Текст книги "Вернуть Боярство. Финал (СИ)"

Автор книги: Максим Мамаев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 26 страниц)

Помянув про себя Свет и всех самоуверенных кретинов, которые тяготели к этой силе, она приняла решение. Она обязана идеально справиться со своим первым заданием… И как бы ей не претили экспромты и плохо обдуманные авантюры, иного выбора ей попросту не оставалось. Нужно убить или нанести достаточно ущерба преследователю, чтобы никто не успел присоединиться к проклятому турку.

Жидкий мрак, что всё это время отчаянно убегал от османского мага Света, внезапно резко вильнул в сторону, на миг сумев его удивить – однако лишь на миг.

Врезавшись в обгорелые остатки некогда роскошного шатра, мрак распался, явив наружу пару человеческих фигур.

– Кто ты… – начал было, выхватывая из ножен на поясе длинный кинжал-артефакт, парень…

Сарина, даже не взглянув на него, лёгким мысленным усилием активировала артефакт в виде длинной, тонкой серебряной заколки для волос, выполненной в форме цветка и украшенной крупным агатом. Сильнейший её защитный предмет, который она вынуждена была использовать даже не на себе…

Алая непрозрачная пелена окружила парня, надёжно укрыв чарами восьмого ранга. Сарина же, не отвлекаясь, сплетала одно из сильнейших доступных ей заклинаний. Тьма, Кровь, Малефицизм и сила выученных ей в ином мире рун одного давно вымершего народа сплетались воедино, дополняя и усиливая друг друга. Перед девушкой, на уровне груди, вспыхнуло багровое пламя, язычки которого были словно покрыты чёрной, полупрозрачной краской.

Руки девушки, рисующие прямо в воздухе те самые руны, размывались от скорости, лицо застыло напряжённой маской. Замерев на несколько секунд, осман сплёл мощнейшие из доступных ему чар. Вокруг воина ослепительно вспыхнули сотни небольших символов арабской вязи, чтобы влиться в его ауру… А затем активировались и его артефакты, тщательно подобранные под его способности.

Не было никаких Доспехов Стихии или прочих, свойственных подавляющему большинству волшебников проявлений гигантизма. Получив возможность перестать отвлекаться на отслеживание движения противницы и необходимости в любой момент быть готовым изменить траекторию движения, он отбросил всё и сосредоточился на скорости и выделении максимально доступной, концентрированной силы Света. Он превращал себя в живой таран, что должен был ударить порождение Мрака до того, как та успеет завершить свои приготовления – и был полностью уверен в успехе. Ведь без использования магии Пространства или перемещений через магические планы, по скорости чисто в физическом мире, он был одним из лучших среди османских чародеев!

Разделяющие их полкилометра превратившийся в слепящий комок белоснежного сияния неизвестный Высший Маг Османской Империи преодолел почти мгновенно.

Двое Высших, столь разных во всём, мгновенно пришли к одному и тому же решению – поставить всё на один-единственный удар, который и решит исход их боя. Удар, который, как показалось волшебнику Света, полукровка никак не могла успеть нанести…

Вот только его противница всё же успела. Врагов разделяли всего полсотни метров, когда пришли в движении чары полукровки – причудливо переплетаясь, вперёд рвануло красное и чёрное, образуя нечто совсем неожиданное…

Розу. Алый, стремительно распускающийся бутон из тягучей, тяжёлой жидкости около пяти метров диаметром, что вырастал из метров

– Роза Проклятий! – одновременно прозвучал тонкий, мелодичный голос… Правда, никто из рождённых под этим небом не сумел бы понять смысл раздавшихся слов. Ведь говорила полукровка на том языке, к которому обращалась в минуты величайшего напряжения. На родном языке своего изначального мира, в котором она выросла и который оставила позади века назад…

– К Хасану! – воскликнул парящий в тридцати километрах человек.

Пожилой волшебник, облачённый в традиционные турецкие одежды, с зелёным тюрбаном на голове, из которого щегольски торчало длинное перо неизвестной, но явно могущественной птицы, мысленным усилием направил своё транспортное средство туда, где в одно мгновение завершилось противостояние двух столь непохожих Высших.

