Текст книги "Бессовестная невеста (СИ)"

Автор книги: Натали Палей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 20 страниц)

25.3

Если бы не крылья, Лилиан Харрис уже могла упасть несколько раз. Иногда она оступалась или цеплялась за ступеньки юбкой, но волшебные крылья за спиной крепко поддерживали ее.

Лестница казалась девушке бесконечной, чудилось, что она спускается уже несколько часов, и, чтобы как-то отвлечься, Лилиан стала вспоминать все, что знала о брауни – домашних духах и Отландии, и Рейдалии.

В давние времена, когда фейри, в том числе и брауни, обитали и в Рейдалии,  домашние духи жили в домах, под ними или в норах недалеко от жилищ хозяев. Их редко кто видел, даже из хозяев. О них просто знали.

Если в доме кто-то готовил, прибирался, мыл, ткал, стерег дом от воров помимо жителей дома, значит, в таком доме обитал брауни. За свою заботу домашний дух ждал благодарности в виде крынки сливок, парного молока и специально испеченной для него сдобы. Хозяева оставляли лакомство там, где дух легко мог его найти. А вот любая попытка заплатить брауни за его труды оканчивалась сильнейшей обидой и его уходом из дома.

Обычно брауни не прибегали к физической силе, а просто сообщали хозяевам различными способами о возникшей опасности или враге.

Однако в тех случаях, когда незваных гостей оказывалось слишком много, и те были сильнее хозяев, в зависимости от своей магической силы, брауни либо становились невидимыми и убегали за помощью, либо превращались в боггарта – злое страшное чудовище – привидение.

Однако Лилиан Харрис никогда и нигде не читала, что у брауни бывает семья, и что брауни бывают женского пола. Еще и поэтому встреча с таинственной супругой домашнего духа замка её безмерно удивила.

Наконец, лестница закончилась. Если бы не Крылья Феи, Лилиан Харрис очутилась бы в кромешной тьме и точно соскользнула бы с крутой лестницы.

Но артефакт все время мягко освещал пространство вокруг, и девушка даже рассмотрела, где начинался коридор, который уводил, как решила Лилиан, ещё дальше в подземелье Анвегана.

Через некоторое время мисс Харрис увидела слабый свет вдалеке и услышала голоса. Мужской и женский. Догадавшись, кого именно сейчас увидит, девушка провернула на пальце артефакт, сделавший её невидимой для пары брауни, и медленно, подхватив юбки платья, пошла на звук. Крылья продолжали трепетать за спиной. На всякий случай.

– Если Анвеган пропустил её, кто ты такая, чтобы путать нашу гостью? – гневно вскричал мужчина.

– Гостью? – фыркнула женщина, и Лилиан узнала голос маленькой смуглой женщины. – Коул! Она чужачка! И смертная!

– Мэг, какое твое дело? – возмущенно запыхтел мужчина. – Анвеган признал ее. Лэрд заявил, что леди его невеста! Значит, и мы обязаны признать!

– Мы должны защищать наш дом! – гневно откликнулась брауни-женщина. —А значит не пускать в него разных проходимцев!

– Вот тебя забыл спросить, что я должен, а что нет. Домашний дух замка я, а не ты. Твое дело выполнять то, что тебе сказали. Ты ушла за леди. Где она?!

Лилиан зашла в небольшое помещение, которое отличалось довольно простой обстановкой: топчан, на котором, похоже, спали духи Анвегана; небольшой деревянный стол и два табурета из такого же дерева; два маленьких кованых сундука, в которых, всего вероятнее, находилась одежда брауни. И, собственно, все. Стены не были чем-то прикрыты, например, гобеленами или обоями, и можно было рассмотреть древний серо-коричневый камень, которому уже больше тысячи лет.

Мисс Харрис помнила, что древние брауни всегда ходили в лохмотьях, но домашние духи Анвегана выглядели иначе: аккуратными и ухоженными.

Коул, домашний дух Анвегана, как и его жена, имел рост не больше метра, ярко-голубые глаза на смуглом лице с довольно внушительным носом, коричневые волосы, уложенные волосинка к волосинке, и острые уши – очень большие, с невероятно длинными и острыми кончиками.

