Текст книги "Вернуть Боярство. Финал (СИ)"

Автор книги: Максим Мамаев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 26 страниц)

Глава 7

Шехзаде Селим и его союзник, испанский монарх, прибывший помочь ему разобраться с группировкой русских войск, защищавших Юг, сейчас оба находились при главной ставке османского командования, где сейчас, собственно, была собрана почти вся высшая знать и сильнейшие чародеи из тех, кто входил в великую армию шехзаде.

Главы Великих Родов, те из их Старейшин, что обладали рангами Высших или Магов Заклятий, одиночки этих рангов, те из них, что относились к скрытым талантам, что обучил лично шехзаде-реинкарнатор, а также те, что входили в Роды, не имеющие статуса Великих. Ну и, разумеется, наёмники…

Помимо них здесь же находились и двое Магов Заклятий и пятеро Высших из числа тех, что прибыли с испанским монархом. Правда, они, как и их сюзерен, держались особняком – тогда как прочие высшие чародеи принимали активнейшее участие в борьбе за контроль над небесами, что развернулась между ними и русскими. За пределами шатра, в котором находились два реинкарнатора, расположилось ещё несколько сот чародеев – в основном шестого и в меньшей степени седьмого ранга, образовавшие совместные круги силы, через которые передавали энергию нескольким кругам из чародеев восьмых рангов. Тем, что периодически били особыми чарами, выгрызая кусок неба за куском у русских…

– Мой повелитель, ситуация на земле уже критическая, – обратился к шехзаде среднего роста мужчина в комплекте тяжёлой янычарской брони. – К сожалению, на большей части направлений вражеских атак прорывы или уже случились, или вот-вот начнутся. Мы больше не можем сражаться без поддержки либо большего числа высокоранговых, либо вводить в бой резервы.

– Пусть прорываются, – заявил один из присутствующих. – Сколько их там будет, выдохшихся русских слабосилков с их пехотой? Мы их сметём, как ветер сметает солому!

– Но при этом потеряем большую часть своей армии, если продолжим игнорировать происходящее, – возразил стоящий позади первого османа чародей в похожих доспехах. – И если к нам подойдёт более миллиона солдат с боевыми магами, русскими пилотируемыми големами, артиллерией и всем прочим… Чтобы их перебить, нам придётся потратить огромное количество сил. Сил, которых нам потом может не хватить на битву с их высшими магами! Не говоря уж о том, что без армии нам дальше даже идти смысла нет – без войск, которые будут штурмовать города и крепости, захватывать многочисленные поместья русской знати, а потом оставаться в качестве гарнизонов, нам просто не удержать всё то, что мы завоюем! Если бы война была так проста, никто бы не тратил огромные ресурсы на то, чтобы собирать столь многочисленные армии, Ильхам!

После подобной отповеди его собеседник не нашёлся, что ответить, лишь побагровел и сжал кулаки.

– Господин? – напомнил о себе османский чародей в доспехе.

– Вводи в бой любые резервы на своё усмотрение, Фихруз, – кивнул ему шехзаде. – Кроме разве что войска джиннов. Их прибереги как крайний резерв, в остальном же… Действуй, мой генерал.

Коротко кивнув, Фихруз на пятках развернулся и стремительно направился к выходу. На ходу от могучего Мага Заклятий и военачальника разлетались десятками мысленные сообщения. Следом за ним ставку покинуло более полутора десятков магов высоких рангов.

Шехзаде вздохнул и, встав с удобного кресла, потянулся. Всё, что мог, он уже к этому моменту сделал – сейчас он был в максимальной боеготовности. Командовать сражением лично тоже особенного смысла не имелось – он не был великим полководцем и трезво оценивал свои способности. Выиграть сражение за счёт своих личных командирских навыков он и не думал, хотя и обладал, пожалуй, большим опытом, чем все генералы Османской Империи вместе взятые… Всё же он прожил больше двух тысяч лет в прошлой жизни.

Однако одного опыта мало для того, чтобы быть отличным полководцем. Пристойным, даже хорошим – да, но не более. Не на уровне командования многомиллионными армиями, в которых десятки разной силы подразделений и родов войск, где необходимо учитывать и оперировать объёмами информации, от которых даже у Великого Мага мигрень может разыграться… Для этого нужны талант и призвание – определённого рода призвание, которого он в себе не ощущал. Да и зачем соваться туда, где имеются более компетентные специалисты? Лучше он сосредоточится на том, в чём действительно хорош, в чём незаменим – каждый должен приносить пользу на своём месте. В этом всегда был, есть и будет залог успеха любого большого дела…

– Скажи, на что, по-твоему, рассчитывает этот русский, оставаясь здесь? – подал голос молчавший до того испанец.

Пиренейский монарх, до того лениво потягивавший вино (чем изрядно раздражал непьющих мусульман) из серебряного бокала, украшенного тонкой резьбой, изображавшей символы испанского королевского Рода, расслабленно полулежал на россыпи мягких подушек, лениво поглядывая на занятых делом османских чародеев.

– Он уже продемонстрировал в прямом столкновении, что поодиночке мы с ним справиться не способны, – пожал плечами наследник Османской Империи. – Плюс Главы боярских Великих Родов, с их артефактами и личной силой… Думаю, он рассчитывает на их поддержку в противостоянии с нами. Ну и не стоит забывать о прибывшей с ним женщине со странным артефактом – она в одиночку сумела дать бой Самруну, ифриту в ранге Великого трёх Сверхчар.

– Твои джинны по силам ниже среднего в сравнении с чародеями из людей аналогичных рангов, – заметил испанец. – Но даже так – это серьёзно… Однако у нас такой перевес в числе, что это им не поможет. Одних только джиннов ранга Великих вы сможете выставить… Скольких, кстати?

– Четверых, не считая тех троих, кого я могу призвать лично, – ответил Селим. – И вместе с твоими людьми и зверями это сражение уже выиграно. Весь вопрос лишь в том, какова окажется цена? Нужно свести потери к минимуму, чтобы потом спокойно забрать всё Причерноморье, весь русский Юг. Забрать и удержать…

Союз с испанцем, направленный против России, возник совсем недавно. Ещё вчера сражавшиеся за владычество на Средиземноморье и контроль над морской торговлей, что приносила баснословную прибыль, они внезапно оказались перед обстоятельствами практически непреодолимой силы, вынуждающими их забыть прежние разногласия. И дело тут было вовсе не в Российской Империи, а, как ни странно, в основном союзнике Осман – Британии.

Когда стало известно, какие чудовищные, невероятные силы сумел призвать кронпринц Генрих, шехзаде, как и вся верхушка их государства, осознали – после победы над Россией именно Британия станет гегемоном, заняв место поверженного гиганта. Нет, если бы борьба шла один на один, то даже призванные островитянами демонические армии не сумели бы полностью сокрушить русских – османы, сами почти двадцать раз воевавшие со своим могучим соседом, лучше других знали его силу. Империя бы умылась кровью, но сломила бы хребет демонам и их союзникам… Слишком долго Россия была самой богатой страной мира, слишком много в ней было чародеев, слишком много ресурсов и производств, к тому же их держава, строившая свои вооружённые силы с упором на превосходство в маготехническом оснащении войск. Тогда как в большинстве прочих великих держав делался упор именно на разного рода призывных монстров и духов, нежить и прочее… Поэтому у русских были лучшие летучие корабли, артиллерия и пилотируемые големы. И в отличие от разного рода прирученных, взращённых или созданных лично магических тварей и конструктов, маготехника против демонов работала отлично.

Но ни о каком противостоянии один на один речи не шло. В русских вцепились со всех сторон, а к бриттам, к тому же, шли на подмогу армии Франции – тогда как османы сковали немалую часть сил Империи на юге, а Япония со вторым флотом бриттов вторглись на Дальний Восток.

