Текст книги "Этот мир не выдержит меня. Том 5 (СИ)"

Автор книги: Максим Майнер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 20 страниц)

Этот мир не выдержит меня. Том 5

Глава 1

До границы деревни нас провожала целая толпа.

Цветов и трогательных напутствий, разумеется, не было – крестьяне держались от Усача поодаль, на расстоянии не меньше тридцати метров. Они осторожно двигались по параллельным «улочкам» и прятались за оградами домов, надеясь хотя бы краем глаза увидеть огромную клешню или часть хитинового панциря.

Люди боялись гигантского краба, и нужно отметить, не без оснований. Однако этот же страх притягивал их словно магнит, а значит, совсем скоро слухи об Усаче – разумеется, преувеличенные в десятки раз – разлетятся по всей округе. Что, в общем-то, было мне только на руку.

Теперь Ворон, который знал о моём специфическом «транспорте», будет осведомлён, что я побывал в деревне и что ни Эльзы, ни Тори там, скорее всего, больше нет. Как нет и никакого смысла посылать в «Наречье» новый отряд.

Станет ли это гарантией безопасности для Дарена, Ессении и остальных селян? Нет. Однако шансы местных жителей на то, что им не придётся в ближайшем будущем «принимать» у себя незваных «гостей», всё-таки возрастут.

В общем, я специально засветил Усача перед таким количеством зрителей, однако теперь нужно действовать осторожнее. Гигантский краб привлекал много внимания, давая и Ворону, и человеку без лица, и «пальцам» слишком подробные сведения о моих перемещениях, что было весьма некстати. Чем меньше враг знает, тем проще его одурачить, ведь война, как известно – это пусть обмана.

Мы довольно бодро двигались вперёд – прямо к опушке негустого леса. Там нас будет куда труднее заметить, чем посреди просёлочной дороги.

Краб уверенно пёр через заросшее высокой травой поле, огибая по широкой дуге частокол ветеранского лагеря. Небольшая прибавка в весе в виде Эльзы и Тори никак не сказалась на его ходовых качествах. Усач даже не заметил увеличения численности «экипажа».

Девчата, к слову, освоились в новой компании с невероятной быстротой.

Как только первое удивление и первые восторги, вызванные видом и габаритами гигантского краба, остались позади, Эльза и Тори познакомились со всеми членами нашего разношёрстного творческого коллектива.

Мои сестрички вежливо кивали собеседникам, представлялись сами и с уважением слушали представления других – в общем, вели себя не как две маленькие сиротки, оказавшиеся в «приятном» обществе людоеда, психопатки и не помнящего половину своей жизни убийцы, а как леди, попавшие на светский раут.

Думаю, Хольд мог бы гордиться воспитанницами. Будучи детьми, они вели себя так, как смог бы далеко не каждый взрослый. Осторожно, но с достоинством.

Когда со взаимными представлениями было покончено, и мы двинулись в путь, Эльза села рядом с «невидимым дяденькой» – так они с Тори прозвали Дру-уга между собой.

Старшая из моих сестричек заворожённо наблюдала за тем, как морфан управляет Усачом. Она пыталась повторять движения его почти прозрачных и едва различимых при дневном свете пальцев, и у неё неплохо получалось. Маленькие ладони «порхали» над крабьим панцирем, ласково касаясь острых хитиновых наростов. Уж не знаю, какие такие струны удалось задеть Усачу в нежном девичьем сердечке, однако Эльза почему-то полюбила краба-людоеда буквально с первого взгляда.

Тори тоже прониклась вонючим очарованием гиганта, но куда больше её пленил другой обитатель нашего передвижного зоопарка. Коттар. Ну, или «красивущая чёрная киса», как кроха тут же окрестила зверя.

– Даже не думай, – сразу предупредил сестру я, заметив её заинтересованный взгляд. – Он съест тебя за один укус.

Тори послушно кивнула, однако по хитрому блеску в глазах было понятно, что никакие запреты и никакие опасности не смогут помешать ей познакомиться с «кисой».

– Даже не думай, – повторил я, взглянув на оставшуюся позади деревню.

Мы почти забрались на небольшой холм, с вершины которого открывался прекрасный вид на «Наречье». Совсем недавно я уезжал отсюда на скрипучей телеге в компании Фольки, однако с тех пор всё серьёзно поменялось. Да и сам я стал немного другим – не только внешне, но и внутренне.

Ничего удивительного. Слишком уж странная сила обитала где-то во мне. Странная и непредсказуемая…

Я тряхнул головой. Как говорил старший сержант Вереенко, если солдат морщит лоб – это недоработка командования. Дело нужно делать, а не тратить время на бессмысленные размышления о собственной непростой судьбе.

И спорить с этим я не собирался. Тем более, дело у меня как раз появилось. На окраине деревни, на некотором отдалении от собравшейся толпы, между домов мелькнула чья-то фигура. Мелькнула и быстро двинулась в том же направлении, что и мы, мгновенно растворившись в высокой траве.

Кто это? Неожиданный поклонник, решивший попросить автограф? Или какой-то невероятно любезный крестьянин, посчитавший необходимым проводить нас до опушки? Ответов на эти волнующие вопросы я не знал, но зато знал кое-что другое. «Хвост» нам точно не нужен.

– Притормози, – негромко произнёс я.

Морфан издал короткий щёлкающий звук. Усач сразу замедлил ход.

– Ты что-то увидел, маленький мой? – с интересом спросила Лэйла.

Девушка успела заскучать и с плохо скрываемой завистью посматривала на Большого, который как следует «развлёкся» в деревне, пока она отдыхала в лесочке под сенью листвы.

Я промолчал. Следить за движениями преследователя среди этого бесконечно колышущегося «моря» было весьма непросто.

– За нами кто-то идёт, милостивый государь? – Большой положил арбалет на колени.

Неизвестный чужак действительно шёл по нашему следу. С каждой секундой это становилось всё очевиднее.

– Двигайтесь дальше, к опушке, – вместо ответа произнёс я, хлопнув ладонью по панцирю Усача. – И ждите меня там.

Краб, почувствовав сигнал, остановился как вкопанный. Сбросив накидку, которая могла выдать меня своим блеском и шелестом, я легко спрыгнул на землю. Из оружия только метательные ножи и чёрный кинжал. Для того чтобы справиться с одиночкой – кем бы он ни был – этого арсенала хватит с головой.

– Погоня⁇ – вскинулась Лэйла. – Если хочешь, я выпотро…

Она резко замолчала, с лёгким недовольством посмотрела на девчат, а затем нашла менее кровожадную формулировку:

– Если хочешь, я составлю тебе компанию, маленький мой…

– Нет, – я качнул головой.

– Ну конечно, нет, – с обидой в голосе произнесла Лэйла. – Всегда нет! Что ты, что Ворон… Все вы, мужланы, одинаковые!

Изнывающая от безделья девушка пыталась вызвать во мне чувство вины, чтобы добиться своего. Однако шансов у неё не было. На такие примитивные манипуляции я не вёлся уже очень давно.

– Не все, миледи! – с лёгкой улыбкой возразил Большой. – Я не таков… Я всегда готов говорить вам только «да!».

Коротышка рекламировал себя безо всякого стеснения, однако озвученное им конкурентное преимущество совершенно не заинтересовало Лэйлу.

– Ты вообще заткнись, недомерок! – махнув рукой, огрызнулась она. – Веселился там в деревне, пока я страдала в одиночестве!

Лэйла демонстративно надула губы, а вот Большой, несмотря на весьма грубую отповедь, нисколько не обиделся. Даже, наоборот – улыбка на его лице стала только шире. И это ещё сильнее раздражало девушку.

– Хватит болтать, – негромко, но строго произнёс я. – Лучше смотрите по сторонам и готовьтесь.

– К чему⁇ – сразу спросила Лэйла. Она буквально пожирала меня глазами.

– Ко всему, – коротко ответил я.

– Ску-у-у-у-ка… – протянула девушка.

– Не переживай, – усмехнулся я, – веселье ещё впереди. А пока…

– Что «пока»⁇ – Лэйла снова оживилась.

– А пока объявляется конкурс на самое выразительное молчание. Победитель получит почётную грамоту во всю стену, а проигравший отправится на корм Усачу. Вопросы есть?

Вопросов, разумеется, не было. Большой сосредоточенно поправил арбалет, Лэйла страдальчески закатила глаза, и лишь Усач радостно щёлкнул клешнёй. Он был единственным, кто по достоинству оценил мою шутку.

– Уходите к лесу, – уже без тени иронии подвёл итог я. – И будьте готовы к нападению. Друзей у нас здесь нет.

Не то чтобы я действительно предполагал, что на опушке засели враги, но дисциплина – она как чистота в доме. Проще поддерживать её постоянно, чем тратить силы на редкую «генеральную» уборку.

– А ты куда⁇ – Тори выглянула из-за края панциря. На хитрой мордочке читался неподдельный интерес.

Судя по озорным огонькам в глазах, Тори заботил не столько мой уход, сколько те возможности, которые он перед ней открывал. Возможности познакомиться с «красивущей кисой», например.

– Сейчас вернусь, – вытянув руку, я надавил крохе на самый кончик конопатого носа. – Ты даже соскучиться не успеешь.

Тихонечко пискнув, Тори спряталась от меня. Я же пристально посмотрел на Большого и негромко приказал:

– Следи за ними. За ними обеими.

Большой кивнул. Коротко, но очень серьёзно.

– Отвечаешь за них головой, – уточнил я. – Ты меня понял?

– Как же тут не понять, милостивый государь… – печально ответил коротышка. Он был не очень рад неожиданно свалившейся на него ответственности, однако спорить не стал.

Я улыбнулся Эльзе, которая посматривала на меня, не переставая поглаживать Усача, и, пригнувшись, скользнул в высокую траву. За спиной раздался резкий, словно крик птицы, звук, а в следующее мгновение ноги краба гулко застучали по земле. Отряд двинулся дальше, но уже без меня.

Быстро обогнув холм, я вышел к тому месту, где должен был пройти преследовавший нас человек. Вышел и занял позицию в нескольких метрах от проложенной Усачом тропы. Густая растительность надёжно скрывала меня от любого возможного взгляда.

Засада – дело непростое. Об этом знает каждый, кому хотя бы раз приходилось в ней участвовать. Мало выбрать правильное место, нужно ещё дождаться появления противника, не выдав себя неосторожным движением или звуком.

Недаром говорят, что нет ничего хуже, чем ждать или догонять. Вынужденная неподвижность, «подогреваемая» плещущимся в крови адреналином, рождает в голове ненужные мысли, сомнения и опасения. Тело просит действия, однако обстановка требует совершенно иного – полного спокойствия.

Новичкам в такие моменты бывает очень трудно справиться с собой, и они допускают ошибки – иногда фатальные. Но я новичком уже давно не был. Моё сердце билось ровно, размеренно. Никакого волнения, никаких нервов, никакого мандража.

Привычная работа. Дыхание тихое и спокойное. Слух ловит малейшие звуки – от шелеста травы до писка каких-то полевых грызунов…

Несколько минут ничего не происходило, однако потом я отчётливо услышал дыхание преследователя. Тяжёлое, сбивчивое… Обычно так дышит тот, кто несётся вперёд сломя голову и не глядя по сторонам.

Очень неправильное поведение. В условиях ограниченной видимости спешить нельзя. Это азы.

К громкому дыханию прибавился топот, а уже через пару секунд передо мной промелькнул чей-то смазанный силуэт.

Подхватив с земли небольшой камень, я быстро вышел на тропу. Преследователь целеустремлённо ломился вперёд, опустив голову и не замечая ничего вокруг. Я видел только его согнутую спину, затянутую в обычную серую ткань. Кто это? Не знаю. Но судя по манере двигаться, точно не профессионал.

Отвлекать столь увлечённого человека ненужными разговорами я не стал и просто метнул камень ему в ногу. Получив чувствительный удар по бедру, незнакомец запнулся, пролетел кубарем ещё несколько метров и растянулся на земле, судорожно хватая ртом воздух.

Я подошёл ближе. Вот так встреча. Любителем устраивать забеги по пересечённой местности оказался мой давний «приятель» Гвар. Падение выбило из него дух, и сейчас он смотрел по сторонам ошалевшими глазами, явно не понимая, что вообще происходит.

– Неплохо бегаешь, – похвалил паренька я, приблизившись ещё на пару шагов. – А вот падаешь не очень…

Взгляд быстро скользнул по валявшейся на земле фигуре. Зачем Гвар бежал за нами? Хотел отомстить за смерть брата?

Сильно сомневаюсь, ведь никакого оружия – даже самого примитивного – у него с собой не оказалось. Хоть парнишка и не числился в списке главных сельских интеллектуалов, однако законченным кретином, способным поверить в то, что он сможет прикончить меня голыми руками, Гвар тоже не был. Как и записным смельчаком, готовым в одиночку напасть на целый отряд.

– Я… ты… мы… это… там… – Гвар попытался вступить в диалог, однако связная речь пока что давалась ему с большим трудом.

Физическая усталость, неожиданное падение, боль и страх лишили его способности изъясняться членораздельно. Так бывает, при сильном стрессе.

– Спокойно, – я присел рядом, вытянув из ножен чёрный кинжал. – Лежим тихо, лишний раз не дёргаемся, на вопросы отвечаем коротко, ясно и по существу. Кивни, если понял.

Никаких угроз, никаких криков, никакого насилия – чрезмерное давление могло сломать и без того напуганного паренька. Однако он должен был понимать всю серьёзность ситуации. И демонстрация оружия – спокойная, ненавязчивая – подходила для этих целей лучше всего.

Гвар судорожно кивнул. Он не спускал испуганного взгляда с блестевшего на солнце клинка.

– Ты один? – коротко спросил я.

Гвар снова кивнул.

– Оружие есть?

Гвар быстро замотал головой.

– Говорить можешь?

Гвар подумал пару секунд, а затем неуверенно кивнул.

– Тогда говори, – спокойно произнёс я, глядя в испуганные глаза парня.

– Я… я бе-бе-бежал за тобой, – с лёгким заиканием сообщил Гвар.

– Это я и сам понял, – усмехнулся я. – Зачем?

– Прощения по-по-попросить хотел, – Гвар судорожно сглотнул. – За брата… За Альба, то есть…

Парнишка выдохнул – так, словно сбросил с плеч тяжеленный груз. Судя по взгляду, он говорил совершенно искренне.

Удивительное дело. Я ожидал всякого – слежки, нападения, угроз… Но вот чего в списке ожидаемого точно не было, так это извинений.

– Не знали мы, что он с лихим людом спутался, – продолжил Гвар уже без заикания. – Никто не знал! Ты не думай, Феликс, мы всё, что по обычаю положено, сделали… Нет в нашем роду больше Альба! Отец клок его волос, который с детства хранил, в печи сжёг, а мать обещала имя Альба навсегда забыть!

Радикальный подход, ничего не скажешь. Нет, Альбу, который сейчас тихо и спокойно отдыхал в безразмерной крабьем желудке, от такой «анафемы» было, конечно, ни холодно ни жарко, но суровость его родни впечатляла. Общее превыше всего, а того, кто это самое общее предал, ждало лишь забвение…

Вроде бы всё правильно, но что-то внутри меня протестовало против такой концепции. Я не был завзятым индивидуалистом – наоборот, служба в армии, да и вся советская юность привили мне чувство коллективизма, однако столь поспешный «суд» над Альбом казался мне чем-то неправильным.

Идеалистом, который готов давать второй шанс каждому провинившемуся, я тоже не был. Во взрослой жизни нет «вторых шансов», и предатель должен быть наказан, причём наказан сурово… Но выносить «приговор» кому-то из своих близких только на основании чьих-то слов, я бы не стал. Пусть даже это слова самого фильдеперсового из всех графьёв на планете.

Не то чтобы я вдруг проникся нежными чувствами к психопату, собиравшемуся изнасиловать мою сестру, совсем нет. Сдох и славно – туда ему и дорога. Если бы мне понадобилось снова организовать для Альба путёвку на тот свет, я не стал бы колебаться ни секунды. Однако «забирать» у матери память о сыне как-то не входило в мои планы…

Впрочем, что сделано, то сделано. Да и со своим уставом в чужой монастырь, как известно, лучше не лезть. К тому же сложившаяся ситуация, в общем-то, играла мне только на руку. Теперь, когда Альба посмертно вычеркнули из семьи, мести со стороны его родичей можно было не опасаться. Сплошные плюсы… Но нутро всё равно жёг какой-то неприятный огонёк.

– Это всё? – негромко спросил я, спрятав чёрный кинжал в ножны.

Гвар, смотревший на меня глазами побитой собаки, нерешительно пожал плечами. Казалось, он хотел сказать что-то ещё, но не был уверен, стоит или нет.

– Говори, – я подбодрил парня, а затем с улыбкой добавил: – Не бойся.

– Я и не боюсь! – Гвар отреагировал так, как и положено пацану: – Пару дней назад у деревни какие-то люди вились…

– Что за люди? – насторожившись спросил я. Жизнь научила, что ничего хорошего от «каких-то людей» ждать обычно не стоит.

– Не знаю, – Гвар качнул головой. – Пришлые, чужие… Двое их было.

– Чего хотели?

– Да не знаю, – снова ответил Гвар. – Говорили, что зерно покупать будут, как урожай соберём. Всё ходили-бродили вокруг, но к старшим не лезли, с молодыми больше общались…

Я прищурился. Зачем разговаривать с молодёжью, которая ничего не решает? Реальным покупателям – совершенно незачем. А вот членам оперативного отряда, собирающим разведданные – строго наоборот. Там, где взрослые не скажут ни слова, юная поросль разболтает всё… Всё и даже чуточку больше.

– О чём вы разговаривали? – спросил я.

– Да не знаю, – уже в третий раз сказал Гвар. Сказал и поморщился. – Обо всём! И про девок, и про рыбалку, и про то и про другое…

Всё правильно. Информацию собирают именно так – не конкретными вопросами на интересующую тему, а потоком, вычленяя из вала бесполезных данных крупицы нужных сведений. По-другому никак.

– Мы с пришлыми не очень говорить любим, – продолжил Гвар. – Сам знаешь… Но с этими почему-то всё как-то легко было.

Ничего удивительного. Хороший оперативник «впитывает» информацию как губка, и объект разработки сам спешит поделиться с таким благодарным слушателем слухами, байками и новостями…

В общем, никаких сомнений у меня не осталось. Покупка зерна – это всего лишь легенда, а сами «покупатели» – чьи-то глаза и уши.

Вопрос только в том – чьи?

Глава 2

Я несколько долгих секунд обдумывал ситуацию, не спуская взгляд с Гвара. Парнишка, по-прежнему лежавший на земле, явно нервничал – он ёрзал и не знал, куда деть руки. Ничего удивительного, любой на его месте чувствовал бы себя не в своей тарелке.

– Соберись! – я щёлкнул пальцами прямо перед носом Гвара. – Как выглядели эти люди?

– Да как выглядели, – парень вздрогнул от неожиданности. – Люди как люди… Обычные, как все…

– Если они такие обычные, то зачем ты решил про них рассказать? – задал закономерный вопрос я.

Гвар шумно выдохнул и пожал плечами. Похоже, он сам до конца не понимал, для чего начал этот разговор.

– Соберись, – повторил я. – В них было что-то такое, что показалось тебе неправильным. Осталось только понять, что именно.

– Да не знаю… – уже в который раз произнёс Гвар.

Его взгляд скользнул в сторону, но я снова щёлкнул пальцами, чтобы сконцентрировать внимание парня на себе. Нельзя позволять ему разрывать зрительный контакт.

– Думай, – я не кричал, но говорил резко, отрывисто. – Вспоминай.

– Да не зна…

Хлёсткий, как выстрел, щелчок пальцами не дал Гвару закончить.

– Вспоминай.

Я нависал над лежащим на земле парнем. Всё происходящее не кисло давило на его психику, загоняя бедолагу в контролируемый мной стресс.

– Думай!

Взгляд Гвара остекленел. Мой собеседник ушёл в себя, однако погружение в глубины собственного сознания продлилось не очень долго. Его прервал очередной хлёсткий щелчок.

– Глаза! – испуганно выдохнул Гвар. Он, похоже, уже сильно пожалел, что поднял эту тему.

– Что «глаза»? – сразу спросил я.

– Глаза у них страшные были… – неуверенно пояснил паренёк. – Вроде улыбаются, смеются, а глаза холодные какие-то, как вода…

– И? – прищурился я. – Почему ты решил, что мне непременно стоит об этом узнать?

– А у тебя такие же иногда, – поёжившись ответил Гвар. – То как человек смотришь, а потом так зыркнешь, что аж нутро сводит, будто кто-то ножиком требуху в животе ворошит…

Что же, комплимент, конечно, сомнительный, но я понял, что он имел в виду. «Взгляд убийцы», как говорил иногда Сан Саныч. Каждый из нас есть продукт воспитания и обстоятельств, и когда обстоятельства вынуждают забирать чужие жизни, это не проходит без последствий.

– Какие-то другие особые приметы, кроме страшных глаз, у них были? – спокойно спросил я.

– Каки-таки приметы? – не понял Гвар.

– Шрамы, родинки, – быстро пояснил я. – Может, бородавка на носу у кого была? Или уши большие?

Парнишка снова задумался, но на этот раз мыслительный процесс не занял много времени. Уже спустя мгновение он натурально «расцвёл».

– Были приметы! – с облегчением сообщил Гвар. – Не бородавки, но были! У одного бланш в пол-лица – сочный такой, красивый… А у второго – серьга в ухе, представляешь⁇ Да не маленькая какая-нибудь, а здоровенная…

Гвар сжал кулак, чтобы показать размеры столь впечатлившей его серьги.

Я едва заметно поморщился. Эти «приметы» были всего лишь обманкой, фикцией. Так уж работает внимание неподготовленного человека – оно цепляется за какую-то яркую деталь, начисто игнорируя всё остальное. И опытные оперативники часто этим пользуются.

Наши молодцы, например, решили удивить местных шикарным синяком и гигантским украшением. Не очень оригинально, но зато эффективно. Гвар, например, ничего, кроме того, что ему специально сунули под нос, запомнить не смог…

Что сказать, парни действовали как по учебнику.

Во-первых, правильная численность отряда. Один оперативник – это слишком мало, три – много, а вот два – в самый раз. И лишнего внимания можно не опасаться, и работать проще, и даже для небольшой «острой» операции, если она вдруг понадобится, сил вполне хватит.

Во-вторых, детали – в них, как известно, кроется сам дьявол. Хорошая – пусть и не без изъянов – легенда, цепляющие штрихи во внешности… Но, главное, грамотно подобранная «кормовая база», поработав с которой можно быстро получить то, ради чего всё и затевалось – информацию.

В общем, те, кто «окучивал» здешнюю «полянку», были профессионалами, безо всяких сомнений. И будучи профессионалами, они не могли не сделать ещё один шаг…

– В последние дни в деревне кто-нибудь пропадал? – негромко спросил я.

– Насовсем? – уточнил Гвар.

– Насовсем.

– Так нет… – мой собеседник мотнул головой.

– Уверен? – прищурился я.

Собрав первоначальный объём информации, наши ребятушки должны были перейти к следующему этапу – к её верификации и уточнению. А поскольку сдерживаться уже не имело никакого смысла, то самый простой вариант – это захват «языка». Захват и допрос. С пристрастием, само собой.

– Ну Шмеля вчера не был… – Гвар на мгновение замолчал, а потом добавил: – Он, дурак такой, к девке в соседнюю деревню бегал, и дальше всю ночь от шайки какой-то по лесу удирал. Но только он под утро пришёл – живой-здоровый, правда, злющий… Ну как здоровый, отец его выпорол, само собой, да так, что у того задница краснее самой красной ягоды стала, и он…

– Забудь про Шмеля, – я ухватил парня за ворот рубахи и слегка тряхнул. – Меня не интересует ни он сам, ни его задница.

Раз этот Шмель был жив, то он точно не встречался с нашими заочными «друзьями» во время своего ночного вояжа. Те ни при каких обстоятельствах не позволили бы ему уйти.

Во взгляде Гвара мелькнуло недоумение. В голове моего собеседника никак не укладывалось, что столь умопомрачительная история могла хоть кого-то оставить равнодушным.

– Кроме Шмеля, кто-нибудь пропадал? – строго спросил я. – Про униженных, наказанных и оскорблённых можно больше не рассказывать.

– Да не знаю…

Эти слова, повторённые уже в двадцать пятый раз, успели мне надоесть, и я тряхнул Гвара куда сильнее.

– Луц! – тут же выкрикнул он. Язык силы сказался на сообразительности парня самым лучшим образом. – Луц ещё до рассвета на реку пошёл, место рыбное у него есть…

– И?

– И не вернулся он, хотя уже должен был… Клёв-то с утра весь, а его и в полдень видно не было!

Сердце застучало чуть быстрее. Гвар вполне мог ошибаться, но чутьё буквально вопило – вот оно.

Перед внутренним взором появились картины недавнего, но казавшегося бесконечно далёким прошлого. Эльза и Тори, убегающие в проход между домами. Нагло улыбающийся Гвар и трое его подельников. Короткая схватка, завершившаяся моей убедительной победой, и Луц… Тот самый парень, который сперва сбежал с поля боя, а затем вернулся с двухметровой жердью в руках.

Воспоминания почти стали явью. Перед лицом снова, как тогда, мелькнул самый кончик палки, а в голове вспыхнули символы магической формулы… В тот день я впервые применил заклинание без слов, и свидетелем этого грандиозного достижения стал именно Луц. Что сказать, мне везло как утопленнику – из всей деревенской шпаны парочка удачливых оперативников похитила именно того, кто знал больше других.

Я поморщился. Гвар, посчитавший, что его ответ вызвал моё недовольство, поспешил исправить положение.

– Хочешь, – предложил он, – сбегаю обратно, поспрашаю у людей, не вернулся ли Луц?

– Не хочу, – я качнул головой.

– Почему⁇

– Потому что он не вернулся, – хмуро ответил я.

– Откуда знаешь? – удивился Гвар.

Я промолчал. С той «рыбалки», на которую не повезло угодить Луцу, вернувшихся не бывает. В лучшем случае паренька сейчас тащили в город, чтобы вышестоящее руководство могло получить важную информацию из первых рук. В худшем – его тело уже плескалось где-то в речке, радуя подводных обитателей внеплановым обедом.

– Думаешь, пришлые Луца забрали⁇ – спросил Гвар, явив чудеса сообразительности.

Глаза парня округлились от неожиданно накрывшего его озарения.

– Думаю, тебе пора идти, – вместо ответа сообщил я.

– А с Луцем-то что? – Гвар, поднявшись с земли, потёр подбитую моим броском ногу. – Ждать его или…

– Или, – оборвал парнишку я, а затем добавил: – Уходи.

Постояв на месте пару секунд, Гвар развернулся и, прихрамывая, потопал обратно. Он шёл не быстро, постоянно оглядываясь в надежде, что я всё ему объясню, однако это, разумеется, не входило в мои планы. Спустя минуту его скособоченная после падения фигура затерялась в высокой траве.

Выждав ещё некоторое время, чтобы удостовериться в том, что Гвар не надумает вернуться, я побежал к своим. Найти путь, которым двигался Усач, не составляло никакого труда. После гигантского краба на поле осталось целое «шоссе».

Ноги размеренно сокращали расстояние до цели, взгляд контролировал окружающую обстановку, а голова буквально пухла от переполнявших её вопросов. Главный из которых – кому служили те ребятки, которые так ловко отработали в деревне?

Вариантов ответа было не так уж много.

Это точно не «пальцы» – они собирали информацию совсем по-другому. Им ни к чему чужие глаза и уши. У них и своих более чем достаточно.

Ворон? Тоже мимо. Мой бывший коллега легко мог послать в «Наречье» сотню головорезов, а вот толковых агентов – очень вряд ли. Откуда бы они у него взялись?

Хорошие оперативники на деревьях не растут, а «воспитание» более или менее серьёзного специалиста – это слишком затратное мероприятие. И по времени, и по требующимся усилиям.

Инквизиция? Вряд ли. Братья пока не восстановили своё присутствие в регионе, но даже окажись они здесь, у них не было бы никакой необходимости устраивать такие «танцы с бубнами». Нет смысла лезть в окно, когда перед тобой открыты все «двери»: от полноценного допроса до вполне официальных пыток.

