Текст книги "Неклассический некромаг (СИ)"

Автор книги: Мария Двинская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 29 страниц)

От расследования меня отстранили, вернее, даже не привлекали, и о его результатах узнала уже потом, вместе с остальными обывателями. В нижнем провели масштабную облаву, заняв в ней почти всю стражу города, привлекли и магов, даже взяли боевиков со старших ступеней обучения. Поймали кучу всякой шушеры, что не удивительно, там едва ли не каждый третий в неладах с законом, арестовали с десяток преступников, давно бегающих от правосудия и трёх незарегистрированных магов, в их числе и искомого неаккуратного убийцу. Он, обладая некоторыми задатками к магии, не имел денег на Училище, и не горел желанием отрабатывать с десяток лет при бесплатном обучении. К тому же вполне резонно опасался, что сможет вытянуть только на некромага. Вместо того, чтобы оставить мечту об овладении магией, нашёл какой-то древний то ли трактат, то ли дневник мага и пытался повысить свой уровень за счёт других. Мне лич рассказывал про подобный ритуал усиления. Он числился в условно запретных и позволял временно улучшить силу и возможность управления магией, давая ощущение всемогущества. Но частое применение приводило к деградации собственных способностей и требовало всё больше жертв.

И опять даже спасибо за сигнал о маге не сказали. В этот раз я этому была рада. Нижний основательно взбаламутили облавой, пусть она и не привела к серьёзным последствиям, но виновного могли и наказать. С другой стороны, она подходила под стандартную чистку, регулярно проводимую городским управлением.

Ура! Экзамены, наконец, сданы полностью, да с отличием. Даже ненавистный этикет засчитали. Правда, после оплаты всех положенных сборов, денег осталось чуть больше нуля. Едва не пришлось просить лекаря выдать зарплату за месяц авансом. Вроде было много чего с собой, когда пришла в город, а всё разошлось куда-то быстро и незаметно. Обучение дорогое, одеваться тоже надо, книги копировать, и разными мелочами иногда хочется себя побаловать. Вот и остались у меня почти только то, с чем сюда попала, даже меч продала для оплаты последних экзаменов.

Зато теперь я дипломированный, официально признанный маг четвёртой ступени. Некромаг. Думаю, из-за специальности так легко экзамены и сдались. Типа, что взять с убогих, которые даже на бытовика не вытянули? В моём прежнем мире так к автотранспортникам относились. Принимали всех, кто смог написать заявление, и большинство предметов засчитывали едва ли не просто за факт появления на экзамене.

Вместо диплома магам выдавали вместо ученического жетона уже медальон мага, сантиметра три в диаметре. На одной стороне символ магов, на другой знак специальности. Удобно, пока не перевернёшь – маг и маг, а не позорный некромаг. Теперь осталась обязательная отработка на государство, и буду свободна, аки птица. Отработку тоже можно было купить, но деньги кончились не вовремя. Как-то они хитро высчитывали необходимый срок, исходя из времени первой регистрации студентом, специальностью и уровнем сдачи экзаменов. Чем дольше числился студентом и чем хуже сдавал, тем больше отрабатывать. У меня выходило около полугода работы, минимальный срок, меньше назначали только тем, кто сразу сдавал на диплом, минуя стадию обучения.

Я сидела в своей комнате и проверяла расчёты печати. Той самой, что красовалась у меня на руке и осложняла жизнь как показателем принадлежности к непрестижной профессии, так и своей незакрытостью. Последнее я уже могла исправить, поэтому проверяла всё перед этим важным шагом. Внизу хлопнула входная дверь, надо сказать слуге, чтобы слегка ослабил пружину, слишком тугая. К лекарю пришли посетители. Только не постоянные пациенты не придерживают дверь, остальные знают о её привычке громко хлопать, пугая даже собак на улице.

