Текст книги "Снежный кряж (СИ)"

Автор книги: Малеев Алексий

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 28 страниц)

– Хорошо, – кивнул Горпео, – но почему я?

– Ты умеешь стрелять из лука., – пожал плечами комендант. – Так почему бы и нет? Да и потом, всем посланцам, насколько я знаю, нужен опыт. Да и деньги не помешают. А за эту работу платят. Или тебе деньги не нужны, как и опыт? Тогда мы найдём другого кандидата.

– Я согласен.

– Вот и хорошо. Давай свою карту, отмечу место, куда идти надо.

Вам доступно задание «Пернатая охота»

Добудьте пропитание для деревни Прасунга, охотясь на горных куропаток

Награда: вариативно, в зависимости от количества горных куропаток

Штраф за отказ: нет

Штраф за провал: нет

Принять: Да/Нет

Без раздумий приняв задание, Горпео достал из инвентаря тоненький-тоненький всегда включенный планшет, на котором отображалась знакомая игроку местность. Уничтожить этот планшет, как-то испортить, продать, потерять, подарить невозможно. Равно как и украсть. Такая вот защита данных в условиях полного погружения.

– Здесь не так далеко, всё время вниз по склону, – сказал комендант, возвращая карту с красной точкой, поставленной в абсолютной черноте.

От деревни и вправду оказалось совсем рядом.

– А сколько куропаток-то надо принести? – спросил игрок, решив прояснить непонятки с наградой.

– Сколько сможешь поймать, – усмехнулся Сартур. – Сможешь пять – неси пять, сможешь двадцать пять – неси двадцать пять. За каждую получишь как положено.

Паша внутренне подобрался. Значит, он устроит локальное куропаточное истребление и поймает всех, что там есть. Лишь бы только они потом не переехали по другим регионам мира и не просили признать этот геноцид через политиков, актёров и певцов. Но это сильно вряд ли. Куропатки, как минимум, не разговаривают.

Спустя десять минут Горпео уже следил за птицами, накладывая на тетиву третью стрелу. Две предыдущие в цель не попали. Во многом виной этому послужила излишняя самоуверенность и, в некоторой степени, тупость будущего лекаря Ну или проблемы с памятью, тут уж как посмотреть. Он ведь читал о полноценно-реалистичной физике в тех вопросах, где этому не мешает магия, но не сумел перенести на полёт стрелы, мда… В итоге первая стрела, что по задумке игрока должна угодить прямо в грудь куропатке, воткнулась в двадцати метрах от неё, конкретно не долетев. Это был отличный урок баллистики и Горпео постарался его запомнить. Именно поэтому вторая стрела, взятая с упреждением, полетела по необходимой траектории и прошила голову птице… бы, но вмешался ветер, отклонивший древко с наконечником буквально на пару сантиметров, оказавшихся в итоге решающими. Что первая, что вторая птица, заметив стрелы, поспешили убраться от них подальше, благо местность это вполне позволяла.

В плане ущелье представляло собой длинное узкое понижение в горе, высотой примерно метров пятнадцать и длинной с полкилометра. Камни, кусты, торчащие из-под земли скалы, частично разрушенные природой и образовавшие вокруг себя насыпи по полтора-два метра, местами лежащий снег, кем-то или чем-то утрамбованный до твёрдости льда, грязь – всё это представляло собой идеальную маскировку для серо-чёрных птиц.

Местность разительно отличалось от той, где стояла деревня и напоминала скорее ту, по которой Горпео бежал от лавины. Разве что там скал не было, а так вообще один в один. Особое внимание игрока привлекли кусты. Высотой с метр, ветви одного из них спокойно выдержали на себе Горпео, когда тот поскользнулся в грязи и чуть не упал. Листья представляли собой практически иглы с солидным слоем воска. На конце листа располагался колючий шип, за который шесть листьев осталось на форме игрока. Оторвав их и машинально убрав в инвентарь, в тот момент Горпео задумался на тему отсутствия в этой местности растительности, даже в виде этих странных кустов. И пришёл к выводу, что всё очень даже логично. Если снег у них лежит круглый год, то никакая зелень расти в таких условиях не будет. Что деревьям, что траве, что цветам нужна почва, а она, как он помнил игрок с уроков биологии и географии, образуется лишь в тёплое время суток. А в этом ущелье, да и тех, что выше, явно какая-то тепловая аномалия, здесь даже снег не задерживается, только местами, и то в спрессованном виде.

И всё равно этого должно быть недостаточно для обитания здесь относительно крупных птиц. Что они едят Горпео не помнил, хотя на тех же уроках биологии им показывали фильмы о дикой природе, которой на Земле осталось очень немного. Куропатки там тоже упоминались, но ни один из видов пятнистым серо-чёрным окрасом не обладал. Да и все они летали, в отличии от этих, которые только бегали. А вот чем они здесь питаются так и осталось загадкой, ни злаков, ни насекомых здесь не водилось. По крайней мере, на первый взгляд. Единственный плюс от жизни в этом ущелье – тепло, из-за которого игрок даже снял ватник, потому что пот хоть и не был предусмотрен разработчиками, но полоска перегрева, некстати появившаяся, грозила серьёзными последствиями.

Для себя Горпео решил, что раз это игра, то её создатели вполне могли не заморачиваться, распределяя животных по миру. Ведь реалистичная физика не должна априорно порождать реалистичную биологию. Да и вряд ли игроки так сильно задумываются по этому поводу, как он. Ну, большинство из них.

Заметив сразу пяток куропаток, вальяжно вышагивающих из-за ближайшей насыпи, расположенной в тридцати метрах от Горпео, игрок выпустил стрелу в последнюю птицу в шеренги, после чего сразу же стрельнул в предпоследнюю, посое чего всего лишь с использованием трёх стрел молниеносно перестрелял остальных. Пятая, правда, от одного попадания не умерла и пришлось стрелять ещё раз.

Поздравляем!

Вы убили пять птиц меньше, чем за минуту

Награда: +1 к «Меткость: Лук» и +2 к «Скорость стрельбы» на 10 минут

Убейте ещё двадцать птиц меньше, чем за 10 минут и получите второй уровень награды и 100 гринов

Потратив пять минут, чтобы выяснить что такое грины, Горпео твёрдо решил, что хочет второй уровень награды. Грины оказались местной валютой, распространённой только в Снежном кряже. Но пока отсюда он никуда не спешит, да и не получится уйти, не заходя в восьмой подрегион. А это он сможет ещё не скоро, по крайней мере, не завтра и не послезавтра точно. А деньги пригодятся. Если награда имеет не только второй, но и последующие уровни, за них тоже могут дать некоторое количество гринов, поэтому он готов провести в этом ущелье столько времени, сколько понадобится, приведя свои мысленные угрозы о геноциде в действие. Жажда и голод до десятого уровня его беспокоить не будут, холод здесь не страшен, выносливость и бодрость восстанавливаются сами, без вспомогательных средств, а больше ему ничего не грозит. Умереть от куропаток даже звучит смешно, а если уж такое случится, то от деревни здесь недалеко.

Единственное, что останавливало, это небольшое количество стрел. С самого начала их было всего двадцать четыре – девять Гравик, Сиш и Кром собрали после битвы с дрогами, ещё пятнадцать подарили от себя – теперь и вовсе осталось шестнадцать. Но, во-первых, можно и даже нужно сходить к куропаткам и подобрать как стрелы, так и их тушки, а во-вторых, когда и все эти сломаются, можно купить ещё в деревне. Стоить они должны не копейки, конечно, но вполне подъёмно, в том числе и для новичка.

Приняв решение, Горпео лишь сделал пометку выйти из игры через час, если это будет возможно, проверить, как там котёнок. Мало ли что может с ним случиться за остаток дня, а то и весь вечер непрерывной безвылазной игры.

– Ну держитесь куропатки, папочка выходит на охоту, – как можно тише пробормотал Горпео, по грязи переползая к убитым куропаткам. – Не повезло вам, что вы встали у меня на пути.

Глава 7

Откинув крышку капсулы, почти на сутки ставшей его персональным гробом, Паша вылез и с удовольствием потянулся. Немного затёкшие спина и шея давали о себе знать. Ещё бы, в руководстве по пользованию портативного нейропрограмного шлюза, как официально называется капсула, чётко написано о максимальном непрерывном пребывании всего лишь в десять часов и минимальные перерывы в два часа для нормального функционирования опорно-двигательной системы. Парень же провел внутри без малого двадцать один час, вылезая каждые три-три с половиной часа на десять минут, проверить котенка и справить свои нужды, как гигиенические, так и аппетитовые. Котёнок, к счастью, каждый раз обнаруживался на одном и том же месте. Пару раз пришлось доливать молоко и менять импровизированную пелёнку, но это несущественные мелочи.

За всё это немалое время Паша прошёл шесть этапов награды задания, на последнем истребив три сотни куропаток за двенадцать часов. Всего он настрелял семьсот птиц. Если бы они не спавнились с той же скоростью, что парень их убивал, такая цифра никогда бы не получилось. Только с наград он заработал тысячу гринов, а с куропаток ещё три с половиной тысячи. Казалось бы, золотая жила найдена, тем более что и перья тоже удалось продать, пусть за четыре сотни всего, но и это тоже какие-никакие деньги. Вот только чистая прибыль составила на две тысячи меньше, за которые Паша покупал стрелы, трижды покупал тетиву и один раз чинил лук. А в пересчёте на рубли он и вовсе заработал меньше семи сотен. Совсем не те деньги, на которые он рассчитывал, коррелируя сумму на месяц. Заработать на куропатках, увы, не выйдет, надо искать другие методы. Тем более что дальше потребности только лишь возрастут.

Единственное, что хорошо росло, это опыт и характеристики. Семьсот убитых врагов позволили ему заскочить аж на четвёртый уровень и заполнить шкалу половины пятого. Мог бы и больше, но игра постоянно корректировала опыт с одинаковых врагов так, что с последней сотни куропаток Паша получал лишь по два очка вместо двадцати с первых. За каждый уровень от игры будущий лекарь получил по одному очку уровня. Получив такое очко в первый раз, он подумал, что это какая-то опечатка. Ну не может в серьёзной игре международного масштаба быть такой корявый перевод, что слово «уровень» используется два раза за два предложения. Оказалось, ещё как может. А вот халявными характеристиками обделили, за новый уровень их будут повышать только после десятого тика, как здесь называли этот процесс.

Меткость лука, постоянный показатель, поднялся на четыре пункта и красовался в показателях гордой цифрой 19. Меткость Ноя тоже поднялась, но всего на два пункта. Нет, из штурмовой винтовки по птицам он не палил, просто выделил два часа на шестом этапе на тренировку с Гравиком. К тому моменту за половину времени он настрелял процентов восемьдесят от необходимого. Правда, в конечном итоге это аукнулось тем, что последнюю куропатку Паша нашёл и практически задушил за полторы минуты до конца срока.

Сами же по себе характеристики выросли очень неплохо, Сила на два, Выносливость на три, Ловкость аж на пять пунктов. Учитывая поднятие Ловкости на единичку в битве с дрогами, выглядеть его окно персонажа стало уже не так жалко. Пусть и по-прежнему плохо, но уже не так. Появилась так же дополнительная характеристика скрытность, по окончании охоты пробив двузначную отметку и остановившись на десяти. А за три сотни скрытых убийств и убийств из засады, которые как раз на числе 300 ссинергировались, система подарила ему ачивку «Бесшумная тень», повысившая меткость и силу выстрелов не из огнестрельного оружия, если враг не видит, на семьдесят пять процентов.

Помимо этого добавилось новое умение «Атлетика», приобретённое от необходимости постоянно бегать в деревню и опустошать свой инвентарь от куропаток. Всё же двадцать ячеек это очень мало, а чтобы за раз переносить больше тушек, Паша даже оставлял в ущелье винтовку и патроны. Атлетика была завязана на Ловкость и Выносливость и на первом уровне лишь увеличивала их на единичку каждую и на десять процентов снижала расход бодрости при беге.

Навык владения луком так же повысился и стал цифрой 3. Теперь Паша мог применять какие-то новые виды стрел и покупать в магазинах чуть более дорогие, а значит и более продвинутые, луки. И луки он бегло просмотрел, найдя в уже доступных с так называемой предустановленной магией. Она могла как урон добавить, огнём, холодом или чем-то ещё, так и временно повысить те или иные характеристики в процентах. Только купить их пока негде, да и за что.

Апатия за эти неполные сутки практически не показывалась, так, пару раз пыталась поднять голову, но всегда безжалостно прогонялась азартом. И, увы, злостью. И если бы это была нормальная злость, спортивная, приводящая в чувство и помогающая настроить на позитивный лад, Паша был бы рад ей как доброму другу. Но нет, эта конкретная злость каждый раз оказывалась деструктивной, хотелось бить, крушить, ломать, кричать и всеми другими способами портить себе охоту. Так, после одного из приступов злости пришлось чинить лук. И пусть каждый раз ему удавалось взять эмоции под контроль и не совершить ничего непоправимого, тенденция к озлоблению парню категорически не нравилась. Если раньше на соревнованиях ему мешало жутчайшее волнение, то теперь, похоже, он постепенно становится агрессивным маньяком.

А вот азарту, помогающему выдавать ему потрясающие серии из двадцати-двадцати пяти убийств с одного выстрела, Паша был не просто рад. Сложная смесь положительных эмоций клокотала в нём в те моменты. Ловить азарт за хвост и подчинять его себе он не научился, да и не собирался уже. В один из его приходов парня озарило: чувства и эмоции они как птицы, какие-то нужно держать в клетке и ни на секунду оттуда не отпускать, какие-то нужно взращивать с рождения, каждодневно занимаясь селекцией и отбором необходимых оттенков, а какими-то нужно любоваться с расстояния и радоваться их нечастым прилётам. И азарт был как-раз из последних. В перманентной борьбе с апатией он не поможет, но в нужный момент закрепить эффект лишним не будет. Знать бы только, какой из моментов станет нужным…

На кухне возле блюдечка котёнка не было, пусть полотенце и оказалась влажным, а молоко наполовину выпитым. Поискав по всей комнате, посмотрев под тумбочками, столом и даже под мойкой, хотя дверцы были закрыты и пробраться крохотный комочек меха туда пробраться просто не мог, и не найдя объект, Паша обыскал всю квартиру. В конечном итоге нашёл, но только на звук, спросив в слух, где же его носит.

– Мяу, – едва слышно раздалось из-за капсулы.

– И зачем ты туда вообще полез? – спросил вслух парень, прекрасно понимая, что ему не ответят.

– Мяу, – прижав уши к голове, пискнул котёнок, оказавшись на руках хозяина.

– Да не буду я тебя ругать, просто интересно узнать твою версию. Там же совсем не безопасно, провода гадкие лежат. А если бы ты случайно выдернул какой-нибудь?

– Мяу, – опустив голову, ответил рыжий.

– Ну и что с тобой таким делать? Есть хочешь?

Котёнок ничего не ответил, но Паша всё равно отнёс его к блюдечку. Но опустил на пол парень его не прямо у еды, а немного в отдалении. И хмуро наблюдал, как его питомец подволакивает левую заднюю ногу.

– Ну что, звоним ветеринару? Ты же понимаешь, что это вообще не нормально?

– Мяу.

– Вот тебе и мяу. Мой кот, гордо носящий имя… а какое кстати?

Котёнок не ответил, оно и понятно: если он и знал, как его зовут, сказать всё равно не смог бы.

– Здесь нужно какое-нибудь звучное имя, выделяющее тебя из толпы и сразу говорящее, кто есть кто. Повелитель мира? Король? Император? Все подходят, но какое выбрать?

Недолго думая, Паша открыл на компьютере программку, помогшую ему выбрать игру, и немного поменял параметры. В частности, вместо названий игр он вставил все известные русскому языки монархические титулы со всего мира. Покрутившись с минуту бешенным колесом, программа вывела на экран всего одно слово.

– Герцог? Хм… А что, вполне неплохо. Нравится имя, Герцог?

– Мяу, – раздалось из-под стола.

– А ты не дурак поговорить, я смотрю. На каждый вопрос отвечаешь.

– Мяу.

– Вот именно. Ладно, Герцог, поищем какие-нибудь ветеринарные клиники. Лечить твою проблему надо, как бы сильно она не ударила по нашему финансовому карману.

С полчаса поблуждав по интернету в поисках хорошей лечебницы, Паша в конце концов скачал на телефон бесплатное приложение «Удобный Петербург», настойчиво лезущее в глаза с каждой отрытой вкладки, и уже там задал параметры поиска в нужной категории. Получилось максимально не требовательно и приложение написало, что через три часа выдаст список готовых оказать необходимую помощь заведений.

– До чего техника дошла, – протянул парень, посмотрев на часы. Экран показывал десять сорок две. – И что делать? Делать ведь что-то надо. На пробежку бы надо, негоже бросать дела после двух раз.

Решившись, Паша снова пошёл на кухню, к стиралке, вытаскивать постиранную и высушенную одежду для бега. Она оказалась даже не слишком мятой, а дырки от когтей Герцога практически не выделялись. А вот о стирке обуви парень даже не подумал вчера, хотя специальный мешок имелся. В результате кроссовки и снаружи, и внутри оказались грязными, хоть и сухими. Кое как счистив видимую грязь, Паша надел обувь и выбежал из квартиры. Котёнок собирался было тоже на лестницу, но дверь захлопнулась прямо перед его носом.

– О, Паша, как твои дела? – спросил с балкона старичок-инвалид, как только парень вышел из подъезда.

– Отлично, Кирилл Дмитриевич. Вот, на пробежку собираюсь.

– Это ты молодец, спорт в жизни очень важен. Молодёжь сейчас больше по капсулам своим да виртмирам теперь, на улице редко кого встретишь. А Котёнок как?

– Герцог отлично, ест хорошо, правда, пока ничего, кроме молока я ему не давал.

– Значит, Герцогом назвал? – прищурился сосед.

– Назвал. Ему понравилось. Только у него с лапой что-то, хочу ветеринару показать.

С этими словами Паша убежал в сторону парка и лишь пробегая главный вход вспомнил, что забыл дома телефон с наушниками. Потому что музыка, которая играла по громкоговорителям, ему совсем не нравилась. Нет, не так: к самим песням парень никакой неприязни не испытывал, это был русский рок 80-х и 90-х годов прошлого века с редкими вкраплениями чего-то из самого начала этого столетия, пусть дальше включенная радиостанция на этом зарабатывает. Но ведь есть же огромное количество новых молодых групп и исполнителей в этой же стилистике, которые ничуть не хуже, пусть некоторые из них и заигрывают с хип-хопом и электроникой. Почему бы не продвигать их, привлекая к себе новую аудиторию, слушателей этих групп? Для Паши это оставалось неразгаданной загадкой. Возможно, неразгаданной никогда.

Спустя час, вдоволь набегавшись, парень возвращался домой через всю ту же злополучную арку, но гопников там не встретил. То ли они поняли, что наехать на него не получится, а то и самим отхватить можно, то ли майор всё-таки взялась за них и теперь им не до него. В любом случае ему от этого только лучше. А вот своё обещание позвонить, если будут ещё встречи с компанией Сёмы, Паша так и не выполнил. Впрочем, его можно понять. Эпопея с котятами выбила из его головы все прочие мысли и он просто забыл о звонке. Но звонить собирался, бандиты должны нести заслуженное наказание. А никем другим он этих гопников не считал. Кроме одного разве что, самого старшего, который и Сёму пытался остановить, и в драку не лез, лишь в конце получив под глаз.

После душа парень всё-таки позвонил в полицию. Там долго не хотели принимать вызов, Паша даже собирался уже прекратить соединение, но в последнюю секунду раздался знакомый женский голос. Сам разговор много времени не занял, но в эти три минуты как назло звонил отец и, само собой, дозвониться не мог. Предчувствуя предстоящий разнос, парень нажал кнопку вызова.

– С кем это ты там разговариваешь, сынок, что до тебя не дозвониться? – раздалось на том конце невольное бурчание.

– В полицию звонил. И тебе добрый день, пап.

– Добрый день сынок. Так что ты уже успел натворить, что тобой полиция интересуется?

– Да так, ничего особенного, – протянул Паша, подавляя тяжёлые вздохи.

Была у отца такая особенность, очень он не любил, когда не мог дозвонится. Поэтому ничего выдумывать нельзя, лучше говорить как есть, всё равно ведь узнает правду рано или поздно.

– С гопниками местными познакомился, – не дажидаясь отцовской тирады об «особенностях», продолжил сын, – а ими полиция интересуется, как выяснилось.

– И насколько близким вышло ваше знакомство? – перешёл в наступление отец.

– Ну… относительным, – протянул парень. – В конечном итоге результат получился обоюдным.

– Ясно, ведёшь активную социальную жизнь. Как вообще дела, как наше пари?

– Дела хорошо, вот, Герцога себе завёл. А пари потих…

– Не торопись, – перебил отец. – Что за герцога такого ты себе завёл? Всё-таки ты по мальчикам оказался, да? А нормальное имя у этого «герцога» есть? Ну там, Дима, Саша, Олег?

– Ну откуда у него нормальное имя может взяться? Герцога ему вполне достаточно.

– Из паспорта, сынок, – тоном учителя, объясняющего двоечнику принципы решения дифференциальных уравнений, сказал отец. – У любого нормального человека он есть.

– Значит, Герцог не нормальный. Потому что вообще не человек.

– Эльф что ли? Или вовсе репер какой?

– Кот. Самый простой рыжий кот. Вернее, котёнок. Пока что.

– Тьфу ты, я уже самое худшее подумал, – выдохнул отец.

– И даже сказал.

– И сказал. Значит, решил себе кота завести?

– А почему нет? Вдвоём веселее, чем одному, хоть с ума за год в одиночестве не сойду.

– И теперь деликатно намекаешь, что тебе необходимо увеличить сумму ежемесячного довольствия?

– Нет, не намекаю. И даже прямым текстом не говорю. Та, что есть, меня вполне устроит.

– А Герцога?

– В крайнем случае урежу свою пайку в его пользу.

– Ну ладно тебе на месте виднее, что и как делать. Ты только фото этого Герцога мне пришли, что б я знал, что он реально существует.

– Могу даже видео снять, если хочешь.

– Можешь – снимай. Близнецам тоже покажу, а-то они спрашивают, как ты там и не забыл ли их.

– Передай, что не забыл. И очень скучаю, по всем вам.

– Передам, – раздался грустный вздох на ом конце провода. – Ладно, сынок, давай, у меня перерыв скоро заканчивается, а я ещё не обедал.

– Давай, пап. Ещё услышимся.

Разговор оставил в душе Паши необычные ощущения. Никогда он ещё не разговаривал с отцом, будучи за без малого в тысяче километров от него. В школе он ездил в летний лагерь на Чёрное море, и в Крым, и в Сочи и даже в Абхазию, но от Белгорода они куда ближе, чем Питер. Да и знал он тогда, что это максимум на месяц. Здесь же… В общем, непривычно. Но привыкать надо.

Проведя ревизию на кухне на предмет готовой еды и не найдя ничего – последнее, что было, съелось ещё ночью – Паша решил что-нибудь приготовить. И не новую порцию пельменей, которая уже в рот не лезла, а другое. Например, гречневую кашу. В отличии от многих своих одноклассников, на дух не переносящих каши из любой крупы, парень с самого детства молотил и манку, и овсянку, и пшёнку, а уж гречку просто обожал. Не любил он только перловку, но её и не готовили ни мать, когда ещё жила с ними, ни уж тем более отец. А сам Паша вообще ничего сложнее яичницы-глазуньи никогда не делал.

– Но с чего-то же надо начинать, верно, Герцог?

– Мяу.

– Да это я так, больше пытаясь перебороть волнение. Тебе я гречку всё равно давать не буду, это для меня.

– Мяу?

– Ты вообще сейчас ничего кроме молока есть не будешь, а то мало ли что. Так, рецепт гречневой каши. Тщательно промыть, один к одному, засыпать в кипящую воду, десять минут, в конце добавить масло, не пересушить. А у нас масло вообще есть?

– Мяу.

– Я тоже не знаю, надо посмотреть. А то здесь пишут, что без масла будет совсем не то.

Маслов холодильнике нашлось, настоящее, из сливок, жирное, как сам жир.

– Тебя тоже, Герцог, бесят эти новые диетологи, советующие отказываться от всего, в чём больше пятнадцати процентов жира?

– Мяу?

– А меня очень бесят! «Переходите на маргарин, он не так вреден для вашей фигуры». Тьфу, ленивые черти.

– Мяу?

– Да, ты прав, что-то я разбубнился сильно. Что хотят, то пусть и едят, не моё это дело.

Через полчаса Паша давился сухой гречкой, а Герцог свежим тёплым молоком, разделённым с хозяином далеко не в равных пропорциях. Первый блин оказался комом, он забыл про кашу на плите, увлёкшись протиркой капсулы снаружи и изнутри, а то от неё уже начинало пованивать. Треть пачки сливочного масла ситуацию не спасла, но что сам сделал, за то и отвечать, как учил отец. Вот и переносил Паша новую порцию невзгод стойко, как велит кодекс чести самурая. Хорошо хоть, что на первый раз приготовил только полстакана крупы. Теперь, на собственном опыте убедившись, что готовка это не просто «всё нарезал, побросал в кастрюлю, а оно дальше само справится», парень решил ответственнее подходить к этому делу.

– Вот так, Герцог, на своих ошибках учатся дураки, а на чужих – умные, – доев и сразу помыв тарелку, чтобы не совершать ещё один косяк, произнёс парень. – Вот и выходит, что твой хозяин далеко не умный. Есть куда стремиться.

До ответа приложения оставалось ещё больше часа и Паша решил почитать. Но не абы что, а гайды по игре. За три с половиной дня в игре накопилось немало вопросов, которые не мешало бы прояснить. Например, что за легенды такие, называемые наградами, да ещё и народа ракси, и можно ли превратить их во что-нибудь дельное. Или как прокачать оружие, чтобы запас патронов был бесконечным, как у Крома на пулемёте. И можно ли то же самое сделать с луком. Ну или вот сам по себе Снежный Кряж что такое для игрокаи какие в нём есть перспективы. Последний вопрос был самым обширным, потому что представлял собой целый биогеографический комплекс подвопросов по целому немаленькому региону. И каждый из них стоил того, чтобы потратить на него время.

Писк из телефона прервал парня пусть и вовремя, но на самом интересном месте. Паша настолько углубился в географию региона своего временного, как он надеялся, пребывания, что постепенно перешёл на историю и даже нашёл ответ на первый свой вопрос. Оказалось, что сбор легенд, подобных той, что рассказал комендант, стандартное игровое развлечение для всех новичков. Самую первую местные жители рассказывают сами, без каких-либо действий со стороны игрока, пару-тройку других можно услышать, выполнив несколько несложных действий для каждой, а вот все десять легенд региона собрать не так и просто. И самый обычный игрок, пришедший просто развлечься после трудового дня, быстро понимает, что на это надо потратить некоторое, а порой очень немаленькое, количество времени, которое и без того не резиновое, на то, что каких-то существенных дивидендов не принесёт. И бросает это дело на третьей-четвёртой истории, редко кому случайно удаётся дойти до шестой. И так в каждом регионе, в котором оказывается. Всё же процент здесь, другой там, третий ещё где-нибудь в своей совокупной массе тоже лишними не бывают.

Сам Паша не знал, будет он идти до десятой легенды или нет. Всё будет зависеть от того, как долго он пробудет в Снежном Кряже. И если придётся задержатся, он обязательно соберёт весь сборник. Потому что один игрок написал, что полностью собранные легенды трёх регионов как минимум открывают ачивку «Собиратель сказок народов мира» и приз на выбор из трёх вариантов за неё. О самих вариантах тот игрок не написал ничего, потому что его подняли на смех. Но Паша решил, что проверит достижение. Как-то слишком просто сдался написавший о нём, даже не поспорив с насмехателями. А это явно неспроста. А уж как заманчиво написано слово «минимум» …

Приложение нашло четыре ветклиники, готовых принять животное буквально с улицы, и Паша, не раздумывая ни секунды, решил позвонить им. Спустя пятнадцать минут выбрал одну, единственную, записавшую их на сегодня, на семь пятнадцать вечера.

– Ну что, Герцог, посмотрят сегодня твою лапу и вынесут вердикт, будешь ты жить или да, – вздохнул парень.

– Мяу?

– А сейчас надо понять, пустят меня с тобой в общественный транспорт и где находится Тихорецкий проспект.

Второе много места не заняло, указанный в приложении и продублированный по телефону адрес нашёлся на севере города, недалеко от станции метро Площадь Мужества и парка Сосновка, чтобы это ни значило. А вот первое оказалось не так радужно. В подземку с животными пускали, но только тех, которые не будут создавать помех других пассажирам, микрособачек например. А кошек и вовсе только в переносках.

– Значит, надо опять воспользоваться приложением, – протянул он. – Будем искать ближайший ветеринарный магазин.

На этот раз ждать три часа не пришлось, чему парень очень обрадовался. Буквально через десять секунд после регулировки запроса на экране высветился список, ранжированный по удалённости от дома.

– Семьдесят метров? Так это ж совсем рядом, до парка и то дольше идти. Герцог веди себя смирно, я скоро вернусь.

– Мяу, – меланхолично ответил котёнок, сворачиваясь в клубок на диване.

В магазине продавец явно решил разойтись не на шутку, распознав в Паше новичка в котовладении. И это, увы, оказалось правдой, в Белгороде у них водились только хомяки и рыбки. Поэтому перечисление ассортимента заняло немалое количество времени. Специальные корма, различные деликатесы, витамины, игрушки, шампуни, различного рода расчёски и пуходралки. Ничего из это парень не взял, ограничившись лишь миской с двумя отделениями, для корма и воды, лотком, мешком наполнителя, той самой переноской для котят, за которой пришёл, и обещанием заглядывать почаще.

Поездка до же клиники заняла чуть больше часа. Хорошо, что он по своему обыкновению вышел заранее, предчувствуя возможные трудности. Всё же добраться из одного конца пока ещё незнакомого города в другой его конец казалось задачей не их лёгких Так и получилось.

Сначала Паша минут пять выбирал оптимальный маршрут по соотношению «цена/затраченное время». Транспортная система Петербурга оказалась очень запутанной и с первого взгляда непонятной, так много всего в ней было. Метро, трамваи, троллейбусы, автобусы, водные автобусы, кое-где даже канатные дороги. Всё это скомпоновано в транспортные узлы, пересадка между которыми мало того, что везде стоила по-разному, так ещё и не всегда была удобной. Всё же перевезти двенадцать миллионов человек, считая с пригородами, не так просто, как кажется. В итоге Паша решил проделать весь путь на метро, чем скакать с автобуса на трамвай и обратно. Но даже здесь оказалось два варианта от Электросилы синей линии, рядом с которой Паша и жил, до Площади Мужества красной линии: прямой, но дорогой, с пересадкой на Технологическом институте, и почти в два раза дешевле, но с объездом по кольцевой линии, с пересадками на Парке Победы и Лесной. В итоге, пожадничав, был выбран второй вариант. А когда он, измученный толкучкой на обеих пересадках и давкой в вагоне всю поездку по кольцу, наконец вышел из вестибюля Академической, заметил справа на остановке красный трамвай с номером 34МС. Точно такой же, что стоял рядом с вестибюлем Электросилы, когда он спускался. А подойдя к остановке и прочитав его маршрут, Паша вслух назвал себя идиотом.