290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Радужные крылья над миром (СИ) » Текст книги (страница 15)
Радужные крылья над миром (СИ)
  • Текст добавлен: 4 декабря 2019, 08:30

Текст книги "Радужные крылья над миром (СИ)"


Автор книги: Любовь Штаний






сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 20 страниц)

– Таша! – Горячие ладони легли на плечи, скользнули вниз по рукам и прижали к широкой мужской груди. – Любимая, всё в порядке?

– Пожалуйста, – не в силах ни соврать, ни сказать правду относительно «хорошо» простонала я, прижимаясь лбом к тёплой груди. – Давайте уйдём отсюда поскорей. Мне нужно на свежий воздух.

Не совсем так. Не воздух был мне нужен, а запах. Без знакомого аромата кожи Хартада я никак не могла почувствовать себя живой и настоящей. Всё боялась, что нахожусь внутри какой-то иллюзии, сотворённой Шайдаром, лишь бы не отпустить меня на свободу. И я понимала, «почему». Пока существует телесная оболочка, содержащая силу всего мира, риск остаётся. И что моя жизнь по сравнению с жизнью вселенной? Пустой звук! Вот только не для меня. И не для Хартада, Варука, Серта… Не для тех, кто любит и любим.

Не споря, тарухан подхватил на руки и стремительно направился к выходу. Тихие шаги друзей эхом разнеслись по залу. Всё будет хорошо. Главное – поверить в это.

Хранитель не лгал, обещая бессмертие, осуществление любых желаний и волшебство. Шайдар, растворись я в нём, дал бы мне это, и много больше, но какой смысл в исполнении мечты, когда перестаёт существовать сама мечта? Что бы я стала желать, потеряв своё я?

Нет уж, пусть пока истинное тело полежит в безопасности, а магия постепенно просачивается вовне, питая мир. Таким макаром восстановление прежних границ, конечно, займёт куда больше времени, но всё равно – произойдёт же. И теперь я не предполагала – я точно знала, что так и будет.

Обратный путь к ступеням каменной лестницы показался длиннее во сто крат. Просто из-за узости коридора, едва мы вышли из зала, пришлось идти своими ножками. Я не отпускала ладони Хартада и всем существом ощущала присутствие орка и эльфов за спиной. Это успокаивало, но недостаточно.

Потом мы вышли в комнатку у самых дверей. На секунду мелькнула мысль, что дверь придётся выламывать, но она распахнулась, едва тарухан надавил на неё плечом, и в лицо ударила волна свежего воздуха и вопль Альки.

– Я вам уши отгрызу! Как вы могли свалить без меня? Совесть есть?! Я же извелась вся, чуть не сбрендила! Это гадское строение блокировало мысленную связь, а вы…

Я слушала возмущённый крик подруги, но не понимала ни слова, опьянённая многообразием запахов. Кажется, теперь насморк станет очередной фобией. Аромат травы, прохладного ветра, сырой земли, пыли, ночи… Но главное – едва уловимый запах любимого. Тонкий, еле заметный, но буквально оглушающий своей важностью.

– Малышка, что произошло, когда ты коснулась алтаря? – осторожно погладив по спине, спросил Варук. – Нам стоит бояться?

– Уже нет, – покачала я головой, не разжимая рук, которыми обнимала Хартада за талию, прижимаясь к нему всем телом.

– Уже? – напряжённый голос Серта заставил обернуться через плечо и ободряюще улыбнуться встревоженному эльфу.

– Та-а-ак, – скрипнув зубами, протянула Алька. – А ну-ка с этого места поподробнее! Хотя нет, сначала вернёмся в Рокшу, а то эта безголовая Хранительница уже едва на ногах стоит. Вы её там совсем замучкарили, изверги!

При мысли о дороге обратно в Рокшу, вспомнился мост. Блин, висеть между небом и землёй, да ещё в темноте…

– А давайте сразу в Харрут? – предложила я, мгновенно отыскав выход.

Это и быстрее будет, и ползать по верёвочным страшилкам не надо. Родовой перстень Хартада при нём, да и Зармид наверняка не снимал своего кольца, а магии на перенос более чем достаточно.

– Ты уверена? – нахмурился Габи. – В прошлый раз вы…

– В прошлый раз я на Шайдаре была без году неделю, а сейчас каналы окрепли. Плюс тогда у меня не было сил, а сейчас легко могу… кстати!

Заставив себя оторваться от надёжной опоры, я отошла от любимого и посмотрела вниз. Разрушенная лестница зияла дырами на ступеньках и была засыпана обломками статуй. Склоны холмов в свете двух лун выглядели ужасно. Сорванный дёрн, тут и там – груды земли и камня, которыми дроу засыпали тоннели…

Глубоко вздохнув, я прикрыла глаза, вспоминая, как выглядела долина и лестница днем. Нашкар послушно дополнил картинку деталями, которые я так и не успела увидеть. Когда магия потекла окрест, почудилось, будто она… благодарна. Кажется, не только звёзды и миры имеют душу. Куда интереснее, почему силе приятней быть частью чего-то живого и смертного? Загадка.

Холмы стремительно покрывались свежей травкой, обломки камней впитывались в широкие ступени лестницы, статуи снова обретали целостность и былое величие… Когда долина вернула себе первозданный вид, я нарочно плеснула силой окрест. Когда ещё сюда вернусь, а Погру одному будет одиноко. Впрочем, уже не будет. Помахав рукой поднимающимся из земли двум угловатым великанским фигурам, я тихонько рассмеялась, переполненная радостью. Пробуждённые от многовекового сна на соседнем холме тролли вряд ли нас видели, но это и ни к чему.

Как же хорошо жить! Дышать, чувствовать, любить! Даже бояться перехода через мост в Рокшу – и то прекрасно!

– Габи, – оборачиваясь к дроу, я растерянно потёрла лоб. – Ты можешь связаться с отцом? Надо бы поставить его в известность насчёт наших планов, чтоб не переживал зря. Или вы с Сертиком тут останетесь? Миссия искателей завершена.

– Я с вами, – торопливо отозвался блондин, всего на секунду опередив брата.

– Уверен, у правителя Харрута есть способы связаться с отцом или кем-то из посольства, – проговорил Габи спокойно. – Все послы сейчас как раз в Рокше, так что я тоже с вами.

– Вот и замечательно, – зевнув, я со вкусом потянулась, наслаждаясь напряжением каждой мышцы. У бестелесного существования наверняка много плюсов, но мне и в теле прекрасно!

И тут я вспомнила немаловажную деталь. Ведь любимый с Дирнутом расплевался! Можно ли ему сейчас домой? И хочется ли? Вдруг в этих обстоятельствах нам лучше держаться подальше от Харрута? Жаль, никуда кроме дворца таруханов я перенести нас не в состоянии.

Нет, можно ещё в Душу Света сигануть, используя тварк, но там нас с распростёртыми объятиями встретит Веня. Угу, он та-а-ак обрадуется визиту, что словами не передать! После побега, сорванных матримониальных планов, да ещё с Габриэлем в придачу? Проще сразу удавиться и не мучиться.

Я с сомнением покосилась на любимого. Он тихо переговаривался о чём-то с Греем, но и меня из поля зрения не выпускал. Стоило поднять на него глаза, как тарухан тут же подошёл и протянул руку.

– Хартад, – обняв его ладонь, я легонько сжала длинные пальцы, вкладывая в улыбку всю нежность, восхищение зеленоглазым принцем и свою преданность ему. – Ты сам-то хочешь вернуться в Харрут? Прости, я сразу не подумала, что это может быть для тебя неприятно. Если, по любым причинам, ты предпочтёшь направиться в другое место, я слова не скажу и даже не расстроюсь. Честно!

Дорога в Рокшу пугала, но что значит страх, когда на кону душевное равновесие любимого? Плюнуть и растереть! На крайняк, притормозим перед пропастью, пока не засну, а потом кто-нибудь из ребят преспокойно перенесёт меня на ту сторону, и всего делов.

– Мне в любом случае необходимо посетить дворец, хотя бы для того, чтобы взять в сокровищнице родовое кольцо. Отец мог лишить меня статуса наследника, но не изгнать из рода, – заметил тарухан тихо. – Таша, если я не буду бороться за власть, ты это примешь?

– С радостью! А зачем нам ещё одно родовое кольцо? Если вопрос в магии, у меня её хоть попой ешь.

– Спасибо, я не настолько голоден, – рассмеялся он, порывисто обнимая и прижимая к себе. – А кольцо нужно, чтобы наконец-то оставить в прошлом все сомнения.

– Какие?

– Да жениться он на тебе хочет, Балда Ивановна, – хихикнула Алька. – Чего непонятного?

– Эм… – я запрокинула голову, заглянула в сверкающие зеленью глаза. – Это так? Наша клыкастенькая правильно угадала?

– Абсолютно, – подтвердил тарухан с улыбкой. – А ты не передумала ещё за меня замуж выходить?

– Н-нет… – растерянно пробормотала и, спохватившись, замотала головой: – Конечно, нет! Просто всё так быстро. Я думала, как-нибудь потом, когда всё устаканится, и вообще… куда торопиться?

Хартад осторожно взял меня за подбородок и, поглаживая большим пальцем щёку, от чего по телу волнами расходилось тепло, вкрадчиво проговорил:

– Не хочу, чтобы некоторые особенно мнительные сомневались в моих чувствах и намерениях. Мало ли, что померещится одному светлому чуду?

– Угу, – хрюкнула хвостатая монстрятина с повышенной кислотностью мозгов и ротовой полости. – Не дай Небо, это самое чудо опять услышит непредназначенный для его ушек разговор и сочтёт тебя чужим женихом, а то и… – Алька рухнула на землю и, прикрыв голову лапами, почти застонала от хохота, выдавив сквозь смех: – …а то и невестой! С Ташки станется!

– Да иди ты лесом! – кинув в подругу возмущённый взгляд, я обиженно насупилась. – Что я должна была подумать, когда…

– Таш, – Хартад заставил посмотреть на себя, приподнимая голову за подбородок. – Пообещай! Если тебе покажется, пусть даже на полсекундочки, будто ты для меня значишь хоть на каплю меньше всех существующих миров вместе взятых, если хоть на миг усомнишься в моей любви или преданности, ты не будешь делать скоропалительных выводов, а просто поговоришь со мной! Пообещай, пожалуйста…

Я заворожено кивнула, готовая поклясться в чём угодно, лишь бы вечно смотреть в эти изумрудно-зелёные глаза. Пепельные пряди любимого трепал ветер, а моё сердце сладко замирало от нежности и переполняющего душу ликования. Такое большое счастье – это почти больно. Уже не страшно, нет! Но всё равно больно.

Радужные крылья заслонили небосвод, окрашивая мир яркими красками счастья, и я подняла руку, касаясь лица тарухана, чувствуя, как распирает грудь невысказанное.

– Как жаль… Нет таких слов, чтобы хоть отчасти, хоть на сотую долю передать, как сильно я люблю тебя!

Изумрудное пламя плеснуло светом понимания. Кажется, Хартад мучается тем же, что и я.

– Моё хрупкое чудо… – сдавленным голосом прошептал он.

– Ну, почему же нет? – внезапно вмешалась Алька, и махнула хвостом. – Если «отчасти», то вполне себе есть.

Когда над долиной раздались первые аккорды, я вздрогнула и услышала предовольный голос телохранительницы:

– Мы не в индийском фильме, и глупо ждать, что вы будете бодро отплясывать и петь о своих чувствах, но я кое-что подправила в известной тебе песне. Наслаждайтесь, влюблённые. Про языковой барьер не вспоминайте даже, я обо всём позаботилась.

И музыка окутала нас густым облаком звуков, а потом и слов.

– Сотни нелёгких дорог, снова пройти я бы смог, зная, что вновь повстречаю тебя…

Стоило удивиться изобретательности подруги, но меня затянули омуты зелёных глаз. Музыка кругами расходилась по вселенной, пронизывая всё и вся. Не в силах оторваться друг от друга, мы впитывали пальцами тепло кожи, глазами пили пламя и нежность друг друга…

Любовь укутала нас, спеленала души, сплела их воедино. Мы тонули друг в друге, чувствуя, как растворяется весь окружающий мир в сверкании нового мира, заключённого в единении двух душ. Лишь радужные крылья трепетали над нами, огромные, яркие, бескрайние, не подвластные ни времени, ни законам мироздания. Наши с Хартадом крылья!

– …держи меня! И не отпускай меня…

И даже когда музыка стихла, а тарухан притянул к себе и с тихим стоном уткнулся лицом в мои волосы, крылья никуда не делись. Мы знали: несмотря ни на что, они отныне и навсегда с нами. Радужные крылья, распахнутые над миром, хранят нас и Шайдар от разлук и тоски.

Не знаю, как долго мы стояли вот так, ощущая друг друга до боли глубоко и пронзительно, но опять всё испортила Алька.

– Хорошего понемножку. Мы уже замёрзли вас ждать. Может, вы уже намиловались?

Я заворожено кивнула и мучительно покраснела. Недавний намёк на мой идиотский срыв в Маргале был более чем прозрачен. Кстати, я так и не узнала подробностей того разговора, ставшего причиной… недоразумения.

– У тебя не было, нет и никогда не будет причин во мне сомневаться. А кроме всего прочего, – тарухан посерьёзнел и впился пытливым взглядом в мои глаза. – Я банально хочу, чтобы все знали: ты моя… жена. Все, включая инкубов, ароллов, арханов, вампиров, демонов и… послов дроу!

В глубине бархатного голоса мелькнул отблеск остро отточенной стали. Упс! Кажется, любимый сделал неправильные выводы из наших перешёптываний с Тарнашем.

– Эм… А при чём тут ароллы?!

– То есть остальные «при чём»? – вскинув бровь, протянул Хартад.

Алька грохнула хохотать пуще прежнего. Вот ведь зараза! Вечно всё наизнанку вывернет, да ещё переиначит. Такой момент, а ей всё хиханьки да хаханьки!

– Смех без причины – признак дурачины, – заметила я досадливо и, наверное, устроила бы клыкастой хорошую взбучку, но пока следовало разобраться с более насущным вопросом:

– Остальные при чём, а я нет! Нашёл, к кому ревновать! А с Тарнашем мы просто в Харруте встречались. Я же рассказывала! И вообще, это наезд?

– Это, как ты и сама догадалась, ревность, – тяжело вздохнув, отозвался любимый. – Банальная, мучительная ревность… Но, кстати, ты сразу поняла, о каком после идёт речь, хотя в Харрут приезжали сразу трое, а в Рокше их и вовсе – девять душ.

– И кто из нас делает скоропалительные выводы? – улыбнулась я, насмешливо хмыкнув. – Кто минуту назад твердил про отсутствие причин сомневаться в любви и преданности?

– Так это в моей любви и преданности, – прошептал еле слышно и стиснул крепко-крепко. – И я не сомневаюсь, а дико боюсь тебя потерять. Выходи за меня побыстрее, а?

– Да хоть завтра, если тебе так хочется, – согласно пискнула в плечо тарухана и вдохнула не полной грудью родной запах.

Почему «не полной»? Ну, во-первых, мой размерчик и на четвёрку не тянет, а во-вторых, тарухан так крепко меня сжал, что ребра вполовину уменьшили место, предназначенное лёгким. Но даже это не заставило отодвинуться или хотя бы дать знать, что стальные объятия излишне крепки для моей человеческой тушки. Согласна быть размазанной тонким слоем, лишь бы по Хартаду!

– Ну, вот и договорились, – в который раз вклинилась в наш тэт-а-тэт Алька. – Может, продолжите миловаться под крышей, а то дождь собирается.

Небо и вправду затянуло тучами, в чём я воочию убедилась, запрокинув голову. Тёмно-зелёного купола, усыпанного яркими звёздами, было почти не видно. Вместо него с севера наползала фиолетово-чёрная масса. За разборками и не заметила, как усилился и посвежел ветер. Если Алька хотела охладить наш пыл, то просчиталась – стало ещё жарче. Я вспомнила грозу, когда мы с Хартадом…

– С некоторых пор я очень люблю дождь, – шепнул тарухан мне на ухо, заставив затаить дыхание и прикрыть глаза, воскрешая прошлое.

Тугие грозовые струи… Танец тарухана в сердце стихии… Его обнажённые руки и мой восторг… Доверчивое восхищение каждым движением великолепного мужчины… Непреодолимое притяжение и… его глаза, когда увидел меня. Мокрую насквозь, завороженную волшебством момента, окончательно побеждённую и завоёванную. Силой духа своего принца, а не его тела…

– Нет, это уже свинство! – рявкнула подруга уже зло. – Я понимаю, с милым рай и в шалаше, и в заднице, и под проливным дождём! Но остальные-то почему должны мокнуть? Мы ж не влюблены по самые гланды!

– Не кричи, – вмешался Варук. – На эту парочку смотреть – сплошное удовольствие. Лично для меня счастье сестрёнки только в радость, а уж наблюдать за тем, как плавится под её взглядом несгибаемый наследник Харрута… Когда ещё такое чудо доведётся увидеть?

– Согласен, – хихикнул Габи. – Ради этого зрелища и вымокнуть не жаль.

Серт не сказал ничего, он просто молча и очень светло улыбнулся, когда я кинула на него смущённый взгляд.

– И всё-таки Алька права, – признала я виновато. – Извините нас, пожалуйста. Я совсем забылась… А где Грей, кстати?

– Здесь, – словно материализуясь из ничего, откликнулся Шаксус Джер с функцией невидимости. – Любуюсь.

Судя по направлению взгляда, любовался он совсем не нами, а пылающей праведным гневом дамой с алой шкурой и длинным хвостом.

– Кстати, – вдруг вклинился Серт. – А ты теперь Хранительница чего? Нашкара – это ясно, но тот, другой Хранитель, говорил, этого мало.

– И правда! – поддакнул Варук. – Ты выяснила этот момент, сестрёнка?

– Наверняка Таша будет отвечать за магию, – улыбнулся Габи.

Алька нервно махнула хвостом и хмыкнула:

– На мой взгляд, скорее уж дурости! Ну, как вариант, любовь покатит. Так, Ташка?

Я улыбнулась подруге и заглянула в себя, осторожно касаясь недавно обретённого знания. Любовь… она переполняла всё моё существо и теснила грудь, стремясь просочиться сквозь кожу вовне, осветить весь мир. Она переполняла мою душу. Так же, как магия – истинное тело.

– Нет, – отрицательно покачав головой, сказала я тихо. – И любви, и магии во мне слишком много. Невозможно хранить то, что составляет твою суть. Это они правят мной, а не наоборот. Любовь правит моей душой, а магия телом.

– Ой, только не говори, что будешь хранительницей Разума или Осмотрительности, – недовольная своей промашкой нервно махнула хвостом Алька. – Бред собачий!

– Видишь ли, – погладив Шаксус Джера по недовольной алой морде, протянула я. – Пуще глаза берегут то, чего катастрофически не хватает… То, что пестуют в себе, взращивая вопреки страхам, разуму и логике. Позвольте представиться, – я присела в шутливом реверансе, – Хранительница Надежд и Веры. Очень приятно познакомиться!

– Идиотизм, – ворчливо буркнула Алька себе под нос. – На почве неверия в себя и любовь своего принца пару раз чуть весь Шайдар не угробила, а всё туда же! Хранительница Веры? Ха! Сапожник без сапог!

– В этом-то всё и дело, – кивнула я, с улыбкой глядя на разобиженную язву. – Я тебе при случае всё разжую, но сейчас нет времени. Поздно очень, холодно. Пора и честь знать. Хартад, дай руку!

– А ещё сердце, почки, печень и прочие органы! – не удержалась Алька от шпильки. – Про конечности вообще молчу.

– Вот и молчи, – не оборачиваясь, бросила я через плечо. – Не бузи, Христа ради. Сейчас всё будет.

Я понимала, что подруга бубнит больше по инерции, а не от вредности. Она ведь сильно перенервничала, да и сейчас… Не хуже меня ведь помнит, чем в прошлый раз закончилось наше перемещение в Харрут. И вроде ясно, что теперь всё иначе, а всё же… нервно. Меня и саму мандраж бил, если откровенно.

Глава 19 Разборки в Харруте

Ласково поглаживая руку любимого, я всмотрелась в перстень на его пальце и потянулась к Нашкару. Магия откликнулась, теплой волной прокатилась по венам и потекла к родовому кольцу тарухана. Маленькое лиловое облачко, возникшее перед нами, рассеялось почти мгновенно, открыв взорам так хорошо знакомое мне помещение. Библиотека!

Вот уж не ожидала, что лицезрение этой просторной комнаты со многими десятками высоченных шкафов вдоль стен вызовет откровенное умиление. Вроде не так уж и много времени я там провела, но сердце сладко ёкнуло. Я соскучилась. Удивительно…

– Доброго вечера, – вежливо поздоровалась я Зармидом, который, едва расселась туманная дымка, напряжённо застыл. Не только у нас с первым перемещением через родовое колечко связаны не самые позитивные ассоциации.

– Таша? Что случилось? Хартад с тобой?

Ах, да, совсем забыла! Я-то вижу тарухана, а он только слышит. Угу, и если дедушка моего принца поздороваться забыл, дело – труба. В смысле, уже понапридумывал себе какой-то пакости. Прежде отсутствия вежливости за старшим Рода не наблюдалось. Пришлось успокаивать:

– Хартад со мной. Стоит рядом, живой, здоровый и, очень на это надеюсь, счастливый… – в подтверждение сказанного, любимый обнял за талию и улыбнулся, разглядывая деда.

Ну да, по сравнению с прошлым «сеансом связи» Зармид выглядел шикарно. Просто мужчина в самом расцвете сил, хоть и с проседью в тёмных волосах. Впрочем, оно и понятно. Тогда дед Хартада в буквальном смысле умирал, выжав из себя ради шанса на спасение внука все силы и опустошив резерв. Хорошо хоть, мы успели исправить ситуацию. Страшно представить, что я могла бы не узнать этого замечательного челове… тарухана.

– Извините за беспокойство, – снова начала я, когда на нос упала крупная капля, обозначив надвигающийся дождь, как ледяной. – Можно, мы переместимся к вам, используя кольцо? Тут дождь собирается, холодно.

– Да, да! Конечно! – засуетился Зармид и вскочил, порываясь то ли отодвинуть стол, то ли…

– Вы только ничего не делайте! – торопливо выкрикнула я, помня, как трагично закончилась его инициатива поделиться магией в прошлый раз. – У нас всё замечательно!

И я, зажмурившись, сжала Нашкар, перемещая нас в Харрут. Не то чтобы теперь амулет что-то менял, но мне так было привычнее и от того спокойнее. Спустя несколько секунд, когда я открыла глаза, библиотека уже не казалась такой просторной. Шесть человек для такого помещения – тьфу, но сразу два огромных Шаксус Джера заметно поубавили свободного пространства.

– Ташка! – с оглушительным воплем откуда-то с потолка свалился лохматый осьминожек.

И, как всегда, на голову! Я только пискнула, присев от неожиданности.

– Ты вейнулась!!!

– И я тебя тоже очень люблю, – сдавленно прошипела я, отплёвываясь от длинной шерсти, которая, как нарочно, лезла в глаза, рот и но… Апчхи! Точно. В нос!

– Лёлик, – снимая с головы заметно потяжелевшего за последние недели библиотекаря, – ты не пробовал найти пособие по точечному приземлению? Хотя бы тонюсенькую брошюрку, а?

Думаете, он кинулся искать обучающую литературу? Ха! И ещё ха-ха три раза! Ничуть не смущённый, монстрик бодро опутал мои руки щупальцами и, заглядывая в глаза, радостно зашепелявил о том, как сильно скучал и волновался. Зармид молчал, со странным выражением на лице рассматривая Грея. Ребята лыбились, чрезвычайно довольные перспективой провести ночь в тёплых постелях, а не под проливным дождём.

– Кстати, а мы пророчество исполнили, – решилась я поделиться радостью с будущим родственником. – Правда, убедиться воочию можно будет лишь утром, но, думаю, багрового солнца уже не увидим.

Только сказав это, подумала, что стоило придержать язык, до поры, до времени. Всё-таки, пока угроза гибели нависала над Шайдаром, я была важна и нужна, а теперь…

Нет, я-то понимаю, что по сути ничего не изменилось, но ведь есть ещё Дирнут, а ему дать мне пинка под зад – за счастье. Вот выставит Правитель нас всех за порог, и не сможет Хартад забрать колечко! Лично мне это фиолетово, но любимый расстроится. Эх… жаль, слово – не воробей, вылетит – не поймаешь…

Перед глазами мелькнула картинка, как я бегаю за стайкой слов с пододеяльником и пытаюсь вернуть их на Родину, то бишь сожрать. Слова махали куцыми крылышками, верещали благим матом и порывались сныкаться то за шкафом, то под диваном. Парочка села на люстру, но я не спасовала – взмах пододеяльником (розовым в мелкий чёрный цветочек) и сразу два очень вредных, противно визжащих слова попались!

Фантазия у меня бурная, да ещё и ехидная. Прямо как Алька, потому, кроме ловли крылатых слов, она не преминула нарисовать и процесс их «водворения» в мою голову. Настоящая я передернулась синхронно с собой воображаемой, когда слово вцепилось в ладонь птичьими лапками, категорически не желая лезть в рот. Но я ведь упёртая? Слово – не воробей. Воробья глотать я бы точно не стала, но вот это… пришлось. Ради спокойствия Хартада.

Бррр… Какая гадость! Привидится же такое.

Мотнув головой, я вытряхнула из уха дикое зрелище и вместе с обнаглевшей фантазией пинком отправила под стол. Что сделано, то сделано. Чего теперь копья ломать? Одно хорошо – пока я «зависала», Хартад вкратце обрисовал деду ситуацию с пророчеством и Рокшей.

Надо сказать, Зармид «завис» куда крепче меня самой. Я уже очухалась, а тот всё искал потерянный дар речи. Только рот закрывал-открывал, как золотая рыбка! Надо бы вывести дедушку из ступора. Конечно, на вид ему больше сорока пяти не дашь, но если внуку семьсот лет, сколько должно быть деду? То-то и оно. Прихватит сердчишко – лечи его потом.

Вопрос в другом – как именно привести Зармида в чувство? Воды в лицо плеснуть можно, но тут книги. Не дай Бог испорчу какой-нибудь древний трактат – дедуля живо с меня шкуру спустит. Выходит… шоковая терапия и шантаж! Определившись с планом, я кое-как отцепила щупальца от своей руки и, погладив по шелковистой шёрстке, всучила лохматое шепелявое чудо Сертику.

– Лёлик. Серт. Знакомьтесь! – недоумение на лице одного и откровенное обалдение в ослабевших конечностях другого заставили подбодрить обоих: – Вы обязательно подружитесь. Ведь у вас столько общего!

Габриэль заржал в голос, Алька сдавленно хихикнула, а эльф уподобился глубоководному крабу – и без того не маленькие глаза распахнулись так широко… того и гляди выпадут. Лёлик же принялся с пристальным интересом рассматривать остроухого. Видно, общее ищет. Ну-ну… пусть.

Собираясь с мыслями, я быстро огляделась. Варук стоял чуть поодаль, облокотившись на стену возле окна. Габи отпускал беззлобные шутки в сторону брата. Эльф с осминожком пока лишь любовались друг другом, а любимый опять что-то вполголоса втирал Грею, который тактично занял позицию в самом дальнем углу комнаты.

Правильно, Зармида наличие в компании и одного Шаксус Джера некогда поразило до глубины души, но я – хранительница Нашкара. Вроде как по статусу положено. А когда тарухан узнает, что Грея специально для Хартада дух Смерти создал? Придётся во избежание визита Кондратия выдавать хорошие новости по кусочкам.

– Значит так… – я придвинулась к старшему тарухану и клещом вцепилась в его локоть, привлекая к себе внимание: – У меня три вопроса. От ваших ответов будет зависеть, останемся мы здесь или уйдём. Если всё плохо, подадимся… эм… например, к Варуку. Братишка, ты ведь не против, если мы к тебе в гости завалимся?

Орк жизнерадостно усмехнулся и кивнул.

– Мой дом – твой дом, сестрёнка! – заверил он с энтузиазмом, достойным лучшего применения. – Заодно посмотрим, какие «папоротники» появятся в Сконе благодаря твоему приезду. Вернее, вашему с Хартадом.

– Эй! А мы как же? – возмутился Габи. – Я никогда в Сконе не был!

– Там никто, кроме орков, не был, – заметил Сертик с усмешкой. – И лично я буду рад стать одним из первых, посетивших степи древнего народа.

Варук лишь кивнул, а Зармид, глаза которого только-только начали приобретать осмысленное выражение, снова выпал в осадок. Угу, тарухан – в осадок, а его челюсть – в путешествие к чисто вымытому полу.

И чего он удивляется? Подумаешь, светлый эльф назвал орков древним народом и со всем почтением изъявил их принцу своё желание посетить Скон. Вернее, сразу два эльфа, светлый и тёмный. Знаю, что для Шайдара это не стандарт, но ведь и с нашей компашкой Зармид сталкивается не в первый раз. Мог бы уже и привыкнуть.

– Итак, вопрос первый, – игнорируя изумление некоторых, я дёрнула Зармида за рукав. Опять завис… – Дирнут во дворце?

– Н-нет, – титаническим усилием воли мужчина привёл в действие речевой аппарат. К счастью, челюсть упала на пол лишь иносказательно. – Сын несколько дней назад прислал весть, что сейчас находится в Маргале. Тамошние маги обещали настроить портал к послезавтра, но мне это кажется нереальным.

Обрадованная отсутствием Правителя во дворце, я едва не захлопала в ладоши. Чем и воспользовалось моё неуёмное любопытство, вклинившись в беседу:

– Почему? – вякнуло оно моим голосом. – Неужели плетение портала настолько сложное? Если уж в Маргале маги есть, почему построить заклинание переноса нельзя? Сомневаетесь в их компетентности?

– Да как бы тебе сказать… – вздохнул тарухан и, потакая моему интересу, жадно взирающему на него снизу-вверх, пояснил: – Само плетение хоть и не простое, зато довольно распространённое. Почти во всех книгах, дошедших до наших дней, имеется.

– Тогда в чем проблема? – спросила, покосившись на Хартада. О чем можно так долго и, главное, сосредоточенно-серьёзно разговаривать с собственным телохранителем? Но додумать мелькнувшую мысль не успела, отвлёкшись на разъяснения Зармида.

– Допустим, сплести заклинание портала ароллы сплетут, но где им взять прорву магии для его активации? Это как… войти в дом. Открыть дверь и переступить порог легко, много ума и сил не нужно. А вот чтобы этот самый дом построить, требуется уйма не только времени, но и сил, материалов. У ароллов и сотой доли магии, необходимой для создания заклинания такого уровня, нет. Подозреваю, даже сложи они резервы всех жителей столицы, и половины необходимого не наберётся.

Я недовольно поморщилась и с упрёком покосилась на Альку. Подруга угорала, хохоча в голос! Нет, это уже никуда не годится! Чувствую себя хомяком, за которого весь горох съели. Ладно бы я сама вела себя неуместно, то и дело хихикая – хоть было бы, за что себя стыдить. Так нет же, подруженька помогает от всей широты Шаксус Джерской души!

– Видите ли, – Сератаниралиэль одной рукой обнял меня за плечи (другой рукой эльф прижимал к груди Лёлика) – если ваши сомнения основаны на недостатке магии, боюсь, они уже не состоятельны. Чего-чего, а магии в Маргале теперь более чем достаточно. Таша об этом позаботилась.

– Угу, – хихикнула подруга. – Заботливая! Цветочки подкармливает, поварих сватает, колодцы чинит. Образец добродетели, ей Богу! Даже собственной… эм… попы не пожалела, тролля высиживая! Вот только инкуба обломила, коварная! И сама смылась, и дома бедного мужика лишила! У-у-у…

– Ничего смешного, – покосившись на Хартада, я заметила, как он напрягся при упоминании Ирвина. Мне бы тоже было неприятно. – Ты бы хоть иногда думала, что говоришь, Аль.

– Вижу, вам есть о чём рассказать, – заметил старший тарухан задумчиво.

– Ещё как, но это после. Сегодня уже поздно, а мы все устали. К тому же вы ещё не ответили на оставшиеся два вопроса.

– Какие? И, кстати, не так уж и поздно. Солнце только-только зашло.

– Это здесь, а в Тригори закат минул уже давно, да и мы за день умотались сильно. Ребята, вон, с гномами бились. Что же касается вопроса… Уместно ли нам в данных обстоятельствах останавливаться во дворце?

– А почему нет? – недоумение Зармида заставило грустно улыбнуться и пожать плечами.

– Хартад слегка… хм… повздорил с отцом. Нам не известно, оставлял ли Правитель распоряжения на случай нашего возвращения, и если да, то какие. Ели можно, мы бы остались хотя бы пока Дирнут не вернётся. И ещё Хартад хотел из сокровищницы колечко забрать. Если нужно, я компенсирую магией, или наколдую точно такое же, но ему нужно именно родовое кольцо. Вы не будете против?

– Родовое кольцо?!

Ну вот! Дедушку моего принца снова переклинило… Глаза квадратные, вид ошарашенный, того и гляди слюни пускать начнёт. Угу, или кусаться. Мало ли, чего от нервных потрясений может с головой сделаться? Воображение нарисовало Зармида с пеной на губах, бешеным взглядом и почему-то цветной метёлочкой для смахивания пыли в руке. Мама…


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю