Текст книги "Владимир, Сын Волка 6 (СИ)"

Автор книги: Нариман Ибрагим

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 27 страниц)

Глава девятая
Недешевые удовольствия

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом правительства СССР, 15 января 1999 года*

На столе перед членами Совета обороны СССР разместили большой макет, представляющий собой разрез среднего подземного бомбоубежища.

– Перед вами, товарищи, усиленное среднее бомбоубежище I-й категории, – сообщила Марина Георгиевна Федорович, главный конструктор ЦНИИ Гражданской обороны. – Согласно техзаданию, мы повысили устойчивость всех моделей бомбоубежищ нового проекта – они защищают от прямого попадания фугасной бомбы массой до 925 килограммов. Оптимальная вместимость бомбоубежища – 800 человек, но предусмотрено максимальное наполнение до 1600 человек, но только на короткий промежуток времени. При оптимальном наполнении люди могут находиться в бомбоубежище до 7 суток, а при максимальном – до 2 суток.

В эру расцвета высокоточного оружия, которым «болеют» военные НАТО и СССР, глупо ожидать, что противник не будет бить по подземным объектам из железобетона, о строительстве которых он знает. Да, это может быть гражданское бомбоубежище, но может быть и военным штабом…

– Выглядит дорого, – произнёс Жириновский, внимательно рассмотревший макет.

На макете видно, что предусматриваются основной и резервный генераторы, хранилище продовольствия и медикаментов, отдельные санузлы, а также отдельный медпункт.

– Да, государственному бюджету, согласно смете, такое бомбоубежище обойдётся в 22 миллиона рублей при строительстве в западной части страны и 26–28 миллионов рублей при строительстве в Зауралье и дальше, – подтвердила Марина Федорович. – Но наш план предполагает, что бомбоубежищами такой категории защищённости будут оснащаться заводы ядерно-топливного цикла и производства стратегического вооружения, крупные предприятия по сборке ракет, самолётов и электроники военного назначения, центральные и резервные командные пункты, узлы правительственной и военной связи, а также ключевые административные центры. Всего, согласно плану, будут построены 180 таких бомбоубежищ, которые позволят сохранить особо важный персонал и, возможно, дадут ему частично восстановить работу.

– А остальные? – спросил Орлов.

– Переходим к следующему макету, – сказала Федорович и стянула ткань со второй части стола. – Это малое бомбоубежище II-й категории, не способное защитить от прямого попадания бомбы, но зато превосходно защищающее от давления примерно 1 килограмм на квадратный сантиметр, то есть, от близкого разрыва 500-килограммовой фугасной авиабомбы. В них установлены фильтровентиляционные установки, запас воды, туалеты, минимальное освещение и медицинский пункт. Оптимальная вместимость – 400 человек, а максимальная – 850 человек. При оптимальном срок автономности равен 4 суткам, а при максимальном он сокращается до 1,5 суток. Стоимость одного такого бомбоубежища II-й категории – 4,2 миллиона рублей в западной части страны, и 4,7 миллиона рублей в Зауралье и дальше.

– Это, как я понимаю, основной тип бомбоубежища? – предположил маршал Язов.

– Да, именно такими бомбоубежищами мы и планируем застроить все основные оборонные и гражданские заводы, жилые районы и муниципальные учреждения, – подтвердила Федорович. – Согласно нашим расчётам, проведённым на примере Калининского района города Москва, в случае массированного ядерного удара, выживаемость населения без бомбоубежищ составит 15–25%, а с массовыми бомбоубежищами она составит 50–65%. В случае среднего или смешанного ядерного удара, то есть, при одновременных воздушном и наземном взрывах, выживаемость населения составит 30–45%, без бомбоубежищ, а с массовыми бомбоубежищами – 60–75%.

– Всё равно, звучит очень дорого, – произнёс Жириновский.

