Текст книги "Снежный кряж (СИ)"

Автор книги: Малеев Алексий

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 28 страниц)

Избежать встречи с рейдерами не получилось, хотя игрок очень сильно на это надеялся. На выходе их КПП его встретил Таш и проводил к остальным рейдерам. Все сидели в том же самом помещении, что и утром, разве что своими делами никто не занимался. На лицах преобладала сосредоточенность с сильным налётом решимости.

– Сегодня ночью мы идём в рейд… – начал было глава, но был нагло перебит шаманом:

– И ты, посланник, – чуть ли не выплюнул он слово, – идёшь с нами.

– Мы ведь обсуждали это, – вздохнул, устало опустившись на скамейку, Таш, – ему там не место.

– Ему здесь не место, пока мы там, – отрезал Нок. – Он идёт с нами и точка. Я не позволю ему остаться в деревне.

– Да что он такого в принципе может сделать? – спросила похожая на орчанку девушка.

– Вот именно, никто не знает, что он может сделать, – осклабившись, учительским тоном ответил шаман. – Ни я, ни ты, ни Таш, никто из присутствующих здесь, ни вся стража вместе взятая. Именно поэтому…

– Хорошо, он идёт с нами, – решил глава. Похоже, эти разговоры велись довольно долго. Ну или же Таш просто не захотел тратить силы на спор. – Обеспечим его амулетом, будет стоять в сторонке. Доволен?

Шаман ничего не ответил, но судя по его лицу, он был не просто доволен, он был счастлив.

– На какое время запланирован рейд? – спросил Горпео.

– Ровно в полночь выступаем, – ответил главный рейдер.

– Значит, у меня есть время.

– Конечно, есть, – покивал головой шаман. – Используй его правильно. Но если ты хоть на секунду опоздаешь…

– Не опоздаю, – поспешил ответить парень и не выслушивать возможные последствия. – Ровно в полночь буду здесь как штык.

– Лучше уж как тивр, – сказала «орчанка».

Решив не вдаваться в подробности, что такое этот «тивр», Горпео поспешил ретироваться. До часа Х времени оставалось вагон и маленькая тележка, но Герцог сам с собой не поиграет… пока. Поэтому игрок решил как можно скорее разобраться с текущими делами и поспешил к чёрной башне.

За то время, что парень бегал по лесу в поисках клыков, здесь не изменилось ничего. Всё такой же меховой декор на стенах, такое же обилие подушек на диванах, та же стойка и человек за ней.

– Уважаемый Аббус, простите, не знаю, как к вам правильно обращаться…

– У нас принята форма «урш», – оторвался от компьютера мужчина.

– Так вот, урш Аббус, не подскажете, кому я могу сдать квест на инвентарь и ежедневный оброк шкурами?

– Не просто подскажу, молодой человек, а вызову необходимого специалиста, – расплылся в улыбке мужчина. – Подождите пару минут на диване, он спустится.

Специалист и вправду спустился максимально оперативно. Юноша на вид лет двадцати был коллегой по несчастью Шарлы Пруф. Только если у той отсутствовала нога, то у юноши не было кисти, что характерно, тоже правой, но руки. В остальном он ничем особенным не выделялся. Его кабинет располагался на третьем этаже, но был он куда теснее, чем у начальница Отдела найма, и у правой стены стояла копия Карлуса из кабинета этажом ниже, только на высокой подставке, очевидно, чтобы игрокам удобнее было.

– Что у вас, молодой человек? – спросил юноша низким сиплым голосом.

Впрочем, Горпео больше не был уверен, что перед ним юноша.

– Задание на расширение инвентаря, Шарла Пруф давала, и ежедневная дань Гильдии, – отчеканил Горпео.

– Ты со всеми так разговариваешь?

– Эм-м-м…

– Понимаю, с виду пацан, голосом сидевший мужик, – усмехнулся охотник. – Я Нашир, это моё имя. И со мной можно по-простому. Где там твои клыки, показывай.

– Вот они, – материализовал из инвентаря предметы Горпео.

Выполнено задание «Пространственное расширение»

Награда: +10 ячеек инвентаря

Нашир провёл рукой над волчьими клыками и они исчезли, будто и не лежали на столе.

– Шкуры отдашь в соседнюю правую дверь, вот тебе бланк, – сказал мужчина.

Под столом что-то еле слышно зашипело, явно какой-нибудь принтер, и лёгким движением руки охотник достал оттуда листок бумаги, в треть листа А4. Большую его часть, примерно две трети, занимал герб Гильдии – три вида рогов, сплетённые в одну корону и перекрещенные стрела и арбалетный болт под ними. В нижней трети листка мелкими синими буквами указывалось, что член Гильдии Горпео уплатил обязательный налог на сегодня.

– А как можно понять по листку, что я не задолжал, скажем, несколько сотен шкур?

– Погашенные буквы становятся красными, – ответил мужчина.

– И-и-и? – всё ещё не понимал схемы игрок.

– Синие буквы обозначают долг.

– И всё равно не понимаю, как это может помешать мне соврать, используя вчерашний бланк.

– Нет никаких вчерашних бланков, – улыбнувшись, развёл руками Нашир. – Этот – единственный, что у тебя будет. И чем синее буквы, тем больше долг.

– А если я его потеряю?

– Не потеряешь, – уверенно сказал охотник. – ни потерять, и продать, ни украсть, ни уничтожить этот бланк нельзя. Он будет с тобой всегда. До тех пор, пока ты не решишь выйти из Гильдии.

– Понятно, – протянул Горпео, – всё учтено.

– Именно так, – кивнул мужчина. – Ещё что-нибудь есть?

– У меня гораздо больше шкур, чем нужно для налога. Может, я могу их продать Гильдии?

– Я бы не советовал, – покачал головой охотник.

– Вот те на, – протянул игрок. – Это как вообще?

– У торговцев ты сможешь выручить гораздо больше, – пояснил Нашир.

– А почему Гильдия вообще разрешает кому-то ещё скупать шкуры? Разве не логично быть монополистом на рынке?

– Я финансовыми вопросами не заведую, – развёл руками мужчина. – Но если ты не нуждаешься в деньгах…

– Понятно, продам торговцам, – поспешил перебить охотника Горпео. – У меня тут ещё есть шкуры рысебелок…

– Кого?

– Ну… я не знаю, как правильно эти звери называются. Вот, – сказал парень и вытащил из инвентаря рыже-белёсую шкуру.

– Так это кэтрэт, – махнул рукой охотник. – Опасные твари, бесшумные, их части стоят дороже волчьих.

– Понятно, спасибо.

– Что-нибудь ещё?

– Да вроде как нет.

– Ну тогда тебе в соседнюю правую дверь.

Выйдя из Гильдии с опустившим на десять волчьих шкур инвентарём, Горпео первым делом проверил «Кодекс». Изменений оказалось два: появилось название вида на вкладке с рысебелками и добавилась новая, про волков. Остальные страницы так и остались пустые. Игрок тешил себя надеждами, что сегодня ночью кого-нибудь он хотя бы подстрелит. О полноценном убийстве он и не мечтал.

По пути к торговцу парень зашёл в гостиницу оставить в сундуке хвост и клык кэтрэта. Всё же ода штука, решил он, погоды не сделает, атак пусть полежат, может, ещё поднакопятся, чтобы продавать было удобнее. Можно было и не выкладывать, всё равно он спешил поскорее выйти из игры, чтобы Герцог не сильно злился. Вот только инвентарь не резиновый, а разные предметы, даже в количестве одной штуки, занимают целую ячейку каждый. Выбрасывать же ни клык, ни хвост Горпео не хотелось. Даже если они и останутся в единственном экземпляре, сойдут как память об этом месте.

Торговец встретил игрока с распростёртыми объятиями. Наверное потому, что коммерсантов, скупающих дары леса, было аж двое, а никто, кроме будущего лекаря, не спешил к ним. Двадцать девять шкур ушли за тринадцать тысяч. И то за счёт кэтрэтовских. Прав был Нашир, они ценятся сильнее.

Горпео уже собирался выходить из игры, что вполне можно было сделать прямо на улице – показатель усталости аватара, который теперь стал виден, не превышал десяти процентов – как его взгляд зацепился за магазинчик с цветком на вывеске. Точно таким же цветком над точно такой же чашей, что лежала в его инвентаре. Парень поспешил туда в надежде узнать, что же такое он собрал.

Травница, оказавшаяся стереотипной женщиной средних лет в глухом чёрном платье в пол, сером фартуке и сером же платке, защищающем волосы, просветила игрока на предмет растительности. Листья оказались с кустов медвежника, в больших количествах шли на противовирусные зелья, а потому не очень ценные. Чёрные зонтики на стебельках так же довольно распространены и используются в комплексных алхимических смесях как усилитель и закрепитель эффектов. А вот парящие цветы… им травница обрадовалась больше всего, сходу заплатила за каждый по тысяче гринов, что обогатило Горпео ещё на девять тысяч, и пообещала скидку у алхимика, что торговал и работал по соседству. А ещё спрашивала, где он их нашёл и нет ли ещё. Парень честно ответил, что росли они в светлой части леса, а больше он не видел, но собрал всё что было на всякий случай. Травница разом погрустнела, ещё раз поблагодарила за цветы и попросила, если найдутся ещё бювачо – так назывались цветы – продать ей. Горпео не стал ничего обещать, ответив максимально уклончиво.

И только после этого парень покинул игру. Впереди ожидалась трудная ночь и он и вправду решил к ней подготовиться.

Глава 13

Дом встретил Пашу тишиной и спокойствием. Ничего не было порвано, подрано, рассыпано или разбросано… кроме мусорного ведра. Но и оттуда ничего не пропало, а Герцог, чистый и сухой, спокойно спал на кровати. И пусть мусор по квартире ничего не валялся, но парень чувствовал себя как-то… странно. Ну нельзя порядочным домашним животным раскидывать грязные вёдра, вот только коту это не объяснишь. Даже если начать с ним разговаривать на эту тему, он максимум мяукнет, а понять, что это значит, Паша не сможет. Вздохнув, он убрал мусор на своё место и тщательно вымыл пол в том месте.

Проходя мимо зеркала, парень оценил свой внешний вид. И совсем не обрадовался увиденному. До безобразия отросшие волосы закрывали уши и настырно лезли в глаза. Если бы захотел, Паша мог бы сниматься в рекламе шампуня, размахивая головой в разные стороны, хвастаясь густотой и объёмом. А ведь он никогда и не носил такую длину, всегда подстригаясь максимально коротко. Вот только сначала экзамены, потом переезд и начало взрослой, самостоятельной жизни выбили его из колеи.

С бородой дела обстояли чуть лучше. Она особо не росла, полностью игнорируя щёки и рискуя превратиться в типичную козлиную при принудительном отращивании, но побриться всё равно не мешало. Это парень хотя бы может сделать дома, всё же бороду и усы он носить не планировал. Пока. Ну а дальше как фишка ляжет. Может он проснётся в один прекрасный момент и осознает, что неплохо было бы закосплеить Гэндальфа на пару с Дамблдором. Тогда точно не останется другого выбора, ни тот, ни другой без густой растительности до земли просто не могут быть, именно такой образ засел в головы людей, именно такими их и надо повторять. Вроде отец клал бритвенный набор ему в сумку…

Найти станок с тремя лезвиями, которые бреют ещё чище, чем можно себе представить, и пену, которая не сушит кожу, не вызывает раздражения и вообще настолько нежная, что может стать прослойкой для бисквитных тортиков, не составило труда. И уже спустя десять минут Паша вышел из ванной с девственно гладким лицом. К этому времени проснулся и котёнок и сначала не узнал хозяина, зашипев на него. Но потом, когда тот накладывал в миску последнюю порцию каши, привык и спокойно тёрся об его ноги.

А хозяин, тем временем, поняв, что котёнку надо будет что-то есть в дальнейшем, решил-таки разморозить рыбу. Благо, наличие микроволновки существенно ускоряло этот процесс и уже спустя два часа рыба отваривалась на пару до идеальной мягкости. Время Паша тратить зря не стал, решив посмотреть, что сейчас есть интересного из фильмов. Отечественный кинематограф при этом он решительно проигнорировал. Всё же копаться в тоннах сортирных комедий, многочисленных частях мультфраншиз, после третьего-четвёртого мультфильма уверенно скатывающихся в пропасть, сотнях военных фильмах о «реальных подвигах реальных героев» без сюжета и малейшей актёрской игры и миллиардах попыток «сделать как у них, но только у нас», совсем не хотелось. Безусловно, российские киноделы выпускали и свои хорошие оригинальные картины, но чтобы добраться до них нужно столько всякого разного перелопатить… Паша не хотел этим заниматься и искренне считал, что ему повезло с одноклассницей, прямо сейчас пытающейся поступить в какой-нибудь из вузов, где готовят сценаристов. Она этим горела класса с шестого и могла часами рассказывать о том или ином фильме, его достоинствах, недостатках, сюжете, прописанности персонажей, неожиданных поворотах и многом-многом другом. Паша был одним из немногих, кто соглашался слушать её лекции о гениальности «Побега из Шоушенка», новаторстве Данелии и Рязанова, скрытых посланиях Хичкока и «Солярисе» Тарковского. А она взамен уже девушка каждый месяц подкидывала ему годного отечественного. Согласилась она на это и теперь, когда он не сможет быть её слушателем.

А вот различного рода иностранное парень спокойно находил сам. Он был всеяден и мог посмотреть психологический триллер сразу после комедии, а боевик после хоррора, а супергероику после мелодрамы. Единственное, чего он терпеть не мог, это фильмы ужасов, напичканные скримерами. Поэтому и держался от них подальше.

По-хорошему, кино лучше смотреть в кинотеатре, но куда-либо идти Паше сейчас вообще не горел жаланием. Да и предположить, что сделает Герцог за минимум трёхчасовое полное отсутствие хозяина, он не мог. Поэтому и решил воспользоваться семейным пакетом услуг связи, которые отец оформил, по его словам, как только Павлик родился. Было там и кино. И вот уже больше восемнадцати лет по этому пакету, заплатив существенно меньше, чем стоит билет в кинотеатре, можно было купить любой фильм и в любое время посмотреть его. Причём заплатив только один раз, дальше гаслождаться процессом можно хоть каждый день.

От домашней станции, что располагалась в Белгороде, при переезде отец сына отключать не стал. Это давало возможность через номер телефона привязать карту и пользоваться всеми доступными благами цивилизации. Что Паша и проделал. Заняло это не больше пяти минут времени, а дальше, после проверки готовности рыбы – дошедшая до готовности, она было вынута из кастрюли и оставлена остужаться – парень смотрел полицейский детектив со странным названием «Не зли обедающего медведя» десятилетней давности.

Вообще, выбор был между мультиком про котов, который был оставлен для следующего раза, мелодрамой про развод, аж тремя супергеройскими боевиками, один из которых рекламировался как «масштабная битва трёх поколений героев с доселе невиданным врагом», и фильмом-катастрофой о землетрясении. Супергероику Паша на дух не переносил, считая, что кроме красочных боевых сцен она ни на что не способна, отзывы на мелодраму все как один кипели негодованием, а о землетрясениях это уже четвёртый фильм в году. Из двух оставшихся вариантов выбор пал на сложный, по описанию, для просмотра фильм. Парень решил, что перед игровым рейдом в очень странный лес это будет самое то.

И по началу кино даже выглядело интересным, пять минут было непонятно, кто будет главным героем, потом показали сразу пять вроде как несвязанных друг с другим убийств, следом судили какого-то странного маньяка и сняли с него все обвинения, потом полицейский по неосторожности убил того маньяка, пошли флешбэки из жизни полицейского, его судили, посадили в тюрьму… а потом Паша заснул. Проснулся он от громкого выстрела и сначала даже не понял, что произошло. А когда понял, осознал, что пропустил сорок минут двухчасового фильма и понять что к чему уже не представлялось возможным. На экране под низкий бит ревела вечеринка, камера фокусировалась на трёх молодых девушках, а никого из прежних героев даже не было видно. Поняв, что продолжать смотреть бесполезно, за полчаса до конца просмотр был прекращён. Герцог удобно улёгшийся на коленях, недовольно мяукнул, когда хозяин вставал.

В очередной раз вспомнив о том, что надо подстричься – снова помогло зеркало в прихожей – Паша проверил рыбу, которая давно остыла, разделал её на куски помельче, большую часть которых убрал в холодильник, сменил котёнку воду, поставил кипятиться воду для макарон себе и только после этого стал искать ближайшую парикмахерскую. К его удивлению, такая нашлась по соседству с ветеринарным магазином. Что ещё больше удивило парня, так это отсутствие записи. Можно спокойно прийти в любое время, когда студия – именно так себя позиционировало заведение – работала и, если мастер свободен, спокойно подстричься. Правда, с названием возникло что-то очень странное. Всё-таки «Руки в Красном» совсем не то, что хочешь увидеть на вывеске парикмахерской.

Поужинав пустыми макаронами, Паша решил отныне именовать себя долдоном. Забыть о самом главном – это надо не просто умудриться, а… парень даже не знал, с чем сравнить. А меж тем у него не осталось ни одной запасной тетивы. Последнюю из тех, что оставались ещё с охоты на куропаток, он практически израсходовал сегодня, запаса прочности осталось едва ли на лесятую часть. И ведь хотел купить, ещё в лесу думал об этом, но сначала мурыжащие его стражники, потом речь их капитана, а следом, в качестве добива, угрозы от шамана полностью выветрили мысль из головы. И вряд ли в полночь кто-то продаст ему их. Вряд ли вообще хоть один магазин будет работать в столь поздний час. В Снежном кряже сейчас тоже почти девять вечера, а все нормальные люди, даже если они НПС, в такое время сидят по домам и готовятся отойти ко сну. Паша очень хотел поспать нормально, как эти самые люди, а не в капсуле, но увы, его мечтам сегодня не суждено сбыться.

Вторая проблема стояла не так остро и заключалась лишь в малом остатке стрел в инвентаре. Ведь гостиницы работали круглосуточно, не закрывались на выходные, ни на праздники, а значит взять снарядов из инвентаря Паше ничто не помешает. Надо только зайти пораньше, взять необходимое, а потом уже мчать к домику рейдеров.

Остаток времени парень решил посвятить изучению Батлварса в целом и снежного кряжа в частности. Он даже открыл статью о всех без исключения божественных сущностях на территории региона, но постепенно, переходя по гиперссылкам внутри текста, набрёл на безумно интересный, якобы написанный историком Наракона Гартинэлем из Остара, трактат «Об озере Салипитендокурсашингис, жителях его берегов, их традициях, верованиях и Напе, гигантском бобре, что живёт в его водах»… и зачитался. Сто пятьдесят страниц текста за два с половиной часа пролетели так незаметно, что парню захотелось ещё. Но время поджимало и Паша поспешил в капсулу, ведь обещал прийти в домик рейдеров вовремя.

Но история, поданная сквозь призму ретроспективы, очень сильно зацепила парня. Он как будто наяву видел всё, о чём читал…

По заверениям Гартинэля, раньше, многие тысячи лет назад, на месте озера зеленели бескрайние степи, называемые Равнинами Рака. Их населяли многочисленные кочевые племена, поклоняющиеся Пантеону Ка. В то время не было в Нараконе сильнее богов, чем эта восьмёрка. Они стали первыми, кто смог позволить тебе на свою силу содержать малый пантеон из двух десятков божков помельче и до сих пор оставались единственными, у кого таких пантеонов было два. Никто не решался воевать с племенами за лакомый кусок почти не использованной земли, опасаясь гнева Ка, так что племена жили в довольстве и достатке под покровительством восьми богов.

Вот только всему рано или поздно приходит конец и могущество Ка не исключение. Враг, как обычно, пришёл оттуда, откуда его не звали – изнутри. У племён существовала многосотлетняя традиция – раз в год на неделю собираться вместе на праздник Прославления Ка. Там Боги решали, какое племя станет главным на следующий год. Главное племя имело обширные, почти безграничные возможности, в частности, именно оно решало, с кем из соседей можно вести торговлю, а с кем нельзя, кто достоин чести жить мирно с ракаду, как прозвали племена за их пределами, что, по одной из версий, значило «поклоняющиеся солнечным Ка». О мелочах, вроде браков между детьми вождей племён, распределением пастбищных угодий и, в особенности, посещений священных для рокаду мест, говорить и не стоит. А ведь именно от того, насколько часто племена говорят с богами, как считают историки, и зависело, кто будет главным на следующий год. Вот только Ка не давали одному племени главенствовать два года подряд, но это не мешало нескольким племенам объединиться и по очереди добиваться права на власть. Таких племён было шесть. Союз шести самых сильных племён решал, как будут жить остальные пятьдесят четыре. И большинству не нравилось такое положение дел, но они терпели почти три сотни лет, думая, что боги лучше знают, как поступать.

Но постепенно, год за годом, нарыв рос, креп и однажды его прорвало, как мощный поток воды прорывает хлипкую плотину в период половодья. Пятьдесят четыре племени напали на шесть и смели их числом, даже не заметив сопротивления. Вот только радости и мира это не принесло, внутри победителей стремительно разгорался конфликт деления власти, а боги не знали, стоит им вмешиваться или нет. Им были не понятны мотивы своих подданных, они считали, что власть дают самым преданным, а остальные не хотят этой власти, а потому и не просят её у священных камней. И когда боги всё-таки решили вмешаться, другие боги, объединившись, пошли войной на Ка. Одновременно с этим, соседи ракаду создали Коалицию Сотни Народов и стали захватывать Равнины лигу за лигой. Племена не успели опомниться, как оказались отрезаны от камней и ничем не могли помочь своим богам, боги же без поддержки терпели поражение за поражение. За каких-то пару месяцев их противники уничтожили оба малых пантеона Ка, а Коалиция под чистую вырезала сорок шесть племён. Ка, чувствуя скорое неминуемое поражение, решились на отчаянный шаг – опустить Равнины как можно ниже относительно других земель Наракона, преследуя мысль, что раз не им, то никому. Но сил на реализацию задумки в полной мере не хватило и некогда зелёные степи, а теперь выжженная до состояния песка пустошь, углубилась лишь на полторы сотни метров. Совсем немного в масштабе обширности некогда процветающих Равнин. Вот только людям, и не только людям, почти моментально оказавшимся на дне провала, от этого легче не было. И если боги-противники Ка поклоняющиеся им силы Коалиции спасли полностью, то за ракаду не вступился никто и они утонули в потоках неизвестно откуда пребывающей воды. Меньше чем за неделю степи превратились в идеально прямоугольный водоём с прямыми отвесными берегами. На этом история озера Салипитендокурсашингис вовсе не заканчивается, а только начинается. Как и трактат историка Гартинэля из Остара. Паша освоил лишь одну двадцать четвёртую часть всего текста, но останавливаться не собирался.

За время отсутствия Горпео, деревня никак не изменилась. Всё такая же пустынная улица, разве что ни один магазин, как и предполагал игрок, не работал. А вот таверна сияла огнями и привлекала к себе взор издалека. Туда и поспешил парень, забрать как можно больше стрел. Правда. Их осталось совсем немного, всего сорок три штуки, но это совсем не беда. Его главной задачей будет просто не находиться в деревне во время рейда, убивать никого не надо, только совсем уж крайнем случае, если нападут лично на него. Горпео надеялся, что таких случаев будет мало.

В домике рейдеров все без исключения готовились к предстоящему походу в лес. Таш начищал свою винтовку и проверял патроны, больше похожие на мини-гранаты; Дратис, одетый в странный чёрно-серо-белый полосато-пятнисто-клетчатый плащ, то исчезал, то появлялся, сокращая количество версий о «призраке» до единственной возможной; Гиша забралось с ногами на лавку, обхватила руками колени и раскачивалась, прикрыв глаза; трое носителей дробовиков на одно лицо распределяли патроны, вполголоса перекидываясь шуточками, создавая тем самым звуковой фон, который, очевидно, никому не мешал; «орчанка» разложила перед собой арсенал небольшого отряда – три пистолета, револьвер, штурмовую винтовку, охотничье ружьё, гранатомёт, патроны и снаряды к ним, метательные гранаты четырёх видов по пять штук – и лила из ладоней на всё это великолепие красноватый свет; вчерашние изучатели свитков молча и синхронно заряжали барабанные магазины, наверное, для автоматов, что лежали рядом, круглых металлических коробок у них скопилось по восемь штук на каждого. Отсутствовал только шаман, хотя за его приготовлениями игрок понаблюдал бы с огромным удовольствием. Впрочем, не исключено, что были бы они ещё скучнее, чем у Гиши.

Горпео осторожно сел на лавочку у двери и стал ждать. Время показывало без двадцати полночь, время ещё было и поэтому парень углубился в то, что хотел прочитать больше всего, но так и не сумел, влекомый другими текстами – «Краткий экскурс в верования Снежного кряжа». Богов, божков и территориальных и стихийных духов в холодной гористой местности оказалось на удивление много. По прошествии двадцати минут, когда в помещение вошёл Нок и сказал «Пора», бросив неодобрительный взгляд на игрока, тот дошёл лишь до буквы «И». Зато много нового узнал про Ашвари и дрогов с грогами.

Рейдеры, к удивлению Горпео, пошли пешком, хотя позавчера его забирали на какой-то технике. Почему так он решил не спрашивать, чтобы лишний раз не нарываться на гнев шамана.

У самых ворот парня окликнула Гиша.

– Эй, посланник, стой и слушай, – зычно, как показалось Горпео, на всю деревню, сказала магичка.

Он остановился, все рейдеры тоже.

– Ты бесполезен, – начала Гиша. – Ты с нами лишь потому, что наш проводник в мир духов боится оставить тебя в деревне. Я полностью солидарна с ним, но в рейде ты нам не нужен. Тратить силы ещё и на твою защиту никто не будет, решишь погеройствовать – отлетишь к воротам, а Нок после этого тебя на клеточки растворит и поделом. Поэтому спокойно стой в стороне и ничего не делай. А главное помни – ты бесполезен. Понял?

– Я бесполезен, о всемогущая госпожа, – как можно спокойнее проговорил Горпео.

Магичка ничего не ответила, но в глазах её пылала ярость. Наверное, игрок сказал совсем не то, чего от него ждали, но молча проглотить обиду он не мог. Да, он сам понимал, что не сможет ничего противопоставить тварям леса. Да, он сам хотел не ввязываться в бой, хотел отсидеться, хотел притвориться мебелью. Но зачем было унижать его во всеуслышанье? Чего добивалась Гиша? Горпео не понимал. Она сильная, она владеет магией, которая игроку, может, пока, а может, и вообще, недоступна. Но с чего такая спесь по отношению к слабым? По отношению лично к нему, на худой конец! Он ведь ни Гише, ни кому ещё из рейдеров не конкурент. Конечно, он ещё не определился со своим будущим в игре, но рейдером точно быть не хочет. Сидеть на одном месте безвылазно, защищая его от посягательств неизвестно кого и неизвестно зачем не для него. Он хотел побывать в как можно большем количестве мест Наракона, он вообще любил путешествовать и слава отцу, что у него была такая возможность. На ближайший год, правда приостановленная, но всё же. Рейдером Горпео быть не хочет!

– Ты идёшь или нет? – внезапно спросил Таш.

Все уже отошли на добрый десяток и только он стоял как вкопанный. Парень бросился догонять группу, заметив, что на отворачивающемся лице шамана расплывается улыбка. Горпео чуть не фыркнул от досады. Ещё бы, ненавистному посланнику выволочку устроили! Внутри игрока всё кипело от злости.

Конечную цель своего похода рейдеры явно не собирались озвучивать и игрок просто шёл за ними, стараясь не отстать, чтобы шаман не решил выместить на нём свою ненависть. Шли они по «светлой» части леса, ночью от тёмной никак не отличимой. Шли друг за другом, цепочкой. Последним шёл Дратис, и, когда группа приблизилась к границе, протянул Горпео синий прямоугольничек на серебристой цепочке.

– Это амулет, – не дожидаясь вопроса, сказал ассасин. – Без него ты не пройдёшь. Ну и защищает немного от всякого.

Парень лишь кивнул, решив не вдаваться в подробности, чем может быт это «всякое». Система предложила надеть амулет через окно персонажа, но Горпео проигнорировал сообщение, защёлкнув его на шее по старинке. Он и так оказался в нужном слоте «Снаряжения».

«Тёмный» лес встретил группу людей и смесков уже знакомыми игроку тишиной и сладковатым запахом. Кабанов со светящимися глазами не обнаружилось, зато света было – хоть отбавляй. Нет, как днём в «светлой» части здесь не стало, но видно всё было очень даже хорошо. И Горпео сразу заметил отличия одной части от другой. Если в лесу, оставшемся по ту сторону границы, преобладали лиственные деревья и различного рода высокие кустарники, а землю густо устилала трава, то здесь росли хвойные, по большей части, сосны и что-то типа секвой, можжевельник, ещё какие-то кустарники, в изобилии синела черника, а под ногами поскрипывала хвоя. Разница, как говорится, на лицо. И везде: на стволах, на живых и уже опавших хвоинках, на листьях и ягодах черники – светились мелки-мелкие точки непонятно чего. Так и не скажешь сразу, где «тёмный», а где «светлый» лес. Впрочем, свободного места для гуляний хватало и там, и там.

Чтобы убедиться, что он не сошёл с ума, Горпео достал карту… и обомлел. Та часть, что ещё утром… уже вчера утром, получается… была нанесена светлым, потемнела, а та, в которой они шли сейчас, наоборот, стала светлее.

– Приближается враг с севера, – сказала вдруг девушка, что совсем недавно заряжала в барабаны патроны, а ещё раньше что-то изучала в свитках с парнем.

Все рейдеры дружно развернулись направо и разорвали походную цепь. Трое парней с дробовиками встали впереди, дружно крутнув стволы до характерного щелчка. Таш встал сразу за ними, Нок рядом с ним, Гиша – чуть поодаль. Дратис обратился в призрака и растворился в пространстве, «орчанка» встала сзади всех, сняла рюкзак – что характерно, остальные шли без каких-либо сумок – и достала из него автомат, который в принципе не мог туда поместиться. Изучатели свитков взяли в руки своё ППШ-образное оружие. Всё произошло меньше, чем за пять секунд. Горпео ушёл за девушку-несуна и на всякий случай, взял в руки лук.

Врагами оказался десяток пауков. Поблёскивая своими синеватыми хелицерами – или как там они правильно назывались – членистоногие неслись прямо на рейдеров. Примерно за десять шагов парни активировали свои дробовики. Всех пауков снесло первым же залпом, но на смену им приходили всё новые и новые. В какой-то момент мощи дробинок перестало хватать, чтобы уничтожать всех, и тогда в вдело вступила Гиша. Она достала два лоскутка ткани, зажала по очереди каждый в правом кулаке, что-то прошептала им, поводила рукой туда-сюда, соединила узлом, подожгла, через мгновение погасила, разъединила и только потом выпустила на свободу. И всё это буквально за пару секунд, Горпео едва уловил, что делала девушка. Один лоскуток закружил в странном танце над троицей, проявляя себя как полусферический щит, отбрасывающий пауков назад, если те подходили слишком близко. Второй же полетел на пауков и взорвался подобно гранате, растворяя ближайших и разбрызгивая что-то розовое и явно очень едкое. На рейдеров не попало ни капли, а вот членистоногим здорово досталось. На пару секунд образовалась пустота в потоке пауков и этим решил воспользоваться Таш, стрельнув своей мини-бомбой. Эффект оказался просто феноменальный, пауков погибло раза в три, чем от лоскутка магички.