Текст книги "Выживалити (ЛП)"

Автор книги: Марисса Майер (Мейер)

Соавторы: Тамара Мосс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 21 страниц)

Пнув стену, Сиерра прошмыгнула обратно к бассейну. Илайджа вытирал волосы полотенцем, стоя к ней спиной.

А он и правда лёгкая мишень, не так ли?

Она была всего в паре шагов, когда он, наконец, обернулся. Он вскрикнул, оступился и с грохотом вылетел в воду.

Сиерра присела на корточки у самого края, пока он выныривал.

– Сиерра, – задыхаясь, выплюнул Илайджа. – Ты что здесь делаешь?

– Пугаю тебя до чёртиков.

Его глаза сузились:

– Не помню, чтобы ты была ранней пташкой.

– Люди меняются. А ты что здесь делаешь?

Илайджа выразительно оглядел бассейн.

– Я имею в виду – какого чёрта ты вообще здесь забыл?

Илайджа выбрался из воды и схватил свежее полотенце с шезлонга:

– Мне так понравилось в прошлом сезоне, что я просто не мог уехать.

– Ну да. Особенно та часть, где мы нашли тело моей сестры в гробу. Вот уж действительно веселуха была. – Сиерра скрестила руки на груди. – Знаешь, говорят, убийц всегда тянет на место преступления.

– Слышал такую теорию. Так что ты-то тут делаешь?

– Забираю свой призовой фонд.

Он фыркнул, вытирая волосы:

– Для тебя всё всегда сводилось к деньгам.

– Хочешь притвориться, будто ты выше всего этого?

Он бросил взгляд в сторону своей виллы, словно раздумывая, как получше сбежать от этого разговора. А затем с видом обречённости снова повернулся к ней:

– Ты знаешь, что я хотел победить, но шансы изначально были не равны. Мы были злодеями сезона. Раниэль никогда не планировала отдавать нам этот приз.

– И вот ты здесь, получаешь бабки за то, чтобы тусоваться там, где мою сестру видели живой в последний раз. Согласись, Илайджа, это как-то жутковато.

– Ты всегда думаешь о людях только самое худшее.

На его щеках выступил лёгкий румянец – от плавания… или от чего-то ещё?

– Что ты делал в бассейне в то утро?

Он уставился на неё, нахмурившись:

– Что, прости?

– В день, когда умерла Алисия. Я вернулась в комплекс в четыре тридцать утра. Слишком рано для плавания даже по твоим меркам.

– А ты что делала всю ночь напролёт? – огрызнулся он.

– Точно не убивала свою сестру, если ты намекаешь на это.

– Ты даже произнести её имя не можешь, да?

– Отличный съезд с темы.

Он с сопением обернул полотенце вокруг плавок:

– Я услышал шум машины и подумал, что это возвращается Алисия. Вот и вышел посмотреть, не захочет ли она поплавать со мной.

Руки Сиерры медленно опустились:

– Ты услышал машину?

– Да.

– Ты сказал об этом копам? – Голос Сиерры стал выше.

– Конечно сказал, – хмуро ответил он. – Сразу после того, как рассказал им, как слышал вашу ругань.

Она отмахнулась от этого замечания – с тех пор как они нашли тело Алисии, он, похоже, свято верил, что сестринская ссора – отличный мотив для убийства.

– Ты видел машину? Узнал марку или модель? Она была электрической?

– Понятия не имею. Я полуспал. Единственное, что я слышал, – как хлопнула дверь и машина уехала. Но копы не думают, что это связано с Алисией. Машина стояла снаружи – это мог быть кто угодно. И это было задолго до того, как её… – Он осекся, и на его лице наконец проступило некое подобие неловкости.

Впрочем, он, скорее всего, был прав. Данные GPS с телефона Алисии показывали, что в 22:28 она была в миле к югу от комплекса – в тот момент она либо выключила сотовый, либо у неё села батарея. А через несколько часов она была мертва. Сиерра не знала, куда её сестра ходила той ночью, но здесь её точно не было.

Она окинула взглядом здания из песчаника:

– Вчера до нашего приезда кто-то заходил на нашу виллу. Есть мысли, кто бы это мог быть?

Илайджа прошёл мимо неё, открывая калитку бассейна:

– Понятия не имею. На прошлой неделе здесь был полный хаос. Съёмочные группы, пиарщики…

– Съёмочные группы? Зачем?

Он пожал плечами:

– Устраивали тут какую-то фотосессию с Фитци и Луисом для промо нового сезона. Раниэль тоже была. Но насколько я знаю, единственные, кто заходил на вашу виллу, – это уборщики.

– Что-то мне подсказывает, что клининговая служба не стала бы оставлять окровавленное бычье сердце.

– Что?

– В него была воткнута записка. – Она сделала паузу – не одной же Раниэль устраивать драму. – Там было написано: Каждому по делам его.

Глаза Илайджи расширились:

– Ты шутишь.

– Я подумала, может, это кто-то из участников. – Сиерра посмотрела на камеры наблюдения. – Кто-то приехал раньше? Пытается выбить меня из колеи?

– Никто даже не знал, что ты будешь участвовать. Ты – главный шок-фактор сезона. Может, продюсеры решили поиграть у тебя на нервах.

– Или, может, это был ты. Переживаешь, что если я задержаюсь здесь, то случайно раскопаю секреты, которые ты предпочитаешь держать в тайне?

На челюсти Илайджи дернулся мускул:

– Отличный перевод стрелок, Сиерра. Мы все знаем, что это твоих рук дело.

– Я была не единственной подозреваемой. Вера её ненавидела.

– Вера ненавидит всех.

Илайджа наконец вышел за калитку и захлопнул её прямо перед её носом. Она рванула засов и поспешила за ним.

– Алисия с кем-то встречалась, – бросила она ему в спину.

Его реакция не разочаровала. Плечи мгновенно взлетели к ушам. Кулаки сжались.

Ему так нравилось притворяться спокойным, рассудительным и уравновешенным.

Но Сиерра знала правду.

– Это ложь, – тихо сказал он.

Она сравнялась с ним шагом:

– Нет, это правда, и я думаю, ты сам это знаешь. Все эти случаи, когда она исчезала или приходила в студию поздно, пахнущая дорогими духами и буквально светящаяся от счастья…

– Не было такого! – с нарастающей агрессией отрезал он. – Она была не из таких девушек.

Сиерра изогнула бровь:

– Не из каких «таких»? Не из тех, кто флиртует? Не из тех, кто встречается с кем-то кроме тебя? – Она понизила голос до шёпота: – Не из тех девушек, что получают по заслугам?

На мгновение ей показалось, что ярость возобладает над ним. Она видела, как она закипает, закипает…

Но затем он остановился и сделал долгий, медленный вдох. Когда он снова посмотрел на Сиерру, самообладание вернулось к нему:

– Я никогда не смог бы причинить вред Алисии.

– Ты знаешь, с кем она встречалась?

Его челюсть оставалась плотно сжатой.

– Ясно, – сказала она. – Что ж. Спасибо ни за что, получается.

Она развернулась на каблуках и пошагала прочь. На самом деле она соврала – он кое-что ей дал. Всё это время у Илайджи были ключи от её виллы. Если он говорил правду и не пускал никого из съёмочной группы, то либо где-то есть еще один комплект ключей, либо он сам написал эту угрожающую записку.

Сиерре удавалось избегать своей команды всё утро, но у неё не было ни единого шанса уклониться от общения в автобусе по дороге в студию. Бек прошествовал по проходу и уселся рядом с ней на заднем сиденье.

– О, прелестно, – процедила она.

В его глазах горел решительный огонёк:

– Нам пока так и не удалось нормально поговорить.

– И это было сделано намеренно.

– Я видел твою подарочную сумку в мусорке, так что, полагаю, ты не против, если я заберу кружку? Подумал подарить этот комплект родителям на годовщину.

Она одарила его свирепым взглядом.

– Отлично, – сказал он. – Спасибо. И ещё: мы решили сделать тебя капитаном команды.

– Это даже не обсуждалось.

– Но капитан должен вести за собой, так что в какой-то момент тебе всё же придётся, ну знаешь, заговорить с нами.

Картер бросала на них украдкой взгляды со среднего ряда. Заметив, что Сиерра смотрит на неё, она тут же отвернулась. Ади на сиденье напротив делал вид, что читает книгу, но Сиерра видела, что он слушает гораздо внимательнее, чем хочет показать.

– Я буду говорить с вами во время раунда, – отрезала Сиерра Беку.

