Текст книги "Киноманьяк 3 (СИ)"

Автор книги: Наиль Выборнов

Соавторы: Дмитрий Досужий
сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 18 страниц)

– Мне еще нравится, что на этом варианте есть Нэнси, – продолжил я. – Зритель может подумать, что она весь фильм там будет, а ее в самом начале убьют.

– Так мы же об этом в аннотации напишем, – отметил Мартин. – Никакой интриги, это же завязка, а как мы без завязки? И в трейлере тоже это будет.

В итоге мы остановили свой выбор на понравившемся мне варианте, Мартину он тоже понравился сильнее прочих.

Оставалось решить последний вопрос и позвонить-таки продюсеру с визитки. Мы стали обсуждать, кто из нас будет говорить по телефону – все боялись облажаться. В итоге на это согласился я.

Сев в кресло, я снял трубку с телефона на столике, вздохнул и набрал номер под диктовку Кристофера. Прислонил трубку к уху и стал ждать. Пока шли гудки, я думал, что мне сказать и как представиться. Напротив мельтешил Мартин, ходя из угла в угол.

– Да? – послышалось из трубки.

– Это Пол Фримен? – спросил я.

– Он самый. Кто говорит?

– Джошуа Клейтон.

– Приятно познакомиться. Что тебе нужно, Джошуа?

– Мы ищем дистрибьютора для фильма. Это боевик.

– Этот ваш фильм – его уже можно посмотреть?

– Можно. У нас на руках готовая версия на катушке.

– Джошуа, вы режиссер фильма?

– Я соавтор сценария, каскадер и исполнитель главной роли.

– Давайте обсудим подробности с режиссером, скажем, завтра в восемь утра в «Джо Аллене» за чашечкой кофе? Без режиссера такие дела не обсуждаются, – Пол говорил деликатно и вежливо, но я чувствовал, что в его интонациях скрывалось легкое раздражение, может даже брезгливость.

– А я могу прийти?

– Почему нет? Конечно, – сказал он шутливо. – Итак, встречаемся завтра?

Да, вот только я не знаю, о каком вообще «Джо Аллене» идет речь, что это такое и где находится. Но спрашивать не стал, чтобы не выдавать свое невежество – вдруг это какое-то популярное место в кинотусовке?

– Да, завтра в восемь утра. Как мы вас найдем?

– Ну, я достаточно высокий блондин. И у меня будет красная записная книжка на столе. Какой у вас опознавательный знак?

– У нас будет кожаный портфель.

– Заметано. А теперь мне пора отлучиться. До встречи, мистер Клейтон.

Зазвучали гудки – Пол не дал мне попрощаться с ним. Я положил трубку.

– Ну, что? – спросил Мартин.

– Сам слышал. В восемь утра будем кофе с ним пить. Он сказал, надо прийти в «Джо Аллена». Знаешь, где это?

– Да, это ресторан такой около Бродвея. Странно, туда обычно театралов приглашают. Сам я там не был никогда.

– А где обычно киношники встречаются?

– Да где попало. Но серьезные люди обычно обсуждают бизнес в «Русской чайной».

– Что еще за «Чайная»? – спросил Кристофер.

– На Манхэттене есть такой ресторан, туда обычно звезды ходят, чтобы с продюсерами говорить.

– Но мы-то не звезды. Нам туда еще рано, – сказал я. – Если тебя это так расстраивает, мы туда можем сами сходить.

– Самим туда идти – это совсем не то. Меня ведь не борщ интересует. То ли дело по приглашению…

Остаток дня мы провели, пытаясь сочинить что-нибудь для «Турне». Я впервые погрузился в черновики Мартина, но интересных идей он не придумал. Единственной любопытной деталью сценария до сих пор был страх Розы перед скорой смертью.

Вот только эту идею ему предложил я, вдохновившись реальной историей: я минимум дважды спас солистку от смерти, которая, похоже, ей была предначертана. В моей прошло-будущей жизни «Слипстрим Эмоушен» не было, и потому я был уверен, что в той реальности она умерла.

