Текст книги "Супруга для покойного графа (СИ)"

Автор книги: Лидия Орлова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 21 страниц)

– Ваше Высочество, здесь холодно. Давайте пройдем в зал и там поговорим.

– Там нам помешают. Выслушайте меня, Алиса, прошу вас.

А Алви бы мне мёрзнуть на балконе не позволил. Сам бы в теплое помещение отвёл.

– Алиса, вы покорили мое сердце с первого взгляда. Я не могу думать ни о ком, кроме вас.

– Я замужем. – И хотела добавить, что он должен думать о своей невесте принцессе Авалоне.

– Вы не по своей воле вышли замуж. И Аластэйр для вас слишком стар.

Вот сейчас мне обидно стало. Раньше я и сама считала, что между мной и мужем слишком большая разница в возрасте, но сейчас-то мне муж нравился. И общаться с ним было легко, он даже понимал меня лучше, чем я сама себя понимала.

– Алви не старый. – Пытаясь подавить дрожь от холода, проговорила я.

– Алиса ваш муж маг. Он просто приворожил вас. Уходите от него, и вы вернёте себе разум. А я буду любить вас так пылко, как никто больше любить не способен.

И он протянул руку, от которой я отшатнулась так резко, что ударилась спиной об перила балкона.

– Алиса, вы же боитесь Аластэйра? В этом дворце вы под защитой моего отца.

В данный момент я больше боялась самого принца. Потому что он был, как одержимый. Или пьяный? Точно, от него даже на расстоянии несло сильными горячительными напитками.

– Алиса, только один поцелуй, и вы поймёте, насколько я лучше вашего престарелого супруга. – Принц Максимилиан шагнул ко мне и снова протянул свои руки. Но я больше от страха, а не потому, что чувствовала себя бойцом, ударила его кулаком по одной из ладоней. Мне, определенно, было больнее, чем принцу. Но он на меня за этот удар обиделся сильнее, чем я на его навязчивое внимание.

Посмотрев на тыльную сторону своей правой ладони, по которой и пришелся мой удар, он сказал:

– Я прощаю вам вашу грубость, Алиса. Наверно, Аластэйр всегда издевается над вами, что вы стали такой агрессивной. Вы сейчас не можете оценить чистые чувство покоренного вами сердца.

И он упал на колени. Я подумала, что он от выпитого не держатся на ногах, но, оказалось, что принц просто хотел быть романтичным.

Принц не без труда встал на одно колено и, приложив руку к сердцу, начал говорить, как он страдает из-за невозможности просто любоваться мной. А потом приступил к декламации какой-то поэты о дивных цветах и волшебных девичьих глаза и неожиданно заплакал.

Мне было неудобно и очень стыдно за него. И, вообще, как я и думала, плачущий мужчина выглядел очень жалко.

Мне нужно было срочно бежать от принца. Тем более, у меня уже онемели ноги и руки от долгого нахождения на морозе, и тело била беспрерывная дрожь. Оставаться на балконе дольше я уже не могла, поэтому прижимаясь к перилам, решила обойти принца и заскочить в зал, дверь-то уже была свободна. Но я не сделала в сторону от стоящего на коленях принца и шага, как балконная дверь распахнулась, и показалось недовольное лицо Кларка. Я так ему обрадовалась, что замахала обеими, наверняка, обмороженными руками.

– Алиса, я вас час ищу, – не обращая внимания на Его Высочество, стоящего на коленях, он вытянув руку, обхватил меня за запястье и потянул к себе. Мы уже зашли в зал, но Кларк снова вышел на балкон и отвесил принцу подзатыльник. Даже более хлесткий чем те, что ему самому дарил бородатый маг.

Даже в зале я не могла сразу согреться.

– Что вы делали на балконе? – Почти не разжимая губ, спросил Кларк.

– Снежинок ловила.

– Не Максимилиан ли ваша снежинка?

