355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Лео Сухов » Искупление грехов (СИ) » Текст книги (страница 22)
Искупление грехов (СИ)
  • Текст добавлен: 25 июля 2020, 20:30

Текст книги "Искупление грехов (СИ)"


Автор книги: Лео Сухов



сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 32 страниц)

– Как мы это тащить-то будем? – подумал я вслух. – Всё-таки двести килограммов золота и серебра[7]…

[7]Нет, Шрам использовал другую меру веса. Но оно вам, уважаемые читатели, надо? Достаточно сказать, что они нашли примерно 20 000 монет весом под 120 килограммов – и кучу посуды и украшений ещё килограммов на 80. Весило это примерно 40 000 эо, что в переводе на килограммы и составляет около 200.

– Ты лучше спроси, как нам теперь живыми отсюда выйти, – хмуро бросила Пятнашка. – Кри-ана рассказывала, что нашла в городе десяток монет, золотое блюдо и цепь. И тому была рада.

Внутри недовольно заворочался Стефан Катуавр. Или довольно – по этому подонку не определишь.

– Да ножом по горлу боцману – и все дела, – пробормотал я так тихо, что почти никто и не услышал. «Почти никто» взглянула на меня с подозрением, но от замечаний воздержалась.

– Даже если мы всё раскидаем между своими бойцами, – заметил Эр-нори, – каждому придётся тащить почти пять килограммов.

– А все остальные будут нас подозревать… – кивнул Ша-арми. – Но прятать надо незаметно!

– Не несите чушь, – посоветовал им Нож. – Если мы сейчас будем гонять в верхнюю комнату только своих бойцов, все всё поймут. И тогда уж точно у кого-нибудь появятся недобрые мысли.

– Да, – кивнул я, принимая решение. – Хохо! Надо разделить всё равными долями. Половину нам в казну – и четверть между нашими бойцами, в равных долях. Ещё четверть – прибившимся, с выделением большей доли десятникам. Тогда они будут каждый за свою долю дрожать – и на чужие не позарятся.

– Да ты мерзкий и подлый тип, Шрам! – с уважением сказал Хохо.

– Эй! Вы там чего застряли? – раздался снизу крик Лысого. – Темнеет уже!

– Идём! – ответил я ему. – У нас тут новости… Собирайтесь все на втором ярусе.

На втором ярусе было одно большое помещение со сводчатым потолком, поддерживаемым четырьмя колоннами. Там я и донёс до бойцов радостную весть о находке и выделении каждому его доли. В зале поднялся возбуждённый гомон, и больше всего я боялся, что сейчас кто-нибудь спросит об общей сумме находки. Однако, узнав про сумму почти в три с половиной тысячи ули на нос, никто и не догадался спросить, сколько в итоге мы нашли. Может, потом и будут задаваться этим вопросом, но пока опасный момент был пройден.

– А почему ааори почти столько же, сколько и нори? – крикнул кто-то из тех, кого мы подобрали в этот день.

– Потому что я так решил! – ответил я.

– А чего так можно, да?

– Если ты не согласен подчиняться мне как командиру – я тебя не держу! – честно предупредил я, погрузив зал в тишину. – Но и спину тебе не доверю. Ищи себе другую башню.

Неожиданно раздался голос Кри-аны, которая вдруг решила меня поддержать:

– Слышишь ты, умник!.. Кто там возник такой?! Благодаря одному из простых ааори мы вообще попали в эту башню. Ты бы лучше спасибо сказал, что всем долю выделили. Другие бы зажали, и остался бы ты без денег!..

– Да кто бы зажал? – нори никак не мог успокоиться.

– Я бы зажала! – доходчиво объяснила ему Кри-ана. – А любого несогласного жгла бы в весёлом костре!

– Ты полегче, парень!.. Этот пожар в Пуще она и устроила, – хохотнул Лысый. – Кри-ана шутить не любит!

Пока Хохо с помощниками из нашего отряда делил добычу, девушки готовили ужин из того животного, которое подстрелили разведчики. Остальные бойцы, кроме дозорных, были уложены спать. Я проснулся, чтобы получить свою пайку из крохотного куска жареного мяса и жидкой каши, съесть его – и снова отправиться на боковую. За день бойцы вымотались полностью, и силы требовалось как можно быстрее восполнить.

Нежить пришла, как только темнота окутала лес. Сначала небольшие группы низших ходили по краю леса вокруг холма – затем они приблизились к стенам. Мы закрыли дверь в башню на засов и старались не шуметь, чтобы не привлекать внимание. Разве что бойцы по одному тихо уходили с нижних ярусов наверх за своей долей золота. Сходил и я. Мне всучили мою добычу и часть казны. Я снова прикорнул на золоте – и успел порадоваться перед сном, что нежить нас в этой башне вряд ли достанет.

Проснулся я от криков дозорных. Пытаясь сообразить, что происходит – протиснулся к бойнице, где уже столпилось человек пять. И сначала ничего не понял.

– Вон-вон! Летит! – крикнул кто-то, и тогда я перевёл взгляд на небо.

Пожар в Пуще разгорелся в полную силу, и в неверных отблесках далёкого огня можно было заметить крылатую тварь, мелькавшую над деревьями. В какой-то момент мне показалось, что на твари даже кто-то сидит, но я отмахнулся от этих мыслей. И только когда кто-то из бойцов упомянул наездника, я поверил своим глазам – да, наездник на твари имелся.

– Что там с добычей? Раздали? – спросил я, поймав за руку помогавшего Хохо Нетника.

– Да, верхний ярус пуст, – кивнул тот.

– Так, дозорные… Продолжаем следить! – приказал я. – Пятнашка, уводи всех девушек, кто займётся лечением, в подвал. Хохо!.. У нас есть, чем перекрыть спуск?

– Ничего нет! – ответил тот.

– Лысый!..

– Да?

– Найди бойцов, которые будут охранять подвал. Нори, Нож – на вас оборона на пятом ярусе. На крышу тут получится выйти?

– Можно! – кажется, откликнулся Кирри. – С четвёртого отдельная лесенка ведёт наверх. Сейчас там пара дозорных.

– Отозвать вниз! Срочно! – приказал я. – Арми, Хохо, Хмурый, на вас подготовка лучников. Чтоб у каждой бойницы трое стояли и могли стрелять по очереди. Кри-ана! Готовь мудрость – может скоро понадобиться.

Подготовиться мы не успели. Башня вздрогнула, когда не неё приземлилась неизвестная тварь. Разглядеть мы её не могли, но и она внутрь пробраться не пыталась – просто сидела наверху. Я поднялся на четвёртый уровень, где два отряда приготовились отражать нападение. Бойцы столпились у темного прохода, в котором начиналась лестница на крышу, опоясывавшая башню по всей окружности. Пока ничего не происходило. Напряжение росло, бойцы молча таращились в темноту прохода – а потом сверху раздались шаги. Тяжёлые, неспешные и спокойные. Тот, кто спускался вниз, не испытывал перед нами никакого страха.

В свете горящих на стенах факелов в зал на четвёртом ярусе из прохода шагнула высокая человекоподобная фигура. В полтора раз выше самых высоких бойцов отряда. Вокруг фигуры мерцала тонкая плёнка, похожая на мыльный пузырь. Но мне что-то подсказывало, что пробить этот пузырь не сможет никто из нас. Стоило взглянуть на неё другим взглядом, как стало понятно – догадка была верна. Плёнка возникала из тончайшего плетения искр мудрости – такого сложного, что узор рассмотреть у меня не получилось.

Тем временем фигура приблизилась – и стали видны детали. Наш гость действительно напоминал человека. Только напоминал. Лицо его представляло собой череп, на котором органично перемешались костяные пластины и жгуты плоти, непроницаемо чёрные большие глаза – и костяная корона с рогами вместо волос. Из-под челюсти, прикрывая шею и плечи, тянулся водопад костяных пластин. Слишком длинные руки, тоже прикрытые костяными пластинами, находились в постоянном движении. Кисти деформировались, мизинцы были оттопырены и увенчаны огромными острыми костяными ножами. Остальные пальцы больше напоминали человеческие – только на последние фаланги будто бы кто-то надел колпачки, переходящие в толстые когти. Всё его тело, как у гусеницы, было покрыто костяными опоясывающими кольцами, которые, однако, не мешали твари изгибаться в нужном направлении. Ноги гнулись коленками назад: частично они были скрыты костями, частично сквозь костяк проступало чёрное мясо. Ступни, трёхпалые и широкие, придавали всему облику сходство с каким-то прямоходящим ящером.

