Текст книги "Снежный кряж (СИ)"

Автор книги: Малеев Алексий

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 28 страниц)

– Ага, и все ошибки тоже делаешь сам, будто трудно подсмотреть их у других, – насмешливо передразнил игрока Сиш.

– У каких других? – не выдержал Горпео.

Обычно в этом месте он спрашивал у солдат, почему они сами не идут за трофеями в первых рядах, но сейчас что-то щёлкнуло в голове и выстроилась совершенно другая аргументная цепочка. Та, которую всегда хотел озвучить учителям, призывающим его жить «как все нормальные люди».

– Да, именно других, которые уже прожили жизнь и готовы поделиться мудростью с молодыми, но глупыми, – жёстко ответил Гравик.

– А чью жизнью прожили они? Причём каждый из них, а не кто-то один. Свою и больше ничью. Со своими стремлениями, своими желаниями, своими победами и своими поражениями. И передавать они будут именно свою смесь радости, грусти, любви, отношений с родными, горя от их утраты, а может быть и совсем не горя. Свои принципы, свои прогибы, свою злость и своё разочарование. Абсолютно каждый будет передавать исключительно свой опыт, и учить своей жизни, даже не задумываясь, что кому-то она может не подойти. Один наслушается одного такого учителя, а то и нескольких сразу, а потом вдруг неожиданно поймёт, что всю жизнь бежал от себя и не позволял себе того, что хочет сам. Банально потому, что его так научили! А другой не будет никого слушать и в тот же самый один момент осознает, что может быть и надо было, да только поздно уже. И каждый из них сформирует уже свой опыт и будет предавать другим, молодым да глупым, – фыркнул Горпео. – И эти молодые пойдут их слушать. А может быть и не пойдут, узнав от других, таких же советчиков, что это бессмысленно и ненужно. Но никто не знает, будет это правильно или нет. Узнает об этом только сам человек, оценив свои действия с высоты прожитых лет. Вот только не будет уже рядом с ним тех советчиков и отвечать придётся перед самим собой без чьей-либо помощи. Так что я предпочту с самого начала свои решения принимать самостоятельно. Выслушивать разные стороны и мнения, но точку ставить своими руками и своей головой

Закончив говорить, Горпео закашлялся. Никогда до этого он не произносил столь длинных монологов.

– Ну ты и выдал, парень, – протянул флягу подошедший Киши. – Ты, главное, теперь запомни это, а-то мало ли, вдруг решишь передумать.

Получен навык «Красноречие»

Системка появилась довольно неожиданно. Горпео ещё не отошёл от своей речи и протянул руку за флягой, как она выскочила и перекрыла обзор. Ёмкость он в итоге взял, но маг как-то странно на него смотрел вплоть до того момента как игрок, осушив в три глотка, не вернул её хозяину. Тот поспешил уйти.

– Я что-то не так сделал? – спросил парень.

– Да не обращай внимания, – отмахнулся Гравик, – он просто в первый раз видит.

– Что видит? – не понял Горпео.

– Ну ты ведь получил своё Красноречие? – спросил Сиш.

– А… вы…

– Ты далеко не первый посланник на нашем пути, – расслабленно протянул солдат.

Ни он, ни Гравик не могли видеть, как Горпео внутренне подобрался, готовясь к самому худшему. Игрок точно не знал, но вполне предполагал в игре наличие убийц, как их называли местные, посланников, изучившие их вдоль и поперёк. Как иначе можно было объяснить вопрос о получении умения?

– И куда вы дели всех остальных? – спросил он.

– В смысле «куда дели»? – не понял Гравик. – Сами ушли, когда пришло время. Зачем нам их куда-то девать?

– Но ведь Красноречие…

– Один из ваших проговорился, что мы можем влиять на получение вами определённых умений, – пояснил Сиш. – Вот мы и стараемся помогать самым достойным.

– Значит, я достоен?

– По крайней мере, лучше многих, что мы видели, – кивнуд Гравик. – Пусть вас и было немного, определённую ранжировку составить не трудно. Тем более, что этим занимаемся только мы и ещё Кром иногда.

– Почему только трое?

– Так комендант решил, – пожал плечами Сиш, – он всегда отправляет посланников к нам во время Жатвы.

– И вы значит, захотели стать эдакими няньками? – решил подстебнуть солдат игрок.

– А ты чем-то недоволен? – абсолютно серьёзно спросил Гравик.

– О нет, меня всё устраивает, – тут же пошёл на мировую Гравик. – Без вас, огаши, я бы так и мазал по дрогам.

– Да ты и сейчас бы мазал, – пожал плечами тот, – не очень-то и далеко ушло вперёд твоё обучение за неделю-то. Развиваться тебе ещё и развиваться. К сотому уровню посланник должен обладать меткостью основного огнестрельного оружия не ниже двухсот пятидесяти. Но то, что мог, я тебе дал. Да и никуда ты не опаздываешь, за неделю твои показатели вполне достойны.

Горпео вдруг осознал, что в игре он всего неделю. Ровно семь дней, не считая первый вечерний заход. И чего он достиг за это время? По сути, ничего, даже выйти из первого подрегиона пока не смог.

– Ну вот опять ты за своё! – наехал на Гравика Сиш, но слишком уж наигранно. – Он ведь теперь задумается об уходе от нас.

– Уже задумался, – ответил ему Гравик. – И правильно сделал. Дети должны покидать начальную школу и идти дальше по лестнице мастерства. Таков закон жизни.

В его голосе сквозила непередаваемая грусть, будто ему вовсе не хотелось отпускать Горпео. Но тот понимал, что огаши прав. Ведь и пари отца невозможно будет выиграть, постоянно живя в стартовой локации. А выиграть игроку очень хотелось. Это был вопрос самоуважения.

Через час, собрав трофеи, обменяв их на деньги и всё-таки наведавшись в местный бар на три стопки шавии, очень крепкой местной водки, лишь на треть разведённой водой с привкусом чего-то невыносимо горького, они возвращались обратно колонной из четырёх машин. Горпео был полон решимости этим же вечером уйти из деревни и отправиться дальше, к Перешейку душ, тому самому месту, где осуществляется переход из первого подрегиона во второй. Его кошелёк потяжелел ещё почти на четыре тысячи. Могло быть и больше, но пришлось потратиться на ремонт винтовки, за эти три дня она изрядно потрепалась, ещё чуть-чуть и начала бы клинить. Никаких трофеев у игрока не осталось, всё, что можно было, он сбыл торговцу. Хотел было и три оставшиеся гранаты продать, но, подумав, решил, что они могут ещё пригодиться. Мало ли что и где может случиться.

В машине парень незаметно уснул. Пусть машины и пародировали кабриолеты, но внутри было довольно тепло, а непривыкший к алкоголю игровой организм – да и реальный тоже – ещё больше клонило в сон. Да и усталость накопительного толка давала о себе знать. Это обычная бодрость восполнялась после выходов и заходов в игру спустя некоторое время, аватар игрока же нуждался в нормальном отдыхе здесь, которого за неделю так и не получил. Ну не было в Прасунге таверн или гостиниц! Горпео как мог боролся со слипающимися глазами и зевотой, но проиграл, и как доехали до деревни он не помнил. Разбудил его автомобильный гудок, требующий открыть ворота гаража, но над будущим лекарем никто не смеялся, наоборот, все смотрели с пониманием.

Гараж оказался расположен внутри Гарнизона, из него можно было пройти сразу на второй этаж, что Горпео и сделал, после чего вышел к лестнице и пошёл к коменданту. Ведь, по сути, в деревне его ничего не держало, кроме последней тренировки от Гравика и плата за форму, которую он должен был вернуть. Конечно, можно было и сбежать, сэкономив грины, но, во-первых, четыреста пятьдесят денежных единиц для игрока уже не были каким-то обременением, а во-вторых, некоторые НПС, особенно самые влиятельные из них, были способны видеть все нехорошие поступки посланцев, что могло осложнить дальнейшую жизнь Горпео в Батлварсе. Мало ли, с кем придётся пересечься.

Нур всё так же стоял на посту и, едва заметив парня, снова стал смеяться как ненормальный. Горпео остановился на безопасном расстоянии от него, хотя вряд ли это могло помешать стражу снова растроиться. Минут пять на весь коридор стоял дикий хохот, после чего дверь открылась изнутри.

– Нур, ты снова за своё? – прищурившись в сторону охранника, процедил Сартур.

– Прошу прощения, аш-комендант, больше не повторится, – моментально вытянувшись по стойке смирно, отчеканил страж.

– Да уж, больше не повторится, как же, – смерил взглядом Сартур стража, после чего обратился к игроку: – Ну, что стоишь, проходи.

Горпео не стал заставлять себя дважды и проскочил в кабинет. Обстановка в нём ни на процент не изменился за те три дня, что парень в нём не был.

– Судя по твоему лицу, ты пришёл явно не просто языком потрепать, – сев за стол, сказал комендант.

– Так и есть, – кивнул Горпео. – Сегодня вечером или завтра утром я планирую уйти из деревни.

– Ну что ж, молодец, – похвалил его Сартур. – Всё, что нужно от нас, ты получил, и даже денег заработал. Так ведь?

– Так, – ответил игрок. – Поэтому хочу отдать деньги за форму.

– А ещё за ватник и стирку одежды, в которой пришёл. С тебя тысяча сто гринов, боец.

– Согласен, – материализуя необходимую сумму, сказал Горпео. Получилась пачка из одиннадцати купюр. На всякий случай пересчитав, он протянул деньги коменданту: – Вот, держите.

– И что, даже не попробуешь уменьшить сумму?

– А вы готовы пойти на это?

– Ты мог хотя бы попытаться, ведь это твои деньги.

– Я полностью осознаю свои способности в деле торговли и понимаю, что это совсем не моё, – покачав головой, отказался Горпео.

Всё-таки даже в восемнадцать можно понять, что ты из себя представляешь и на что способен, а к чему лучше не прикасаться. И торговля в частности, равно как и всевозможные виды отношений с деньгами в целом, относились ко второму типу. Вряд ли игра, да ещё и такая проработанная, сможет что-то поменять.

– Ну что ж, это твоё право, – хмыкнул Сартур, забирая деньги. – Только тебе решать, какой стиль жизни в Нараконе претворять в жизнь.

Горпео кивнул. Он понимал, что комендант сейчас пытался провернуть тоже самое, что и Сиш с Гравиком на блокпосту. Вот только Торг ему был совсем неинтересен. Красноречие, в принципе, тоже… ровно до того момента, когда получил его. Парень вдруг понял, что говорить, произносить звуки, складывать их в слова, те, в свою очередь, в предложения, а их в длинные красивые речи, это очень круто. Понял, что слово поистине страшное оружие, которое и в самом деле может воодушевлять, лечит, мирить с горем, ранить и даже убить. До того момента он только читал об этом, смотрел фильмы, слушал от других, но не понимал. Теперь же, поняв, решил попытаться прокачать насколько это было возможно. И вряд ли это будет сильно сложно, поболтать в реальной жизни он очень любил, был бы собеседник подходящий.

– Тебя что-то ещё держит в деревне? – спросил вдруг комендант, выводя Горпео из собственных мыслей.

– Мы договорились с Гравиком на последнюю тренировку – ответил игрок. – А вы уже гоните меня?

– Вечером, даже ночью по нашим меркам машина поедет на блокпост, может подкинуть тебя до развилке, от который ты доберёшься до Лависи. Эта деревня поменьше нашей, но в ней есть таверна и до Перевала ведёт прямой путь.

– Откуда вы… – начал было Горпео, но внезапно понял: – Ну да, всем посланникам в одну сторону.

– Вот именно, – кивнул Сартур, – поэтому поспеши. Проведи как можно скорее тренировку, зайди к торговцу, может купишь чего. Например, фонарик, в темноте по снегу идти не очень удобно. А потом приходи обратно не позже семи часов, иначе машина уедет без тебя.