Наверное, поэтому я и любил Розу так сильно, и каждый день мы трахались, как в последний раз. Мне казалось, над ней довлеет злой рок, она может погибнуть в любой момент. Сама она смерти не боялась и никакой опасности не ощущала. Это был именно что мой страх, моя ответственность.

Поэтому у меня возникла абсурдная идея – мне казалось, надо перенести свой страх в пространство кино, спасти ее в фильме, и тогда «проклятие» будет снято. Глупость? Глупость. Но мне хотелось в это верить.

Перечитав черновики, я понял, чего не хватает фильму.

– Мартин, тут нет злодея, – сказал ему я уже ближе к ночи, когда мы исписали еще несколько листов бесплодными сценарными потугами.

– Что?

– Антагонист, злодей. Его нет. У нас в каждом городе какие-то разборки с местными, но глобального злодея на весь сюжет нет.

– Я как-то не подумал об этом. Потому что мне сложно представить, как мы будем возить с собой еще одного актера. Но ты, наверное, прав. Давай думать.

Мы начали расписывать новый набросок сюжета. До этого Мартину в голову не приходило ничего дельного, но с появлением фигуры антагониста прекрасные идеи посыпались из его головы, словно мы пробили брешь в неприступной стене.

Наш следующий фильм начал обретать форму.

Глава 3
Токсичный контракт

Утром мы чуть не проспали. Мартин всю ночь не мог уснуть, нервничал, и вырубился только в районе четырех часов ночи. А я, когда прозвенел будильник, отключил его – потому что помнил, что от нашего дома до «Джо Аллена» идти недалеко. Ресторан располагался на Бродвее, а тот примыкал к площади Таймс-сквер.

Я задремал обратно. И сквозь нахлынувший на меня сон вспомнил, что больше не живу в отеле «Картер». А это значило, что выходить нужно было уже сейчас. Вскочив с кровати, я глянул на наручные часы. Почти семь утра. Мы проспали.

Я растолкал своих друзей, мы наспех оделись в самую формальную одежду из всего доступного гардероба. Мартин надел синий пиджак пиджак с черными брюками, а мы с Кристофером – белые рубашки, наше наследие мормонского прошлого. Все-таки мы шли на встречу с продюсером серьезной компании в ресторан, популярный среди театрального сообщества. Хотелось произвести хорошее впечатление.

Может, рубашки не были идеально выглажены, а от Мартина и вовсе несло коньяком, но на то мы и творческие люди, верно?

За руль сел я – как и во всех остальных случаях, когда мы куда-то опаздывали. Из-за вездесущих пробок ехали мы целый час и прибыли к месту впритык по времени, секунда в секунду. «Джо Аллен» располагался на первом этаже трехэтажного таунхауса. Название ресторана я прочел на зеленом навесном козырьке, настолько длинным, что его края поддерживали стальные шесты. Вход в заведение был зажат между двумя каменными лестницами достаточно помпезного вида, которые вели в жилые апартаменты.

– Парни, держите меня, я сейчас обделаюсь, – сказал Мартин. – Это слишком пафосно.

– Держи себя в руках, а дерьмо в анусе, Марти, – ответил ему я. – Мы не можем просрать наш шанс.

– Ага, уморительно. Ха-ха, – произнес он печально. – Ладно, что еще делать.Пойдем, раз уж пришли.

– Да, мы и так опаздываем, – заметил Кристофер.

Вошли внутрь, и я почувствовал, как напряжение, сковывающее нас всех, сразу же спало. В ресторане на меня внезапно нахлынуло чувство безмятежности: он оказался по-простому уютным, без закидонов. Стены с обнаженной кладкой из красного кирпича и столы с клетчатыми скатертями, как в бистро. Теплое освещение, простая деревянные мебель, лишенная избытков.

Мое внимание привлекли постеры на стенах – это были совершенно незнакомые мне фильмы, ни по актерам, ни по названиям. Я огляделся. Людей в ресторане уже скопилось немало, несмотря на ранний час, они завтракали и пили кофе. Я заметил за одним из столов блондина. Перед ним стояла тарелка с красной салфеткой, в пальцах он держал кружку – очевидно, пил кофе.

