Текст книги "Этот мир не выдержит меня. Том 5 (СИ)"

Автор книги: Максим Майнер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 20 страниц)

Марк ещё несколько долгих мгновений сверлил меня тяжёлым взглядом, но вскоре его лицо разгладилось. Разведчик поверил мне, что, впрочем, было совершенно неудивительно. Удобная ложь, которую практически невозможно проверить, всегда действует безотказно.

– Значит, его убила высота… – задумчиво произнёс Марк. Он помолчал немного, а затем неожиданно спросил: – Как думаешь, она улыбнулась Пуллону перед смертью?

– Сильно сомневаюсь, – нахмурившись ответил я.

Странный вопрос. Неужели мой собеседник тронулся умом от горя?

– Со мной всё в порядке, – печально усмехнулся Марк. – Просто мой старый друг верил, что в конце пути смерть одарит его своей улыбкой…

Перед внутренним взором замелькали фрагменты прошлого. Труп Короля Нищих на гладком каменном полу, статуя Сапфироглазого, накрытая блестящей накидкой, и Пуллон – забрызганный кровью, но смертельно опасный… Вот почему он так напрягся, когда я – полуголый и обессиленный – рассмеялся ему прямо в лицо.

– Ярмарочная гадалка давным-давно нагадала ему эту глупость, – продолжил разведчик. – А он поверил… И пронёс свою веру до самого конца.

– Гадалки врут, – спокойно произнёс я, хотя по коже почему-то пробежался холодок. – Иногда очень убедительно.

– Ты прав, – Марк тряхнул головой. – Забудь… Что дальше?

– Деньги, – напомнил разведчику я. – Три золотых.

– Идём, – Марк кивнул и распахнул дверь.

Мы вышли в коридор, где нас ждала целая делегация. Сабалей, Молчун, Фольки, Лэйла и Клоп. Не хватало только Висельника – он, видимо, устал ждать и вернулся на кухню.

Юный равк стоял за спинами остальных. Похоже, он опасался, что его снова «припрягут» что-нибудь делать и хотел держаться подальше от источника возможных поручений. Сабалей и Молчун, как опытные зэка, сидели на корточках, а Фольки лежал на полу, положив голову на кулак. Бывалого вояку, привычного отдыхать в любую свободную секунду, видно за версту.

Только Лэйла не знала, как направить свою неуёмную энергию в мирное русло, и нервно вышагивала из стороны в сторону, барабаня пальцами по стенам.

– Ну что там, маленький мой⁈ – вскинулась она при нашем появлении. – Кто кричал?

– Птица, – коротко ответил я.

– Ты держишь меня за дуру, малыш??? – фыркнула Лэйла. – Таких птиц не бывает!

– Не знал, что ты так подкована в орнитологии, – хмыкнул я.

Девушка, услышав незнакомое слово, приняла его за оскорбление и, демонстративно надувшись, отвернулась. Марк, пока шёл этот короткий разговор, заглянул в одну из соседних комнат и возвратился оттуда с увесистым кошельком в руках.

– Целый дукат, тридцать серебряных монет, остальное – медь, – негромко произнёс он. – В общей сложности – три золотых…

Деньги сразу вызвали оживление среди личного состава. Фольки резко вскочил с пола, «порадовав» всех присутствующих «изысканными» лесными ароматами, Сабалей с Молчуном поднялись на ноги, и даже Лэйла мигом позабыла о своих обидах.

На звон монет не среагировали только Клоп и Большой. Первого пока мало интересовала тяжесть собственного кошелька, а второй дисциплинировано стоял там, где я его оставил. Всё правильно. Часовой не должен покидать свой пост. Несмотря ни на что.

– Добрый юноша, – осипшим голосом произнёс Сабалей, протянув руку, – я готов принять этот скромный дар…

– Не спеши, облезлый, – оскалился Фольки. – Клок рыбьей шерсти – это всё, на что ты можешь рассчитывать!

– Повтори свои слова, северянин, чтобы первый клинок Векреции вколотил их тебе обратно в глотку!

Сабалей наклонил голову, словно бычок, готовый забодать любого, кто встанет на его пути.

– Тишина, – коротко приказал я, подбросив кошель в руке.

Четыре пары алчных глаз следили за каждым моим движением.

– Ты, – я кивком указал на Фольки, – получишь обещанный золотой… А кроме него – отпуск. Можешь не появляться здесь весь завтрашний день.