Стук в дверь меня удивил. Ко мне редко заходят гости, я бы сказала, никогда. Случись что-нибудь с пациентом, требующее моей помощи, лекарь бы вызвал специальным звонком или послал бы мальчишку-слугу. Я отложила тетрадь и открыла незапертую дверь. В узком коридоре стоял дан Ромас. Вполне здоровый, аккуратный, не запылившийся и не запыхавшийся. Значит, точно не срочное дело.

– Проходите, садитесь, – поздоровавшись, я посторонилась, пропуская мужчину в комнату. Сесть можно было только на стул или кровать. Ну, или на стол, на пол или подоконник, если те два варианта не устраивают. Дан Ромас выбрал стул. Сев, он с интересом покосился на тетрадь со схемами заклинаний и печатей.

– Занимаетесь и совершенствуете знания? Уважаю.

Я вежливо улыбнулась и убрала тетрадь со стола. Не люблю, когда другие смотрят, что я делаю, пусть даже не понимают. Ничуть не обидевшись, дан Ромас продолжил.

– Во-первых, поздравляю с окончанием Училища и получением знака мага.

– Спасибо, – и когда только узнал?

– А во-вторых, я пришёл сказать вам, что уезжаю из города. Меня посылают в Туманные горы для выяснения кое-каких проблем.

– Даже не знаю, радоваться за вас или же посочувствовать, – я и правда, не знала, что сказать. С одной стороны, вроде как повышение – из городского следователя стражи вести самостоятельное дело, это хорошо. С другой – Туманные горы, это весьма далёкая окраина, к тому же граничащая с проклятой долиной.

– Я тоже не знаю, – улыбнулся дан Ромас. – Собственно, я пришёл сказать, что вы едете со мной.

– С чего бы это? – без меня меня женили. В смысле, я ни на что не соглашалась и впервые слышу об этом.

– Я с утра зашёл в Училище, маг в сопровождении не помешает. И случайно узнал, что вы сдали экзамены, но практику не закрыли. Вот и попросил дать вас.

Вот ведь засада. По правилам Училища, если практика не закрыта, не оплачена или не предоставлено письмо о найме именно в качестве мага, контракт могло заключить Училище. И так столько раз и на такой срок, сколько потребуется, чтобы оплатить её прохождение. Но, какого чёрта, следователю понадобился некромаг? Других магов нет, что ли? Точно знаю, есть незакрытые практики по всем специальностям!

– Но почему я? Ведь есть другие, более опытные маги, к тому же за ту же цену, – стоимость найма «отработчиков» от Училища не зависела от того, кого из выпускников нанимают. Это уже свободные маги могли диктовать свои условия.

– Мне примерно тоже самое сказали в вашей канцелярии. Положа руку на сердце, могу сказать, что до того, как увидел вас в списках, готов был взять любого.

– И что помешало? – невежливый, но вполне оправданный вопрос. И просто любопытно.

– Вас я уже знаю, как ответственного умного человека, способного быстро принимать решения и нестандартно мыслящего. А с остальными даже не знаком. Так что, поедете со мной?

– Дайте контракт прочитать, – что отказываться не буду, это точно. Неустойку платить не хочу, она сразу долг перед Училищем удваивает.

Ничего необычного. Стандартный договор на мага сопровождения, к тому же без указания специальности. Обязательство дойти до места, оставаться с нанимателем до конца расследования, но не более полугода. Что приятно, одним этим контрактом даже без продления, смогу закрыть отработку.

– И когда выезжаем? – действие договора начиналось с момента ознакомления, если исполнитель не отказывался.

– Да хоть сейчас, – дан Ромас облегчённо улыбнулся. Видимо, всё-таки боялся отказа. Мало ли, может, мне помощником лекаря интересней, или нашла более выгодное место, но не успела уведомить Училище.

– Тогда мне нужно половина диска на сборы.

– А если выезжать завтра?

– Тогда две короны.

– Договорились, – дан Ромас положил на стол два блестящих серебряных кругляшка. – Завтра, через диск после рассвета у восходных ворот.

– Буду. Какие-нибудь условия и пожелания на то, чтобы взять с собой, есть? – я забрала деньги.

– Нет. Рассчитывайте на недели полторы-две дороги в одну сторону. Сколько в Пригорье проведём, ещё не знаю.

Остаток дня я провела в бегах по лавкам. Надо было приобрести хорошую одежду для путешествия. Мои берцы и, тем более, джинсы, приказали долго жить достаточно давно, а гардероб обновлялся в расчёте на жизнь в городе. Хорошо, что вместо того, чтобы выбросить старую обувь, я отнесла их сапожнику как образец и сейчас я имела высокие ботинки на шнуровке местного производства. Довольно быстро и недорого нашла походный котелок с миской из какого-то лёгкого металла, мыльно-рыльный набор и прочие мелочи, необходимые в походе. Пожалела, что рано распрощалась с нанимателем, надо было подробнее расспросить про дорогу, на чём будем добираться, где и как ночевать и тому подобное.

Тан Ласто, естественно, расстроился. Морально он был готов к тому, что после получения статуса мага, я могу в любой момент уйти, но всё равно надеялся, что я останусь, и буду продолжать работать на него. И надежды-то не безосновательны. Он знал мою специальность, и то, что некромагов крайне редко нанимают, так что вполне могла остаться работать в лечебнице, копить деньги на оплату отработки. Самому меня нанять он не мог, лечебница не располагала такими средствами и в маге не нуждалась.

Вещей набралось немного, всего лишь рюкзак с самым ценным и необходимым, и местный вещмешок с дополнительной сменой одежды, приличным, не походным костюмом и прочим, с чем не так жалко расстаться. Очень сомневаюсь, что дан Ромас попрётся пешком, возможно верховое путешествие, но, наиболее вероятно перемещение в почтовой карете или фургоне обоза.

Собрав всё и подготовившись к отъезду, я решила закончить начатое дело, которое прервал приход следователя. Последняя проверка расчётов и линий печати, и я приступила к переводу себя из учеников в маги. Памятуя о боли, что была при наложении печати, сразу применила обезболивающее заклинание. Левая рука перестала чувствоваться ниже локтя. Странное ощущение – двигать можно, а чем и куда – непонятно. В правую руку взяла «колдовское перо», на самом деле палочку-стилус, сильно сужающуюся к концу как карандаш. Несложные печати я уже могла накладывать сразу целиком, но с чем посерьёзней предпочитала перестраховаться, особенно в таком важном деле.

Работа заняла намного больше времени, чем я рассчитывала. Последние штрихи наносила уже наживую – наркоз закончился, а прерываться не рискнула. Прочувствовав боль от нанесения всего нескольких линий, я обрадовалась, что большую часть печати нарисовала под обезболивающим – казалось, что раскалённые иголки втыкаются исключительно в нервные окончания. Последний штрих, точка, и закрепить рисунок. Вливание силы сразу же унесло боль, оставив лишь покраснение и лёгкий зуд, как от комариных укусов. Печать на несколько секунд вспыхнула и погасла, изменив форму. Немного кривоватые линии выпрямились, внешняя окружность приняла правильную, идеальную форму, расположившись на одинаковом расстоянии от внутренней. Все мелкие огрехи исправились, что означало отсутствие серьёзных ошибок, иначе ничего не сработало бы. Сразу же навалилась усталость, перебившая даже радость и облегчение от закрытия печати. Я задула почти прогоревшую свечу и завалилась спать, с удивлением отметив, что до рассвета осталось всего лишь чуть более двух дисков, а начинала снятие ещё засветло.

Дан Ромас ожидал у западных ворот, стоя около открытой дверцы большого дилижанса. Пара впряжённых в него лошадей дремала вместе с кучером.

– Вы знаете, кто вас сопровождал? – спросил следователь вместо приветствия, когда я подошла к нему почти вплотную. Кучер при звуках голоса бодро соскочил с козел и, приняв у меня вещмешок, уложил его куда-то под заднее сидение. Хорошо, в дождь не промокнет.

– Ну да. Рихтер-почтарь, шестёрка и мальчик на побегушках какого-то из баронов нижнего города, – я посмотрела в проулок, откуда вышла, и где Рихтер отдал мешок, что нёс почти от самой лечебницы.

– А… – дан Ромас не нашёлся, что сказать.

Можно было и соврать, сказать, что взяла за пару менок носильщика, но такие представители криминалитета, как Рихтер, чурались «чистой» работы. Парнишка же метил в будущем подняться высоко и не хотел портить себе репутацию.

– И откуда вы его знаете? – следователь, наконец, сформулировал вопрос и помог забраться на высокую ступеньку дилижанса.

– Лечился он у нас как-то, вот и познакомились, – я устроилась на лавке, заняв место у окошка. Мужчина сел напротив. Мой ответ его вроде удовлетворил. Тем более, что перстень правды на это никак не отреагировал. Не солгала же. В лечебницу часто приходили представители банд после разборок. Часто их приносили товарищи. Официальных лекарей в нижнем не было, а какие были, не всегда могли справиться с проблемой. Так что на ранения разной степени тяжести и происхождения я насмотрелась. Как и на отбитые органы и раздробленные конечности. Любому врачу хирургу-травматологу подобная практика пойдёт на пользу.

Настоящую и полную правду говорить не стало. Ни к чему мне это. Когда начали поступать жертвы мага-самоучки, я послала письмо об этом дану Ромасу, но до этого были письма и просто в управу, и переговоры с местными смотрящими. Прекрасно понимая, что от такого заявления, если его воспримут всерьёз, будет облава, и что автора доноса вычислят быстро, я предпочла подстраховаться. Да, это было глупо и наивно, потом уже поняла, но и люд здесь простой и неискушённый. Так что, осознав серьёзность происходящего, я после пятого трупа и отписки из управы, пошла предупреждать смотрящих за районом. Нет, кто они, и где их искать, я не знаю до сих пор. Тогда просто подошла к выглядевшему наиболее сообразительно побирушке, что уже года два «работал» на рынке.

– Передай бригадиру, или кто за вами присматривает, что скоро в нижнем могут начаться проблемы со вставшими, и, соответственно, со стражей. Пусть передаст это дальше, кого касается. Подробности расскажу, если это заинтересует.

Повторив подобное ещё раза три с разными побирушками для верности, я спокойно ушла к себе. Сообщение заинтересовало и дошло до нужных людей весьма быстро, так что на следующее утро, стоило только выйти из дома, как меня вежливо попросили проследовать для разговора. Как обычно, задним умом сообразив, что подобное заявление не просто может, а будет воспринято как угроза на передел влияния, я струхнула. Всё время, пока с сопровождающими шли до места переговоров, я ругала себя, прощалась со здоровьем и жизнью и сожалела, что захотела решить проблему относительно мирно, а не через стражу города. И первые слова человека в нарочито дорогом камзоле только усилили подозрения.

– И это тот, кто запугивает моих рабочих? – с деланым удивлением спросил он, отрываясь от поглощения куриной ножки. Меня привели в таверну в квартале от условной границы нижнего города. Вполне приличное заведение обычно работало с обеда, но важному человеку двери открыты всегда.

– Никого я не запугиваю, предупредить хочу, – переволновавшись по дороге, сейчас несколько успокоилась. Сразу убивать уже не будут, начальство настроено на разговор.

– И о чём же? Мои люди ничего конкретного не сказали.

– В нижнем городе в ближайшее время может появиться большое количество умертвий, вставших самостоятельно, – не торопясь, подбирая слова, я начала рассказ о проблеме. – Это, в свою очередь, привлечёт внимание стражи. И они, как минимум, усилят патрули, возможно, проведут массовый поиск источника появления самоходок.

– И ты говоришь, что не угрожаешь?

– Конечно, нет, – я пожала плечами. – Я же не выдвигаю никаких требований, не прошу денег или ещё что. Я просто сообщаю о проблеме и возможных её последствиях.

– Хорошо. Допустим. А откуда такие сведения об умертвиях? – мужчина отложил обглоданную косточку на край тарелки.

– Я работаю в лечебнице в квартале отсюда.

Главный взглянул на одного из сопровождающих, тот кивнул, подтверждая мои слова.

– Две недели назад нам начали приносить тела, которые вскоре встали бы самостоятельно. Раньше таких было одно в месяц, сейчас за две недели пять набралось. И это только те, что нашли и принесли нам. Сколько принесли в две другие лечебницы, не знаю, и сколько ещё не нашли, тоже можно лишь догадываться. По некоторым особенностям я определила, что они не сами по себе «созрели», им кто-то помог. Первые должны встать дней через десять. Если ничего не делать, то тот, кто над ними экспериментировал, случайно или преднамеренно, наделает ещё кучу подобных. А оно надо?

– Хм… – мужчина задумался, круча в руках стакан с вином. – Предположим, я поверил. Но общественным порядком занимается стража. Почему не к ним?

– Им я сообщаю после каждого нового трупа, но в ответ получаю только отписки. Стража, пока не будет явной угрозы, то есть пока не появится достаточно вставших, может не заинтересоваться. А тогда будет поздно. К тому же стража груба в действиях и прямолинейно. Если они пойдут проверять, то я почти уверена, что это будет глобальной облавой. После такого многим захочется узнать, кому обязаны, и быстро придут ко мне, так как именно я сообщала о возможной проблеме. Ещё и обвинят, что это я поднимаю, вы ведь тоже так подумали? Мне этого не хочется. А вы, я имею в виду смотрящих за районом, заинтересованы в спокойствии на территории, и сможете найти, как ещё не найденные трупы, так и того, кто их создаёт. Вроде всё.

– Хм…, – главарь надолго задумался. Кажется, с предложением навести порядок раньше никто не приходил.

– Значит, вставать начнут через две недели?

– Примерно.

– Я подумаю над этим. Можешь идти.

Также с сопровождением, меня вернули на то же место, откуда «пригласили» на переговоры. Ну к чёрту! Уже больше трёх лет здесь, два из которых провела в городе, но всё равно мир иногда кажется нереальным. Там, в прежнем мире, мне и в голову вы не пришло иметь какие-либо дела с ночной властью города. А тут на геройство потянуло.

Не знаю, поверил ли мне главарь, но вскоре ко мне в подвал пришёл Рихтер и сообщил, что они нашли ещё несколько подходящих тел. И, что весьма меня удивило, передал просьбу отправить настоятельное письмо страже принять меры. Что-то у них там не срослось с соседней бандой, те отказались выдать или приструнить мага, который действовал на их территории. Таким образом, руками стражу через облаву, теневой мир нижнего города устроил небольшой передел. Это, кстати, явилось дополнительной причиной свалить из города. Хоть мне и обещали со своей стороны никаких последствий за письмо, но мало ли.

А когда в темпе искала снаряжение для путешествия, они же посоветовали лавку с дешёвым, но качественным товаром для тех, кого не сильно волнует его происхождение. Так и вышло, что о моём отъезде узнали быстро, и Рихтер проводил до ворот, чтобы никто залётный или из других банд не пристал.

Разумеется, дану Ромасу я всё это не рассказала. Ещё решит, что я неблагонадёжный элемент или вообще, член преступной группировки.

Дилижанс тронулся, едва мы заняли свои места. Возница не стал ждать ещё пассажиров, и гробине, рассчитанном на восьмерых, мы оказались вдвоём со следователем.

– Вы что, наняли целый дилижанс? – с удивлением спросила я у дона Ромаса. Конечно, не моё дело считать чужие деньги, но дешевле нанять обычную карету.

– Зачем нанимать? Я заказал дополнительный рейс. Они же по расписанию ходят. До Пригорска раз в десять дней. Если есть свободная почтовая карета, или дилижанс, как вы её назвали, то можно его заказать, – пояснил он на мой непонимающий взгляд. – Всё, как в обычном, только отправляется в нужный мне день. А так все остановки там же, могут подсесть пассажиры, почту погрузят. На редких маршрутах довольно выгодно. Подсядут, скорее всего, где-нибудь в Междуречье. Тогда станет несколько теснее. Кстати, у вас почти нет багажа, вы точно всё взяли? Я вам, вроде говорил, что поездка долгая.

– Не беспокойтесь, мне этого вполне хватит, – я улыбнулась от такого проявления заботы, вспомнив Андина. Всё, что нужно было мне, носила я. Лич же гордо вышагивал почти налегке, спасибо хоть брал на себя трофеи. Потому привыкла к минимализму в вещах. – Я не сторонник огромных гардеробов. К тому же едем работать. Между прочим, вы так и не сказали, в связи с чем едем в это Пригорье, и в чём заключается моя работа.

– О, моё упущение. Прошу простить. Дело в том, что начальство из столицы, вдохновлённое раскрытием нетипичных преступлений, я имею в виду поимку маньяка-убийцы и предотвращение проблем от нелицензированного мага, послало меня расследовать исчезновение детей в Пригорске. Пропадают уже третий месяц, ни похитителей, ни детей, ни их останки найти не могут, вот и выслали человека на расследование.

– А что, местный лендлорд не справился?

Насколько я знаю государственное устройство Карстена, на своей территории лендлорд сам назначает налоги сверх обязательных королевских, сам пишет законы, лишь бы не сильно отличались и не противоречили государственным, сам с преступлениями возится. Ну, не лично, конечно, но вызывать следователя из другого города станет только если совсем прижмёт.

– У Пригорска статус коронного города, они герцогу не подчиняются.

– Понятно. А что мне делать-то? Зачем вообще маг нужен?

– Согласно положению о службе сыска, в поездках и работе в другом месте, кроме основного места службы, инспектора-следователя должен сопровождать минимум один маг, специализацию которого определяет инспектор-следователь, согласно необходимости, – явно на память процитировал дан Ромас. Получается, я – балласт для галочки. Обидеться, что ли?

– Вас я взял из-за вашего нестандартного мышления и видения ситуации. Возможно, сможете помочь, ведь, если говорить откровенно, без вас те дела не закрыли бы так быстро, – следователь будто прочитал мои мысли. – Обычно у магов сопровождения одна задача – зарядка амулетов. Иногда требуется лечение. С этим вы, как я знаю, справляетесь.

Путешествие дилижансом походило на поездку туристическим автобусом, скрещённым с пригородной электричкой. Люди подсаживались, доезжали до своей остановки и выходили. Кто-то был налегке, кто-то с объёмным багажом, который привязывали на крышу, по периметру забранную решёткой для лучшей сохранности груза. Некоторые везли в корзинах домашнюю птицу или поросят, одна бабка даже привела с собой козу, причём смогла протащить её в салон. Несмотря на то, что рейс был внеплановый, свободных мест в дилижансе почти никогда не было. От остановки до остановки ехали по половине дня и скучающий люд постоянно общался, делился новостями и жрал. Реально, казалось, здесь работала магия плацкартных вагонов – стоило только дилижансу тронуться, как на пассажиров нападал жор. На свет появлялись копчения, соления, разнообразные бутерброды, варёные яйца и прочее, что берут с собой в дорогу, рассчитывая на быстрый перекус. От запахов часто уже несвежей еды, едва перебиваемых луковым и чесночным духом, начала болеть голова, не спасало даже место у открытого оконца – скорости движения не хватало на проветривание, а снаружи, как назло, почти всю дорогу царило безветрие. Помогло заклинание очистки воздуха, наложенное на шейный платок. Глядя на мучения дана Ромаса с той же проблемой, создала и ему дыхательную маску. Так мы и ехали, как два ковбоя на Диком Западе с платками на лице, уставившись в окно, чтобы избежать общения от говорливых попутчиков. Кажется, следователь сильно пожалел, что решил сэкономить и не снял обычную дорожную карету.

