Текст книги "Неклассический некромаг (СИ)"

Автор книги: Мария Двинская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 29 страниц)

Лестница в торце галереи ожидаемо вела вниз, но только на один уровень. Либо лаборатория всего из двух этажей, либо архитектор – извращенец, не знающий слово «удобство».

Сразу у лестницы на небольшую площадку справа выходил коридор. Длинный, слегка поднимающийся вверх. Наверно, тот самый, что с первого этажа уходил из холла вниз. Буду возвращаться, проверю. А слева в стене широкая дверь. Здесь уже чувствовалось наличие магии. Если сверху она была разве что в кладовке при алхимичке, то тут плетение висело на двери. Несерьёзное, даже не сигналка, а так, аналог автодоводчика и фотоэлемента. Подошёл, запустил особый импульс в управляющую плитку, дверь и раскрылась. Хотя сейчас плитка выглядела так, будто её огнемётом обработали, а дверь вскрывали ломом, и теперь она навеки застыла в распахнутом положении.

За дверью была кухня. Разделочные столы, посуда, по стенке проложен канал с водой. В центре огромная печь-плита. Чувствуется, что на магии здесь не экономили, плита исключительно магическая, не дровяная или угольная. А почему бы и нет? Удобно, с вытяжкой возиться не надо, топливо возить не надо, а магии здесь – завались, всё в розовом тумане, пришлось даже перенастраивать зрение. Где-то недалеко сильный источник, вот от него и «запитались» древние имперские маги. Странно только, что с таким фоном тут за много лет нечисть не завелась. Наверно, кроме магической энергии им ещё что-то надо. Какое-нибудь тело, например. Или объект для вселения и преобразования.

На кухню я заходить не стала. Маловероятно, что ценные сосуды со смертью двух Кащеев поставят на полку между перцем и солью. Если не найду дальше, то вернусь и обыщу, а пока лень тратить время.

На втором уровне наличие предыдущих поисковиков было намного заметней, чем на первом. И уже в нескольких шагах от лестницы лежал толстый намёк на то, что дальнейший проход будет опасным. Коридор перегораживала решётка, в обычном положении закреплённая на полотке. Но кто-то активировал систему безопасности, и решётка опустилась. Примитивная система на шарнире – с одной стороны крепится, с другой что-то вроде защёлки, и работает как дверца для животных, только в одну сторону. Если идти вглубь уровня, то достаточно толкать её от себя. Обратно же надо тянуть, поднимая вверх. От тупых умертвий и большинства животных больше, чем достаточно.

И вот, под этой решёткой лежал труп. Сбежать от своего убийцы ему не хватило совсем немного. Но и тот ненадолго пережил жертву – заклинание против нежити сделало своё дело. По крайней мере, хотелось бы верить, что это сработало заклинание, чьи нити висели поперёк коридора. Оба тела выглядели слишком старыми и повреждёнными, чтобы с уверенностью сказать, был ли кто из них уже мёртв, когда окончательно остался у решётки. А, может, и оба были живы и сбегали от чего-то, но дальше решётки не ушли. И, если первый ещё пытался её поднять, то второй даже не дотронулся. По одежде оба примерно из одного времени, так что возможен как вариант неудачного выхода у обоих, так и «озомбивание» одного с преследованием второго, особенно, если между их заходами прошло не сильно много времени.

Дальше шла с осторожностью. Имперцы не брезговали механикой, и при активном режиме защиты можно было получить стрелу в бок, наступив не на тот камень, или, что вероятней, провалиться в аналог волчьей ямы, что был в секретном проходе сторожевой башни Крайи. Здесь яма была уже использована и темнела провалом сразу напротив одной из дверей. Тел в ней не увидела, как и смертоносных приспособлений для упавших в неё. Просто ловушка для выбравшейся на свободу нежити, которую лучше взять целой и невредимой, а не портить образец. То заклинание у решётки тоже ведь не сразу упокаивало, а давало время рабочим лаборатории принять меры к ослабленному беглецу.