– К счастью, нам не нужно строить много бомбоубежищ, – сказала главный конструктор. – По всему Союзу размещены свыше 65 000 бомбоубежищ II-III категорий, которые можно восстановить и модернизировать. У нас есть план по доведению бомбоубежищ III-й категории до II-й категории, что будет существенно дешевле, чем строительство новых. Предыдущие планы Гражданской обороны предусматривали максимальный возможный охват населения, поэтому большая часть требуемой нам инфраструктуры уже существует. Нужно лишь провести полное восстановление и модернизацию имеющихся бомбоубежищ, а затем построить недостающие бомбоубежища в соответствии с численностью проживающего населения.

– Во сколько это обойдётся нам, в итоге? – задал Орлов самый важный вопрос. – У вас есть точная сумма.

– Итоговая сумма есть, но она не очень точная, – ответила на это Федорович. – 175–185 миллиардов рублей, в течение следующих 11 лет.

– 16–17 миллиардов в год… – произнёс задумчивый Штерн.

– Мы потянем это? – поинтересовался Орлов.

– Потянуть-то потянем… – ответил руководитель ГКО. – Но придётся пожертвовать чем-то – возможно, какой-нибудь из затяжных программ.

– Например? – спросил Орлов.

– Например, перевооружением на новый промежуточный патрон, – ответил Штерн. – Программа длится уже почти шесть лет, а удобоваримых результатов всё нет и нет. Пока мы не выбрали лучшее из худшего, нужно заморозить эту программу – Минобороны недовольно предлагаемыми вариантами, конструкторы тоже недовольны, поэтому лучше оставить всё, как есть, а зарезервированные средства и мощности направить на более приоритетную программу.

Новый промежуточный патрон является больной темой, которая мучает советское руководство уже шестой год.

Сначала эта разработка встретила сильный скепсис, потому что военные сомневались, что бронирование будет совершенствоваться настолько быстро. Это вызывало сопротивление и возражения против разработки.

Но в ходе Афгано-пакистанской войны было получено подтверждение, что патроны промежуточного калибра, что 5,45×39 миллиметров, что 5,56×45 миллиметров, даже бронебойные, никак не эффективны против передовых образцов индивидуальной бронезащиты, которые в будущем, неизбежно, станут основными.

Штурмовой пассивный экзоскелет ЭП-25М-3, применявшийся при штурмовых действиях, предполагающих очень близкий огневой контакт, показал себя неуязвимым даже для бронебойных патронов промежуточных калибров.

Подразделения ХАД, получившие в своё распоряжение до 1,5 тысяч комплектов ЭП-25М-3, отметили резко сократившийся процент смертей и ранений – до этого подобные данные поступали от «Вымпела» и «Альфы», а также от спецподразделений МВД.

То есть, в отдельных случаях, советский патрон 5,45×39 миллиметров уже неэффективен, и с годами ситуация будет только ухудшаться, а модернизационный потенциал патрона уже практически исчерпан.

Разработанный ЦНИИточмаш патрон 6,5×39 миллиметров не устраивает Советскую армию, несмотря на то, что полностью соответствует техзаданию. 2998 Джоулей дульной энергии, высокая настильность, высокая пробивная способность – всё это, в значительной степени, обесценивается сложностью разработки оружия под этот патрон.

Вернее, даже оружие под этот патрон уже есть – штурмовая винтовка ТКБ-0197. Только вот испытания показывают, что вести прицельный огонь очередями из неё практически невозможно, несмотря на предусмотренные меры по компенсации отдачи.

Армия недовольна ни ТКБ-0197, ни прототипами от других КБ – требует либо уменьшить мощность патрона, что противоречит ТЗ, либо разработать что-то получше.

Никонов разрабатывает под новый патрон штурмовую винтовку со сбалансированной автоматикой, и она выглядит перспективно, потому что такая автоматика, в значительной степени, решает проблему мощной отдачи и сопутствующего ей подброса ствола, но разработка проблемная и обещает затянуться на годы.

А пока нет устраивающего оружия, разворачивать производство патрона нежелательно, поэтому ГКО уже давно склоняется к мысли, что нужно придержать программу и дождаться адекватного оружия.

– Возражения имеются? – спросил Орлов, окинув взглядом всех присутствующих членов Совета обороны СССР.

– Я не то, что не возражаю – я поддерживаю, – высказался Жириновский.

– Поддерживаю, – сказал генерал Диков.

– Поддерживаю, – сказал генерал Пуго.

Остальные промолчали.

– Товарищ Штерн – необходимо изучить предлагаемую ЦНИИГО программу и уточнить смету, после чего, если не будет замечаний, взять её в работу, – распорядился Орлов. – А программу перехода на новый промежуточный патрон частично замораживаем. Никакого масштабного производства не начинаем, но продолжаем финансировать разработки.

Марина Федорович, судя по её лицу, очень обрадовалась этой новости – наверное, она не верила, что ей предварительно одобрят настолько грандиозный проект.

– На этом объявляю это заседание законченным, – сказал Орлов. – Возвращаемся по своим местам.

*СССР, РСФСР, Москва, Ждановский район, Дом воинов-интернационалистов, 8 февраля 1999 года*

– Хорошо, товарищ Варенцов, можете быть свободны, – произнёс Александр Львович Тугаринов. – Результаты получите электронно. Если результат будет положительным, то вам необходимо будет следовать приложенным к письму инструкциям, а если отрицательным, то у вас останется последняя попытка.

– Вас понял, – ответил ему Иван и покинул аудиторию.

Собеседование по итогам серии письменных и графических тестов было выматывающим – коллегия психиатров осыпала его вопросами, никак не связанными друг с другом, демонстрировала ему какие-то картинки, требуя описать свои ассоциации, а затем показывала короткие ролики и отслеживала его реакцию.

Всё это время на нём были датчики пульса, давления и какая-то сетка на голове – похоже, что они мало верят его словам и опираются на реакцию его тела.

Выйдя из Дома воинов, он встал у мусорной урны возле лавки и закурил.

«Может, на завод пойти или в институт попробовать поступить?» – задумался Варенцов. – «Ещё не поздно – на завод вообще никогда не поздно».

Ещё он всё чаще думает о том, что не так уж и надо ему в группу Файзиева – можно и в армию вернуться.

«На войне свет клином не сошёлся», – пришёл он к выводу.

И всё же, он склоняется к мысли, что хочет в «Тайфун», потому что там служат все его настоящие друзья.

Юрий Цой, который тоже хотел завербоваться в группу Файзиева, заключил контракт, но, по итогам тестирования и беседы с психиатром, отправился на клиническое лечение – оказалось, что война поцарапала его даже сильнее, чем Ивана…

Сейчас, спустя месяцы терапии, Варенцов воспринимает случившееся, как благо – всё это не могло привести ни к чему хорошему.

Некоторые из отказавшихся от терапии ветеранов спились, а кто-то свёл счёты с жизнью – это происходит гораздо чаще, чем показывают по телевизору или пишут на новостных сайтах в Сети.

«А это ещё что за…» – подумал чуть не уронивший сигарету изо рта Иван.

Из пассажирского ПАЗика с табличкой «Дети» на площадку перед Домом воинов вышла группа школьников, одетых очень странно – на них какие-то разноцветные мантии, поверх которых надеты зимние куртки, а на головах остроконечные шляпы с широкими полями. В руках они держат какие-то палочки, а у некоторых мётла.

– Строиться в колонну по двое! – властным тоном рявкнул самый высокий из этих школьников. – Гриффиндорцы – за мной!

Школьники, чеканя шаг, строем прошли в Дом воинов-интернационалистов, а Варенцов терялся в догадках, что это такое.

«Какое-то новое пионерское движение?» – предположил он. – «С мётлами – наверное, будут убираться, на добровольных началах…»

Но ему стало интересно понять, что он только что увидел, поэтому он достал телефон и набрал номер единственного человека из его круга общения, который может знать, что это такое.

– Да, пап? – ответил на вызов его старший сын, Иван.

– Привет, сынок, – приветствовал его Варенцов. – Можешь говорить?

– Да, могу, но только недолго, – ответил сын.

– Я только что видел каких-то странных школьников, в мантиях, странных шляпах и с мётлами, – перешёл Варенцов к сути. – Что это значит?

– А, это фанаты Гарри Поттера, – ответил сын. – Их сейчас много…

– Что за Гарри Поттер? – с недоумением спросил Варенцов-старший.

– Да книжка такая, одной популярной британской писательницы, – объяснил Варенцов-младший. – В позапрошлом году вышла «Гарри Поттер и Философский камень», а в прошлом году «Гарри Поттер и Тайная комната». Все говорят, что в этом году будет новая книга, но я мало интересуюсь.

– И что, много кто читает? – поинтересовался Иван.

– Да, много кто, – подтвердил сын. – Я удивлён, что ты не слышал – в Сети только и говорят, что о Гарри Поттере.

Но Варенцова в Сети интересуют только новостные сайты и форум ветеранов. Ну и, иногда, он захаживает на форум фанатов «Эпохи империй» – ради неё он, изначально, и купил компьютер, попав под впечатление от рекламы по ЦТ.

– Ладно, теперь я понял, – сказал Иван. – Как мама? Как остальные?

– Нормально, – ответил сын. – У тебя всё хорошо?

– Да, сынок, – подтвердил Иван. – Только вышел с собеседования – надеюсь, подтвердят мою пригодность.

– Зачем тебе это, пап? – спросил сын. – Не навоевался ещё?

– Я знаю, зачем, – ответил ему Иван. – Это мой долг.

– Во всей школе нет никого, чей отец воевал так долго, как ты, пап, – сказал Варенцов-младший. – Ты уже отдал весь свой долг! Может, хватит уже?

– Это будет один контракт, последний, – пообещал ему Иван. – Обещаю.

– Ну и катись тогда туда! – с неожиданной озлобленностью выкрикнул сын и завершил вызов.

– Алло? Сынок? – проговорил Иван и посмотрел на загоревшийся подсветкой экран телефона. – Эх…

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом правительства СССР, 29 марта 1999 года*

Жириновский сидел за столом и немигающим взглядом смотрел на Джоан Роулинг, сидящую напротив него и любопытным взглядом рассматривающую его.

– Удивительно видеть вас вживую, мистер Жириновский, – произнесла она с полуулыбкой на лице. – Признаюсь, что для меня вы были кем-то вроде Воландеморта – мифический персонаж, существующий в какой-то параллельной вселенной.

– Надеюсь, ваш Воландеморт писался не с меня, – усмехнувшись, ответил на это Владимир.

– Не подтверждаю, но и не отрицаю, – сказала Роулинг.

Жириновский, с немалым удивлением для себя, узнал, что стал главным виновником её литературного успеха – в конце 1996 года, с его подачи, с ней связалось МВО и купило права на перевод и публикацию на территории СССР и всех стран Восточного блока.

До этого момента она два года пыталась продать книгу издательствам, но везде ей отвечали решительным отказом.

А когда издательства узнали, что книгу «Гарри Поттер и Философский камень» печатают в СССР тиражом сразу 1,5 миллиона экземпляров, с соответствующим гонораром для Роулинг, уже она выбирала наиболее выгодные условия, предлагаемые десятками издательств.

В итоге, книга была продана в СССР в количестве 5,8 миллионов экземпляров и до сих пор успешно продаётся – Жириновский заранее знал, что это будет хит, поэтому советская печать не тратила время на пробные тиражи.