К тому же дороги, стоило только свернуть с наезженного тракта на более мелкие, сразу проявили себя во всей красе многочисленных ям. Примитивные рессоры не справлялись с нагрузкой, сидеть на жёстких лавках было сродни пытке, под зад подложили всё, что можно, и на каждой остановке выскакивали размять мышцы и тело. Первый день, глядя на узкие сиденья и толпу народа, набившуюся на последней остановке, гадала, как вся эта толпа будет ночевать, но этот вопрос оказался давно продуман. На ночь дилижанс останавливался на постоялых дворах, давая лошадям отдых, а людям возможность снять комнату или же спать вповалку в общем зале.

В пути мы почти не разговаривали. Мешали любопытные соседи и платки на лицах. На ночных остановках тоже обходились минимумом слов, быстро отужинав и отходя ко сну.

Наконец, одурев от скуки, пыли и тряски, мы после обеда прибыли в конечную точку – город Пригорск. Город представлял собой огромную разросшуюся деревню с обязательными курами и гусями вдоль утоптанных дорог, стадами коров, ежедневно прогоняемых по улицам сначала на пастбище, затем по домам. Некоторые так и паслись у заборов, жуя жвачку и презрительно смотря на прохожих. Двухэтажных зданий построили аж целых четыре, и все они расположились на центральной площади. Городская управа и Божий дом вполне мирно соседствовали с постоялым двором и борделем. Карстенцы не особо религиозны, но Божий дом ставят в каждом уважаемом себя поселении, выделяя почётные места покровителям основных местных ремёсел.

Уже обыденно сняв на постоялом дворе две раздельные комнаты, себе и мне, дан Ромас отправился в управу выяснять подробности дела, из-за которого его сюда вызвали. Мне же он предложил отдохнуть, расслабиться или погулять по городу, всё равно работы для меня пока нет.

Выполнив свой обязательный ритуал по изгнанию насекомых из номера, и заказав на вечер ванну, я пошла прогуляться. За время, проведённое в дилижансе, успела насидеться, и тело желало движения. Немного походя по широким улицам, огороженным с обеих сторон разнообразными заборчиками и палисадниками, на слух вышла к базарной площади. Вот где кипела жизнь, так это здесь. На центральную площадь через два перекрёстка от базара люди приходили по делам или на общегородское собрание. На базар же шли как поторговать, так и почесать языки. Я немного подходила, прицениваясь, но не покупала. Деньги после аванса ещё были, но оплата контракта почти вся должна уйти в Училище, и когда будет эта оплата, неизвестно. Скорее всего, я даже не увижу реальных денег, их сразу передадут из управы за найм.

Нагулявшись, через полтора диска вернулась на постоянный двор. Дан Ромас уже выяснил, что хотел, и сидел за столом в обеденной зале, нахмурившись изучая какие-то бумаги. Полупустой кувшин с местным вином и тарелка с куриными костями рядом сказали, что сидит он уже долго, и напомнили, что я с утра не ела.

– Можно? – я присела на лавку с другой стороны стола.

– Да, конечно, – несколько рассеянно ответил следователь и взмахом руки позвал подавальщицу. – Булочку, штуки три и… – он посмотрел на меня.

– Жаркое, – я заглянула в кувшин, оценивая, сколько в нём осталось.

– Кислятина, – прокомментировал дан Ромас.

– Тогда пива, – на обычный чай настроения не было. Подавальщица кивнула, принимая заказ, и убежала на кухню.

– Что-то не так? – в ожидании еды поинтересовалась у следователя, опять хмуро уткнувшегося в бумаги.

– Да, не сходится ничего. В письме указали, что пропало шестеро детей, предположили работорговцев. В управе сообщили, что с того времени ещё три ребёнка исчезло. Но работорговцы так не работают. Во-первых, сильно далеко от границы, куда их можно увести, но это не главное, угоняли и из столицы. Дети пропадают уже четвёртый месяц. Если бы их воровали на продажу, то схватили бы разом, сколько надо, а не ждали столько времени. Получается какой-нибудь маньяк, что меня совсем не радует.

– А что так? Маньяков, по идее, ловить легче. Тем более здесь, где народ не особо искушён в заметании следов.

– Легче, не легче… Пока его поймают, он может ещё кого-нибудь похитить. И ведь вопрос – для чего? С обычными душегубцами всё же понятно.

Дан Ромас допил вино, сгрёб бумаги в стопку и поднялся с лавки.

– Предлагаю перейти в номер, здесь не с руки такое дело обсуждать.

Мельком оглядевшись, пришлось признать его правоту. Несмотря на неурочный час для посещения таверны, людей было много, и они провожали нас, уходящих на второй этаж к номерам, разочарованными взглядами. Ну уж нет, хватит посторонним уши греть, и так подслушали достаточно.

– Дан Ромас, – пока шли по коридору, я решила прояснить один вопрос. – А раньше такие случаи бывали? Я имею в виду что-нибудь наподобие маньяков. Судя по вашей реакции ещё в тот раз, вы с ними не сталкивались.

– Не припомню, – следователь открыл большим ключам дверь в свою комнату и посторонился, пропуская меня вперёд. – Но, по правде говоря, я в страже правопорядка не так давно. К тому же отдельной службы для раскрытия преступлений в страже нет. Разве что королевская служба безопасности, но она занимается более серьёзными делами вроде заговоров против короны и шпионажа, – дан Ромас слегка нахмурился, будто разговор о безопасниках ему неприятен. – Давайте продолжим расследование здесь.

Он расстелил на столе план города. Примитивный донельзя, по нему можно разве сориентироваться, в какой стороне от города лес, а в какой речка. Некоторые важные дома представлены многоугольниками, остальные объединены в кварталы. Очень сомневаюсь, что все улицы здесь такие прямые, как на плане. Сама только что гуляла, видела, как не центральная дорога изгибалась, следуя изгибам ручья.

– Проблема в том, что нет точных мест, откуда исчезали дети. Они все в том возрасте, когда за ними перестают пристально следить. Четверо, предположительно, были на реке, – мужчина очертил карандашом неровный овал вокруг синей ленты за городской чертой. – Один ушёл за коровой на пастбище, – место было уже вне плана города, поэтому толстую линию провёл вдоль границы листа. – Про остальных в управе ничего не сказали.

– Утонули, заблудился, волки погрызли? – банальные предположения, но не я тут сыщик.

– Тел не нашли, – покачал головой дан Ромас. – Речка не очень глубокая, медленная, к тому же идёт через весь город, а тут, перед мостом, вроде ещё и решёткой перегорожена.

Нам на несколько мер пришлось отвлечься – служанка принесла еду. Когда ушли из общего зала, попросили принести заказ в комнату.

– И вот, смотрите, все известные пропали с северной стороны и вне города. Там уже в сотне шагов от последнего двора лес начинается. Идеальное место для похищений. Никто не увидит, и дети на реке близко играют. Только как они, или он, это делают? – дан Ромас вопросительно посмотрел на меня. А я откуда могу знать? Как минимум надо сходить на место, и там посмотреть. Потому ничего не ответила, занявшись ужином. Следователь продолжил рассказ. – Охотники те места по нескольку раз обошли, но следов не обнаружили. И по дороге никто с детьми не шёл, чтобы следов не оставить. По ней люди часто ходят, встречные бы видели.

Обсуждали долго. Все бумаги, полученные в управе, изучили вдоль и поперёк, но ни к чему так и не пришли. Решили с утра сходить на речку и дальше в лес, посмотреть на предполагаемые места преступлений своими глазами. Вернее, это дан Ромас будет смотреть, а я так, за компанию прогуляюсь.