Летающий ковёр, являющийся артефактом восьмого ранга, нёсся, презирая все законы аэродинамики. По бокам от чародея, чуть поотстав, стремительно рассекала парочка джиннов. Оба – уровня Магов Заклятий, как и старик… Только вот если они были на уровне одного Заклятия, то пожилой волшебник, Старейшина одного из сильнейших Великих Родов Османской Империи, Арслан Михалоглу, был на уровне трёх. И сейчас он, бросив дело противостояния с презренными кяфирами, рвался туда, где только что его внук, яркая звезда их Рода и самый талантливый чародей за многие поколения, столкнулся с переполненной злом, проклятиями и кровью силой…

Глава 6

Стратегическая магия… Оружие непредставимой даже для большинства высших чародеев мощи, превосходящее, по идее, любые Сверхчары – если используются достаточным количеством волшебников, само собой. Слабейшие из этих чар, для которых нужно как минимум пятеро волшебников восьмого ранга, Высших Магов, иначе говоря, и поддержка целой толпы седьмого и шестого ранга, способны уничтожить всё живое на площади в десятки километров. Целый город одним ударом обратить в золу, если у него нет достаточной магической защиты, или уничтожить небольшую армию.

Землетрясением обрушить стены и дома, воздух обратить в ядовитый газ, устроить в море или океане бурю с волнами выше сотни метров, устроить ещё что-то на гигантских территориях… Всё, на что хватит сил, фантазии и мастерства.

– Звучит грозно? – с усмешкой поинтересовался у слушающего, приоткрыв рот, Пети.

– Ещё бы! – горячо согласился парень. – Но ведь явно есть какой-то подвох, раз этот вид магии я ни разу в бою не видел… А учитывая некоторые наши заварушки – увидеть был просто обязан!

Сразу ответить я не смог – со стороны осман на одном из участков нашей борьбы за небо внезапно кратно возросло давление, заставляя тщательно выстроенную цепь чар податься, треща и осыпаясь под напором враждебных сил.

Это тут же отразилось в физическом плане – далеко на горизонте всполохи коричневого мерцающего сияния неожиданно вспухли, разрослись, увеличились в объёме раз в десять и понеслись вперёд. Туда, где за незримой границей прямо посреди неба начинались уже наши скопления силы и плетений, в виде потоков живого, яркого белого света, что в самом начале уничтожил чёрные облака осман, изрядно ударив по возможности его создателей нормально использовать магию в ближайшие часы. Правда, на этом значимые успехи пока закончились и противостояние вот уже минут сорок напоминало вялую игру в тяни-толкай, с редкими попытками турок нанести где-то серьёзный удар.

На моих глазах коричневый и белый столкнулись, смешались – и я ощутил, как моих союзников потеснили с этого участка. Опять… Уже седьмой раз за полчаса.

Я лично в происходящее почти не вмешивался, лишь местами подсказывая где и что мои союзники не замечают в действиях врагов. Пользовался тем, что моя чувствительность к магии и сенсорные способности находились совершенно на ином уровне… Но, как османы вновь показали только что, это было далеко не панацеей.

– Так что там с этой Стратегической магией, учитель? – напомнил о себе Петя.

– Дело в том, Петя, что Стратегическая магия по большому счёту – это устаревший шлак, который в современных войнах не применим по целому ряду причин, – пояснил я. – За исключением некоторых отдельных заклинаний по нижней планке этого вида чар… И одного, очень важного аспекта – возможности захватить контроль над небесами на поле боя. Уже с землёй такое не прокатывает – именно поэтому ни мы, ни они даже не пытаемся глобально изменить ландшафт в свою пользу. Локально, отдельные маги прямо на месте – да, но не более.

– То есть?..

– Тот, кто выиграет эту борьбу, – кивнул я на раздираемые небеса. – Тот получит значительное преимущество в воздушном бою. Сможет поддерживать свой воздушный флот боевой магией напрямую – их чары будут бить точнее, сильнее, потреблять куда меньше маны… Тогда как противнику придётся тратить дополнительные силы ещё и на то, чтобы просто наразить удар. Ну или лично отправиться в небеса и оказаться на дистанции прямых ударов, рискуя получать удары с нашей стороны без особой возможности ответить…

Мы играли в шахматы, на самом-то деле. Вся суть происходящего крутилась вокруг одного вопроса – кто первым выложит все козыри на стол, кто сумеет придержать решающие ходы до самого финала партии?

Войско джиннов, основное войско, с сильнейшими из призванных тварей, ещё не вышло на поле боя. Не поднялся и не полетел в бой воздушный флот осман, не вышла на поле боя основная масса их сильнейших чародеев – Высших и Магов Заклятий. И, наконец, не вышли на поле сражения оба вражеских Великих Мага…

В свою очередь, у нас тоже оставались в загашнике два козыря. Два мощнейших козыря, как минимум об одном из которых они были не в курсе – придержанный до сих пор призыв Тёмного и войско духов Крови. Ну и я сам, собственной персоной – последним доводом обеих Империй в ходе этой резни будут Великие Маги.

Руки невольно покрепче сжали древко копья. На виске вздулась венка, по жилам вместо крови побежал раскалённый металл – я тоже нервничал. Злился, жаждал схватки и вынужденно ломал об колено своё нетерпение. Я заковывал ярость в цепи, напоминая самому себе о том, что нужно ждать. Ждать, терпеливо вглядываясь в мерзкий полумрак небес, полыхающих от магических огней…

Ах, как же легко и приятно было бы наплевать сейчас на всё! Отбросить все мучающие меня вопросы и заботы, оттолкнуться сталью зачарованных сапог и взмыть стрелой вверх! Слушать свист и стон рассекаемого закованным в тяжелую стальную броню тела, оказаться там, в самом эпицентре бушующих заклятий, пронестись, предвосхищая решающую атаку, над рядами наших воинов, щедро, не скупясь излить Силу Души – и ударить, не щадя ни врагов, ни себя, туда, где вдалеке, за пределами того, что могли бы увидеть даже самые зоркие глаза, возвышались купола магической защиты, под которыми находилась парочка выродков…

Но нельзя. Так нам не победить – как бы ни был я горд и самоуверен, но случись мне сейчас оказаться во вражеской ставке и я гарантированно погибну. Скорее всего даже безо всяких Великих – просто загасят толпой Высших и Магов Заклятий. Потеряют, конечно, многих… Но какое мне уже будет до этого дело, верно? Как говаривал мой дагестанский знакомец по Александровской губернии, из одного примечательного Великого Рода с Кавказа – толпою гасят даже льва… Очень подходящее и уместное к данной ситуации замечание.

Прерывая мои размышления, ко мне прорвалось сообщение, полное едва сдерживаемой паники. Сообщение от моей новообретённой Тени, симбиоз с которой я планировал обкатать в этом сражении, но от которого пришлось отказаться…

– Господин, прошу простить вашу недостойную рабу… Но я не могу выполнить ваше поручение – врагов слишком много!

Вместе с посланием был пакет её воспоминаний о том, как до этого дошло и в чём проблема ситуации. Чтобы всё осмыслить, мне хватило буквально мгновения, а затем…

– Петя, – обратился я мысленно к своему ученику. – У меня для тебя задание… По-настоящему сложное, сопряжённое со смертельным риском и в этот раз тебя действительно некому будет прикрыть. Ты или победишь и выживешь, одолев в бою превосходящего по силе врага, или, скорее всего, сгинешь. Учитывая риски и то, что ты мне действительно дорог, я позволю тебе выбирать – возьмёшься за него или откажешься.

– Возьмусь! – естественно, тут же ответил парень.

– Не спеши с ответом, – осадил я его. – Откажешься – я не разочаруюсь и никаких последствий для тебя не будет. Риск действительно огромен – ты нынешний, такой, какой есть, имеешь лишь десятипроцентный шанс выжить. Уверен?

Разговор происходил не просто телепатически – мы напрямую обменивались чувствами и эмоциями по нашей связи учителя-ученика. Поэтому весь разговор занял меньше десятой доли секунды… И поэтому же парень, подождав ещё две десятых доли этой же секунды, уже полностью осознавал, во что придётся ввязаться, что совершить и что я полностью серьёзен. И тем не менее он не колебался с ответом.

– Учитель, вы всегда были для меня примером. Чтобы вы ни говорили о том, что у каждого свой путь и что нужно быть собой, не оглядываясь на других… Но я всегда был далёк от власти, интриг и прочего. Мне нравилось то, каким вы были в самом начале нашего пути – воин-волшебник, не какой-то там важный лидер или аристократ, а словно бы древний вождь, идущий в бой впереди своего войска! Я не умный, не хитрый, может, и не самый сильный… Но я хочу быть сильным и смелым! Таким, как вы, когда учили меня. И если это – возможность испытать себя по-настоящему, рискуя также, как и вы рискуете всегда, не полагаясь ни на кого, ставя всё на кон и вырывая победу из пасти судьбы, то я готов. Нельзя стать по-настоящему сильным, если тебе всегда кто-то в любой момент может подтереть задницу. В начале нашего пути я тоже часто рисковал – и потому рос. В последнее время перестал и прогресс почти встал… Учитель, отпустите меня – и я вырву победу зубами, если придётся!

Османский Маг Заклятий и пара его джиннов-подручных должны были вот-вот пробить защиту полукровки. Та продержалась бы ещё секунд семь-восемь, не более… Я мог бы отправить кого-то посильнее Пети – Алёну, допустим, которая в считанные мгновения прикончила бы всю троицу. Но тогда был риск, что против неё выдвинут из тыла соответствующей силы противников, скуют боем и мы её если не потеряем, то, по крайней мере, в финальной фазе сражения её уже не будет – а она там нужна, она одна из немногих, кто может дать бой джину уровня Великого. Причём уровня двух-трёх Сверхчар, если отдастся полностью на волю своего меча…

– Иди, парень, – принял я решение. – Иди и побеждай, Петя. Ты… Ай, сукин кот, да что говорить – иди и прикончи этих тварей. Ты лучший ученик, что у меня был. Я в тебя верю!

– Р-р-а-а-а! – взревел, удивив и заставив всех отшатнуться Петя.

Объятая Жёлтыми Молниями фигура взмыла вперёд, рассекая небеса. Несколько секунд – и там, вдалеке, поднялся столп Фиолетовых Молний. Мой ученик вступил в собственную битву – самую рискованную на моей памяти, в битву, которая определит его будущее. Победит или хотя бы выживет – и будет расти дальше, питаясь полученным сегодня опытом ещё долгое время. Проиграет и падёт… Что ж, как бы для нас не кончилось это сражение, даже если лично я погибну – его убийц я тоже отправлю на тот свет.

Но сейчас я должен, скрепя сердце, отпустить его реально без малейшей страховки. В самый рискованный в нашей жизни бой – никогда ещё его задачей не было противостоять в одиночку настолько превосходящим его по всем пунктам противникам. Петя… Он был мне словно непутёвый младший братишка, которого я был вынужден сызмальства воспитывать вместо родителей. И над которым я никак не мог перестать трястись, даже осознавая умом, что он уже самостоятельная личность…

В последний раз взглянув в направлении, где сейчас бился непутёвый пацан, который как-то незаметно успел занять в моём сердце место большее, нежели просто ученик, я со вздохом отвернулся. Это его бой, повторил я себе, и его испытание. Он и раньше вместо со мной и остальными рисковал шеей… Пусть и не так, как сейчас, выступив разом против троих Магов Заклятий, да ещё и на территории, где ему, в случае чего, никто не успеет прийти на помощь. И удрать откуда он тоже едва ли сумеет… Но только так и растут настоящие боевые маги. Только ставя всё на кон и можно приблизиться к той грани, за которой начинается Великий Маг.

– И куда этот идиот рванул? – удивлённо поинтересовалась Алёна. – Может, стоит его остановить, пока не поздно?

– Нет, – покачал я головой. – У парня своя задача, у нас своя. Стоим.

Дополнительных вопросов задавать мои близкие не стали, ограничившись обменом недоумёнными взглядами. Мне же быстро стало не до того – Рогард, наконец, завершил создание четвёртых Сверхчар, о чём мне и сообщил.

– Господин главнокомандующий, – отправил я мысль Романову. – Сейчас я буду некоторое время полностью погружён в себя, от десяти минут до получаса. Прошу в это время без крайней нужды меня не отвлекать – это очень важно в контексте сегодняшнего боя. Я собираюсь усилиться, так что прошу дать мне это время… И передать остальным, чтобы меня не трогали.

Романов, и без того по горло занятый управлением происходящим, ответил коротко:

– Мне могут понадобиться твои духи Крови.

– Возможность призвать их и задать необходимое направление имеется у Алёны, – успокоил я его. – Она использует призыв по первому вашему слову.

Ответом мне стала короткая мысль без чёткой речи, но со вполне различимым посылом. Что-то, аналогичное отрывистому кивку. Поэтому, послав на всякий случай несколько слов ещё и своим людям (в том числе и Фёдору с Ярославой Шуйскими и несколькими Высшими из их числа) я погрузился в свой внутренний мир.

Море из ласковых огоньков тут же омыло меня, ласково касаясь моего духовного «тела». Я лишь коротко улыбнулся и послал им мягкий импульс Силы Души. Огоньки, весело перемигнувшись и послав мне в ответ нечто вроде… Подбадривания, наверное?

Оглядевшись, я про себя отметил, как преобразилось это место. От горизонта до горизонта теперь тянулся самый настоящий лес, в который и нырнуло большинство огоньков, на западе вздымались далёкие горы, на востоке, вдали, сверкая серебристыми отсверками, протекала какая-то река…

И лишь в центре всё осталось почти по старому. Семь столпов из Молний, которые тянулись со всего небесного свода туда, образуя моё Воплощение Магии. Гораздо более могущественное и совершенное, чем на пике сил в прошлой жизни.

– Нравится? – поинтересовался знакомый голос.

Обернувшись, я увидел его. Рогард Богоубийца, Вечный из числа Воителей – обладатель титула, признак элиты даже среди Вечных…

Высокий, чуть выше меня. Не сказать, что перекачанный, но крепкий, поджарый мужчина лет тридцати трёх-пяти, брюнет, с волевым подбородком и прямым носом. На лице – небрежная трёхдневная щетина, и лишь глаза выбивались из образа обычного человека – с ярко-красной, светящейся радужкой, глаза, в которых таилось нечто такое, что даже у меня невольно пробегали мурашки при взгляде на них.

– Это сильно отличается от всего, что когда-либо было в моём внутреннем мире, – честно признался я. – И, судя по ощущениям, такая его наполненность флорой как будто бы позволяет накапливать больший объём маны и Силы Души… Да и праны – причём в первую очередь именно её! Признаюсь, когда ты взялся изменять тут всё, я был настроен скептически… Однако вынужден признать – ты был прав!

– Прирост в семнадцать процентов от того, что должно было быть при прежней структуре внутреннего мира… Ладно, давай к делу, времени немного, – провёл рукой по воздуху Рогард. – Давай к твоим четвёртым Сверхчарам.

Я позволил его силе подхватить нас и перенести к столпам из Молний. Мы замерли прямо напротив питаемых извергающимися с небес разрядами, и, приглядевшись, я понял, что они стали массивнее, толще и выше, нежели прежде. Да, я определённо превзошёл себя прошлого по всем показателям – в прошлой жизни, даже взяв уровень четвёртых Сверхчар, я бы не обладал столь мощным внутренним миром и Воплощением Магии…

– Четвёртые Сверхчары, которые я для тебя создал, основываются не на том грубом, изувеченном подобии нашей магии, что дошла до этой эпохи и на основе которой ты вылепил… это, – кивнул он на Чёрную Молнию. – Она сосредоточила в себе разрушительную часть нашего наследия. До настоящих Молний Узуна им, конечно, очень далеко… Но ими, настоящими, и владели лишь Вечные, так что не буду придираться.

Молнии Узуна… Рогард уже рассказывал о них. Названные по имени одного из величайших умов Вечной Империи, чародея, что разработал и воплотил в жизнь концепцию этих чар. Сотворённая искусственно сила, облечённая в постоянную форму целым каскадом заклятий, что ценой огромных затрат и усилий оказались врезаны в само Мироздание, она стала оружием Вечных против ангелов и демонов высоких порядков. До того их было почти невозможно окончательно уничтожить – лишь развоплотить и отправить обратно, на некоторое время… После же шансы изрядно уравнялись.

– Основная, первоначальная сила нашей магии, как я уже тебе объяснял, покоится на Времени, – продолжил он. – И теперь у тебя в одних Сверхчарах объединены Чёрная Молния и Время. Лучше бы, конечно, сделать их целиком на основе темпоральной магии, но у тебя Воплощении вообще не имеет в себе ни крупицы магии Времени. Ладно, чего уж там – всё равно эту магию нормально использовать можно только с ранга Абсолюта. В общем, получилось, что новые Сверхчары у тебя с рядом серьёзных ограничений, но зато…

Когда спустя четыре часа по внутреннему или один час по внешнему времени я открыл глаза, вернувшись в реальный мир, первое, что я увидел – это вскинутую ладонь Алёны, из которой вперёд и вверх ударил сноп алого света, мигом сформировавшийся в сложный узор.

Моя любовница призывала Маргатона и его войско.