Текст книги "Истинная за Завесой (СИ)"

Автор книги: Натали Карамель

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 24 страниц)

Глава 12. Первая Ночь в Логове и Утро в Тишине

Хмурая служанка Элсбет провела их по бесконечным каменным коридорам, освещенным редкими магическими светильниками в виде драконьих голов, извергавших холодное синее пламя. Обстановка внутри поражала: гобелены с батальными сценами из жизни драконьих кланов, витражи, изображающие летящих змеев, скульптуры из черного мрамора и темного дерева, инкрустированные золотом и самоцветами. Все дышало несметным богатством и древней мощью. Но вместе с роскошью в воздухе висело… одиночество. Гулкая тишина, отсутствие признаков жизни кроме редких слуг, мелькавших как тени, холодный камень под ногами – все говорило, что замок был скорее величественной тюрьмой или мавзолеем, чем домом.

Комната, которую Элсбет им указала, оказалась отрезвляющим контрастом. Скромная, даже аскетичная. Чуть больше, чем келья для служанки. Две узкие кровати, простой шкаф, умывальник с кувшином, маленький столик и один стул. Никаких излишеств. Окно – узкое, как бойница.

Катя осмотрелась и… рассмеялась. Коротким, отрывистым смехом.

«Ну, могло бы быть и еще хуже, – сказала она, плюхнувшись на ближайшую кровать. – В каморке под лестницей, например. Или в башне с привидениями.»

Луиза же закипела от возмущения. Её щеки пылали.

«Да как он посмел?! – прошипела она, швыряя саквояж на вторую кровать. – Это же оскорбление! Вы – его невеста! Пусть формально, но все же! Поселить вас… здесь! Рядом со мной!»

Катя встала, подошла к Луизе и положила руку ей на плечо.

«Лу, успокойся. Во-первых, я в своей прошлой жизни спала и не в таких условиях после смены. Во-вторых, так даже… привычнее. Меньше пафоса. И главное, – она понизила голос, – мы вместе. И никто не помешает нам ночью обсуждать планы. А теперь пора спать. Завтра – день исследований. Нам понадобятся силы.»

Луиза еще пару секунд пыхтела, но взгляд Кати подействовал успокаивающе. Она вздохнула и кивнула. Быстро и ловко, как опытный боец, разбирающий оружие, она начала распаковывать вещи. Катя попыталась помочь – разложить платья в шкаф, но один взгляд Луизы, полный такого немого укора и решимости, что Катя тут же отступила, подняв руки в знак капитуляции. Стало ясно: посягать на священный ритуал укладывания спать "её миледи" – смерти подобно.

Они сполоснулись ледяной водой из кувшина (горячей воды, видимо, не полагалось), смывая дорожную пыль. Луиза с нежностью, граничащей с материнской, помыла Кате длинные каштановые волосы, бережно расчесала их, облачила в чистую, простую ночную сорочку и уложила в постель, поправив одеяло.

«Ну что, Лу, – пробормотала Катя, уткнувшись лицом в подушку, – а сказку на ночь прочитаешь? А то я чувствую себя лет на пять.»

Луиза, тушившая последний светильник, фыркнула, но в её голосе слышалась улыбка:

«Надо будет – и сказку прочитаю, миледи Катя. И колыбельную спою. А сейчас – спите.»

Тишина опустилась на маленькую комнату. Усталость взяла свое, и Катя быстро провалилась в сон. Сон был странным, ярким. Ей снилось, что она лежит на своей кровати в этой же комнате. Сквозь щели под дверью и вокруг неё медленно, как живая субстанция, просачивается легкий, зеленоватый дымок. Он заполняет комнату, обволакивая все мягким, мерцающим туманом. Дверь бесшумно открывается. На пороге стоит Далин. Его фигура в свете зеленоватого дыма кажется еще более внушительной и зловещей. Он сначала смотрит на Луизу, спящую на соседней кровати, его взгляд – холодный, оценивающий. Потом его глаза медленно, неумолимо переходят на Катю. Он подходит бесшумно, как призрак. Останавливается у её изголовья. Его рука, холодная, как мрамор, касается её щеки. Легко, почти невесомо. Во сне Катя видит его лицо крупным планом. Его глаза – чисто драконьи, вертикальные зрачки светятся в полумраке. Он медленно, глубоко вдыхает воздух рядом с её лицом… и хмурится. На лбу залегает резкая складка непонимания, раздражения. Потом он просто садится на краешек её кровати. Сидит. Молчит. Смотрит. Его рука поднимается и отводит прядь волос, упавшую ей на лицо. Прядь тут же норовит упасть снова, будто живая. Он поправляет её снова. И снова. Проходит время, кажущееся вечностью. Потом он так же бесшумно встает. Перед тем как закрыть дверь, он еще раз оборачивается. Его драконьи глаза на мгновение встречаются со спящим взглядом Кати. Дверь закрывается. Зеленоватый дым начинает медленно рассеиваться. Сон погружается в глубокую, спокойную темноту.

Утро началось с того, что Луиза мягко разбудила Катю. Солнечный луч пробивался в узкое окно. Элсбет уже ждала у двери с кувшином горячей воды – видимо, утренняя поблажка. Луиза помогла Кате одеться в одно из немногих привезенных простых, но добротных платьев, аккуратно уложила волосы. Никакого макияжа – Катя наотрез отказалась.

Элсбет безмолвно повела их обратно по лабиринту коридоров в столовую. Она была огромной, с длинным дубовым столом, способным усадить два десятка человек. Но за столом сидел лишь один – герцог Далин. Он читал какие-то бумаги, даже не взглянув на вошедших. На столе перед ним стояла почти пустая тарелка и чашка. Напротив него был накрыт прибор для Кати.

Они молча сели. Слуги тут же начали подавать завтрак. Яства были изысканными, но явно приготовленными из незнакомых Кате продуктов: странные фрукты, похожие на кристаллы, мясо с перламутровым отливом, прозрачный, мерцающий напиток. Напряжение, исходившее от Далина, было почти осязаемым. Он не смотрел на Катю, сосредоточенно ковыряя вилкой в остатках еды. Катя ела медленно, пытаясь разобраться во вкусах и наблюдая за ним краем глаза. Зачем он забрал меня сюда? – вертелось у неё в голове. Если одно мое присутствие, мое дыхание за этим столом так его напрягает, зачем подвергать себя этой пытке? Чтобы мучить меня? Или себя?

Он внезапно встал. Стремительно. Бумаги шуршали.

«Приятного аппетита,» – бросил он ледяным тоном, формально поклонившись, и, не дожидаясь ответа, чуть ли не побежал к выходу, его плащ развевался за ним. Он буквально сбежал из столовой.

Катя моргнула пару раз, глядя ему вслед. Пожала плечами. Что ж, тем лучше. Она повернулась к своей тарелке и с новым энтузиазмом принялась смаковать необыкновенно вкусные, хоть и странные, блюда. Завтрак здесь, определенно, был большим плюсом нового места жительства.

Закончив, она аккуратно отодвинула тарелку и обратилась к стоявшему неподалеку старшему слуге:

«Спасибо. Завтрак был восхитительным.»

Слуга, мужчина лет пятидесяти с каменным лицом, едва заметно вздрогнул. Его глаза на мгновение расширились от лёгкого удивления. Он кивнул, чуть глубже обычного.

«Рады стараться, миледи.»

Катя встала и направилась к выходу, где её ждала Элсбет, чтобы проводить обратно. Но Катя улыбнулась ей:

«Спасибо, Элсбет, мы найдем дорогу сами. Нам надо осмотреть замок. Свежим утром.»

Элсбет, казалось, хотела возразить, но Катя уже шла обратно по коридору, а Луиза поспешно следовала за ней, едва сдерживая довольную улыбку. Они медленно шли, уже не торопясь, внимательно разглядывая мрачные, но величественные интерьеры замка Далина. Каменные химеры на капителях колонн, мозаичные полы с драконьими символами, тяжелые двери, ведущие бог знает куда... Карта их нового, временного, но такого важного мира начинала складываться. И где-то здесь, в этих каменных лабиринтах, им предстояло найти укромное место. Место, где можно будет прикоснуться к тайне, спрятанной под кулоном "Серенада Тумана".

Глава 13. Искры, Снежинки и Звериный Рёв

Исследование замка превратилось в настоящее приключение. Катя и Луиза, забыв на время о страхах и Далине, бродили по бесконечным коридорам, заглядывали в полутемные залы, восхищались величественными арками и витражами. Казалось, каменное сердце логова дрогнуло от их присутствия. Звонкий смех Кати и сдержанный смешок Луизы, как живые искорки, прыгали по мрачным стенам, отражались от высоких потолков, наполняя пространство непривычным звуком – радостью. Они шутили, спотыкались на неровных плитах («Ляп номер пять, Катя!» – «Это не я, это замок старый!»), искали потаенные уголки и чувствовали себя неутомимыми первооткрывательницами.

Поднимаясь по винтовой лестнице одной из дальних башен, они наткнулись на дверь, приоткрытую в просторное помещение. Комната была пуста. Совершенно. Ни мебели, ни ковров, ни украшений. Только высокие окна, пропускавшие скупой горный свет, и толстый слой пыли на каменном полу. Но она была светлой, отдаленной от основных путей, и главное – тихой.

«Идеально!» – выдохнула Катя, оглядываясь. – «Как будто ждала нас.»

Запомнив извилистый путь, Луиза на всякий случай оставляла едва заметные метки-обереги на стенах, они спустились вниз как раз к обеду. Обедала Катя одна, в той же огромной столовой. Она ела с явным удовольствием, пробуя новые, экзотические блюда, и слуги, расставлявшие приборы и уносившие тарелки, не могли не заметить этого искреннего удовольствия на её лице. Когда она отложила приборы и снова поблагодарила, старший слуга, тот самый, что утром, задержался на мгновение.

«Простите мою дерзость, леди Катарина, – сказал он тихо, но твердо. – Но вы… изменились. Вам очень идет улыбка. И смех. Он… оживил эти стены.» В его обычно бесстрастных глазах светилось что-то тёплое, почти отеческое.

Катя смущенно улыбнулась, чувствуя легкий румянец на щеках. «Спасибо. Это… очень мило с вашей стороны.»

Контраст с прежней Катариной, должно быть, был разительным. Слуги явно были ошеломлены, но приятно.

От одного из младших слуг, принесшего воду для рук, они осторожно выведали, что герцог Далин срочно улетел по делам сразу после завтрака и вернётся не раньше вечера. Новость обрадовала девушек как манна небесная. Время для первого урока!

Сердце Кати бешено колотилось, когда они снова поднимались в пустую комнату наверху башни. Луиза тщательно закрыла тяжёлую дверь и даже шёпотом наложила простейший барьер тишины, чтобы звуки не вышли наружу.

«Готова?» – спросила Луиза, ее глаза горели решимостью и волнением.

Катя кивнула, пальцы сами потянулись к застежке кулона. «Готова.»

«Снимай. Но будь осторожна. Магия, долго сдерживаемая, может хлынуть мощно.»

Катя расстегнула цепочку. Холодный камень «Серенады Тумана» лег на ладонь Луизы. И мир… изменился.

Катя ахнула. Будто внутри неё открыли шлюзы. Мощный, бурлящий поток чего-то невероятно живого, сильного, дикого хлынул по её венам, наполнил каждую клеточку. Воздух вокруг неё затрещал, запахло озоном, как перед грозой. Наэлектризованные волоски на руках встали дыбом.

Щелк! Фzzzt!

От её пальцев, от кончиков волос, даже от складок платья стали бить крошечные, ярко-синие молнии. Они змеились по каменному полу, лизали стены, уходили в потолок, огибая Луизу широкой дугой, будто чувствуя её. Комната озарилась мерцающим, холодным светом. Луиза стояла, завороженная, с широко открытыми глазами, держа кулон как святыню.

«Лу… это… нормально?» – с трудом выдавила Катя, чувствуя, как энергия бурлит внутри, прося выхода. Её голос звучал с легким гудением.

«Это… молнии, Катя! – прошептала Луиза. – Стихия Воздуха в чистейшем, самом мощном её проявлении! Такого я ещё не видела!»

Но на этом чудеса не закончились. Через пару секунд тонкие струйки молний начали обвиваться… снежинками. Нежными, ажурными, мерцающими холодным блеском. Они кружились в электрическом поле, создавая сюрреалистичное зрелище – буйство энергии и хрупкую красоту. Луиза замерла, её дыхание остановилось.

«Катя, попробуй сконцентрироваться! Закрой глаза! Представь внутри себя… шар. Ядро. Источник этой силы! Попробуй его увидеть!»

Катя послушно закрыла глаза, стараясь игнорировать покалывание на коже и гул в ушах. Она искала внутри этот шар, точку сосредоточения. Но чувствовала только бурлящий океан, необъятный и неуправляемый. Никакого ядра. Разочарованная, она открыла глаза, чтобы сказать Луизе…

И застыла.

К молниям и снежинкам добавились… вода и огонь. Тонкие струйки чистейшей воды обвивали электрические змейки, а среди них плясали крошечные, но яростные язычки пламени. Все четыре стихии сплетались в причудливую, мерцающую спираль, не гася, а лишь подчеркивая друг друга. Комната наполнилась шипением пара, треском пламени, шелестом снега и гудением молний. Это было одновременно прекрасно и пугающе.

«Луиза…» – прошептала Катя, охваченная благоговейным ужасом.

Луиза, поборов оцепенение, сделала осторожный шаг. Потом второй. Её лицо было бледным, но решительным. Она медленно дошла до Кати, её рука с кулоном дрожала.

«Это… невероятно, – ее голос сорвался. – Четыре… Четыре стихии, Катя. Такого… такого не было никогда.» Её глаза встретились с Катиными, полными немого вопроса. Луиза резким движением набросила цепочку кулона на шею Кати и застегнула её.

Эффект был мгновенным. Яркий свет погас. Молнии исчезли, снежинки растаяли в воздухе, вода испарилась, огоньки погасли. Остался лишь легкий запах озона и дымка пара, быстро рассеивающаяся. Только на стенах и потолке кое-где ещё потрескивали и тухли крошечные искорки, оставшиеся от молний. В комнате воцарилась гробовая тишина, нарушаемая только тяжелым дыханием девушек.

Луиза схватила Катю за руки.

«Ты не нашла шар? Ничего! Мы… мы будем учиться по-другому. Медленнее. Осторожнее. Но сейчас… сейчас нам срочно нужно уйти!»

Они быстро осмотрели комнату. Следов магии, кроме пары черных точек от молний на камне и легкой влаги на полу, не было. Пыль, сдутая энергией, уже оседала обратно. Девушки выскользнули из комнаты, Луиза шёпотом сняла барьер тишины. Они почти бежали по коридорам вниз, к своим покоям, стараясь дышать ровнее.

Не доходя до своей двери, они услышали его.

Р-Р-Р-РОАААР!

Глухой, яростный, звериный рёв потряс стены замка. Он шел издалека, но был полон такой первобытной ярости и… жажды, что по спине Кати пробежали ледяные мурашки.

«ГДЕ?!» – прорычал чей-то голос, уже ближе, искаженный бешенством.

Катя в ужасе прижалась к стене. Луиза, побледнев как смерть, начала буквально заталкивать её в их комнату.

«Быстрее! Быстрее!»

Но было поздно. Из тени бокового коридора вырвалась фигура Далина. Он был в человеческом облике, но его глаза горели чисто драконьим, безумным золотым огнем. Ноздри широко раздувались, втягивая воздух с жадностью загнанного зверя. Он метнул на них безумный взгляд, его взгляд скользнул по Луизе, потом резко перевелся на Катю, сжимающую в кулаке кулон, она инстинктивно выставила его вперед, как щит. Далин жадно вдохнул воздух прямо перед Катей… и вдруг отшатнулся, как от удара. На его лице мелькнуло чистое, животное недоумение, смешанное с яростью. Он дико огляделся, рыча что-то нечленораздельное, и рванул дальше по коридору, в сторону… той самой башни.

Луиза с силой втолкнула Катю в комнату и захлопнула дверь, прислонившись к ней спиной, тяжело дыша. Её лицо было искажено страхом.

«Запах… – прошептала она. – Твой истинный запах… он распространился мгновенно, как только ты сняла кулон. И оставил… след. Как духи. Сильный. Очень сильный.» Она сжала кулон в руке. « В той комнате… там теперь пахнет тобой. Настоящей. Туда больше нельзя. Никогда.»

Катя опустилась на кровать, чувствуя, как дрожат колени. Радость открытия сменилась леденящим страхом. Четыре стихии… и дракон, который чует добычу.

«Что… что теперь?» – спросила она тихо.

«Теперь… ужин, – ответила Луиза, пытаясь взять себя в руки, но голос её дрожал. – И будем надеяться, что он не вернётся за стол с такими… глазами.»

Мысли об ужине, который должен был принести покой, теперь казались Кате входом в клетку с разъяренным хищником. Что принесет вечер в логове дракона после такой охоты?

💖 Спасибо за ваше внимание!

Вижу, что история находит своих читателей – ваши лайки и количество прочтений (277 человек) для меня огромная поддержка! Это лучший сигнал, что я двигаюсь в правильном направлении.

Знаете, что сделало бы мой день еще ярче? Увидеть хоть пару слов от вас! 😊

Даже самый маленький комментарий – как лучик солнца для автора:

Какая фраза/сцена запомнилась?

Какой герой вас удивил/рассмешил/разозлил?

Просто напишите «Спасибо» или поставьте – и я буду знать, что глава вам понравилась!

Ваш отклик, даже микроскопический:

Дает силы писать дальше и быстрее!

Помогает понять, что вам по душе.

Создает ту самую волшебную связь между автором и читателем. ✨

Не стесняйтесь! Здесь нет «правильных» мнений. Мне искренне интересен любой ваш отклик. Первый шаг – самый сложный, но он бесценен!

Глава 14. Ужин под Взглядом Хищника

Сердце Кати колотилось так громко, что ей казалось, его эхо разносится по каменным коридорам. Она замерла перед тяжёлой дверью столовой, не в силах заставить себя толкнуть её. Ладони вспотели. Образ безумных драконьих глаз Далина, его звериный рёв «ГДЕ?!» стоял перед ней, как кошмар наяву.

Из-за двери донесся голос. Низкий, ровный, но несущий в себе опасное напряжение, как натянутая тетива.

«Я слышу, как ты стоишь и пыхтишь возле двери, Катарина.» Пауза. «Не бойся. Я спокоен. Заходи.»

Фраза «я спокоен» прозвучала не как успокоение, а как приказ. И как предупреждение. Катя глубоко вдохнула, сжала кулон под платьем так, что камень врезался в ладонь, и толкнула дверь.

Далин сидел во главе стола, как и утром. Но на этот раз он не читал бумаг. Он сидел прямо, его руки лежали на подлокотниках кресла, пальцы слегка сжаты. Его взгляд, холодный, аналитический, упал на неё в ту же секунду, как она переступила порог. Казалось, он просвечивал её насквозь. На столе, кроме обычных приборов, стояло блюдо, от которого шёл невероятно соблазнительный аромат – что-то морское, с дымком, пряными травами и сливочной нотой.

Ужин начался. Слуги подали Кате небольшую порцию этого блюда – нежные кусочки белоснежного мяса, напоминавшего морского гребешка, но с легким перламутровым отливом, тушённые в густом сливочно-травяном соусе с хрустящими корочками, напоминавшими трюфель.

«Морской ёж горных глубин», – тихо пояснил слуга. Катя, несмотря на страх, не удержалась. Она осторожно отломила кусочек вилкой, поднесла ко рту… И глаза её непроизвольно расширились от восторга. Нежность мяса, богатство сливочного соуса, пикантность трав и глубокая, почти ореховая нотка «трюфеля» – это был взрыв вкуса. Она смаковала следующий кусочек, забыв на мгновение о напряжении.

Далин наблюдал. Пристально. Он заметил этот миг чистого, неподдельного удовольствия на её лице. И это его ошеломило. Его пальцы слегка сжали край стола. Взгляд стал ещё пристальнее, но теперь в нём читалось не только любопытство, а что-то еще… Интерес? Почти… восхищение её искренностью? Или что-то более глубокое, мужское, что заставило его глаза на мгновение смягчиться, а губы тронуть едва уловимая тень чего-то, похожего на улыбку. Он быстро погасил это выражение, но Катя успела его заметить краем глаза.

Прервал тишину он начал свой допрос.

«Что ты сегодня делала?» – спросил Далин. Его голос был ровным, но лишённым тепла.

Катя чуть не поперхнулась последним кусочком «морского ежа». Она отставила вилку, стараясь не дрожать.

«Я? Гуляла по замку. Играли с Луизой в ляпы… спотыкались.» Она нервно сглотнула, чувствуя, как его взгляд прожигает её кожу. «У тебя… очень красивый замок. Монументальный.»

Он проигнорировал комплимент. Его глаза сузились до опасных щелочек.

«Ты кого-нибудь видела?» – уточнил он, делая едва заметный акцент на слове «видела». Вопрос висел в воздухе, нагруженный скрытым смыслом. Видела ли она его безумие? Чувствовала ли его охоту?

«Нет, – ответила Катя слишком быстро, отводя глаза к своей тарелке. – Я с Лу целый день была. Исследовали…» Её щеки горели под его пронизывающим взглядом. Он знает. Чувствует след.

Далин молчал. Долго. Он просто смотрел на неё, его золотистые зрачки казались бездонными колодцами, в которые она могла провалиться. Потом он слегка наклонился вперед, и его взгляд… смягчился? Нет, скорее, стал более личным, более внимательным к ней как к женщине. Он заметил, как нервно она теребит салфетку, как трепещут её ресницы.

«Я прошу прощения у тебя, – произнес он неожиданно тихо, почти… тепло? – За то, что ты увидела. Как я выглядел. Я… напугал тебя.» Пауза. Он искал слова, его взгляд скользнул по её губам, потом снова встретился с её глазами. «Но ты должна понимать. Иногда… дракон берет верх. От…» Он запнулся, будто не желая признавать слабость, но его голос звучал искренне. «…от сильного потрясения. Инстинкты. Они сильны. Очень сильны.» Последние слова он произнес с каким-то странным ударением, словно объясняя что-то не только ей, но и себе.

Катя кивала, стараясь изобразить понимание. Внутри все сжималось от страха и этого нового, непонятного напряжения. Потрясение? Какое? От моего запаха? От того, что почуял силу? Или… от меня самой? Этот новый оттенок в его взгляде смущал и пугал её больше прежней холодности.

«Понятно, – прошептала она, опуская глаза. – Хорошо. Как скажешь.» Ей отчаянно хотелось сбежать.

Она доела, что могла, отодвинула тарелку.

«Спасибо. Ужин был… прекрасным. Особенно… морской еж.» Она встала, готовая к бегству.

«Катарина.» Его голос остановил её у двери. Она обернулась. Он смотрел на неё, его лицо было серьёзным, но в золотистых глазах горел всё тот же неослабевающий, теперь уже откровенно заинтересованный взгляд. Он явно оценивал её – не как досадную помеху, а как… загадку. И возможно, как женщину.

«Как тебе твоя комната?» – спросил он. Вопрос был невинным, но Катя чувствовала подтекст. Он знал, что комната скромная. Он велел поселить её там. Возможно, чтобы унизить? Или изолировать? А теперь он наблюдал за её реакцией.

Катя собрала всю свою дерзость. Она улыбнулась, стараясь, чтобы улыбка получилась легкой, даже немного насмешливой, игнорируя дрожь в коленях.

«Отличная комната! В тесноте, да не в обиде, как говорится.» Она пожала плечами, демонстрируя напускное безразличие. «Уютно.»

Далин прищурился. Его губы чуть дрогнули – не в улыбку, а в выражении… одобрения? Или уважения к её стойкости? Он медленно мотнул головой, как бы соглашаясь. Потом положил голову на сложенные руки, подперев подбородок, и продолжил смотреть. Этот немой, интенсивный взгляд был полон неразрешённых вопросов, подозрений, но и чего-то нового – некоего магнитного притяжения, заставлявшего кровь приливать к её лицу. Он будто изучал каждую черту её лица без грима, каждое движение, и ему… нравилось то, что он видел.

Катя не выдержала этого пронизывающего внимания. «Я… могу идти? А то что-то… спать хочется.» Её голос звучал слабо, сбивчиво.

«Иди,» – ответил он спокойно, почти мягко. Но это не было отпущением. Это было «пока». И в его глазах, когда они встретились с её взглядом в последний раз перед тем, как она отвернулась, читалось четкое: «Это не конец. Мы еще поговорим.»

Катя вышла. Дверь закрылась за ней. Она не пошла – она рванула по коридору, сердце колотилось как бешеное.

Ох, батюшки! Он не просто подозревает – он заинтересован! По-мужски! И он заметил разницу!

Каждый его вопрос, каждый взгляд – как игла. А этот финальный взгляд… он обещал не расследование, а нечто более личное и опасное.

Она ворвалась в свою комнату, где её уже ждала бледная Луиза. Катя захлопнула дверь, с грохотом задвинула тяжелый засов. Луиза тут же бросилась к ней.

«Что? Что случилось? Он что-то сказал? Его глаза…» – зашептала она.

«Хуже, Лу, – прохрипела Катя, прислоняясь к двери. – Он… смотрел. Не как на пустышку. Не как на врага. А как… как на женщину. Интересную женщину.»

Луиза ахнула, закрыв рот рукой. «О, Боги…»

Девушки молча опустились на ближайшую кровать, прижались друг к другу, как два перепуганных ребенка в грозу. Никто не говорил. Тишину комнаты нарушало только их прерывистое дыхание и гулкое эхо страха и нового, тревожного осознания. Он заинтригован той, кем Катарина стала. И эта интрига была куда опаснее простой ненависти. Снаружи замка, высоко в горах, снова прозвучал далекий, тоскливый драконий рев. На этот раз он звучал не только яростью, но и… неутоленным желанием.