду и даже не пыталась сбежать. Видимо, на верёвке, что накинул разбойник на хорргари, тоже лежали чары подавления воли.

Я кинула взгляд на Спирита. Он с упоением месил копытами чьё-то тело, а в это время местный «ворошиловский стрелок» целился в моего хоррга из летара. Даже не задумавшись, чисто на рефлексе, выдернула из ножен кинжал и запустила им в разбойника. Кинжалы не так хороши, как специальные метательные ножи, но и этим его достала.

Видимо, стрелок оказался последним из смельчаков, остальные – либо сбежали, либо погибли. Я осмотрела поле боя. Берис как раз вытаскивал меч из груди только что поверженного противника. Осмотрев клинок, вытер его об одежду мертвеца и повернулся ко мне, левой рукой сжимая порез на бедре, откуда сочилась кровь.

– Ты не ранен? – крикнул он, скользя тревожным взглядом, и похромал навстречу. – Меня вот задело немного.

– Нет, всё в порядке!

Радона, заметив его состояние, быстро подошла к Берису, предварительно достав из перемётной сумки, что находилась на хорргари, свою запасную рубашку. Нирона тем временем отцепила от седла ёмкость с питьевой водой, и девушки занялись раной брата. Старшая покромсала рубашку на ленты и перевязала рану, предварительно промыв её. Штаны Берис снимать отказался, поэтому обошлись тем, что расширили порез ткани и забинтовали рану поверх одежды.

Я подошла к Спириту и посмотрела на его жертву. Вот тут мне реально поплохело. Хорошо, что завтракали давно. Со стоном рухнула на четвереньки, скрученная рвотными позывами. Меня выворачивало желчью несколько минут, а когда её запас иссяк, я, измотанная морально и физически, отползла на некоторое расстояние и повалилась в мягкую траву, потеряв сознание.

Глава 16. Попутчицы

Глава 16. Попутчицы

Удивительно, но люди могут составить

друг другу приятную компанию в пути,

следуя при этом каждый своей дорогой.

Вента

Очнулась оттого, что кто-то отирал моё лицо влажной тканью. Она приятно холодила кожу, а затем скользнула по шее. Хорошо-то как! Чьи-то пальцы начали расстёгивать куртку. А это уже – не есть хорошо. Я вскинула руку и перехватила тонкую кисть, одновременно открывая глаза. На меня испуганно смотрела Нирона.

Я облизала пересохшие губы, чувствуя во рту неприятную кислоту. Нирона осторожно вытянула руку из моего ослабшего захвата и исчезла из поля зрения, но вскоре появилась с походной баклажкой.

– Выпейте воды, мар.

Осторожно приподняв мою голову, поднесла горлышко к губам. Я сначала прополоскала рот, сплюнув испорченную жидкость на землю, а затем с удовольствием напилась. Стало немного легче.

– Спасибо, Нира. Можно, я буду так тебя называть?

Кажется, мой слегка охрипший голос вызвал у девушки странную реакцию. Её щёчки порозовели, она кивнула в знак согласия и протянула руку, помогая встать. Я приняла помощь, но сразу же отпустила узкую ладошку, опасаясь, что нежная кожа Ниры сгорит от смущения. Да, созданный мною образ юноши точно зацепил её сердечко, но только что с этим делать?

Стараясь не смотреть на то, что осталось от разбойников, шатающейся походкой только что вышедшего из таверны моряка, подошла к Спириту и обняла боевого товарища за шею. Меня снова чуть не стошнило: вся морда в крови, а с одной стороны свисал кусок мяса, застрявший в зубах. Почувствовав моё состояние, хоррг мотнул головой, и кусок улетел в неизвестном направлении. Я застонала, борясь с многострадальным желудком и пытаясь усилием воли подавить рвотные позывы. Лулу жалобно курлыкнула, проявляя сочувствие. Боооже! За что! В чём я согрешила, чтобы получить такое наказание? Только не говорите мне, что Бог не посылает испытания сверх того, что человек может вынести. И да, мне не скучно. Спасибо тебе огромное, Барадиэль!

Лулу тихонечко мурлыкала и курлыкала на плече, не усугубляя без того тяжёлого состояния и не насилуя мозг словесными утешениями, а Спирит поддерживал по-своему, посылая волны сожаления и успокоения. Наконец я справилась с возмутившимся организмом и прошептала своему зверинцу тёплые, искренние слова благодарности за сегодняшнее спасение наших жизней.

– Ты в порядке?

Берис, несмотря на рану, подошёл совершенно незаметно. Брат приобнял за плечи и, развернув, впился тревожным взглядом в моё лицо. Вымученно улыбнулась.

– Почти.

– Верхом ехать сможешь?

– У меня есть выбор? – усмехнулась криво. – Ты-то со своей раной сможешь ехать?

– Смогу. Я вспомнил, что у нас есть порошок от воспаления ран. Только что перевязку обновил. Теперь об этом не стоит беспокоиться. До утра заживёт. Нам надо спешить, сам знаешь.

– Знаю. От крови бы отмыться. И хорргов наших тоже… Хоть обратно к озеру возвращайся.

– Если поспешим, то выберемся к вечеру из леса, а за ним есть ручей. Не слишком полноводный, но нам хватит.

Брат хлопнул меня по плечу и пошёл к Лелису, сделав знак девушкам, что пора отправляться.

Радона взобралась на хорргари, а Берис, подъехав ближе, что-то сказал нашим спутницам и протянул руку Нире. Она сначала помотала головой, а затем, бросив в мою сторону быстрый взгляд, подчинилась. Брат дёрнул девушку вверх и усадил боком перед собой. Я поняла его задумку. Действительно, хорргари тяжело нести двоих, а Лелис и Спирит вполне могут выдержать дополнительный вес. Они более выносливые. Так сможем быстрее двигаться, если попеременно будем брать Ниру к себе в седло.

Мы покинули место бойни, пустив хорргов сначала рысью, а затем перешли в галоп, стремясь наверстать упущенное время.

Вскоре почувствовала себя намного лучше. Во время быстрой скачки ветер, смешанный с запахами леса и тонким ароматом канифоли, бил в лицо, прочищая лёгкие от, казалось, въевшегося в них навсегда запаха крови, унося прочь пережитый страх и леденящее, вымораживающее душу дыхание смерти. Сегодня она лишь пролетела рядом, слегка задев крылом. Даже моя реальная кончина в прошлом не могла сравниться с сегодняшними впечатлениями. Тогда всё произошло так внезапно, что даже испугаться не успела. Именно сегодня я по-настоящему повзрослела, увидев смерть совсем рядом, а не через монитор компьютера в онлайн игре с реалистичной графикой или художественном фильме. Здесь был опасный мир, где я делала лишь первые шаги, попав в него из тепличных условий, созданных во дворце.

Мы сделали лишь короткую остановку, чтобы справить естественные телесные надобности и слегка перекусить. Обед пропустили, да и первое время мысли о еде вызывали лишь отвращение, а сейчас желудок устроил революцию, лозунги которой с энтузиазмом поддержала Лу. Она топталась по мне, перебираясь с одного плеча на другое, покусывала за уши и тихонько жалобно курлыкала. Я была благодарна за то, что она не ныла, вгрызаясь болью в мозг: «Сина, кушать!» – как первое время, когда мой дар только проснулся.

Потратив некоторое количество питьевой воды, чтобы сполоснуть хотя бы руки, прежде чем приступить к трапезе, вытерла их о заговорённую рубашку, что впитала грязь и снова стала белоснежной, а ладони приобрели почти стерильную чистоту. Наши хоррги, за неимением мяса, которое осталось на месте побоища, моментально слизали друг у друга с морд засохшую кровь жертв, почти перестав после этого напоминать монстров из фильмов ужасов.

Нира пересела ко мне. Она немного повозилась, удобнее устраивая попу, а когда тронулись с места, робко обхватила меня за талию руками и замерла. Кажется, даже дышать перестала. Я мысленно хмыкнула и приобняла девчонку, страхуя на всякий случай от падения.

Ехали то рысью, то шагом, и уже не срывались в галоп, жалея хорргов. Через какое-то время пассажирка расслабилась и даже положила голову мне на плечо, свободное от зубельхориса. Лулу, бессовестная такая, подслушивала мысли Ниры и передавала в виде образов – мимолётных и поэтому не вызывавших приступов головной боли. Девушка, как и многие романтичные особы в её возрасте, мечтала о поцелуе с прекрасным «принцем», образ которого перенесла на меня. Ну да, почти угадала, но ей этого знать не надо.

* * *

Свершилось! Принцесса выбралась из леса, до смерти напугав страшного великана. Тебе, Лулу, не понять хода моих мыслей[1]. И не курлыкай так удивлённо. Это – память о прошлой жизни не отпускала меня и помогала переживать каждый новый день в до сих пор новом и неизведанном мире, где я так пока и не стала своей.

Светило потихоньку опускалось к линии горизонта, уже не опаляя жаром лучей, резкие голоса птиц не долбили по ушам, а лёгкий ветерок приятно освежал лицо. Лепота! Осталось добраться до ручья – и будет долгожданный отдых. Братишка, побывавший когда-то в этих краях, уверенно вёл нас к цели, да и хоррги приободрились, почувствовав воду.

Через некоторое время мы выехали к балке, поросшей кустарником и отдельно стоявшими деревьями. По дну протекал ручей. Мы отыскали пологий спуск и выбрали место для ночёвки.

Пока старшие занимались нашими животными, мы с Нирой пошли добывать топливо для костра. Сухих веток, нападавших с деревьев, было предостаточно. Трудились молча. Девушка собирала хворост и складывала мне на руки. Я же, как бы, парень, ага. Все тяжести на мне. Она молчала от смущения, а я – чтобы не провоцировать и не обнадёживать своим вниманием. Пришлось сделать несколько ходок, чтобы веток хватило на всю ночь.

Наконец добралась до воды и умылась. Пока светило совсем не закатилось за горизонт, я, отойдя вниз по течению, сняла куртку, забрызганную кровью, и начала застирывать пятна. К сожалению, Берис не владел всем спектром своего дара, поэтому бытовая магия ему пока что была неподвластна. Мысленно чертыхаясь, чем несказанно порадовала Лу, пыталась бороться с уже засохшей кровью, но это получалось не очень хорошо. Вот до чего доводят технический прогресс родного мира и праздная жизнь во дворце.

Услышав тихие шаги, обернулась и увидела Ниру.

– Давайте постираю. Это не мужское дело. И штаны снимайте. Я отвернусь.

Не буду разочаровывать. Было бы странное, если бы сейчас отказалась от такого предложения.

– Спасибо, если тебя это не затруднит, – благодарно кивнула ей. – У меня есть сменная одежда. Сейчас переоденусь и принесу.

Я сгоняла к нашему лагерю и выудила запасные куртку, штаны, а также рубашку с бриджами, заговорёнными на очищение тела. Мельком глянула на другую парочку. Берис уже расседлал хорргов и разжёг костёр, а Радона хлопотала возле огня, помешивая в котелке булькавшее варево. Кажется, у нас на ужин намечалась каша с вяленым мясом из запасов сестёр. Ну и славненько.

Я переоделась в кустах и отдала штаны Нироне. Рубашку и панталоны прополоскала в ручье самостоятельно, а затем раскинула их на ближайшем кустарнике. На моё счастье, маг попался сильный, а кровотечение – не обильным, поэтому на ткани не оказалось ни единого пятнышка, но на всякий случай решила подзарядить наложенное заклинание энергией водной стихии и ветра.

Тем временем Нира безо всякой магии, при помощи лишь обычного мыла, а, может, и не вполне обычного, отстирала кровь и развесила одежду на ветках. Я поблагодарила девушку, и мы вернулись в лагерь. Берису от стирки отвертеться не удалось, хотя Радона сжалилась и пообещала зашить пострадавшие в бою штаны.

К нашему приходу каша сварилась, поэтому сразу сели ужинать. Пока ели, я обдумывала речь, которую намеревалась произнести перед всеми. Мне хотелось узнать о намерениях девушек, а чтобы раскрутить их на это, необходимо дать им некоторую информацию и о нас. Доверие за доверие.

И вот каша с мясом съедены, даже котелок – и тот помыт. Наступили минуты полного расслабления и отдыха. Глаза непроизвольно начали закрываться, но усилием воли заставила себя взбодриться. Одно важное дело требовало завершения.

– Сегодня у нас был тяжёлый день. Мы избежали страшной участи. И, слава богам, мы ехали вместе, а не по отдельности.

– Мы с сестрой благодарны вам за спасение, – вежливо наклонила голову Радона.

Ну вот – напряглась. Подумала, что сейчас оплату потребуем. Натурой. Пора разочаровать.

– Я это к тому говорю, что, пережив такое приключение, мы стали немного ближе друг другу. У некоторых мужчин это называется дружбой, а у других – лишь долгом жизни, но мне хочется, чтобы мы стали друзьями и доверяли друг другу. А раз мы будем друзьями, то и знать друг о друге должны немного больше. Вам же интересно узнать что-то о нас?

– Да! – быстро ответила Нира и покраснела под осуждающим взглядом старшей сестры.

– Хорошо, кое-что расскажу, но и от вас жду ответного шага. Договорились?

Я в упор посмотрела прямо в глаза Радоне, а она явно колебалась, гадая, можно ли нам доверять или лучше не сто́ит.

– Брат! Думай, о чём говоришь, – сердито зыркнул на меня Берис, опасаясь, что раскрою неосторожными словами наше инкогнито – что с девочки-принцессочки взять!

– Я всегда думаю, когда говорю, – успокаивающе улыбнулась ему и перевела вопрошающий взгляд на Радону.

– Хорошо, – наконец согласилась та.

И я рассказала девушкам нашу придуманную легенду, впрочем, почти правдивую, ведь утаивание некоторой части информации и слегка изменённые нюансы биографии не являлись обманом как таковым – нам действительно пришлось дать мачехе магическую клятву о неразглашении сведений о личности нашего отца.

По этой легенде мы были ристраками одного очень влиятельного и высокородного олия от матери смешанной крови ресов и олиев из семьи среднего сословия, а затем он женился на девушке, соответствующей его положению. После рождения законных детей мачеха предложила нам очень выгодные условия исчезновения из поля зрения, снабдив всем необходимым для дороги. Но из-за того, что отца мы в известность не поставили, за нами могли послать погоню, ибо у родителя имелись собственные планы на будущее внебрачных сыновей, которые мы так бессовестно нарушили побегом. А теперь мы путешествовали в поисках хорошего учителя магии, которого хотели разыскать за пределами риксие – в других землях Великой Асории.

Со времени первой сказки о приходе «вестника богов» в мой сон, сочинённой в этом мире, прошло некоторое время, положительным образом сказавшееся на моём красноречии и общем полёте фантазии. Девушки слушали очень внимательно, а младшенькая даже сочувственно вздыхала на некоторых тяжёлых моментах нашей с Берисом биографии.

Кажется, рассказ впечатлил сестёр, поэтому от них последовал ответный шаг. Радона поведала историю, правдивость которой тестировала для меня Лулу.

Обе были дочерями кузнеца и проживали в крупном селе, входящем во владения одного состоятельного олия. Если применить к местной системе иерархии наши термины, то он являлся мелкоземельным бароном, или кро́зом, а на подвластных территориях феодал вёл себя так, словно он рикс, а то и сам асор. Кро́зия, как положено, дала ему наследника и занималась исключительно воспитанием, не обращая внимания на то, что муж перетаскал на супружеское ложе всех более-менее миловидных служанок, домашних рабынь и крестьянок.

Однажды его благосклонный взор упал на старшую дочь кузнеца. Кроз напрямую предложил Радоне подарить ему свою невинность, пообещав осыпать благодеяниями всю семью. Девушка ответила отказом. Она была довольно своенравной и могла постоять за себя. Кузнец знал секрет хорошей стали, его мечи и летары ценились и пользовались спросом не только в ближайшей округе, но и за её пределами. Сам же неплохо владел искусством поединка, научив этому дочь, когда заметил её интерес к своей работе и любовь к оружию вообще. Радона часто помогала отцу в кузне, поэтому знала семейный секрет изготовления сплавов для клинков, что почти не тупились, хорошо держа заточку. Она похвалилась усовершенствованным летаром, который буквально за день до печального события доделал отец.

Отказ не смутил, а раззадорил подонка. Он прямым текстом объяснил Радоне, что девушка в его полной власти, и у него хватит воображения сделать жизнь её семьи невыносимой: в доме может случиться пожар, а младшую сестру – похитить охотники за рабами. Красивые девушки всегда ценились, особенно на рынках южных государств. А ещё пригрозил обвинить её отца в злоумышлении на особу кроза.

Радона обещала подумать и сообщить о принятом решении на следующий день, но всё рассказала отцу с матерью, и они настояли, чтобы обе дочери исчезли из дома. Сёстры собрались в дорогу и уехали, однако нарушили обещание, данное родителям, и отправились короткой дорогой через лес, стремясь наверняка оторваться от погони, которую кроз мог послать за ними.

– Я так волнуюсь! Хотя родители будут отрицать, что знали о нашем побеге, хаспадар может отомстить моей семье.