Текст книги "Город Зверя(сборник фантастических романов)"

Автор книги: Майкл Джон Муркок

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 37 страниц)

Глава 13. ИЗМЕНА ХОРГУЛЫ

Я осознал, что нахожусь в опасности.

А затем вдруг узнал голос дикаря и понял, почему тот казался мне таким знакомым. Это был Дарнал – брат Шизалы, с которым я расстался, казалось, годы назад в арзгунских пещерах.

Если он был пленником, тогда мой долг освободить его, потому что он – мой близкий друг.

Я выхватил меч и, вместо того чтобы бежать из зала, подбежал к Дарналу, прежде чем пораженные придворные смогли отреагировать.

Хоргула завизжала, показывая на меня:

– Вот этот – вон он! Он единственная причина этой войны!

Как я, отсутствуя в этом времени и пространстве, мог вызвать войну? Я не задержался, чтобы это выяснить. Я перерезал путы Дарнала, а затем резко обернулся, когда один придворный бросился на меня с мечом.

Используя финт, которому еще в детстве меня научил мой старый учитель фехтования месье Кларке, я заколол его концом своего меча, выдернул оружие из его руки и отправил завертевшимся штопором к себе.

Потом я бросил его Дарналу, и мы оба были вооружены. Финт этот не сработал бы ни на ком, кроме человека, застигнутого врасплох, – но он сработал, а это–то и было важно.

В тронном зале возникла сумятица. Я был уверен, что произошла ужасная ошибка и что ответственной за нее была Хоргула, и не хотел убивать никого из людей, столь гостеприимно меня принявших.

Мы с Дарналом вели оборонительные действия в углу тронного возвышения, а придворные остерегались атаковать нас, чтобы в случае чего не ранить своего Бради.

Это подало мне идею для блефа, который предотвратил любое кровопролитие, включая нас.

Я прыгнул за спину Бради и схватил его за ремни.

Затем я занес меч над его головой.

– Троньте нас – и я убью вашего Бради, – сказал я громким голосом.

Они остановились и опустили оружие.

– Не слушайте его, – завизжала Хоргула. – Он лжет, он не убьет вашего Бради!

Я заговорил как можно строже – хотя Хоргула, зная меня получше, была совершенно уверена и права в том, что сказала, – и обратился к придворным.

– Я – человек отчаянный, – заявил я. – И не знаю, почему вы держите пленником сына правителя своего древнейшего союзника, почему вы позволяете этой злодейке занимать тронное возвышение вашего Бради. Но поскольку вы это делаете, я должен защищать себя и своего друга. Разве вы не узнаете в нем Дарнала из Карнала, Брадинака и пукан–нару?

– Узнаем! – крикнул один из придворных. – И именно поэтому мы держим его в плену! Мы воюем с Карналом!

– Воюете? – Я едва мог поверить своим ушам. – Воюете со своими друзьями с древних времен? Почему?

– Я скажу тебе, почему, – завизжала Хоргула. – А ведь тебе следовало бы знать, поскольку ты частично причина всего этого. Твоя развратная Брадинака Шизала прокляла и убила сына Бради – Телема Фас Огдая, чтобы она могла выйти замуж за тебя!

Я был поражен грандиозностью этой лжи. Именно Хоргула была ответственна за то, что Телсм Фас Огдай превратился в предателя и, в конечном итоге, был убит в честном бою.

– Наверняка ведь известно, что Телем Фас Огдай предал Карнал? – спросил я, поворачиваясь к придворным. Но они стояли и роптали, не убежденные сказанным мной.

Их представитель сказал:

– Она рассказала нам о подлом заговоре, измысленным тобой. Шизалой Карнальской была оскорблена честь Мишим Тена, уничтожен его любимый сын, а затем должен быть атакован и уничтожен Бради – такое может смыть только кровь!

– Ты говоришь чушь! – вспылил я. – Я знаю правду – Хоргула загипнотизировала вас, как гипнотизировала столь многих раньше. Вы поверили в историю, которая не устояла бы перед анализом, если бы ваш ум не притупила ее власть.

Бради рванулся в моем захвате.

– Если бы не она, мы никогда не узнали бы правды, – произнес он. Он говорил механически, и я был уверен, что он находится в полной власти Хоргулы.

– Ваш Бради загипнотизирован ею, – отчаянно выкрикнул я.

– Ты лжешь! – завизжала Хоргула. – Я всего лишь простая женщина, которая была обманута Майклом Кейном точно так же, как он пытается обмануть вас. Убейте его! Убейте!

– Как же могла одна женщина убедить целую страну в грандиозной лжи? – крикнул я, оборачиваясь к ней. – Что ты сделала, злодейка? Ты заставила два великих народа вцепиться друг другу в горло. Неужели у тебя нет никакого чувства стыда за то, что ты наделала?

Хотя она и продолжала играть свою роль, я увидел отблеск иронии в ее глазах, когда она ответила:

– Неужели у тебя нет никакого чувства стыда? Ты незваный гость, растоптавший все великие обычаи и традиции южных стран для того, чтобы иметь полюбившуюся тебе женщину.

Мне стало ясно, что убедить их будет невозможно.

– Отлично, – бросил я. – Если я такой злодей, как ты говоришь, тогда ты знаешь, что я выполню свою угрозу и убью Бради, если вы попытаетесь напасть на меня.

Я двинулся вперед, и она неохотно отступила, давая мне пройти.

Дарнал приоткрывал мой тыл, когда мы прошли через зал к дверям, а оттуда через приемную к дворцовой лестнице и моему воздушному кораблю.

Я вынудил Бради забраться по веревочной лестнице, и Дарнал последовал за мной. Очутившись в гондоле, я обратился к старику.

– Ты должен верить нам, когда мы отрицаем сказанное Хоргулой, – настойчиво сказал я ему.

– Хоргула всегда говорит правду, – ответил он ровным голосом, глядя на нас стеклянными глазами.

– Неужели ты не понимаешь, что она тебя загипнотизировала? – спросил я его. – Карнал и народ Мишим Тена столь долго были друзьями, что война между ними может уничтожить все, что означает южные страны и южную культуру.

– Она не стала бы лгать.

– Но она же лжет! – Теперь в первый раз заговорил Дарнал. – Я не понимаю всего, о чем вы говорите, но я понимаю, что ни моя сестра, ни Майкл Кейн никогда не совершили того, в чем ты их обвиняешь.

– Хоргула хорошая. Она говорит правду.

Я печально покачал головой. Потом я провел его к люку и показал на веревочную лестницу.

– Ты можешь идти, бедный обманутый человек, – сказал я. – Это ли я вижу – тень некогда великого Бради?

На миг что–то, казалось, заискрилось в его глазах, и я понял, каким человеком он действительно был, когда не находился под гипнотической властью Хоргулы. Горе из–за измены и смерти сына, должно быть, на время подорвало его силы – ив это время Хоргула и сумела добраться до него и обработать его ум, пока не подавила его волю.

Я недооценивал ее. Я думал, что разбил ее в арзгунских пещерах, но вместо этого она немедленно составила план, как достичь своих целей и отомстить за себя всем своим врагам – и одним из этих врагов, хотя тут этого не понимали, был Мишим Тен.

Мы подождали, пока Бради не добрался до земли, а затем, когда хлынули вперед придворные и часовые, вытянули лестницу, перерубили причальные канаты и поднялись в небо над Бриллиантовым городом.

Теперь, когда я знал правду, что я действительно был в том же временном периоде, из которого меня вытянули раньше, я твердо решил вернуться в Варналь, город Зеленых Туманов, и увидеть мою Шизалу. Мы также должны были разузнать, что же Бради Карнак – отец Шизалы и Дарнала – знал об этом деле и что он готовился предпринять.

Великая битва, имевшая место в Варнале между Карналом и арзгунами, сильно истощила силы Карнала и ослабила. Я не думаю, что у них, карнальцев, может быть шанс выиграть войну с более сильным Мишим Теном.

И я не думаю, что они будут воевать со всей душой, потому что, в то время как мишимтенцы были убеждены, что Хоргула говорила правду, карнальцы знали иное и должны были испытывать больше чем сочувствие к заблуждению своих друзей.

Нам потребуется некоторое время, даже при предельной скорости, чтобы добраться до Варналя, но, по крайней мере, Дарнал сможет служить мне проводником.