Понимали это и в Мадриде. Ставка на то, что русские переломают хребты своим противникам в прямом противостоянии, после чего союзная им Испания, всё это время воевавшая против общих врагов в лице тех же османов, сможет рассчитывать получить весомую помощь – высшими чародеями, воздушным флотом, поставками ресурсов, маготехникой – с помощью которой сумеет оторвать от соседей приличные куски и усилиться на фоне ослабления конкурентов… Ставка рискованная, амбициозная и имевшая все шансы на успех – до того момента, когда кронпринц Генрих показал, почему с демонологами не стоит связываться.

И теперь Испании оставалось лишь одно – успеть сменить сторону и войти в коалицию победителей, дабы не разделить незавидную судьбу вчерашнего гегемона. И король Алонсо продемонстрировал, насколько верна древняя поговорка: вовремя предать – значит, предвидеть.

– Наши орудия бьют на два с половиной, а то и три километра дальше, – устало сказала женщина средних лет в лёгкой кожаной броне, не стесняющей движений. – Плюс значительно точнее, не говоря уж о скорострельности – на один османский выстрел мы делаем два с половиной, а то и три наших. Да и позиция здесь у нас идеальная – с этих холмов одно удовольствие пехоте кузькину мать устраивать… Единственная проблема, ваше благородие – даже пары Архимагов хватит, чтобы нас здесь же и поджарить.

Ближайшее к ним орудие выплюнуло сноп синего пламени, послав куда-то вперёд зачарованный снаряд. Длинное, из матового металла дуло дёрнуло отдачей на полметра назад, но металлический зачарованный лафет даже не дёрнулся, легко погасив инерцию.

А две секунды спустя на противоположной стороне плоской, как столешница, сухой степи взорвался небольшой гриб такого же синего пламени. Расстояние от их позиции до места разрыва снаряда, навскидку, было никак не меньше одиннадцати-двенадцати километров. И ведь как точно – полминуты назад туда же, где сейчас полыхало синее пламя, ударило разом два снаряда из соседних орудий, просадив защитные барьеры, а сейчас, третьим, заключающим ударом поставили точку в существовании четырёх османских орудий и нескольких десятков человек артиллерийского расчёта. Вместе с каким-то Старшим Магистром, лично державшим защитные барьеры над орудиями…

Тряхнув головой, Петя отогнал лишние мысли из головы, сосредотачиваясь на важном. Там, впереди, широким строем наступала тяжёлая пехота турок – пять больших, тысяч по семь-восемь бойцов каждая квадратных баталий, состоящих из янычар.

Особенно привлекала внимание та, что шла в центре. Она состояла отнюдь не из простых, пусть отлично обученных и экипированных бойцов, коих на этом поле боя было сотни тысяч – нет, там, в центральной баталии шагала истинная элита элит, лучшие, самые верные, сильные, храбрые и злые из султанских бойцов. Сила, которая служила ударным кулаком османской армии, способным выгрызть победу даже в самом отчаянном и безнадёжном бою.

Бой с тройкой врагов уровня Магов Заклятий отнял у него много сил. И поставил на самую грань, на тончайший волосок от гибели – чтобы победить, Пете пришлось не просто выложиться на полную, нет. Ему пришлось буквально сделать шаг за пределы собственных возможностей, причём во всём сразу.

Быстрее плести чары. Лучше читать ход боя. Научиться вкладывать больше сил в заклинания, владеть копьём, использовать артефакты, действовать очень далеко за пределами привычных методов и многое другое. Эта битва дала ему действительно многое, очень многое – гораздо больше, чем могли бы даже многие годы самых интенсивных тренировок. И пусть эта схватка закончилась всего двадцать минут назад, но первые изменения в себе парень уже ощущал – его восприятие дотягивалось дальше, чем прежде, аура стала плотнее и чуть лучше проводила ману…

Глядя, как янычары, в рядах которых помимо положенных таким подразделениям по штату боевых магов шли в весьма немалом числе чародеи шестого и даже седьмого рангов, Петя невольно покачал головой. Рукопашная схватка будет страшной… И там его копью и мастерству индивидуальных схваток нашлось бы немало славной работы.