На голове Коула красовалась темно-зеленая шапочка, похожая на берет, а одет маленький мужчина был в темно-зеленый и довольно элегантный костюм для брауни: брюки, пиджак, рубашку и даже имелся жилет. Кожаные ботинки, как у Мэг, тоже имели тупые носки.

В данный момент большие круглые глаза Коула яростно сверкали, как и глаза его хмурой и недовольной супруги.

– Я спрашиваю тебя, Мэг, где леди Харрис?

– Да откуда мне знать? Еле шевелилась твоя мисс, вот и заблудилась.

– Заблудилась, говоришь? – Коул вдруг сощурил круглые глаза и втянул носом воздух.

По хитрому блеску, мелькнувшему в глазах брауни Коула, Лилиан догадалась, что дух почуял ее. Однако, к её удивлению, Коул решил не говорить об этом Мэг.

– Иди и без леди не возвращайся! – сурово приказал мужчина и состроил такую грозную физиономию, что даже Лилиан впечатлилась и задержала дыхание.

Мэг возмущенно фыркнула, вскинула голову в берете, обиженно закусила губу и молча вышла из комнатки, что-то возмущенно бурча под нос и всем своим видом показывая недовольство.

Когда шаги маленькой женщины затихли, Коул резко повернулся, посмотрел прямо на Лилиан, которая застыла рядом с одним из сундуков, и негромко проговорил:

– Леди, не вижу тебя, но чую. От духа замка невозможно спрятаться. Давай показывайся. Будем разговаривать и пить молоко. Угощу тебя.

– Обычно угощают духов дома, а брауни никого не угощают, – с улыбкой отозвалась Лилиан, проворачивая артефакт на пальчике.

– Анвеган тебя принял, леди, – серьезно ответил Коул, с откровенным интересом рассматривая гостью. – Открылся. Привел ко мне. Значит, можно. Или ты не любишь молоко?

26.1

Родерик МакЛауд изучал представленные управляющим книги доходов и расходов.

Хозяин Анвегана знал, что управляющий Ройн МакЭборт выполнял свою работу на самом высоком профессиональном уровне и доверял ему уже много лет. Но, во-первых, он привык проверять деятельность своих работников, всех и каждого, а во-вторых, хотел отвлечься от мыслей о мисс Лилиан Харрис и ее мягких, податливых губах.

Возможно, именно потому, что он контролировал все, что происходило на острове Скай, родовой замок и другие владения МакЛаудов, которых насчитывалось немаленькое количество, функционировали идеально и процветали.

В отличие, например, от земель, принадлежащих семейству МакФеров, так как ни Стифан МакФер, ни кто-либо из его братьев никогда лично не проверяли расчетные книги, не вникали в проблемы и нужды родового замка, его жителей и арендаторов. Всю работу за них выполнял управляющий, который отчего-то не внушал доверия ни сэру Родерику, ни Ройну МакЭборту.

Шум в коридоре, громкие голоса, один из которых принадлежал явно женщине, уж очень тонко и звонко звучал, отвлекли МакЛауда от прочтения планов МакЭборта по закупке строительных материалов и продуктов в связи с предстоящим праздником.

К удивлению мужчины, дверь в кабинет распахнулась, и на пороге появился лакей, который дежурил за дверью на тот случай, если господину что-то понадобится.

– Дональд? – нахмурился Родерик МакЛауд. – Что случилось?

– К вам леди Треверс, сэр, – несколько растерянно объявил лакей. – У леди очень срочное дело. Поэтому она не предоставила мне возможность спросить у вас разрешения.

Сэр Родерик устремил взгляд за худую спину Дональда и увидел леди Мэри Треверс – бледную, невероятно напряженную.

– Милорд, мы можем поговорить? – сдержанно уточнила тетка его фиктивной невесты, воинственно вскидывая острый подбородок, неподвижно замирая на входе в комнату.

Внешний вид и решительное выражение лица леди, говорившее о том, что, даже, если он откажет, она все равно войдет, заинтриговали МакЛауда. Кроме того, женщина выглядела бледной, собранной и как будто чем-то расстроенной.

После заданного вопроса уголок узких женских губ нервно дернулся, а сами губы сжались в упрямую линию.

– Конечно, леди, – кивнул мужчина, слегка откидываясь на спинку кресла. – Проходите.

Лорд МакЛауд выразительно уставился на замершего лакея, и дверь за женской спиной бесшумно закрылась. Леди Треверс сделала два шага вперед и остановилась перед рабочим столом мужчины.

– Где моя племянница, сэр? – ледяным тоном спросила женщина, ввинчиваясь в него острым, подозрительным взглядом.

– Наверное, в своей комнате, миледи, – вскинул брови мужчина, вспоминая очаровательную девушку, которая недавно покинула его кабинет.

– Лилиан там нет, – жестко отозвалась леди Треверс. – После ужина моя племянница так и не вернулась в свою комнату. Прошло уже больше двух часов.

Некоторое время сэр Родерик смотрел на леди Треверс с недоумением.

– Если вы совершили недопустимый с точки зрения морали и приличий поступок, – вдруг тихо процедила женщина, – и перешли границы, которые не стоило переходить, я...

Леди Треверс осеклась, как-то беспомощно заломила руки, бледные губы вдруг затряслись, а глаза вспыхнули гневом.

– Я найду на вас управу!

– Серьезно? – усмехнулся мужчина.

– Сначала я обращусь к вашему королю! – с возмущением воскликнула женщина. – Затем – к своему!

– Давайте с самого начала, миледи, – вздохнул МакЛауд, поморщившись. – Я правильно вас понял, что прошло два часа после ужина, а мисс Харрис не вернулась в свою комнату?

– Именно так.

– Вам не приходила в голову мысль, что, возможно, ваша племянница просто гуляет по замку?

– Приходила, сэр. Но Лилиан не гуляет по замку. Мы ее искали. И не нашли. – Голос женщины прозвучал резко и отрывисто.

– Мы?

– Я и её горничная Эмили. Я плохо ориентируюсь в крепости и попросила эту милую девушку помочь мне.

– В оранжерее смотрели?

– Да.

– В саду?

– Тоже.

– На чердаке и в подвале?

– Лилиан нет нигде! – сквозь зубы процедила леди Мэри. – Вместе с Эмили мы уже обошли весь замок. Из замка Лили тоже не выходила. По крайней мере, ваши люди именно так нам отвечали. Садовники обошли сад и не нашли ее.

– Я расстался с мисс Харрис почти полтора часа назад, леди, – задумчиво пробормотал МакЛауд и, заметив, что женщину уже трясет от переживаний, серьезно добавил: – Границы, которые не стоило переходить, не переходил. Слово джентльмена. Недопустимые с точки зрения морали и приличий поступки тоже не совершал.

К изумлению МакЛауда леди Треверс вдруг буквально упала в кресло перед его столом и закрыла ладонями лицо.

– Если с моей девочкой что-то случилось, я этого не переживу, – трагично простонала женщина, и в её горе МакЛауд не почувствовал фальши.

– Разве с мисс Харрис может что-то случиться? – вполне бодро спросил лорд, который прислушивался к своим ощущениям и осознавал, что беспокойства не чувствует. – Наверное, наша любопытная мисс Харрис отправилась исследовать Анвеган и просто заблудилась.

– Но её искали! – воскликнула леди Треверс. – Везде, где можно!

Родерик МакЛауд решительно поднялся и направился к двери. Распахнув последнюю, он приказал лакею:

– Дональд, иди узнай, что там происходит с поиском моей невесты. Одна нога здесь, вторая там.

– Слушаюсь, мой лэрд, – поклонился молодой парень и быстрым шагом отправился выполнять поручение господина.

МакЛауд вернулся в кабинет и занял свое кресло. Уставился на леди Треверс, которая к этому времени огромным усилием воли уже справилась со своими эмоциями и теперь сидела в кресле с возмутительно прямой спиной и непроницаемым выражением лица.

– Чаю, миледи?

– Спасибо, но нет, сэр. Мне не до чая.

Они просидели в молчании до того момента, как вернулся Дональд. Лакей сообщил, что вслед за леди Треверс и Эмили замок исследовали с самого первого этажа до чердака, комнату за комнатой, но мисс Харрис нигде не обнаружили.

Услышав отчет молодого лакея, леди Треверс побледнела ещё больше и, похоже, собралась упасть в обморок, однако встретила жесткий взгляд МакЛауда и взяла себя в руки.