– Нет. – Я хотела объяснить, почему была на балконе с принцем наедине, но мы остановились возле церемониймейстера. Ему Кларк что-то сказал, понизив голос. Я услышала слова «балкон», «принц», «много выпил», «замерзнет».

А дальше Кларк спешно повел меня куда-то. Я почти бежала, даже несколько раз споткнулась

– Куда мы?

– В оранжерею.

– Я не хочу сейчас цветы смотреть.

– Вам снежинки больше нравятся? – Холодно спросил он. И потянув меня дальше, на ходу объяснил:

– У Аластэйра уже были две дуэли. И соперников ещё целая очередь выстроилась. Надо прекратить это. Если он кого-нибудь убьет, будет слишком много шума.

При упоминании дуэли я испугалась. Но то, что боялся Кларк не за здоровье и жизнь моего мужа меня успокоило. И я верила, что Алви достаточно владеет своей силой и никого убивать не будет.

В оранжерее на первом этаже, куда мы добрались, было пусто.

– В сад. – Проговорил Кларк и снова потащил меня за собой. Мы прошли по длинным коридорам, несколько раз меняя направление, но, наконец, добрались до нужной двери в сад.

– Там холодно. – Остановилась я, не желая выходить в морозную ночь.

– В могиле намного холоднее. – Просветил меня человек, раздающий подзатыльники принцу, и почти что поволок упирающуюся меня за собой из теплого коридора в мороз.

В освещённом только звёздами саду Кларк выбрал направление по доносившимся до нас едва различимым звукам удара металла о металл.

Мы добрались до группы людей. Человек двадцать стояли, образовав широкий круг. А в его центре на шпагах бился Алви с молодым аристократом. И шпага противника моего мужа, выбитая из руки, описав дугу в воздухе, воткнулась в землю:

– Следующий, – раздался голос моего мужа, и, ожидая нового соперника, он начал оглядываться и увидел меня, стоящую рядом с Кларком.

– Алиса? Зачем ты сюда вышла? Здесь же холодно. – Алви передал свою шпагу Кларку и, быстро скинув свой сюртук, накинул его мне на плечи. А сам остался в простой рубашке.

Потом он поднял меня на руки и обернувшись к нетерпеливо дожидающимся его аристократам сказал:

– Господа, сожалею! Вам придется подождать меня здесь, пока я не устрою свою жену в тепле.

И Алви развернувшись направился к входу во дворец, но за его спиной раздались крики и проклятия. Алви, недовольно выдохнув, обернулся к выкрикивающим его имя аристократам. Я даже протерла глаза, чтобы убедиться, что у меня нет проблем со зрением. Но около десятка мужчин находились по колено в замле.

– Граф Хартман, вы гарантировали честные дуэли.

– Вы обещали не магичить.

– Вы нарушили слово! – Почти кричали они возмущённо.

Алви посмотрел на меня и попросил меня потерпеть минутку в холодном саду, а потом обратился к недовольным аристократам.

– Во время дуэли я и не магичил. Сейчас просто побеспокоился, чтобы вы не забыли о дуэли и не отправились танцевать.

– У нас нет проблем с памятью. – Презрительно сказал кто-то.

– Да ну? – Преувеличенно удивился Алви. А я наслаждалась его теплом, прижимаясь к крепкой груди.

Кто-то из погруженных в землю аристократов приподнял руки, привлекая к себе внимание. А когда Алви посмотрел в его сторону, громко сказал:

– Граф Хартман, примите мои искренние извинения. Я не считаю вас трусом.

Попросивший прощение мужчина на глазах стал освобождаться от земляного плена. И только его брюки, запачканные ниже колен, свидетельствовали о том, что он был магией погружен в землю.

– Граф Хартман, и я прошу прощение за свою несдержанность. – Заявил второй пленный. – Я более не считаю магию извращением.

– Граф Хартман, я не посмею больше распространять слухи о вашей мужской слабости.