Пока мы летели к городу Зеленых Туманов, Дарнал рассказал мне, что выпало на его долю с тех пор, как мы расстались в арзгунских пещерах.

Вы помните, что мы с Дарналом решили, что одному из нас следует вернуться на юг получить помощь для спасения Шизалы, которая была пленницей Хоргулы в арзгунских пещерах, если я не буду иметь успеха в своей попытке.

Он как можно быстрей поскакал, пересекая покрытые нами сотни миль. Но его дахар вскоре охромел, он оказался без одра в кишащих хилами лесах.

Каким–то образом он отбился от нападавших на него, хотя его дахару не так повезло, – но он потерял ориентировку и наткнулся на деревню дикарей, которые взяли его в плен с намерением съесть.

Он сумел бежать, проделав подкоп, из хижины, куда его заточили, но, безоружный и умирающий от голода, он какое–то время скитался, пока не встретил отряд кочевых пастухов, которые оказали ему помощь.

Последовало еще много всяких приключений, и вскоре он был порабощен разбойниками, продавшими его представителю Бради мелкого государства, сумевшего как–то уцелеть на юге, хотя в смысле цивилизации оно было далеко позади большинства южных стран.

Он ухватился за первую же возможность бежать и направился в Мишим Тен, ближайшую дружественную страну, как он думал.

Добравшись до Мишим Тена и рассказав жителям небольшого поселения неподалеку от границы, кто он такой, он был изгнан как враг! Он не мог поверить случившемуся и решил, что произошла ошибка.

Он оказался преследуемым теми, кого считал надежным союзником своей страны. Неделями он избегал разыскивающих его стражников, но в конечном итоге был загнан в угол. Он дрался хорошо, но в конце концов был взят в плен.

Стражники взяли его в Мих–Са–Вох, где я впервые увидел его после нашей разлуки.

Это была повесть не хуже моей, которую я, по его просьбе, рассказал ему.

Скоро мы летели над огромной равниной, которую я сразу узнал по покрывавшему ее необычному алому папоротнику, волновавшемуся на ветру, словно бесконечный океан, – Алая Равнина.

Я приветствовал ее.

Это означало, что мы находились довольно близко от Зовущих Холмов, на которых расположились Варналь, город Зеленых Туманов, Дом карнальских Бради и Шизалы, моей возлюбленной.

Зовущих Гор мы достигли на следующий день утром и в скором времени добрались до Варналя.

У меня екнуло сердце от радости, когда я снова увидел высокие башни Варналя. То тут, то там некоторые здания были странного голубого мрамора, добывавшегося в этих горах. Мрамор пронизывал жилки золотых узоров, заставлявшие здания сверкать на солнце. На башнях развевались вымпелы. По сравнению с Бриллиантовым городом он казался не таким большим, и все же для меня он был несравненно более прекрасным – и несравненно более желанным.

Мы спустились на городскую площадь, и сразу же вперед вышли стражники, крайне настороженные.

Бради Карнак поспешил спуститься по дворцовой лестнице, за ним следовала Шизала.

– Шизала!

Она подняла взгляд и увидела меня. Наши взгляды встретились… Мы стояли так с подступившими к глазам слезами радости, потом я выпрыгнул из гондолы и поспешил заключить ее в свои объятия.

– Что случилось? – спрашивала она. – О, Майкл Кейн, что случилось? Я не знала, что и думать, когда ты исчез в ночь перед церемонией обручения. Я знаю, что ты не покинул бы меня по собственной воле. Что случилось?

– Скоро я расскажу тебе, – пообещал я. – Но сперва надо обсудить другое.

Я повернулся к Бради:

– Вы знаете, что Мишим Тен собирается в поход против Варналя?

Он мрачно кивнул, полный печали:

– Объявление войны прибыло с гонцом вчера, – ответил он. – Я не могу понять, как вышло, что Болит Фас Огдай поверил в ложь. Он обвинил нас – и тебя, Майкл Кейн, – в ужасных преступлениях, известных нашему обществу. Мы много лет были друзьями. Как же это могло случиться?..

– Это я тоже объясню, – обещал я. – А теперь давайте забудем об этих проблемах – мы снова вместе.

– Да, – согласился он, пытаясь улыбнуться. – Это все же день радости – увидеть вас обоих вернувшимися, это больше, чем я смел надеяться. Идемте, идемте – мы пообедаем, поговорим и все узнаем.

Под руку мы с Шизалой последовали за ее отцом и братом во дворец.

Скоро обед был готов, и я начал рассказывать им о своем возвращении на Землю, о путешествии обратно на Марс, и о своих приключениях на Севере. Потом Дарнал говорил о своих приключениях, и мы обсудили происшедшее в Варнале с тех пор, как мы его покинули.

Несмотря на неотступное присутствие черной угрозы войны, которую мы не могли скрыть, разговор продолжался далеко за полночь. Следующий день принесет две вещи – церемонию обручения между Шизалой и мной, необходимую, прежде чем мог иметь место брак, и планы войны.

Глава 14. НЕЖЕЛАТЕЛЬНОЕ РЕШЕНИЕ

– Так значит, Хоргула обманула Болита Фас Огдая, как обманула и его сына, – сказал Карнак на следующее утро.

– Он в полной ее власти, – подтвердил Дарнал.

Мы завтракали вместе – редкий обычай на Марсе, но нельзя было терять времени.

– Должен быть способ убедить Бради, что она лжет, – сказала Шизала.

– Ты его не видела, – возразил я ей. – Мы пытались убедить его, но он едва сознавал, что мы говорим – он был словно спящий. Эта война – се дело, не Болита Фас Огдая.

– Вопрос остается прежний, – указал Дарнал. – Как мы можем отвратить эту войну? Я не желаю проливать кровь своих друзей и не желаю видеть Карнал уничтоженным, потому что они несомненно победят.

– Если только я смогу додуматься до одного способа, – тихо проговорил я. – Это нежелательное решение, но другого выхода, кажется, нет. Если откажет все прочее, кто–то должен убить ее. Со смертью Хоргулы придет конец ее власти над Бради и его подданными.

– Убить женщину! – Дарнал был шокирован.

– Мне эта мысль нравится не больше, чем тебе.

– Ты прав, Майкл Кейн, – кивнул Карнак. – Это, должно быть, наш единственный шанс. Но кто же возьмется за такую отвратительную задачу?!

– Поскольку я додумался до этого решения, значит ответственность должна лежать на мне, – пробормотал я.

– Давайте обсудим это позже, – поспешно предложил Бради. – Сейчас почти уж время для обручальной церемонии в тронном зале. Вы с Шизалой должны подготовиться.

Я вернулся в свои покои, а Шизала в свои. Там я нашел разнообразное снаряжение и одежду. В скором времени прибыл Дарнал показать мне, как я должен надеть все это.

Там была портупея, сделанная из золота и серебра, усеянная драгоценностями, камнями, и меч, тоже сверкающий бриллиантами, с соответствующим кинжалом.

Был и толстый синий плащ с богатой алой оторочкой. Плащ этот был украшен тонкой желто–зеленой вышивкой, изображающей символически сцены из истории Карнала.

Была также и пара сандалий из мягкой сверкающей черной кожи, заплетавшейся ремнями как раз ниже колен.

Скоро я облачился во все это, и Дарнал отступил полюбоваться мной.

– У тебя прекрасный вид, – заявил он. – Я горжусь, что стану тебе братом.

В марсианском словаре нет такого понятия как «шурин». Когда человек женится, в семье он автоматически обретает тот же статус, что и кровный родственник. Я стану сыном Карнака и братом Дарнала – их братья и кузены станут моими. Казалось странным, что по этой логике Шизала станет не только моей женой, но и сестрой! Но таков уж обычай Марса, и я его принимаю.

Дарнал провел меня в тронный зал, где нас ждали немногие избранные придворные. Тронный зал отличался от того, что я видел в Бриллиантовом городе, он был попроще и менее претенциозным. На возвышении стоял Бради Карнак в мантии из черного меха, с диадемой на голове.

Подобно большинству важных обычаев Южного Марса, церемония была краткой и все же впечатляющей.

Карнак объявил, что мы должны пожениться, и мы подтвердили, что таково было наше желание. Затем он спросил, нет ли каких возражений против этого брака. Никаких возражений не было.

– Тогда, – заключил Карнак, – пусть моя дочь Шизала, Брадинака, и мой сын, Майкл Кейн с Негалу, сыграют свадьбу, когда им будет угодно, но после периода в десять дней с этого часа.

Так я обручился с этой чудесной девушкой.

Теперь предстояло готовиться к бессмысленной войне.

С балкона дворцовой башни мы смотрели на площадь внизу, где начала собираться наша до жалости истощенная армия.

Я уже снял с себя церемониальное облачение и был одет в простое снаряжение воина, с мечом, как у работяги, и одним из довольно неточных духовых пистолетов Карнала. На плечах у меня висел плащ из темно–зеленой ткани.

Могу отметить также, что я начал отпускать волосы, по моде южных марсиан. Хотя в нашем обществе в какой–то степени косо смотрели на этот обычай, человек с короткими волосами на Марсе выделяется, и ему склонны задавать вопросы насчет них. Таким образом, чтоб стать как можно более похожим на своих хозяев, которых никто не может назвать не мужественными, я дал своим волосам полную волю. Они удерживались от спадания на глаза, тоже по марсианской моде, посредством простой металлической диадемы. Моя была из золота и являлась обручальным подарком Шизалы. Я стоял, обнимая ее одной рукой, когда мы смотрели на площадь.

Как главный пукан–нара карнальских воинов, Дарнал находился на площади, но Карнак был с нами на балконе.

– Ты был способен судить о силе Мишим Тена? – спросил меня Карнак.

– Да, – ответил я. – Во всяком случае до некоторой степени они, должно быть, превосходят вас в численности: пять–шесть к одному.

– Наш сильнейший союзник – против нас! Эта будет разрушением Юга, каким мы его знали, – слабо произнесла Шизала. – Равновесие сил веками поддерживалось теми, кого мы выбирали и называли «благоволящими странами», среди них главные Мишим Тен и Карнал. Это война до такой степени ослабит нас, что Юг станет добычей всякого рода врагов.

– Несомненно, именно этой анархии и добивается Хоргула, – сказал я. – В последовавшей за войной анархией, – а для нее не может иметь значения, кто выиграет, – она обретет власть, которой жаждет. Она потерпела неудачу в своей попытке разбить нас, использовав арзгунов, – теперь она пробует сделать это по–другому. Она не так–то легко сдается.

– Странная она женщина, – проговорила Шизала задумчиво. – Я провела много времени в ее обществе – против своей воли, конечно, поскольку была ее пленницей. Иногда у нее такой невинный и недоумевающий вид, в другое время она – чудовище. И эта ее странная сила, эта способность заставлять других делать то, что ей вздумается. Она – нечеловеческая.

– Она не нечеловеческая, – возразил я, – поскольку многие, должно быть, обладают схожей силой, хотя и не столь развитой. А то, как она использует ее, вот что извращение!

– Она, кажется, винит все южные страны в совершенном против нее преступлении, – сказала Шизала. – Почему бы это?

– Кто может объяснить мотивы больного ума? – ответил я вопросом на вопрос. – Она безумна, и если бы безумие легко объяснили логикой, тогда, наверное, не было бы никакого безумия!

– Этот твой план, – сказала Шизала с легким содроганием, – убить ее. Как ты планируешь совершить это покушение?

– Она настолько отвратительна для меня, – ответил я, – что я мало об этом думаю. Сперва мы должны подождать, пока не выступит в поход главная армия Мишим Тена. Я не думаю, что Хоргула станет рисковать собственной жизнью, поехав с армией. Она останется в тылу.

– Я убью ее, конечно, только в крайнем случае, – то есть если не смогу найти никакого другого способа, чтобы убедить Бради, что она лжет. Или, еще лучше, заставить ее признаться, что она говорит неправду!

– А когда армия выступит в поход – что тогда?

– Я тайно прибуду в Мишим Тен.

– Как?

– Я пройду большую часть расстояния на воздушном корабле, потом выкрашу кожу примерно в тот же цвет, что и у людей из Мишим Тена, вступающих в город как наемники. Я считаю, что есть отряды наемников, ищущих работу в Мишим Тене.

– Они джелуза – родичи мишимтенцев.

– Тогда я стану джелуза.

– А что потом?

– Попрошу поговорить с Хоргулой наедине, скажу ей, что знаю тайны…

– Она узнает тебя…

– Разве среди наемников–джелуза нет обычая маскироваться, чтобы никто не знал, кого он нанял?

– Есть.

– Значит я буду в маске.

– А когда, если твоя попытка окажется успешной, ты останешься с ней наедине?

– Я постараюсь похитить ее и заставлю написать правду. Тогда я захвачу ее и доставлю признание Бради Мишим Тена. Если он откажется принять истину, я покажу документ ему и его вельможам. Я уверен, что они увидят правду, не находясь под ее чарами. – Мой голос оборвался, когда я увидел выражение лица Шизалы.

– Это смелый план, – сказала она, – но он почти обязательно провалится, любовь моя.

– Это единственный план, что у меня есть, – ответил я, – единственный с малейшей надеждой на успех.

Она нахмурилась.

– Помнится, Телем Фас Огдай однажды рассказывал мне об одном почти забытом предмете, имеющемся у них в Мих–Са–Вохе, в их казне. Это щит с полированной поверхностью, от которого всякий, кто поглядит на него, застывает.

Меня заинтересовал этот рассказ, поскольку он, казалось, имел сходство с земным мифом о Персее и Горгоне, и, наверное, поскольку наша раса произошла от марсианской, отсюда и было происхождение нашей легенды.

– Продолжай, – попросил я мою возлюбленную.

– Ну, у этого щита есть и еще одно качество. Всякий, кто смотрит на него, вынужден говорить истинную правду. Это имеет какое–то отношение к гипнотическому эффекту поверхности. Я не знаю научного объяснения, но он, вероятно, был сделан шивами или якша, а их наука намного опередила мои знания.

– И мои тоже.

– Я думаю, это только легенда – забавная история, рассказанная Телемом Фас Отдаем, чтобы скоротать час.

– Она кажется маловероятной, – согласился я, а затем выкинул эту мысль из головы. Я не мог себе позволить зря тратить время на гадания и предположения.

Шизала вздохнула.

– Неужели нам никогда не знать мира и покоя, Майкл Кейн? – сказала она. – Неужели какая–то сила решила, что столь богатой любовью, как наша, нельзя наслаждаться. Почему мы постоянно расстаемся?

– Если я преуспею, у нас, наверное, будет шанс провести вместе долгие годы в мире, – утешающе сказал я.

Она снова долго смотрела мне в глаза.

– Ты думаешь, что это возможно?

– За это стоит бороться, – просто ответил я.

***

На следующий день мы снова стояли на балконе.

– Армия Мишим Тена, должно быть, уже выступила, – говорила она, – и движется к Карналу. Ей потребуется много дней, прежде чем она доберется до нас.

– Это даст мне намного больше времени сделать то, что я должен, – откликнулся я. Я знал, что она намекает на то, что мы могли бы провести вместе еще несколько дней, но я не мог себе позволить рисковать.

– Я полагаю, что так, – неохотно согласилась она.

Тут я поцеловал ее, привлекши к себе.

Снова, глядя на площадь, я следил, как крошечные вооруженные силы, недавно отбившие натиск куда больших сил арзгунов – Синих Гигантов, – делали свои приготовления.

Было решено, что лучше встретить армию Мишим Тена на поле боя, чем дожидаться, когда она осадит город. Если возможно, город и его женщин и детей необходимо сохранить. Солдаты армии Мишим Тена не были варварами, и коль скоро они разобьют армию Карнала, они не станут предпринимать никаких репрессий за любые предполагаемые оскорбления и измену, якобы учиненные им нами.

Видя готовящуюся армию, я решил не терять больше времени и той же ночью отправился в Бриллиантовый город.

Я попрощался с Карнаком и Дарналом. И сказал «до свидания» Шизале.

Я также молча сказал «прощай» этому замечательному городу, когда заходящее солнце покрыло его мрамор красным, словно кровь, пятном.

И тогда, покончив с кратким периодом мира, я направился обратно в Мих–Са–Вох.