– Мы бы сработались куда лучше, если бы узнали друг друга получше.

Сиерра сжала зубы. В его словах была доля правды, но уступать ей не хотелось.

– Что касается названия команды, – продолжал он, открывая заметки в телефоне, – мы с Картер устраивали мозговой штурм, и у нас есть пара идей…

– Команда Хельсинг.

Бек оторвался от экрана:

– Что?

– Или Ван Хельсинг. Предоставляю выбор вам. – Ну вот. Проявление щедрости к группе.

– Хель… – В глазах Бека прояснилось. – В смысле, как охотник на вампиров?

– А ты сообразительный.

– Но разве это… – Бек закрыл телефон и огляделся, проверяя, не подслушивает ли кто из соседних участников. – Разве это не…

– Отсылка к комнате, в которой мою сестру нашли мёртвой? Ага. – Сиерра оскалилась в улыбке. – Продюсеры с потрохами это сглотнут.

– Я не думаю, что…

– Послушай. Я знаю, как это работает. Им нужна драма. Скандал. Именно поэтому они меня и вернули. Так давай дадим им то, чего они хотят.

– Ты не похожа на человека, который пляшет под чужую дудку.

– Ты шутишь? Думаешь, я случайно устраиваю скандалы? – Она понизила голос, чтобы Беку пришлось податься ближе. – И если мы дадим им шоу, на что пойдут продюсеры, чтобы удержать нас в игре?

Выражение лица Бека медленно менялось: от замешательства к пониманию, а затем к упрямому недоверию:

– Они не станут подтасовывать результаты игры.

– Это реалити-шоу, а не реальность. Мы для них марионетки. Так что пляши, маленький Пиноккио, и, может быть, они продержат нас на ниточках достаточно долго, чтобы мы заграбастали эти деньги. Ты ведь этого хочешь, верно?

Пауза.

– Ну да. Очевидно.

Заминка была интересной.

Чего Бек хотел, помимо денег?

Его выражение лица снова изменилось – теперь на нём читалось любопытство:

– Тогда… – Он жестом указал на неё. – Насколько всё это наиграно?

– Отвали, Пиноккио.

– Ладно, к слову, я явно Джеппетто. Только намного моложе и горячее.

Она с силой прикусила язык, чтобы губы не дрогнули в улыбке:

– Пошёл. Прочь.

– Ладушки, капитан команды Хельсинг. – Он начал подниматься с сиденья, затем замер, нагнулся обратно и добавил: – Без «Ван» звучит лучше.

Сиерра смотрела, как он уходит по проходу, после чего повернулась к окну. Все сойдут с ума, когда услышат название команды. Какое кощунство! Бестактность! Неуважение к памяти сестры!

Поднимется такой шум, что, возможно, никто и не догадается: Ван Хельсинг – это не просто отсылка к финалу прошлого сезона.

Это имя того, кто уничтожил монстра.

Глава 12

Ади

Телефон Ади неоднократно вибрировал в кармане джинсов, пока их команда ждала за кулисами начала съёмок. Он проверил сообщения.

Симфония: Поговорила с эвакуаторщиками. Судя по всему, мой самодовольный, неблагодарный сын решил, что может бросить мою ласточку в месте, где парковка запрещена.

Симфония: Что с тобой, чёрт возьми, не так?

Симфония: Тебе повезло, что водитель эвакуатора оказался моим фанатом.

Симфония: Но штраф за парковку ты мне возместишь.

Симфония: Ты вообще читаешь это? Не смей игнорировать меня, Адитья Парвеш. Я тебя породила, я тебя и уничтожу!

Ого. Она давненько не вытаскивала на свет эту конкретную угрозу. Ади перевёл телефон в режим «Не беспокоить», когда команды позвали на сцену.

По телевизору студийные декорации, где снимали элиминации, выглядели в мрачноватом стиле стимпанк: драпировки из бордового бархата, огромные латунные шестерни, напоминающие внутренности часов, и замысловатые ключи с навесными замками, свисавшие с ржавых металлических труб подобно люстрам.

Но в реальной жизни эффект оказался удручающим. Пока стажёр расставлял команды на двухступенчатых подиумах, Ади разглядывал пыль, скопившуюся в складках штор, и следы клея на строительных лесах, едва удерживавших всю эту конструкцию.