Однако он остался на месте. Несколько десятков русских орудий на этих холмах действительно играли слишком важную роль, чтобы рисковать ими, оставляя без надёжного прикрытия. Где-то там, в тылу, среди пары тысяч всадников-сипахов, неспешно двигающихся позади пехоты, находился Маг Заклятий. Он явно попробует на зуб их батареи – и тут Петя его и встретит. Разумеется, не в одиночку – здесь же, на холме, находились ещё несколько Старших Магистров и Архимаг из разных Родов.

В миг, когда небеса со стороны Ставрополя озарило алым сиянием, битва за их контроль уже подходила к концу. И, к сожалению, несмотря на все хитрости, уловки, использование накопителей и Источников Магии, верх в ней взяли всё-таки османы.

Нет, русские ещё могли продолжать борьбу, но с каждой секундой это было всё тяжелее… и бессмысленнее.

Воздушные суда турок уступали в технических характеристиках русским, но их было больше. Намного, намного больше – фактически весь сколь-либо боеспособный флот целой великой державы. К тому же численное превосходство дополнялось превосходством магическим – небо было нынче за османами…

Когда две грозные армады двинулись навстречу друг другу, многочисленные вспышки в небе стихли окончательно – ничего больше не сталкивалось и не боролось за право царствовать в бездонных глубинах тёмного эфира. Победитель этой схватки уже готовился к новой, основной. Той, ради которой и шла вся предыдущая борьба…

Лишь неяркое, тусклое и потустороннее алое сияние, не имеющее никакого видимого источника, разгоняло мрак перед высокими башнями замершего, затихшего в ожидании своей участи города. И, разумеется, полная луна, замершая в окружении бесчисленных звёзд – закрывавшие битву от взора небесных светил тучи растворились почти мгновенно, стоило стихнуть схватке, завесой которой они служили.

Первыми в схватку, стремительно набирая скорость, ворвались броненосцы русского флота. Огромные, напоминающие чугунные утюги махины, уступающие в габаритах лишь линкорам и превосходящие даже их своей прочностью, они рвались вперёд подобно стаду обезумевших носорогов, не обращая внимания на встречный огонь из всех стволов турецкого флота. Командующий воздушными силами Российской Империи решил, что пытаться действовать классическими методами при таком перевесе врага во всех аспектах боя – глупо и самоубийственно. И потому решил наплевать на любые мысли об обороне, пойдя не просто в лобовую атаку, но и к тому же сделав это со всей возможной скоростью.

Турки попытались остановить или хотя бы замедлить ход стальных великанов, но им попросту не хватило времени – броненосцы неслись вперёд не только и не столько даже за счёт своих алхимреакторов и двигателей, сколько усилиями многочисленных офицеров-магов. Каждый из них имел на своём борту до двух тысяч человек экипажа, и одних только чародеев среди них было не менее шести сотен. От Учеников до Архимагов – подобные суда комплектовались весьма тщательно… А также имели целый ряд интересных магических систем, позволяющих, например, в случае острой необходимости совершить форсированный рывок вперёд на весьма впечатляющую дистанцию. Что они сейчас и демонстрировали…

Тем временем оставшийся флот перестроился, выдвинув вперёд линкоры, что тут же открыли огонь. За огромными старшими товарищами спрятались суда поменьше, а в самом центре, на острие наступления, летела самая настоящая летающая крепость. Они тоже летели вперёд, пусть и не так быстро, как броненосцы…

Однако контроль неба у турок никуда не пропал. И они тут же показали, что понимают, как пользоваться этим преимуществом – на пути русских судов начали формироваться чудовищных размеров, прямо-таки хтонической мощи воздушные воронки, каждая из которых достигала от километра до двух диаметром. Османы вливали колоссальное количество сил в эту волшбу, что должна была изорвать в клочья вражеский флот. Всё предыдущее противостояние, в котором они упорно, не скупясь на силу и сложность, противостояли сидящим на магических источниках врагам. И всё ради второго слоя этих чар – чар, которые безо всякой натяжки смело можно было причислять к десятому рангу.

Десятки тысяч джиннов-маридов, гениев воздушной стихии, с яростными воплями и хохотом рвались из многочисленных прорех в тканях реальности – в количествах, которые призвать и на постоянной основе поддерживать не смогли бы и все османские маги.

Но здесь и сейчас, после правильно проведённого ритуала, противостояния за власть над небом с сопоставимым врагом и победы над ним – на некоторое, недолгое время они это смогли сделать. И горе всем, кто оказался в этот миг на пути войска маридов… Русский флот сам себя загнал в ловушку, решившись рвануть в эту отчаянную атаку – мощь, с которой пришли в движение воздушные массы, не оставляла никаких шансов даже броненосцам. Ни один корабль, сколь бы прочна ни была его броня, какими бы мощными чарами он ни был защищён, не продержался бы в объятиях впавшей в буйство стихии дольше нескольких секунд – и первый десяток кораблей, в числе которых оказался и один линкор, уже втянуло внутрь и начало рвать и сминать, словно они были из тонкой канцелярской бумаги, а не толстых слоёв прочнейшей зачарованной стали с сибирских шахт.

Российская Империя только что лишилась флота. И вместе с ним – любых, даже самых призрачных шансов на победу…

Так решили многие. Возможно, даже все… Но кое-кто с этим был не согласен. Тот, кого называли Маргатон.

– Никак успел соскучиться, Пепел⁈ – наплевав на все законы физики, легко и просто перекрыл рёв тысячи бешеных ураганов могучий глас, полный весёлой злобы.

Глава 8

– Есть немного, старый друг, – улыбнулся я. – Ну что, покажешь, чего ты стои́шь? Сколько пользы получил от разграбления божественных чертогов?

– С удовольствием, – ответил мне Повелитель Крови.

Или Погонщик Духов, как их называл Рогард. Впро́чем, какая разница? Главное, что он ответил на зов и явился – причём в силах тяжких, таких, что у меня невольно лёгкая дрожь по спине пробежала. Маргатон и его во́инство… Я знал пределы сил этого относительно молодого, по ме́ркам себе подобных, существа. И его подчинённых… Так что с уверенностью мог сказать – нынешний он намного, намного сильнее того, каким был ещё совсем недавно. Рост сил просто поражал – будь он столь же силён в своё время, и я бы не сумел завести с ним столь выгодного сотрудничества.

Воистину, дар Рогарда пошёл ему на пользу…

Но, к сожалению, было у меня одно неприятное подозрение… Глядя на то, что сотворили враги с миром своим чудовищным заклятием, я невольно покачал головой. Да уж… Вот это я понимаю – ритуал. Нет, не так – РИТУАЛ. Такое мне не под силу, ничего подобного лично я сотворить не способен – и это при том, что себя считаю далеко не последним ритуалистом. И это ещё мягко говоря… Но, как говорится, всегда есть рыба покрупнее, верно?

Алые духи ворвались в битву, а сам Маргатон занялся ключевой, самой главной проблемой лично – вскинул руки и ударил по самим могучим вихрям, что грозили уничтожить весь наш флот… А затем и армию. Хотя армии, думаю, в любом случае сейчас достанется.

– Багровый Рассвет!

Могучая человекоподобная фигура добрых полкилометра ростом, стоящая над крепостью, властно вскинула руку – и в потоках маны мира прокатилась тяжёлая, злая волна грязной, грубой и чуждой энергии. Пару секунд – и все воочию увидели эффект магии могучего Повелителя Магии Крови.

Алое сияние откуда-то издалека, из далёких степей за нашими спинами яростной волной прокатилось вперёд и влилось в чудовищный, не имеющий ничего общего с тем, что способна сотворить природа, катаклизм. И вовремя – признаться честно, эта сила способна была уничтожить Ставрополь вместе со всеми его Магическими Источниками и чародеями…

Маргатон, козырной туз в моей колоде, лично явившийся на битву и долженствующий её перевернуть, как пойманный на мухлёже картёжник опрокидывает стол на поймавших его за руку. Но кто же знал, что мои враги окажутся такого калибра? Столкновение в личном поединке с османским шехзаде не оставило у меня впечатления о нём как о том, кто способен на нечто подобное… Что ж, стоит признать – я зарвался, решил, что в этом мире не найти ритуалиста сильнее меня. Ну а теперь – получи и распишись, глупец!

Сила Маргатона проявилась не просто алым сиянием, что осветило многострадальную реальность вокруг. Могучие вихри, чей оглушающий рёв и вой способны были лишить слуха любого смертного, что неосторожно приблизился бы к краю стены. К их счастью, окружающий город магический барьер не пропускал этот ужасающий звук, громче которого даже я не слышал. Приходилось чарами защищать собственные уши и общаться телепатией, чтобы…

Столкновение алого и серого породило мощную ударную волну. Не физическую, то было скорее незримое колебание магической энергии, от которого и джиннов, и духов крови раскидало в разные стороны – ненадолго, да и серьёзного ущерба ни одна из сторон не получила, так что схватка быстро продолжилась.

Потоки ветра, в которых магии было больше, чем самого воздуха, прекратили надвигаться на нас, замерев на одном месте. Вернее, не замерев – просто продвигались они теперь очень, очень медленно. По несколько метров в секунду, не более, что было сущими слезами в сравнении с изначальными темпами.

Огромные смерчи сдвинулись, стали плотнее, практически соприкасаясь стенками друг с другом – магии, если это действительно Высшая, сложнейшая магия, наука, возведённая в ранг шедеврального искусства и щедро, от души напоённая могучей силой, глубоко наплевать на законы физики. На то она и магия – претворять в жизнь то, что в природе само по себе просто невозможно…

Едва заметная пелена алого свечения удерживала от дальнейшего быстрого распространения основную тяжесть вражеской магической атаки… Пока что. Однако если кто-то решил, что на этом воздействие могучей османской магии закончилось, то он ошибался. Сильно, сильно ошибался – ведь к самой грани столкновения двух титанических заклятий вышли бесчисленные корабли османского флота. Вышли с простой, понятной целью – обрушив потоки заклятий и зачарованных ядер на духов крови, что и без того, надо признать, не слишком-то и успешно противостояли бесчисленным маридам. Как-никак, те были в своей стихии, да с могучей подпиткой, а во́инство Маргатона… Ну, их надо было выпускать против врагов из плоти и крови, чтобы они могли показать себя во всей красе. Против подобных противников, да ещё и с учётом того, что по уровню исполнения и подготовленности мой призыв значительно уступал вражескому, им приходилось совсем нелегко. Если бы не усиление от поглощения целой Обители Богов, то Повелитель Крови со своей армией был бы разгромлен маридами и поддерживающим их великим ритуалом за считанные минуты.

Я мысленно застонал, сжимая кулаки. Чёрти их задери, этих османских ублюдков – они всё ещё вполне успешно теснили нас, медленно, но верно продавливая нас. И чем дольше длилось это противостояние, тем очевиднее становилось, что дела плохи.

– Есть ещё какие-нибудь козыри, Шуйский? – обратился ко мне Леонид Романов.

Командующий даже лучше других осознавал всю сложность нашего положения. Подплывшие к самому краю противостояния двух великих заклятий турецкие корабли, надо сказать, вносили свою лепту в происходящее – подданных Маргатона теснили ещё активнее. Потоки магического ветра не просто не мешали стрелять вражеским кораблям – каждый залп, каждое заклятие с турецких судов словно окутывалось пеленой, дополнительным слоем магии, что позволял им не просто пролетать сквозь разделявшую небеса пополам черту, но и изрядно усиливал – увеличивал дальность поражения, точность (ибо готов поклясться, что сами по себе вражеские канониры такой меткостью и близко не обладали) и поражающую мощь.

Не успел я ответить, как ослепительное оранжевое сияние затопило небеса, заставляя всех нас на миг прикрыть взгляды, защищая глаза магией – в дело вступили новые силы. К маридам на помощь пришли рати ифритов – и в течение нескольких минут стало очевидно, что если дело пойдёт так и дальше, то это будет окончательным разгромом.

– Ну, видимо, пришла пора выложить и твой козырь, друг мой, – обратился я к Тёмному.

Сил не было смотреть на бледные лица окружающих меня чародеев. Паника ещё не началась, но и без всякой Силы Души было очевидно, что мои дорогие сотоварищи уже прикидывают, как бы половчее слинять из надвигающегося разгрома…

– Че скисли⁈ – обернулся я к ним. – Не переживайте – у нас найдётся, чем ответить. Только портки не испачкайте, когда увидите, чем именно…

Впро́чем, последнюю фразу я сказал совсем уж тихо – и присутствующие предпочли сделать вид, что рёв чудовищного сражения в небесах напрочь заглушил оскорбительные слова.

Мой ученик, не обращая более ни на что внимания, чертил в воздухе одну за другой странные, непонятные и немного пугающие даже меня руны. Этой рунописи я не знал, как, уверен, не знал и никто из присутствующих. А даже если бы мы знали и понимали смысл всех этих знаков, что источали саму концентрированную черноту, тот самый непроглядный межзвёздный мрак, что кажется таким пустым, но на самом деле отнюдь и далеко пустым не является, то использовать эти знаки нам было бы не под силу.

Потому что это была магия, предназначенная исключительно для таких, как Тёмный. Не просто исследователей магии Тьмы, что сумели каким-то образом поставить себе на службу часть полученных знаний об этой первозданной Силе, нет – тут требовалось быть частичкой этой самой Тьмы. Причём далеко не рядовой – подавляющее большинство Её детей не сумели бы прибегнуть к этой силе.

Лишь избранные, обладающие либо Благословением, либо принадлежащие к Её своеобразной аристократии, могли использовать руны Тёмного Наречия. Ибо эти символы были своеобразным кодом к самой реальности, кодом, позволяющим повелевать Её силами и слугами. И для того нужно было быть кем-то особенным в Её глазах – иначе глупца, что воспользовался бы этими рунами, ждала бы весьма печальная участь…

К сожалению, даже такому, как мой Тёмный, этими возможностями было пользоваться совсем не просто. Цена была – и, как и в случае с Маргатоном, всё упиралось в несколько вещей. Во-первых – в жертвы, во-вторых – в силы самого призывателя.

Тёмный был слишком слаб, чтобы призвать стоящую упоминания силу на это поле боя. Однако везде можно немного схитрить, если знать как, верно?

Вот и мы схитрили, если можно так выразиться. В данный момент моему ученику помогали Боги Тьмы, с которыми он заключил договора и наладил контакт посредством моего Чертога Чародея. И делали они это, разумеется, совсем не просто так… Но цены были примерно обговорены заранее, и платить по ним предстояло в основном мне. Жаль только, что договаривались мы ещё до того, как Рогард возник в моём сознании в полный рост – тогда бы, чую, ценник был бы куда ниже…