Помещение за ямой предназначалось для содержания крупных животных, их умертвий и химер. Такие выводы просто напрашивались при виде больших клеток с толстыми прутьями, способными удержать тигра. Про химер говорили останки существа в одной из клеток, будто состоящего из разных частей, эволюционно малосовместимых. Выглядело оно так, будто ослу пришили собачью голову, а вместо хвоста воткнули змею.

А в зале напротив эту операцию и проводили. Стеллажи по стенам, в середине каменная тумба-стол с ремнями и фиксаторами и по полу углубления от центра к стенам для стока жидкостей. Брр… неприятное место. Похоже на препараторскую или анатомичку, если бы не фиксаторы на столе и каталках у стены.

Следующая комната тоже с клетками, только небольшими. Для собак, кошек, крупных птиц. Почти во всех лежала какая-нибудь тушка. Эвакуацию лаборатории, видимо, объявили временной или экстренной, и животных не стали вывозить. Несчастные создания передохли от голода.

Последняя дверь в торце коридора заставила проявить осторожность. Подход к ней находился под охраной нескольких заклинаний, довольно варварским образом сорванных. Всего-то надо было влить немного энергии в управляющие символы на стенах, но неизвестные пошли напролом, разбивая точки креплений заклинаний к стенам. И ведь табличка висит с инструкцией, но кто их читает? Вынужденно потратила немного времени для уборки «ошмёток». Кто знает, как сработает поломанное заклинание, в которое продолжает вливаться сила?

В конце ещё одного защитного тамбура длиной шагов в пять, встречала наполовину открытая дверь. С ней тоже поработал вандал, хотя она изначально была простой, без заклинаний. Теперь она перекошено висела на одной петле. На стене около неё и на самой створке надпись большими буквами гласила о запрете применять внутри помещения магию выше одного пламени.

Осторожно обойдя дверь, я остановилась у порога. Напротив входа на стене прямо под тусклым светильником висел, можно сказать, транспарант «Внимание Сеть Мамбара! Не применять заклинания выше одного пламени!»

Судя по всему, эта самая сеть никуда не делась и, в отличие от потускневших со временем светильников, мало деградировала. Равномерная решётка нитей заклинания заполняла всё помещение от пола до потолка, оставляя лишь коридор вдоль стены от входа до надписи. Светильники тоже висели только на этой стене. Вдоль другой стены плотно располагались клетки-камеры, также не попавшие в действие сети. Тусклый свет не давал рассмотреть подробности, но мне показалось, что около клеток лежит два или три трупа. Что находилось в клетках, рассмотреть, стоя у входа, не получалось. Подойти бы поближе, да предупреждение смущает. Не стали бы его повторять целых три раза, будь оно формальным.

– Пламя… пламя… что-то знакомое, – я прошла по свободной части помещения, вглядываясь в нити силы. Серьёзная штука, её структуру очень долго разбирать для противодействия. А снять силой тоже не быстро – узловые и ключевые элементы вмонтированы в стены. Значит, эта сеть является элементом, созданным ещё при строительстве лаборатории. Судя по надписи, колдовать в зоне действия сети опасно, получается, в клетках-камерах содержались маги. Вот только вспомнить бы, что за пламя такое.

– Точно! Это количество энергии, требуемое для создания огня. Меньше этого только искры.

Андин в само начале обучения об этом говорил. Точность в дозировке силы тогда не требовалась, поэтому внимание не заостряли, а современные маги над этим и не заморачиваются – льют на глазок. Не сработало заклинание, значит, мало силы использовали. Сработало – хорошо, а излишки в спецэффекты уйдут. Это имперские маги точность любили.

Прикинув размер силы пламени, я взгрустнула. Это, несмотря на название, даст света меньше свечи. Или секунд двадцать истинного зрения. Ночного и того меньше. Хорошо, если хватит на три секунды. И ведь ещё надо контролировать, чтобы не влить больше. Ну и ладно, у меня ведь есть самый обычный, не магический фонарь. Истинное зрение всегда со мной, а активных амулетов и наложенных заклинаний нет. Хоть про них в предупреждении не упоминалось, но чем чёрт ни шутит?

Фонарь зажгла такой же обычной, не магической зажигалкой, зачем рисковать возле этой сети? Внутрь вступала осторожно, прислушиваясь к себе и всматриваясь в сеть заклинания в поисках изменений. Никаких ощущений. Не будь предупреждения и видимых нитей, не заметила бы.

Тел действительно было три. Два лежали на полу в относительно целом виде, если не считать обуглившиеся линии, соответствующие положению нитей сети Мамбара. Третье тело в разобранном виде кучей обглоданных костей обнаружилось в клетке рядом с какой-то высохшей мумией, похоже, умершей от голода.

Осмотрев каждое тело, и не найдя нужных сосудов, составила примерную картину произошедшего.

Съеденный подошёл слишком близко к камере, тот, что был внутри как-то его напугал, вынудив что-нибудь сколдовать, сеть отреагировала, и трупик остался на поругание заключённого. Тот не растерялся, не побрезговал человечиной, растянув существование ещё на несколько лет. Я где-то читала, что раньше некоторые маги знали технику, позволяющую существовать без еды, исключительно на магической энергии, подобно ненавидимой нечисти. Здесь камеры частично отделаны вулканитом, значительно ограничивающим доступ силы, так что обитатель только отодвинул голодную смерть.

Второй труп лежал, просунув руку через решётку, будто пытался что-то достать из клетки. Наверно, забылся и использовал какой-нибудь телекинез.

Третий пришёл уже при потускневших светильниках. Тут и мне не комфортно и темновато, а для местных, у которых из-за Дороги богов ночью всегда светлее, чем с безоблачное полнолуние, даже такой полумрак – это ужас. Удивляюсь, как они вообще первый коридор прошли. Вот он, думается мне, создал световой шарик. Что ещё может сделать человек, стоя в пустой тёмной комнате возле чего-то интересного? Хотя, мог испугаться темноты и атаковать привидевшиеся тени. Ночное зрение у местных весьма слабое.

Камеры открывались откуда-то с другого места, поэтому просто зайти и взять заинтересовавший второго покойника предмет, не представлялось возможным до полного изучения всего подземелья. Но через некоторое время, с помощью верёвки, связанной из кусков одежды незадачливых предыдущих искателей, и привязанному к ней кривому ножу, взятому из вивисекторской, этот предмет оказался у меня в руках. Не спорю, ценная ведь, кинжал с инкрустированным в рукоять драгоценным камнем. Не для ежедневного использования, да и сам металл кинжала плохой, даже в этом относительно сухом вентилируемом помещении лезвие покрылось пятнами ржавчины. Ценен камень как сам по себе, так и в его оправе, позволяющей фокусировать силу в лезвии.

Кинжал я прибрала себе. Мародёрствовать в лаборатории почему-то не хотелось, поэтому все тела, что встречала, обыскивала только на предмет сосудов личей. Здесь их тоже не было, последним не осмотренным местом оставалась кухня, но и там испытала разочарование. Зато нашёлся ответ на вопрос, почему так мало тел, всего пятеро, хотя на поиски отправлялось много больше, и они не вернулись. В углу кухни в пол вмонтировали решётку, под которой бежал, весело журча, подземный поток. Наверно, из него выше по течению брали воду, что текла по жёлобу в стене, а сюда бросали отходы. Сейчас прутья, частично погнутые, частично выломанные, открывали большую дыру, куда без особых проблем пролез бы мужчина среднего телосложения. Наверно, посланные за сосудами маги сгребли всё более-менее ценное, и, посмеявшись над личами, решили выбраться через подземную реку. Отчаянные и самоуверенные люди. Прыгнуть в ледяной поток (я, стоя у решётки ощущала его холод), не зная, куда он течёт и есть ли у него воздушные карманы, дано не каждому. Наложенные заклинания бегучая вода быстро смоет, значит, согреваться, освещать дорогу и дышать надо самостоятельно, либо тратя нереальное количество энергии на поддержание. И, судя по тому, что слухов про лабораторию магов в этом районе не ходило, либо наружу никто так и не смог выбраться, либо все выжившие умели держать язык за зубами и не пытались вернуться с подкреплением за новыми трофеями.

Таким массовым побегом можно объяснить и крайне бедную алхимическую комнату – все ценные ингредиенты и посуду просто подчистую выгребли, обнаружив возможность незаметного выхода. И трупы тоже обыскали, иначе при них остались бы амулеты, драгоценности и оружие. Ведь всё, что я нашла – кинжал, и тот увидела только из-за фонаря и лучшего ночного зрения. А от искомые сосуды либо где-то хорошо спрятаны, либо утонули в подземном потоке совсем недалеко. Личи хором утверждали, что чувствуют их близкое присутствие.

После инцидента с нежитью в большом зале, тщательно проверила все трупы. Вдруг, тоже решат встать. Но нет, эти, как и животные, всё же умерли. Поднять можно, но сами не встанут.

Двери на втором этаже кончились, прохода дальше не нашлось, пора возвращаться с докладом. В холле меня ждал сюрприз. Хороший такой, тонны на полторы минимум. Дверь не захотела оставаться в открытом положении и захлопнулась. Но с этой стороны, на том месте, где снаружи было колесо подъёмника, стояла стена.

Я устало села у двери и привалилась спиной к косяку. Безногий труп рядом издевательски скалил зубы. Ну уж нет, помирать здесь не собираюсь. Воды в достатке, еды нет, но пару дней продержусь. Долбить стену не стану, крепкая, быстро не разломать. Стучать в дверь и кричать бесполезно. Даже если и услышат, прийти на помощь никто не сможет. Лезть в ледяной ручей тоже нет никакого желания. Ну не может быть, чтобы древние маги не предусмотрели поломку запорного механизма или возможность открытия двери изнутри!

За день так натопалась по подземелью, что голова совсем перестала соображать. Тусклый свет едва разгонял мрак, и казалось, что из чернеющего зева тоннеля, ведущего со второго этажа, вот-вот, да и выйдет какая-нибудь пакость. Вроде, со всем должна справиться, не магией, так холодным железом – буквально навязанный перед заходом в лабораторию меч до сих пор висел на поясе. Но стало тревожно, получив время на подумать, мозг, вместо решения проблемы поиска выхода, начал генерировать страшилки.

Чтобы не дать им разрастись и перебить дурные фантазии, я создала с десяток световых шаров, и они равномерно и ярко осветили холл. Как будет время, надо поискать у них настройки спектра, очень уж он сейчас белый, сдвинуть бы ближе к естественному желтоватому.

При хорошем свете тёмный тоннель перестал пугать, а в самом холле я увидела ранее не замеченные элементы. Вернее, я их видела, но не придала значения. Две арки в прилегающих ко входу стенах в потёмках казались декоративными. Теперь я засомневалась в этом.

Во-первых, ни в одном помещении лаборатории я не увидела украшательств. Ни цветков в горшках, ни рисунков на стенах. Не считать же таковыми предупреждающий о сети Мамбара транспарант и плакаты по технике безопасности в стиле раннего СССР. «Не пробуй ингредиенты на вкус!» – призывало искажённое лицо, из рта которого вытекала зелёная слизь. «Не суй руки в клетки!» – плоский человек зажимал обрубок руки, а саму конечность, нежно улыбаясь, облизывала какая-то химера в клетке.

Во-вторых, к декоративным аркам не должны быть протоптаны тропинки. При свете они стали заметны на каменном полу чуть более гладкими полосками.

Я выбрала ту, что показалась более посещаемой, то есть, левую. Обидно будет, если это отхожие места, ведь их тоже, почему-то ни на первом, ни на втором этаже не нашла. Надо потом ещё раз всё обойти при хорошем освещении.

Дверь запиралась на кодовый замок. На левом косяке арки аккуратно вырезанные восемь первых символа имперского алфавита так и жаждали, чтобы до них дотронулись. К сожалению, сам механизм и магическое плетение замка скрыты за непроницаемой пластиной от слишком умных. Но не похоже, чтобы тут была ловушка. Последовательно, делая паузы после каждой попытки, нажала на символы. После третьего что-то внутри что-то щёлкнуло, но ничего не изменилось. Эксперименты показали, что щёлкает после любых трёх нажатий на разные символы. Что ж, с неповторяющимися тремя символами вариантов кода стало меньше. Можно тупо перебрать их все, а можно вспомнить старые домофоны. Не думаю, что код часто и регулярно меняли.

Так и есть. Пристальный осмотр выявил три символа, отличающиеся от остальных чуть большей потёртостью. Замок снова щёлкнул, но на этот раз дверь рывком сдвинулась в сторону, открыв узкую щель между собой и косяком. Приложив некоторые усилия, я полностью открыла дверь и подпёрла её одолженным у трупа мечом. Ему он ни к чему, а рисковать остаться замурованной внутри чего-то, если дверь, как и входная, внезапно закроется, я не хотела.

Первой мыслью, когда перешагнула порог, было «кажется, мне повезло». Но она быстро сменилась на «рано радуешься», стоило только присмотреться внимательней. Да, это был склад с плотными рядами высоких стеллажей, которые явно не пустовали. Однако, кто-то уже успел скинуть содержимое нескольких полок, не заботясь о его сохранности. Осмотрев первые ряды, я поняла причину, побудившую моих предшественников, кто смог сюда зайти, устроить погром.

Ожидаемых на складе магической лаборатории артефактов, ценных книг, драгоценных камней, из которых делают накопители, здесь, кажется, не было. Вместо них в больших коробках лежала другая ценность – бумаги исследований. Дневники экспериментов, отчёты, теоретические выкладки и прочее, что неизменно накапливается в любой научной организации в больших количествах. В некоторых коробках лежали экспериментальные образцы или результаты работы, почему-то убранные в архив.

Посланным за конкретной вещью, и жаждущим наживы искателям, эти бумаги не представляли ценности. Мне, хоть и было любопытно, но, в свете сложившейся ситуации, я не стала хватать всё подряд, а прошла по складу, читая таблички на стеллажах. Вот открою выход, тогда займусь этим подробнее.

Таблички, написанные на имперском и прибитые к первому стеллажу в ряду, показали, что в этой лаборатории изучали очень много направлений, но большинство – какие-то теоретические изыскания ради изысканий. Целый ряд был выделен под квалификационные работы. Ради интереса прошла по нему. Хоть ряд всего один, но работы представлены книгами, а не коробками с бумагами, поэтому вмещал больше «нетленок».

Наугад взяла одну. «Различия в самовставшей нежити первого класса в зависимости от сословной принадлежности исходного объекта», – гласило название. Внутри какие-то схемы, таблицы, длинные рассуждения мелким убористым почерком. И вывод в конце – в целом, различия не от сословия, а от физического состояния тела, которое, в свою очередь, зависит от сословия.

Другой трактат даже назывался в стиле «Влияние трансатлантического авиаперелёта на половую активность тушканчиков Средней Азии». Над ещё двумя смеялась почти в голос, вспомнив шутки про научные перефразировки пословиц вроде «проблемы транспортировки жидкостей в сосудах с переменной структурой плотности», а если по-простому – «носить воду в решете». Трактаты оказались весьма банальными исследованиями, вполне соответствующими названиям.

Порадовала, правда, одна книжка. Похоже, прототип учебника. Содержание весьма заинтересовало, особенно учитывая, что конкретно это направление я совсем не знаю, даром, что дипломированный, к тому же полный маг-некромаг:

– отчего иногда шевелятся покойники

– как заставить двигаться отрезанную у мертвеца руку

– смерть наступает не сразу

– жизнь отрезанных человеческих пальцев

– жизнь вырезанных из тела кусочков

– жизнь сердца, вырезанного у животного

– оживление человеческого сердца

– оживление отрезанной у животного головы

– оживление трупов.

Звучит, как план обучения начинающих некромагов, чья специализация – поднятие нежити. Читать сразу не стала, пролистала по-быстрому. Вроде, не одна трепология, а даже какие-то плетения есть.

Книжку я прихватила с собой и честно дошла до последних рядов стеллажей. Проверять все коробки замучаюсь, и не успею и за неделю. Зато уверилась, что других выходов из архива нет.

Зря я переживала, что дверь закроется. Всё время, что я провела в архиве, она и не шелохнулась. Забрав подпорку, оставила дверь открытой.

Арка напротив тоже была дверью и оснащена таким же кодовым замком, открывшимся не менее легко. Казалось, как один раз установили код, так ни разу его не меняли. А вот содержимое помещения разительно отличалось. На ум пришло слово «диспетчерская». На одной стене под табличками «яма», «нечисть 1», «нечисть 2» и т. д. тускло светились маленькие световые шарики. Горела примерно половина из них. Под другими табличками тоже видны плетения, привязанные к небольшим артефактам. Сигнальная нить от них уходила куда-то в стену. Наверно, второй конец зацеплен за соответствующие клетки и защитные заклинания.

Вторая стена полностью посвящена самому защищённому залу с сетью Мамбара. Здесь даже обустроили наблюдение – большие оконца от пола примерно до пояса позволяли видеть всё, происходящее в зале. Исключение составляла узкая полоска вдоль самой стены, куда защитная сеть не доставала. Но, если подойти к оконцам вплотную, то и этот коридорчик безопасности тоже просматривался. Из-за недостаточного освещения я не заметила в зале этих окошек под потолком, когда осматривала нижний этаж пару дисков назад.

Но наиболее приятное для меня находилось на третьей стене, обращённой к выходу из лаборатории. Поднимающий входную дверь механизм здесь ничего не скрывало. Сам стопор, вырезанный из камня, был цел, но время не пощадило металлические части, поэтому стопор срывался, заставляя дверь падать в самые неожиданные моменты.

Убедившись, что гарантированно удержать дверь я не могу, занялась изучением пульта управлением входной защиты. С этой стороны плетения тоже не скрывали, но они были весьма сложными для понимания, а никаких кнопок или рычагов для их активации, похоже, не предусмотрено.

Усталый мозг отказывался быстро и качественно работать. Несколько раз ловила себя на том, что тупо, без единой мысли, пялюсь на какой-нибудь кусок плетения, или по кругу разбираю его соединения. Сколько же времени прошло, как я тут брожу? Часов, тем более носимых, здесь не использовали. Зачем, если всегда можно посмотреть на небо.

Наконец, определила, к каким частям охранной системы надо подать энергию для её отключения. Надеюсь, что не ошиблась, и задерживающее поле и противо-нечистевое плетение в коридоре отключилось, я села на пол и опёрлась спиной о стену. Ожидая, успела задремать, но сразу же проснулась, стоило только услышать шум поднимаемой двери.

Все трое мужчин дежурили у выхода, и сразу заметили исчезновение барьера. Потребовалось совсем немного времени, чтобы пройти внутрь и разобраться с каменной дверью. Как оказалось, я провела в подземелье чуть более суток. Намного дольше личи, как дети, радовались получению доступа в лабораторию. Их сосуды нашлись в архиве в одной из коробок, но в подробности меня не посветили. Всё, что узнала, это то, что там были не только два их сосуда, но ещё четыре от не переживших ритуал магов, и один, принадлежащий заключённому за сетью Мамбара.

* * *

Личи пропадали в лаборатории целыми днями. На вопросы, чем они занимаются, и не нужна ли помощь, только отмахивались, торопясь вернуться к своим экспериментам. На улице до сих пор стояла зима, хотя снег уже начал таять, делая и ранее плохо проходимые тропы совсем непригодными для передвижения. Хорошо хоть провизией озаботились заранее, а Пончика так ещё осенью поставили на постой в одной из близлежащих деревень. Даркас иногда оказывал им магические услуги, а крестьяне расплачивались, чем могли.

Скуку убивала тренировками с даном Ромасом. Он давно махнул рукой на попытку сделать из меня воина, но упорно улучшал мою физическую форму, не забывая про меч. Кроме тренировок, много времени проводила в архиве.

Большинство исследований и записей представляли интерес только как образцы почерка и примеры формальных фраз и формулировок, но всё же находились и интересные работы, из которых я разжилась несколькими заклинаниями.

Как-то сидела в закутке между стеллажами и изучала очередной опус, когда в архив зашли оба лича. Меня они не заметили, сразу направившись в секцию по экспериментам. До меня донеслись обрывки разговора.

– Когда ритуал?

– На переломе. Лучшее время для Чёрной звезды.

– Мне будет её не хватать.

– Мне тоже. Успел привыкнуть. Но, сам знаешь, без жертвы никак.

– Знаю, – вздох. – Значит, судьба у неё такая, появиться в мире, чтобы стать жертвой в ритуале.

Личи прошли дальше, и голоса стали совсем неразборчивы. Но скоро они вернулись, неся в руках объёмные коробки. Я замерла, боясь даже дышать, чтобы случайно не привлечь внимание.

– Ты Эсме скажешь?

– Когда всё подготовлю.

– Рискуешь. Мало ли, что ей в голову взбредёт.

– Вот потому и не хочу говорить заранее. Да, ведь ты и сам знаешь, что её согласие не обязательно.

Они ушли, а я осталась одна, обдумывая услышанное. На переломе, то есть, в день равноденствия, личи хотят провести ритуал с жертвой. И жертва, судя по разговору, женского полу, а таких здесь только я. И мне они не собираются ничего говорить, пока не приготовятся к тому, на что моё согласие не требуется. Вывод? Надо бежать. До перелома ещё три недели, две из них посвящу сборам и поиску информации о ритуале, вдруг, всё не так серьёзно, как придумываю. Как там его назвали? Чёрная звезда? Жаль, думала, что личи – приличные люди, а они…

За неделю до перелома я, оставив прощальное письмо дану Ромасу, где объясняла причины ухода, ещё до рассвета ушла в туман. До этого упорно пыталась ненавязчиво разговорить личей, узнать, что за ритуал готовят, но они упорно отмахивались и отмалчивались.

Забрав в деревне Пончика и докупив еды, вышла на дорогу в южной стороне. Немного прошла по ней и свернула в лес. Меня точно будут искать, так пусть ищут в той стороне, где ближе всего к поселениям. А я сделаю дугу в восточную сторону и уйду на север. Хорошо, зима только-только закончилась, и можно пройти краем болота, оно как раз попадётся по дороге. Поэтому я совсем не обеспокоилась, когда под ногами Пончика всё чаще стала хлюпать вода, а густой лес сменился редколесьем. Только взяла чуть северней, ведь, судя по рассказам и картам, болото простиралось на восток.

Ошибку поняла не сразу, а день на третий, когда редкие деревья стали походить на жалкую пародию на самих себя. Кривые, низкие и тонкие, они заваливались в разные стороны. На многих, особенно елях, густой бородой висел белесо-зелёный лишайник. Куда идти я уже не представляла. За столетия, что прошли после составления примитивных карт, болото разрослось и изменило своё положение. Дорога Богов тоже не могла помочь – густой туман умудрился скрыть этот небесный ориентир. Собственно, из-за этого и заволновалось, когда прошло довольно много времени, и в чуть рассеявшемся тумане внезапно обнаружила, что иду на запад, а не на север.

Посоветовавшись с Пончиком, решила, что раз уж забралась в болото, то стоит продолжать движение на запад. Всё же болото по всем картам и рассказам, формой походило на банан, вытянутый в северо-южном направлении, так что быстрее его пересечь на запад, чем идти вдоль его длинной стороны.

Карты и рассказы умолчали о его ширине и сложности передвижения. Хорошо, если за день удавалось пройти меры четыре, по-нашему, чуть меньше пяти километров. Я шла впереди, шестом проверяя тропу перед собой. Сзади вздыхал и фыркал Пончик. Часто, когда путь впереди вызывал опасения в надёжности, применяла заклинание «тропа ветра». Его обычно ставили для быстрой переправы через овраги или некрупные реки. Жрало оно прорву энергии, но позволяло идти едва ли не по воздуху. Мне такое было не нужно, как и длинный мост, так что держала его на поверхности и на шаг впереди себя и позади покладистого пони. При такой конфигурации поддержку пружинящей тропы держала около диска, и вдвое дольше требовалось на отдых. Болото и тут показало свой вредный характер. Сухие и крепкие островки встречались достаточно часто, но нередко случалось так, что под нашим с Пончиком весом, они постепенно уходили под воду. Очень неприятно прилечь отдохнуть на сухую землю, а через пару дисков проснуться в луже и с руганью перебираться на другое место.

Припасы медленно, но верно заканчивались. Хорошо пони, у него в роду, будто были козы и северные яки, так как он спокойно объедал мох и лишайник с деревьев и раскапывал уже неглубокий, подтаявший снег в поисках жёлто-зелёной прошлогодней травы.

Повернуть назад мешало упрямство – столько шли, скоро должен быть конец болота! Очень повезло, что нечисть ещё не успела проснуться после зимней спячки, хотя характерные ауры постоянно мелькали под водой и за чахлыми деревьями.

Везение кончилось вместе с топью, когда суша стала не просто кочками над водой, а крупными островами и устойчивыми массивами земли. Приближение края болота означили и большие деревья, что не обхватить двумя ладонями. Их многочисленные останки гнилыми зубьями смотрели в небо. Но, кроме погибших, всё чаще стали появляться и живые деревья. Корнями цепляясь за сушу, они держали оборону от наступающего болота.

Маленький костерок выполнял больше психологическую роль, чем согревал и сушил. Несмотря на окружающую мокроту, сухих веточек вокруг хватало. Лёгкий дымок стелился почти над самой землёй, последний сухарь с кусочком ветчины коптились, нанизанные на веточку. Из воды, совсем не таясь, на сушу вылез вайрен. Чуть поменьше, чем тот, с которым столкнулась полгода назад, и более зелёный, он вёл себя точно также нагло и самоуверенно. А у меня против него только меч. Который приторочен к седлу, седло на Пончике, а Пончик, при виде твари, отошёл на противоположную сторону островка. Добраться до оружия не успею, движение спровоцирует атаку. Под рукой только длинный шест.

Вайрен ещё не до конца очнулся от спячки, холодная вода замедляла движение, и за то время, что нечисть подбиралась, я успела немного подготовиться. Ловчая сеть, брошенная прямо в морду, не могла промахнуться, и опутала вайрена крепкими нитями. Следом за сетью полетело заклинание обездвиживания. Вдвоём они дали мне время уйти с линии атаки и шестом перевернуть мутировавшую рептилию на спину. Упав точно в костерок, вайрен завизжал и заметался, несмотря на сеть. Паралич на нечисть не сработал, и наспех созданная сеть тоже грозила спасть в любой момент. Я успела добежать до Пончика и вытащить меч до того, как тварь освободилась. Оружие почти без сопротивления вошло в желтоватое мягкое пузо, поставив точку в этой неожиданной встрече.