Текст книги "Снежный кряж (СИ)"

Автор книги: Малеев Алексий

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 28 страниц)

Глава 16

– У-у-у, – протяжный вой пронёсся над ущельем.

Горпео поморщился. Волки становились всё ближе, даже усиливающийся с каждым десятком минут снегопад не мог скрыть этого. Уже больше часа протяжный вой настигал игрока. За это время он прошёл Врата, оказавшиеся двумя высокими каменными колоннами с красноватой дымкой от вершин до оснований, и перешёл во второй подрегион, постепенно приближаясь к третьему. Там тоже будут такие Врата, но уже с жёлтой дымкой, а вот переход в четвёртый подрегион, рядом с которым и располагается монастырь, вообще зрительно никак нельзя увидеть, только почувствовать. Даже на мини-карте он не обозначается.

Безымянное ущелье, сквозь снег которого продирался парень к своей промежуточной цели, в разрезе походил на букву U. Многочисленные огоньки, что светились по его стенкам, давали чёткое представление о рельефе, склонах, дне и прочих геологических аспектах, в которых Горпео ни разу не разбирался. Вот только идти от этого было ничуть не проще, мало того, что в некоторых местах приходилось проваливаться по пояс в снег, чтобы обойти глыбы льда, натыканные то тут, то там, так ещё и само ущелье шло вверх, пусть не очень круто, зато непрерывно. За три часа, что игрок шёл, шкала усталости заполнилась на три четверти, а голод и жажда уже давали о себе знать. Горпео дважды останавливался, чтобы поесть и ненамного опустошить флягу.

От почти непрерывной борьбы со снежным покровом Выносливость уже дважды поднималась на пункт. А один раз, после того, как он срезал путь прямо через глыбу, вовремя заметив странное мерцание, поднялся Интеллект. А Атлетика и вовсе напоминала о себе трижды, правда, без повышения уровня, скупым «ваша атлетичность высока». Такие сообщения вовсе не пустой звук, они сообщают, что надо приложить больше усилий и/или времени, чтобы уровень таки поднялся. Больше никаких изменений не происходило.

А вот апатия совсем не дремала и время от времени, каждые пять минут где-то, капала на мозги своим «остался бы в деревне, там тепло, сухо, не надо никуда идти». И в чём-то она даже была права, Горпео это признавал. Кто знает, что скрывает лес и нельзя ли за его счёт прокачаться так, что потом несостоявшегося лекаря где угодно с руками оторвут и меж собой передерутся? Парень изучал этот вопрос, он знал, что такие примеры есть, были и есть игроки, которые забредали, кто случайно, а кто и специально, в разные захолустные уголки Наракона и выходили оттуда через полгода-год с уникальными классами, навыками, умениями, оружием, экипировкой, заклинаниями и всем-всем-всем что только может использовать посланник для своего усиления. В том числе с питомцами и транспортом, доселе неизвестном даже многим местным. Такие игроки слыли живыми легендами, их было не много, не больше сорока за всю истоию Батлварса, и у каждого существовал свой фан-клуб из последователей, подражателей и почитателей. Горпео даже близко представить не мог, каково это, быть звездой виртуального мира, пусть даже и одной из многих. Он знал, что некоторые, самые-самые, становились суперпопулярными за пределами игр, их приглашали на радио и в «телек», по каким-то причинам ещё не загнувшийся, у них брали интервью, их снимали в рекламе, их истории новеллизировали и экранизировали, игровые эвенты с их участием набирали миллионы просмотров он-лайн и сотни миллионов в записи. Они были успешны и мастерски монетизировали эту успешность, их пример вдохновлял миллиарды прыщавых подростков по всему миру… Вот только Горпео ничего из этого не хотел. Ему была чужда такая жизнь с самого детства сначала усилиями отца, а потом, скорее, больше по инерции, и самого не тянуло погружать в пучину виртуальных развлечений. Его больше привлекали книги, у него был абонемент в библиотеку, каждый год под номером 1, чего добиться было совсем просто, он тратил большую часть карманных денег на новые, в основном разного рода фантастические и фэнтезийные, он подписывался на поглавную рассылку новых проектов как уже известных, так и только начинающих авторов. Увы, с переездом в Питер обо всём этом пришлось забыть, как он надеялся, временно, но парень ни о чём не жалел. Он вообще не привык жалеть о том, что было. Вот только сейчас ему надо было наверстать всё то, от чего он отказывался в детстве. Процесс уже пошёл, основы он уяснил, а изучить конкретный мир, Наракон, можно и в процессе, тем более, что так будет даже интереснее.