– Есть ещё одно место, где может находиться ваша племянница, леди, – задумчиво проговорил мужчина.

Родерик МакЛауд все еще совсем не ощущал беспокойства, полностью уверенный в том, что с мисс Харрис ничего страшного не случилось. Мужчина просто чувствовал это и всё.

И понимание последнего обстоятельства заставляло его сердце биться быстрее и сильнее.

– Я, правда, буду очень удивлен, если обнаружу её там. Но других вариантов нет. Подождите меня здесь. Без паники и обмороков. Я скоро вернусь. Думаю, что вместе с вашей племянницей.

После этих слов мужчина скупо улыбнулся и словно растворился в воздухе, заставив леди Треверс вскрикнуть и вздрогнуть от неожиданности.

26.2

МакЛауды во всех поколениях редко встречались с домашними духами, хотя, естественно, как хозяева Анвегана, знали своих брауни, видели их лица, а иногда, достаточно редко, даже умудрялись ссориться с ними.

Родерик МакЛауд всегда следил за тем, чтобы духов не обижали. В частности, по его приказу каждый день главный повар Анвегана в одном и том же месте и в одно и то же время оставлял для брауни самое свежее молоко, самые жирные сливки и лишь свежеиспеченную сдобу. Ни в чем другом духи замка обычно не нуждались.

Однако с некоторых пор, со времени общения отцом Родерика с отцом нынешнего брауни, последние раз в год стали получать новую, красивую одежду, добротную обувь и куски душистого мыла. Желательно, цветочного, чтобы после они пахли дикими горными травами. Или, на крайний случай, вересковой пустошью.

Ранее же брауни наряжались в лохмотья, никогда не мылись и не причесывались. Как именно прежний хозяин Анвегана убедил своего домашнего духа изменить образ жизни, осталось для Родерика загадкой.

При жизни отца мужчина понятия не имел об этом нововведении, так как не общался с духами, а отец не рассказывал. После ухода лорда МакЛауда за грань, спрашивать стало поздно. Коул же тоже мало что помнил касательно этих событий, но невероятно гордился тем, как теперь духи Анвегана выгодно отличались от остальных брауни.

МакЛауд подозревал, что найдет мисс Лилиан Харрис в компании семейства замковых духов, хотя ещё несколько дней назад подобное предположение показалось бы ему не более, чем бредовой мыслью.

Кроме того, хозяин Анвегана поймал себя на том, что безумно желает стать свидетелем этого события.

И на то у лорда северных земель появились особые личные причины.

Очутившись на последнем этаже подземелья, сэр Родерик замер и прислушался к звукам.

Капающая вода, треск каменной породы...

С помощью магии фейри мужчина стал перемещаться по подземелью Анвегана, с молниеносной скоростью меняя точки появления. Комната, в которой проживали замковые брауни, обладала загадочным свойством: она перемещалась, как ей заблагорассудится. Поэтому каждый раз во время своих внезапных редких посещений лорд обнаруживал её в разных местах подземелья. Лишь аскетичный интерьер помещения не менялся уже много лет.

Наконец мужчину заставил остаться на месте несвойственный для подземелья звук.

Смех.

Обычный. Веселый. Искренний.

Смеялись трое.

Легкий, переливчатый, заразительный смех мисс Лилиан Харрис мужчина узнал сразу и невольно испытал облегчение, даже глаза прикрыл от охвативших ярких и теплых эмоций.

Хотя сердцем МакЛауд и не ощущал беспокойство, но червячок сомнения все же поселился в душе. А связан он был с излишней самостоятельностью и смелостью его «невесты».

МакЛауд применил магию невидимости. Он знал, что Коул вскоре почует его, но тот был домашним духом замка, причем являлся одним из сильнейших брауни в Королевстве Фей, что неоднократно доказывал.

А вот Лилиан и Мэг не будут знать, что он здесь, и он с удовольствием понаблюдает за очаровательной девушкой, в чьих жилах, похоже все же текла волшебная кровь... фейри.

Причем весьма конкретного вида. Иначе Анвеган так быстро не признал бы девушку и не привел бы ее прямо к Коулу и Мэг. Выходит, как бы это совершенно безумно не звучало, мисс Лилиан Харрис, действительно, принадлежала... к тем самым Харрисам.

Харрисам, которые выступали против объединения Отландии под властью короля фейри и поэтому покинули родину, когда та преобразовалась в Королевство Фей. Покинули всем кланом. Вместе с единомышленниками. Разорвав все отношения с МакЛаудами. И с Отландией.

А когда-то Малколм МакЛауд ради своих четырех внуков от единственного сына, рожденного феей, завладел островами Уилинс, Харрис и Льюис, в честь которых и были названы потомки МакЛауда. Кроме старшего внука, унаследовавшего титул лорда МакЛауда из Анвегана с острова Скай. Древний замок остался центром клана.

Когда Харрисы уехали, король фей ловко забрал остров Харрис себе. В то время отец Родерика не смог противостоять ему и вернуть землю предков, так как Харрисы, Уилинсы и Льюисы к тому времени лишь формально подчинялись ему, как вождю и главе рода МакЛаудов. Конечно, шпионы короля фей доложили последнему об этом.

Поэтому, после возвращения роду магии оборотней, лорд МакЛауд практически в принудительном порядке объединил всех потомков Малколма МакЛауда под своим началом: Льюисов, Уилинсов. К сожалению, без Харрисов, связь с которыми была потеряна.

Теперь во внутренней иерархии клана МакЛаудов вождь вновь являлся и отцом, и покровителем, и судьей, и военачальником. Он принимал все решения, разрешал все споры. У вождя имелись свита, охрана, музыканты, лекари и так далее.

Подобная клановая система сохранялась в неприкосновенности до сих пор. И вот, судя по всему, теперь на землях предков появилась и представительница рода Харрис.

Именно на нее жадно завороженным взглядом впился вождь клана МакЛаудов, остановившийся на пороге комнаты, не имеющей двери.

Нежная, милая, удивительная девушка, с очаровательными ямочками на розовых щеках, с губами, испачканными сахарной пудрой после сдобы, кусочек от которой она только что откусила...

Согласно семейным легендам МакЛаудов, Анвеган за все время своего существования лишь дважды открывался женщинам рода и знакомил их с домашними духами замка.

И обе леди обладали магией феи, передавшейся от той самой прабабки...

27.1

Родерик МакЛауд вспомнил, как увидел мисс Харрис впервые.

Тогда девушка не показалась ему привлекательной. Слишком миниатюрная, изящная, хрупкая. Без стати и роста оборотниц. Без соблазнительных форм, которые обычно цепляли взгляд.

Конечно, характер у леди Харрис присутствовал и тогда. И довольно жесткий и уверенный для леди. Но и последний поначалу, скорее, раздражал, чем восхищал.

Сейчас же мужчина ловил себя на том, что смотрит на смеющуюся девушку и... не может насмотреться.

Жадный взгляд медленно скользил по фиктивной невесте, впитывая в себя каждую черточку прекрасного лица, которые он и так уже знал наизусть, задерживаясь на крутом каштановом завитке возле маленького аккуратного ушка, на изумительно прямой спине, которой позавидовала бы даже принцесса, на тонком запястье и изящных пальцах, которые сжимали ручку от железной кружки... с молоком.

Конечно, эта необыкновенная девушка могла родиться только феей. И никем иным.

Почему он сразу не догадался носителем какой крови и магии она является?

Почему ни разу за все время общения у него не возникло подозрение относительно того, что мисс Лилиан Харрис может принадлежать древнему роду Харрисов с острова Харрис из Отландии?

Ведь он совсем ничего не почувствовал.

Нигде не екнуло.

Ничего не насторожило.

А замок предков сразу признал девушку. Как и та его – бессознательно, но с первого взгляда. Он же заметил, какое впечатление Анвеган произвел на Лилиан, и как та прикладывала свою нежную узкую ладонь к древним камням тоже не осталось без его внимания.

МакЛауд задумался: знал ли лорд Харрис, отец Лилиан, о своих предках из Отландии? Уравновешенный и дружелюбный мужчина тоже не затронул в его душе ни одной струны. Возможно, потому что лорд Харрис был совершенно не похож на оборотней, которые с детства окружали его и происходили от МакЛаудов?

Отец Лилиан Харрис не отличался ни статью фигуры, ни редкой мужской силой, ни характером, ни толикой магии.

