Текст книги "Неклассический некромаг (СИ)"

Автор книги: Мария Двинская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 29 страниц)

Либо вайрен был слишком молодым, либо не того вида, но ядовитых зубов и желез в его пасти я не нашла. Остальные зубы, шкуру, когти, желчь и оба глаза аккуратно сложила в пустой мешок из-под провианта, и торопливо покинула островок. Свежая кровь обязательно привлечёт других хищников и нечисть. Пусть они дерутся за добычу между собой, без моего участия. Я себе хвост на жаркое отрезала, мне хватит.

Решение оказалось правильным и своевременным. Мы с Пончиком отошли шагов на сто, а на покинутом островке уже началась свара.

На ночь вместо обычного охранного круга поставила двойной. Более сложный и энергоёмкий, но и более эффективный. Поутру, разглядывая следы в иле и мхе, порадовалась предусмотрительности. Здесь, вдали от хребта Туманных гор, зима уже отступила, и нежить проснулась, если вообще впадала в спячку. А вот с едой всё же промахнулась. Андин ведь говорил, что у нечисти мясо несъедобное, но как-то со временем это забылось. Хвост вайрана вонял тиной и на вкус был неприятным. Может, поголодай я неделю, осмелилась бы доесть, но сейчас выбросила его остатки.

Вдали темнел лес, всё реже попадались большие пространства открытой воды, и всё чаше приходилось обходить кочки и бочажки. На одной из кочек шагах в семи сидела огромная лягушка. Пока мы с Пончиком проходили мимо, я всё гадала, на кого она охотится, если вымахала мне по колено. Нечисть из перерождённых всё же сохраняла вкусовые пристрастия и охотничьи повадки оригиналов, дополнительно приобретая страсть к человечине и магической энергии.

Атаку я проворонила, не ожидая от лягушки такой подлости. Она, не двигаясь с места, выстрелила языком. На его кончике должна быть какая-нибудь липучка, ведь кусок штанины от бедра и ниже с громким треском оторвался от полотняных брюк. Повезло, нитки успели прогнить, и штаны порвались, а то с такой силой дёрнуло, что я могла оказаться лицом к морде пресмыкающегося. Второй раз атаковать я не дала, и лягушку разметало по окрестностям взрывным шариком, попавшим точно в раззявленную пасть. Жаль, я рассчитывала, что он взорвётся рядом и оглоушит создание, позволив добить и собрать трофеи.

По появившимся покойникам поняла, что скоро выйдем к жилью. Утопленник попытался дотянуться до аппетитного человека, но запутался в траве, упал в воду и снова пошёл ко дну. Добивать не стала. Не захотела останавливаться и сходить с относительно сухой тропы. Всё равно его местная нечисть скоро оприходует.

Наконец, вышла в нормальный лес, где под ногами не хлюпает при каждом шаге. А впереди уже просматривается какое-то поселение. И не страшно жить в такой близости от болота? Наскоро привела себя в порядок, то есть сбила особо жирные куски грязи и поставила магическую заплату на порванную штанину. Таким образом можно залатать небольшие дырки, да так, что и следа не останется, но для дырени от бедра до колена такой способ не годился, слишком много энергии бы ушло на воссоздание вырванного куска, так что заплатой только не дала краям расходиться при ходьбе. Нечего мощами сверкать перед деревенскими.

Когда я подошла к ограде у первых домов, меня уже встречали во всеоружии. Трое мужиков с вилами и даже рогатиной стояли у околицы и смотрели, как я приближаюсь. За ними на некотором расстоянии столпились женщины – и молодухи, и уже солидные бабы в теле. Ещё дальше высовывала любопытные носы ребятня.

Я остановилась шагах в пяти от первых встречающих, и мы молча уставились друг на друга.

– Что за станция такая, Бодуны или Ямская? – я прервала затянувшуюся паузу.

– Шо? – мужики недоумённо переглянулись, но орудия чуть отставили. Правильно, говорящая нежить только подчинённая мастером и выше бывает, а таких сильных некромагов давно нет. Нечисть, та вообще к речи не приспособлена, кроме разных домовых, но я на них никак не похожа.

– Что за поселение, спрашиваю. И далеко до какого города?

– Топляки мы, – ответил вооружённый рогатиной. Хорошей, кстати, с металлическим наконечником. – А город… Ну, до Химок недели две тележного хода, – он почесал затылок, приподняв меховую шапку. Остальные тоже одеты, на мой взгляд, излишне тепло. – А тебе шо с того?

– Да вот, заплутала немного. Хочу понять, куда вышла.

– Это с Гиблого, чтоль, пришла? – мужик посмотрел куда-то мне за спину. Я тоже оглянулась, но ничего подозрительного не увидела.

– Не знаю. Оттуда, – махнула рукой в сторону болота. – Может, накормите, помыться дадите?

Мужик опять почесал голову.

– А шо, проходи. И накормим, и на ночь определим, отдохнёшь, – он рукой как-бы отослал остальных, мол, всё в порядке, опасности нет. Те, уже расслабившиеся при начале разговора, разошлись по своим прерванным делам. Остались только мужик и ребятня, всё также прячущаяся по углам.

– Пошли, что ли, – мужик пошёл вперёд, указывая дорогу. Я шла следом и удивлялась. Деревня слишком большая для такого соседства с болотом. Домов двадцать, минимум. Старые, наполовину вросшие в землю, наверняка, разменявшие сотню лет дома соседствовали с новыми. У одного даже брёвна ещё не потемнели. Но население, что в обычном, что в магическом зрении, ничем особо не выделялось. Только носили много амулетов и оберегов, но они обычны для деревенского люда, и зачастую не работающие. Хотя здесь амулеты, насколько видно, исправно заряжены, и не из дешёвых поделок. Видать, есть чем в этой деревне торговать в городе, богато живут.

Мы подошли к добротному большому дому почти в центре деревни. Мужик приглашающе открыл дверь и крикнул внутрь:

– Фрола! Приготовь мыльню для гостьи!

Я сняла с Пончика перемётные сумки. Что-то мне не понравилось излишнее гостеприимство, отдавало фальшью и наигранностью.

– Боишься, обворуем? – обидчево спросил мужик, отдав распоряжение мальчишке позаботиться о лошадёнке.

Очень хотелось согласиться, но я вместо этого только дружелюбно улыбнулась.

– Что вы! Здесь одежда сменная. Негоже в гостях в таком виде ходить, – я указала на свою грязную одежду и порванные штаны. Мужик удовлетворился объяснением, но зацепился за предоставленную тему разговора.

– Где это ты так? – он указал на штанину с нехарактерным для простого путника повреждением.

– Лягушка плюнула. Чуть в трясину не утянула.

– А ты её на трофеи того?..

– Не, за ней по всему болоту гоняться не рискнула.

– Правильно, мало ли, что там водится, – понимающе кивнул мужик, но интонации говорили о некотором разочаровании.

– А что, купили бы?

– Та не, зачем нам?

Этим ответом я окончательно убедилась, что в деревне что-то нечисто. Живут у болота, скотину в большом количестве не видно, полей тоже, пушной зверь в таких местах редок. Есть ещё разный добывающий промысел, но в этом районе я не помнила о золоте, руде или самоцветах. И не похожи они на старателей, а живут богато. Остаётся добыча полезных ингредиентов, благо в болоте они не переведутся, но тогда скупили бы трофеи по дешёвке, чтобы самим продать дороже. Или я что-то не понимаю в местной экономике.

Разговор прервала женщина с унылым лошадиным лицом, сообщив, что мыльня готова. Секрет столь быстрого нагрева воды оказался прост – она всё время грелась в баке сзади печи. Конечно, не баня, но и просто бадья с горячей водой весьма приятна после грязевых ванн и блужданий по болоту.

Когда я отмылась и, переодевшись в чистое, вышла в дом, меня сразу же усадили за стол, и заверили, что грязную одежду к утру отстирают. Ещё один жирный плюс к настороженному поведению. Ведь даже об оплате не спросили, для деревенских подобный альтруизм весьма странен.

Варево, представляющее что-то среднее между густым супом и жидкой кашей, было весьма вкусным. И приправлено одной интересной травкой, вызывающей сильное желание спать. В том количестве, в котором она плавала в еде, диска два-три буду спать, как мёртвая. Спасибо Андину, научил в своё время различать в еде по вкусу и запаху подобные приправы. А также заставившему вызубрить способы их нейтрализации. Сделав вид, что тру руками уставшие и слипающиеся глаза, наложила на себя очищение от отравлений. Уверовав, что сон-трава подействовала, хозяева удовлетворённо переглянулись и проводили засыпающего на ходу гостя до выделенной комнаты.

Интересно, придут убивать спящего или дадут траве отработать, а утром пошлют за знахарем, чтобы засвидетельствовать естественную смерть гостя? Мало ли что подхватила в блужданиях по болоту. С такими мыслями я свернула на кровати куклу и села в углу ждать, на всякий случай прикрывшись слабым отводом глаз.

Ждать пришлось около диска. Дверь тихо отворилась, и внутрь прошёл хозяин дома. Жена, подсвечивая масляной лампой, осталась стоять в дверях. Мужик подошёл к кровати, окинул взглядом «спящего» гостя и всадил нож в то место, где должна быть грудь. Удивлённо вытащил нож, посмотрел на чистое лезвие. Жена, поняв, что что-то пошло не по плану, подошла ближе.

– Пришли пожелать доброй ночи? – я скинула морок, одновременно набрасывая на семейную пару ловчую сеть. У меня было время её подготовить, так что удержать их должна надолго. Следом наложила молчанку, чтобы не всполошили деревню. Не думаю, что они одни такие умные, а остальные не спросят, куда делся вчерашний гость. Не доверяя заклинаниям, связала пару порезанными простынями и всунула обоим по кляпу. Вот теперь можно разговаривать.

– Ну, кто хочет признаться? – спросила у тщетно пытающихся вырваться людей. Упаковала я их крепко, в текущем состоянии они могли лишь двигать головами и испуганно на меня пялиться.

Демонстративно зажгла на руке световой шарик, сдвинув его спектр в сторону красного и добавив спецэффектов в виде разлетающихся от него искр. Ничего сложного, просто формировала простейшее заклинание и рвала плетение. Но выглядело эффектно, словно маленький фаербол держу.

Мужик задёргался, всем видом показывая, что он готов говорить. Я вытащила кляп и сняла молчанку, готовая в любой момент наложить её снова, если мужик начнёт орать и звать на помощь. Но тот униженно затараторил.

– Прошу прощения, дарра, мы не знали, что вы магик, уважаемая госпожа, иначе и мысли бы не было…

– Короче! – я перебила этот словесный поток, чтобы получить другой, но, хотя бы по делу. Мужик рассказывал многословно, постоянно сбиваясь на просьбы пощадить и извинения. Если убрать лишнее, получалось следующее:

Топляки жили поставкой дорогостоящих алхимических ингредиентов из нечисти. Почти каждый второй мужчина регулярно ходил на болото, что приносило немалую прибыль. Деревня не бедствовала, но, как обычно, этого казалось мало. Тогда топчане придумали нехитрую схему. Через деревню частенько ходили другие охотники за нечистью, лишая деревенских их заработка. Как же, болото их, а кто-то другой будет добывать с него деньги. Вдруг, именно эту нечисть они сами бы и добыли? Тогда деревенские стали вот так встречать и обирать вышедших из болота. Не всех, чтобы не заподозрили.

Трофеи, оружие, амулеты и прочие вещи шли в деревенскую копилку. Тела же относили в болото и там бросали, прикармливая нечисть и облегчая себе охоту. Возникшие вопросы по пропавшим объясняли просто – болото взяло своё. А вещи… так встал покойник, да к ограде вышел, вот и прибрали.

Топляки стали процветать. И проколов у деревенских до меня не было. С магами старались не связываться, благо, они все светили свои знаки, требуя уважения.

Я задумалась. Плохо, что промышляла вся деревня, «гостей» принимали по очереди. И все уже знали, что меня уже должны обработать. После того, что я узнала, живой уже не выпустят, а толпой и боевого мага запинают.

Взвесив все за и против, решила драть когти немедленно, благо ночь уже наступила, и деревня спала. Ворота на ночь запирались, но охранялись всего одним дежурным, больше полагающимся на сигнальный контур, чем на своё зрение.

Добавив хозяевам дома ещё немного обмоток из простыни, и подкрепив заклинаниями, я подхватила вещи и тихо вышла из дома. Заклинания продержатся минимум две меры. Сколько будут избавляться от моей упаковки не знаю, так что в запасе гарантированно чуть меньше половины диска. Надо успеть выйти из деревни и уйти как можно дальше, пока не поднимут тревогу. Если бы не Пончик, перебралась бы через забор, но пони по стенам лазать не умеет, и настолько высоко не прыгнет.

К счастью увели его в соседний сарай-конюшню, и искать его не пришлось. Поседлать минутное дело. По улице ехала, на всякий случай, под отводом глаз. Предосторожность оказалась не лишней, дежурный на воротах отошёл отлить и недоверчиво смотрел в нашу сторону. Отвод глаз – это не заклинание невидимости, когда скрытый предмет не виден. И не иллюзия, когда вместо предмета видят что-то другое. Он просто делает предмет незначимым в глазах смотрящего, и тот просто не обращает на него внимания. Из плюсов – этот эффект распространяется и на звуки, но лучше всё-таки не шуметь. Закончив процесс, дежурный ещё раз огляделся на место, где мы с Пончиком стояли, мотнул головой и скрылся в сторожке.

Сразу видно, и забор, и сторожку, и ворота ставили от проникновения извне, а не для препятствия выхода. Ворота из деревянного строения никак не просматривались, что позволило отодвинуть засов и приоткрыть створку как раз на такое расстояние, чтобы вывести пони наружу.

И тут мне захотелось пошалить и сбить с толку возможную погоню. Я вернулась назад и заперла ворота изнутри, словно никто не выходил. Забраться на двухметровый забор было легче, чем спрыгнуть, и, чуть хромая, я села на Пончика. Понятливая животинка сорвалась в галоп, стоило только ударить его по бокам пятками. И это при том, что я его в рысь поднимала крайне редко.

Следить, куда он несётся, мне было некогда, надо цепляться за всё подряд в надежде не свалиться на очередном скачке и, когда Пончик решил, что пробежал достаточно, я просто сползла на землю перевести дух и высказать всё, что думаю о галопе. До утра мы двигались по переменно то шагом, то рысью, и на большом перекрёстке я узнала, что погоню с толку явно сбила, так как ехала в другую сторону от города. Но, на всякий случай миновала ещё две деревни, обойдя их стороной, пока не вышла на хороший проезжий тракт.

На постоялом дворе перед съездом в очередное село с забавным названием Малые Висюки, узнала, что тракт столичный. Там же написала послание местным властям о беспределе в Топляках и задумалась о будущем.

Мысль эмигрировать В Эйгест уже не казалась столь привлекательной. Навязанная ранее Андином, она сейчас не выдерживала никакой критики. Здесь я уже легализовалась, и, пусть не имею ни кола, ни двора, ни постоянного заработка, там будет то же самое, только ещё смотреть будут, как на гастарбайтера. Выяснила у хозяина постоялого двора, что Висюки, несмотря на то, что Малые, приличная деревня. Можно сказать, райцентр. Поэтому в ней и отделение гильдии магов есть, и представительство Охотников. Про последних я не спрашивала, как-то трактирщик сам догадался или заметил браслет. Но останки вайрена и кое-какие другие трофеи с болота лучше придержать до конечного потребителя, а не скидывать посредникам в несколько раз дешевле.

Третье увиденное отделение гильдии мало отличалось от предыдущих. Такая же старая мебель, образцы заявлений над заляпанным чернилами столом и такой же скучающий маг, отрабатывающий трудовую повинность. Заявки я решила не брать. Возни много, толку – чуть. Один плюс – опыта наберёшься. Скучающий бытовик ничуть не расстроился от отказа поработать, зато поделился полезной информацией. Чем дальше на северо-восток, то есть ближе к Туманным горам и месту Великой Битвы Магов, тем больше всякой пакости в лесах водится. Но там же и крайне мало представительств гильдии. Вернее, оно там всего одно, в городе, что являлся главным и единственным городом герцогства. Ещё лет тридцать назад гильдия была представлена более полно, но глава поссорился с герцогом, и с тех пор они друг друга тихо ненавидят. Простым магом то только в радость, больно уж климат там суровый, зима целых три месяца! И ещё, говорят, там реки замерзают! Ну, и свободным странствующим магам вроде меня там тоже раздолье – конкуренции почти нет, а работы – море.

Вот так и вышло, что, облегчив кошелёк закупкой припасов в дорогу и сменой одежды, испорченной в болоте, я всё же двинулась на север. По тракту верхом путь займёт недели две-три, и Пончик бодро переставлял ноги по укатанной до каменного состояния дороге. Я сидела на нём, увлечённо читая книжку. Толстый роман о приключениях какого-то рыцаря во славу прекрасной дамы, явно был написан скучающей дамой для таких же дам и изобиловал многословием и такими перлами, что без слёз читать невозможно. Странице на десятой я порадовалась, что предпочла этот шедевр, а не какой-то трактат философских изысканий. Основным критерием выбора было соотношение цены и толщины. Романа должно хватить на пару недель, а то захваченный из лаборатории некромагов околонаучный труд уже подходил к концу, заканчивая свой жизненный путь наиболее подходящим такой бумаге способом.

Тракт был оживлённым и часто что в попутном, что во встречном направлении, встречались разнообразные путешественники. Пешие, конные, телеги, запряжённые всем чем можно, от лошадей до обычных волов. Один раз даже видела упряжную корову. Встречались и почтовые дилижансы, и серьёзные обозы с суровой охраной. Их предпочитала пропускать мимо, съехав на обочину.

Как-то ближе к вечеру меня обогнала карета. Ничего необычного, такие уже видела, похожа на пассажирскую повышенной комфортности. Необычно было то, что её сопровождало двое верховых. В добротной одежде, не доспехах, но близко к этому, с мечами на боку. Группа двигалась хорошей рысью, заранее окриками предупреждая остальных на тракте о своём приближении. Правильно, зашибут смерда – не жалко. А вот лошадь может ноги попортить, это уже проблема. Я усмехнулась, глядя им вслед. И тут есть вип-персоны с эскортом и блатными номерами, тьфу ты, с гербами на дверцах. Моих знаний хватило только понять, что это дворянский герб, а не знак гильдии, курьерской службы или ещё чего в том же духе. Карета с сопровождением вскоре скрылась за изгибом тракта, и я вернулась к прерванному чтению, совсем перестав следить за дорогой.

Примерно через половину диска я снова увидела их, но совсем в другом состоянии и виде. Карета стояла с распахнутой дверцей посреди дороги. Лошадь нервно переступала ногами и косилась на кучера, чьё тело полулежало на козлах, пронзённое длинной стрелой. Один из охранников лежал на земле у кареты в компании пары мужиков самого, что ни на есть, разбойного вида. Все трое были безнадёжно мертвы, как и ещё пара разбойников чуть поодаль. Пятый признаков жизни не подавал, но аура показывала, что он не ушёл к предкам, но очень близок к тому без помощи опытного целителя. Второй охранник, неловко действуя одной левой рукой, пытался перевязать голову солидному мужчине.

Судя по всему, бой закончился едва ли не только что. Разбойники выбрали хорошее место для нападения – здесь дорога шла немного вверх и огибала большой камень, заставляя проезжих сбавить скорость, и мешая заранее заметить опасность. Только с жертвой промахнулись, два охранника уложили всех пятерых и, держи они оружие наготове, могли бы обойтись только потерей кучера.

– Помощь нужна? – я чуть притормозила, но спешиваться и подходить близко не стала. Здесь лучше без озвученной просьбы или согласия не лезть, себе дороже, можно и крайним остаться. Охранник выкобениваться не стал, хотя весьма скептично на меня посмотрел.

– Перевязать сможешь? – он всё же решил принять помощь от случайного проезжего. Я утвердительно кивнула, и подошла к нему, взяв из седельной сумки походную аптечку.

– Сначала его, – охранник чуть посторонился, пропуская к мужчине. Ну, раз просят… Сам воин был серьёзно ранен в плечо, но целительский амулет, как я определила по изменениям в ауре, старался вовсю, так что он мог подождать.

Ранение мужчины выглядело ужасающим. Кровь заливала половину лица и стекала дальше на плечи. К тому же большой лоскут кожи обнажал череп, создавая впечатление, что человеку снесли часть головы. В реальности же всё было намного легче и безопасней. Удар то ли топором, то ли секирой, прошёл вскользь, только сорвав кожу. Массовое повреждение капилляров вызвало обильное кровотечение. Но, или от этого же удара, или от какого другого, мужчина получил ещё и сотрясение мозга. Вместе с болевым шоком всё это создавало впечатление, что он вот-вот присоединится к уже остывающим телам неподалёку.

Первая заповедь врача – не навреди. А у некромага она дополнена и уточнена одним словом – не навреди себе. И в продолжении «соблюдай чистоту». При работе с зачастую опасным трупным материалом гигиена выходила на первый план, поэтому различные стерилизующие заклинания за прошедшее время изучила неплохо.

Зеленоватая волна пробежала от локтей до кончиков пальцев, слегка покалывая кожу. Не хватало ещё занести в рану грязь и заразу сверх того, что там уже есть. Подготовившись, вновь повернулась к пациенту.

Целительский амулет работал и у него, так что мне оставалось только очистить рану и уложить содранную часть скальпа на место. Ну, и наладить обезболивающее и противошоковое заклинания. С сотрясением мозга надо разбираться чуть позже, чтобы не мешать амулету. Перевязывая голову чистым бинтом из аптечки, рассмотрела пациента.

Мужчина был в солидном возрасте, когда уже давно не молод, но и назвать пожилым язык не поворачивается. Первое впечатление о дворянском происхождении только усилилось при взгляде на лицо. Причём не лицо придворных прощелыг, что поколениями ничего тяжелее бокала с вином не держали, а оружие доставали только на дуэль. Этот больше походил, как лицом, так и телосложением, на сурового викинга, закалённого в боях.

Охранник был явно попроще родом, но тоже из знающих, с какой стороны держать меч. Когда я закончила с начальством и повернулась к нему, то он без разговоров и беспрекословно позволил снять с себя куртку и рубаху, обнажив крепкий торс. В глазах уже не было изначального недоверия, с которым он наблюдал за лечением господина. Видимо, уверенные движения и аккуратная повязка убедили его, что я имею отношение, если не к целительскому, то к лекарскому делу.

А вот у него ранение было серьёзней. Кольчужная подкладка куртки смягчила удар, иначе лежал бы сейчас рядом с напарником с прорубленным от плеча до грудины телом. Но всё же защита не абсолютная, и ключица оказалась сломана, а само плечо вывихнуто. По руке до локтя и по правой стороне тела расплывалась хорошая гематома. Это какую выдержку надо иметь и силу воли, чтобы при всём этом двигаться и не орать от боли!

Я порылась в аптечке и достала смертный корень. Назвали его так за способность снижать чувствительность почти до нуля. Естественное природное обезболивающее после определённой обработки позволяло проводить едва ли не любые манипуляции с пациентом, причиняя ему лишь небольшой дискомфорт. А смертный он потому, что надо тщательно соблюдать дозировку. В сыром виде он не так опасен, но, всё же тоже необходимо внимательно следить за состоянием принявшего.

Прикинув вес воина, я отрезала кусочек с фалангу пальца.

– Тщательно разжевать, но сам корень не глотать, слюну можно, – выдала инструкции с лекарством. – Перелом сложный, будет больно.

Понятливо кивнув, мужчина заработал челюстями. Опытный целитель или некромаг старой школы обошёлся бы одним заклинанием обезболивания, но у меня оно получалось недостаточно сильным и продолжительным, так что решила подстраховаться. Что делать, опыта нет, личи боли не чувствуют, а дан Ромас не позволял на себе тренироваться.

Следующую меру не отвлекалась ни на что. Вправила сустав и собирала кости в нормальное состояние тонкими невидимыми щупами-манипуляторами. Напряжённое, требующее большой концентрации действие. Подцепить осколок кости, повернуть и сдвинуть на правильное место, оставить удерживающий щуп, повторить со следующим осколком. И так, пока вся кость не собрана. После добавить ещё одно заклинание, фиксирующее конструкцию, другое, для регенерации тканей, и убрать манипуляторы. Окончательное действие – перевязать уже саму руку, ограничив подвижность, чтобы работа не пропала в пустую.

Такую операцию вслепую, без визуального контроля, только магическими средствами, делала впервые. Щупы-манипуляторы освоила зимой, когда Даркас решил всё же научить поднимать нежить, но из экспериментального материала нашёлся только старый скелет. Вот его кости я и складывала щупами, заодно подучив их строение и расположение.

– Всё, – я устало отодвинулась от пациента. – Рукой не двигать дней десять или до нормального целителя. Вам тоже целитель не помешает, – обратилась к пришедшему в себя дворянину, наблюдавшему за лечением. Как долго он это делал, не знаю.

– Знать бы, что им надо было, и кто послал, – воин выплюнул изжёванный в кашицу корень и неприязненно покосился на мёртвые тела.

– Так спроси, – я складывала на место вытащенные из аптечки не пригодившиеся предметы, и только махнула рукой в сторону. – Вон тот, в меховой жилетке, пока ещё жив. Надень на него лечилку товарища, пока не отошёл в иной мир. На пару долей разговора должно хватить, потом всё равно помрёт без помощи.

Воин сначала вопросительно посмотрел на господина, и только получив разрешение, заторопился сначала к погибшему товарищу снять целительский амулет, затем к указанному разбойнику. Я же обошла место битвы, обработать тела напавших. Простенькое плетение, и они самостоятельно не встанут. Мёртвого охранника и кучера не тронула, это люди господские, пусть они сами и решают, что с ними делать. Разбойников же хоронить явно никто не будет, вряд ли даже далеко от дороги оттащат. Заодно и уши погрела на кратком допросе.

– Погорельцы мы, – шептал пересохшим ртом разбойник. – Почти вся деревня весенним палом занялась. Подались кто куда. Работников никому не надо, своих ртов хватает. В закупы продаваться… Думали, немного денег возьмём, чтобы на год хватило отстроиться… – мужик судорожно вздохнул и замер уже окончательно. Воин забрал амулет и досадливо сплюнул. Понимаю, такие потери и проблемы от кучки недалёких деревенских мужиков. Готова поспорить, деревня тоже не просто так сгорела, наверняка сами не уследили за весенним палом сухой травы на полях.

Я оттащила Пончика от облюбованного им куста и упаковала аптечку на её обычное место. Что путешественники будут делать дальше, меня уже не касается. На вознаграждение я изначально не рассчитывала, предлагая помощь. Если сам предложил и оплату заранее не обговорил, то платить не обязаны. Спасибо сказали, и ладно.

– Подожди немного, – пока я возилась, подошёл дворянин и придержал Пончика за повод. – Я понимаю, у тебя свои планы. Предлагаю пять чеканов в день, пока не доберёмся до города.

Немного подумав, согласилась. Пять чеканов достаточно хорошая оплата, чтобы от неё отказываться.

– Похоронить бы… – неуверенно предложил охранник, остановившись у тела товарища.

– В первой же деревне, – согласился господин. – Жаль, до дома не довезём.

– Ну, почему же, можно попробовать, – я в этот момент пыталась снять кучера с козел. Получалось плохо, сидел он неудобно, и мне не хватало сил сдвинуть тело к краю скамьи.

– Вы знаете стазис? – очень заинтересованно поинтересовался дворянин. Перед глазами встала зубодробительная схема заклинания. Это уровень даже не магистра, а мастера.

– Не вытяну, – честно призналась. Мой уровень, несмотря на полученный знак, на мага не дотягивал. И оба лича тоже это признавали, выдавая на обучение очередное заклинание. Но мне стало приятно, что дворянин обратился на «вы», как принято к магу.

– Есть другой способ. Если их сильно охладить, то не испортятся.

Договорились, что пока только положим тела в багажный ларь позади кареты, а на ночёвке или уже утром, займусь заморозкой. Сейчас я слишком устала после лечения, к тому же долго задерживаться на дороге никто не хотел.

Лошадей и моего пони привязали к карете, оба раненых устроились внутри, а я заняла место кучера. Опыт новый, но управление не сложное. Лошадь только рада была покинуть страшное место, пахнущее кровью, и везла с хорошей скоростью. Но, то ли карету не зря сразу гнали, то ли на дороге провели слишком много времени, но уже начало темнеть, а признаков жилья впереди не наблюдалось. И редкие встречные тоже перестали попадаться.

Я спросила разрешения у нанимателя встать на ближайшей поляне со стражем-совой. Неизвестно, как далеко постоялый двор или другие приличные для ночёвки места. Дворянин не удивился, что до поселений не доехали, место глухое, и он изначально не надеялся добраться до жилья засветло.

Вскоре на поляне весело потрескивал костерок. Поговорить с нанимателем не получилось. За весь вечер перебросились едва ли парой фраз, слишком уж все устали за день. А ещё надо приготовить ужин, поухаживать за лошадьми, зарядить на ночь охранный тотем и начать охлаждение скорбного груза в багажном ларе. Когда я освободилась от всех этих забот, оба мужчины уже спали. Один в карете, другой рядом с ней. Я тоже завернулась в походный плащ и устроилась у костра, заснув почти сразу же.

– Как вас хоть зовут-то? – набрав каши из котелка рядом присел дворянин. Его охранник тоже сидел неподалёку и слушал разговор. По его лицу я поняла, что он никак не может определиться с моим статусом и, соответственно, как себя вести.

Я встала немного раньше и успела позавтракать, а теперь наносила на куски кожи с жилетки одного из разбойников, прихваченной накануне как раз для этого, линии печати. Я помню, как неодобрительно смотрел охранник на такой акт мародёрства. Нет, карманы он и сам проверил, но на грязную одежду не позарился. Думаю, разбойникам недолго лежать нетронутыми. Народ простой, прохожие быстро вещи приспособят.

– Эсме Ренато, – я представилась без приставки «дарра», положенной признанным магам. С получением медальона я могла уже ей пользоваться, но, по традиции, это была привилегия опытных и известных магов. Или из уважаемых специальностей вроде целителя. Ну, и самому представляться с приставками считалось неприличным.

– Можно узнать, что вы делаете? – мужчина указал на кожу, уже частично покрытую знаками.

– Печать охлаждающего заклинания, чтобы постоянно не открывать ларь, – я планировала ещё привязать длинный шнурок для подпитки заклинания. Накопителей у меня нет, а делать их долго и муторно. Подробности объяснять не стала, не маг не поймёт. Но мужчина что-то понял, слегка задумался, и задал следующий вопрос.

– Надеюсь, мы не помешали вашим планам? Всё так неожиданно обернулось.