– Граф Хартман, простите, что я нелестно отзывался о наряде вашей супруги.

– Ваше сиятельство, я был неправ, сомневаясь в вашем мастерстве владеть шпагой.

Мы выслушали еще немало извинений, и Алви, освободив всех болтунов, напросившихся на дуэль, понес меня во дворец. Когда мы в сопровождении Кларка добрались до бального зала, начались те самые парные танцы.

И я с Алви закружилась в вальсе. Даже не помню, наступала ли я ему снова на ноги, но на третьем танце я обхватила его руками, прижимаясь головой к груди. Я так устала, что засыпала на ходу:

– Алви, когда мы поедем домой? – Сквозь сон спросила я мужа. – Этот бал такой бесконечный…

26. После бала.

26. После бала.

Как Алви накинул на меня плащ, как мы покидали дворец, как, вместе с появившейся откуда-то Эммой, садились в карету и как доехали до дома я уже помнила, будто сквозь туман. В нашей комнате, я только скинула платье и сняла украшения и забралась в кровать. И в тот же момент провалилась в глубокий сон.

А проснулась от яркого света, бьющего во все окна и громких женских голосов. Резко сев в кровати, я, в первую очередь, посмотрела на подушку мужа, но она была давно свободной. А потом перевела взгляд в сторону говорящих, не понижая голос, женщин. И удивилась, увидев расхаживающих по нашей с Алви комнате Томазину, Шанику, Венонну, Джилбертайн.

– О, Лиса, наконец, проснулась! – Радостно воскликнула Шаника.

– А мы-то думали, что с тобой делать: спящей из кровати вытаскивать или, все-таки, разбудить, окатив водичкой? – С не меньшей радостью сказала и Томазина.

– Я была за воду! Мы бы тебя разбудили и умыли одновременно. – Поставила жирную точку Джилбертайн.

– Доброе утро, – поприветствовала я их четверых. И, еще не понимая, как они оказались в нашей комнате, начала выбираться из-под одеяла.

– О, ты в нижней рубашке спишь? – Рассматривая меня, как какой-то музейный экспонат, проговорила Венонна. – Мой муж не любит, когда между нами бывают такие преграды. – Подобное откровение смутило только меня. Кажется, остальные женщины уже привыкли друг к другу и перестали удивляться странностям давно знакомых людей.

Я проскочила в ванную, а, выйдя, обнаружила в руках Венонны одно из своих новых платьев, темно-вишневого цвета. Оно, конечно, было с длинными рукавами, из плотного материала, без декольте – очень скромное.

– Одевайся, у нас аудиенция в королевском дворце, – протягивая его мне, сказала она.

– Я туда без Алви не пойду. – С опаской предупредила я.

– А мы все идём со своими мужьями. Сегодня даже уговаривать их не пришлось устроить нам развлечение. А они уже составляют коварные планы мести королевской семье.

– За что?

– За что мстить? Не знаю. Маги повод всегда найдут, – ответила она, уже заканчивая со шнуровкой на моей спине.

Пока мы говорили, я успела не только одеться, меня даже причесали. А украшения я надела вчерашние, но только серьги и браслет.

Время было уже ближе к десяти часам утра, но я не чувствовала себя отдохнувшей. И мне все ещё хотелось спать. Поэтому я часто зевала, прикрывая рот ладонью.

– Лиса, взбодрить, наконец. Я из-за тебя челюсть сверну, – проговорила Венонна, зевая вслед за мной.

– Девочки, – подавив следующий зевок, захотела я задать им вопрос, который мучил меня с ночи, – если наши маги участвуют только в парных танцах, почему нельзя передвинуть их к началу бала? Маги же столько делают для королевства, так что можно было изменить для них дворцовые правила. Я вчера так устала, что уже к началу наших танцев не чувствовала своего тела.

– Дело в том, Лиса, что маги самые хитрые и продуманные наглецы. Это, скорее всего, их идея – танцевать ближе к утру.

Я попыталась сама, без уточняющих вопросов, понять смысл этой хитрости.

– Они специально нас, своих жен, выматывают, чтобы нам долго танцевать не хотелось. – Подсказала Джилбертайн. – Понимаешь, мы все приезжаем во дворец вечером. Стоим, гуляем, общаемся, пьем и перекусывает. Только в комнаты отдыха не ходим, потому что это чревато: мужья-то нас всегда сопровождают. А там обстановка располагает к .. ну, ты поняла. Так вот, когда начинаются парные танцы, мы уже бываем уставшими, после такой ночи ещё долго не хочется танцевать.

– Но мы уже приспособились, перед балом несколько часов мы всегда дома спим. – Просветила меня Томазина.

– А, – понятливо кивнула я. Мне сейчас и вправду не хотелось танцевать. Даже просто на аудиенцию к королю ехать не было никакого желания.

Завтракать мне пришлось садиться в своей гостиной. Там на столе меня уже дожидался один прибор и еда с напитками.

– Алиса, ты поешь, мы уже завтракали. – Великодушно сказали мне. Но есть одной, когда четыре пары любопытных глаз следят за каждым моим движением, было очень тяжело. Я, почти не разжевывая, проглотила пару кусочков яичницы и быстро выпила уже теплый чай.

– О, как ты быстро поела. Теперь я верю, что ты хорошая хозяйка, – проговорила Джилбертайн.

Слушая, что по тому, как быстро и аккуратно человек ест, можно судить о том, какой он работник, я последовала за гомонящей компанией. В холле нас ждали все двенадцать магов, даже граф Зандер был здесь. Поприветствовав всех, я поспешила к Алви. Оказавшись в его объятиях, я поняла, чего мне так не хватало с самого момента пробуждения. Я же привыкла просыпаться рядом с любимым, и обычно мой день начинался с утренних нежностей и комплементов.

Когда Алви выпустил меня из объятий, оглянувшись, я заметила, что в помещении и маги, и их жены пристально наблюдают за нами.

– Простите, – сказала я за себя и Алви, раз уж он молчал. Все-таки, правила этикета не предусматривали подобного поведения супружеской пары при свидетелях.

– Не стоит, леди Алиса. – С улыбкой проговорил граф Зандер. – Мы просто любовались замечательными семейными отношениями.

– А я завидовал. – Добавил бородатый маг. – Но не беспокойтесь, я не глазливый.

– Было бы чему завидовать, – задирая рукава, громко сказала Джилбертайн и, приблизившись к бородатому магу, который был ее мужем, обхватила его за голову и с звонким чмоком поцеловала в губы.

Наверняка, такое поведение было нетипичным для Джилбертайн, потому что её муж, после показательного поцелуя, крепко и очень трепетно ее обнял.

Минутное замешательство было у всех, а я пораженно смотрела, как открыто любят маги. Разве можно не поддаться и не полюбить в ответ? Я, похоже, не устояла.

Прислуга принесла наши плащи, и мы, одевшись, вышли из замка.

– А где кареты? – Обернулась я к Алви.

– На каретах мы будем два часа ехать, пешком доберёмся втрое быстрее. – Ответил за всех Кларк. Алви взял меня на руки, и четверо других магов повторили за ним, подхватив на руки и своих жен. Я обхватила мужа за шею и уткнулась лицом ему в грудь.

– Готовы? – Спросил Кларк. – Понеслись!

И мы понеслись, даже было непонятно бегут маги или летят. Несколько раз Алви останавливался, чтобы накинуть мне на голову капюшон, который сносило ветром. Это случалось, когда я пыталась смотреть по сторонам на мелькающие мимо нас с невероятной скоростью картинки.

Когда мы добрались до парадного входа во дворец, маги продолжили идти уже с обычной человеческой скоростью. Нас с девочками поставили на ноги только уже в самом дворце. И всех нас сразу приветливо встретили несколько важных господ, а плащи с низкими поклонами забрали дворецкий с помощниками.

– Вас ждут в личном кабинете Его Величества. – После этих слов мы последовали в компании встречавших нас аристократов длинной шеренгой на второй этаж. Сейчас я уже не так разглядывала окружающую роскошь, ни разу не споткнулась и с открытым ртом на месте не замирала. Хотя здесь было чем любоваться и чему удивляться.

Двери кабинета короля перед нами распахнули дежурившие возле них гвардейцы, и в помещение стали входить в строгом порядке граф Зандер и Кларк, за ними бородатый маг и Джилбертайн, Алви и я вошли третьими.

В кабинете, во главе длинного стола, сидел король. Рядом с ним справа занял кресло принц Максимилиан, а слева сидела королева. И графиня Зандер сидела сбоку стола.

После традиционного приветствия всех пригласили сесть за стол.

– Господа, чем мы обязаны вашему визиту? – Немного нервозно спросил Его Величество.

Ответил ему граф Зандер:

– Ваше Величество, мы пришли с настойчивой рекомендацией, послать послов к нашим соседям с предложением заключить скорейший брачный союз между принцем Максимилианом и принцессой Авалоной.

– Я сам решу, когда и на ком я женюсь! – Хлопнув по столу раскрытой ладонью, выкрикнул принц.

– Немедленное бракосочетание Его Высочества необходимо, чтобы сохранить мир между двумя странами, – не обращая внимания на выкрик принца, продолжил граф Зандер. – А также мы надеемся, что занятый своей семейной жизнью, принц Максимилиан перестанет заглядываться на чужих жён, и наживать себе проблемы. – Я поняла, что Кларк не стал скрывать от отца, что принц объяснялся мне в чувствах на балконе.

– Кто бы говорил про чужих жён, – заваливаясь на спинку кресла, фыркнул принц. Но под суровым предупреждающим взглядом отца выпрямился и замолчал.

– Я не думаю, что свадьбой мы решим все разногласия с соседями, – проговорил король.

– Поверьте, все наши разногласия свадьба решит. – Возразил граф Зандер. – Магический Совет наших соседей обещает лояльность своего короля.

– Ну, – неуверенно, посмотрев на жену и сына, сказал король, – раз все разногласия улажены, мы соберём посольство к началу весны.

Мне казалось, что все должны быть довольны достигнутым согласием. И мы с Алви уже можем вернуться домой. Мне все ещё приходилось подавлять зевоту.

– К началу весны, Ваше Величество, вы должны обрадовать своих подданных радостной вестью, что скоро станете дедом. – Четко выговаривая фразы, возразил граф Зандер королю. – Посольство необходимо выслать в течение недели. И до конца месяца сыграть свадьбу.

Король не сразу, но кивнул. Королева Анна сидела, будто окаменев, а графиня Зандер смотрела на своего мужа, который и высказывал волю магов, с презрительным высокомерием. Мне даже представить было сложно, как он выдерживает этот взгляд, учитывая то, как маги трепетно относятся к любимым.

– Значит, вас волнует мир и стабильность в Лайтии? – Наклонившись вперёд, спросил, обращаясь ко всем магам, принц Максимилиан. – И что лично вы готовы сделать ради мира? Ничего! Значит, я один должен жертвовать своей свободой и жениться на Авалоне? Она же похожа на тощую козу!

– Максимилиан, принцесса Авалона очень мила и образованна, – попыталась успокоить сына королева Анна.

– Ваше Величество, я видел Авалону. – Пренебрежительно отмахнулся принц. – У нее выпученные бесцветные глаза и тонкие губы. И формы ее на женские не похожи! Ещё, говорят, у нее волосатые ноги.

По-моему, за сына стало стыдно обоим величествам. Да и маги смотрели на него с нескрываемым удивлением. Он, вообще-то, будущий король, и должен думать о благополучии своего народа, а не внешности будущей жены. Тем более, недопустимо озвучивать ее предполагаемые недостатки.

Принц долго ерзал на кресле. И, кажется, не прислушивался к словам королеве о том, что принцесса с их последней встречи сильно изменилась, похорошела. Ее красоте посвящают поэмы и музыкальные этюды. Художники просят о чести написать не портрет.

– Ладно, – сказал, наконец, принц Максимилиан, – раз всем нужен мир любой ценой, я не буду противиться. Но у меня есть одно требование.

И, посмотрев прямо на меня, он закончил:

– Леди Алиса должна стать моей фавориткой, хотя бы на один год.

В помещении воцарилась абсолютная тишина, я оглянулась на Алви, чтобы объяснить, что не имею к предложению принца никакого отношения. И он мне вообще не нравится. Но Алви смотрел прямо на принца Максимилиана, и я не решилась вымолвить хоть одно слово.

Тишину нарушить сдавленный хриплый выдох принца и, он, кашлянув, начал судорожно хвататься за шею и дергать шейный платок и ворот рубашки.

– Аластэйр, прекратите, – вставая со стула, сказал граф Зандер.

– Максимилиан! Граф Хартман, пожалуйста, – взмолилась, вскочив с кресла и подбежав к сыну королева.

А у принца с носа уже начала хлестать кровь.

– Аластэйр...! Карлтон, успокой его, – крикнула и графиня Зандер.

Все повставали со своих стульев, а Венонна, Томазина, Джилбертайн и Шаника начали суетливо дёргаться, хватая то стаканы с водой, то свои платочки.

Я перевела испуганный взгляд с задыхающегося и брызгающего кровью принца на сосредоточено всматривающегося в него мужа. И обхватила обеими ладонями широкую кисть Алви и крепко сжала ее. Он перевел взгляд на меня. Принц глубоко и шумно вздохнул и раскашлялся. Королева помогала сыну прийти в себя, подавая салфетки и наливая воду в стакан. А все остальные люди, снова успокоившись, заняли свои места. А у меня от сонливости не осталось даже следа.

– Мой сын был неправ, граф Хартман, – проговорил король. – Я приношу извинения за его поведение

Я хотела сказать, что поведение сына зависит от воспитания, которое ему дали родители, но не стала умничать и сыпать соль на раны короля и королевы.

А общая суматоха стихла, когда тихим голосом заговорил Алви:

– Маги всегда трудятся для процветания общества и не напоминают о своей реальной силе. Может, поэтому кто-то забыл, что присягали маги стране и народу, а не королевской семье.

– Ваше сиятельство, я повторно прошу прощение за слова и за вчерашнее поведение своего сына. – Немного нервозно повторил король.

– Ваше Величество, нам и вам не нужны раздоры. Тот, кто не обделён разумом, понимает, что война принесет только беды, и уплаченная цена не порадует даже победителей. Поэтому, повторяю слова графа Зандер, к концу первого месяца зимы принцесса Авалона должна быть наследной принцессой Лайтии. Несколько магов будут постоянно жить во дворце и наблюдать, достойно ли ведёт себя принц Максимилиан по отношению к нашей будущей королеве. В противном случае мы сумеем принять меры. – Закончил свою мысль Алви и многие в комнате одобрительно закивали.

Все маги, а за ними и мы, их жены, встали и вышли из-за стола.

– Мама, ты отправишься с отцом и со мной домой, – приблизившись к графине Зандер, сказал Кларк.

– Кларк, я должна помочь с обустройством покоев к приезду принцессы, – заявила она.

– Ваше Величество, моя мать незаменима во дворце? – Многозначительно спросил Кларк.

И король, которому маги за это утро, скорее всего, надоели, сказал сестре:

– Мелисса, езжайте домой, отдохните от дворцовой суеты.

Граф Зандер с таким облегчением выдохнул, что мне стало его очень жалко. Наверно, сын не только хотел вернуть жену отцу, которому без нее было плохо, но и пресек любые попытки влиять на графа Зандер.

Мы все, кроме графини Зандер, покидали кабинет короля довольные достигнутым успехом. Все-таки, маги это огромная сила, если одним разговором они смогли предотвратить большую войну между двумя странами. Только меня беспокоило неприличное предложение принца. Поэтому я остановила Алви и сказала ему, что не давала принцу повода думать, что он мне симпатичен.

– Алиса, Максимилиану безразличны твои симпатии. Но он не виноват в том, что не устоял перед твоей красотой. Только я тебя не отдам ни ему, ни кому-либо другому. – Без улыбки заявил Алви.

Я не смогла сдержать радостной улыбки и прошептала:

– Не отдавай, Алви. Мне ты нравишься.

И мы счастливые продолжили путь к лестнице на первый этаж. Когда мы спускались вниз по ступеням, дорогу нам перегородили женщина в полном трауре, у нее даже лицо было закрыто черной вуалью и мужчина, показавшийся мне знакомым.

– Доброго дня, графиня Хартман,– поприветствовал он меня, и уже по имени обратился к Алви:

– Аластэйр, давно не виделись.

Алви пожал протянутую руку:

– Граф Белл, вас, кажется, вчера не было на балу?

Но он, а это и вправду был уже знакомый мне граф, не смог ответить, его спутница подняла вуаль и спросила у Алви:

– А знаете почему я не была на балу, братец? – Я узнала и графиню Эльзу, старшую дочь покойного графа Хартман.

– Потому что вы должны быть в монастыре? – Приподняв бровь, спросил Алви.

– Аластэйр, я вернул жену домой, она думает, что вынашивает наше дитя. – Подавляя радостную улыбку, проговорил граф Белл.

– Вам лучше знать, как поступать с женой, граф Белл. Но дитя она не вынашивает. – Сказал Алви и попытался продолжить путь.

Только Эльза схватила меня за руку и спросила:

– Графиня Хартман, вы не хотите выразить мне соболезнование?

Я остановилась и посмотрела на нее, а потом перевела взгляд на мужа. Раз Эльза в траурной одежде, наверняка, кто-то из ее родственников умер. Только я не знала, кто именно, и Алви мне не говорил о умерших недавно родственниках.

– Неужели Аластэйр не сказал вам... – Переводя озлобленный взгляд с меня на моего мужа начала она.

– Эльза, успокойся, – сделал ей замечание муж.

– Я потеряла мать и сестру! И вы смеете требовать, чтобы я успокоилась! – Почти истерично накричала она на мужа. И повернувшись ко мне, чуть понизив голос, сказала. – Аластэйр обвинил мою маму и Эмилию в покушении на вас и настоял на их казни. Их даже мужья не стали защищать, потому что он... маг. Все боятся магов. И все законы переписаны для их удобства. – У нее уже стояли слезы в глазах и губы заметно дрожали. Но она, не обращая внимания на это и на пытающегося успокоить ее мужа, продолжила выговариваться. – Эмилии было только шестнадцать лет. Она ни в чем не была виновата. Ты, Аластэйр, жестокое чудовище! Я добьюсь справедливости у короля. Кровь моей семьи не останется неотмщенной... Алиса, он из-за денег убил их! Нашел повод и казнил, чтобы не выплачивать им приданое...

Она продолжала говорить и проклинать Алви, хоть граф Белл, обхватив ее за талию, потянул ее вверх по лестнице.

Я провожала взглядом Эльзу, потерявшую всю семью. Если бы я узнала, что с моей мамой и братом случилось что-то страшное, я бы не смогла это пережить. Даже сейчас, когда я привыкла к этому миру и привязалась к Алви, мне становилось больно за моих родных, стоило мне только представить, как они страдают, не зная, куда же я пропала.

И ещё, смотря на уже пустую лестницу, я вспомнила несколько фраз. Одну произнес Кларк, когда на следующий день, после покушения на меня, пришел на завтрак с опозданием. Алви спросил у него, наказаны ли все виновные. Кларк ответил: «Больше проблем не будет».

А вторую фразу сказал сам Алви, когда я уговаривала его навестить его замужних родственниц. «И в гости к моим родственницам мы спешить не будем». Я-то подумала, что он не хочет общаться ними. А, оказывается, он убил их обеих…

Поражённая такой жестокостью я посмотрела на Алви:

– Алиса... – Хотел он что-то сказать.

– Это правда? – Мне нужен был ответ на этот вопрос.

– Нет. Приданое я в день заключения брачного союза перевел на их счета в банке. И оно останется их вдовцам.

– Но ты настоял на их убийстве. Их Кларк убил?

Алви ответил не сразу:

– Их казнил палач. Кларк только отвез приказ судьи о смертном приговоре..

– Но…

– Алиса, они обе были виноваты. Допрос экономки показал, что виноватой является и Эмилия. И юный возраст ее не оправдывает. Она хотела, чтобы тебя истязали и убили назло мне. Вдохновителем этого преступления была именно она. Графиня Хартман оплатила наём преступников. Экономна нашла исполнителей, помогла им проникнуть на конюшни и направила тебя в западню.

Я думаю, что у Алви не было причин убивать родственниц. Он и так, выдав их замуж, выкинул их из своей жизни. И он не был жестоким... Я очень хотела верить мужу. Кому мне, вообще, верить в этом мире, если не ему?

– А-лиса, – Алви с нежностью обхватил меня за плечи и притянул к себе. Я не стала отталкивать его и вырываться. Наоборот, я сама обхватила его и прижалась крепче к родному человеку. Сердце Алви, которое билось громко и суматошно, стало потихоньку восстанавливать свой нормальный ритм.

– Любимая, спасибо, – над самым ухом прошептал Алви.

– Я знаю, ты не чудовище, – подняв к нему лицо, сказала я.

– Я обычный маг, Алиса. А рядом с тобой я очень счастливый обычный маг. – Тихо сказал Алви, проведя ладонями по моим щекам.

На лестнице раздались шаги, и Алви был вынужден выпустить меня из своих рук. Мы развернулись к выходу из холла, когда нас окрикнул голос Эльзы. Она с мужем спустилась с лестницы и, быстро приблизившись к нам, сказала:

– Алиса, Аластэйр, я хотела извиниться. Горе затуманило мне разум, только поэтому я наговорила вам гадостей. Я ни в чем не виню тебя, – прямо посмотрела она на Алви.

Он кивнул ей. А я ощутила радость, что поверила сразу мужу, не закатила скандала, не обидела его своим недоверием. И ещё мне очень приятно, что и Эльза не держит на него зла. В отчаянии можно всякого наговорить, но главное, что она осознала, что была неправа и извинилась

– Аластэйр, Алиса, чтобы возобновить родственные отношения, позвольте мне пригласить вас в гости. Мы бы посидели по-семейному. Нехорошо копить обиды, они со временем травят душу. – Искренне проговорила она, приложив руку к сердцу.

– Благодарю, Эльза. Я рад, что вы все поняли. – Сказал Алви.

– Но вы же принимаете наше с супругом приглашение? – Она переводила взгляд с меня на моего мужа и даже графа Белл попросила уговорить нас поехать в замок Белл.

– Эльза, может, в следующий раз? Сейчас вы устали. – Проговорил мягко Аластэйр.

– Вы не хотите со мной больше общаться? Если причина вашего отказа в этом, Аластэйр, я больше не буду повторять приглашение. – Обиженно проговорила Эльза.

– Нет. – Поторопилась я ответить за Алви. – Мы с радостью поедем к вам в гости.

Так как у нас кареты не было, мы вчетвером решили ехать на одной карете.