В прошлом году вышла книга «Гарри Поттер и Тайная комната», которую напечатали тиражом в 5,5 миллионов экземпляров, чтобы предвосхитить спрос – весь тираж был распродан, поэтому пришлось существенно допечатывать.

Сейчас продолжается триумфальное шествие новой книги по всему миру, но больше всего Роулинг заработала именно в СССР – гонорар ей выплачивают в фунтах стерлингов, чтобы не было проблем с конвертацией рублей, поэтому она сейчас является богатейшей из писателей.

– Итак, перейдём сразу к делу, – сказал Жириновский. – Мы хотим приобрести у вас права на экранизацию вашей серии книг. У нас есть опытные режиссёры и сценаристы, а также достаточные мощности, чтобы обеспечить достойную экранизацию. Но вопрос один – цена…

– К сожалению, у меня уже есть предварительные соглашения с рядом голливудских студий… – начала Роулинг.

Это уже известный факт – подробности, к чему пришли стороны, пока что, неизвестны, но известно, что речь идёт о нескольких миллионах долларов.

– Не спешите отказываться, – попросил её Жириновский. – Мы можем предложить куда больше, чем какие-то там голливудские студии. Вы беседуете с заказчиком в виде государства, мисс Роулинг – это совершенно другой уровень, нежели голливудская нищета…

– Хм… – задумчиво хмыкнула Джоан. – Вы загоняете меня в угол, мистер Жириновский…

– Решение за вами, – пожав плечами, ответил на это Владимир. – Но если вы хотите преуспеть финансово, то лучше не соглашаться на оскорбительные предложения Голливуда, а всерьёз рассмотреть щедрое предложение Советского Союза.

– Вы говорите, как матёрый бизнесмен, – произнесла Роулинг.

– Пять миллионов фунтов стерлингов за весь цикл произведений, – сделал Жириновский предложение.

– Десять, – назвала свою цену Роулинг, сумевшая быстро взять себя в руки.

– По рукам, – согласился Владимир.

– Девя… – начала Роулинг, но затем осмыслила его ответ. – Что, простите?..

– Десять миллионов фунтов стерлингов, мисс Роулинг, – произнёс Жириновский. – Наличными, из рук в руки. Как только заключим договор, вы сможете получить их в советском посольстве в Лондоне.

– Что ж, это было неожиданно… – сказала Джоан. – Значит, вы хотите эксклюзивные права на экранизацию моих романов…

– Эксклюзивность только на двадцать пять лет, – ответил Жириновский. – А потом можете продавать права кому хотите.

Аналитики ГКО, имеющие на руках статистику по экранизациям откровенно менее популярного цикла книг о «Стране Оз», всё подсчитали и прогнозируют суммарную чистую прибыль от всех экранизаций «Гарри Поттера» в размере, как минимум, 600–700 миллионов долларов США.

И это не считая возможной прибыли от ремейков лет через двадцать, которые будут стричь деньги с новых поколений.

Права на прокат будут продаваться очень дорого, потому что интерес к советскому кино уже совершенно не тот, что был раньше – на советские экранизации западных произведений в США ходят ничуть не хуже, чем на отечественное кино.

Мосфильм, в результате модернизации, проведённой под курированием ГКО, превратился в огромную киностудию, выпускающую по 90–100 фильмов в год. Остальные советские студии выпускают суммарно около 400 фильмов ежегодно.

Это уже индустрия, работающая как на отечественном материале, так и на зарубежном – на внутреннем рынке спросом пользуется своё, а на внешнем, естественно, зарубежное.

Это не культурная экспансия, потому что вытеснить отечественное кино западных стран невозможно, но это средство легального заработка валюты.

А валюта всё ещё нужна, пусть и совсем не так сильно, как раньше – она тратится на закупку некоторых видов оборудования, патентов, сырья, недоступного на просторах СССР, а также значимого объёма товаров народного потребления, для создания у граждан ощущения разнообразия и изобилия.

– Что ж, раз мы пришли к соглашению, то нужно обсудить следующий вопрос, – произнёс Жириновский. – Адаптация вашего «Гарри Поттера» в виде компьютерной игры. Мы готовы выплатить вам ровно миллион фунтов стерлингов за эксклюзивные права. Разработкой займутся наши лучшие специалисты, поэтому высшее качество гарантировано.

– Я даже не буду торговаться, я сразу отвечу: да, мистер Жириновский! – заулыбавшись, ответила Роулинг.

– Я рад, что нам удалось так легко договориться, – сказал Жириновский, после чего вытащил из-под стола стопку книг. – А теперь, не могли бы вы подписать вот эти экземпляры ваших книг?..

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом правительства СССР, 8 апреля 1999 года*

– Всё, улетела… – выдохнув, сказал Жириновский и сел в кресло.

Александр Бессмертных опустил журнал «Наука и техника» и посмотрел на него внимательным взглядом.

– Деньги уже ждут её в советском посольстве, – произнёс он. – О сделке пронюхали проныры из «Sun» – похоже, что она не умеет держать язык за зубами.

– Мало ли что пишет эта жёлтая газетёнка? – задал резонный вопрос Владимир, доставший испаритель.

Его неформально назначили гидом для Джоан Роулинг, поэтому ему пришлось всё это время крутиться рядом с ней и показывать все достопримечательности, а также вывозить её за город.

Чтобы произвести на британскую писательницу максимальное впечатление, Жириновский даже организовал ей рейс в Байконур, где она увидела готовящийся к старту «Вулкан».

– И всё же, дома её ждут не только деньги, а ещё и скандал с американскими студиями, – сообщил Бессмертных. – Надо было поменьше болтать с подругами и побольше думать – всё обошлось бы закулисными переговорами. А теперь они хотят обвинить её в невыполнении взятых на себя обязательств и несоблюдение договорённостей. Пусть это договор о намерениях, но это США…

– Да, создала себе проблем на пустом месте, – согласился с ним Жириновский. – Но зато у неё есть 11 миллионов фунтов, которые всяко лучше, чем те копейки, что предлагал ей Голливуд. Даже если проиграет суды, выплатит немного – у неё есть деньги на небольшую армию адвокатов.

Бессмертных отложил журнал и открыл лежащую перед ним папку.

– Есть данные по итогам продаж прав на «Эпоху империй», – произнёс он. – Суммарно, по всему миру, мы выручили около 230 миллионов долларов. Игорь получил весь свой гонорар.

– Да-да, я беседовал с ним об этом, – усмехнувшись, сказал Жириновский. – А скандал с «Майкрософт» уже улажен?

– В процессе, – ответил министр внешних отношений. – Но уже ясно, что они проиграют суд – мы предоставили неопровержимые доказательства, что разработка нашей «Эпохи империй» началась раньше.

«Age of Empires», разработанная и выпущенная «Майкрософт», выглядит, как сырая версия «Эпохи империй», разработанной и выпущенной кооперативом Игоря Жириновского – меньше механик, хуже баланс между народами, больше ошибок, ну и качество графики отстаёт.

Не стал бы Владимир проводить целые вечера в плохой игре – игра получилась просто отличной и в ней древние римляне, македоняне и карфагеняне есть сразу, а не добавляются дополнением, которое нужно покупать отдельно…

– И поделом подонкам, – сказал Жириновский и выдохнул пар.

– Прибыль не сравнить с «Кристаллами 2.0», но это всё равно очень много, – произнёс довольный Александр Александрович.

Игорь потому и не удивился сумме гонорара за «Эпоху империй» – он заработал в десятки раз больше на «второй части тупой игры».

– Спроси своего сына, кстати, когда он собирается разрабатывать вторую «Эпоху империй», – попросил Бессмертных.

– Мне это и самому очень интересно, – оскалившись, ответил Жириновский.