– Каратель, – выдохнула Кри-ана. Хотелось мне спросить, что она тут делает, но это было бы сейчас совсем не к месту. Вместо этого я приказал:

– Оставайтесь на месте!

Каратель втянул в себя воздух и, чуть согнувшись, обвёл нас взглядом. На каждом бойце он замирал буквально на секунду, а потом чуть поворачивал голову. Понять, на кого обращено внимание карателя, было несложно – этот человек вздрагивал. И только когда взгляд добрался до меня, я понял причину. Ощущение было такое, что меня раздели, перебрали мои вещи в сумке и всё, что я прятал в поясе и под бронёй. Честно говоря, ощущение оказалось донельзя неприятное.

Стоило карателю осмотреть каждого бойца на четвертом ярусе, как он двинулся к лестнице на пятый, а мне пришлось пятиться перед ним, а потом подниматься бегом – требуя от бойцов не пытаться напасть. С этой тварью никто из нас ничего сделать не мог. Совсем ничего – только разозлить. А он, кажется, не собирался нас пока убивать. Так гость осмотрел верхние ярусы, а потом спускался всё ниже и ниже, с трудом протискиваясь в проходы в башне, пока не достиг подвала.

Единственной, кому он уделил чуть больше внимания – была Фука. Каратель остановился рядом с ней и долго смотрел, а потом вытянул руку и указал на её мешок.

– Открой ему мешок, – приказал я, чувствуя полнейшее бессилие что-то изменить. Девушка дрожащими руками развязала горловину. Каратель нагнулся, осматривая содержимое, осторожно сдвинул вещи и вытащил со дна мешка одно из ожерелий, которые мы нашли в верхней комнате башни. Он поднял его к глазам – и на какую-то долю секунды в них мелькнуло что-то совсем человеческое. Словно блеснуло светом в густой темноте.

– Ссссссзаберу, – выдохнул он еле слышно. – Дооочщщщь…

Ожерелье исчезло под костяными пластинами, а он продолжил обход. Когда последний из бойцов был осмотрен, тварь развернулась – и так же молча, как и пришла, начала подниматься на крышу. А я снова бежал впереди, предупреждая бойцов. Только на лестнице он обернулся, глянул на меня и выдохнул:

– Ссссвет… уйдесссш…

– Мы можем уйти? – переспросил я.

– Дсса…

Он скрылся в темноте лестницы, а я стоял и слушал с другими бойцами тяжёлые шаги, которые всё удалялись и удалялись. Потом башня снова вздрогнула, и огромная крылатая тень промелькнула над холмом, скрывшись в направлении города. В тот же момент нежить отхлынула от стен башни и скрылась в лесу. Я повернулся к бойцам на четвёртом ярусе и приказал им идти спать. А потом пошёл вниз, отдавая всем такой же приказ.

– Как так? – высказал общий вопрос Нож, когда мы наконец вернулись в залу на втором ярусе.

– Нас отпустили, – пояснил я. – Всё завтра. Сейчас просто спать!

Глава 29

Утренний совет проходил в расширенном составе. Присоединились все, кому хотелось послушать – и кто был готов не устраивать базар. Обсуждали мы, что делать дальше. Вернее, что делать, после моего короткого объяснения, знали и так – выходить из Пущи. Было непонятно, как это сделать. Буквально в половине дня пути от башни лес выгорел. Еды там нет, воды – повезёт, если найдём. Хохо тихонько подсел к Кри-ане и расспрашивал её о самом наболевшем. Краем уха я прислушивался и к этому разговору.

– А ты первый раз здесь была? В центре Пущи? – спросил мой десятник.

– Да, – хмуро ответила Кри-ана. – Никто так глубоко в Пущу не заходит.

– А почему вы башню не пытались обыскать? – не унимался Хохо.

– Потому что она закрыта, – ответила Кри-ана. – А тощих безымянных мы с собой не таскали.

– Ну а мудростью? Или дверь выломать?

– Хохо, – устало ответила Кри-ана, – я понимаю, к чему ты клонишь. Нет, никто не думал, что башня набита золотом. Все башни возле тракта вскрыли ааори – и ни в одной не обнаружилось ничего интересного. Почему что-то должно было найтись здесь? К тому же, когда сюда впервые приходишь, мой Хохо, смотришь не на башню, а на город…

– Ну всё-таки странно…

– Ничего странного в этом нет, – прервала его девушка. – Ты сам бы полез в запертую башню, если бы за нами вся нежить Пущи не гонялась?

– Нет…

– Ну вот никто и не лез…

На этом подслушивание пришлось прекратить – и обратить внимание на Эр-нори и Ша-арми, которые решили переспорить друг друга в вопросе, как и куда нам всем идти. Ша-арми предлагал вернуться в лагерь, а Эр-нори хотел выходить из Пущи по прямой по самому короткому маршруту, а потом вдоль леса идти до лагеря. В спор я вмешиваться не стал – только слушал аргументы.

Вернувшийся Кирри рассказал о результатах разведки. Практически вся нежить ушла. Те, кто остался, на бойцов отряда смотрели с подозрением, но почему-то не нападали, и, даже больше, отходили в сторону. Хотя такого, по всеобщему мнению, быть не могло – ведь нежить тупа и постоянно голодна. А я не решился рассказать, что после визита Гано-Имиса над каждым бойцом горела наложенная мудростью метка, которую раскидать никак не получалось: как её ни разрушай, она всё время восстанавливалась.

– Слушайте, давайте мы не будем уже удивляться? – попросил Нож, а Хмурый и Лысый согласно покивали.

– Точно, у нас еды – опять на пару перекусов, – заметила Ладна. – А нам ещё надо выйти отсюда.

– Подстрелим какую-нибудь живность! – успокоил её Эр-нори, а потом понял свою ошибку. – Эх… Не подстрелим… Лес же выгорел.

– Вот тебе и «эх», – согласилась Ладна. – Нам надо как можно быстрее выступать. Пока нас нежить не трогает, и пока еда ещё есть.

– Мы вообще-то птицы настреляли, – заметил Кирри. – Но это на один разок всего покушать.

– Их готовят уже? – поинтересовался Хмурый.

– Готовим! – донеслось с лестницы на первый ярус.

– Давайте тогда позавтракаем и в путь? – предложил Нож. – Шрам, ты чего молчишь?

– Вас слушаю, – ответил я. – Давайте-ка мы завтрак не будем доедать? Часть сохраним на ужин. Может, мы и будем голодными, но сил для марша должно хватить.

– Ты предлагаешь? – уточнил Хохо.

– Ну… – я задумался. – Нет, это я вам уже порядок действий наших излагаю. Сейчас ползавтрака – вечером оставшееся доедаем. Двигаемся к лагерю. Сразу к лагерю. Без остановок.

– А если нежить? – уточнил Кри-ана.

– Не тронет нас пока нежить, – уверенно ответил я. – В лагерь надо успеть до конца чистки. Сколько уже прошло? Семь дней?

– Сегодня седьмой, – подсказала Пятнашка.

– Получается, сегодня последний день? – расстроился я.

– Нет, это ааори семь-восемь дней чистят, – ответила Кри-ана. – Вообще-то чистка занимает десять дней. Можем успеть.

– Ну тогда идём точно на лагерь. У нас там остался обоз, и нам его надо забрать.

– Да купили бы всё новое! – возмутился Эр-нори. – Ну правда, у каждого мешки золотом забиты!

– А казараму ты нашу на что чинить будешь? А вэри ты на какие деньги будешь становиться? – немедленно взвился Хохо. – Эй! Кто тут много скопил за свою долгую жизнь в нори? Поднимите руки!

Рука Кри-аны непроизвольно дёрнулась – и быстро опустилась.

– Видишь? Все, небось, тоже думали: «Куплю новое»! – тут уже многие из прибившихся, в том числе и Кри-ана, сами подняли руки. – Всю жизнь новое покупать – никаких денег не напасёшься! Мы этих кавалей в Линге полгода отбирали! Более спокойных животин на свете не сыщешь. Плевать, сколько у нас денег!… Ты видел, как в одного из кавалей в степи стрела попала?

– Ну видел…

– А знаешь, что делает нормальный каваль в таком случае? Он начинает орать и ломиться, не разбирая дороги и ломая упряжь! – разошёлся Хохо. – А наш дёрнулся и остался стоять! Да мне эти кавали дороже тебя!..

– Хохо! – попытался я его урезонить, но Хохо вошёл в раж и не собирался останавливаться.

– А телеги ты наши видел? Сколько мы с ними прошли? Своими руками их сделали крепостью на колёсах! – продолжил десятник.

– Я уже понял. Телеги тебе тоже дороже меня! – согласно кивнул Эр-нори.

– А палатки?

– Хохо! – не выдержав, прикрикнул я. Тот выдохнул, посмотрел на Эр-нори и почти прошептал:

– Тоже дороже!..

– Ты просто любишь деньги больше людей, – не удержался от колкости Эр-нори.

– Так, угомонились оба! – приказал я, сдерживая смех. – Всё!.. Идём в лагерь. По тракту и дальше по прямой. Ходу тут три дня – в худшем случае. Выступаем сразу после завтрака. Вещи собираем сейчас. Поели, вытерли посуду травкой – и сразу в путь!

Выступили мы бодро. Путь был уже знаком – даже дорогу натоптать успели. Шлось нам легко и быстро ровно до того момента, пока в середине дня перед нами не открылось пожарище. Огонь прошёл тут стеной: лес выгорел, земля была покрыта пеплом и сажей. Буреломы продолжали чадить и тлеть. Дым плотным туманом окутывал путь впереди. Пришлось останавливаться, искать источник воды и заматывать лица влажными тряпками. У некоторых бойцов рубахи сильно укоротились.

Идти стало тяжело – настроение если и не испортилось, то было далеко от утреннего, когда путь назад казался лёгкой пешей прогулкой. Под вечер мы достигли нашей второй башни, но останавливаться не стали – только пополнили запасы воды. Я приказал идти дальше, пока не станет совсем темно. Хотя бойцы и вымотались, но оставаться здесь было физически тяжело: неубранные из-под стен трупы воняли до тошноты.

Место для ночлега нашли уже в темноте. Я готов был отдать приказ становиться лагерем прямо там, где мы шли – когда Кирри принёс новость, что впереди есть каменистый холм, где и пепла нет, и дым на вершине не так беспокоит. Ещё полчаса осторожной ходьбы, и мы добрались. Костёр было жечь не из чего – всё выгорело. Мы наскоро поужинали остатками завтрака и улеглись спать прямо на камнях.

Всю ночь я ворочался, пытаясь устроиться так, чтобы камни не впивались мне в тело – однако это мало помогало. Я засыпал и просыпался, чтобы снова провалиться в сон. Утром встал разбитым и невыспавшимся, как и большинство бойцов. Завтракать было нечем, но роптать никто не стал – отправились дальше голодными.

С каждым шагом идти становилось всё сложнее. Пожар прошёл здесь совсем недавно, поэтому дым стал гуще и постоянно щипал глаза. К тому же, нам приходилось обходить участки с раскалёнными завалами. С такой скоростью первой башни – где недавно отбивались от нежити – мы достигли только во второй половине дня. Здесь нам повезло: удалось найти невыгоревшие запасы дерева. Те самые, что мы заготовили в первый день нашей «осады». Нагрузившись топливом, мы шли до темноты. К сожалению, холмы и тракт забирали на восток – и нам пришлось сойти с удобной дороги, продираясь через сгоревшие остатки Пущи.

Далеко от башни уйти не получилось – добрались мы только до того места, где нас застала нежить в первый раз. Да и клубы дыма впереди подсказывали, что дальше пока идти нет смысла.

Лагерь устроили в овраге, по дну которого тёк ручей. На костре приготовили остатки припасов и раздали на ужин. Немного каши, немного мяса, немного сухофруктов. Я и Пятнашка устроились чуть в отдалении – думали посидеть и поболтать, но в результате рядом оказались Пузо с Зенкой, Хохо, Нож, Эр-нори, Ша-арми, Молчок, Одноглазый, Суч, Рыба и Кирри. Все они не собирались сидеть молча и лениво болтали, о чём придётся.

Спустя несколько минут к нам подтянулись Ри-эна, Лысый и Хмурый. Они топтались в нескольких шагах, будто решаясь на что-то. Первой не выдержала Ри-эна.

– Шрам, а можно я спрошу? – девушка уселась рядом с нами, заметила Молчка и недовольно отодвинулась. – Шрам… а можно к вам в отряд? И я, и все мои друзья – хотим к вам. А ещё Хмурый и Лысый…

Я открыл рот, но, как оказалось, список был неполный.

– И безымянные хотят стать нори и к вам. Можно? Мы даже готовы заплатить… Просто к вам в отряд хотим. Ты не подумай… если откажешь, мы всё поймём! Я знаю, вы все уже давно сработались, но мы тоже будем хорошими…

– Стой! – попросил я, заслужив одобрительный жест Молчка. – Хмурый, Лысый, вы чего там жметёсь? Давайте сюда! И теперь медленно, не частя, объяснитесь с вашими желаниями!

– Шрам, мы тут подумали… – начал Лысый, пряча от меня взгляд и крутя в руках сухую травинку. – У тебя в отряде 47 человек. У меня сейчас пятнадцать нори, с которыми я разговаривал по этому поводу. С Ри-эной пятеро нори. Есть ещё Хмурый и его десяток. И ещё два десятка безымянных… И мы все хотели бы войти в ваш отряд.

На этих словах Лысый решительно сломал травинку и поднял на меня глаза.

– Хм-м… Это всё хорошо, – кивнул я. – Но одно из главных правил отряда – мы все прикрываем друг друга. Всегда. Понимаете?

– Мы понимаем, Шрам. Я вообще сразу на всё готова, – быстро закивала Ри-эна. – Я даже согласна на какой-нибудь испытательный срок…

– Мы все согласны, если вы захотите нас проверить, – прервал её Лысый. – Я почти уверен, что большинство нори из Мобана из кожи вон лезть будут, чтобы удержаться у вас и быть хорошими товарищами. С нори из Форта я не говорил, да они и не рвутся.

– Вэри зато рвутся, – раздался негромкий голос Кри-аны. – Вы не против, если я тоже попрошусь?

На девушку смотреть было больно, хотя и дура она ещё та. Второй день Кри-ана пребывала в мрачнейшем настроении.

– А у тебя-то что случилось? – вздохнул я.

– Вот это всё случилось, – пояснила она, обводя вокруг рукой. – Пущу я сожгла…

– Ну ты не всю Пущу сожгла, – засмеялась Пятнашка, но Кри-ана шутку не поддержала.

– Ещё хуже, – ответила она хмуро. – Я сожгла ту часть, которая рядом со степью… Вы хоть представляете, как горит степь?

– Ну степь-то вроде не горит… Вон и лес почти потух, – с сомнением произнёс Нож.

– А кто его тушил? – спросила девушка и закусила губу. – Я до конца своих дней буду грузчиком в порту работать…

– Такое ощущение, что ты специально, – удивилась Зенка, которая до этого с Кри-аной не разговаривала вообще. – Ты вообще людей спасала.

– Кого это волнует? – тихо проговорила вэри. – Все и так уже считали меня полной…

– Так… ладно, – прервал я эти словоизлияния и посмотрел в глаза бойцов своего отряда. – Думаю, у нас получится принять всех желающих. Ребята вы вроде все неплохие, да и в любом случае у всех вас действительно будет испытательный срок. Хотя нет… Вас, Лысый, Ри-эна и Хмурый, я готов взять сразу и навсегда. Но раз уж желающих много… Завтра пускай подойдут все сюда, и мы заключим договор. Хм-м-м… Кстати, Хохо, у тебя договор с собой есть?

– Нет, – рассмеялся Хохо. – Я с собой не брал! Кого тут нанимать было? Разве что нежить!

– Тогда при свидетелях устно, – предложил я. – Так ведь можно?

– Можно, – подтвердила Кри-эна. – Правда, возьмёте меня?

– Возьмём и заставим учить мудрости, – кивнул я. – Да и тебя будем чему-нибудь учить. Хохо, а мы можем взять безымянных в отряд?

– Можем… Вот только нори они станут с теми именами, которые у них есть сейчас, – кивнул тот.

– Это у вас что за отряд такой? – не поняла Кри-ана.

– Да так… повезло однажды, – отмахнулся я. – Лысый, ты предупреди ааори, чтобы имена какие-нибудь выбрали. Ну или старые прозвища изменили. Нори они будут становиться с теми именами, с которыми наймутся.

– Ну… если захотят – могут потом сменить… за тысячу ули, – кивнул Лысый. – Я предупрежу.

– Давайте-ка пока все спать. Завтра прямо с утра заключаем устный договор… Хохо, ты хоть текст помнишь? – снова пристал я к десятнику.

– Да ну за кого ты меня принимаешь?! – возмутился весельчак. – Конечно, помню! Такой уникальный договор, как у нас, ещё поискать.

– Ну вот и хорошо. А теперь всем спать!

Утром приём провели массово – сразу перед выступлением. Формальная часть заключалась в том, чтобы назвать своё имя и подтвердить согласие на перевод в отряд – повторив основные пункты устава и согласившись с моим командованием (и установленным окладом). Нори из Форта, которые в наш отряд не рвались, выступили свидетелями. Может, слово простого нори стоит и немного, но десятник – это уже «юридическая сторона», как сказала Кри-ана. Заняло всё от силы минут десять. После этого мы покинули овраг и направились в сторону лагеря. И я очень надеялся, что там нас всё ещё ждут.

Когда к полудню мы, наконец, увидели край Пущи и вышли из сгоревшего леса – я понял, что лагерь не просто стоит, но и увеличился в размерах. Стражников из Мобана видно не было, зато первым, кого я заметил, была эра Зана, под чьим командованием наша полусотня шла к Мобану в прошлом году. Когда мы вышли, она что-то втолковывала лори Ражему с самым суровым видом. Местность у опушки изменилась. Вдоль всей линии деревьев – насколько хватало глаз – тянулась полоса перекопанной земли в 40–50 шагов шириной.

– Так-так-так! Это кто у нас тут вышел из леса? – раздался голос чуть в стороне, привлекая внимание к нашему отряду. Повернувшись, я увидел мудреца-карающего, спешно направляющегося к нам. – Последние два десятка ааори, а стражники уже отправились в Мобан… И ещё нори какие-то… Дезертиры!

Нори из Форта стали отходить бочком, а остальные продолжили стоять, сбившись в плотную толпу. Сжимая зубы, я смотрел на приближающегося мудреца.

– И что же с вами, нори и ааори…

– Уважаемый, вы разговариваете с бойцами сотни «Баржа», – прервал я его, заслужив удивлённый взгляд. – Я – сотник Шрам. И если у вас есть вопросы к этим бойцам, то решать их прошу через меня.

– Но это же ааори и нори! – возмутился мудрец. – Они, простите, принадлежат княжеству!

– Служат, вы хотели сказать? – не удержался я от колкости. – Принадлежат рабы, а в Империи нет рабства.

– Ну служат! – огрызнулся мудрец. Были времена, когда карающие у меня вызывали оторопь. Но теперь, глядя на брошь и отмеченную на ней четвёртую ступень мастерства, я этого рыхлого великовозрастного человека даже пожалел. – Нельзя нанять ааори в вольный отряд!

– В моем отряде нет таких ограничений. Они на законных основаниях вступили в нашу сотню. И до тех пор, пока они в ней находятся, они подчиняются мне, – возразил я.

Вокруг начали скапливаться бойцы из лагеря. Даже эра Зана подошла ближе и с интересом прислушивалась.

– Да плевать мне на вашу сотню и её правила….

– Что, простите? – я прервал мудреца и выгнул бровь.

– Ты не слишком ли нагл, вэри? – удивился тот. – Сначала прояви уважение и назови меня мастером!

– В отличие от вас, я пока ещё не плевал на правила, утверждённые канцелярией Его Императорской Полубожественности, – заметил я. – И ваше мастерство, боюсь, под большим вопросом, после того как вы это публично сделали. Надеюсь, у вас есть подтверждение мастерства в мудрости?

– Я… Его Полубо… А у тебя есть заключённый с ними договор?

– Устный договор, заключённый при трёх и более свидетелях, – выступила на шаг вперёд Кри-ана, – согласно Эдикту Его Императорской Полубожественности.

– Вот и свидетели, – указал я на нори, которые отошли от нас, но встали неподалёку.

– Устный договор был? – прямо спросила эра Зана у троих десятников.

– Да, эра! Был заключён этим утром, – ответил один из них. Остальные ограничились кивком.

– Всё, полумастер, проваливай… – она бесцеремонно оттолкнула карающего и подошла к нам. – Так… Шрам, значит…

– Да, эра, – я скромно кивнул.

– Шрам, а не знаешь ли ты… совершенно случайно… какая скотина подожгла лес? – спросила она, глядя на меня смеющимися глазами.

– Совершенно случайно, эра, – ответил я, – знаю.

– Пошли, – эра усмехнулась. – Сейчас ты будешь долго и с чувством рассказывать, как такая неприятность случилась, и кто в этом виноват. Отряд свой гони в лагерь. Пускай там ждут!

Если бы я знал, перед кем мне придётся отчитываться, правду от меня эра бы так и не узнала. Эр Скаэн, эр Ненари, эра Зана, лори Энари, лори Ражий, лори Ани-ин, ещё несколько лори и даже Толстый Э – который, увидев меня, начал хохотать в голос. Рассказ вышел долгий – в том числе, и потому что постоянно прерывался вопросами. Про Кри-ану пришлось рассказать, однако, когда эры начали придумывать кары девушке – я сознался, что она теперь тоже в моём отряде.

– А её-то зачем? – возмущённо спросил эр Скаэн. – Три дня косари из Угеля вместе с нори тушили эту проклятую Пущу! Три дня!.. Чтобы огонь на степь не перекинулся! Ты хоть понимаешь, сколько вам придётся отрабатывать? Знаешь, сколько людей вместо того, чтобы нежить резать, и запасы заготавливать занимались прополкой степи?

– Подожди-подожди, эр! – возмутился Толстый Э. – Я вот услышал, как вас нежить загнала в центр, как вы отбивались, как собирали выживших. Это всё звучит героически и прекрасно. А как вы вышли-то?

– Нас не трогали, мастер, – ответил я.

– Это я и сам вижу!.. Вас теперь нежить Пущи трогать не будет! – хлопнул рукой по столу мудрец. – И даже знаю, почему! Но ты ни слова не сказал уважаемым собравшимся про то, как вы повстречались с Гано-Имисом! И чем вы ему так полюбились?

– Что-о-о? – у эры Заны брови поползли на лоб, Ненари закашлялся, а Скаэн с подозрением уставился на меня.

– Шрам, ты же обещал… – напомнил он мне.

– Да, эр. Я и отказался, – честно ответил я.

– Э-э! Можно чуть-чуть подробнее, что обещал и от чего отказался? – не выдержал Толстый Э.

– Шрам, ты точно не соглашался с предложением Скаса? – повторил эр.

– Да, эр! – ответил я. – Я ответил ему отказом.

– Вы были в самом Ано-Стен-Старе? Или рядом с ним? – не унимался Скаэн.

– Мы не были в Аностене, – ответил я. – Но, отступая от нежити и пожара, спрятались в башне в переходе от стен.

– Так она же закрыта…

Вот тут я с большим подозрением уставился на проговорившего это Ражего, а тот уставился в стену шатра – делая вид, что ничего не говорил.

– А мы её немножко открыли, – ответил я, обводя взглядом присутствующих в шатре.

– Э! Кто-нибудь что-нибудь объяснит? – разозлился мудрец.

– А Скас был в Анастене? – спросил Скаэн.

– Скас в Анастене был, – вынужденно признался я. Совсем не хотелось рассказывать про Скаса при всей честной компании, но, кажется, у эра были свои мысли на этот счёт.

– Рассказывай! – приказал он.

И мне пришлось пересказывать историю Кри-аны и Ри-эны. Слушали меня, не прерывая – а когда я закончил, наступила тишина.

– Мне вот одно интересно, эр, – проговорил Ражий. – А Скас не догадался, к каким жертвам это может привести? Пара сотен нори, почти все ааори из Мобана…

– Во-первых, когда это волновало Скаса? – хмуро ответил вместо Скаэна Ненари. – Во-вторых, ааори и так из Пущи возвращаются не все. Ааори и нори из Мобана и так живут не сладко, и больше, чем это сделали мобанские аори, жизнь им испортить было невозможно. А вот то, что он что-то утянул из города – это плохо…

Скаэн кашлянул и повёл глазами в мою сторону.

– Ладно, Шрам. В целом, к тебе вопросов больше нет, – эр Ненари посмотрел на меня. – Плохо только, что ты опять оказался замешан в какую-то историю… Но, видимо, придётся мне к этому привыкать. К этой твоей Кри-ане у меня, конечно, теперь особое отношение, но раз уж вы её в свою сотню приняли… то и будете всей сотней отвечать. Тут могу предложить сделать так: или штраф в сорок тысяч ули, или месяц на покосе травы в степи.

– Не слишком? – спросил эра Зана.

– Не я придумывал правила, – развёл руками Ненари. – Нанесение ущерба, хулиганство… Всё, Шрам, иди в лагерь. Готовьтесь к покосу.

– Эр! – взмолился я. – А можно штраф уплатить?

– Ну разве что на вас свалится мешок золота к вечеру, – хмыкнул Ненари. – Только учти, если не наберёте – будете косить.

– Да… А тут менялы есть, эр? – теряя надежду, спросил я.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю