290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Радужные крылья над миром (СИ) » Текст книги (страница 10)
Радужные крылья над миром (СИ)
  • Текст добавлен: 4 декабря 2019, 08:30

Текст книги "Радужные крылья над миром (СИ)"


Автор книги: Любовь Штаний






сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 20 страниц)

Во-первых, жутко хотелось спать. Во-вторых, спать на голом полу хотелось куда меньше. В-третьих, спать хотелось не только мне, но дрыхнуть «по домикам» чревато. Нужно же и ход платформы худо-бедно контролировать, и за изменениями ландшафта следить. В-четвёртых, если мы с Хартадом уползём спать в какую-нибудь палатку, придётся ставить звукоизолирующий купол, а как тогда докричаться до нас, в случае чего? А просто сопеть в подушку у нас с таруханом точно не выйдет, даже если очень постараемся.

В результате манипуляций с магией, спустя час все были счастливы по самую маковку.

Хомяк, накормленный силой, яблоками и сосисками бодро крутил колесо. Наш странноватый на вид транспорт двигался к цели. Мерги с Аторэлем удалились в палатку, которую я сделала исключительно для них. Остальные эльфы отдыхали вокруг излучающего тепло и тусклый красноватый свет шара. Тёплые спальники я самолично наколдовала, как и мягкие маты.

Варук и один из дроу дежурили у руля, а через час их должны были сменить на посту. Алька с Греем дрыхли подле нас с Хартадом. Мы же уютно устроились на мягком диване под большим пледом.

А почему нет? В конце концов, почему не устроить себе маленький рай, если уж есть такая возможность? Я дремала на груди любимого, ощущая его дыхание на виске.

Над головой тёмно-зелёное небо Шайдара в россыпи крупных звёзд. Вокруг море синего песка, залитого лунным светом, из которого то тут, то там выплёскивались фонтаны или выстреливали к небу раскидистые папоротники. Пару раз открыв сонные глаза, видела серебристые спины неведомых тварей, сопровождающих нашу «телегу»… Магия счастья возвращалась на Шайдар, и куда быстрее, чем некогда предвещал хранитель Эл Таш.

Утро ничем особенным не выделилось. Объятия любимого, его ласковое «Тёмного неба тебе, моё чудо». Суета насчёт завтрака. Когда остановились на часик дать передохнуть на диво выносливому хомяку – ворчание и шпильки Альки. Ей опять не давало покоя несанкционированное озеленение пустыни.

Подумаешь, одной рощей больше стало! На этот раз вместо папоротников выросли пальмы, кстати. Зато мы от души наплескались в небольшом озерце, возникшем рядом с нашим «корабликом». И посмеялись, и пыль лишний раз смыли.

Потом опять дорога, мой рассказ про цекта и Санну, про морфов и иже с ними. Расспросы дроу о проташах, в ходе которых пришлось поведать Хартаду и ребятам историю возвращения из небытия этих полуразумных ящерок. Слово за слово, Аторэль выведал и насчёт светло-эльфийского предка, основавшего Тригори и наложившего проклятье на мнимого папочку Серта. Собственно, я и не скрывала, всё равно это – дела давно минувших дней.

В общем, весь день мы только и делали, что болтали, ели, смеялись и снова болтали. Пару раз я засыпала на руках тарухана. Всё же магия, растекающаяся окрест, тянула силы из меня тоже.

Ближе к вечеру, когда красное солнце уже скрылось за горизонтом полностью, а белое спряталось наполовину, вдали показался лес. Добрались до него мы лишь через полтора часа, и смысла идти дальше уже не было.

Аторэль и остальные дроу уверили, что знают эти места. До ближайшего городка оставалось несколько часов пути, а оттуда до Храма Заката ещё сутки пешкодралом, или полдня верхами.

В любом случае, переться сквозь лес ночью было глупо, и, накормив до отвала, я отпустила хомяка восвояси. Когда вернула грызуну первоначальный облик, дроу синхронно поперхнулись и вытащили луки. Оказалось, Рой приволок не кого-нибудь, а одного из местных хищников, и не самых слабых.

Впрочем, драться не пришлось. Я превращала хомячка, когда тот уже стоял на песке за гранью платформы, то есть мы все были под защитой купола. То ли осознавая нашу недоступность, то ли просто обожравшись до предела, зверюга и не подумала нападать, а вместо этого махнула на прощанье хвостом и растворилась в сумраке, окутавшем пустыню.

Вечер и ночь обошлись без приключений. Мы поужинали и завалились спать, установив очередность дежурства. Купол – не купол, а всё-таки лучше перебдеть, чем недобдеть. Наверное, это были самые спокойные сутки за всё время моего пребывания на Шайдаре. И самые счастливые тоже.

Глава 12 Ни хвоста, ни чешуи

– Ташка, ты, когда счастливая, становишься занудой из зануд, – обиженно провозгласила Алька.

Я? А что я?

За завтраком я уже вытащила из собственной тарелки с овсянкой четвертинку лимона, две зубочистки и гайку с выгравированной надписью «съешь меня». Ну и вот прямо сейчас извлекла из каши маленькую резиновую мышку, аккуратно прихватив её за хвостик двумя пальцами.

– Очень мило, – заметила, внимательно оглядывая добычу. Мышка оказалась ядовито-розовой в зелёную полосочку. – Спасибо, радость моя клыкастая.

– Тьфу на тебя! Совсем от рук отбилась! – хлестнув хвостом, припечатала подруга и демонстративно уселась спиной к дивану.

Полная искреннего возмущения реплика и демонстрирующее вселенскую скорбь сопение подруги, обиженной до глубины мифической души, на меня действия не возымели. Ну её.

Птички поют. Голубые облачка неспешно плывут по сиреневому небу. Солнышко хоть и едва поднялось над горизонтом, но уже вполне добросовестно припекает. Ветерок пахнет свежестью и лесом. Красота неимоверная! Хочешь – на синие дюны с барханами любуйся, хочешь – на многовековые дубы. Почти как на Земле, только побольше раза в два.

А если всего этого райского великолепия мало, есть ещё! В смысле, мягкий диван под попой, хихикающие друзья в непосредственной близости и кучка старательно скрывающих недоумение и смех дроу, у которых даже уши уже под стать окраске моей телохранительницы.

Мы же не просто так овсянку кушаем. Я сначала яичницу глазунью с колбасой наколдовала, но зловредная Аленька подсуропила – колбаса отрастила лапки и, улюлюкая, расползлась с тарелок, а яйца, суетливо попискивая, укрыли белыми краями желток и покрылись скорлупой. А после ещё и вылупились под аккомпанемент хихиканья подруженьки. Видно, вся моя вредность и энтузиазм временно перекочевали в клыкастую головушку телохранительницы. Проследив взглядом за полётом стайки крылатых лосей размером с кулак, я покосилась на Альку:

– Два вопроса к тебе. Почему именно лоси, и с какого перепугу ты нас завтрака лишила? Вожжа под хвост попала?

– Что? Кто? Я? – наигранное недоумение на морде, напоминающей помесь бультерьера с крокодилом – это что-то.

– Ясно, – осознав бесполезность воззвания к совести одного не к месту озверевшего монстра, я вздохнула и наколдовала тазик сосисок и тостов с мёдом.

Сосиски принялись извиваться и пищать, а тосты, подтягиваясь на тоненьких лапках, поползли к сосискам. Добравшись, они попарно вцеплялись в розовую сосисочную мякоть и прирастали намертво. Спустя минуту стайка сосисочно-хлебных бабочек с гиканьем и улюлюканьем улетела вслед за лосями, оставив на память о себе тазик, дно которого было щедро присыпано отсохшими в процессе превращения в бабочек «тостовыми» лапками.

Скрипнув зубами, я прикрыла глаза и, досчитав до десяти известила подругу:

– Если ещё хоть что-нибудь из еды улетит или уползёт, а также упрыгает, убежит, утопает и даже испарится, Аля, честное слово – я тебя покусаю! Или опять превращу в кобылу, но на этот раз без всяких огненных грив, зато с тележкой и неснимаемой сбруей! Будет кому наши вещи до города тащить.

Овсянка, ставшая третьей попыткой обеспечить народ завтраком, никуда не делась. Зато в ней стали появляться… сюрпризы. Мышка – лишь один из многих.

Но нет, я не буду орать и ругаться. Вскакивать с насиженного места и гоняться за Алькой тоже не стану. Мне слишком хорошо! Диван мягкий, Хартад обнимает за талию и улыбается в макушку. А кроме всего прочего есть радужные крылья внутри меня, магия, стакан персикового нектара на столике возле подлокотника и тарелка горячей каши в моих лапках. Всем остальным я наколдовала то же самое. В смысле – по тарелке овсянки и стакану сока.

И вот сижу, наслаждаюсь завтраком в дивной обстановке. Упрямо не замечаю Алькиных закидонов и тут… Я застыла с ложкой во рту, не веря собственным ощущениям. Нет, такого даже моя драгоценная подруга не могла… Или?

Медленно отставив тарелку, положила в неё ложку и вытащила изо рта…

– Это уже ни в какие ворота не лезет! – покраснев до корней волос и едва не лопаясь от злости, я запулила в эту алую скотину маленьким отварным осьминогом. – У меня на них аллергия! Ты чего творишь?

– Так ты же его не съела! – рявкнула Алька, уворачиваясь от многоногого снаряда. Судя по блеску её глаз и выражению наглой морды, Шаксус Джер была весьма довольна собой!

– А если бы съела? Мне что тогда, по твоей милости ходить с опухшей рожей, в пятнах и… – я едва не плакала.

Кусочек головоногого я всё-таки успела проглотить, и теперь непонятно, что будет. Есть у этого тела аллергия или нет? В любом случае приятного мало, а выглядеть откровенным пугалом при Хартаде…

– Всё, ты меня достала со своей ревностью, – взвесив в руке наколдованную сковородку, я недобро прищурилась. – Думаешь, не понимаю, чего ты так злишься? Да у тебя на морде всё большими буквами написано!

– Неправда! – с такой обидой взвыла возмутительница спокойствия, что сразу стало очевидно – я попала в яблочко. – И вовсе я не ревную! Просто ты ведёшь себя, как безмозглая клуша! Только и делаешь, что улыбаешься и висишь на шее у своего обожаемого тарухана! Не надоело ещё мужика розовыми соплями обмазывать? У нас проблем полон рот, а ты…

И тут я обиделась. Очень. Наверное, потому что отчасти была согласна с Алькой, но не при всех же это озвучивать! Тем более, я не виновата, что мозги рядом с женихом переходят на режим нирваны в квадрате!

Всхлипнув от обиды, я испарила сковородку и взяла низкий старт, размахивая замороженной треской.

– Всё! Молись, Дездемона! Пришла к тебе чешуйчатая весна! Ты у меня ещё о корыте мечтать будешь, рыбка золотая, недожаренная!

Первый удар Алька пропустила, демонстрируя, что моей силы не хватит, чтобы всерьёз нагвоздырять мифическому монстру. Ха! И ещё два раза ха! Сковородкой я, и вправду, долго бы молотила по бронебойной шкуре, а вот треской…

Когда Алька поняла, что от каждого удара на её гладенькой алой шкурке проступают разноцветные чешуйки, плавники и рыбьи хвостики, снисходительности на клыкастой морде поубавилось. Ой, как сильно поубавилось!

– Ты чего? – отскакивая в сторону, вылупилась на меня провокаторша. – Как это? На меня же магия не действует!

– Это чужая! – охаживая слишком ошарашенную, чтобы по-настоящему сопротивляться, монстрятину треской, зашипела я. – А моя ещё как действует! Забыла, да?

– Ташенька! – перепрыгивая через голову невозмутимо жующего кусочек вяленого мяса орка. – Не надо! Хватит!

– Надо, Федя, надо! – Возразила я, огибая Варука и, нырнув под руку Габи, кинулась наперерез подруге. – Будешь знать, как меня изводить! Завтрак испортила, зараза такая!

– Я больше не бу-у-уду-у-у… – врезаясь в троицу не туда отшатнувшихся дроу, взвыла она белугой.

– Конечно не будешь! – коварно вынырнув из-за дивана, я вмазала треской по лбу Шаксус Джеру. – Мясистый хвост промеж глаз – замечательное напоминание о последствиях, не так ли?

– Ташенька, ну пожалуйста, – отпрыгивая задом и сшибая с ног Тарнаша, взмолилась та. – Успокойся!

– Зачем? Тебе же не нравится, когда я тиха, аки мелкая заводь в безветренную погоду? Хотела растормошить? Пожинай плоды, язва ехидная!

Следующий удар пришёлся по Грею. Нет, я не хотела его «обчешуявливать», но он сам виноват – загородил дорогу и, зуб даю, нарочно!

– А-а-а-а! Спа-а-а-аси-и-ите-е-е-е!

Алька металась по платформе, я за ней. Народ шарахался во все стороны, иногда даже успешно. Если бы я сняла защитный купол, было бы проще, но на открытой местности мне телохранительницу ни в жисть не догнать.

Минут через пять это бессовестное чудовище, покрытое десятком разнокалиберных рыбьих хвостов и дюжиной пятен чешуи, окончательно офигело! Оглушительно вереща, Алька тупо бегала зигзагами, даже не глядя, куда и зачем. Ещё и зажмурилась, самоубийца!

В результате, когда подруга врезалась в хомячье колесо, снеся несколько спиц, и побежала вперёд, я уже преспокойно восседала на диванчике, хихикая в кулак. Так ей и надо, предательнице.

Магией превратив колесо в шар, я обеспечила подруге забаву на несколько часов. Причём благодаря магическому же подвесу, она в этом шарике может в любую сторону бежать, и всё равно останется на том же месте. Пока я не успокоюсь окончательно – не вылезет.

Угу… Это я так думала!

Сначала мрачный взгляд Грея в свою сторону я проигнорировала. Просто подумала, это он из-за перламутрово-голубоватого пятна чешуи на собственной шкуре дуется. А нечего было под руку лезть! Конечно, если попросит, уберу сразу. Если нет – подожду, пока осознает ошибку, но всё одно – уберу. Альке ведь тоже не до скончания века в идиотском виде ходить. Так только, пару часиков. Исключительно в воспитательных целях…

Но я ошиблась. Телохранитель Хартада просить за себя не стал. Вместо этого он молча подошёл к шарику.

Моя драгоценная подруга уже допетрила, где оказалась и чем это ей светит. Осознала и степень моего бешенства, потому даже пыток простить и отпустить её не предпринимала, уныло разглядывая правую лапу. Зелено-розово-синюю, с тремя плавниками и парой хвостов, кстати.

А Грей, внимательно осмотрев наказательную конструкцию, пренебрежительно фыркнул и одним ударом лапы снёс подвес, на котором шарик держался. Угу, и большую часть самого шара тоже. После этого чёрный монстр, ни слова не говоря, развернулся и ушёл в дальний угол платформы.

Я проследила взглядом за тем, как он с невозмутимым видом укладывается возле мерцающей стены купола, и улыбнулась, прикрыв рот ладошкой. Как мило…

Когда Алька, подумав несколько секунд, двинулась следом и уселась подле Грея мордой к пустыне, а филейной частью ко всем остальным, включая и спасителя, этот самый спаситель, не поднимая головы, погладил её хвостом по спине. Обиженная мной Шаксус Джер гордо вскинула голову, как бы не замечая скупой ласки, но… спустя пару секунд едва заметно сдвинулась в сторону чёрной туши.

Через четверть часа мы уже собрали вещи и были готовы выступать. Алька лежала, пристроив голову на вытянутые лапы. Угу, прислонясь рыбьехвостым боком к одному сильно сочувствующему товарищу. Тому самому, который делал вид, что его хвост на красной шкуре сам по себе, независимо от хозяина обретается.…

– Любимая, – отведя в сторонку, Хартад осторожно погладил по щеке. – Ты объяснишь, что произошло?

– Ты ещё спрашиваешь?! – я опустила лицо и прикусила губу. – Сам же всё слышал! А ещё у меня аллергия на осьминогов и креветки.

– Это опасно?

– Не так чтобы очень, но неприятно, – я покорно прильнула к широкой груди, когда мужчина обнял. – Да и не в этом дело. Алька же нарочно меня из себя выводила, это понятно.

– Зачем ей тебя злить? – тихо спросил, поглаживая по спине..

– Ну как же! Во-первых, она банально ревнует, а во-вторых… – я привстала на цыпочки и прошептала на ухо любимому: – Мне кажется, она просто нервничает рядом с Греем. Он ей нравится, а признаваться в этом стрёмно.

– Рискну показаться идиотом, но почему это… стрёмно?

– Так ведь Грей – единственный Шаксус Джер, кроме самой Альки. Получается, она на первого встречного мужика своей расы запала. Это… неприятно, когда нет выбора. Вот и бесится.

– Хм… Грею она тоже нравится, но он не переживает из-за отсутствия выбора.

– Так он и не Алька, – хмыкнула я. – Не бери в голову, это «женская логика». Тебе не понять. Вот увидишь, всё будет хорошо! Если моя телохранительница научится держать свой ядовитый язык за зубами, конечно.

– А всё-таки, что она тебе сказала? Или это секрет?

– Издева… – начала было я, но оборвала себя на полуслове, в ужасе вытаращившись на тарухана.

Вот я… свинья в маринаде! Алька же самое гадкое не вслух произнесла! А я так обиделась, что и не сообразила… Блин! Но всё равно извиняться не буду! Даже не подумаю! В конце концов, она сама хотела меня до белого каления довести, вот и доигралась.

Насупившись, я тряхнула головой и покосилась на парочку Шаксус Джеров. Буду считать, непристойная склока – моя дань в копилку отношений мифических монстров. Вон как быстро стакнулись на фоне неприязни к такой злой и несправедливой мне. Эх…

Покосившись на любимого, я замерла от неожиданности. В зелёных глазах наравне с нежностью плескалось нечто… неожиданное. Сама не пойму, что именно, именно это и напрягло.

– Хартад? Что-то не так?

– Нет, ничего, – улыбнувшись, покачал он головой. – Пора идти, нас ждут.

Протянутую руку я проигнорировала, рассматривая родное лицо.

– Послушай, – порыв поддаться собственным желаниям и молча шагнуть навстречу пришлось безжалостно подавить. – Я бесконечно люблю тебя, но… мы ведь очень разные. Во всём! И я далеко не подарок, – жестом остановив возражения тарухана, продолжила тихо: – Если мы не научимся понимать друг друга, даже самая большая любовь не спасёт. Просто скажи, в чём дело?

– Таша… – он споткнулся, но едва заметно кивнул и продолжил: – Я всего лишь пытаюсь понять причину твоего молчания. Ты мне не доверяешь? Я не настаиваю, у всех свои секреты, но… для меня важно твоё доверие.

С души словно камень свалился!

– Доверие тут не причём! – с облегчением рассмеялась я, сжимая горячую ладонь. – Я всего лишь стесняюсь озвучивать сказанное. Эта язва… эм… сказала, что рядом с тобой я от счастья тупею. Но давай не будем это обсуждать? Тем более, Аля отчасти права, а меня это… не слишком радует. Собственная глупость, а не счастье, конечно.

Улыбка тарухана согрела сердце, а весь остальной организм и без того уже горел. Уши так и вовсе полыхали от смущения и стыда.

– Всё, идём. А то неудобно перед остальными, – не без труда выдавила я из себя сбивчивое.

Мы двинулись в путь только через полчаса. Всё это время пришлось устранять последствия собственной неуклюжести. Оказалось, в пылу погони за Шаксус Джером я несколько раз задела треской ни в чём неповинных дроу, и теперь рыбьи хвосты с пятнами разноцветной чешуи украшали не только мифических монстров, но и нескольких представителей высшей знати Тригори.

Откровенно говоря, осознав это, я порядком струхнула. Думала, скандал с Аторэлем и его соратниками неизбежен, но к моему огромному удивлению, мужчины приняли произошедшее спокойно. Я бы на их месте закатила истерику, а эти лишь молча улыбались, пока я, прикусив губу от смущения, с помощью Нашкара устраняла последствия ссоры с Алькой.

Избавив от красного хвоста одну из «жертв» моей магии, я уже потянулась к бирюзовому с зелёным отливом пятну чешуи, проступившему на кисти брюнета с каре-зелёными глазами, но тот отрицательно покачал головой и убрал руку за спину.

– Если позволите, Хранительница, – вежливо склонив голову проговорил он, – я бы хотел оставить всё, как есть.

– Эм… – я непонимающе пожала плечами. – Ну, если вы так желаете…

– Благодарю, – и с лёгким поклоном мужчина отошёл в сторону упаковывать последние вещи.

Я озадаченно почесала в затылке и бочком пробралась к Тарнашу. Посол удара треской избежал, но кого ещё спрашивать про странности в реакциях остроухих? Не Правителя же, в самом деле! И так неудобно до жути, но… любопытно же!

– Ты хотела что-то спросить? – подбодрил Тарнаш, едва заметно улыбаясь.

– Скорее, уточнить, – не стала я отпираться. – Почему они на меня не злятся? Вернее, почему вы все на меня не злитесь, а вон тот и вовсе попросил не убирать пятно? Ты прости, я бы по имени его назвала, но пока не всех запомнила.

– Ещё бы он злился! – фыркнул дроу, понизил голос до шёпота. – Вместо выговора от Аторэля благословение хранительницы Нашкара получил.

– Не поняла, – я нахмурилась. – А выговор-то за что?

– Не совсем выговор, конечно. Но крайне неприятный разговор с Правителем – точно. Поверь, остальные тоже рады бы оставить свидетельства знакомства с тобой, но только у Шолина чешуя без… – дроу рассмеялся, – без хвоста! Потому лишь Шолин смог сохранить лицо, не прибегая к твоей помощи, и таким образом остаться при своём.

– Но зачем?! И почему Аторэль должен злиться на них, а не на меня?

– Таша, при всём моём восхищении, ты – человек. Не суметь избежать твоего удара для лучших воинов дроу – недостойно.

– Но… они ведь просто не ожидали!

– А должны были. В любом случае, это не имеет значения. Не переживай, мы сами разберёмся. Что касается «зачем», ты уже многое сделала для Тригори, не говоря уже о Шайдаре. Доказательство близкого знакомства с тобой – лишний козырь в дворцовых интригах.

– Шутишь, да? – не скрывая скептицизма, скривилась я. – Какой же это козырь? Кому интересно шапочное знакомство со мной? Какая чушь! Давай я тебе тоже что-нибудь эдакое наколдую?

Вместо ответа посол Тригори закатал рукав и протянул руку. Вот… дроу! Но слово – не воробей, вылетит – не поймаешь. Пришлось делать своеобразную татушку. С досады я слегка разошлась и наколдовала витиеватый узор от запястья до самого плеча. Правда, чешуйки сделала совсем маленькими, но зато ярко-синими, под цвет глаз хозяина.

– Благодарю, – довольно улыбаясь, опустил рукав дроу. – Ты, как и всегда, бесконечно щедра.

– Поговори мне ещё, – фыркнула я нервно, ретируясь под защиту любимого, который за беседой с послом наблюдал издалека, но внимательно. – Рога наколдую, будешь знать!

Очень уж отношение остроухих напрягало. Идиотизм какой-то! Нашли, чему радоваться! Психи! Я им гадость, а они радуются…

Видя моё раздражение, Хартад ни о чём не спрашивал. Просто обнял за плечи и помог спуститься с платформы на землю. Как же мне повезло с принцем!

Через несколько минут от нашего транспорта остались одни воспоминания, а мы вошли под сень многовекового бора. Я вертела головой, рассматривая непривычные глазу растения, благо, от поклажи меня в очередной раз избавили. Даже лёгонький рюкзачок, и тот Хартад отобрал.

Впрочем, я не возражала. Какой смысл запрещать мужчинам исполнять свою гендерную роль? Цена вопроса – жалкие несколько килограммов. Для тарухана такая нагрузка – мелочь, а мне пешком по лесу идти налегке проще. И мне хорошо, и любимый доволен.

В общем, да простят меня феминистки, доказывать свою полноценность, отбирая у мужиков сумки и принципиально усложняя себе жизнь, я и не подумала. Женщины изначально слабее, так чего лезть в бутылку и спорить с природой? Лучше насладиться прогулкой, пока ноги не устали.

Я и наслаждалась, несмотря на обиженное сопение Альки. Ещё бы она не сопела! Торчащие во все стороны рыбьи хвосты то и дело цеплялись за ветки, но убирать их я наотрез отказалась. Пусть хотя бы часик так помучается, авось перестанет доводить придирками.

Ревность ревностью, но кому, как не ей знать, насколько сильно я её люблю? Хотя… Хм, а в ревности ли дело? Всё же Аля меня чувствует, и в отношении к самой себе никак сомневаться не должна.

Прикусив губу, я покосилась на подругу. Шаксус Джер с самым мрачным выражением на морде топала чуть поодаль. Грей неизменно держался рядом с ней, успокаивая и утешая. Нежели клыкастая язва меня и на этот раз переплюнула?

– Зай, – не выдержав давления любопытства на мозг, я мысленно позвала эту интриганку. – Ты ведь нарочно меня довела до ручки?

Алька ничего не ответила, раздражённо махнув хвостом, но в отголосках её мыслей ни малейшего раздражения я не почувствовала. Скорее, на душе у моей телохранительницы царило… Точно не скажу, но очень похоже на удовлетворённое ликование.

– Это из-за Грея, да? – не собиралась сдаваться я. – Моё поведение не причём?

– Ещё как при чём! – наконец отозвалась моя клыкастая ехидна. – Ты со своим Харт…

– Уберу хвосты, – угрожающе протянула я.

– Давай через полчасика? – совершенно другим голосом, подтверждая мою догадку, вздохнула она.

Я с трудом сдержала смех и отвернулась. Да она просто решила таким макаром примириться с Греем! Ох… Теперь, когда тот выступил в роли её защитника, Алька может прекратить свои нападки, а прежде вредность не позволяла. Ну… зараза упёртая!

– Сама такая! – не осталась в долгу подруга.

Блин, забыла контакт оборвать! Вот я дура, лопухня склеротичная!

– А вот с этим полностью согласна, – язвительный смешок я услышала прежде, чем исправила собственную оплошность и перекрыла канал общения.

Большую часть пути до города я помню плохо. Болтала ни о чём с эльфами и Варуком, плавилась от тепла широкой ладони любимого, усиленно старалась не смотреть на Шаксус Джеров и не хихикать, как последняя кретинка.

Почему смеяться? Дело даже не в Альке. Вернее, не только в ней. Просто в какой-то момент я не удержалась и кинула быстрый взгляд в сторону Грея, а тот понимающе ухмыльнулся и подмигнул! Кажется, моя телохранительница перехитрила саму себя – он догадался о причинах непотребного поведения… уже и его подруги. Или всё-таки уже не только подруги?

Судя по промелькнувшему на угольно-чёрной морде удовольствию, Грея полностью устраивали последствия склоки, несмотря на хвост, торчавший из левой лопатки. Тихушник, блин! И кого это он мне напоминает?

Хартад вот тоже для посторонних – сдержанный, спокойный, как удав, а на деле – и с чувством юмора, и равнодушным его никак не назовёшь, даже с перепою. Про склонность ревновать и вспыхивать, как спичка, вообще молчу! Так что за клыкастую язву я была рада. Если Грей – проекция Хартада, а Алька – моя, значит…

– Ого! – присвистнула я, когда мы вышли на опушку. – Это и есть…

– Рокша, – с улыбкой глядя на мою реакцию, напомнил название города Аторэль.

Перед нами простиралось ровное, как стол, пространство, вымощенное камнем. Кое-где между серыми плитами пробивалась трава, но это и всё. До городских стен предстояло идти ещё довольно долго, и всё время по пустому каменному плато, где мы будем прекрасно видны страже, да ещё и по склону вверх. Сама Рокша располагалась на вершине… холма?

– Это естественное возвышение или вы сами постарались? – полюбопытствовала, ступая на первый камень.

– Естественное, – коротко пояснил Правитель. – Но место выбрано с умыслом. Очень удобно обороняться, неожиданно подобраться к воротам нереально. Наши предки отличались предусмотрительностью.

Я кивнула, принимая пояснение, и озадаченно почесала нос. Ничего себе трудоспособность у эльфов! Это ж сколько маеты! Камни не только обтесать, но и привезти нужно, да такие, чтоб нельзя было выковырнуть и использовать в своих целях. Ну, типа раздолбать и швырять осколки катапультой. Впрочем, какая катапульта? До города километра два, тут ни одна не потянет.

Плиты напоминали гранит, и я насчитала сорок шагов, прежде чем первая закончилась! Думаю, без магии транспортировка не обошлась. Не зря Аторэль с такой гордостью предков упомянул. Я бы на его месте тоже гордилась. Нет, это же надо!

– Таш, ты ни о чём не забыла? – ехидства в голосе Альки было столько, что я аж подпрыгнула.

– Н-не знаю…

– Хочешь сказать, я предстану перед кучей незнакомого народа покрытая чешуёй и селёдочными хвостами?

– Где ты видела таких больших селёдок? – фыркнула я, скептически изогнув бровь. – Судя по размерам, это были, как минимум, акулы и сомы.

– И я должна хлопать в ладоши от радости?!

– А справишься? – я рассмеялась. – Без ладошек-то?

– Я твои позаимствую!

Шаксус Джер уже вполне серьёзно нервничала, даже рычащие нотки в интонациях проскальзывали.

– Не бузи, солнце, – притормозив, я махнула остальным, чтоб не ждали у моря погоды. – Мы вас догоним!

Дроу, переглянувшись, двинули дальше, а вот мои ребята остались. Варук демонстративно подошёл поближе. Габи с Сертом последовали его примеру, а Хартад и вовсе за руку держал.

– Взяли в окружение, да? Тут-то чего бояться? Камень же кругом!

– Угу, а в пустыне песок был, – скривился орк.

– Делай, что хотела, – поддакнул Сератаниралиэль, – но мы тебя одну больше ни на минуту не оставим.

Хотела про туалет спросить, но промолчала. С таким настроем мне клятвенно пообещают сопровождать и туда, а потом, дабы слово сдержать, ещё и сделают. Все четверо! Нет уж, с паранойей некоторых потом разбираться буду. В конце концов, они обо мне заботятся. Пока просто сосредоточилась на магии, чтоб лишнего не поудалять, и вернула алой шкуре первозданную гладкость и блеск.

После разобралась с Греем, а когда констатировала приличный вид обоих Шаксус Джеров, дроу уже подходили к стенам. Пока мы догоняли остальных, бесшумно открылись тяжёлые ворота. Видно, своего Правителя признали. Вот и ладушки – не придётся доказывать страже, что мы не верблюды.

Любопытно, а верблюды на Шайдаре есть? В пустыне ни одного не встретилось, но ведь и на Земле они… Запрокинув голову, я цокнула языком, поражаясь высоте толстенной стены. Тут метров тридцать, если не больше! Великая Китайская отдыхает!

Когда же мы миновали широкий арочный тоннель и вошли в город, все мысли улетучились со скоростью света. Офигеть! Это я только трудолюбию дроу удивлялась? Кретинка! По сравнению с их фантазией и чувством прекрасного всё прочее стыдливо удаляется на задворки восторгов.

Глава 13 О мостиках, мостах и подвешенном состоянии

Я жадно оглядывалась по сторонам, едва не попискивая от восторга. Многоярусные крыши с загнутыми краями напоминали Земные пагоды. Красные и чёрные колонны, обилие декоративных элементов, балкончики, арочные окна… Просто невероятно!

А самое интересное – почти все крупные дома располагались на скальных выступах, которые торчали из земли, как иголки из ежа. Блин, так просто не бывает! Чтоб несколько десятков мини-скал возникли посреди леса, в котором ни одного ущелья? Невозможно же! Это противоречит всем законам логи…

– Рот закрой, а то муха залетит, – фыркнула Алька. – Магией, Ташенька, и не такое можно сделать. Особенно если пользоваться ей с умом, а не как некоторые. Аторэль же тебе сказал – предки! Этому городу не одна тысяча лет, вот и думай сама.

Думать я не могла. У меня от восхищения челюсть сама собой падала, а глазюки норовили выскочить из орбит. Пока поднимались по широкому подвесному мосту на макушку ближайшей «скалы», я крутила головой и диву давалась.

Перила представляли собой толстые, в мою руку толщиной, канаты и были украшены висюльками из разноцветных перьев, крохотных фонариков, маленьких резных фигурок из дерева, кости и металла, бубенчиков, колокольчиков и всякой всячины. При каждом шаге бубенчики мелодично позвякивали, придавая дополнительный флёр нереальности происходящему.

Насколько я могла видеть, все дома дроу соединялись между собой такими же мостами. Над некоторыми виднелись длинные полотнища разных цветов, натянутые от крыши до крыши. Издалека мостики вызывали ассоциации с пушистыми китайскими драконами. Наверное, это из-за украшений и общей схожести архитектуры.

Аторэль решил выступить в роли гида и теперь подробно рассказывал про полезность мостиков в плане защиты. Оказывается, колокольчики тут не просто так подвесили. Когда-то они служили сигнальной системой, оповещающей жителей дома о приближении гостей. Если те оказывались нежеланными, канаты обрубались, и нападающие падали с немаленькой высоты, а дом превращался в миниатюрную крепость. Хоть стреляй сверху, хоть камнями противника закидывай, хоть кипятком поливай – всё одно.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю