Текст книги "Принцесса с сюрпризом - это я! (СИ)"

Автор книги: Наталья Овчар

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 27 страниц)

Я положила договорную личную плату на столик и щёлкнула пальцами, включая матрицу. У мужчины вырвался лёгкий вздох сожаления, когда рядом снова стояла дама бальзаковского возраста.

– Присядь. Смотри в глаза, – попросила Мишхоля и захватила управление сознанием. – Ты временно забудешь всё, что случилось здесь после твоих слов «Расскажи о своих предпочтениях». Ключ к возвращению памяти – «лапундер».

Меня всегда забавляло название этой обезьянки. Оно стало часто употребляемым кодовым словом в прошлой жизни. Щелчок пальцами перед носом – и взгляд селика стал осмысленным. Он поспешил подняться, растерянно моргнул и огляделся.

– Ложе смято, окно затемнено… Бийери, ты уже стёрла мою память, – сделал вывод Мишхоль.

– Не стёрла, а временно запечатала. Оговорённая награда на столике. Ты был великолепен.

– Благодарю, прекрасная бийери, – склонился парень и заботливо подхватил под локоть. – Я провожу.

Моё повторное посещение заведения случилось в день рождения Бериса. Брат, повозмущавшись, сдался. А куда бы он делся, если всё веселье мной заранее оговорено и оплачено до следующего утра: и комнаты, и богато накрытый стол, и культурная программа в виде музыки с танцами, и сладенькое на ночь.

Мишхоль был предупредительным и обходительным, как в прошлый раз, хотя для посещения «весёлого дома» я снова приняла облик юноши. Исподтишка наблюдая за выражением лица, тихонько считала не слишком весёлые мысли парня. Он явно не восторге от перспективы скорого тесного общения с представителем своего пола, но работа есть работа. Еле сдержала себя. Люблю удивлять.

Часа через два культурной программы я отослала селика в свою снятую комнату и, проделав несложную для меня манипуляцию, как и обещала брату, оставила его наедине с выбранной изначальной. Сама же отправилась в соседний будуар.

Мишаня встал при моём появлении и с улыбкой направился встречать дорогого «гостя». Он пребывал в некоторой растерянности, которую старался изо всех сил скрывать за маской радушия и покорности, потому что за общим столом я не лапала его, как по идее должна была, и пресекала попытки его ласк.

Расположившись в кресле, я положила ногу на ногу и щёлкнула пальцами.

– Лапундер.

Селик вздрогнул, тряхнул головой и с удивлением уставился на меня. Память о прошлой встрече проснулась, но он не сразу понял, почему вдруг это случилось, ведь, по сути, я была для него незнакомцем с порочной наклонностью, что довольно редко, по утверждению Миведии, встречалась среди асков.

– Прошу прощения, бийер, не…

– Я же обещала, что верну воспоминания при новой встрече, – пояснила с улыбкой, убирая маскировку. – Пожалуй, мне будет проще посещать заведение под обликом мужчины.

– Бийери, ты невероятна!

Мишхоль, явно обрадовавшись такому повороту, принялся с энтузиазмом лобызать руки, поглядывая так, что и без ароматического возбудителя начала заводиться. Селик, причём, тоже, а ведь минуту назад у него там спокойно висело, а не выпирало.

– Сегодня попробуем новенькое, – сообщила многообещающе и материализовала женский аватар, у которого целый месяц настраивала и тестировала магически-нервную привязку со своим телом.

Глава 40. Извилистый путь, уж приведи куда-нибудь

Глава 40. Извилистый путь, уж приведи куда-нибудь

Не стоит называть отважным того,

кто ни разу не прошёл сотни километров.

Если хочешь постичь, кто ты на самом деле,

ступай и иди, пока вокруг не останется тех,

кто знает тебя по имени. Путешествие —

великий уравнитель, великий учитель,

горький, как лекарство, и твёрдый, как зеркало.

Долгий путь позволит тебе узнать о себе больше,

чем сотня лет спокойного созерцания.

Патрик Ротфусс

В разговорах с Русколем мы всё чаще начинали выстраивать схемы предстоящего выгодного сотрудничества между нашими расами. Справив свой семнадцатый день рождения, потихоньку начала готовиться к возвращению. Из меня фонтанировали идеи одна грандиознее другой. «Гениальные» мысли заносила в блокнот, который завела для этих целей. Письменность обеих рас не слишком подходила для скорописи, поэтому строчила на родном русском, сокращая слова, как в былые времена, когда сидела в универе на лекциях. Ни одному из агентов иностранных разведок не светило с дешифровкой, потому что сама потом не всегда понимала, что написала.

Для окончательного выбора места дислокации долго штудировала карты. Дед, бывший кадровый военный, ещё в детстве научил с ними обращаться, заодно словечек от него нахваталась. Специфических. Великая Асория находилась на самом большом континенте из трёх, известных олиям. По поводу остальных, о которых узнала уже здесь, сделала закладку на экране браузера памяти. Может, получится и туда попасть. Когда-нибудь.

А пока остановила выбор на Торгенсалинии. Она, как и Эрсолизия, граничила с владениями ресов-кочевников, но располагалась ближе к территории Ласконии. Для моих целей вполне подходило проживание в столице этого государства – Герсалии. Больше возможностей, да и затеряться в крупном городе легче. Во всяком случае, глушь глухая меня совсем не устраивала.

Прежде чем отправиться в путь, окончательно откорректировала вариант маскирующей внешности с чертами отчима, убрав сексуальную родинку над верхней губой, которой снабдил меня при первоначальном перевоплощении Берис. Родной цвет волос приглушила на два тона, чтобы уровень магии выглядел достаточно сильным, но не чересчур, а цвет глаз оставила зелёным – уже привыкла к нему, да и не такой редкостью он был, чтобы привлекать внимание. Волосы, отросшие до плеч, собирала в низкий хвост. Получилась вполне заурядная, по меркам олиев, внешность обычного ристрака – представителя этой расы.

По слегка изменённой легенде мы с Берисом остались братьями по отцу-олию, но теперь его фамилия была ри-Кинк по матери-реске, а моя – рэ-Силь по матери-олийке, но не жены. Остальное оставили неизменным. Братишка после преобразования совсем не походил на отца, пожертвовав формой узнаваемого носа с благородной горбинкой, зато теперь любой без сомнений принял бы нас за близких родственников.

Мои воспоминания о технических наворотах родного мира позволили при помощи более продвинутых магов и технарей Ласконии сконструировать артефакты с широким спектром действия. Они могли выглядеть весьма разнообразно – и как броши, и как кулоны, и как перстни. Основным ноу-хау, до чего не додумались аски и за что весьма были мне благодарны – это кристаллы стандартного размера, что можно вставить «лёгким движением руки» в основу, роль которой выполняли те самые перстни и кулоны. Они выполняли функцию как легко заменяемого аккумулятора, так и блока с определённой программой – например, по смене облика.

Благодаря этому усовершенствованию, мы с братом могли быстро менять внешность, не тратя личного резерва. Очень удобно для резидентов внешней разведки, каковыми, по сути, стали. Но я не расценивала это как измену Эрсолизии, а наоборот, хотела именно «историческую родину» превратить в плацдарм для налаживания добрососедских отношений между Великой Асорией и Ласконией. Даже, может быть, закрепить брачным союзом, начав со своей сестры.

Риси очень понравилась младшему наследнику владык. Кастэль, весьма любознательный подросток, часто при случае утягивал меня в укромные местечки сада, чтобы утолить неуёмное любопытство. Я рассказывала ему как о своей прошлой жизни, так и о детстве в теле Сины.

– А ты можешь мне показать образ своей сестры? – попросил парнишка, когда узнал, как из вредной, склочной и анорексичной малявки Лайяриси постепенно превратилась в очень красивую и вполне адекватную девочку.

Я показала младшенькую такой, какой запомнила в день побега из дворца. Тогда Риси даже всплакнула. Она реально привязалась ко мне за прошедшие годы. По загоревшимся глазам брата Русколя стало понятно, что сестрёнка произвела на принца впечатление.

– Сильно губу не раскатывай, – предупредила честно, – отец вполне мог пойти на поводу у мачехи и перекинуть обязательство о браке с меня на сестру. Хотя попытаться можно, – добавила поспешно, увидев, что мордашка второго наследника помрачнела. – Союз с новой и сильной державой может перевесить её желание сделать из Риси асорэ.

– Я поговорю сначала с братом, – мудро решил юноша.

Накануне отбытия под личиной дамы бальзаковского возраста посетила весёлое заведение, чтобы оторваться по полной и попрощаться с Мишхолем. Не могла вот так просто исчезнуть из его жизни. Нет, я не влюбилась. Где-то в глубине подсознания стоял некий знак «кирпич», что не давал симпатии развиться во что-то большее. Было ли это следствием пережитого предательства Юрки или бдил пресловутый страж «счастья небесного» – да кто же знает?!

– Ты сегодня не такая, как всегда, – между поцелуями шепнул селик. – Тебя что-то тревожит?

– Может быть, но не будем об этом. Готов к новому приятному испытанию?

– Конечно. Чем поразишь на этот раз?

Мой аватар с магическо-нервной привязкой сильно в тот раз удивил Мишхоля. Он чувствовал под пальцами тёплую шелковистую кожу иллюзии, а прикосновения к копии вызывали совершенно реальный отклик у моего тела. Это было невероятно! Одураченная метка молчала, даже когда селик по моей просьбе осторожно провёл сначала по запретной зоне слева, а затем и внизу – между ног. Полученная безнаказанная разрядка толкнула на дальнейшую дерзость. Хотелось полного контакта, пусть и между привязанными аватарами, а не напрямую.

К моменту последней встречи удалось усовершенствовать свою копию и создать аватар Мишхоля. Теперь пришло время испытать полную гамму удовольствия. Я активировала обе иллюзии.

– Ну как тебе? – поинтересовалась, заставив «куклу» поворачиваться вокруг своей оси.

– Это же я? Очень похож! Ты невероятная девушка!

Мишаня вскочил с кровати и оказался возле копии. Притронулся к плечу, провёл по мускулистой груди.

– Встань рядом, – попросила селика и подошла к «близнецам». – Я соединю тебя с ним.

«Включив» особое зрение, которым овладела уже в Ласконии, принялась прикреплять магические потоки аватара к Мишхолю.

Ладонь скользила по «кукле», а тело селика отзывалось на прикосновения. Было приятно наблюдать за выражением безмерного удивления и восторга на красивом лице мужчины.

Я потянула Мишхоля за собой на ложе, а заработавшие программы обоих аватаров отправили их за нами следом, и пусть эти программы пока предусматривали не слишком изощрённые действия, нам этого хватило.

Наконец-то полное расслабление! Боль не пришла, даже когда копия селика ворвалась в ранее запретную область моего аватара и начала двигаться мощными толчками.

Это было странное чувство, как будто подсматривала за парочкой в замочную скважину или участвовала в групповушке, потому что всё происходившее с нами заводило сильнее и сильнее.

Тяжёлое дыхание лежавшего рядом мужчины, стоны, что непроизвольно срывались с моих губ, нараставшее напряжение в глубине, что закручивалось сладкими водоворотами…

Я вскрикнула, выгибаясь и задыхаясь от накрывших ощущений, а рядом, явно сдерживая голос, хрипло срезонировал селик. Раз, другой, третий – будто навёрстывала упущенные раньше возможности, а Мишхоля тоже было не остановить. Он интуитивно уловил принцип управления, поэтому программа стала намного разнообразнее. Я тоже дала полную волю рукам и губам своей копии, потому что наша с ней связь была полной.

Наконец разрядившись, аватары растаяли, оставив нас вдвоём приходить в себя от испытанного крышесноса.

Осторожное движение рядом вывело из полудремотного состояния, а поцелуй в губы, что сопровождался «ворчанием» проснувшейся метки, вообще взбодрил.

– Прошу, не стирай это из моей памяти, – услышала шёпот и открыла глаза.

– Не могу. Прости, – грустно улыбнулась, посмотрев в лавандовые глаза. – Завтра я уезжаю и вряд ли вернусь когда-нибудь обратно.

Тоскливый взгляд мужчины сказал о многом.

– Ты могла бы взять меня с собой. Иногда кому-то из нас везёт. Возникает взаимная симпатия, и селик может уйти с избравшей его. Я…

– Тсс… – прикоснулась пальцем к чёткой формы губам, чтобы он не сказал слова, которые сделают меня слабой. – Я желаю тебе встретить такую женщину. Мне пора.

Мишхоль поцеловал руку, смиряясь, и помог одеться. Вскоре перед ним вновь стояла дама не первой молодости.

– Ты всё же невероятная. Жаль, что всё забуду, – произнёс селик и твёрдо посмотрел мне в глаза. – Приходи снова, – привычно оглянувшись и поняв, что в очередной раз в его памяти образовалась лакуна.

– Мы больше не встретимся. К сожалению, ты будешь помнить только это лицо, что видишь сейчас, но я благодарна тебе за всё, что ты для меня сделал. Дай руку, – сказала, достав кольцо с крацем из внутреннего кармана, что терялся в складках одежды. – Теперь никто не сможет влезть к тебе в голову, подчинить волю или стереть память. Если понадобится помощь, то найди бийера Корвеля Астольера. Он живёт на седьмом ярусе внешней части столицы. Хар Астольер – мой учитель и великий учёный муж. Корвель знает о тебе.

Я надела кольцо на палец и попросила пригласить хозяина. В его присутствии вручила Мишхолю увесистый кошель, чтобы потом не возникло вопросов о появлении немаленькой суммы.

Настал день отбытия. Русколь организовал переход сначала до Согры, где я встретилась с Нирой, а также располневшей и похорошевшей от счастья предстоящего материнства Радоной. После взаимных обнимашек подарила созданные мною лично амулеты – одинаковые броши в виде тех горных цветов, из-за которых сорвалась со скалы, но при этом открыла новое месторождение радужника. Заодно свершила «месть», вручив новую разработку-амулет с набором аккумуляторов своей благодетельнице – Кильфии Декоданэ, от которой она пришла в неописуемый восторг, а ещё передала привет и подарки от супруги Русколя.

Далее наш путь лежал до границы Дикой Степи и Торгенсалинии, куда Садис переместил на тосире кристаллы для создания конечной точки перехода из стационарного портала на площади Согры. Вместе с нашими живоглотиками, подросшей Лулу и ещё двумя хорргари, нагруженными поклажей, мы своим ходом добрались до Герсалии. Там, на улице Теней, нас ждал заранее приобретённый на моё имя небольшой домик с проверенной прислугой.

Бериса и меня ждал сюрприз из сюрпризов. Я даже обиделась слегка – уж мне-то могли сказать, чертяки.

Лати́ль Вильнё, он же Вера́к Риз, он же агент по продажам недвижимости, он же резидент асков в Торгенсалинии и наш связной, с любезной улыбкой на лице, подобострастно кланяясь, встретил на улице у витой ограды, что окружала новое пристанище. Как только мы оказались на территории особняка, его выражение лица утратило слащавость и стало серьёзным.

Кряжистый конюх-рес, кинувшийся к нашим хорргам, чуть не поплатился за излишнее рвение. Я вовремя среагировала, прикрикнув на Спирита, и предложила слуге заняться хорргари. Живоглотиков мы самолично отвели в хоррегу. Слуги ждали нас в просторном холле, успев собраться и выстроиться в линию, пока мы устраивали животных. Все оказались ресами.

– Домоправительница Миа́ра Синк, повар Пиро́н Дак, горничные Лиа́за Тор и Риза Шон. Конюха зовут Стан Рик. Все проверены, надёжны и сейчас же дадут вам магическую клятву верности, – сообщил Латиль.

Слуги, как и конюх, который через несколько минут присоединился к остальным, были среднего возраста, даже горничные, с не примечательными чертами лица. Пожалуй, только домоправительница выделялась на общем фоне. В молодости она явно отличалась яркой красотой, по меркам ресов, разумеется.

Когда все слуги дали клятву, связной позволил нам снять иллюзию, чтобы персонал знал своих работодателей в лицо. Как только мы стали похожи сами на себя, я услышала сдавленный вскрик и увидела, как наша домоправительница медленно оседала на пол.

Нет, она не потеряла сознание, просто ноги перестали поддерживать тело. Её глаза неотрывно смотрели на Бериса, и я непроизвольно заглянула в сознание Миары, где увидела яркий образ нашего общего с братом родителя. Бросив испытующий взгляд на Латиля Вильнё, увидела появившуюся на его лице мимолётную улыбку.

– Это то, о чём я подумала? – спросила, указав глазами сначала на Бериса, а затем на женщину, которой уже помогли подняться с пола.

– Да, бийери, – а затем обратился к домоправительнице: – Миара, это твой сын, с кем тебя разлучили много лет назад.

Я подтолкнула Бериса, от изумления застывшего на месте. Брат шагнул вперёд и обнял мать.

Сделав жест, чтобы все расходились и не мешали этим двоим, попросила Латиля ввести меня в курс дела. Он провёл по дому, показав место стационарного портала, замаскированного под беседку из белого камня, напоминавшего мрамор и ведущего в уединённое поместье, расположенное примерно в трёх конных переходах от столицы. Поместье аски давно выкупили на подставное лицо у разорившегося кроза, расположив там свою резиденцию. Подобные точки сбора информации находились вблизи всех второстепенных столиц Великой Асории, а также в государствах ресов.

Отдохнув и освоившись после дальней дороги, я занялась поисками работы по вкусу, хотя финансовых трудностей не испытывала. Работа позволила бы шлифовать и совершенствовать магические навыки, а заодно обзавестись необходимыми для нашей миссии связями.

Латиль предложил попробовать свои силы в качестве судебного секретаря. В одном из судов у него оказался в шапочных знакомых старший секретарь, кому давно требовался ещё один помощник из-за возросшего объёма бумажной работы, но на этой должности проработала недолго. Мне представился случай показать себя, и я его не упустила, получив должность дознавателя-мага разума. Суд и силовые структуры, вроде наших ОВД, были единой организацией и находились в одном здании. Очень удобно: привели, допросили с пристрастием, контролируя правдивость показаний, осудили и направили куда следует – на общественные работы или в каменоломни, например. При наличии магов разума в системе отпадала необходимость в адвокатах и прокурорах. Очень экономично с точки зрения оплаты труда.

Берис на первое время устроился подмастерьем к ювелиру, чтобы поднатаскаться в художественной стороне ремесла, ибо основы изготовления металлической составляющей талисманов освоил ещё в Ласконии. Решив открыть магазин с артефактами, где продавались бы и делались на заказ наши эксклюзивные разработки, мы не хотели, чтобы третьи лица были в курсе технологии изготовления изделий. В кристаллах краца недостатка не испытывали, поэтому бизнес пошёл в гору. На меня легла забота по настройке необходимых плетений и быстрой подзарядке в особых случаях, потому как кристаллы радужника имели свойство естественного восстановления. Они впитывали в себя магию, черпая её из окружающего пространства, но это довольно длительный процесс, так что изделия со съёмными аккумуляторами шли на ура.

Моё письмо к отцу, переданное официальным послом Ласконии, положило начало сотрудничеству между двумя государствами. В нём я не забыла упомянуть о наличии у владык второго сына подходящего для Риси возраста, а как уж отец решит этой инфой распорядиться – время покажет. С послом передала сестре милую вещичку с функцией показа иллюзий, где, кроме всего прочего, имелся объёмный портрет Кастэля в полный рост. Пусть думает сама. Разумеется, факт моего возвращения в пределы Великой Асории мы с послом скрыли.

Отступление 6. Эпохальная встреча

Отступление 6. Эпохальная встреча

Случайная встреча – самая

неслучайная вещь на свете…

Хулио Кортасар.

«Игра в классики»

Встреча двух личностей подобна

контакту двух химических веществ:

если есть хоть малейшая реакция,

изменяются оба элемента.

Карл Густав Юнг

Повелитель в расслабленной позе полулежал на мягком диванчике, потягивая вино из кубка и блуждая рассеянным взглядом по владениям матушки Тирсе́лии, хозяйки элитного заведения, где девушки и юноши, обученные разным способам доставлять наивысшее удовольствие, оказывали услуги, стоившие баснословных денег и доступные не для каждого желавшего.

В середине просторной залы располагалось круглое двухступенчатое возвышение. На нижней его части сидели полуодетые музыканты – флейтистка в полупрозрачном коротком платье с разрезам по бокам и юноша в набедренной повязке, отбивавший ритм на небольшом барабане, похожем по форме на песочные часы. На верхней площадке танцевали две пары. Их совершенные по форме тела медленно и сладострастно извивались, переплетались друг с другом, перетекали из одной позы в другую, заводя своим танцем зрителей, сидящих на диванчиках, что стояли вдоль стен. Условное одеяние из разноцветных лент практически ничего не скрывало. Кто хотел полного уединения, мог отправиться в удобные комнаты, но таких было мало, как будто публичность усиливала получаемые ощущения.

Асор уже полмесяца гостил у юного рикса Торгенсалинии после успешного окончания учений и заключения очередного «вечного мира» с кочевниками, хотя давно уже пора было возвращаться в столицу Великой Асории, чтобы начать приготовление к предстоящему бракосочетанию. Что-то удерживало его здесь. И дело было не в желании своими глазами увидеть, как выбранный им сын и наследник рикса Обиристио́на наденет на тонкие запястья грасии Аланаиси брачные браслеты, а будто высшая воля, которой нельзя сопротивляться, не позволяла ему сдвинуться с места.

Эту волю и силу наказания за её нарушение он и Аланаиси испытали, когда девушка вошла в беседку и предложила стакан с наложенным заклятием неудержимого влечения. Перстень-талисман повелителя, настроенный на выявление магии и ядов, приводящих к смерти, не распознал тонкое и почти незаметное плетение, которое лишь подтолкнуло уже бушевавшие в нем желания, усиленные действием крепкого вина, что притупило разум.

Как только Ланикхидар попытался вторгнуться в распахнутые перед ним врата, обоих пронзил разряд боли невиданной силы, словно в месте соприкосновения взорвалась шаровая молния. От этого моментально развеялся наведённый морок, а в голове у асора прояснилось. Неожиданно пришло понимание, что подобный контакт позволителен только с его истинной. Девушка же, вскрикнув, погрузилась в длительное забытьё.

Придворный лекарь, осмотрев грасию, подтвердил, что непоправимого не случилась, но некоторое время девушка вряд ли сможет покинуть постель, так как ходить ей будет затруднительно. После разговора со старейшим жрецом Храма, который осмотрел стакан и сообщил о применённом магическом воздействии, повелитель принял решение поскорее выдать девицу замуж, хотя её вполне могло ждать более суровое наказание. Благодаря хлопотам вдовствующей асорэ, гнев правителя несколько утих.

– Сын мой, пожалей девочку. Она любит тебя и только поэтому решилась на подобное, – с нежностью глядя на него, произнесла матушка.

– Хорошо, но чтобы до её бракосочетания она не попадалась мне на глаза.

«Скучно. Как же скучно», – думал асор, глядя то на танцующих в центре, то на таких же посетителей заведения, как и он, принимающих ласки прямо в общем зале и не стеснявшихся себе подобных.

Лица у всех дорогих гостей скрывались под масками, сохранявшими тайну своих хозяев и удобных настолько, что даже не мешали и не соскакивали с лиц при очень активных действиях обеих сторон.

Танцы, поначалу заводившие его, уже приелись. Приелись умелые руки и губы, владелицы которых сейчас трудились над его мужским достоинством, находящимся во взведённом состоянии, стараясь довести клиента до финала, ведь если клиенту понравится, их и так немалое вознаграждение заметно увеличится.

Повелитель уже привык, что подобные удовольствия сопровождала постоянная, хотя и несильная боль. Метка богов не забывала напоминать, что ему не стоит переходить границы дозволенного. Юноши перестали интересовать асора, как только Ами ушёл от него в лучшие миры, хотя сразу же появилось множество претендентов на открывшуюся вакансию, а женщин он мог использовать лишь ограниченно. Всё говорило о том, что близилось время, предначертанное богами. Кто же его истинная? Красива ли она? Как произойдёт их встреча? Эти вопросы не давали повелителю расслабиться до конца. Он чувствовал, что обе девушки, склонившиеся над ним и поочерёдно сменявшие друг друга, уже начали уставать.

«Наверное, пора их заменить на других», – подумал асор, но тут незнакомое ощущение в левой части груди, где по коже змеился светло-розовый узор, прокатилось волнами, охватывая всё тело и отдаваясь в пах. Девушка почувствовала изменение в состоянии клиента и заработала активнее.

Взрыв непривычно яркого наслаждения, смешанного с усилившимся болевым сопровождением, принёс давно ожидаемое облегчение.

Когда Ланикхидар пришёл в себя от пережитого, когда перед глазами перестали вспыхивать искры, а дыхание уже не было рваным и почти восстановилось, он заметил, что среди девушек, не задействованных в организации досуга гостей, началось какое-то странное оживление. Повелитель, ещё находившийся в расслабленно-блаженном состоянии, бросил ленивый взгляд на двух вновь прибывших юношей, которые, видимо, и стали причиной этого оживления.

Один из них – щуплый, среднего роста, совсем юный, с ни чем не примечательными чертами лица, каких вокруг тысячи. Именно он получал наибольшее внимание от девушек. Второй – высокого роста смесок с благородным идеальным профилем. Оба вели себя раскованно, со смехом целуя девушек в подставляемые ими губы и щёки, отвешивая комплименты и хлопая по аппетитным задам. Самое странное, что эти двое не надели маски, как остальные. Им безразлично, что могут узнать, или тоже наложили фальшивые образы на внешность?

Даже его временные подруги на несколько мгновений отвлеклись на новеньких, но затем снова продолжили отрабатывать оплаченное дорогим гостем время.

Асор прикоснулся к пульсировавшей приятным теплом шее и негромко спросил, обращаясь к девицам:

– Кто эти двое?

– О, это такая же тайна для всех, как и ваше имя, прекраснейший мар. Все называются вымышленными. Эти юноши такие выдумщики! Мы долго учили их труднопроизносимые имена: Мистерикс и Вольфмесси, – ответила та, рот которой был временно свободен. – Они весьма искусны в любовных утехах и невероятно щедры. Когда мне посчастливилось обслуживать их, то потом даже неудобно стало брать дополнительное вознаграждение. Такого наслаждения не испытывала никогда, – мечтательно прикрыла глаза девушка, но затем спохватилась: – Прошу меня простить, я не имела права вам этого говорить, – немного испуганным голосом произнесла она, опасаясь, что обидела неосторожно вырвавшимися словами дорогого гостя.

Сделав успокаивающий жест, что не рассердился, повелитель подозвал начальника отряда охраны, что сопровождал асора во время прогулок, пока новая волна наслаждения не накрыла и не отключила возможность связно мыслить.

– Видите тех юношей? – тихо произнёс Ланикхидар, когда тот наклонился, чтобы выслушать распоряжение. – Проследите за ними, когда соберутся отсюда уходить. Узнайте – кто такие, чем занимаются, где живут. Только осторожно. Они не должны ничего заметить.

Отпустив начальника охраны нетерпеливым взмахом руки, асор отдался во власть неотвратимо накатывавшего мощными волнами удовольствия, из-под полуопущенных ресниц наблюдая, как юноши, выбрав сразу четырёх «жриц любви», скрылись в одной из комнат, а потом ему стало не до наблюдений за другими, лишь на задворках сознания мелькнуло: «Почему меня так тянет туда, где скрылись эти двое?»

Всю ночь повелителю снились странные сны. Он преследовал увиденного в заведении щуплого на вид незнакомца, а тот каждый раз скрывался от него за какой-нибудь дверью. Асор врывался вслед, но впереди оказывался новый длинный пролёт, а неуловимый уже в самом его конце в очередной раз нырял в следующую дверь, ускользая и заставляя Ланикхидара снова и снова бежать по нескончаемым проходам…

Утром, не выспавшийся и злой, асор слушал отчёт о проделанной работе. Правда, утро для повелителя началось где-то в полдень, но это совсем неважно. Важно то, что его начальник охраны не зря получал высокое жалование.

– Мои люди едва успели. Означенные лица уже выпрыгнули через окно и остановили проезжавший мимо дилан. Нам удалось проследить за ними до места высадки. Оба живут в особняке на улице Теней. Кем они приходятся друг другу, пока неясно. Мнение соседей разделилось. Одни утверждают, что юноши любовники, другие видят родственное сходство. Вирон рэ-Силь, тот, кто пониже ростом, маг разума. Работает дознавателем в суде Северного района столицы. Говорят, он один из лучших в своём деле. Легко вскрывает защиту сознания даже у магов разума. Не удалось пока что точно установить, насколько это соответствует действительности. Второй – Берис ри-Кинк. Универсал с несколькими развитыми направлениями. Основные – огонь и магия преображения. У него небольшая лавка по продаже амулетов на Родниковой улице. Вероятно, владеет некоторым умением их изготовления. Это пока всё, что удалось узнать, мой повелитель.

– Хорошо. Пусть продолжают наблюдать. Обеспечьте своих людей защитой, скрывающей мысли. Хотя рэ-Силь и может пробраться в любое сознание, но для этого он должен близко подойти и установить зрительную связь. Вряд ли он постоянно прислушивается к окружающим. Для этого никакого, даже очень сильного, магического источника не хватит. Да, вот ещё что – пригласите на завтрашнее утро всех руководителей судов районов вместе с главой Центрального суда. Через два крина будьте готовы меня сопровождать на Родниковую улицу. Хочу приобрести несколько амулетов.

Начальник охраны поклонился и отправился выполнять приказ повелителя, а тот, задумчиво усмехнулся и позвонил в колокольчик, призывая слуг. Сегодня ему снова потребуется помощь придворного мага, искусного в изменении внешности.