Обычный смертный.

Незаметный.

В памяти Родерика МакЛауда возник яркий образ старшей сестры Лилиан. Принцесса Рейдалии её высочество Белла без всяких сомнений являлась восхитительной красавицей, но в её невероятной красоте не было того, что характерно для её младшей сестры. В данный момент МакЛауд совершенно отчетливо это осознал, наблюдая за Лилиан. И вновь поразился, что заметил это только сейчас!

У герцогини Албермал не было девичей легкости, флера очарования, веселой игривости... Тех черт характера, которые присущи феям. А вот у её сестры были. И на контрасте, когда обе девушки находились рядом, это бросалось в глаза...

– Какое интересное детство было у сэра Родерика, – весело проговорила Лилиан.

Ее слова заставили мужчину насторожиться: брауни рассказывают девушке о нем?!

– И судя по всему, очень неспокойное, – тут же фыркнула девушка.

Мэг важно проговорила:

– Беспокойным волчонком рос милорд. Вечно совал нос куда не следует. Зато сейчас наш лэрд очень трезво мыслит и держит огромный клан МакЛаудов в железном кулаке. Хотя это непросто, ведь у всех разные характеры.

Супружеская пара брауни медленно, смакуя каждый глоток, допила свое молоко. Мэг первой поставила кружку на стол.

Мисс Харрис же, похоже, давно расправилась с угощением, поскольку поставила уже пустую кружку на деревянный стол.

Раздался стук железа о дерево, из-за которого девушка слегка вздрогнула и тихо рассмеялась, посмеиваясь над своим испугом. Мэг рассмеялась вместе с ней, а Коул лишь сдержанно усмехнулся.

«Мисс Харрис, вы и дальше можете уклоняться от разговоров о нас, – мысленно вздохнул хозяин Анвегана. – Беседы уже стали не важны».

В это мгновение МакЛауд твердо решил, что, когда завершится действие магического договора, он сделает Лилиан Харрис предложение руки и сердца. И судя по тому, что рассказали ему древние духи Горы Неба, девушка примет его.

Древние духи...

Родерик МакЛауд вдруг ощутил острое беспокойство. Духи Горы Неба не могли не почуять в девушке магию фейри, однако ничего не сказали ему о ней. Еще и по его просьбе наградили Лилиан рябиновой кровью для защиты от фейри.

Может быть Анвеган все же ошибся?

Или духи умышленно промолчали?

Как разобраться во всем?

Коул поставил свою кружку на стол и искоса бросил хитрый взгляд в ту сторону, где остановился МакЛауд: домашний дух почуял присутствие хозяина замка.

Девушка перевела задумчивый взгляд на булочку – круглую, румяную, воздушную, половину которой она уже съела.

– Спасибо большое, Коул. И за булочку, и за молоко, и за прекрасную беседу! – Лилиан легко поднялась. – И тебе, Мэг, большое спасибо за чудесный вечер и угощение!

– Заглядывайте к нам, леди, – широко улыбнулась маленькая женщина, тоже вставая. – Просто попросите замок, и Анвеган приведет вас к нам. В любое время. И не держите зла, что сначала я вас бросила.

Мэг смущенно потупилась, её супруг слегка напрягся и теперь бросил немного обеспокоенный взгляд в сторону хозяина замка.

– Все хорошо, Мэг. Я уже забыла.

– А скоро у вас свадьба? – вдруг поинтересовался Коул и чуть сощурил хитрые круглые глаза.

– Мы пока не назначили дату, – невозмутимо отозвалась мисс Харрис, улыбнувшись уголком розовых губ. – Мы не торопимся.

– Жаль, – нахмурился брауни. – Лучше поторопитесь, леди.

– Почему, Коул? – удивилась девушка. И МакЛауд тоже насторожился, а еще мужчина догадался, что дух пытается отвлечь его от мыслей о недопустимом поступке Мэг. Брауни бросила его невесту где-то в подземелье?! Мэг придется ответить за это.

– Замок торопит, – пожал плечами маленький мужчина. – Он мог привести тебя к нам через месяц. Или через полгода. Но привел сейчас. Значит, – Коул тяжело вздохнул, – Анвеган что-то чувствует. Или знает. Вот только сказать не может. Но я-то умею понимать его знаки.