Мы подошли к нему. Он поднял голову, осмотрел нас и заметил портфель в руке Мартина.

– Ах, это вы. Какая пунктуальность, какие манеры, – Пол Фримен взглянул на часы, – вы как раз вовремя.

Мы представились ему по очереди, пожали руки и расселись. К нам подошел официант, он поставил бокал красного вина около продюсера, а нам подал одно меню на всех – черную доску с позициями, написанными мелом. Я пробежался по списку глазами.

– А какой кофе у вас есть? – спросил я.

– То есть? – удивился официант.

– Эспрессо не подаете? Мне нужно взбодриться.

– Простите, мистер, но у нас только нормальный кофе. Я могу налить его вам в детскую кружку.

– Давайте гамбургер с картошкой и этот ваш нормальный кофе.

– А лучше кофейник принесите, – вмешался Мартин. – Хочу галлон кофе.

– Мне тогда кофе не надо. Только гамбургер.

– Нет, я тебе свой кофе не дам, заказывай себе свою кружку. Это мой галлон.

– В тебя столько не влезет.

– Я три часа спал, в меня и два галлона влезет, но я не хочу лопнуть.

– Ладно, тогда мне гамбургер и все-таки кружку кофе, – я махнул рукой.

– Я буду омлет и яблочный пирог, – скромно вклинился в наш разговор Кристофер.

Официант кивнул, записав наши пожелания в блокнот.

– А вы, – он указал ручкой на Мартина, – только галлон кофе? Без еды?

– Пачку сливок и банку сахара, – ответил Мартин. Он поймал на себе наши удивленные взгляды. – Что? Добавлю их в кофе, это тоже калории.

Официант ушел. Пол Фримен тем временем перелил вино из бокала в кружку с кофе, помешал напиток ложкой. Отложил ее, попробовал напиток на вкус и улыбнулся, чуть не дернувшись от наслаждения.

– Итак, господа. Я партнер компании «Нью-Лайн синема». Как вы наверняка знаете, мы специализируемся на небольших экранах по всей Америке. Студенческие кампусы, независимые кинотеатры и так далее. Еще полгода назад я бы отказал вам, только услышав о жанре вашей картины. Боевик, верно?

– Да, именно, – сказал Мартин. – Но с социальной подоплекой. У нас история о ветеране, который не может найти себя и мстит за убитую жену.

– Звучит весьма… банально, – Пол отодвинулся от стола, растянулся на стуле и сложил нога на ногу. – Но я не сужу о фильме, не увидев его. С таким сюжетом нам придется извернуться, чтобы написать такой синопсис, который заинтересует зрителя.

– Пол, ты сказал, что раньше боевик тебя бы не привлек. Что изменилось?

– Я – всего лишь партнер фирмы, один из тех, кто ищет для нее фильмы. Раздаю везде свои визитки и ищу таланты, если так можно выразиться. «Нью-Лайн синема» всегда специализировалась на умном кино, но недавно политика фирмы изменилась. Мистер Шей решил, что нам пора расширяться и захватывать рынок менее… изысканными жанрами. Вроде боевиков. Недавно компания даже выпустила свой первый фильм, «Трюки» называется, он собрал кое-какие деньги.

– Получается, нам повезло, – подал голос Кристофер.

– В некотором роде, да. Если ваш фильм качественный, мы поможем с экранами. Остается его только посмотреть.

– Сразу скажу: мы его сняли на восемь миллиметров и расширили на оптическом принтере до шестнадцати, – немного стыдливо произнес Мартин.

– Шестнадцать миллиметров – это не проблема. Мы немало фильмов в этом формате пускаем в прокат. И они даже приносят хорошие деньги. А как ваш фильм называется?

– «Отпор», – сказал я. – Его особенностью стали трюки. Я их сам выполнял. Мы разбили машину, избили кучу людей, все выглядит крайне натурально, почти документально. Мы даже думали, что рекламную кампанию можно раскрутить вокруг этого момента.

– О рекламе еще рано говорить, мистер Клейтон, – Пол поднял ладонь, мол, придержи коней. Удивительно, что он запомнил мою фамилию. Профессионал, сразу видно. – Впрочем, все наши обсуждения ничего не стоят. Я просто хотел посмотреть на вас, познакомиться, оценить. Вы не представляете, сколько вокруг клоунов, которые хотят познакомиться с продюсером, но у которых на руках нет никаких карт. Ни ролей, ни резюме, ничего. Вы же не такие люди, верно?

Мартин поставил на стол портфель, отщелкнул застежки, откинул клапан – и вынул наружу контейнер с «Отпором».

– Мы не дурачки какие-то, мистер Фримен, у нас есть фильм, – сказал Мартин, дав своей интонацией понять, что он оскорблен. – И мы верим в его потенциал. Это будет хит.

– Неужели? – Пол хищно улыбнулся. – И чем вызвана эта уверенность?

– Я… – начал Мартин. Но Пол его тут же перебил.

– Сколько копий вы уже продали кинотеатрам? Сколько денег фильм принес? За какие сроки? Как вообще идет прокат?

Я посмотрел на Мартина, Мартин – на меня. Я пожал плечами.

– Нет никакого проката, – сказал режиссер. – У нас нет денег на производство копий.

– Даже на десять копий денег нет? – продюсер прикончил кофе и поставил кружку на красную салфетку.

– Только на две. Мы поэтому и стали дистрибьютора искать, потому что сами прокат не потянем.

– О, да? И какой у вас бюджет? – Пол высокомерно ухмыльнулся. – Десять центов и банка пива?

– Ну, мы не считали деньги… Тысяч пятнадцать. Какая разница, если фильм хороший?

– Мистер Гловер, фильм за пятнадцать тысяч долларов не может быть хорошим. Это идиотизм, и вам это хорошо известно, не так ли? Или вы не в курсе современных расценок?

– Слушай, да, это не блокбастер, – быстро и пламенно говорил Мартин. Слова продюсера его явно задели. – Деньги мы сэкономили благодаря связям, благодаря своему энтузиазму. Как уже сказал Джош, он сам делал свои трюки, мы не нанимали каскадеров, а какие там трюки – это надо видеть, он с крыши спрыгнул, тачку полицейскую разбил, у нас там даже погоня есть, драки кровавые. Это видеть надо, говорю тебе, это хит.

– И снимали вы наверное все с одного дубля, потому что денег на пленку не было? Можешь не отвечать, это и так понятно. И фильм наверняка зернистый, потому что вы его растянули из нищего формата.

– Недостатки формата можно выдать за изюминку! Это не проблема, а художественная особенность! – Мартин нервными движениями заснулу катушку обратно в портфель.

Мне совсем не понравилось, как этот хмырь наехал на Мартина.

– Сбавь обороты, мистер Фримен, – с угрозой сказал я и указал Полу в переносицу. – Я за этот фильм чуть человека не убил, это серьезное дело.

– Это угроза? – он поднял бровь.

– Тебе никогда не угрожали? Угроза совсем иначе звучит. Могу продемонстрировать.

– Нам всем нужно успокоиться, – вмешался Крис. – Пол по факту нигде не ошибся, у нас и правда дешевый фильм. И у нас нет никаких гарантий, что фильм может принести кассу.

– Вот он, самый здравомыслящий человек здесь, – Фримен подвинулся поближе ко столу. – Мне жаль, что я отнял ваше время. Но мне пора идти. Если, конечно, вам больше нечего сказать.

Я приподнялся с места, чувствуя, как во мне закипает ярость. Кристофер мигом вскочил с места, он подпрыгнул ко мне и буквально вдавил меня обратно в стул, надавив на плечи. Мартин молчал, смотря в одну точку.

– Фильм у нас может и дешевый, но мои партнеры вас не обманывают – лента и правда очень качественная для своих денег, – как можно мягче и деловитее произнес Кристофер. Он говорил своим фирменным голосом теледиктора. – Если вы не готовы рискнуть, может, вы знаете людей, которых заинтересует наше кино? Дадите нам чью-нибудь визитку или подскажете телефон?

– Другую визитку? Да, могу предложить кое-что, – Фримен вынул из внутреннего кармана пиджака несколько визиток, перебрал их, нашел нужную и швырнул ее на стол. – Про «Трому» слышали? Вот они на малобюджетном трэше специализируются. Хорошего дня, джентльмены.

Пол отодвинул стул, проскрипел деревянными ножками по полу, встал и ушел. Никто из нас к визитке даже не прикоснулся, мы сидели, погруженные в тяжелую тишину. Настроение улучшила еда – официант расставил доски перед нами с вилками и тарелками. У меня потекли слюни, когда я увидел свой бургер. Рядом встал огромный кофейник Мартина почти на четыре литра.

Мы поели молча, каждый думал о своем. Когда официант вернулся, предложив нам счет, я спросил у него:

– А что это за постеры у вас на стенах? Не могу понять, я не видел эти фильмы.

– Потому что это не фильмы. Это ж театральные постановки.

– И по какому критерию вы их отобрали?

– Это идея владельца. Если постановка с треском проваливается, мы вешаем ее постер. У нас здесь коллекция эпичных провалов. Вот «Келли», например, там было всего одно представление, они закрылись в день премьеры, представляете? А самое смешное, это, наверное, «Завтрак у Тиффани», она даже до премьеры не дошла, ее закрыли еще на превью. Умора, да?

– Да уж, – невесело сказал Мартин. – Обхохочешься…

Закончив с завтраком и расплатившись, мы посидели немного. Никто из нас к визитке даже не притронулся. Смелость на себя взял Кристофер. Он поднял ее, прочел имя очередного неизвестного мне человека и фирму, которую тот представлял.

– «Трома», значит? – Мартин качнул головой. – Это издевательство. Они же и правда бракоделы. Секс-комедии для самых тупых.

– Давайте прямо сейчас им позвоним, – предложил Кристофер. – Почему бы и нет? Какие еще варианты?

– Попробовать кредит взять и самим фильм распространять. Тысяч пятьдесят нам хватит на первое время, – тихо проговорил Мартин.

– А если фильм не выстрелит? – спросил я. – Как мы этот долг отдадим? Почки продадим?

– Ну надо будет, продадим почки.

– Я не хочу продавать почки, – категорично заявил Крис. – Я звоню этому парню с визитки.

Мы с ним подошли к барной стойке, спросили, есть ли у них телефон. Бармен молча указал на стену с синей табличкой «Публичный телефон». Мы подошли к аппарату, Кристофер снял трубку, взглянул на визитку, набрал номер и приложил к уху трубку. Я наклонился поближе, чтобы слышать разговор.

– Да, алло, кто это? – прозвучал хрипловатый голос из трубки после пары гудков.

– Привет, мистер Кауфман, мы ищем прокатчика для своего фильма.

– Здорово. А кто говорит-то?

– Кристофер Эклунд, я, э-э, агент.

– Да? Круто. Чего за фильм?

– Малобюджетный боевик. Много насилия.

– А секс там есть?

– Да он и без секса людям зайдет. Это золотая жила.

– Без секса сейчас ничего не продать. Ладно, приезжайте с фильмом на Девятую авеню 733. Второй этаж.

– Сейчас?

– А когда еще? Это же срочный вопрос?

– Срочный.

– А в кино по-другому не бывает. Жду.

На место мы приехали через полчаса. Офис «Тромы» оказался обветшалым двухэтажным зданием посреди Адской кухни. Мы зашли внутрь и оказались в ломбарде. Продавец подсказал нам, как пройти к лестнице. Мы поднялись наверх, причем Мартин прижимал к себе портфель с фильмом, словно боялся, что ленту украдут.

Кристофер постучал в дверь и потянул вперед ручку, мы зашли в не самый опрятный офис, завешанный постерами с актрисами сиськами навыкат. Всегда приятно посмотреть на полуголых красоток, но не в этот раз – сейчас меня это скорее угнетало. Мы сняли хороший, приличный фильм и принесли его самому сомнительному прокатчику из всех ныне существующих.

Попасть к «Нью-Лайн синема» было бы очень хорошо. Они войдут в историю, как прокатчики целой плеяды крутых фильмов. Среди них были и культовые франшизы, вроде «Кошмара на улице Вязов» и «Властелина колец». А «Трому» я вообще не помню. Что они издали, «Токсичного мстителя»? Ну класс.

За столом сидел и строчил что-то на печатной машинке низковатый мужчина, еще молодой, но уже в очках. Заметив нас, он улыбнулся и вышел нам навстречу.

– Это ты мне звонил? – он подошел ко мне, смотря наверх, чтобы увидеть мое лицо. Разница в росте была серьезной.

– Нет, я, – сказал Кристофер и протянул руку.

– А-а, я мог бы догадаться. Скандинавская фамилия и белые волосы, – мужчина пожал Крису руку. – Приятно познакомиться, меня зовут Ллойд Кауфман. Сооснователь «Тромы Энтертеймент».

Мы поздоровались, представились.

– Дайте угадаю, ты – режиссер, – он указал на Мартина. Тот кивнул. – Вот! Я режиссеров всегда узнаю, я и сам фильмы снимаю.

– И какие? – спросил Мартин.

– Комедии! Вот, в прошлом году мы выпустили «Сосите кегли», – он обвел ладонью воздух, указав на постер с тремя девушками в нижнем белье на фоне бейсбольного мяча. – Это хит.

– Да… Поздравляю, мистер Кауфман.

– Ллойд, просто Ллойд. Не надо формальностей, тут все свои. Мартин, я уже видел твои фильмы?

– Боюсь, что нет. Это мой дебют.

– Первый фильм. Столько надежд. Я понимаю, как это важно. Фильм-то принесли?

– Конечно. Да, – Мартин достал из портфеля металлическую катушку с «Отпором» и протянул ее Ллойду.

Совладелец «Тромы» взял фильм и повел нас в соседнюю комнату – это был миниатюрный кинозал с кучей разнообразных проекторов, большими динамиками по углам и зрительскими рядами с креслами, как в кинотеатре.

Пока Ллойд заряжал проектор, в комнату приходили люди и здоровались с нами. Всего к просмотру фильма в зале собралось одиннадцать тромовцев, включая самого Ллойда. Один из них представился Майклом Херцем, вторым сооснователем фирмы, он показался мне человеком закрытым и неприветливым, в отличие от Ллойда, и одет был очень формально, как клерк серьезной компании.

Мы расселись по местам, фильм начался. Следующие полтора часа я почти не смотрел наше кино, насмотрелся уже – вместо этого я наблюдал за нашими зрителями. Я боялся, что просмотр превратится в цирк, однако парни смотрели «Отпор» внимательно и уважительно, не переговаривались и не комментировали. То ли дело было в цеховой солидарности, то ли фильм им и правда нравился.

Когда сеанс закончился, никто даже не пискнул, они сидели ошарашенные и пялились в стену, на которую уже минуту ничего не проецировалось. Потом зрители начали переговариваться, обсуждая фильм, Кауфман и Херц встали, жестами поманили нас за собой. Мы вернулись в офис.

Молчаливый Майкл Херц расставил три стула перед столом и затем сел в угол у книжного шкафа, заставленного какими-то папками, сложил руки крест-накрест и уставился в пол, навострив уши. Напротив нас сел Ллойд.

– Вот это было зрелище, конечно, – начал он, явно не зная, с какого конца начать. – Слушайте, это же совсем не наш уровень.

– Все так плохо? – спросил Кристофер.

– Это один из лучших фильмов, что попадали нам в руки.

– Лучший, – брякнул Херц, даже не подняв голову.

– Ну, не лучше «Сосите кегли», – заметил Ллойд. – В общем, это странный фильм. Голливудская постановка, драки так и вовсе самые лучшие, что я вообще видел в кино. Но при этом любительская игра и такая же любительская съемка. Я не знаю, как это продать. Вы достойны тысячи экранов, но из-за ряби и формата вы сможете выйти только на пару сотен – и это в лучшем случае. Вы его на восемь миллиметров снимали?

– Да, на «Супер 8», – кивнул Мартин.

Ллойд обернулся и посмотрел на Херца. Тот покачал головой.

– Вы просто психи, вы знаете об этом? – Кауфман улыбнулся. – Сумасшедшие люди. Я буду очень рад, если мы станем вашими дистрибьюторами. Но мы – маленькая компания. На старте мы сможем вывести ваше кино на экранов десять, а если фильмы принесут деньги, купим еще десять, и будем раскручивать.

– Десять экранов? – Мартин выглядел ошарашенным. – Всего десять?

– Повторю, мы маленькая фирма. Сегодня вы познакомились со всем нашим персоналом. У нас даже агентов нет, как вы могли заметить.

– Мы могли сами выйти на шесть экранов, если бы не стали печатать позитив, – пробубнил Мартин себе под нос.

– Эй, мы берем на себя все вопросы, связанные с рекламой, продвижением, все дела с кинотеатрами, напечатаем постеры, возьмем на себя все расходы. А вы просто будете получать деньги. Если повезет, конечно. Не факт, что вы хотя бы цент с этого заработаете… Часто наши клиенты выходят в ноль. Но не в минус, это уже что-то да значит, да?

Мы переглянулись. Мартин выдохнул.

– Других вариантов все равно нет, – сказал он тихо и обреченно, глядя мне в глаза. – Выбора нет, да? Мы сами виноваты.

– Давайте лучше обговорим условия, – начал Херц. – Наш стандартный контракт такой: мы получаем все права на фильм. У нас исключительные права на дистрибуцию по всем штатам. Также мы получаем полные права на последующие рынки, международный прокат, на показ фильма на кабельном телевидении. Мы получаем право продавать фильм на видео. Все эти права мы получаем на минимум десять лет. Прибыль делим 50 на 50, но только после того, как мы окупим свои затраты. А если мы затраты не окупим, вы ничего не получите. Аванс мы не платим, потому что у нас нет денег.

– Как-то не очень выгодно, – заметил Кристофер.

– Таков рынок, сынок, – равнодушно сказал Кауфман. – Что вы об этом думаете?

– Дайте нам поговорить, – сказал Крис, – нам и правда надо подумать.

– Валяйте.

Мы встали, вышли за дверь на тесную лестничную клетку.

– Вот дерьмо, – сказал Мартин, чуть ли не плача. – Полное дерьмо… Куда мы влезаем? Это же кабала какая-то. Мы ничего не заработаем. Это вообще не то, ради чего мы снимали фильм.

– И какие варианты? – спросил я. – Копим деньги и организуем собственный прокат? Берем кредит? Мы же уже решили, что не потянем сами ничего. Это единственный шанс выйти на экраны.

– Единственный? Ты еще вчера ни про какие варианты вообще не знал. Мало ли, какие прокатчики еще есть…

– Может, обратиться к твоим партнерам по порнослэшерам? Кто-то же их спонсировал, выпускал на экраны, – заметил Кристофер.

– Я не хочу с ними связываться. Это мафия, Крис. Головорезы. И поверь, у них условия еще хуже.

– Нам нельзя отдавать видеорынок ни в коем случае, – сказал я. Потому что помнил, что уже через пару лет рынок VHS буквально взорвется, когда кассеты резко подешевеют. – Именно на нем мы заработаем самые большие деньги. Не сейчас, в будущем. На длинной дистанции.

– Выпуск на видео почти не приносит денег, Джош, не неси херню, – отмахнулся Мартин.

Я не знал, как ему возразить. Он ведь не знал о моей «особенности». Внезапно за меня заступился Кристофер.

– Я согласен с Джошем, – он подмигнул мне, намекнув, что верит в мои слова. – Нам надо сохранить за собой хоть что-то. Не заработаем сейчас, заработаем потом.

– Не знаю, хорошая ли это идея. Нам нечего предложить взамен.

– У меня есть идея. Давай ты снимешь для них фильм, – предложил Кристофер.

– Что? Нет. Никогда.

– Давай попробуем выбить условия получше, но подрядим тебя поработать на них. Вдруг это поможет?

– Я не хочу на них работать, – категорично сказал Мартин и развел руками.

– Даже один фильм?

– Даже один.

– Ладно, я что-нибудь придумаю, – кивнул Крис. – Вперед.

Мы зашли обратно в кабинет. Ллойд и Майкл замолкли – они тоже что-то обсуждали. Я сел слева, Мартин справа, а Кристофер посередине. Выглядел он уверенно.

– Мы подумали, джентльмены, – торжественно начал Крис. – Мы хотим оставить за собой право на видеорынок. Еще мы хотим получить право на продажу шестидесяти своих копий.

Как пояснил мне Кристофер на следующий день, он хотел сбить их с толку предложением, на которое они не могут согласиться. Чтобы отвести их внимание с видеорынка, который был нам нужен.

– Шестидесяти? Это интересно. Зачем вам тогда мы? – спросил Херц.

– Это на случай, если продажи пойдут хорошо. Мы планируем поездку на юг и в пути хотим сами продавать свои фильмы местным кинотеатрам.

На самом деле, мы такого даже не обсуждали. Но идея мне сразу понравилась.

– На шестьдесят мы не можем согласиться. Сбавьте до пяти, – сказал Херц.

– До тридцати пяти, – настоял Кристофер.

– Десять.

– Двадцать.

– Нет, малец, десять, и это мое последнее слово. И никакой речи о видеорынке.

– Мы выдвигаем встречное предложение, – заинтриговал Кристофер и помолчал немного, чтобы получше прогреть их к своим словам. – Наш режиссер снимет для вас фильм на выгодным вам условиях.

– Крис! – Мартин топнул ногой по его туфле. – Я же сказал!

– Так это же первая его лента, – Кауфман поправил очки. – Да, это отличный фильм, но это может быть случайной удачей.

– Это не удача. Потому что Мартин снял уже много фильмов. И зарабатывал на них деньги. Верно, Мартин? – Крис толкнул режиссера локтем в бок.

– Я… Ну, кое-что я снимал.

– И это было в прокате? – поинтересовался Херц.

– Ну… Да. Но я не горжусь ими. Я снимал их по заказу. Там нет «меня», если можно так сказать.

– Что за фильмы?

Мартин выдохнул и ответил, смотря себе под ноги:

– «Королева шока». «Повелитель брызг». «Секрет ее тела». «Шлюха без головы». «Глубоко внутри».

– Да ладно, не может быть, – Кауфман пригляделся к Мартину. – Это же разные режиссеры сняли. Я видел эти фильмы. Вот такое кино мы бы с радостью себе взяли, вообще без проблем!

– Я работал под псевдонимами. Это не то, чем я горжусь, если честно…

– А ведь в них есть что-то общее, – Ллойд Кауфман потер подбородок. – Авторский почерк прослеживается. У них у всех был потенциал, но прокат слишком уж ограниченный был.

– Мои заказчики просто отмывали на них деньги, если честно. Это бандиты. Я не горжусь этой работой. Не думаю, что много людей их видело. Это не то, что войдет в историю кино.

– Мартин, если бы ты поработал над ними более прилежно и добавил юмор, это были бы настоящие хиты. Я смотрел их с удовольствием и даже друзьям советовал. А так, они слишком уж серьезные, хотя названия забавные, оригинальные. Сам придумывал?

– Да, по пьяни.

– Идеально. Снимешь один такой фильм для нас? Но уже по-настоящему. С полным творческим контролем.

– Я… не знаю даже. Ты правда думаешь, что это нормальные фильмы?

– Нет, это дерьмо. Но с потенциалом.

– Я не хочу этим заниматься больше. Я снял «Отпор», чтобы начать карьеру с чистого листа.

– Эй, Ллойд, – начал Майкл Херц, – уверен, что это того стоит?

– Да, это то, что нам нужно. Как я уже сказал, добавить немного юмора, и получится хит.

– Ладно. Мы, так уж и быть, отдадим вам права на видео и право на десять своих копий. А взамен Мартин Гловер снимет фильм эксклюзивно для нас на наших условиях.

Мы с Крисом уставились на Мартина. Тот долго думал, смотря на свои ладони. Он тер пальцы и качал головой, его щеки покраснели, лоб взмок.

– Я согласен, – сказал он наконец. – Давайте подписывать договор.