– У-у-у, – завыли волки ещё ближе, оставляя игроку всё меньше шансов на успешное окончание пути.

И совершенно не прав шаман, сказав, что у него нет плана для реализации его, Горпео, цели. У него и до этого был план, Таш не даст соврать, и он его успешно претворил в жизнь, достигнув пятнадцатого уровня. А сейчас он идёт в монастырь Триумвирата, чтобы стать лекарем и… А что потом? Клан? Но он даже не знает, какие кланы в топе и нуждаются ли они в лекарях-новичках. Ведь ему нужен клан не для фана, а для работы. И пусть он ничего не знал о клановой системе в Нараконе, но уверен, что далеко не каждый был способен платить ему зарплату, которая позволит не работать в реале и ни в чём себе не отказывать. Он даже не знал, что за клан у Кристиана! А какие есть ещё способы заработка и есть ли вообще, просто не представлял. Так что прав шаман, нет у него никакого плана и действует он наобум, в надежде, что кто-нибудь протянет руку помощи. Да, такая рука уже есть, вот только прямо сейчас из-за этой руки он вынужден ночью, в снегопад и исключительно наверх чуть ли не бежать до монастыря и надеяться, что волки не успеют до него добраться.

А может и вправду повернуть назад или просто остановиться? Серошкурые догонят его, убьют и тогда он окажется в деревне. Оттуда, ни с кем не разговаривая и ни на что не отвлекаясь, уйдёт в лес, как можно глубже, амулет-то до сих пор на нём. А дальше постарается найти хоть что-нибудь, способное его усилить… а через неделю будет принудительно телепортирован в ближайшую святую обитель своего бога, т.е. опять же в монастырь, только в этом случае со всеми разумными, живущими там, у него будет репутационная Ненависть, что означает максимально затруднённое получение лекарского класса, навыков и умений, а о продвижении по иерархической лестнице можно будет забыть. Вернуться в лес, если вдруг игрок сможет в нём найти усиление, он сможет лишь примерно через три месяца, а там ещё минимум полгода и клеймо Еретика, огнём горящее рядом с именем, навсегда потерявшем способность к исчезновению перед другими игроками, отпугнёт любого потенциального работодателя.

Выход из этой ситуации только один – рерол. Вот только никаких гарантий, что он снова окажется в Снежном кряже, нет. Распределитель имеет противное свойство взять и не послушать игрока, если тот создаёт персонажа во второй, а уж тем более все последующие разы. И даже если получится его уговорить, ещё неделя слабака в Прасунге… Да и привык он к этой аватаре, нравилась она ему. Так что, стиснув зубы, парень продолжил идти вперёд, к монастырю, продираясь сквозь снег.

Спустя буквально пару минут, подняв от снежного покрова голову, Горпео увидел колонны с жёлтым свечением. Поднажав, поскользнувшись на твёрдой ледяной корке и чуть ли не ползком перевалившись через преграду, игрок с трудом удержался, чтобы не отскочить обратно, пусть из лежачего положения это и было трудно воспроизводимо. Прямо перед ним стояла колоссальная фигура, наверное, метров восьми в высоту, в оранжево-чёрной полосатой сутане с жёлтым поясом, очень похожей от этого на пчелу, и распущенными длинными, до середины спины, седыми волосами и повязкой на глазах. Черты лица скрывались в бледно-голубом свечении, руки свободно болтались вдоль тела.

– КАК ТЫ ПОСМЕЛ??? – раздалось сверху так громко, что задрожал снег под игроком.

Исходили слова явно от фигуры, вот только не было похоже, чтобы она орала, отсутствовали характерные истерические нотки.

Горпео уже хотел ответить, но тут раздался другой голос, куда как тише и больше напоминающий человеческий:

– Простите, госпожа, я не уследил за ланитками, они сорвались с цепи.

Голос звучал подобострастно, а вот его носителя видно не было.

– НЕ УСЛЕДИЛ??? ЧТО ЗНАЧИТ НЕ УСЛЕДИЛ??? ТЫ НАГАД ИЛИ МНЕ СТОИТ СМЕСТИТЬ ТЕБЯ???

– Всё в вашей воле, госпожа, – с явным испугом проговорил голос, – я виноват и готов понести любое наказание.

– СВОБОДЕН, – сказала и фигура и Горпео показалось, что вокруг стало просторнее. Он не понимал этого ощущения и никогда не смог бы объяснить, но то, что трое стали двумя, осознал отчётливо.

– ДИТЯ, – опустила фигура голову к Горпео, – ПРЯМО СЕЙЧАС МОИ ВОЛКИ ПРЕСЛЕДУЮТ ТЕБЯ. Я ЗНАЮ, ТЫ БОИШЬСЯ ПОСЛЕДСТВИЙ ВСТРЕЧИ С НИМИ И ВСЕМИ СИЛАМИ РВЁШЬСЯ В МОНАСТЫРЬ АИКА, ШАРШАСЫ И НОБО. Я СОЖАЛЕЮ, ЧТО ТАК ПОЛУЧИЛОСЬ, НО СДЕЛАТЬ НИЧЕГО НЕ МОГУ, ВЕЛИКИЙ БАЛАНСИР НЕ ТОЛЬКО БУКВАЛЬНО СВЯЗАЛ МНЕ ГЛАЗА, НО И ФИГУРАЛЬНО – РУКИ. МНЕ ОСТАЁТСЯ ЛИШЬ НАДЕЯТЬСЯ, ЧТО ТВОЙ ПУТЬ УВЕНЧАЕТСЯ УСПЕХОМ.

С этими словами фигура растаяла, оставив в голове игрока лишь одну мысль:

– Хошеми, – пробормотал он, – это точно была Хошеми.

Встав, Горпео побрёл дальше, с каждым шагом наращивая скорость. Небольшой отдых в лежачем положении снизил шкалу усталости парня, а снега здесь практически не было, так что можно было спокойно бежать. Правда, ущелье по-прежнему шло вверх и бежать очень быстро не получалось.

Первые несколько минут мысли внутри головы парня бегали с невероятной скоростью и ни одну из них поймать не получилось, но потом, ухватившись за одну, Горпео потянул и все остальные, чуть не утонув в их лавине. Пришёл запоздалый отходняк, парня трясло и даже тошнило, стремительно заполнялась шкала жажды, а вместе с ней и новая, ещё не распечатанная этой ночью, – холода. Но парень не стал останавливаться, продолжая свой пусть и не быстрый, но всё же бег.

Что это вообще такое было? Зачем он понадобился тёмной богине? Что это был за второй голос? Почему она сожалела? Кто такие «ланитки»? Не было ли это чьей-нибудь шуткой? А если и было, то чьей? Что хотели шутники? Или его специально тормозили, чтобы волки спокойно добрались до него? Но зачем? Кому он успел перейти дорогу настолько, чтобы запереть его в деревне? Могли ли это сделать местные? Если да, то зачем? А если нет, то кто? Те немногие игроки, с которыми он встречался? Троица в пещере? Парочка на ярмарке? Кристиан?

– У-у-у, – раздалось где-то совсем рядом и Горпео, поскользнувшись, упал.

Быстро встать не получилось, шкала бодрости мигала ярко-красным. Полежав минуту, заодно и выпив воды из фляги, игрок сумел-таки подняться и пойти дальше. Бежать сил уже не было.

А ведь и правда, кроме Кристиана провернуть такое больше никому под силу. Ну, из тех игроков, кого парень встречал на своём пока что коротком виртуальном пути. Хотя… Что он знает о той троице? А о игроках с ярмарки? Да ничего! Ни способности, ни оружие, ни таланты, ни прокачку. НИ! ЧЕ! ГО! Быть может, они все поголовно хошемиты и даже не стесняются этого. Но тогда всё становится ещё запутаннее и даже местные не могут гарантированно уйти от подозрений. Тот же Нок. Мало ли каких духов он умеет призывать и с кем разговаривать. Быть может в этом мире шаманам можно служить богам, а те их за это одаривают каким-нибудь благами.

Минут десять повертев чуть ли всех, кого видел и с кем разговаривал на предмет причастности к розыгрышу, Горпео пришёл к неутешительным выводам: когда ничего не знаешь о мире, возможно всё. Как много он посвятил времени изучению Наракона? На самом деле, не так уж и мало, но этого было явно недостаточно, чтобы разобраться в случившемся.

Ведь может так оказаться, что сама Хошеми, настоящая богиня страданий, посетила его. Но зачем? И почему отчитывала другой голос? И почему ничего не может ничего сделать со своими волками? Хотя этот вопрос вроде бы уже звучал. Вот только ответов, увы, у Горпео не прибавилось. Он не знает ничего, а потому большого смысла гадать не было.

Попытавшись отвлечься, игрок стал анализировать свои действия в деревне. За годы, проведённые чуть ли не в обнимку с книгами, парень самую малость поднаторел в этом и теперь, спустя время, необходимое мозгу, чтобы увиденное, услышанное и совершённое своим владельцем, Горпео смог заметить некоторые несостыковки.

Во-первых, Таш упоминал, что с посланниками разговаривает некий Кратун, но никого с таким именем за все три дня парень не встретил. Прямо сейчас спросить об этом было некого, а возвращаться только ради вопроса не хотелось. И пройдено уже немало, да и решил он, что реролиться не будет.

Вторым моментом стала религия. Вернее, её отсутствие. В Нараконе боги даровали своим последователям немалые силы, примером чего может служить тот же Кристиан. А рейдеры ничем таким не пользовались и к высшим силам не взывали, полагаясь только на свои. Впрочем, что сам игрок знал о божественных возможностях? Практически ничего, пусть он и изучал их. Да, в пределах одного региона, но рейдеры за его пределы не выходили. Да что там, кроме как в деревне и Волчьем лесу они нигде не были, пока рядом с ними был Горпео… Так может в этом и кроется разгадка? Может здесь нельзя использовать ничего божественного? И снова вопрос без ответа, очередной из многих, аккуратненько уложился на не такие уж и безграничные стеллажи склада под названием «память».

Ну и третье, хотя это даже не несостыковка, а восхищение напополам с завистью. Как слаженно работали рейдеры! Какая музыка лилась при этом на уши единственного слушателя! Как чётко и отточено работал их механизм, где каждая деталь знала своё место и бесподобно делала свою работу! Что ещё может сравниться по этим параметрам с группой рейдеров на задании? Да, Горпео пока ничего другого не видел, кроме разве что охраны блокпоста от гоблинов, но уже влюбился в эту чёткость, эту слаженность, эту эффективность. Ему хотелось быть частью этого механизма. Так может, в этом и есть его план? В конце концов, лучше зарабатывать любимым делом, чем влачить жалкое существование на ненавистной работе, а потом, на пенсии, жалеть, что побоялся что-то поменять в своей жизни. Вот только где среди игроков найти такую же группу и как в неё вступить? Очередной вопрос без ответа.

– У-у-у, – снова раздался вой, но уже куда дальше, чем в прошлый раз.

Неужели это шанс? Понимая, что возможность добраться до монастыря живым и невредимым становиться всё реальнее, Горпео поднажал. И сразу же свалился от усталости, шкала бодрости полыхала алым и очень медленно спадала до хотя бы оранжевого значения. Дождавшись, когда это всё-таки произойдёт, парень встал и на максимальной скорости побежал к цели… чтобы через минуту снова свалиться в снег. Но другого выхода игрок не видел, либо так, либо отдохнуть дольше, но без какой-либо уверенности, что волки всего в пяти шагах сзади и убежать от них нельзя.

Стараясь отвлечься от постоянных падений и вставаний, Горпео стал вспоминать историю озера Салипитендокурсашингис, ччтов современности находится в регионе Чернотопье. После того, как некогда населённые ракаду равнины оказались опущены на добрые полторы сотни метров и залиты водой, ещё долгие триста лет к берегам новообразованного озера не рисковали подходить формально победившие народы, входившие в Коалицию, считая его проклятым. За это время, постепенно, на поверхность всплыли семнадцать идолов, некогда стоявших в священных для рокаду местах. Шесть из них были уничтожены, еще три тщательно сбережены в назидание потомкам в небольших поселениях, впоследствии разросшихся до крупных городов, политических, экономических и культурных центров. Правда, не без «помощи» озера, пусть и косвенной. Остальные же восемь так и остались в воде, постоянно перемещаясь в странном танце, загадка которого до сих пор не разгадана. Кто-то считает, что это Ка посылают своим врагам послания с угрозами. Кто-то соглашается, что это послания, но не от Ка, а из космоса, и предупреждают они о далёких галактических угрозах. Кто-то с пеной у рта доказывает, что на дне озера поселилась новая раса антропоморфных жабродышащих существ и именно они управляют идолами. А кто-то смеётся над всем этим и призывает наконец провести комплексное изучение озера, ведь на его дне хранятся ещё идолы, которые не всплыли, и именно об этом сообщают восемь истуканов. Как бы там ни было, а единственно правильный ответ со всей необходимой доказательной базой до сих пор не найден и разумные самых разных рас, как живущих у озера, так и далёких от него, год за годом собираются на очередные конгрессы. Там они в очередной раз высказывают свои версии, слушают оппонентов, спорят до потери голоса и расходятся ни с чем, чтобы через год собраться снова и опять охрипнуть, выдвигая аргументы.

Вот только сам новый водоём эти сборища умных разумных никак не интересовали. Да и что вообще может интересовать неодушевлённую массу воды, ограниченную сушей? На этот вопрос пытались ответить многие выпускники Раксийской Академии, но пока безрезультатно. Что, опять же, самому озеру глубоко по фиолетовому барабану. За годы, что территория вокруг него одними народами считалась непригодной для жизни, другими, в основном различного рода эльфами, проводились попытки если не осушить его, то хотя бы изменить форму. И, во многом, ти попытки оказались успешны. Так, за триста лет, совместными усилиями сотен эльфийских магов удалось превратить идеальный прямоугольник с отвесными берегами в почти идеальный полумесяц, разве что концы получились округлыми, да нижний из них длиннее и шире верхнего.

Всего за каких-то триста лет, что по эльфийским меркам совсем немного, они смогли почти в два раза сократить площадь озера, пусть оно по-прежнему осталось колоссальным, более-менее поработать над пологостью его берегов, заселить толщу воды различными видами рыб и всего прочего, что должно обитать в уважающем себя водоёме, насадить вокруг него непролазные леса, на данный момент, сохранившиеся только с внешней дуги и вокруг малого конца, и основать несколько десятков своих городов. Увы, даже им не удалось разгадать тайну Танцующих Голов, как идолов прозвали гномы, пришедшие к озеру намного позже не только эльфов, но многочисленных людей по прошествии трёхсот лет.

Именно благодаря подданным Астрелонии, богини утренней росы и природной ярости, флора и фауна некогда мало пригодных для оседлой жизни степных равнин превратилась в благоухающий сад. Многих видов как растений, так и животных, нет больше нигде в Нараконе. Например, вильдок, красная как внутри, так и снаружи рыба, размеров с двухместную гребную лодку, или саперия, белая бабочка с ладонь взрослого человека и невероятно полезной, особенно против ожогов от плазменного оружия, пыльцой. А уж о Графисе, короле водных быков Салипитендокурсашингиса, ходят слухи далеко за пределами не только озера, но и всего Чернотопья. А за лягушками-прыщавками разумные прибывают аж из самой Сапфировой пустыни. Да что там, эмиры Бусфати вот уже почти тысячелетие лично охотятся на них, не доверяя это никому из своих многочисленных слуг и прислужников. И это только малая часть удивительной природы озера, сохранившейся до наших дней.

Люди, что понемногу, начиная примерно с двухсотого года Эпохи Начала, как прозвали эти триста лет накрийцы, селились с внутренней стороны полумесяца, почти сразу же начали вырубать лес, выраженный эльфами. Те сначала даже не придавали этому значения. Людей было мало, селились они как можно дальше друг от друга, скорость роста новых деревьев превышала вырубки, да и не было там хоть сколь-нибудь живых дендроидов. Вот только со временем о благодатном месте для жизни стали узнавать другие люди, не знакомые с «проклятостью» этой территории, с каждым годом их становилось всё больше и масштабы вырубки всё росли и росли. На длинном внутреннем берегу озера за сто лет возникло целых пять княжеств, доживших до наших дней практически в тех же границах, что при основании. Ради войн и торговли, как между собой, так и с другими расами, лес вырубался всё сильнее и сильнее. Пока наконец, в самом конце эпохи, не произошёл Великий Прорыв: вода хлынула из озера практически посередине вогнутой стороны полумесяца и мощным, широким потоком разлилась на запад. Все города и деревни, что стояли на берегу и дальше на пути воды, оказались безжалостно сметены. Повезло лишь одной маленькой деревушке, что стояла в километре от берега и пыталась как-то развиваться разведением местных раков. В самом начале разлива именно к этой деревушке, приплыл третий из сохранённых идолов. Жители деревни, да и немногочисленные выжившие других поселений тоже, посчитали это добрым знаком. С тех пор дела у города Сазраш всё время шли в гору и на данный момент он, а также два других, тоже с идолами, Брав и Присин, входили в Союз Вольных Городов-Государств из трёх членов. И если Брав и Присин всё же располагались на берегу озера, то Сазраш занимал несколько сотен больших и маленьких островов в устье самой большой реки, впадающей в Наракон – Ниггила. Три месяца воды Прорыва текли строго на запад, принеся многие беды и разрушения в мир. Во многом из-за него регион, страдающий от ежегодных засух, стал самым болотистым из всех регионов мира и получил своё название – Чернотопье.

Спустя три месяца вода стала понемногу возвращаться обратно в озеро. ()

Одновременно с образованием Ниггила появились и другие реки, поменьше в длину и не такие разрушительные в момент своего создания. Сейчас из озера вытекает примерно сто десять рек, точное количествоу никому не известно, эльфы не пускают чужаков в некоторые области Изумрудного леса, раскинувшегося по всей длине внешней стороны полумесяца, а в залив Исхода, что небольшой пуговичкой выпадает из Меньшего конца, и вовсе не каждый эльф вхож. Вот только подданным Астрелонии не получилось отсидеться в лесу, им пришлось выйти к людям и рассказать, почему бесконтрольные вырубки ради расширения территорий для жизни стали причиной Великого Прорыва. Разгадка явления получилась банальной: пусть площадь озера и уменьшилась вдвое, количество воды в нём осталось прежним, а чтобы не случилось то, что всё-таки случилось, эльфы и рассадили по его берегам обширные леса. Кто в итоге оказался виноват, люди которые ничего знали, или сами эльфы, по своей заносчивости не пожелавшие ничего объяснить, решили не выяснять, а договорились вместе бороться с капризным естеством озера. Тем более, что сотрудничество принесло как Изумрудному лесу, так и Объединению Пяти Княжеств немало обоюдной выгоды. Вместе они боролись против врагов, вместе помогали пострадавшим от Великого Прорыва и его братьев поменьше, вместе они развивали как магию, так и технологии. Именно здесь были изобретены вессенская сталь, боевое направление капельной магии, танцы бракка и триф, холодное плазменное оружие и многое другое.

Вот только сотрудничество не было спокойным и безоблачным. Были в их истории и ссоры, и примирения, и новые ссоры, и новые примирения, и межрасовые браки, из которых вышли сараны, полуэльфы с пепельными волосами без исключения. Не один раз стороны грозились разорвать договор о сотрудничестве, с кровью, угрозами и миллиардами литров гневной слюны и километров оскорблений. К счастью, всегда находились примеряющие обстоятельства, чтобы продолжать жить в мире дальше. Эти конфликты вошли в историю как Токсичные Дипломатические Войны. Всего их было шесть. В первый раз обстоятельством для примирения, которыми и вошли в историю эти конфликты, стали орки, что поселились на самой оконечности Большего конца спустя пару лет после Великого прорыва, а уже спустя пятьдесят лет угрожавшие и эльфам, и людям полным уничтожением…

– Эй, человек, стой где стоишь! – зычно раздалось откуда-то сверху.

От неожиданности Горпео упал прямо лицом в снег. Бодрость, державшаяся буквально на морально-волевых, по ощущениям игрока, ушла в глубокий минус и снова стала положительной, дав, наконец, полняться, лишь спустя десять долгих минут, и всё это время он был вынужден слушать усиливающийся волчий вой. В какой-то момент игроку показалось, что ещё чуть-чуть – и его шею ласково обнимет волчья пасть, нежно, но сильно хрустнут позвонки, не выдержав сильнейшего проявления чувств со стороны острых клыков и он всё-таки очнётся в Лависи, проклиная разработчиков Батлварса, странных богинь с нелепыми появлениями и себя заодно, за слабость и беспомощность. Будущий лекарь уже даже был готов к этому, но мечты в дребезги разбили несколько автоматных очередей и предсмертные хрипы двух или трёх прихвостней Хошеми.

Когда парню наконец удалось подняться, прямо перед собой он обнаружил четверых солдат в ярко-синей, по виду, утеплённой форме, с тактическими шлемами на голове и чёрно-серыми автоматами с дымкой из дул, наведённых на игрока. Лица скрывались за непроницаемыми тканевыми масками без каких-либо отверстий. Над одним их автоматчиков горел бледно-голубой шар размером с теннисный мяч, позволяющий разглядеть всю картину. Хотя несколько системок, некстати вылезших перед глазами, попытались замутнить видимость, Горпео просто свернул их.

– Кто ты такой и что здесь делаешь? – резко спросил один из автоматчиков, судя по голосу, тот самый, что остановил его.

– Меня зовут Горпео, – ответил игрок вообще не двигаясь. Какое-то внутреннее чувство подсказало ему, что лучше ничем не шевелить, целее будет. – Я иду в монастырь Триумвирата Единства.

– Твоя цель достигнута, монастырь в десяти метрах, – сказал автоматчик. – Вот только это не значит, что мы тебя туда впустим.

– Не впускайте, – спокойно сказал Горпео. – Потом, когда меня приведут сюда силой, будет чем оправдаться.

– Шак, проверь, – кивнул автоматчик в сторону того, над которым висел свет.

Тот убрал автомат за спину, вышел вперёд, протянул руку в сторону игрока и прошептал что-то нечленораздельное. На его руке вспыхнул синий пиксельный огонёк, похожий на ту магию, что использовала Эмили. Пару секунд ничего не происходило, а потом цвет пикселей, взмывающих на пару сантиметров вверх и там исчезающих, сменился на жёлтый. Шак убрал руку и вернулся обратно, достав автомат, но на Горпео не направляя.

– Всё в порядке, может пройти в монастырь, – куда добрее сказал главный автоматчик.

Двое, что ещё держали автоматы направленными на парня, опустили оружие, развернулись и ушли в темноту. Шак поводил руками туда-сюда, будто рисуя картину, и над Горпео, сияя немногочисленными огнями, навис монастырь. Вот только понять его истинные размеры в таком ракурсе не представлялось возможным. Только днём.

– Пойдём, парень, – поторопил игрока автоматчик, – ночь не лучшее время для путешествий.

– У меня не было выбора, – отозвался Горпео, с трудом переставляя ноги. – Либо ночью, хорошенько отдохнув, либо днём, но после ночи, проведённой в обнимку с кроликами.

– А завтра нельзя было пойти?

– Нельзя, – покачал головой парень. – Волки бы уже давно проснулись и не дали бы мне пройти.

– Волки, говоришь? – вступил в разговор Шак. – А чего они тебя преследуют?

– Я не знаю. Я выполнил все условия, выставленные Кристианом, а они всё равно пошли за мной. А потом ещё Хошеми сказала, что не в силах остановить их.

– Ты какой-то слишком откровенный, парень, – сказал главный автоматчик.

– Это усталость так действует, – хмыкнул Шак. – Она, проклятая, развязывает язык даже у самых стойких к этому делу.

В этот моменту игрок и защитники монастыря прошли кем-то любовно открытые ворота и оказались во внутреннем дворе. Прямо посередине его стояла статуя какого-то непонятного четвероного существа с многочленными хвостами и костяными наростами на спине. Из его лобного рога била вода. На двускатной крыше верхней галереи горели светильники, поставленные довольно часто друг от друга, давая гораздо больше света, чем казалось за воротами.

– А снаружи так светло здесь не было, – пробормотал Горпео.

– Защитная магия, – отозвался главный автоматчик и показал на статую-фонтан. – Чтобы всякие, подобные ему, нас не тревожили.

– Здесь обитают такие… эм-м-м… монстры? – удивился парень.

– Здесь и не такое обитает, – раздался новый голос из-за скульптуры. Что характерно, женский. – Вокруг нашей обители просто зашкаливающий уровень духовного загрязнения, разного рода вимиксы так и тянутся, так и тянутся.

– Это матушка Огиди, – шёпотом пояснил Шак, – Она хранительница школы Шаршасы.

Высокая фигура в чёрном балахоне и белом чепце на голове медленно плыла на брусчаткой двора. Ноги, обутые в лёгкие, с виду кожаные, тапочки свободно болтались в воздухе.

– Хад, Шак, можете быть свободны, – кивнула матушка Огиди автоматчикам и те ретировались. – Я вижу на тебе печать Триединого, посланник. Как тебя зовут?

– Моё имя Горпео, матушка Огиди, – поклонился игрок женщине.

Вблизи парень смог рассмотреть её лицо и, к своему удивлению, обнаружил, что на вид ей лет тридцать пять, максимум сорок, а вот по голосу ей дашь никак не меньше шестидесяти.

– Значит, уже подсказали, – улыбнулась хранительница. – Послушные мальчики, особенно после трёх часов телесных наказаний.

– Э-э-э…

– Пойдём со мной, Горпео, – никак не отреагировав на мычание игрока, продолжила матушка Огиди. – Ты пришёл в нужное место, но совсем не в то время. Впрочем. Твою проблему с волками мы решим, Хошеми придётся объясниться. А пока тебе надо хорошенько выспаться, завтрашний день будет непростым.

Сказав всё это, хранительница поплыла обратно, туда, откуда в первый раз Горпео услышал её голос. Игрок решил не отставать, как бы ему не хотелось полюбоваться на архитектуру вокруг. Путь оказался коротким, всего с десяток метров. На противоположной стороне двора, в серой кирпичной стене, на равном друг от друга расстоянии вниз уходили три лестницы. Матушка Огиди выбрала крайнюю левую и стала спускаться. Там игрока ждал длинный коридор, потом снова лестница, но уже наверх и трёхпролётная, и ещё один коридор, с дверями.

– Здесь ты будешь временно обитать, пока проходишь обучение, – сказала женщина, остановившись у двери с номером 47. – Это твоя личная комната наподобие гостиничной. Вот ключ. Встретимся утором, в десять часов.

Спустя секунду Горпео уже стоял один в пустынном коридоре. Вздохнув, от открыл ключом дверь и вошёл. Обстановка оказалась, мягко говоря, небогатой. Кровать, сундук, вешалка у входа, маленькое окошко. И всё это в лучшем случае на пяти квадратных метрах. Примерно так парень представлял себе монашеские кельи. Зато сундук содержал в себе все те вещи, что парень оставил в таверне Лависи. Утолив голод и жажду последними припасами, игрок вышел в реальность, поставив аватару в режим сна.