Текст книги "Неклассический некромаг (СИ)"

Автор книги: Мария Двинская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 29 страниц)

– Не беспокойтесь, – я улыбнулась, на время оторвавшись от печати. – Ничего такого, что нельзя отложить. К тому же нам всё равно некоторое время по пути, – ближайший город находился на севере, как раз по дороге к Реугскому герцогству, куда я направлялась. – По крайней мере, до Семипутска, – название города узнала с указателя на дорожном столбе при развилке. Выбор был ехать либо туда, либо в Алхимистск, чаще называемый Химками. Выбор пал на Семипутск, несмотря на немного более дальнюю дорогу.

– Если не секрет, куда идёте-то? – подсел охранник. Я снова занялась печатью, и ответила, не глядя на мужчин.

– Какой секрет? На полночь, в Реугское герцогство.

– О как! И что там такого? Жених?

– Нет, говорят, там с магами проблема, а в последнее время ещё и нечисть повылазила с Запретных земель.

– Точно, вы же охотник, – согласился охранник, припомнив мой браслет. Вчера, когда я перевязывала, он был хорошо виден. – Но на юге нечисти не меньше.

– И конкурентов больше, – я, наконец, закончила печать и стала привязывать к ней бечеву для передачи через неё энергии.

– А вы не хотите с нами до Илоса? – это уже дворянин. – На тех же условиях, мы как раз туда ехали.

– Заманчиво, но, наверно, откажусь, – Илос был столицей герцогства. – Если на королевском тракте разбойники промышляют, то совсем не уверена, что на простом большаке никого не встретим. В одиночку безопасней. Что? – я перевела взгляд с одного веселящегося мужчины на другого.

– Мы давно не на королевском тракте, – пояснил охранник. – Пару лет назад построили мост через Быстрянку, и тракт на него повернули. Теперь этим отрезком мало кто ходит, жилья немного, а крюк заметно больше. Вы что, не заметили, что людей почти нет? – он посмотрел на пустую дорогу. С нападения мы встретили только одну телегу, да пару пеших путников, и никого не обгоняли. И с утра уже должны были появиться ранние пташки-путешественники. Наверно, тракт как раз сворачивал тогда, когда я не следила за дорогой, и Пончик пошёл прямо, по ещё хорошей дороге, за два года она испортиться и зарасти точно не успела бы.

В этот раз Варлак, как представился охранник, подсел рядом на козлы. Вчера им обоим было не до соблюдения условностей, а сейчас вспомнил, что не принято охране ехать в одной карете с начальством.

– И что, вот так будешь всю жизнь по дорогам скитаться? – разговор незаметно вернулся к утреннему.

– Нет, конечно, – я слегка подстегнула лошадь. Без напоминаний она всё норовила остановиться. – Накоплю сначала на домик в тихом городе, буду там зимы пережидать. Потом, глядишь, и на поместье с деревенькой хватит. К тому времени, может, уже и имя заработаю, чтобы не самой бегать, а ко мне приходили. А я так – «с этим и ученики справятся», и пошлю какого-нибудь оболтуса практиковаться.

Изображая, как я небрежно махну рукой, перекладывая работу на ученика, слишком сильно дёрнула рукой, едва не вырвав за верёвочку охлаждающий элемент ларя. Я её привязала к руке, и по ней передавала энергию для работы.

– Я не знал, что заклинания можно поддерживать дистанционно, – заметил Варлак, указав на шнурок.

– Как видите, можно, – я улыбнулась. – Но при таком способе потери энергии бешеные, поэтому его не используют. Обычно ставят накопители или заранее прокладывают канал с просчётом множества параметров. Но накопителей у меня нет, а с такой системой на пару дней до города хватит. А там можно и нормальный катафалк взять.

Мы ещё немного поболтали. Варлак в магии разбирался много лучше простых обывателей. Он объяснил это тем, что служил на границе, где одной силой не выстоять, и каждый гарнизон в обязательном порядке усиливался магами. И, как обычно, слово за слово, да что-то в голове откладывалось.

Сейчас он с хозяином возвращался домой после почти годовой поездки по стране. Искали и нанимали магов для какого-то крупного проекта. Подробности он опустил, но я поняла, что Ордену магов это не нравится.

– Здесь налево, – подсказал Варлак на развилке. Дорога налево вела в деревню. Как и многие виденные, располагаясь далеко от окраины, она не имела частокола вокруг. Довольно большая, из нескольких улиц, она, тем не менее, пустовала. Почти всё население сейчас должно быть в полях, заканчивая посевную.

– Эй! – Варлак окликнул мальчишку, что выскочил из избы с тряпичным свёртком и с любопытством уставился на нашу процессию. – Как пройти к дому дара Баккера?

– Так это, прямо, после дома бабки Ласты, что с зелёным забором, свернёте направо, а там до конца. Последний дом егоный будет, – оттарабанил мальчишка и побежал по улице. Наверно, обед отцу в поле несёт, самое время.

Нужный дом нашли сразу. Пассажир вышел из кареты и пошёл разговаривать с хозяином, я с Варлаком остались на улице его дожидаться. Дом производил не лучшее впечатление. Добротный, но крайне неухоженный. Забор давно не подновлялся и изобиловал дырками от выпавших сгнивших или выбитых досок. Палисад зарос бурьяном и крапивой, в которых что-то выискивала вездесущая деревенская птица. Но крыльцо недавно подновляли, и солома на крыше тоже свежая. На стук дверь открыл толстый мужчина. Не просто полный, а из таких, что в транспорте занимают сразу два сидения.

– Откажет, – высказала своё мнение о переговорах с магом, ведь ради них сюда и заехали.

– С чего бы? – сразу отозвался Варлак, тоже скептически осматривая дом и его окружение. – Предложение весьма заманчивое, почему бы ему не сменить ЭТО на что приличней?

– Потому и откажет. Вы его видели? Да его легче перепрыгнуть, чем обойти. Значит, давно не практикует. Будь он хороший теоретик, не жил бы здесь. А артефактор не оставил бы звонок сломанным, – я поддела концом кнутовища круглую блямбу, болтающуюся на столбе у калитки. На неё предполагалось нажать, чтобы в доме раздался сигнал о приходе гостя. Но, даже не разбирающиеся в магии люди, сразу видели, что звонок сломан.

– Спорим, всё же примет?

– Спорим! – азартно согласилась, уверенная в своей правоте и здравом смысле толстого мага.

– Если согласится, то заряжаешь все мои амулеты, если нет, плачу корону!

Мы ударили по рукам и с нетерпением стали ждать возвращения дворянина. Где-то через четверть диска ожидание, наконец, закончилось.

– Ну, что? – спросил Варлак у весьма задумчивого начальника. – Согласился?

– Да, приедет к осени, – рассеянно ответил тот. – Но он меня сильно смущает. Не выглядит достаточно опытным и образованным. Ладно, других вариантов всё равно нет. Поехали.

После обеда Варлак вручил мне штук пять разных амулетов на зарядку. Что поделать, честно проспорила, потому также честно зарядила их полностью, как и договаривались.

Через пару дней, уже в городе, мы расстались вполне удовлетворённые друг другом. Мужчины почти сразу нашли катафалк – специальную повозку для перевозки тел. В неё ещё при изготовлении внедряли заклинание стазиса, значительно, почти в сотню раз, замедляющего все процессы в органике. Правда, приводящее к гибели живого организма. Для его работы требовалось только вовремя менять накопитель. Я проследила за тем, как замороженные тела (я немного перестаралась с подачей энергии на охладитель) перегрузили на катафалк, получила оплату и ушла искать гостиницу подешевле. Та, в которой остановились мои уже бывшие наниматели, мне ещё не по карману.

Всё же я сильно устала за последние дни, поддерживая заклинание, заряжая амулеты и ещё обустраивая лагерь на ночь. Два дня я выходила из снятой комнаты только поесть и возвращалась спать дальше. На третий день, рано утром, как после запоя, вышла на улицу вдохнуть свежего городского воздуха с нотками помойки и общественного туалета – мимо как раз проехала бочка ассенизатора.

