Текст книги "Бессовестно влюбленная (СИ)"

Автор книги: Натали Палей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 22 страниц)

– Знаю, ваше высочество, – кивнул герцог Глостер. – Графиня, действительно, сотворила тогда чудо, но смертельное проклятие оставило свой след. Тогда, может быть, мы посвятим её величество в происходящее.

– Исключено! – уверенно вмешался лорд Рид. – Мы не знаем, кто из её окружения является предателем. Поведение же королевы Кассии не должно никого насторожить.

– Милорд, как вы умудрились так запустить ситуацию?

Верховный маг с величайшим раздражением и затаенной в глубине глаз неприязнью уставился на невозмутимого главу теней.

– Я? – Лорд Рид улыбнулся ледяной улыбкой. – Позвольте, милорд, но при чем тут я? Двор королевы находится вне моей компетенции. Согласно указу его величества, принятому двадцать лет назад, против принятия которого вы не возражали, у ее величества свой глава теней, отвечающий за ее безопасность и за все, что происходит при её дворе.

– Не поверю, что у вас нет там шпионов? – мрачно усмехнулся герцог.

На это высказывание лорд Рид ответил нейтральной улыбкой. Есть у него шпионы или нет среди придворных королевы, знать положено только ему.

– Что ж, то, что вы собираетесь предпринять, я уже понял, – задумчиво буркнул Верховный маг. – Полагаю, в окружении ее величества не так много одаренных магов, и вы знаете, где и кого искать. Но вот что именно вам может понадобиться от меня, не имею ни малейшего представления.

– Ваша светлость, во-первых, нужна сильнейшая защита от ментального внушения, – принц Эдуард решительно вмешался в разговор. – Защита должна быть лучше той, что сейчас стоит у меня. Эту наш одаренный маг смог обойти.

– Вы уверены, ваше высочество? – побледнел герцог Глостер. Потрясение от услышанного не скрыл никто из присутствующих.

– К сожалению, да. Моя ментальная защита взломана. В мою голову залезли, филигранно подтерли память, часть воспоминаний заблокировали. Причем менталист совершал это преступление регулярно в течение шести лет.

Глава 10

Направляясь к родной уже Гросвер-роуд, мисс Харрис призналась себе, что практически сбежала от Кеннета Дарлина.

Когда они вышли из ресторана «Рог изобилия», Кен планировал отвезти её домой, но Белла вдруг осознала – она не сможет ехать с ним в одном экипаже. Чувство стыда из-за своего поступка медленно поднималось из глубины души, затапливало, опаляло предательским жаром щеки и уничтожало. В данный момент у нее не находилось душевных сил как ни в чем не бывало смотреть во влюбленные глаза Кеннета, мило улыбаться и вести диалог.

– Я хочу пройтись, – обманчиво спокойным тоном сообщила девушка озадаченному Дарлину, который не ожидал подобного поворота. – В голове творится кавардак, нужно ее проветрить.

Мисс Харрис произнесла эти фразы тем особым тягучим голосом, действующим на Дарлина волшебным образом и пугающим ее.

– Активирую артефакт, и меня никто не увидит. Не волнуйся.

Едва Кеннет нахмурился, собираясь возразить, мисс Харрис с искусственной очаровательной улыбкой активировала кругляш, выданный Майклом Ридом, и быстрым шагом направилась прочь от того, перед кем чувствовала себя обманщицей.

– Белла! Что ты творишь? Вернись!

Но девушка лишь ускорила шаг. Несмотря на свою хваленую выдержку, известную всему Сент-Эдмундсу, которой она и сама всегда гордилась, сейчас та трескалась по швам, словно ветошь.

Мисс Харрис услышала за спиной решительные шаги – Кеннет пошел за ней, но в итоге в растерянности остановился, не увидев девушку. Белла обернулась, мазнула больным взглядом по суровому мужскому лицу. Дарлин хмуро озирался, ведь из-за амулета Рида не мог увидеть её.

– Белла! Что-то случилось?

«Случилось. Ужасное».

Белла не сомневалась, что Кеннет отправится вслед за ней в экипаже на Гросвер-роуд, поэтому решила изменить путь. Она решительно свернула в переулок, в который, по её мнению, экипаж Дарлина не сможет проехать – расстояние было слишком узкое.

Дорога выйдет на полчаса длиннее, но она успеет подумать обо всем, что случилось. И прежде всего о том, что оказалось самым болезненным.

Она. Обманула. Того. Кого. Любила.

Намеренно.

Более того, легко приняла решение об этом и быстро воплотила его в жизнь. Да, она совершила это не ради собственного благополучия. Ради спасения жизней тех, кто дорог. Но… нельзя строить отношения на обмане. Никогда. Она всегда так считала. За рамки её жизненной концепции, её принципов выходил лишь поступок со скрытием настоящей внешности.

Сейчас, когда она совершила роковой шаг, когда коварно обманула доверие дорогого сердцу человека, почти сразу поняла, что сделала ошибку, и раскаялась.

«Надо вернуться… найти его и все рассказать. Объяснить. Он разозлится. Но поймет и простит. Если узнает об этом сейчас. Иначе не простит. Не поймет».

Белла остановилась, глубоко вздохнула. Они ведь только помирились… И как примирились… Она до сих пор ощущала вкус мужских губ и помнила его горячие ладони.

Что же она наделала? Как, вообще, пришла в голову мысль применить к Кеннету магию сирены? Чем теперь она лучше Энтони Верта, который стирает людям память?

«Кен ничего не узнает. Как он догадается, глупая?» – пришло из глубины сознания, а по спине мисс Харрис пробежали ледяные волны. Они охватили хрупкую фигурку, замораживая и сковывая движения.

«Сиренам никто не указ», – царапнуло где-то глубоко внутри.

Захотелось избавиться от странной навязчивой мысли, которую словно кто-то нашептывал…

В ужасе девушка уставилась на крупную фигуру горожанина из среднего класса, которая надвигалась прямо на нее. Мужчина был выше на две головы, широкоплеч и, естественно, не видел её из-за магического кругляша. Он приближался размашистым шагом, о чем-то сосредоточенно размышляя, угрожая сбить её с ног.

Лишь в последний момент невероятным усилием воли мисс Харрис смогла скинуть ледяное оцепенение и отскочить в сторону. Ее трясло, тело прошиб холодный пот, ноги плохо держали. Она прислонилась спиной к зданию, рядом с которым стояла, и прикрыла глаза.

* * *

Мисс Харрис попыталась успокоиться и помочь себе целительной магией. Однако прошло достаточно много времени, прежде чем её перестало потряхивать, а в голове прояснилось.

Внутренним зрением в своем организме целительница обнаружила кое-что необычное. Голосовые связки больше не горели огнем и не светились серебристым светом. Тонкие серебряные нити, мерцая, словно ленивые змейки, продвигались по организму. Тот начинал светиться слабым серебристым светом.

Что это означало?

Магия сирены все больше завладевает ею?

У Беллы возникло сильнейшее желание остановить этот процесс. Она даже сосредоточилась на том, чтобы поймать магические нити и уничтожить их. Но память услужливо подбросила слова лорда Рида: если две магии вступят в конфликт, магия сирены, скорее всего, сожрет целительную магию.

– Выходит, повинуясь порыву, я загнала себя в ловушку, из которой нет выхода? – в отчаянии прошептала девушка.

Мисс Харрис захотелось закричать и постучаться затылком о стену здания. Слезы разочарования и обиды на собственную глупость огнем обожгли глаза.

«Нужно вернуться к Кену. И все ему рассказать».

Белла решительно отправила себе импульсы спокойствия, дождалась, когда те подействуют, и вышла из узкого переулка.

Она шла по широкой улице города, находясь под воздействием магии «кругляша Рида», жадно выглядывая экипаж Дарлинов. Ведь, возможно, что тот уехал недалеко? Кеннет, наверняка, надеялся, что она одумается и вернется.

