Текст книги "Истинная за Завесой (СИ)"

Автор книги: Натали Карамель

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 24 страниц)

Глава 52: Четыре Стихии и Три Ревнивых Дракона

Катя замерла, задрав голову. Перед ней возвышалась Гильдия Магов. Но на этот раз ее восторг был окрашен знакомым трепетом. Она узнавала величественные коридоры, где мерцающие стены показывали лики магов прошлого, платформы света, уносящие людей ввысь, и ту самую неземную музыку. Однако сейчас она шла не как загнанная «пустышка» под присмотром ненавистной семьи, а как центр внимания группы, состоящей из трех могущественных и... крайне ревнивых драконов. Далин шел справа, его осанка излучала неприступное достоинство и скрытое напряжение. Арден – слева, пытаясь сохранить легкую улыбку, но его взгляд постоянно скользил к судье, идущему чуть впереди. А Сириус Ноктюрн, ее куратор, двигался с холодной уверенностью флагмана, его спина была пряма, как клинок.

Проводник в белой мантии (тот же пожилой маг с острыми глазами) жестом направил их не в ложу, а прямо к величественным вратам Зала Истины Астрала. Сегодня регистрация была только для нее.

«Пусть испытуемая Екатерина Бродская подойдет к Источнику Астрала», – разнесся по залу торжественный голос, как только они вошли под вращающийся купол звездного неба.

Катя сделала шаг вперед. И в этот момент Сириус Ноктюрн действовал стремительно и нагло. Он обогнул Ардена, подошел к Кате и, не спрашивая, решительно взял ее под руку. Его движение было властным, демонстративным, словно ставил печать собственности.

«Я сопровожу вас, как ваш куратор», – произнес он громко, чтобы слышали все в ближайших ложах, его голос не допускал возражений. – «Процедура требует официального представительства.»

Далин замер на месте. По его благородному лицу пробежала волна такой ярости, что казалось, чешуя проступит сквозь кожу. Арден ахнул, возмущенно подняв брови, его кулаки сжались. Оба дракона буквально зашипели от негодования, но слова застряли в горле. Судья. Формально он был прав. Открыто воспрепятствовать – бросить вызов Совету. Они могли только сжимать кулаки до хруста костяшек и сверлить взглядами спину Сириуса, который вел их Катю к Источнику Астрала, как свою добычу. В этот миг, забыв о соперничестве, Далин и Арден ощутили жгучую братскую ярость – он посягнул на их общую драгоценность!

Катя почувствовала, как ее рука лежит на твердой, холодной руке судьи. Его прикосновение было безличным, но жест – дерзким захватом. Она попыталась слегка высвободиться, но его хватка была непреклонной. Она слышала за спиной сдерживаемое рычание Далина и возмущенное фырканье Ардена.

« Котик, держи меня!» – мысленно взмолилась она.

«Держу, королева. Но этот ледяной змей играет с адским пламенем. Два разъяренных дракона – это уже перебор даже для судьи Верховного Трибунала».

Они остановились перед пульсирующим сердцем Зала – Источником Астрала. Его лучи-щупальца тут же устремились к Кате, трепеща с невиданной прежде жадностью, будто чувствуя невероятный потенциал. Самый яркий луч нежно, но настойчиво коснулся ее лба.

Источник Астрала вздрогнул. Его размеренная пульсация сменилась хаотичным, мощным биением. Золотисто-белый свет внутри сгустка заклубился, заиграл, а затем взорвался калейдоскопом образов невиданной чистоты и мощи:

Огонь: не просто пламя, а живой вулкан. Контролируемое, яростное, чистое пламя, пляшущее языками солнечного золота и глубинного багрового жара. Оно пылало так, что зрителям в первых рядах стало физически жарко.

Вода: не ручей, а разъяренный океан. Бескрайние, кристально-бирюзовые волны, полные жизни, неукротимой силы и спокойной глубины. Они перекатывались, сверкая миллиардами соленых брызг.

Лед: не иней, а вечные ледяные поля. Сверкающие синевой глыбы чистого льда, острые торосы, излучающие абсолютный холод и ясность. Сила не разрушения, а вечности.

Молния: и – кульминация. Небесная ярость. Не искры, а снопы ослепительных, фиолетово-белых молний! Они били из центра Источника, зигзагами пронзая огонь, вкрапляясь в воду, играя на гранях льда. Дикая, неукротимая, но уже признавшая хозяйку сила грома.

Зал взорвался. Единым, оглушительным гулом изумления и шока. Шепот превратился в рев: «ЧЕТЫРЕ!», «МОЛНИЯ!», «Боги, это же невозможно!», «Экстраординариус!», «Да вы с ума сошли!». Даже статуи Стихий по стенам зала будто ожили, их свет заиграл яростно, особенно фигура, окутанная молниями.

Источник Астрала бушевал, переливаясь всеми цветами проявленных стихий, долгие, долгие секунды, прежде чем образы постепенно растворились, и он, с видимым усилием, вернулся к своему обычному мерному дыханию. Лучи отступили от Кати с явным нежеланием.

Голос регистратора прозвучал громко, перекрывая гул, но в нем слышалась дрожь: «Екатерина Бродская. Стихии: Огонь, Вода, Лед, Молния. Регистрация прошла успешно. Категория потенциала – „Экстраординариус“!»

Ледяные глаза Сириуса Ноктюрна горели не восхищением, а холодным, торжествующим голодом. Он видел не Катю, а Беспрецедентный Алмаз Четырех Стихий. Его величайшая находка.

«Поздравляю, леди Екатерина», – произнес он, его голос был ровным стальным лезвием. – « Вы переписали учебники магии. Пойдемте.» И, игнорируя овации (которых не было – был только шоковый гул) и сверлящие взгляды Далина и Ардена, он повел Катю обратно к выходу, ведя ее под руку, как главный трофей.

Далин и Арден шли следом, как грозовые тучи. Лица их были темны от ярости, направленной теперь исключительно на спину судьи. Они видели шок в зале, слышали восхищенный ропот, но все это меркло перед наглостью Сириуса, который вел себя так, словно Катя уже была его собственностью. Они шли плечом к плечу, забыв о своем соперничестве перед лицом общего, наглого врага. Братство драконов, защищающих свое сокровище.

Вернувшись к карете Далина, Сириус с преувеличенной галантностью помог Кате войти первым, что вызвало новый приступ молчаливого бешенства у двух драконов. Он сел напротив нее. Далин втиснулся рядом с Катей, Арден – напротив Сириуса. Дверь захлопнулась. Воздух внутри стал густым от непроговоренных угроз и амбиций.

Карета тронулась. Первым нарушил гнетущее молчание Сириус. Он смотрел только на Катю.

«Четыре стихии, Екатерина. Одна из них – молния. Это перечеркивает все прецеденты», —сказал он, его голос звучал почти мягко, но в глазах горел холодный расчет. – «Вы теперь не просто уникальный случай. Вы – самая желанная и завидная невеста во всех королевствах. Ваше место – на вершине «Солнечного Шпиля». Я, кстати, преподаю там Высшую Теорию Магических Потоков.» Он сделал паузу, давая словам осесть. «Вам потребуется сильный покровитель и проводник в академических кругах. И... в личной жизни. Пришло время серьезно присмотреться к достойным холостякам. Ваш новый статус требует равного партнера.»

Далин не выдержал. Он наклонился вперед, его голос был низким и опасным, как скрежет камня:

«На что вы намекаете, Судья Ноктюрн?» – каждый звук вибрировал угрозой.

Сириус медленно перевел ледяной взгляд на Далина, лицо – бесстрастная маска.

«На очевидное, герцог Далин. Юридические факты. Ваша помолвка была с Катариной Вейлстоун. Эта особа мертва. Ее душа покинула тело. Договор расторгнут смертью одной из сторон. Леди Екатерина Бродская – свободная женщина. Никаких обязательств перед родом Игнис у нее нет.» Он снова посмотрел на Катю, и в его глазах появился намек на что-то, что могло быть принято за заинтересованность. «Она вправе выбирать. И выбирать стоит... взвешенно. Опираясь на разум и будущее, а не на призраки прошлого.»

Арден фыркнул, видя, что Далин вот-вот взорвется, и перехватил инициативу:

«Абсолютно верно! Взвешенно! И среди блестящих холостяков, конечно, нужно рассматривать всех достойных кандидатов! – Он широко улыбнулся Кате, подмигнув. – Обаятельных, надежных, с прекрасным чувством юмора и не обремененных ледяной судейской мантией...» Он кивнул на себя.

Далин, багровея, перевел взгляд с Сириуса на Ардена, словно решая, чью шею сломать первой. Арден, поймав этот взгляд, поспешно добавил:

«...и, конечно, сильных, благородных драконов, уже доказавших свою преданность и способность защищать! Как наш друг Далин! Он тоже, между прочим, холост! Исключительно! И у него отличное поместье!» – добавил он для убедительности.

Катя чувствовала, как по ее спине бегут мурашки. Три пары глаз – холодно-оценивающие Сириуса, яростно-влюбленные Далина и лукаво-надеющиеся Ардена – жгли ее. Воздух трещал от невысказанных претензий. Она сглотнула, собирая всю волю.

«Господа», – ее голос прозвучал четко, перекрывая натянутую тишину. – «Я... признательна за ваше... столь активное участие в моем будущем. И благодарна судье Ноктюрну за разъяснение моего статуса и предложение помощи в академии. Но выбор спутника жизни...» – она подчеркнуто посмотрела на каждого, – «...это решение глубоко личное. Мне нужно время. Время освоиться в этом мире, понять свои силы... и свои собственные желания. Я обещаю... подумать об этом. Когда буду готова.»

Она не дала ответа никому. Но ее слова о «личном выборе» и «времени» прозвучали как щит. Сириус слегка наклонил голову, принимая пари, но в его глазах читалось: «Игра началась, и я не отступлю». Арден выдохнул с преувеличенным облегчением. Далин откинулся на спинку, не сводя пламенеющего взгляда с Сириуса, но его сжатые кулаки чуть разжались. Молчание в карете осталось напряженным, но теперь в нем витал открытый вызов – битва за сердце и будущее Алмаза Четырех Стихий была объявлена. И Катя понимала – испытание славой и вниманием драконов только началось, и оно может быть куда сложнее укрощения молнии.

Глава 53: Осажденная Крепость и Глоток Свободы

Четыре месяца. Четыре долгих, насыщенных, порой невыносимых месяца. Катя стояла перед большим дорожным сундуком в своей светлой комнате, аккуратно складывая последние вещи – толстые тома по основам магии, купленные в том самом волшебном городе, блокнот с самоочищающимися страницами, набор волшебных чернил. За окном золотилось раннее утро, обещая ясный день. День Отъезда. День Свободы.

Свободы от них.

Прошедшие месяцы не были ни спокойными, ни уединенными. Они были похожи на постоянную, изматывающую осаду. Осаду тремя… ну, как их назвать? Поклонниками? Ухажерами? Надзирателями? Сириус Ноктюрн, Арден Вайлдхарт и Далин Игнис буквально вписались в расписание ее жизни с фанатичной пунктуальностью.

С рассвета под окнами раздавался то бархатистый бас Далина, вежливо интересующийся планами на день, то веселый окрик Ардена, предлагающего немедленно отправиться за «совершенно необходимыми» для дома безделушками или новыми саженцами роз. Сириус появлялся чуть позже, всегда безупречный и холодный, с папкой «необходимых для ознакомления перед Академией» материалов или предложением «отработать контроль над стихиями».

Они вешали тюль. Серьезно. Далин, с лицом, как будто разрабатывающим боевую стратегию, измерял проемы, Арден острил и путался в ткани, а Сириус давал критические, но точные указания по симметрии. Катя лишь удивленно наблюдала, как три могущественных дракона ожесточенно спорят о воланах на шторах.

Они таскали ящики с мебелью, посудой, книгами. Далин делал это с молчаливой мощью, Арден – с шутками, Сириус – с холодной эффективностью, словно это был важный груз для Трибунала.

Они помогали выбирать наряды (вернее, присутствовали при этом). Луиза и Элис, закатывая глаза, разворачивали перед Катей ткани и фасоны, а три пары мужских глаз – пылающих (Далин), лукавых (Арден) и оценивающе-холодных (Сириус) – следили за каждым движением. «Этот цвет подчеркивает ваши глаза, леди Екатерина», – мог сказать Сириус. «О, да! И в нем ты будешь просто сногсшибательна на балу в Академии!» – подхватывал Арден. Далин же молча кивал или хмурился, его мнение выражалось молчаливой интенсивностью взгляда.

Уроки Сириуса проходили под ненавязчивым (а чаще очень даже навязчивым) наблюдением Ардена и Далина. Один комментировал «занудство» судьи, другой молча сверлил того взглядом. Катя ловила себя на мысли, что сосредоточиться на магических потоках невозможно, когда чувствуешь на себе три пары ревнивых глаз.

Ни минуты наедине с собой. Ни секунды настоящего покоя. Даже вечерние чаепития на веранде превращались в мини-советы драконов по обустройству ее жизни. Катя чувствовала себя… экспонатом. Бесценным, желанным, но экспонатом в золотой клетке, окруженной тремя бдительными стражами-претендентами. Их забота была тотальной, их внимание – неусыпным, их соперничество – постоянным фоном ее жизни. Она ценила помощь, но… запуталась окончательно. Что ими движет? Искренняя привязанность? Желание обладать уникальной невестой? Чувство долга (в случае Далина)? Страх, что ее перехватит соперник?

Подарки от других знатных домов, начавшие прибывать после огласки ее четырех стихий, лишь усугубляли абсурд. Шкатулки с драгоценностями, редкие книги по магии, изысканные безделушки – все с прозрачными намеками на возможный союз. Катя вежливо благодарила и откладывала в сторону. Ее сердце не лежало к этой игре в женихов. Ей было не до брака. Она ждала только одного – начала семестра в «Солнечном Шпиле». Там, среди книг, лекций и практики, она надеялась наконец обрести себя. Освоить магию не для того, чтобы быть желанной невестой, а чтобы стать собой – Екатериной Бродской, магом.

Накануне отъезда Арден ворвался в гостиную, сияя как новогодняя елка. «Поздравляйте, дорогие!» – воскликнул он, грациозно поклонившись. Его взгляд, быстрее молнии, скользнул по Элис, будто ища первичную оценку, прежде чем устремиться к Далину и Сириусу. – «Ваш покорный слуга получил место в Академии! Буду обучать юные дарования тонкому искусству… скажем так, «информационного сбора» и личной безопасности!» Он гордо выпрямился, бросая победный взгляд на Далина и Сириуса.

Элис, сидевшая рядом с Катей за вышиванием (вернее, делающая вид), лишь фыркнула: «Шпионские навыки, Арден. Называй вещи своими именами. Или в Академии теперь учат подглядывать в замочные скважины?»

«Милая Элис!» – Арден приложил руку к сердцу с преувеличенной обидой. – «После твоего ухода в «частный сектор» образовалась брешь! Кто, как не я, с моим опытом и… обаянием, сможет подготовить новое поколение ловцов тайн для блага королевства? Это священный долг!»

Катя видела, как Далин, стоявший у камина, буквально сник. Его плечи опустились, взгляд, устремленный в огонь, стал глухим, безнадежным. Он не мог последовать за ней в Академию. Его обязанности – поместье, род, Совет Драконов – приковывали его сюда. Арден – вездесущий, ловкий, необремененный – смог втереться. Сириус – и так там преподает. Далин оставался позади. Катя почувствовала острую жалость к нему. В его молчаливом отчаянии была подлинная боль. Но… но было ли это болью от разлуки с ней? Или с ее магией? С тем уникальным сокровищем, которое он первым «обнаружил» и теперь терял из виду?

Она хотела верить в первое. В искру чего-то настоящего, что мелькала иногда в его золотых глазах, когда он думал, что она не видит. Но страх второго – что она лишь сосуд для невероятной силы, объект обладания – был сильнее. Она хотела не быть желанной из-за магии. Она хотела быть желанной вопреки ей. Или просто… быть. Катей. Пока же она видела только драконов, сражающихся за Алмаз Четырех Стихий.

Она аккуратно закрыла сундук. Завтра – дорога. Завтра – Академия. Завтра – глоток долгожданной свободы. Пусть даже в стенах «Солнечного Шпиля» ее будут ждать Сириус с уроками и Арден с «информационным сбором». Пусть. Главное – там будут лекции, библиотеки, практикумы. Там будет ее магия. Ее путь. А все эти игры в женихов… Катя вздохнула. Пусть подождут. Ей нужно было понять, кто она такая, когда вокруг нет троих драконов, дышащих ей в затылок и ревниво следящих за каждым ее шагом. Она застегнула замок на сундуке. Звук щелчка прозвучал как начало новой главы.

Глава 54: Лёгкий Ветер Перемен и Тяжёлые Сумки

Утро в доме пахло свежеиспечённым хлебом от Марии Петровны и лёгкой грустью. Катя спустилась вниз, её дорожный костюм – практичный, но элегантный камвольный комплект глубокого синего цвета – шелестел уверенностью. В столовой её ждал неожиданный гость.

Далин сидел за столом. Но это был не тот безупречный, властный герцог, что привыкла видеть Катя. Он казался... выбитым из колеи. Его обычно безупречно уложенные тёмные волосы были слегка всклокочены, словно он провёл рукой в задумчивости не раз. Лицо было бледнее обычного, тени под глазами выдавали бессонную ночь. Он встал при её появлении, его движение было чуть менее плавным, чем всегда.

«Доброе утро, Екатерина Львовна», – его голос звучал тише, мягче. Почти робко. – «Можно… можно позавтракать с вами? Перед дорогой?»

Катя удивлённо кивнула, тронутая его видом и тоном . «Конечно, Далин. Садитесь.»

Завтрак проходил под аккомпанемент тишины, нарушаемой лишь звоном ложек. Далин почти не ел, его взгляд то тонул в чашке чая, то поднимался на Катю, полный невысказанного.

«Вы… уезжаете сегодня», – произнес он наконец, не поднимая глаз. Голос был глуховатым.

«Угу», – тихо ответила Катя, отламывая кусочек хлеба.

«Теперь… мы будем видеться реже », – продолжил он, словно проговаривая горькую истину.

«Угу», – снова кивнула Катя, чувствуя, как что-то сжимается у неё внутри. Он выглядел таким… потерянным.

Он глубоко вдохнул, поднял на неё взгляд. В его золотых глазах светилась нерешительность, смешанная с надеждой. «Могу ли я… Могу ли я вам писать? Иногда? Просто… узнавать, как у вас дела? Всё ли хорошо?»

Катя почувствовала тёплую волну. Это было искренне. Просто. Без пафоса и скрытых игр.

«Конечно, Далин», – улыбнулась она. – «Пишите. Каждый день, если хотите.» Она сделала паузу, глядя ему прямо в глаза. «И… присматривайте за ними, пожалуйста. За Луизой, Марией Петровной, Элис. За домом. Помогайте им, если что. Я буду спокойнее.»

Лицо Далина озарилось таким искренним, почти детским облегчением и радостью, что Катя невольно улыбнулась шире.

«Каждый день!» – поспешно заверил он. – «Обязательно! И о доме не беспокойтесь. Я буду здесь. Все будет под контролем.» Он замолчал, нервно перебирая край скатерти. «А… а проводить вас до Академии? Можно? До самых ворот?»

Катя видела, как он напрягся в ожидании отказа. Она протянула руку через стол, легонько коснувшись его пальцев.

«Да, Далин. Проводите. Буду рада.»

Он схватил её руку, сжал на мгновение слишком сильно, потом отпустил, смущенно откашлявшись. Но счастье в его глазах было неподдельным.

Позавтракав и попрощавшись с обнимавшими её Луизой, Элис и крепко пожимающей руку Марией Петровной («Учись хорошо, дитя. И не давай этим академическим червям голову заморочить!» ), Катя вышла к карете. Далин уже ждал, держа дверцу. Его движения снова обрели привычную уверенность, но глаза всё ещё светились той особой теплотой. Он помог ей войти, как будто она была хрустальной статуэткой, и карета тронулась.

Дорога пролегала через живописные предгорья. Катя смотрела в окно, наслаждаясь относительной тишиной. Трое её «теней» пока остались позади. Только она и Далин.

«Как… как поиски?» – спросила она вдруг, поворачиваясь к нему. – «Вашей Истинной?»

«Вот же ты, зараза», – немедленно пробурчал Котик у неё в голове . – «Ты же и есть его Истинная! А он – твой! Глупые драконы, носом к земле, а правду под хвостом не видят!»

«Но я же не его Истинная, Котик», – мысленно возразила Катя. – «У меня универсальный запах. Где гарантия, что я именно его? Может, он реагирует на запах, а не на меня?»

«Гарантия?» – Котик фыркнул . – «Есть Древо Любви в старых рощах. Древнее, чем их Совет. Оно не обманет. Подойди к нему с настоящим драконом. Если вы Истинные, Древо наложит на вас обоих Печать Сродства. Золотую, нестираемую. Даже я не смогу скрыть твою истинность, а кулон подавно. Вот тогда и узнаешь».

Далин вздохнул, его взгляд стал отрешенным. «Мы… с драконом прекратили поиски. Он… признал поражение. Истинная не хочет быть найденной. Или… ее просто нет для меня.» Он замолчал, глядя на свои руки. Катя видела, как он хочет сказать что-то еще. Возможно, о ней. О том замешательстве, что она вызывает. О чувствах, в которых он сам не разобрался. Но он сдержался. Вместо этого сухо спросил: «А вы? Что думаете о… женихах? О тех, кто осаждает ваш порог и будет осаждать в Академии?»

Катя посмотрела ему прямо в глаза.

«Сейчас, Далин, меня волнует только учеба. Стать сильной. Настоящей хозяйкой своих стихий. А замуж… » – она сделала паузу, подчеркивая важность, – «…выйду только за человека, которому буду интересна я. Екатерина Бродская. Волонтер-спасатель с Земли, которая учится быть магом. А не за того, кому интересен Алмаз Четырех Стихий.»

Далин внимательно смотрел на неё, его напряженные плечи чуть опустились. В его взгляде промелькнуло что-то вроде понимания… и уважения. Он кивнул, не говоря ни слова, но атмосфера в карете стала чуть легче, теплее.

Внезапно пейзаж за окном поплыл, окрасился в радужные разводы. Телепортационная арка сработала. Когда мир снова обрел четкость, Катя ахнула, прижавшись лбом к стеклу.

Академия «Солнечный Шпиль».

Она была не просто зданием. Она была симфонией света и камня, воплощенной мечтой о знании. Гигантские шпили из белейшего мрамора, казалось, пронзали само небо, их вершины терялись в облаках, переливаясь розовым и золотым в лучах восходящего солнца. Стены не были плоскими – они были сплетены из арок, колоннад, открытых галерей, увитых живыми гирляндами светящихся цветов неземной красоты. По всей поверхности здания мягко пульсировали сложные рунические узоры, переливаясь всеми цветами радуги, как живая татуировка магии. Огромные витражи, занимающие целые стены, светились изнутри мягким, меняющимся светом, изображая созвездия, великие битвы магов и диаграммы мироздания. Воздух над Академией буквально звенел от чистой, мощной магии, смешанной с запахом старых книг, свежескошенной травы и чего-то неуловимого, сладкого и возбуждающего – запаха открытий и юных талантов. Это было не место учебы. Это был Храм Знаний, Дворец Чудес, Сама Живая Магия, воплощенная в камне и свете. Дух Кати захватило. Сердце забилось чаще от восторга и предвкушения.

Карета остановилась у величественных ворот, украшенных символами стихий. Далин первым вышел, глубоко вдохнув пропитанный магией воздух, и подал руку Кате. Его лицо светилось пониманием ее восторга.

«Ну что», – сказала Катя, глядя на свои два увесистых дорожных сундука, которые кучер уже выгрузил, – «не поможете донести до комнаты? Без драконьей силы тут не справиться.»

Далин улыбнулся – широко, искренне, по-настоящему. В его глазах не было и тени усталости или печали, только радость быть полезным ей.

«Считайте, что они уже там», – сказал он легко, взвалив оба сундука с непринужденной силой, от которой даже не дрогнул. – «Ведите, Екатерина Львовна. Ваша новая жизнь ждет.»

Катя взяла свою небольшую сумку с самыми необходимыми вещами, посмотрела на сияющие шпили Академии, на Далина с ее сундуками, готового шагать за ней, и улыбнулась. Неловкость утра рассеялась. Впереди были знания, труд, магия. И пусть сумки были тяжелыми, дверь перед ней была легкой и открывалась в самое важное приключение. Она сделала шаг вперед, навстречу своему будущему. Началу новой жизни.