Рита и подконтрольный ей граф? Сильно сомневаюсь. Девушка была весьма искусна в постели, но не думаю, что она хоть что-нибудь понимала в тонкостях оперативной работы…

Кто ещё? Жаннет, решившая начать собственную игру? Вегайн, вознамерившийся отомстить мне за нанесённую обиду? Какие-нибудь последователи Короля нищих, пережившие бойню под древними сводами, или другая «мелочь», которой я успел наступить на хвост? Нет. У всех перечисленных просто не было необходимых ресурсов.

Вот и получалось, что реальный «подозреваемый» только один. Человек без лица.

Если я прав, и мой новый «друг» действительно «тянул лямку» в стройных рядах имперских спецслужб, то у него-то как раз все нужные ресурсы имелись в достатке. По-другому просто не могло быть… Поэтому послать в «Наречье» пару толковых оперативников вряд ли составляло хоть какую-то проблему для столь серьёзного господина.

Да и по срокам всё сходилось. Примерно два дня назад человек без лица должен был узнать о скоропостижной кончине Короля нищих и о том участии, которое я принял в непростой судьбе подземного самодержца. После чего он зачем-то навёл на мой след «пальцев», а сам отправил своих людей по месту моей «прописки», чтобы собрать побольше информации.

И что было особенно неприятно, это ему неплохо удалось…

Я бежал небыстро, но даже так дорога не заняла много времени. Уже через четверть часа проложенное Усачом «шоссе» привело меня к лесной опушке, на которой расположился и сам краб, и весь его доблестный «экипаж».

– Кто идёт? – грозно спросил Большой, заметивший подозрительное шевеление в траве.

Коротышка направил арбалет в сторону предполагаемой опасности, однако стоило мне откликнуться, как он сразу опустил оружие. Очень зря. В таких ситуациях ослаблять бдительность никак нельзя. Наоборот, когда к охраняемому периметру приближаются свои, нужно быть вдвойне осторожнее. Это самый удобный момент для нападения.

Так что если стрелковая подготовка Большого находилась на недосягаемой высоте, то несению караульной службы «пальцы», похоже, уделяли непозволительно мало внимания. И это нужно иметь в виду.

– Ну что там, маленький мой⁇ – сразу же спросила Лэйла, стоило мне только подойти ближе. – Погоня⁇

Пальцы девушки нервно тарабанили по рукояти молота. Похоже, ей не терпелось пустить своё грозное оружие в ход.

– Погоня, – согласился я, взобравшись на панцирь.

Лэйла радостно улыбнулась, Большой нахмурился, Дру-уг, судя по звуку, снял с кирасы трезубец, а Усач негромко щёлкнул клешнёй. Он пока не успел проголодаться, а потому не очень обрадовался такому известию.

Только Эльза и Тори никак не отреагировали на мои слова. Девчата не выдержали обилия впечатлений, и их срубил крепкий, здоровый сон.

– Кто? – коротко спросил Большой.

– Пацан, – ответил я. – Деревенский.

– Один⁇ – прищурившись уточнила Лэйла.

– Один, – я кивнул, легонько хлопнул ладонью по выпиравшему хитиновому бугру и скомандовал: – Поехали.

Панцирь краба качнулся под нами. Усач осторожно двинулся вперёд, медленно набирая ход. Среди обычных деревьев он чувствовал себя куда менее уверенно, чем между искрящихся гигантов Гиблого леса.

Услышав мой ответ, Лэйла разочарованно закатила глаза. Она прекрасно понимала, что одинокий сельский парнишка не представлял для нас никакой угрозы, а значит, шансов поучаствовать в очередной кровавой вакханалии тоже не было никаких. И это явно расстраивало девушку.

– Он жив, милостивый государь? – неожиданно спросил Большой.

– Я похож на чудовище, которое убивает всех, кого встречает на своём пути? – ответил я вопросом на вопрос.

– А разве нет, маленький мой⁇ – хихикнула Лэйла. – Меня ты пытался убить целых два раза!

Девушка быстро отстегнула лямку «комбинезона», без стеснения обнажив грудь. На белой коже, чернели два узких шрама. Один давнишний, а второй совсем свежий.