Кеннет Дарлин…

Серые мужские глаза с золотыми всполохами встали перед мысленным взором. Наполненные восхищением и в то же время с непривычной для нее потерянностью и покорностью, поразившими до глубины души. Никогда раньше, за много лет знакомства, она не наблюдала такого выражения во взгляде гордого Кеннета. Наверное, никогда бы не увидела, если бы не древняя магия сирен.

«Вот, значит, как сирены завлекали в сети доверчивых моряков. Повинуясь магической силе волшебного сладкого голоса, те становились покорными желаниям морских красавиц».

Мисс Харрис ловко обходила встречных прохожих, которые спешили по своим делам, но ни Кеннета Дарлина, чью фигуру она узнала бы из тысячи, ни его экипажа не замечала.

Через некоторое время впереди нее остановился черный экипаж, за который зацепился её беспокойный взгляд. Возможно, потому что тот напоминал карету Дарлинов.

Мисс Харрис остановилась. Взгляд впился в лакея, ехавшего на запятках. Крупный, широкоплечий, внешним видом напоминающий вышибал в притонах (однажды ей пришлось побывать в таком, чтобы оказать первую помощь Генри Аристону), мужчина медленно спустился с запяток. Грубое лицо с тяжелой челюстью показалось смутно знакомым. Но он явно не принадлежал к прислуге Дарлинов.

Слуга открыл дверь экипажа. Нервы девушки натянулись, словно тонкие канаты, интуиция закричала об опасности.

Из просторного салона кареты показалась знакомая представительная мужская фигура, которой девушка почти не удивилась – интуиция редко её подводила.

* * *

В элегантном темно-зеленом сюртуке, застегнутом на позолоченные, а может, даже и золотые, пуговицы, и брюках такого же цвета; с идеально повязанным на шее белым платком; в туфлях из коричневой кожи мистер Джон Ролден выглядел безупречно.

Образ истинного джентльмена, благородного, сдержанного и уважаемого, резанул мисс Харрис по натянутым нервам.

Девушка сжала пальцы в кулачки и недобрым взглядом уставилась на фигуру королевского аптекаря, наблюдая как тот, бросив несколько тихих слов лакею, направился в заведение, рядом с которым остановился экипаж.

Несмотря на безупречный внешний вид, аптекарь выглядел неважно. Мисс Харрис показалось, что Джон Ролден чем-то расстроен.

Движения мужчины были замедлены, лицо имело сероватый болезненный оттенок, голова чуть свешивалась, плечи ссутулились, а уголки рта печально опущены.

Неспешно, чуть шаркая дорогими кожаными туфлями, мистер Ролден вошел внутрь здания. Лакей, проводив господина почтительным взглядом, занял свое место на запятках кареты и уехал вместе с черным экипажем.

Белла вытерла вспотевшие ладошки о ткань юбки, внимательно осмотрелась вокруг. Девушка узнала магазины и лавки, мимо которых ежедневно проезжала или проходила, и которые до этого момента не цепляли сознание.

Подняв хмурый взгляд, прочитала название, написанное на вывеске заведения, куда зашел Джон Ролден: «Воздушная выпечка миссис Лав».

Ее любимая городская кондитерская. Одна из лучших в Сент-Эдмундсе, а, может быть, и во всем графстве.

Уже много лет она ходила в лавку миссис Лав, ведь в ней существовала самая свежая и сладкая выпечка всех сортов – открытые пирожки с начинкой из крыжовника, смородины, вишни, яблок или клюквы; пудинги с сухофруктами; пышки и кексы, булочки с корицей, лимонной цедрой и изюмом. Еще поварята миссис пекли самые вкусные во всем городе имбирные пряники. А хлеб пекла сама хозяйка – с самой золотистой и хрустящей корочкой.

В заведении миссис Лав стояли полированные столы из дерева, масляные лампы и плотные бежевые занавески в мелкий голубой нежный цветочек, с тонким кружевом.

Занавески разделяли довольно просторное помещение на отсеки. Гости добродушной женщины, закрытые от любопытных глаз, лакомились выпечкой и мило проводили время за чаепитием и беседой.

«… буду ждать вас завтра в вашей любимой кондитерской. После занятий в академии магии…»

Допрос в полиции и обед в ресторане «Рог изобилия» с Кеннетом заняли немало времени у мисс Харрис. И теперь выходило, что наступил тот самый час, когда она должна возвращаться домой после занятий в академии.

«… прошу не бояться и никого не приводить с собой…»

Значит, Джон Ролден в назначенное время прибыл в кондитерскую миссис Лав на встречу с ней. Он, действительно, надеется, что она придет?

Полная сомнений, мисс Харрис застыла рядом с деревянными створками, выкрашенными в нежно-голубой цвет. Сначала она не собиралась идти на встречу, но сейчас… Опасна ли она для нее, если Джон Ролден приехал один?

Она помнила, что аптекарь – потомок демонов, что способен на многое, и в сотрудничестве с ним не нуждалась. К тому же, у Ролдена в подручных сильнейший менталист империи. Еще он – тень королевы, давший Кассии Ветинг кровную клятву верности.

Белла решительно прошла мимо кондитерской миссис Лав, дверные створки остались за её напряженной спиной. Она не успела уйти далеко, когда из глубины сознания царапнуло: «У Ролдена могут быть ответы…».

Глава 11

Услышав признание сына о ментальном вмешательстве, её высочество Флоранс медленно поднялась.

Стройная фигура застыла неподвижным изваянием; на лице принцессы Рейдалии эмоции хаотично сменяли друг друга: страх, возмущение, гнев.

Лица присутствующих мужчин были не так выразительны в своих чувствах. Но все же откровенно недоверчивые взгляды сошлись на высокой фигуре принца Эдуарда.

Молчание, наступившее в кабинете главы полиции Сент-Эдмундса, продлилось достаточно долго, и было тяжелым и неприятным, пока Роберт Ветинг первым его не нарушил:

– Как ты узнал об этом?

– С недавних пор стал кое-что вспоминать из прошлого, – сдержанно отозвался Эдуард и, в ответ на вопросительно изогнутую бровь отца, вынужденно уточнил: – Из моей жизни, связанной с Сент-Эдмундсом. Эпизоды, которые совершенно исчезли из памяти на долгий период времени.

– Выходит, этот таинственный маг знает, кто именно скрывается под лицом Себастьяна Роя? – нахмурился его высочество и мазнул нехорошим взглядом по невозмутимому лицу главы теней.

– Если бы он знал, то не покушался бы на жизни всех адептов выпускного курса, – справедливо заявил сэр Рид. – Несколько раз подряд. Это, знаете ли, слишком сложно и трудозатратно.

– Вряд ли он знает, кто из нас является принцем, – качнул головой Эдуард, соглашаясь с Майклом Ридом. – Уверен, что несколько лет назад я совершенно случайно попал в сферу его интересов, будучи другом… одной девушки. По всему следует, что этот человек… или не человек… давно находится в Сент-Эдмундсе. Но мою смерть запланировал недавно.

Её высочество Флоранс при этих словах вздрогнула и крепко сжала челюсти. Его высочество Роберт положил руки на стол, и все присутствующие заметили, что его пальцы сжаты в кулаки.

– Так и есть. – Майкл Рид уверенно вмешался. – Наш недоброжелатель действует тонко, почти безукоризненно. Но только «почти». Похоже, ему не хватает некоторого… хм… как будто бы жизненного опыта. Результат его интриг мог бы привести к безупречному результату, если бы не кое-какие мелочи. Эти самые мелочи постоянно мешают выполнению его планов. Но предугадать их он не в силах. Как, например, в отношении Генри Аристона. Если бы не случайность в лице принца Эдуарда, все улики были бы против этого невиновного и благородного джентльмена. Или как во время первого взрыва на тренировочной площадке. Тогда он не рассчитал время, адептов нашли вовремя для оказания первой помощи.

– Ваше высочество, – герцог вопрошающе уставился на принца Эдуарда. – То есть вы считаете, что один и тот же маг блокировал вам память в течение нескольких лет и организовал покушения на жизни адептов академии магии?

– Да. Это мое мнение.

В кабинете снова наступило молчание. Тяжелое. Гнетущее. Но в этот раз не такое долгое.

– Я хорошо знаю отца Генри Аристона, – задумчиво проронил герцог Глостер. – Он весьма приличный и приятный джентльмен. Было бы весьма печально, если бы его наследник оказался заговорщиком. Я рад, что этот молодой человек находился под ментальным внушением.

– Которое вскоре должно было развеяться без всякого следа, но мы успели его обнаружить, – сухо добавил Эдуард.

– И нейтрализовать, – с удовлетворением в голосе добавил Майкл Рид.

– Что ж, я услышал вас, джентльмены, – задумчиво пробормотал Верховный маг. – И чем больше узнаю о том, что творится в Сент-Эдмундсе, тем лучше понимаю, почему вы решили действовать так решительно. Этого… хм… недоброжелателя, действительно, необходимо остановить как можно скорее.

– Поэтому глава полиции сообщит газетам, что сэр Генри Аристон ничего не помнит о том, что случилось, – заявил лорд Рид. – А сэр Себастьян Рой возражает против выдвинутых обвинений и настаивает, что рядом с местом преступных действий он оказался случайно. Расскажет о том, что расследование, мол, идет, все виновные будут наказаны независимо от социального статуса. Это заявление даст возможность спокойно заняться двором королевы. Более того, предполагаю, что теперь у нас даже есть подозреваемый.

– Подозреваемый? – тихо выдохнула Флоранс Ветинг и устремила взволнованный взгляд на сына.

Эдуард кивнул с задумчивым видом, подошел к её высочеству. Узкая женская кисть с тонкими красивыми пальцами оказалась в ладонях молодого человека. Он прикоснулся к ней губами и сверху заглянул в глаза матери, полные тревоги. Вторую ладонь женщина положила на щеку сына.

– Не переживайте, мама. Преступник получит по заслугам.

– Может быть, пока не закончится расследование, ты уйдешь с нами и переждешь в одном из имений? – шепнула принцесса Флоранс.

– Я не могу сейчас уехать. – Голос Эдуарда Ветинга прозвучал твердо и немного резко.

* * *

– Почему? Твоя жизнь находится под реальной угрозой.

– В данном случае я согласен с твоей матерью, – сдержанно проговорил Роберт Ветинг.

Он замер рядом с письменным столом главы полиции и внимательно наблюдал за женой и сыном. От статной фигуры, находящейся под личиной лорда Роя, веяло сдержанностью и уверенностью, но крепко сжатые челюсти выдавали скрытое волнение.

– Ваши высочества, ваш сын не может сейчас уйти, – спокойно проговорил лорд Рид и совершенно будничным тоном пояснил:

– Тогда ему придется оставить свою истинную пару – мисс Беллу Харрис. Девушка помогает в расследовании по делу о покушении на жизни адептов и может оказаться под ударом. У мисс Харрис особая роль, и она незаменима.

Плечи младшего Ветинга вмиг окаменели, выражение лица стало нечитаемым, взгляд же, которым он наградил главу теней, будто препарировал последнего.

– Мисс Харрис? – переспросила ее высочество, вскинув изумленный взгляд на лорда Рида. – Целительница из главного госпиталя Сент-Эдмундса? Это же она спасла Эдуарду жизнь во время первого покушения?

– Совершенно верно, миледи, – кивнул лорд Рид.

Верховный маг впился в него красноречивым взглядом, который, казалось, говорил: «Что за странные шутки в такой сложной ситуации?»

Его высочество Роберт уставился на непроницаемое лицо сына.

– Эдуард, мисс Харрис твоя истинная пара? – тихо произнесла принцесса Флоранс.

– Да, – признался принц и тут же добавил, чтобы ее королевское высочество не стала заложницей недомолвок и фантазий: – Но все… непросто.

– Вас обоих необходимо отправить в столицу, – категорично заявил Верховный маг. – Мы не можем рисковать жизнями наследного принца и его невесты.

– Мисс Белла Харрис не моя невеста, – сухо отчеканил Эдуард, не сводя прямого взгляда с бледного лица матери.

– Вы ещё не объяснились? – по-своему поняла ответ сына её высочество.

– Наоборот, мы объяснились.

– Тогда не понимаю… – в растерянности пробормотала принцесса. – Если вы – истинная пара и уже объяснились, неужели мисс Харрис… отказала тебе?

На последней фразе принцесса Флоранс бросила странный взгляд на мужа. Его высочество ответил мрачным выражением лица и суженными глазами.

– Отказала.

– Мисс Харрис не знает, кто ты на самом деле?

– Не знает.

– Но… между вами должно существовать притяжение!

– Оно есть. Мы можем отложить этот замечательный разговор до более удобного момента?

– Тебе могли внушить, что эта девушка твоя истинная пара? – задумчиво уточнил принц Роберт.

– Все как раз наоборот. – Эдуард обернулся к отцу. – Несколько лет подряд мне стирали о ней воспоминания. Каждый раз после этого я забывал о том, что… неравнодушен к ней.

– Стирали? Зачем? – Голос принцессы прозвучал сипло и сдавленно.

– Пока не знаю, – принц пожал широкими плечами. – Но хочу в этом разобраться. Когда находился в камере и переживал за Генри, неожиданно вспомнил кое-что еще из нашего общего прошлого. Один весьма любопытный момент.

– С чем он связан?

Их высочества одновременно задали этот вопрос, но ответ сына не оправдал их ожидания:

– Я не могу удовлетворить ваше любопытство.

Голос наследника престола Рейдалии прозвучал твердо и уверенно – так, что ни у кого в кабинете не осталось сомнений – подробностей никто не услышит.

* * *

Эдуард не рассказал родителям о том, что вспомнил. Во-первых, о подобном как-то не поведаешь вот так просто. Во-вторых, сам он одновременно верил и не верил тем воспоминаниям, которые внезапно ожили в памяти…

На третий год учебы в академии магии Сент-Эдмундса его временные родители удивились, когда он впервые отказался приехать на зимние праздники.

В магическом вестнике Эдуард сообщил, что каникулы, которые совпадают с зимними праздниками, проведет с друзьями. На это неожиданное известие того, к кому они успели привязаться, чета Рой в ответном послании предложила Эдуарду приехать в Рой-Холл с друзьями. В итоге джентльмены, с которыми был дружен принц, недолго думая приняли приглашение супругов Рой.

– Тогда, может быть, пригласишь и наших знакомых девушек? – предложил Генри Аристон.

– Хорошая идея! – тут же подхватили близнецы Дарлины. Эдуард тогда мазнул раздраженным взглядом по Джереми Дарлину, которого недолюбливал, но разлучить Кена и Джера на праздники было невозможно.

– Девушки приедут со своими надсмотрщицами, – выразил недовольство Крис Менфес.

– Пусть так. Места всем хватит, – в итоге решил молодой человек, вспомнив роскошь и размеры дворца Рой-Холла.

– Мисс Белла, скорее всего, не поедет. Зимние праздники она всегда проводит с семьей, – задумчиво проговорил Джереми Дарлин.

– Уговорим её, – уверенно заявил Аристон.

– Это вовсе не обязательно, – невозмутимо проронил Кеннет Дарлин.

Тот же, кого все знали, как Себастьяна Роя, безразлично пожал широкими плечами. Он хорошо относился к мисс Харрис. Девушка нравилась ему, но как милый и добрый человек и талантливая целительница. Поэтому, если вдруг по каким-то причинам девушка не приедет в поместье Рой, он не сильно расстроится. Вот если бы не приехала другая девушка, тоже целительница, обладательница прекрасных карих глаз, он мог бы ощутить безусловную досаду.

В тот год подруги все же уговорили мисс Беллу Харрис отправиться в Рой-Холл. И когда вереница из нескольких представительных экипажей выдвинулась из Сент-Эдмундса в Илинг – пригород столицы графства Вуффолк, в одном из них хихикали и выглядывали в окна целительницы-второкурсницы академии магии.

Илинг всегда отличался высоким уровнем жизни, многообразием клубов, парков и ресторанов. Он уступал Сент-Эдмундсу, но все равно представлял собой довольно оживленное и шумное место, где несколько богатых аристократических семейств с длинной и почти бесконечной родословной имели роскошные поместья в окружении парков и садов.

Леди Аманда и лорд Ричард Рой были откровенно рады молодежи, шумно выбирающейся из экипажей. Последние по очереди останавливались напротив парадного входа во дворец.

Двенадцатилетняя мисс Эмма Рой стояла рядом с матерью и выглядела истинной маленькой леди – элегантной в светлом платье с кружевным воротником, сдержанной и благоразумной. Восьмилетняя же мисс Джорджиана Рой всем своим видом выражала восторг и нетерпение и, забываясь, даже подпрыгивала на месте. Десятилетний мистер Лукас Рой также, как и младшая сестра, не скрывал своей радости. Большие темные глаза мальчика при виде старшего брата и его друзей светились от счастья.

В тот момент Эдуарда царапнуло чувство вины за то, что из-за эгоизма он мог лишить детей, к которым искренне привязался, веселых зимних праздников, ведь они всегда ждали его приезда.

Именно в те дни младший Ветинг отметил, что дворец супругов Рой, хотя и уступает в размерах и роскоши императорскому дворцу, но все же очень удобен для приема большого количества гостей, как и многие дома высших аристократов Рейдалии, часто похожие внутренней структурой помещений.

Дворец условно делился на две половины. Довольно приличная его часть, наверное, бо́льшая, имела анфиладную структуру и была приспособлена для увеселительных мероприятий. К этой части относились также бальный зал, комнаты для отдыха, бильярдная и столовая для банкетов.

В другой половине огромного здания располагались будуары и кабинеты хозяев и комнаты для проживания гостей.

Приехавших адептов и адепток академии магии лакеи и горничные сразу проводили в подготовленные для них комнаты, чтобы гости могли умыться после многочасовой дороги, привести себя в порядок и переодеться к ужину.

В Рой-Холле друзья наследника древнего рода сразу почувствовали себя желанными гостями. И в тот год зимние праздники, как никогда, в имении дружного и большого семейства Рой прошли весело и незабываемо…

* * *

В первое же утро после завтрака состоялось традиционное чаепитие, для проведения которого на кухне заварили десять фарфоровых чайников. Гостей угощали разными сортами чая и невероятным количеством воздушных булочек с корицей и сливочным кремом.

Когда гости напились чаю и наговорились, они отправились на утреннюю прогулку по окрестностям Рой-Холла. Все, кроме мисс Харрис. Белла обмолвилась за чаепитием, что с младшими сестрами любит украшать ящички для чая, и дети уговорили её остаться и помочь им с украшением. Целительница предложила присоединиться к ним всем желающим, но таковых не нашлось.

Эдуард в то утро проводил гостей до парка, но вынужден был вернуться в свою комнату, в которой забыл небольшой подарок для очаровательной кареглазой гостьи.

Возвращался он мимо столовой, в которой задержался, наблюдая за тем, как перед Эммой, Джоджианной, Лукасом, мисс Харрис и леди Рой горничные раскладывают листы бумаги, ножи для её разрезания, клей и сами ящички для чая.

Дружная компания принялась разрезать бумагу на узкие полоски и хихикать над смешными историями мисс Харрис о её учебе в академии магии.

Заметив Эдуарда, Лукас Рой вдруг подскочил с места, усадил брата между собой и мисс Харрис, подвинувшись на один стул, и вручил молодому человеку свой нож для разрезания бумаги.

– Что ж, помогу тебе немного, – усмехнулся Эдуард.

Однако через некоторое время он поймал себя на том, что получает удовольствие от простого процесса разрезания бумаги, а в компании женщин и младших Роев ему удивительно комфортно и идти в парк совсем не хочется.

Иногда Эдуард искоса поглядывал на нежный профиль Беллы с закушенной губой, и в груди отчего-то теплело. В эти моменты он ловил себя на странном и необъяснимом желании прикоснуться к девушке.

Из-за своих мыслей Эдуард отвлекался, поэтому отрезал полоски неаккуратно – то слишком толстыми, то чересчур тонкими. Это обстоятельство вызывало приступы смеха у Эммы и Джорджианы, которые с любопытством наблюдали за старшим братом, и милые улыбки на лице Беллы и леди Рой.

Когда пришло время наклеивать скрученные полоски на ящички для чая, молодой человек все ещё, к своему удивлению, находился в столовой. Пальцы отказывались подчиняться, поэтому он попросил Беллу о помощи, и мисс Харрис, конечно, откликнулась.

Когда их пальцы впервые соприкоснулись, оба вздрогнули. Щеки девушки порозовели, хотя она продолжила спокойно объяснять и помогать наклеивать скрученные полоски, следуя рисунку узора.

Эдуард же ощутил, будто тепло девичьей руки передалось ему и стало разливаться по всему телу. Сердце застучало быстрее, а в груди стало медленно, но настойчиво разгораться пламя.

Именно в те волнительные минуты, он почувствовал на себе чужой взгляд, повернулся и увидел Кеннета Дарлина, который в компании Генри Аристона неожиданно появился в столовой.

Никогда прежде Кен не смотрел на него так – остро, пристально и настороженно.

В тот миг Эдуард как-то совершенно отчетливо понял, что причина этого взгляда сидит рядом с ним – девушка с чудесными глазами и серой болезненной кожей, со скобами и блеклыми зализанными волосами.

– Себастьян, вот вы где! Мы вас обыскались, а вы тут увлеклись девичьими занятиями?

– Это я уговорил брата! – вмешался Лукас Рой и запальчиво добавил: – И вы не правы, сэр, что мы заняты девичьим занятием, ведь я тоже украшаю ящички.

– О, и действительно! Как это я так ошибся! Прошу прощения, сэр, – широко улыбнулся Кеннет Дарлин и слегка поклонился.

Лукас важно кивнул в ответ. Леди Рой и мисс Харрис с улыбками переглянулись.

– Мы ждем вас, сэр Рой, – заметил Аристон.

Эдуард тогда поймал себя на мысли, что ему совершенно не хочется покидать столовую и идти в парк с друзьями, но под непривычно жестким взглядом Дарлина он поднялся.

– Ты смотрел на Беллу так, как будто хотел съесть ее прямо там, – обвинил его Кен по пути в парк.

– Не выдумывай.

– Себ, я знаю тебя. А также то, что на данный момент предметом твоего восхищения является прекрасная мисс Андерсен, за подарком для которой ты и удалился.

– На что ты намекаешь?

– Не смей обижать Беллу. Не трогай её.

– Присмотрел ее для себя?

– Мисс Харрис мне как сестра. Я никому не позволю её обидеть.

– Ухаживать за ней тоже никому не позволишь? – проницательно заметил Эдуард, вдруг почувствовав необъяснимый приступ бешенства.

Кеннет Дарлин хмуро промолчал, но на челюстях заиграли желваки.

– Ты не ответил на мой вопрос, – сухо напомнил молодой человек.

– Джентльмены, мне не верится, что причиной вашей перепалки стала мисс Харрис, – Генри Аристон вмешался в их диалог с явным удивлением в голосе. – Она же страшненькая, хоть и чрезвычайно мила в общении.

– Кеннет просто фантазирует, – хмыкнул Эдуард.

– Если то, что я увидел, всего лишь результат моей фантазии, значит, забудь наш разговор, – спокойно, холодно, чеканя слова, процедил Дарлин.

Тогда Эдуард поймал себя на мысли, что, если бы в столовой он и Белла находились вдвоем, он поцеловал бы девушку. Но, похоже, в тот раз он выполнил требование Кеннета Дарлина и, действительно, забыл и тот их разговор, и свое странное чувство в отношении мисс Харрис.

Что произошло далее в те зимние дружеско-семейные праздники принц вспомнить не смог. Как ни старался. Но его наполнила внутренняя необъяснимая уверенность, что между ним и Беллой в те дни что-то произошло. Не мог он просто так отступиться от той, что вдруг зажгла пламя в груди. Это было не в его правилах.