Их команду поставили на самый дальний подиум в левой части сцены – максимально далеко от места, где Фитци атаковали визажисты с кистями для пудры и лаком для волос. Ади и Сиерра – в её массивных ботинках – стояли на второй ступени, возвышаясь над Картер и Беком, располагавшимися впереди.

– О боже, – прошептала Картер, пока они ждали начала съёмки. – Я так нервничаю.

На ней был белый вязаный топ с открытыми плечами и чёрные кожаные брюки – полная противоположность толстовке математического кружка, в которой она ходила по вилле. Очки ботаника тоже вернулись на нос. Такая резкая смена имиджа сбивала с толку и, честно говоря, немного раздражала. Больше никто так не выслуживался перед камерами.

– Они просто распределяют бонусы-снаги, – сказал Ади. – Никого не выбивают.

– Я знаю. – Она глянула на него через голое плечо. – Но всё равно страшно. А вдруг из меня сделают мем?

Ади изогнул бровь:

– И ты этого боишься? – Он-то думал, что она просто жаждет внимания.

– Быть увековеченной в интернете из-за одного нелепого выражения лица или дурацкого комментария? Да, конечно. А ты разве нет?

Ах вот как. Значит, она абсолютно не переносит критику.

– Смешно, – вставил Бек. – Превратиться в мем – это практически цель всей моей жизни.

– Плавали, знаем, – отрезала Сиерра.

Они посмотрели на неё, и Ади потребовалось секунда, чтобы вспомнить мемы, которые он видел на форумах «The Domain», когда собирал информацию о шоу. Шутки про Уэнсдей Аддамс. Шутки про готов. Шутки про убийство.

Ади вгляделся в выражение её лица, пока она смотрела прямо перед собой, но под толстым слоем макияжа трудно было разобрать, что она чувствует: сожаление, смущение, гордость или что-то ещё.

Ответ зависел от того, жалеет ли она об убийстве сестры. А это, в свою очередь, зависело от того, зачем она вообще это сделала.

Ади прочёл достаточно книг, чтобы знать самые распространённые мотивы для убийства: ревность, любовь, месть, страх.

Деньги.

Сиерра казалась одержимой идеей забрать призовой фонд. Но ведь выиграть раунд в шоу куда проще, чем кого-то убить.

Фитци выскочил на сцену – подтянутый и собранный, как только режиссёр скомандовал начать мотор. Рукава его рубашки были закатаны, верхние пуговицы расстёгнуты – реверанс в сторону фанатов, которых его харизма волновала куда больше, чем любые головоломки Гейм-мастера.

– Пришло время поближе познакомиться с нашими умниками нового сезона!

Фитци первым делом подошёл к команде Джариуса. Они обсудили отборочный раунд – химические элементы в банках, цитату Дмитрия Менделеева и цифры на кодовом замке, взятые из периодической таблицы.

Чёртова периодическая таблица. Ади всё никак не могло покинуть ощущение, что он упустил что-то важное.

Джариус объявил себя лидером, и они действительно выбрали себе название «Ужас». Предсказуемо.

Фитци перешёл к следующей команде. Надия стала капитаном. Их название: «Взлом ума».

Затем шла команда из людей, с которыми Ади даже не потрудился познакомиться – они назвали себя «Сокровища короны». А за ними – «Иллюминаты».

Наконец Фитци приблизился к подиуму Ади.

– И наша последняя команда состоит из Адитьи Парвеша, Бека Матесона, прекрасной Картер Келли… – он повернулся к камере, – хотя для вас она просто Картер-Взломщица. И впервые в истории «Escape Game» к нам возвращается участница прошлых сезонов… единственная и неповторимая… Алисия Анге… ой! – Глаза Фитци расширились. На секунду он лишился дара речи, уставившись прямо в объектив. – Я имел в виду, Сиерра…

– Стоп! Снято! – прорычал режиссёр в их наушниках.

– Простите, – произнёс Фитци. – Оно само вырвалось. Я не хотел… – Он с виноватым видом повернулся к Сиерре: – Мне правда очень жаль.

– Произнеси её имя ещё дважды, Фитци, – на полном серьёзе сказала Сиерра. – Говорят, это восстановит её из мёртвых. – Она пошевелила пальцами, изображая ведьму над колдовским котлом.

Бек слегка отшатнулся в сторону.

Режиссёр велел Фитци начать представление команды с самого начала.

Бросив ещё один неловкий взгляд на Сиерру, Фитци попытался вернуть самообладание, когда операторы снова включили камеры. Но на этот раз Ади не слышал их представления. Он смотрел в пустоту, а шестерёнки в его голове крутились быстрее, чем огромные фальшивые декорации за его спиной.

Алисия Ангелос.

Alicia Angelos.

Он представил буквы из периодической таблицы, которые последние сутки крутились у него в голове:

Li Si O Ca Ne Ag Al.

Он мысленно наблюдала за тем, как невидимые символы перестраиваются:

A L I C I A A N G E L O S.

– Это было не слово, – прошептал он. – Это было имя.

Картер оглянулась на него.

– Итак, Сиерра, – произнёс Фитци, переминаясь с пятки на носок, – этот сезон для тебя – возможность искупить вину?

– Искупление может поцеловать меня в задницу, – сказала Сиерра, и желчь в её голосе выбила Ади из оцепенения. – Этот сезон – ради победы.

– Я скучал по твоему боевому духу, – искренне сказал Фитци. – Если ты настроена на победу, кто тот лидер, что приведёт вашу команду к финалу?

– Очевидно, я, – ответила Сиерра.

Картер едва заметно напряглась. Её губы сжались так, словно она попробовала что-то кислое, но уже через мгновение лицо снова стало нейтральным. Так быстро, что даже монтажёры вряд ли это заметите.

Но Ади заметил.

Она была высококлассным специалистом по решению головоломок. Он даже не подумал спросить, хочет ли она быть лидером, просто согласился, когда Бек предложил Сиерру. Главное – не злить психопатку. Это был разумный ход.

Но Картер явно задело то, что её задвинули в тень.

– Что ж, давайте услышим, – сказал Фитци. – Как называется ваша команда?

Сиерра наклонилась ближе к микрофону и произнесла зловещим голосом:

– Хельсинг.

– Хельсинг? Звучит… знакомо. Откуда я это знаю?

Ади тихо фыркнул, а Сиерра растягивала слова:

– Люди, хоть немного знакомые с классической литературой, узнают имя из «Дракулы» Брэма Стокера. Но фанаты «Escape Game» оценят, что мы вдохновились одной комнатой в тематике вампиров. Четвёртый сезон. Финал.

Брови Фитци взлетели вверх.

– Работаем с этим! – раздался в наушниках голос режиссёра.

Фитци издал звук, похожий одновременно на кашель и смешок:

– Что ж… отлично, команда «Хельсинг». Замечательно. Теперь, когда мы познакомились с командами, давайте узнаем, как они справились в отборочном раунде.

На большом экране закрутилась нарезка кадров: пять команд в ярких лабораторных халатах, ключевые моменты раунда, перемежающиеся фрагментами «знакомства», записанными во время зеленого света. Ади смотрел, как команды разгадывают код к замкам, ругая себя за то, что не понял раньше: аббревиатуры складывались в имя Алисии.

Видео закончилось, и свет снова загорелся. Понять, кто как справился, было невозможно – монтажёры знали своё дело.

– Вау, – протянул Фитци. – Этот раунд был настоящим огнём, правда? Огнём! Понимаете? Потому что снаг – это ещё и колбаска на гриле по-австралийски! – Когда несколько участников застонали, он махнул на них рукой: – С каждым сезоном эта шутка становится всё смешнее. – Затем он повернулся к камерам: – Давайте узнаем, кто войдёт в первый раунд с заветными бонусами, а кто окажется в глубокой… невыгодной позиции.

На гигантском экране появилось табло со списками команд, напротив каждой из которых стояли обнулённые часы.

– Первый снаг пятого сезона, – продолжил Фитци, – достанется команде, которая быстрее всех разгадала цитату.

На экране появились слова: «Никто и ничто не сможет заставить меня молчать. – Дмитрий Менделеев», и часы начали отсчёт – цифры мелькали, пока не остановились на…

– Команда «Взлом ума»! – выкрикнул Фитци.

Надия победно визгнула, привлекая сокомандников для обнимашек.

– Разгадав цитату на целых тридцать семь секунд быстрее ближайших преследователей, – продолжил Фитци, – вы получаете возможность добавить тридцать семь секунд к итоговому времени любого соперника в раунде по вашему выбору.

Ади не сводил глаз с табло, игнорируя жгучие взгляды сокомандников. Да, он знал, что задержал их на той загадке. И сделать с этим уже ничего не мог.

– Теперь посмотрим, какая команда первой сопоставила порядковые номера элементов таблицы Менделеева.

Часы снова затикали и остановились на…

– Команда «Ужас»!

Ади услышал, как Картер перед ним сделала долгий, медленный вдох.

– За эту победу вы можете назначить штраф за ошибку любой вражеской команде. Если они ошибутся во время раунда, к их итоговому времени добавится целая минута.

Участники команды «Ужас» толкали друг друга в плечи. Габриэла показала остальным знак «мир», а Дельфи подняла средний палец – из-за чего режиссёр тут же рявкнул в наушники, чтобы она прекратила, ведь это семейное шоу.

– Наш третий снаг, – продолжал Фитци, – достанется команде, которая быстрее всех выбралась из кладовок. Кто же это?

У Ади было дурное предчувствие… которое подтвердилось, когда Фитци крикнул:

– И снова команда «Ужас»! Ваш второй бонус позволяет погрузить команду соперников в абсолютную темноту на одну целую минуту во время прохождения раунда.

– Всё в порядке, – прошептал Бек. – Мы всё ещё держимся.

Сиерра горько ухмыльнулась:

– Мы продули.

Ади не отрывал взгляда от табло. Ну же. Ну же.

– Наш четвёртый снаг, – сказал Фитци, – предназначен для команды, которая быстрее всех решила финальную головоломку и верно составила цветную формулу доктора Адама Тири. И эта команда… «Хельсинг»!

Спина Ади мгновенно выпрямилась.

Бек победно закричал:

– Я знал, что тот детский химический набор пригодится мне для чего-то большего, чем просто делать слаймы!

– Ты вообще не занимался химией, – заметил Ади.

– Ладно, тогда тот набор акварели.

– Ваш бонус, – объявил Фитци, – даст вам право заставить двоих участников вражеской команды начать раунд в… наручниках! Хотя наш Гейм-мастер, возможно, спрячет пару ключей, чтобы они могли освободиться.

– О, а вот это неплохо, – сказала Картер. – Они используют этот бонус с первого сезона. Наверное, лучшее, что вообще было в первом сезоне. Головоломки тогда были так себе, а вот это может решить исход игры.

Ади не хотел признавать этого, но в тот момент он был благодарен Беку и его набору акварели.

– А теперь, – произнёс Фитци, – время для нашего финального бонуса. Он достанется команде с наилучшим общим временем!

Часы снова затикали. Названия команд запрыгали вверх и вниз.

Казалось, прошли часы, прежде чем тиканье замедлилось, названия замерли и результаты отобразились на экране:

Ужас – 19:46

Взлом ума – 21:02

Иллюминаты – 22:17

Сокровища короны – 22:58

Хельсинг – 24:09

В груди у Ади всё сжалось. После ликования от выигранного бонуса это ощущалось как удар под дых.

Последнее место. Косяк, который едва не стоил его команде всего.

Если они провалятся, ему не видать уважения отца.

– Но подождите, – сказал Фитци. – Нам нужно внести одно исправление. – Он повернулся к командам, скорчив сочувственную мину: – «Сокровища короны», вы неправильно отгадали формулу доктора Тири, а это значит, что хотя ваше время было быстрее, чем у команды «Хельсинг», технически вы… не выбрались.

Табло изменилось: время «Сокровищ короны» перечеркнулось, а вместо него появилась жирная надпись: НЕ ВЫБРАЛИСЬ.

Результаты перестроились, подняв «Хельсинг» на четвёртое место. «Сокровища короны» выглядели разочарованными, но держались стойко.

– Не проблема, – сказала их капитан Эмма. – Мы просто разогрелись и готовы к следующему раунду. Главное, чтобы там не было химии.

Фитци хмыкнул:

– Понятия не имею, что Гейм-мастер подкинет вам в следующий раз, но одно знаю точно – смотреть за тем, как вы выбираетесь, будет сплошным удовольствием. – Он повернулся к главной камере: – И это делает команду «Ужас» большим победителем отборочного раунда! За то, что вы быстрее всех выбрались из лаборатории, вы можете выбрать, кто из участников конкурирующих команд будет проходить печально известное испытание на ловкость в полуфинале!

– Чёрт, – пробормотала Сиерра. – Вот этот бонус точно пригодился бы.

– Все они пригодились бы, – отрезал Ади.

– Один лучше, чем ничего, – сказал Бек. – И мы не на последнем месте.

– Чисто технически, – в один голос произнесли Картер и Ади. Они с удивлением переглянулись.

– Неважно, – сказала Сиерра. – Нам не нужны бонусы. Нам просто нужно быть лучше.

Ади ухмыльнулся:

– А я уж было подумал, что ты не умеешь выдавать толковые напутственные речи.

Глава 13

Картер

– Но я не хочу идти на вечеринку, – произнесла Картер, никак не способная убрать нытьё из своего голоса. – Мы разве не можем просто вернуться на виллу?

– Поддерживаю, – отозвалась Сиерра, прислонившись к стене гримёрки. – Давайте свалим из этой дыры и пойдём нажрёмся.

Картер смерила её недоумённым взглядом:

– Я вообще не это сказала.

– А я просто усовершенствовала твоё предложение.

В дверь постучал стажёр:

– Лимончик ждёт.

– Лимон! – воскликнул Бек, спрыгивая с кушетки.

Картер тяжело вздохнула. Ни в одном посте на форумах «The Domain» никто и словом не обмолвился о том, что для участников и съёмочной группы устраивают вечеринку в честь старта сезона.

Она терпеть не могла вечеринки. Вечеринки – это сплошные ожидания. Нужно общаться с людьми. Нужно быть приятной, интересной и вести искромётные беседы.

По сути, нужно быть… кем угодно, только не Картер.

К тому же ей даже не дали возможности переодеться в нормальную одежду, а в этих кожаных брюках, которые на неё нацепили, едва удавалось дышать.

Но, похоже, никому не было дела до её дискомфорта – ни физического, ни эмоционального, – и вскоре они уже стояли перед студией, по очереди забрасывая себя в длиннющий лимузин. Она забралась на заднее сиденье, и её сердце тут же ушло в пятки.

С противоположной стороны салона им ухмылялась команда «Ужас».

– О, кайф, едем вместе с Картер-Взломщицей, – заговорил Джариус, закинув ногу на ногу. – Или мне лучше звать тебя Картер-Полный-Провал-в-Первом-Раунде? – Он загоготал, но даже его сокомандников, похоже, скрибило от его ужасного чувства юмора.

Картер вяло улыбнулась, избегая взгляда Нила – того самого придурка, который устраивал ей допрос по бессмысленным математическим уравнениям.

– Вы здорово уделали всех в отборочном раунде, – сказала Картер, потому что быть милой – это её защитная реакция, когда она чувствует себя добычей. Если быть достаточно милой, может, тебя не захотят съесть живьём. – Поздравляю.

Дельфи с ярко-розовыми волосами громко хлопнула жвачкой. На ней всё ещё были солнцезащитные очки, несмотря на тусклое синее свечение светодиодов в салоне:

– Гейм-мастер просто пожалел нас. Надеюсь, в следующем раунде он постарается получше, а то эта игра превратится в лёгкую прогулку.

– Не дразни их, Дельфи, – сказала Габриэла со своей усмешкой супермодели, медленно переводя взгляд с Бека на Картер и Ади. – Похоже, некоторым из наших соперников комната показалась немного… сложноватой. – Она драматично надула губы и переключилась на Сиерру: – Лучше продолжай планировать убийства, гот-девочка.

Сиерра вальяжно закинула руки на спинку сиденья:

– Не волнуйся. Именно этим я и занимаюсь.

Габриэла что-то шепнула на ухо Дельфи. Обе жестоко зашипели от смеха, и Картер мгновенно перенеслась в школьные времена, когда она с энтузиазмом поднимала руку, чтобы ответить учителю, пока девчонки с задней парты смеялись над ней.

– Это твой натуральный цвет волос? – спросил Джариус. Картер потребовалась секунда, чтобы понять, что он обращается к ней. – Слышал, рыжие волосы приносят удачу. Не возражаешь, если я буду гладить тебя по головке для удачи?

И мерзко подмигнул.

Картер уставилась на него с отвращением, чувствуя, как щеки заливает горячим румянцем.

– Давай, погладь, – ответила за неё Сиерра. – Я как раз искала повод вогнать кому-нибудь шариковую ручку прямо в глаз.

Ади тихо фыркнул.

– Бойкая какая, – ухмыльнулся Джариус. – Приятно видеть, что это не просто работа на камеру.

И снова подмигнул.

Бек подался вперёд:

– У тебя что-то с глазом? Ты постоянно так жутко подмигиваешь.

– Я просто поддерживаю светскую беседу, – заявил Джариус, явно наслаждаясь тем, как легко ему удаётся их бесить. – Не помешает познакомиться поближе.

– Не трать время, Джариус, – бросила Габриэла. – Они вылетят первыми.

Дельфи снова громко звонко щелкнула жвачкой:

– Сразу видно, кто здесь к месту, а кто нет.

– Не могу не согласиться, – подхватил Джариус. – Картер, в интернете ты такая крутая! А в жизни, даже не знаю… ты кажешься… – Он пожал плечами. – Какая-то мягкотелая. Без обид.

– Ага, спорю, ты-то уж точно всё знаешь о том, как становиться мягким, – отозвался Ади, изогнув бровь. – Без обид.

Сердце Картер заколотилось как бешеное. Ей хотелось защититься, но как? Они были правы. Просмотр нарезок отборочного раунда только доказал её полную профнепригодность. Все её хвалёные навыки специалиста по головоломкам испарились в ту же секунду, как за ней заперли дверь.

– И что же, по-вашему, нужно, чтобы удержаться в шоу? – спросил Бек. – Ну, раз уж нам этого так не хватает.

– IQ хотя бы немного выше, чем у среднестатистического далматина? – предположила Габриэла.

Бек нахмурился:

– вообще-то далматины очень…

– Не смей, – перебила Сиерра. – Не смей говорить «умные».

Рот Бека скривился.

– Да нет, знаете, в чём дело? – сказал Джариус. – Дело вовсе не в решении задачек, не в командной работе и не во всей этой чуши. Нужно просто хотеть. Хотеть так сильно, чтобы быть готовым на всё ради победы. На всё, лишь бы дорваться до этих денег. Один. Миллион. Зелёных.

– Ну, вообще-то, – тихо произнесла Картер, – я уверена, что командная работа и логика тут тоже играют не последнюю роль.

Джариус оскалился:

– Скоро узнаем, правда?

Продюсеры сняли целый ресторан под вечеринку в честь старта сезона – одно из тех хипстерских заведений, где за безалкогольный коктейль с женьшенем просят двадцать долларов, а декорации для Инстаграма волнуют их куда больше, чем вкусная еда. Официанты в подтяжках с пайетками снували с подносами, уставленными крошечными закусками, хотя большая часть гостей столпилась у мраморной барной стойки в глубине зала, подсвеченной красным неоном.

Вечеринка была в самом разгаре, когда они прибыли. Члены съёмочной группы, ушедшие со площадки раньше, кучковались небольшими группами. Картер заметила Илайджа и Лизу, их кураторов на виллах. Ей пока не удалось нормально поговорить с Илайджей, но в какой-то момент стоит попросить у него личное интервью для своего канала.

Она оглянулась, собираясь спросить Сиерру про вечеринку прошлых сезонов и о том, ждут ли от участников каких-то действий, но Сиерры уже и след простыл. Картер нахмурилась. Сбежать – это вообще легально?

Вера, менеджер по соцсетям с кричащими тенями на веках, подошла к их группе:

– И что мне выкладывать? Фотки того, как наши команды сжимаются от страха у входа? – Она указала рукой на зал. – Рассредоточились. Общаемся! – Она произнесла это так, будто это было ругательное слово.

Картер прошла глубже в зал, радуясь, что Бек держался совсем рядом. Ади времени даром не терял: он сразу направился к угловому диванчику и вытащил из рюкзака книгу. Чёрт. Почему она не додумалась взять с собой книгу?

– И что конкретно от нас требуется? – спросил Бек. – Подлизываться к нужным людям?

– Я не очень сильна в подлизывании, – призналась Картер.

– Тогда держись меня.

Картер издала звук присоски, хватая его за руку:

– Всё. Я к тебе прилипла.

Бек засмеялся:

– Первое правило светских тусовок: всегда держи в руке напиток. Так ты всегда будешь готова эффектно поперхнуться, когда услышишь что-то скандальное.