Богам, как бы это кому ни было удивительно, тоже нужно многое. Магические артефакты, зелья, да даже разного рода знания – в конце концов, магия богов и людей сильно отличалась, и передавая своим последователям всё это ради укрепления их позиций в тех мирах, где им тайно или явно поклонялись, они сторицей возвращали потраченные за эти ресурсы усилия. В конце концов, боги могут многое… Но не всё – и разные материальные ресурсы для их последователей не берутся из воздуха. Будь всё иначе – и высокоранговым магам не оставалось бы способов заключать с ними сделки не в ущерб себе. Хотя, надо признать, эти скоты даже так умели содрать три шкуры с тех, кто оказывался вынужден заключать с ними сделки…

И глядя на то, какие силы откликнулись на зов моего ученика, я с некоторым трепетом осознавал – как же хорошо, что теперь вся казна Шуйских в моём полном распоряжении… Иначе моему Роду пришлось бы выплачивать эту цену не один год подряд – а проценты у них были конскими.

Впро́чем, это только в том случае, если всё пойдёт по худшему сценарию и мы проиграем. А так я уже предупредил Романова и Глав Родов, что в случае призыва сил Тьмы я получаю в несколько раз увеличенную долю добычи. Играть в бессребреника и брать все расходы на свой Род я не желал.

Духи Тьмы были… пугающими. Иного слова и подобрать было нельзя – эта сила и эти существа относились к существованию более высокого порядка, нежели Маргатон, его присные и даже многочисленные джинны, что уже бодро теснили духов Крови.

Слуги одной из первозданных Сил вступали в схватку, и это было зрелищно. Альясси, многоглавые призрачные твари, похожие на помесь змеи и многоножки, руглойды – чернокнижники разных рас, что заключали сделки с Тьмой и не сумели расплатиться по счетам, навеки потеряв большую часть своей личности вместе со свободой и возможностью жить в смертных мирах, бикруды – магические звери и чудовища, изначально не относящиеся к этой силе, но тоже по разным причинам ступившим на тёмную тропу и не сумевшие повернуть назад… И великое множество иных существ, имён которых я не знал и видел впервые. А самое главное – Призраки Мрака, в количестве семи штук, выглядящие как концентрированная темнота без чётких форм и очертаний. Те, кого я не ожидал здесь увидеть – ведь эти существа мало того, что обладают разумом, во многом превосходящим человеческий, так ещё и считаются чем-то вроде знати среди созданий Тьмы.

Слуги Тьмы – это, скажем так, рядовые армии тьмы. Или, если угодно, простолюдины… А вот Детьми Тьмы называют уже тех, кто является офицерами, знатью среди Её подданных. Сам я, кстати, этих деталей не знал, как и большинство полагая, что эти два понятия синонимичны. Глаза мне на это открыл уже сам Тёмный, причём не так давно.

Призраки Тьмы были далеко не сильнейшими представителями Её Детей, скорее что-то между низшей и средней знатью, да и конкретно явившиеся сюда тоже были далеки от того, чтобы претендовать на звание кого-то особенного среди Призраков, но даже так – это было семь существ уровня Великого Мага, что сильно увеличивало наши шансы.

У Маргатона таких сейчас было трое, не считая его самого – большее их количество Духам Крови привести мироздание не позволило. У врага же – пятеро маридов и девять ифритов, не говоря уж Селим явно не отправил на поле боя своих личных контрактников. А ещё оставался неизвестный Великий, у которого тоже вполне могли найтись свои козыри. Надеюсь, не такие, как те, что уже были выложены нами и османами – он тут явно совсем недавно, иначе город бы уже взяли, значит, есть немалая вероятность, что подготовиться настолько же серьёзно, но даже так он был серьёзной угрозой.

В предыдущем бою я убедился в одной очень важной вещи – призванные существа уровня Великих Магов всё ещё ограничиваются миром. Уже и близко не так строго, как прежде, но всё равно чувствительно. Им требуется значительно больше сил, чтобы творить магию, будто сами потоки магии сопротивляются их силе. Чары при этом выходят несколько слабее, чем должны быть, а ещё они очень ограничены в использовании Силы Души, а ведь это – одна из ключевых составляющих боевой мощи существ девятого ранга.