– Спасибо, аш-комендант…

– Это обращение тоже оставь, – поморщился Сартур, – оно не для тебя, ты ведь не мой личный охранник.

Поклонившись, Горпео поторопился покинуть кабинет. Надо скорее найти Гравика. Может и согласится на тренировку пораньше.

Ровно в семь часов вечера в игре, которое минута в минуту совпадало с реальным, парень сидел в кабине грузовика и ждал, когда придёт водитель и они поедут. Транспортное средство, как и говорил комендант, ехало к блокпосту, но Пиккин – а водителем оказался именно он – согласился высадить игрока на развилке.

Горпео повезло, что Гравик согласился на перенос тренировки. И не просто согласился, а пол часа после это ехидничал на тему «я ж тебе сразу намекал на это, а ты не догадался». Правда, когда были эти намёки, парень вспомнить не смог. Возможно все они произошли в машине на грани сна и яви. Тем не менее, тренировка прошла на ура, меткость автомата повысилась разом аж на три пункта. Ещё бы, стрелать по столь быстро ееремещающимся мишеням – да и двуигающимся вообще – будущему лекарю ещё не приходилось. Прощаясь с орши, Горпео пообещал ему не стать Каширом Неблагодарным. На лице солдата отразился конкретный такой скептицизм, но попрощался Гравик достаточно тепло. Сиш и Кром тоже пришли, едва не дошло до скупой мужской слезы, но обошлось.

К торговцу Горпео так же заглянул. Пополнив запасы стрел и патронов, а также стиков ремонта, он спросил насчёт фонарика. Торговец показал два, правда, отличались они лишь цветом, один чёрный, а второй серебристый. Игрок решил не выпендриваться и взял первый. Чего-то особенного для игроков в магазинчике не нашлось, так, немного одежды, простенькое оружие в виде двух автоматов, статы которых не сильно отличались от стартового Ноя, и двух пистолетов, ингредиенты для крафта и вышеупомянутые расходники. А вот цены кусались, автоматы по семь тысяч для новичка значительная сумма, особенно, если на блокпост не отправят. Так что Горпео решил поберечь деньги, может, для прокачки лекарства пригодятся. Вернее, точно пригодятся, а вот сколько – пока оставалось загадкой.

Самую малость опоздав, буквально на две минуты, появился Пиккин, а уже в пять минут, после быстрой сверки груза с заявленным в документах, они тронулись в путь. Всю дорогу водитель молчал, перебросившись в самом начале десятком дежурных фраз с Горпео. О делах в основном, но спросил и об уходе из деревни. Игрок отвечал, про себя недоумевая, зачем спрашивать о том, что и так знаешь. Ведь именно Пиккин сидел за рулём легковушки, когда они ехали от блокпоста в деревню. Дальнейшей молчаливости водителя Горпео был даже рад, он смог немного вздремнуть и к развилке усталость малость отступила, полностью, правда, не пройдя.

Попрощавшись с Пиккином, тем самым окончательно отрезая пути назад, в Прасунгу, игрок покинул грузовик. Тот поехал прямо, а Горпео повернул налево и устремился по едва различимой дороге вперёд. Гравик говорил, что даже пешком здесь не больше получаса, значит к восьми точно дойдёт, ведь у него есть запас в сорок минут. В восемь часов из капсулы надо вылезти кровь истины, Герцогу требуется внимание и парень был не против его обеспечить.

Достав из инвентаря фонарик и освещая им путь, Горпео перешёл на бег. Спустя минут пять впереди показалось что-то тёмное, но вряд ли это уже была деревня. Так оно и оказалось – подойдя ближе, игрок разглядел больших размеров лесной массив, а дорога прямо перед ним круто заворачивала вправо, к высокому горному склону. Парень смог вживую ощутить смысл выражения про молот и наковальню. Слева – шорохи ночного леса, справа – треск камней непонятного происхождения, а посередине он, совсем один против двусторонней опасности, и если что-нибудь случится…

– У-у-у… – раздался где-то вдали волчий вой.

– Ну только этого не хватало, – процедил Горпео, просвечивая фонариком лесную толщу.

Вернее, пытаясь – дальше четвёртого, редко пятого дерева по-прежнему царствовала тьма.

– У-у-у… – вой послышался намного ближе.

– Ну нахер, – решил и игрок и дал дёру.

И никого, кто смог бы его остановить, не нашлось. Да и не стал бы он этого никого слушать, кто знает, сколько там волков и насколько они агрессивны. А умереть прямо здесь не хотелось, его тело отнесёт к последней точке возрождения, что он ставил, а точка эта осталась в Прасунге и дистанционно её снять невозможно, только перепоставить в другом населённом пункте, куда Горпео прямо сейчас и стремился.

Долго бежать парень не мог, бодрость опускалась всё ниже и готова была вырубить игрока в любой момент. А там и усталость жаждала вступить в свои права и погрузить Горпео в сон. И пусть он давно убежал от леса, но волки вполне могли преследовать его, если почуяли. Поэтому он бежал, изматывая себя, пока не тело просто не упадёт на снег. И такой момент настал. Сначала игрок стал всё медленнее переставлять ноги, потом перед глазами возникла уже знакомая сонная пелена, а потом он споткнулся и рухнул лицом в снег. Попытка подняться не удалась, мир почернел и не отзывался на его действия.

В себя он пришёл от всё усиливающегося воя и примешивающегося к нему рака. С трудом разлепив веки, парень перевернулся на спину, не в силах даже встать. Взгляд плыл, но постепенно, очень-очень медленно, обретал чёткость. Совсем рядом рычала какое-то серое пятно и мозгу потребовалось секунд пять чтобы понять, что это такое.

– Волк! – хотел крикнуть Горпео, но горло издало лишь писк пятилетней девочки.

Недолго думая, парень достал винтовку и шмальнул очередь в пятно. Судя по непрекращающемуся рычанию, не попал. Тогда он ещё нажал на спусковой крючок. И ещё, и ещё. Жалобное скуление дало понять, что как минимум одна пуля достигла цели. Игрок попытался встать, но смог только сесть, налитые свинцом ноги отказывались идти. Тогда он пополз, понимая, что это совсем не выход. Насколько далеко деревня он мог только догадываться, но и оставаться здесь на съедение волкам тоже не хотел.

Справа раздался очередной рык и Горпео направил автомат туда. Выплюнув два патрона, оружие перешло на щелчки, давая понять, что не помешала бы перезарядка. Волк был всё ближе, серое пятно его тела подбиралось к игроку, не переставая рычать. Парень как умалишённый давил на спусковой крючок и неожиданно это дало плоды, волк заскулил, как предыдущий и перестал приближаться. И лишь спустя секунд двадцать до подавляемого усталостью мозга Горпео дошло, что руки опустели и жать больше было нечего. Он кинул винтовку в волка! Та мысль ненадолго прогнала серую пелену и игрок смог встать и побежать. Правда музыка играла недолго: что-то попало в парня сзади и уронило в снег, правое плечо отозвалось острой болью, усиливающейся с каждой секундой. Попытавшись перевернуться на спину, Горпео понял, что этим «чем-то» оказался волк и прямо сейчас он рвал зубами тушку игрока. А у него даже обыкновенного ножа не было. Зато были стрелы! Провозившись с полминуты, но в конце концов материализовав одну стрелу из инвентаря, он вонзил её в пасть противника. Тот заскулил, как и двое предыдущих, и отпустил плечо. Перед глазами выскочила системка, но читать её игрок не стал. И без того не самое лучшее время и место смешалось с адской болью, не давая сконцентрироваться на тексте. Горпео смахнул его в надежде, что противники закончились и после передышки можно будет узнать, что система от него хочет.

Вот только этим надеждам не суждено было сбыться – на смену одному волку тут же пришёл другой, вонзившись в левое бедро. Полоса здоровья, и без того мигавшая в красной зоне, стала ещё быстрее убывать, а ответить будущему лекарю было уже нечем…

Неожиданно справа раздались щелчки, будто кто-то стрелял из охотничьего дробовика, а после жалобное скуление полилось со всех сторон. На волка, что терзал ногу парня, набросилось что-то чёрное, в свете звёзд виртуального мира выглядевшее как очень плотное приведение.

– Ну вот, ещё и фонарик потерял, – пробулькал игрок.

– Живой, – крикнуло приведение, спустя секунду мелкой дрожи превращаясь во вполне обычного солдата в сине-серой форме. – Он живой, но очень плох.

– Мой фонарик…

– Он у тебя в левой руке, – ответило приведение, – именно по нему мы и нашли тебя.

Горпео сжал руку и пятно света прямо пред ним погасло.

– Берите его и кладите назад, – раздался новый голос, как будто бы женский, но Горпео уже ни в чём не был уверен. – Боец, открой рот, ты не должен сейчас умереть!

Парень послушно разжал зубы и не сдержал крик боли. В этот момент его рот заполнила кислая жидкость. Он непроизвольно сглотнул, после чего закашлялся. Полоска жизни на самом краю затуманенного зрения понемногу поползла вправо.

– Там… винтовка… – захрипел Горпео, – волки… а я… кинул…

– Не надо слов боец, – раздался рядом голос приведения, а игрок осознал, что он лежит в машине, ему адски больно и они куда-то едут. – Ты хочешь спать – вот и спи, сейчас для тебя это безопасно. А винтовку свою мы найдём.

– С… спасибо, – выдохнул парень и тут же провалился в сон, в котором не было места проникающей во все клеточки его организма боли.

Интерлюдия 2

На парковке бизнес-центра почтив самом центре Белгорода мигнул три раза габаритными огнями мерседес белого цвета. К нему из лифта, на ходу доставая ключи из рюкзака за спиной, быстрым шагом приближался взрослый стройный мужчина лет сорока пяти в строгом деловом костюме серого цвета. Открыв заднюю дверь и скинув на сиденья рюкзак и пиджак, мужчина сел за руль. Пара манипуляций с установкой мобильного телефона на держатель и заведением двигателя – и вот он уже выезжает с парковки на улицу. И ровно в этот момент телефон завибрировал, отображая на экране звонок от контакта «Мой любимый психолог».

– Слушаю, – мазнув пальцев по экрану, сказал мужчина.

– Как всё прошло? – спросил высокий женский голос.

– Ну а как ещё могло пройти? – спокойно ответил мужчина. – Я наорал на всех, достал из сейфа катану и порубил этих сраных поляков на мелкие кусочки. А потом отвёз в Кострому и завёл их бренные останки поглубже в лес.

– Значит, всё закончилось хорошо, – усмехнулась женщина. – Это хорошо, Женя, это очень хорошо, мне есть за что тебя похвалить.

– Это твоя работа Люда.

– Себя хвалить?

– Да ну тебя, – раздражённо сплюнул мужчина. – Я ведь и вправду едва не дошёл до варианта с катаной, очень уж эти поляки старались вывести меня из себя.

– Как говорится, чуть не считается. Но работать с тобой ещё долго и упорно, три месяца это только самое начало.

– Ну ты же знаешь, я как пионер – всегда готов.

– О, уж я-то знаю, мой пионер, – сексуально протянула Люда. – Если бы мои подруги только знали, чем и как ты умеешь работать…

– Но ты им не рассказываешь, потому что у тебя их нет, – закончил за неё Женя.

– Ага, я не верю в женскую дружбу, ты же знаешь, – тем же тоном прошептала женщина. – А вот в крепкую… хм, работу между мужчиной и женщиной – очень даже.

– Кстати об этой вот хм, работе, – серьёзно начал мужчина. – Ко мне тут всё-таки решил наведаться брат якобы в командировку. Уже его жена звонила с требованием подтвердить, что всё серьёзно.

– А на самом деле ему просто надо отдохнуть от жены. Понимаю, пусть я и сама женщина, но всё-таки и психолог тоже. Значит, мы будем реже видится эти две недели?

– Возможно, вообще не будем, – вздохнул Женя. – Сама понимаешь, если он узнает о тебе, придётся вас знакомить. А там он неминуемо узнает, что ты психолог, соотнесёт с Пашкой и догадается о нашем плане.

– А нам это совсем не нужно, – понимающе ответила Люда. – Если твой сын ещё больше замкнётся в себе и потеряет последний шанс на социализацию, это будет провал.

– И, возможно, он ещё и руки на себя наложит.

– А вот это совсем не точно, но доводить всё равно не надо.

– Вот именно, поэтому надо ограничить наши контакты на эти две недели.

– Или даже вообще исключить.

– А как же наша… хм, работа.

– Поработаешь руками, если что, – фыркнула Люда. – Уж на четырнадцать дней можно и притушить свой фонтан желаний. Или тебе утешение плоти важнее сына.

– А обычная работа? А же ведь сам могу сорваться на очередном совещании и всё – плакал бизнес и сын, кстати, тоже. Из чьего кармана я буду перечислять ему деньги на жизнь? Да и близнецов придётся перевести в обычную школу с уровнем обучения ниже плинтуса.

– Эту работу, само собой, исключать нельзя, – успокоила мужчину Люда, прекрасно понимая его опасения. – И будет странно, если штатный консультант по психологическим вопросам вдруг перестанет приходить на работу.

– Да уж, только работа нам теперь и остаётся…

– Женя, но ты ведь не маленький ребёнок, как-нибудь две неделями только встречами на работе поживём. В конце концов, можешь сегодня ко мне приехать.

– А я что по-твоему сейчас делаю? – притворно возмутился Женя и, без перехода, стал заигрывать: – У меня всё говорит от возбуждения, рыбонька. Ты же утолишь голод своего котика?

– О, пусть котик не волнуется, его голод будет утолён по полной программе.

– Кстати, насчёт котика, – тут же стал серьёзным мужчина. – Мой сын завёл себе кота. Пока ещё котёнка, правда, но это дело наживное.

– И ты хочешь, чтобы я сказала тебе, нормально это или нет?

– Очень хочу. Я боюсь, что он станет сильным и независимым.

– Нет, ну если ты предпочитаешь мужчин видеть слабыми и подчиняющимися…

– Вот только не надо этих твоих шуточек, – раздражённо прошипел Женя. – Ты ведь прекрасно поняла, что я имею ввиду.

– Прекрасно поняла, – вздохнула Люда. – И считаю кота очень хорошим приобретением.

– Он его от собаки отбил после драки с гопниками.

– Он сам тебе это сказал?

– Нет, об этом он вообще не говорил, хотя я и пытался ненавязчиво выведать.

– Понятно, тот самый хакер подсуетился, – протянула Люда. – Так вот, кот – это хорошо, может сможет научить твоего сына заботе и ответственности.

– Вот это сможет меня и пугает. А если кот надоест Паше и он забросит его через пару недель?

– Да, это может быть проблемой. А там и апатия снова накроет с головой…?

– Вот именно. И как этого избежать? – с призвуком отчаяния спросил Женя.

– Для начала нужно понять, как обстоят дела, чтобы знать с чем работать, – деловым тоном ответила Люда. – Пусть твой брат, чтобы не вызывать подозрений, съездит к нему и посмотрит.

– И как ты себе это представляешь? – ехидно спросил мужчина. – Юрка просто так заваливается к Пашке и первым делом ищет кота? Это ну вообще ни разу не подозрительно.

– То есть ты хочешь, чтобы я сделала за тебя всю авгиеву работу, а ты получил результат и остался в шоколаде? И как с таким подходом ты ещё на плаву?

– Прости, – тихо сказал Женя. – Что-то я вышел из себя на секунду.

– Именно поэтому я и нужна тебе, чтобы этих секунд не было. И всё-таки этот ребус тебе предстоит решить самому. Поговори с братом, подумайте над этим. Я уверена, нужный предлог найдётся.

– К тебе всё ещё можно? – спустя пару минут молчания спросил мужчина.

– Нужно! – безапелляционным тоном ответила женщина. – И прежде всего тебе.