Губы северянина растянулись в предвкушающей улыбке. Он уже прикидывал, какая часть «премии» уйдёт на пропой, а какую лучше потратить на продажных девок.

– Но при одном условии, – продолжил я.

– Говори, – прохрипел Фольки.

– Ты возьмёшь с собой Лэйлу.

Северянин приоткрыл рот от удивления. Он явно не ожидал от меня такой подлости.

– Фольчик меня не любит, маленький мой… – в голосе Лэйлы слышалось напускное сожаление. – Кроме того, ты зря решил, что я хочу провести хотя бы одно лишнее мгновение в компании этого неотёсанного мужлана…

– Помнится, ты мечтала о мягкой постели, вине и приличной пище? – я посмотрел на девушку.

Лэйла кивнула. В её глазах читалось непонимание и ожидание какого-то подвоха.

– Тогда придётся потерпеть, – продолжил я, – потому что все эти блага идут исключительно в комплекте с Фольки. Без него только пиво, деревянная лавка и бурда, сваренная заботливыми руками бывшего раскаявшегося.

– А ты умеешь убеждать, маленький мой, – хихикнула девушка. – Я выбираю Фольчика!

Я посмотрел на северянина. Он, судя по лицу, с куда большим удовольствием провёл бы время в компании ядовитой гадюки, но любовь к деньгам пересилила нелюбовь к Лэйле.

– Если ведьма пойдёт со мной, то одного золотого будет мало, – Фольки с прищуром посмотрел на меня.

Мой хитрый приятель здраво рассудил, что раз отвертеться от «балласта» не выйдет, то нужно попытаться получить с этого хоть какие-то бонусы. Правильный подход, что сказать. Я бы и сам на его месте действовал так же.

– Получишь два, – улыбнулся я, а затем вытащил из кошелька тяжёлый жёлтый кругляш, тут же спрятавшийся в ладони, и бросил полегчавший мешочек прямо в руки северянину.

Фольки вцепился в него так же крепко, как утопающий хватается за спасательный круг. Готов поспорить, раньше ему не доводилось получать столь солидные «премии».

– А знаешь, Фольчик, – Лэйла с шумом втянула воздух, – с такими деньжищами ты, кажется, даже пахнуть стал чуточку лучше!

– Заткнись, ведьма, – привычно огрызнулся северянин, спрятав кошелёк за пазуху. – Ну пошли, раз такое дело…

Заросший как медведь, грязный мужик и стройная, красивая девушка, облачённая в непривычный для этих мест костюм, выглядели рядом совершенно нелепо. И значит, не заметить их будет попросту невозможно.

Я специально подставлял эту сладкую парочку под пристальные очи человека без лица. Пусть тратит время и ресурсы на слежку за ними. Ну а если его люди решат перейти к активным действиям, то их ждёт очень неприятный сюрприз. Фольки был куда опаснее, чем казался на вид, а Лэйла… Лэйла обычному человеку и вовсе не по зубам.

Кроме того, без прикрытия они тоже не останутся. Клоп. Я посмотрел туда, где ещё несколько секунд назад виднелась несуразная подростковая фигурка. Теперь там уже никого не было. Нахлебавшийся бараньей крови равк не забыл о моём поручении.

– Добрый юноша, – судорожно сглотнул Саблей, – не хочу торопить тебя, но если ты решил наградить меня за верную службу, то лучшего времени для столь широкого жеста уже не будет…

Сабалей пристально смотрел на мой кулак, в котором был зажат последний золотой. Бывший актёр опасался, что аттракцион невиданной щедрости вот-вот закончится, и ему не перепадёт ни копейки. А он явно не хотел пролетать мимо денег как фанера над Парижем.

Я выставил перед собой ладонь, на которой лежал «пухлый» золотой кругляш. Сабалей воспринял этот жест как руководство к действию и уже потянулся к вожделенной монете, но не преуспел. Я убрал руку, когда кончики его дрожащих пальцев почти коснулись благородного металла.

– Добрый юноша, – Сабалей покраснел, – ты решил поиздеваться надо мной? Лишать человека честно заслуженной им награды – это низость! На моей родине, в славной Векреции…

– Нигде в мире не принято награждать бездельников, – оборвал бывшего актёра я. – Ни здесь, ни в твоей славной Векреции.

– Что ты имеешь в виду, добрый юноша? – Сабалей гордо вскинул подбородок. – Хочешь сказать, что я не заслужил эту жалкую подачку⁈

Вожделенные взгляды, которые он бросал на «жалкую подачку», совершенно не соответствовали этим пренебрежительным словам.

– Именно так, – кивнул я. – Ты не заслужил награду… Но это можно исправить.

– Я слушаю тебя, добрый юноша, – Сабалей мгновенно перешёл от пафосной патетики к деловому тону. – Чем я могу тебе помочь?

– Я хочу, чтобы ты распустил обо мне слухи.

– Что-о-о-о? – поперхнулся Сабалей. – Какие слухи?

– Любые, – я пожал плечами. – О том, что я равк… Или изгнанный из Академии младший мастер… Или внебрачный сын графа вил Кьера или самого императора… Мне без разницы.

Марк понимающе улыбнулся, а вот на лице Сабалея читалось искреннее недоумение.

– Но зачем, добрый юноша? – спросил он.

– Люблю купаться в лучах славы, – совершенно серьёзно ответил я. – И готов платить за внимание толпы звонкой монетой.

Я подбросил золотой дукат в ладони. Сабалей проводил его короткий полёт заворожённым взглядом.

Разумеется, истинные причины, вынудившие меня обратиться к бывшему актёру, были совсем другими.

Во-первых, в океане дезинформации человеку без лица будет труднее собирать сведения обо мне. А во-вторых, нужно смотреть в будущее. После битвы под Древними Сводами по городу наверняка поползли слухи о том, что я дикий маг. Не могли не поползти, учитывая, сколько людей видели моё колдовство… А раз так, то до доноса в инквизицию оставался всего один маленький шажок.

И пусть сейчас братьев-инквизиторов здесь нет, но всё могло измениться в любой момент. И тогда моя судьба будет зависеть исключительно от случая, а полагаться на случай – это последнее дело.

Опасную информацию невозможно изъять из инфополя. То, что туда попало, остаётся там навечно. И неважно, интернет это или сплетничающие бабки на лавке у подъезда – разницы никакой.

Однако если информацию нельзя изъять из информационного «океана», то её следует утопить… Утопить в бесконечном потоке слухов. И чем бредовее они будут, тем лучше.

– Хорошо, добрый юноша, – кивнул Саблей, – я согласен помочь тебе… Но столь сложную работу трудно сделать в одиночку – мне понадобятся помощники…

– И? – спросил я, хотя прекрасно понимал, к чему клонит мой собеседник.

– И мне придётся им платить, – сразу же пояснил Сабалей. – А денег у меня нет… Честные люди, как тебе должно быть известно, всегда бедны, добрый юноша.

– Честные – да, – кивнул я. – Но у тебя наверняка найдётся пара монет на благое дело.

– Ты ошибаешься, добрый юноша!

– Ну, тогда тебе придётся проявить смекалку, – я снова подбросил золотой дукат в воздух. – Если ты, конечно, хочешь получить оплату.

Выдавать бывшему актёру аванс я ни в коем случае не собирался. Когда имеешь дело с прохвостами, нельзя идти у них на поводу. Никаких денег, пока работа не будет выполнена на сто процентов.

Сабалей заметно погрустнел, но кивнул. Спустя мгновение он вместе с Молчуном отправился вниз, с явным намерением безотлагательно приступить к исполнению своих новых обязанностей. Вот что значит правильная мотивация – ещё полчаса назад человек жаловался на старость и хронический недосып, а теперь был готов к трудовым свершениям. Настоящий «стахановец», ни дать ни взять.

– Судя по тому, что ты приказал собрать только три дуката, я на прибавку к жалованию могу не рассчитывать? – усмехнулся Марк. – Или у тебя нет для меня никакой работы?

– Наша дружба слишком чиста, чтобы марать её презренным золотом, – хмыкнул я. – И работы для тебя у меня действительно нет… Но есть небольшая просьба.

– Твои просьбы хуже любой, даже самой тяжёлой и грязной работы, – Мрак вздохнул. – И чего ты от меня хочешь? Чтобы я убил кого-нибудь из твоих многочисленных «друзей»?

– Нет, – я качнул головой. – Мне нужна сущая мелочь… Я хочу, чтобы ты устроил для меня одну встречу.

– И с кем же? – Марк с подозрением прищурился.

– С Вороном, – просто ответил я.

Глаза разведчика расширились от удивления.

Глава 9

– Я тебя не понимаю, Феликс, – с холодной настороженностью сообщил Марк. – Думаешь, у меня есть связь с Вороном?

– Нет, – я качнул головой, – не думаю.

– Тогда я ещё больше тебя не понимаю, – разведчик нахмурился.

– Ничего страшного. Это дело поправимое.

Марк поморщился. Ему явно не понравилось начало нашего разговора, что, впрочем, было совершенно неудивительно. Разведчик привык анализировать информацию, и её недостаток сильно его нервировал.

– Ты пойдёшь в замок… – начал говорить я, однако Марк тут же перебил меня.

– Уже ходил, – с нотками сарказма в голосе произнёс он, – но меня не пустили. Наш славный сеньор отказывается принимать своих верных подданных, пока его земли не будут очищены от разбойного люда.

Интересно. Зачем Марк пошёл в замок, было вполне понятно – после моего исчезновения под Древними Сводами ему требовались хоть какие-то документы, подтверждающие полномочия по набору и содержанию отряда. Но почему граф, а если быть точным, то управляющая им Рита, решила спрятать своего «питомца» от всех остальных?

Неужели дела у моей страстной подружки совсем не заладились? Или она просто слишком сильно заигралась? Настолько, что не захотела делить «игрушку» хоть с кем-то ещё.

– Наш любезный сеньор тебе и не нужен, – спустя пару мгновений произнёс я. – И ты бы уже знал об этом, если бы позволил мне закончить мысль.

– Твои мысли пугают, – Марк криво усмехнулся. – Пугают настолько, что удержать язык за зубами становится очень трудно.

Извиняться за то, что перебил меня, разведчик, разумеется, не собирался.

– Не думал, что такого славного воина можно напугать простыми разговорами, – притворно удивился я.

– Я тоже не думал, – Марк слегка поморщился, – пока не познакомился с тобой.

В голосе разведчика слышалась плохо скрываемая усталость. Готов поспорить, бедолага уже не раз пожалел, что ввязался во всю эту авантюру, и его можно было понять – вряд ли именно о такой «весёлой» пенсии он когда-то мечтал.

– Знакомство со мной открыло для тебя много крайне интересных возможностей, – возразил я.

– Каких? – с неподдельным изумлением спросил Марк. – Я пока вижу только одну – сдохнуть, не дожив до почтенной старости…

– Легионер, который не убит к сорока годам, дерьмо, а не легионер, – я немного изменил слова одного известного наполеоновского генерала. – А что насчёт возможностей… Твой вопрос лучше адресовать очаровательной синекожей дамочке, которая сейчас сладко посапывает внизу.

Марк при упоминании Барталомеи покраснел. Взрослый мужик, прошедший огонь и воду, смутился как неопытный подросток, когда разговор зашёл о его любовном интересе.

– Хорошо сказано, – с хрипотцой в голосе сообщил он. – Твои слова могли бы стать девизом нашего легиона… При случае обязательно передам их остальным ветеранам.

– Такой случай представится очень скоро, – я перешёл к делу. – Потому как именно твои друзья-ветераны нам и нужны.

– Чего ты хочешь? – медленно спросил разведчик. Он сверлил меня взглядом.

– Хочу, чтобы ты рассказал своим товарищам кое-что, – спокойно ответил я. – Кое-что очень важное.

Ворону пора было узнать о том маленьком «рандеву», которое намечалось между мной, «пальцами» и людьми из Вольных баронств, сопровождавшими столь нужный ему артефакт. Но как донести до моего бывшего коллеги эту информацию? В лоб действовать нельзя – требовался вариант поизящнее. И он у меня был.

Если Сабалею выпал шанс проявить себя, отработав «по площадям», то Марку предстояло сделать всего один «выстрел». Один, но зато прицельный – такой, который наверняка поразит цель.

– Думаешь, среди ветеранов есть предатель? – разведчик сразу понял, куда дует ветер.

Я неопределённо пожал плечами. Во время нашего разговора Ворон проявил удивительную осведомлённость о моих договорённостях с графом. И означать это могло лишь одно – у моего бывшего коллеги в замке был свой человек.

Ну а кто он – отставной легионер, какой-нибудь слуга или графский чиновник – это дело десятое.

– Хочешь наказать его? – прищурившись, спросил Марк, после того как я озвучил свои мысли.

– Нет, – я покачал головой.

Чтобы кого-то наказать, этого «кого-то» сперва нужно найти, а найти Воронова «крота» не получится. По крайней мере, в разумные сроки.

Если не брать в расчёт случайности, от которых никто не застрахован, то агент по-настоящему уязвим только во время «контакта» – тогда, когда происходит обмен информацией с «центром». Причём как именно этот обмен оформлен – через «закладку», замаскированную под выброшенную кем-то зажигалку, или посредством зашифрованного в три слоя беспроводного соединения – не имеет никакого значения.

Главное, чтобы в одном месте – неважно, реальном или виртуальном – сошлись агент и его куратор… И вот с этим в нашем случае были большие проблемы.

Ворон умел входить в чужие сны, а вот я таким полезным навыком, к сожалению, не обладал. Мой бывший коллега мог выстроить неприступную систему коммуникации – полностью закрытую и оттого совершенно безопасную. Так что обнаружить его «крота» будет практически невозможно… Обнаружить – нет, а вот использовать – вполне.

– Ты пойдёшь в замок, – я пристально смотрел на разведчика, – и там, за чашечкой бодрящего синего вина, по большому секрету расскажешь своим товарищам о том, что мы собираемся перехватить один очень интересный караван на переправе у Закрытого Глаза… А ещё скажешь, что с нами будут «пальцы» – целых три пятерни.

– Это правда? – глаза Марка заблестели. Новость о столь сильных «союзниках» явно пришлась ему по душе.

– Отчасти, – коротко ответил я. – «Пальцы» там будут… Но не на нашей стороне.

– Этого стоило ожидать, – Марк как-то обречённо вздохнул. От задорного блеска в глазах не осталось и следа. – Что-то ещё?

– Подай всё так, – добавил я, – чтобы даже самый последний тупица понял, что эти сведения чрезвычайно важны.

Времени у нас было мало, поэтому на тонкую игру вдолгую рассчитывать нельзя. Придётся поднимать ставки – тогда информация окажется у Ворона гораздо быстрее.

Марк сосредоточенно кивнул. Судя по глубокой морщине, разделившей лоб разведчика ровно пополам, он уже обдумывал план дальнейших действий.

– Главное, не переусердствуй, – на всякий случай уточнил я, – второго шанса не будет.

Слить информацию нужно быстро, но аккуратно – так, чтобы ни агент, ни сам Ворон не заподозрили подвоха. Мой бывший коллега импульсивен, но не глуп – он не должен догадаться, что его пытаются использовать.

– Поучи декана фурку таскать, – усмехнулся Марк, всем своим видом показывая, что не нуждается в моих советах. – Я отправлюсь в замок на рассвете… Когда ночная смена пойдёт отдыхать.

Разумно. Соваться на охраняемый объект в тёмное время суток – это не лучшая идея. Столь поздний визит мог вызвать лишние вопросы, да и занятые по службе ветераны вряд ли будут готовы к задушевным разговорам с неожиданно объявившимся товарищем.

– На рассвете – так на рассвете, – не стал спорить я. – Поступай, как знаешь.

– А что будешь делать ты? – спросил Марк. Он понимал, что я не стану сидеть на одном месте.

– Пойду в бордель, – честно ответил я. – Но тоже не сейчас, а утром.

– Обычно люди пытаются скрыть свои порочные желания под покровом темноты, – по губам Марка скользнула улыбка. – Но у тебя, как всегда, свой путь…

– Не хочу отвлекать Жаннет, – ответил я. – Думаю, сейчас у неё и без того дел по горло.

Разумеется, в действительности меня мало волновали заботы женщины. Просто я хотел совместить приятное с полезным – и покемарить хотя бы пару-тройку часов, оставшихся до рассвета, и навестить хозяйку «Нежной розы» именно тогда, когда она – не выспавшаяся после бурной ночки – будет меньше всего готова к разговору.

– Ты поразительно чуток, – усмехнулся Марк, но в следующее мгновение уже со всей серьёзностью добавил: – Будь очень осторожен с Жаннет…

Судя по хмурому взгляду, слова разведчика не были дежурным напутствием, сказанным лишь для галочки.

– Вокруг неё собирается дурная кампания, – продолжил он. – Цимия предупредила меня, и я отправил людей, чтобы они понаблюдали за «Нежной розой»…

– Но? – спросил я, потому что без «но» тут явно не обошлось.

– Но ничего не вышло, – подтвердил мои опасения Марк. – Всех отловили ещё на подходе и попросили держаться от «Нежной розы» подальше.

– Вот как? – удивился я. – Все живы?

– Всё, – Марк кивнул. – «Просители» были очень убедительны, но при этом весьма любезны…

– И ты выполнил их просьбу? – я посмотрел на разведчика.

Мне не верилось, что он так легко смирился с поражением.

– Отчасти пришлось. В городе начались беспорядки, и появились дела поважнее, – Марк на мгновение замолчал, а затем таинственно добавил: – Но я поговорил кое с кем…

– И этот «кое-кто» рассказал тебе что-то важное? – спросил я через секунду. – Или ты просто решил поведать о том, как весело проводил время, пока меня не было?

– Рассказал, – Марк закончил нагнетать интригу и выложил карты на стол: – Жаннет присягнули два бывших «капитана» Короля Нищих – Безносый Джо и Колченогий Стен…

Не самые грозные прозвища, но относиться к их обладателям свысока явно не стоило. В бандитском ремесле царит серьёзная конкуренция – слабых там не терпят… И те, кто сумели удержаться на плаву, даже получив серьёзные увечья, были куда опаснее своих полностью здоровых коллег по непростому криминальному бизнесу.

– Злобные твари, – подтвердил мои мысли Марк. – За каждым не меньше полусотни бойцов… И столько же трупов.

– Злобные твари… – повторил за разведчиком я, а затем добавил: – И умные, раз смогли удержать собственных людей в кулаке.

Марк выразительно посмотрел на меня и повторил своё напутствие:

– Будь очень осторожен…

Я кивнул, подтверждая, что принял информацию к сведению. После схватки с Королём Нищих, его «подсосы» не казались большой угрозой, но бережёного, как известно, бог бережёт. Уверенность в себе не должна идти рука об руку с легкомысленной расслабленностью – эту простую мысль я хорошо усвоил за годы службы.

Трагическая гибель Короля Нищих «проявила» новые центры силы, и в том, что именно Жаннет стала одним из них, не было ничего удивительного. Ум, опыт и деньги, подкреплённые связями во всех слоях общества, делали её прекрасным кандидатом на почётный пост теневой хозяйки города.

В целом, мне это даже на руку. Чем могущественнее станет Жаннет, тем больше пользы она сможет принести. Главное, чтобы моя союзница, почувствовав власть, не решила отказаться от нашего взаимовыгодного сотрудничества.

Это могло серьёзно осложнить ситуацию. Новый враг мне точно без надобности. И значит, нужно действовать так, чтобы Жаннет трижды подумала, прежде чем решиться на предательство. А подумав, сразу отказалась от этой гиблой затеи…

– Господин барон валится с ног от усталости, – сообщил Марк, кивком указав на Большого.

Коротышка действительно держался из последних сил – исключительно на морально-волевых. Бледный и осунувшийся, он выглядел как призрак, который готовится умереть во второй раз.

– Поставь на его место пару бойцов, – приказал я, а сам взмахом руки отпустил бедолагу отдыхать.

Двух часовых и морфана, который был куда выносливее человека, хватит, чтобы защитить сестёр.

Большой кивнул, подхватив стоявшую на полу котомку. Он сделал несколько неуверенных шагов, а затем ударом кулака распахнул ближайшую дверь и завалился в одну из комнат. Где-то здесь сон подло срубил его исподтишка – бывший «палец» отключился, не сумев добраться до постели. Стены задрожали от богатырского храпа, а торчавшие из дверного проёма ноги ритмично задёргались в такт этой «очаровательной» мелодии.

Мы с разведчиком переглянулись. Бросать боевого товарища в столь неудобном положении было как-то неправильно. Я схватил коротышку за руки, Марк – за ноги, и уже спустя пару секунд тот очутился на кровати.

– Ты тоже ложись, – Марк указал на соседнюю койку. – Выглядишь как загнанный конь, которого хочется прирезать, чтобы не мучился…

– Какое благородное желание, – я тряхнул головой, пытаясь избавиться от липкой сонной хмари. – Но эвтаназию делать пока рано… Мы ещё повоюем.

Неожиданно накатило чувство лёгкого отупения. Хронический недосып сказывался на умственных способностях не самым лучшим образом.

– Ты уже заговариваешься, – подвёл итог Марк, услышав незнакомое слово.

Разведчик осторожно подтолкнул меня в сторону свободной кровати, и я растянулся на жёстком, плотно набитом соломой матрасе. Правда, сейчас он казался мне мягче пуховой перины. Ничего удивительного – несколько суток без нормального отдыха любую постель превратят в царское ложе.

В голове мелькнула мысль, что сперва нужно поговорить с Барталомеей, однако сон, больше похожий на глубокий обморок, быстро оборвал эти самонадеянные рассуждения.

Я погрузился в тёмную бесконечность. Она окружала меня со всех сторон – неподвижная и на первый взгляд безжизненная. Однако очень скоро стало понятна, что жизнь здесь всё-таки есть…

Во мраке появился силуэт. Он «раздувался», быстро набирая объём, и через мгновение предстал, так сказать, «во плоти». Ворон, собственной персоной.

Он открыл рот, будто бы пытаясь что-то сказать, однако разорвать абсолютную тишину ему так и не удалось. Впрочем, взгляд моего бывшего коллеги – издевательский, дерзкий – был красноречивее любых слов. Мне бросали вызов… Правда, несмотря на всю браваду, в глубине его чёрных глаз скрывался страх.

Эта «милая» картинка преследовала меня до самого рассвета. Лишь первые лучи солнца смогли развеять густую темноту, отправив чёрную фигуру в небытие, где ей было самое место.

По глазам мазнуло тёплым светом, и я бодро соскочил с кровати. Тело переполняла энергия, а живот натурально сводило от голода. Несмотря на не самое приятное сновидение, отдохнуть удалось на славу.

Что это было, я так до конца и не понял. То ли Ворон пытался выйти со мной на связь, но по какой-то причине не преуспел, то ли его наглая физиономия являлась всего лишь порождением моего уставшего подсознания. Впрочем, это не имело никакого значения – главное, что дальше молчаливых гляделок дело не зашло. Мне очень не хотелось участвовать в очередной словесной дуэли.

Я посмотрел на сладко посапывающего Большого, по круглой физиономии которого водили хороводы солнечные зайчики, и губы сами собой растянулись в улыбке. Настроение после отдыха в нормальной кровати было просто великолепное. И им определённо стоило поделиться с окружающими.

– Рота, подъём! – радостно гаркнул я прямо в ухо коротышке.

Большой, вопреки ожиданиям, не то что не подскочил с кровати, а даже не дёрнулся. Он лишь открыл один глаз, тоскливо посмотрел на меня, а затем молча перевернулся набок, уткнувшись лицом в стену.

– Вставай, друг мой, – выдохнул я, пару раз скрутив корпус, чтобы разогнать кровь по мышцам. – Нас ждут великие дела.

– Мне снился дивный сон, милостивый государь, – с мечтательным вздохом сообщил Большой. – В этом сне не было тебя, но зато были изысканные яства, благородное вино и светлоокие девы, изнывающие от желания одарить меня своей любовью…

– Вина и яств не обещаю… – я выполнил ещё несколько разминочных упражнений, а затем упал на пол и быстро отжался три десятка раз. – Но девы будут… Мы с тобой идём в бордель…

– Ты предлагаешь мне отправиться в оплот греха и порока? – Большой резко сел, свесив ноги с кровати.

– Вроде того, – кивнул я.

– Тогда чего же мы ждём?

Большой спрыгнул с кровати, на его лице читался неподдельный энтузиазм. Я же, усмехнувшись, перешёл от отжиманий к приседаниям. Пусть теперь моё главное оружие – это магия, но тело в любом случае нужно держать в форме.

– Зачем ты истязаешь себя, милостивый государь? – поинтересовался Большой, наблюдая за моими упражнениями.

– Помолчи, – попросил я, замерев в «планке». – Если не хочешь присоединиться ко мне.

Коротышка, которого совершенно не прельщала подобная перспектива, тут же закрыл рот. Он смотрел на меня со смесью удивления и жалости, но с разговорами больше не лез.

Спустя минуту, когда по одеревеневшим от напряжения мышцам пробежалась волна тепла, я поднялся на ноги. Вдох-выдох-вдох. Короткая дыхательная гимнастика позволила унять бешено бьющееся сердце.

Большой, ёрзавший от нетерпения, выразительно посмотрел на меня. Он ждал приказов, команд, распоряжений, однако вместо этого услышал вопрос. Всего один, но зато очень важный – от ответа на него зависело слишком многое. Например, чья-то жизнь.

– С какого расстояния ты можешь гарантированно поразить цель? – спросил я, встретившись с коротышкой глазами.