По сравнению с Белым Яром, в Ейск пришла едва ли не нищей. Тогда с собой было достаточно драгоценностей, чтобы оплатить обучение магии, а сейчас в тощем кошельке позванивала только пара корон. Дней на десять полного пансиона в средней гостинице, причём половину этой суммы забирал Пончик. Город – не деревня, здесь крупный скот держать дорого.

Поправив лямки рюкзака, отправилась пополнять финансовое положение продажей трофеев. Совсем не до них было в последние дни. Хорошо, зачарованный мешок не давал им испортится. Я ведь к побегу от личей подготовилась, сделала из рюкзака стазисное хранилище. Само заклинание ещё слишком для меня сложное, но переложить его в печать и нанести изнутри на рюкзак, смогла. За неделю управилась. Ещё радовалась, что хорошо подготовилась, и продукты долго останутся свежими. Зато про деньги забыла напрочь.

Сначала заглянула в кожевенный ряд на рынке. Прошла вдоль прилавков, оценивая как работу, так и материал. Одного сразу забраковала, качество изделий сильно хромало даже на непрофессиональный взгляд. Мимо другого тоже прошла мима, бросая любопытные взгляды. Этот работал на внешний вид, много заклёпок, лишних строчек, отделка мехом и прочее. Ему моя шкура болотного ящера не подойдёт. Невзрачная она для подобных вещей. Ещё пару прилавков тоже пропустила и остановилась у скромной палатки. Товар здесь лежал навалом, а сам хозяин сидел на табурете и что-то сшивал.

На меня, заинтересованно перебирающую вещи на прилавке, он поглядывал, но, в отличие от остальных продавцов, не спешил с помощью и рекламой. Товар у него был не для каждого, а для разбирающихся. Куртка из шкуры влаков, перчатки, укреплённые костяными пластинами. Кажется, кости тоже от какой-то нечисти. И тому подобное. Со вздохом оторвалась от этих чудесных залежей.

– Уважаемый, вас свежая шкура болотного вайрена интересует? – обратилась к продавцу.

– Свежая? – скептически спросил мужчина, не прекращая шитьё. Сейчас стало видно, что работал над будущими штанами. – Где тут болото есть, чтоб свежая была?

– Ну, её дней десять назад сняла. Но лежит в стазисе, так что свежая.

– Хех, ну, показывай своего вайрена, – мужчина встал и сгрёб часть товара в кучу, освобождая прилавок. Явно не поверил, что у меня есть эта шкура. Зверь опасный, а я впечатления не произвожу. Но, когда я выложила из мешка ещё влажный, пахнущий тиной зелёный свёрток, сразу изменился в лице. Явно профессионал не только в шитье. Он развернул шкуру и тщательно её осмотрел с обеих сторон.

– Две короны, – наконец, он назвал свою цену. Однако, неплохо. Я рассчитывала чеканов на шестьдесят-семьдесят, а тут предлагает в три раза больше, но всё равно поторговалась, подняв цену ещё на приглянувшиеся перчатки.

– Сама свежевала? – спросил кожевник, отсчитывая чеканы. – В следующий раз лучше брать с лапами. Всё равно в стазисе носишь, а так дороже брать будут. В идеале ещё и с головой, на чучело. Тушка целиком корон пятнадцать выйдет.

Я согласно кивнула. Чучела из нечисти стоят дорого, мало когда удаётся добыть их без больших повреждений, а потом в сохранности довезти до чучельника. Но вайрена не дотащу, слишком большой и тяжёлый, и без того шкура почти весь мешок заняла.

– И вот, смотри, – продолжил мужчина, снова разворачивая шкуру и показывая что-то на ней. – Вот когда плохо снимается, не надо натягивать и нажимать на нож, иначе шкуру можно попортить, – в указанном месте едва не образовалась дырка. Что поделать, сдирала второпях, не до аккуратности. Но за последующий совет, как лучше снимать, спасибо.

Алхимика я не искала, сразу направившись к тому, которого посоветовал кожевник. И, став богаче ещё на корону, через два дня вновь отправилась в путь.

Пролетела весна, почти закончилось лето. А я ещё не накопила на первую часть плана – домик в городе стоил раз в пять больше, чем у меня есть, и это я почти ни на что не тратилась. Однако, почти тридцать корон за полгода, весьма хороший результат. Тан Ласто получал немногим меньше. И не бегал по лесам и буреломам, гоняясь за очередной тварюшкой.

* * *

Я сидела на пороге сеновала и критично рассматривала правый сапог. Он героически спас ногу от хвоста щетинистого тушкана, но сам был на последнем издыхании. Моих знаний и умений на ремонт не хватало, а для магического ремонта слишком большие повреждения. Эх, почти корону придётся отдать за качественные сапоги, подкованные, да дополнительно укреплённые. Вот, прямо с утра и поеду в город, заодно и одежду обновлю. Это ещё выльется в пару-тройку корон, ведь тоже не абы что брать буду.

Пока я грустила по поводу предстоящих трат, невдалеке нарисовался очередной клиент. Как я и предполагала, магами и охотниками на нежить, округа не избалована. В каждой деревне задерживалась минимум на неделю, а когда подходила к следующей, меня уже встречала небольшая толпа страждущих.

Этот не был похож на обычных деревенских, хотя также нерешительно топтался на месте. Скорее всего, один из дачников. Здесь тоже многие уезжали на лето из города, но не копаться в земле, а отдохнуть на природе где-нибудь в деревне, хотя предпочитали более близкие к городу места или, вообще, перебирались южнее.

Заметив, что я обратила на него внимание, молодой человек подошёл ближе.

– Госпожа охотник, у меня к вам дело деликатного свойства, – произнёс он, слегка замявшись. Я с удивлением уставилась в голубые глаза, стараясь не коситься вниз, в деликатную область. Ладно бы, к магу пришёл, но ведь обратился как к охотнику, а я не помню нечисть, чтобы там обитала. Поняв, что сказал несколько не то, молодой человек мило покраснел и торопливо продолжил.

– У меня там покойник встал.

После этих слов взгляд самостоятельно опустился на уровень его пояса, что ещё больше смутило молодого человека.

– Вы не так поняли, у меня настоящий покойник встал. Упокоить надо.

– Надо, так надо, – я положила сапог в мешок и стала. – Веди к своему покойнику. Далеко?

– Нет, меры две всего. Я его в сторожке запер.

– Понятно. А почему вопрос деликатный?

– Понимаете, – снова смутился молодой человек. – Я здесь окружной некромаг. По распределению. Вот, прибыл всего месяц назад, а тут такое…

– Чего тогда сам не упокоишь? – ладно, некромагов обучают из рук вон плохо, но основы всё же дают. Как правильно похоронить, как проверить, что дух ушёл, что тело в нежить не перерождается, как упокоить умертвие первой категории – это всё спрашивают на выпускном экзамене.

– Так я это… боюсь покойников, – тихо признался окружной некромаг. – Когда смирно лежат в домовине, ещё ничего, а вот такие…

Я без намёка на улыбку кивнула. Есть у местных такой бзик, какого-нибудь монстра не боятся, а слабое умертвие способно их напугать до потери сознания. Странно только, что такого в некромаги отрядили.

Молодой человек не соврал, шли недолго, до деревенского погоста. Привычно окинула его взглядом с магическим зрением. Мысленно присвистнула. Предшественник либо совсем не выполнял свою работу, либо после его ухода долгое время некому было следить за могилами. Ещё немного, и встанет уже десяток.

Некромаг уже отпирал сторожку.

– Я его пытался упокоить, но не вышло, – извиняющимся тоном сообщил он, пропуская меня внутрь. Свеженький, недавно выкопавшийся покойник бестолково тыкался в стены, но стоило попасть в его поле зрения, целенаправленно побрёл в нашу сторону. Никакой возможной защиты или амулетов против магии, что могло бы помешать упокаиванию, я на нём не увидела. Отступила на шаг и прикрыла дверь.

– Так, слушай внимательно, – я повернулась к удивлённому некромагу. – У тебя там, – взмах рукой в сторону кладбища, – зреет ещё полтора десятка. Думаю, что погостов на тебе ещё несколько.

– Восемь, – почти прошептал некромаг, прикинув масштаб возможной катастрофы.

– Подозреваю, на остальных ситуация не лучше. У тебя есть два выхода. Либо срочно перестать бояться умертвий и начать их упокаивать, либо вернуться в Училище доучиваться. Ну, или третий – постоянно нанимать охотников.

По лицу видно, что второй вариант ужасает больше, но и переступить через страх тоже не получается, а денег на третий не напасёшься. Плюнуть бы на него, но люди-то не виноваты, что Училище таких недоучек выпускает.

– Ну что, сам упокоишь, или мне работать? На всех погостах? – я спросила, выдержав паузу, дав время на размышление. В ответ услышала ожидаемое.

– Сам.

Правильно, на все погосты у него не хватит сбережений и зарплаты за следующий год. А так госпожа охотник подстрахует, об этом тоже сообщила, слегка успокоив мага.

Некромаг двинулся открыть дверь сторожки, откуда настойчиво пытался выбраться покойник.

– Стоять! Сперва покажи, как и чем будешь упокаивать, – я требовательно остановила молодого человека. Если, как он говорил, уже пытался это сделать, но ничего не вышло, значит, делал что-то не так.

Безропотно приняв моё руководство, некромаг-недоучка сплёл заклинание. Так и есть, небольшая ошибка, и оно уже нерабочее. Я указала на проблемное место, проследила, что он понял и правильно исправил, и только тогда выпустила из сторожки умертвие. Но и сразу упокаивать запретила. Его же надо будет вернуть в родную могилку, а возиться в мёртвым телом нет желания. Пусть сам до неё дойдёт, зря, что ли, ходить научился. Заодно и некромаг чуть привыкнет, а то бледный стоит, все остатки знаний растерял.

– Показывай, где его могила, – я чуть подтолкнула молодого человека, чтобы не стоял столбом, и двинулась следом за ним. Умертвие ожидаемо брело сзади, и я постоянно проверяла, не слишком ли оно близко. Хотя самоходы изначально тупы и медлительны, но хватку имеют бульдожью и силу не соотносят. Запросто могут поломать кости и начать жрать живьём.

У нужной могилы некромаг, всё также волнуясь и путаясь, упокоил своего первого клиента. Когда тело рухнуло на землю у земляного холмика, он сначала с недоверием смотрел на него, затем осторожно, готовый в любой момент отскочить, потыкал его носком ботинка.

– Уже не так страшно? – я присела на соседнюю могильную плиту и вытрясла землю из сандалии. Выкапываясь, умертвие на заботилось об аккуратности, и разбросало землю достаточно далеко. А могилка-то неглубокая, видать, зимой прежнему смотрителю лень было копать. И ограда только общая, для всего погоста, позволила вставшему дойти до сторожки и перепугать некромага.

– Ничего, у тебя ещё с десяток на подходе, – я не дала парню расслабиться.

– Как десяток? – он пугливо заозирался, будто они уже выкопались и начали окружать.

– Ты что, ауры над могилами не проверяешь?! – ужас, как таких вообще можно посылать на самостоятельную работа?

– А как?

Я потеряла дар речи. Некромаг, не умеющий смотреть ауры, это мёртвый некромаг.

– Как ты вообще экзамен сдал, ничего не умея?

– У меня только теоретический был, – казалось, лимит на шоковые известия закончился, но нет, день откровений продолжился. – Я, вообще, на стихийника-погодника учился. Но на последнюю ступень денег не хватило, перешёл на отработку. В том отделении некромагов несколько лет не выпускали, гильдия затребовала срочно это исправить, вот меня и перевели. Дали два месяца на подготовку и сюда отправили.

Я схватилась за голову. Нет, чтобы совсем закрыть специальность, раз никто на неё добровольно не идёт, всё равно ведь опустили ниже некуда. Но нет, будем натягивать сову на глобус. Нужны смотрители кладбищ? Так провести ускоренные курсы, и пусть с других специальностей работают. А что там совсем другая специфика, никого не волнует. Погодникам ауры не нужны, их и не учат их смотреть, а у некромагов это один из важных инструментов.

– Смотри сюда, – я сформировала простейшее заклинание истинного зрения. – Сделай у него минимум восемь дуг. Чем больше, тем более детально сможешь рассмотреть ауры. Добавь вот это и повернись, – я добавила к заклинанию небольшое дополнение, специально для распознавания аур и указала на могилу позади. – Видишь фиолетовый туман? Значит, там зреет умертвие. Чем туман плотнее и интенсивнее цветом, тем ближе к поднятию. Впечатлился?

Некромаг медленно кивнул. А что поделать, весь ряд позади переливался разными оттенками фиолетового.

– Теперь запоминай вот эту конструкцию, – ещё одно заклинание из обязательно списка некромага. – Этим можно развеять скопившуюся энергию. Как минимум отсрочит вставание.

Через полтора диска я покинула погост, оставив весьма загруженного новыми знаниями парня. Он исписал несколько листов заклинаниями и просто общими сведениями, которыми я щедро с ним поделилась. Лекция по практическому применению заклинаний, а не голая теория, что была в Училище, обошлась некромагу в стоимость всего одного упокоения.

– Но, почему вы мне это всё рассказываете? Вам же выгодней, чтобы кладбище встало, ведь тогда наймут его упокаивать? – спросил он, уже стоя в дверях, провожая меня. Я улыбнулась, вытащила свой знак мага из-за пазухи и повернула символом специализации к парню.

– Не люблю, когда профессию позорят и дискредитируют.

* * *

– Ксанка! Тебе соседка нашлась! Выходи, познакомишься! – крикнула дородная тётка, едва войдя в избу. Я немного просчиталась со временем, и в самый конец осени, когда дороги становятся непроходимыми от грязи, а по ночам вода в котелке покрывается тонкой ледяной корочкой, оказалась слишком далеко от города. В крупном селе со смешным и странным названием Зажорики, меня сразу направили в мельничихе, стоило только спросить о постое на зиму. Тётка Мафруня имела второй дом на окраине, и сдавала его на лето городским отдыхающим, а на зиму вот таким же застрявшим странникам. За вполне разумную цену я получила до весны в своё распоряжение сарай для Пончика и одну из двух комнат в доме. Вторую уже неделю занимала девушка, как и я, не рискнувшая идти дальше.

Пока соседка не вышла, я успела осмотреться. Небольшая изба, в привычных измерениях примерно шесть на шесть метров, пополам поделена стенкой с двумя дверями. Большая печь делила оставшееся пространство на две неравные части – кухоньку слева, и что-то вроде гостиной прямо от входа. Типичный дачный домик или же хата на такую же типичную деревенскую семью из пяти человек. Кирпичная печь задней частью выходила в левую комнату, судя по расположению дверей, раза в полтора больше правой. Наверно, зимой там очень тепло, если не жарко. И из этой комнаты, не особо торопясь, вышла девушка.

Красивая, я даже в душе позавидовала. Сразу видно, не из деревенских. Может, и дворяне где-то в роду отметились. Фигура как раз такая, какую многие мужики любят – не толстая, но и не тощая. В нужных местах всё, что надо, выпирает размера примерно третьего. Толстая коса, что чуть не дотягивает до пояса, дополняла образ девушки, про которых говорят «кровь с молоком». Даже светлое платье с простой вышивкой в тему.

А вот взгляд выдавал, что это создание отнюдь не милое. Типичная королевишна, уверенная, что все вокруг ей должны только за факт её существования. Дома на таких насмотрелась. Общаться можно вполне мирно, но ровно до тех пор, пока интересы не пересекаются, или пока она не определилась с твоей полезностью и не попыталась сесть на шею.

Предварительное мнение о девушке я составила быстро, а у неё с этим возникли проблемы. Ну не вписываюсь я в стандартные и шаблонные рамки. Явно не крестьянка, но и не похожа на благородных, те мужскую одежду под расстрелом не наденут, и без слуг не путешествуют. На городскую припоздалую дачницу тоже не похожа. Мало того, что я одета в добротную кожу, так ещё с рюкзаком и перемётными сумками через плечо. Седло и сбрую оставила в сарае с Пончиком, а вещи забрала сразу.

Не обращая внимания на наше с девушкой взаимное молчание, хозяйка отворила правую дверь.

– Вот твоя комната. Зимой может быть прохладно, ставни плотнее закроешь, и ничего. Печь, посуда… – она подошла к кухонному закутку, указывая на названные предметы. – Холодильный ларь иногда барахлит, продукты тогда в сени вынесете. Так… – женщина на мгновение задумалась, припоминая, что ещё сказать. – Вода в колодце, ты его видела, или в реке, пока не замёрзла. Удобства и баню показала. Стирка, готовка, уборка, это вы уж тут сами. Будут вопросы или проблемы, где я живу, знаешь.

Сообщив то, что посчитала нужным, хозяйка покинула дом. Проводив её взглядом, я закинула вещи в свою комнату и повернулась к девушке.

– Ну что, будем знакомиться? Эсме Ренато, странствующий маг, – я изобразила подобие реверанса, допустимое при общении в мужской одежде.

– Ксания Смолка, – показалось, что девушка сначала растерялась, но быстро сориентировалась. Свободный маг. Тоже, – она открыто улыбнулась, но улыбка показалась фальшивой. Как у американцев – дежурная и ничего не значащая.

Дальнейшее общение показало, что я не ошиблась в первоначальной оценке. Ксания была не просто королевишной, а ещё и с замашками д» Артаньяна, когда она одна вся в белом посреди дурного грязного мира.

– Нет, ты представляешь? – рассказывала она за вечерним чаем. – Они послали меня в эту глухомань! Будто других нет. Вон, пусть всякие из провинции коровам хвосты крутят. – Ксана возмущённо взмахнула рукой, едва не опрокинув кружку. Её послали на обязательную отработку в этот район, подозреваю, не в последнюю очередь из-за такого отношения. Где-нибудь кому-нибудь не то и не так высказала, потом посчитала выше своего достоинства выяснить подробности или подсуетиться с местом работы. А теперь сидит и жалуется на то, что её, такую красивую, заставили работать по специальности. Иначе зачем учиться на стихийника? Про них тоже известно, что подавляющее большинство оседает в деревнях и пригородах, заботясь о полях, урожаях и помогая тушить пожары или выжигать поля.

Подобные истории о вопиющей несправедливости я после слышала не раз. Менялись люди, обстоятельства, но неизменно было одно – Ксану обидели, как правило, потребовав выполнять её обязанности.

Набиваться в друзья в надежде, что в будущем такая подруга пригодиться, не стала. По ряду оговорок поняла, что у неё самой нет ничего, и в столицу он приехала из такой же провинции в поисках выгодного жениха. Отец продал половину имущества для оплаты обучения, чтобы дитяточко вышло в люди, но, скотина такая, на оплату практики поскупился. А ведь мог продать корову, зачем она им, младший брат уже подрос, молока ему теперь не надо, а Ксанка страдает теперь. Жениха тоже нет. Вернее, было несколько, но они, узнав, что девушка из деревни, сразу бросали и уходили к другим, кто побогаче. Я же решила, что причина совсем в другом, но говорить об этом соседке не стала.

Где-то через месяц я знала о соседке многое, а она обо мне почти ничего. Только что я свободный маг без обязательств и училась в Белоярском филиале. Выяснив, что я ей бесполезна, Ксанка общение свела к минимуму.

Зима уверенно отстояла свои позиции у осени, обозначив своё присутствие сначала робким, быстро сходившим снежком, а затем пустила в ход тяжёлую артиллерию. Снегопад шёл несколько дней подряд с короткими перерывами, покрыв землю метровыми сугробами.

Деревня замерла. Люди предпочли сидеть дома и выходить только по необходимости, протаптывая в снегу узкие тропинки. Я с удивлением обнаружила, что здесь нет снегоуборочных лопат. В сенях было всё – вилы, грабли, топоры, какая-то мотыга, узкая штыковая лопата, но ничего похожего на совковую. Даже для верности залезла на чердак, но и там нашла только гору хлама. Провозившись до вечера, из остатков старой метлы (прутья безжалостно брошены в печь) и сиденья от старого стула (наверно, когда-то привёз с собой очередной дачник), соорудила лопату.

Полевые испытания решила отложить до утра – снаружи опять начинался снегопад, к тому же уже стемнело. Поэтому спокойно оставила своё творение прислонённым к стене в сенях и ушла спать.

Комнатка, как и предупреждала хозяйка, была прохладной. Из рассохшейся рамы нещадно дуло. Как ещё кусочки слюды, вставленные вместо дорогого стекла, не выпали. Не многие в деревне могли себе позволить подобные окна, в основном натягивали на рамы мутные бычьи пузыри. Щели я заклеила тряпичными лентами, смоченными в клейстере, а на подоконнике разложила старые тряпки, что хоть как-то сберегло от потери тепла и сквозняков.

Заснуть долго не получалось. Я долго ворочалась с боку на бок и несколько раз подходила к окну – всё казалось, что кто-то ходит снаружи. Но мутная слюда и метель не позволяли ничего увидеть. Стоило только, наконец, погрузиться в сон, как в кухне что-то громыхнуло, заставив от неожиданности едва не подпрыгнуть на кровати. У Ксанки, наверно, опять ночной жор, и в темноте своротила посуду. Но, всё-таки встала и вышла проверить, всё ли цело, и высказать своё недовольство. Девушка не раз по ночам совершала набеги на съестное, а потом жаловалась, что еда заканчивается.

Но девушка тоже стояла с зажжённым световым шариком в дверях своей комнаты. Переглянувшись, осторожно подошли к печи, отделяющей кухню от гостиной. Причина грохота стала ясна с первого взгляда – полка с посудой упала на пол, зацепив сковородки с котелками под ней. Быстро, в четыре руки, прибрав основное, снова разошлись по своим комнатам досыпать. Среди ночи всё равно полку на место не вернём.

– И как это понимать? – я спросила у угла комнаты, оставшись одна. Постороннему могло показаться, что разговариваю сама с собой, но вопрос предназначался домовому, виновато переступающему с ноги на ногу.

– Ты же за домом должен следить, а не громить посуду? – я продолжила обвинительную речь. В то, что посуда упала сама по себе, я не верила, хотя Ксанке вполне убедительно рассказала о старом гвозде в рассохшемся дереве.

– Хозяйка, я это, случайно, – начал оправдываться домовой, подозрительно неловко двигаясь и стараясь беречь руку.

– Я не хозяйка, сам знаешь, – я поправила нечисть и скомандовала. – А ну, иди сюда, показывай, что у тебя там.

Домовой не посмел ослушаться и забрался на стол под свет лампы. Я даже чуть не присвистнула от удивления.

– Не знала, что нечисть болеет. У вас же регенерация бешеная!

Левое плечо и спина домового были безжалостно кем-то разодраны и успели воспалиться.

– Это, если обычным ранят, – вздохнул он. – А то от другой нечисти. Болит, вот и не удержал кружку, опять немытую оставили, – домовой пожаловался и одновременно попытался оправдаться. – Но я больше не буду!

– Конечно, не будешь, – я вытащила из воспалённой раны кусок чьего-то когтя. – У тебя бы скоро рука отгнила. Как вы, нечисть, к лечебной магии относитесь? – спросила, вытирая выступившую жидкость.

– Не знаю, – домовой слегка дёрнулся от боли, но продолжал послушно стоять. – Нас ведь никогда никто не лечил.

– Тогда экспериментировать пока не будем, – я начала очищать рану обычными средствами, благо, вода и спирт под рукой были. – Кто тебя так?

– Сплюшка, – ответ прозвучал со смесью презрения и ненависти.

– Кто это? – я о такой не слышала. Но, мало ли, всех знать невозможно, и названия могут не совпадать с человеческими.