Текст книги "До скорой встречи (ЛП)"

Автор книги: Лекси Аксельсон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 21 страниц)

– Подожди… так ты Райдер? – спрашиваю я. Всё становится на свои места. Брат рассказывал мне о нём по телефону во время миссий, и имя Райдер всплывало постоянно. Он делился историями о розыгрышах, которые они устраивали над другими ребятами из команды.

– Да. Моё полное имя – Дэниел Райдер.

Я прикрываю рот ладонью.

– Можно я сфотографирую, пожалуйста? Он выглядит таким счастливым.

– Конечно.

– Подожди, почему я не встречала тебя раньше? Почему не видела тебя на похоронах? – спрашиваю с досадой.

Почему, если они были так близки, он не пришёл проститься? Почему мы встретились только сейчас?

Дэнни вздыхает. Он опускает взгляд на свой стакан с виски, сжимая его так сильно, что костяшки пальцев белеют. Затем снова поднимает на меня взгляд, полный стыда. В уголках глаз появляются мелкие морщины, когда он хмуро смотрит в мою сторону.

– Я был там. На похоронах. Стоял сзади, наблюдая за всем. Я видел, как его опускали в землю. Прости, что не выразил свои соболезнования тебе и твоей маме лично. Для меня это было слишком тяжело. Но моя команда была на похоронах.

Как только он это произносит, до меня доходит, что Дэнни тоже спецоператор. Его голова опускается. Он крепко зажмуривается, потирая затылок рукой.

Мои глаза расширяются.

– Команда? – тихо переспрашиваю.

Он кивает.

Чёрт.

– О… Так ты – «морской котик»?

5.АРИ

– Это не то, о чём я рассказываю на первом свидании, – вздыхает он.

Ох.

Он тоже морской котик, как Пол?

Моё сердце пропускает удар. Я чувствую, как к щекам приливает жар, и я краснею. Отворачиваюсь, позволяя волосам упасть на лицо, чтобы он этого не видел. Никогда не чувствовала ничего подобного ни с одним парнем. Никто не заставлял меня чувствовать себя такой живой, а мы едва знакомы. Это впервые для меня.

– Так почему именно флот? – я хочу продолжить разговор и избавиться от неловкости. И хочу узнать больше о Дэнни. Он один из ближайших друзей моего брата. Я не думала, что смогу проникнуться к нему ещё большей симпатией за такое короткое время, но это изменило всё. Из-за того факта, что он был связан с моим братом, мне становится комфортнее рядом с ним. Ощущение, будто он больше не чужой человек.

– Ну, мой отец был морским котиком, так что мне пришлось продолжить семейную традицию, – я замечаю, как он сжимает челюсти на словах «семейную традицию». В том, как он это произнёс, чувствуется неприязнь к своей семье. – А ещё я хочу быть частью лучшей команды в мире и уничтожать плохих парней. Всё просто.

– Во скольких операциях ты уже участвовал? – с любопытством спрашиваю я.

Дэнни смотрит на меня. Его лицо каменеет, и взгляд снова впивается прямо в меня.

– В семи.

Я смотрю на него и понимаю: в его словах кроется нечто большее. За каменной, бесстрастной маской, которую он носит, скрывается боль. Мне отчаянно хочется дотянуться до него, взять за руку и мягко сжать… но я сдерживаюсь.

– Сколько они длились?

– По-разному. Самая долгая – год. В целом от трёх месяцев до года, как повезёт.

Ого…

– А на сколько ты уезжаешь в этот раз? – спрашиваю я, втайне надеясь, что он ответит: «Всего на пару недель». Наивные мечты. Я только что встретила потрясающего парня – и вот он уже уезжает. Возможно, этот совместный вечер наш последний, если только мы не найдём способ поддерживать связь.

– Не знаю, – отвечает Дэнни.

Он встаёт, идёт на кухню и наливает в стакан щедрую порцию виски. Снаружи гром усиливается и становится раскатистее. Вспышки молний озаряют дом голубоватым светом. Из-за пронизывающего холодного ветра температура в доме, кажется, падает ещё сильнее. Впрочем, я и с самого начала заметила, что Дэнни держит в доме прохладу, мне все время зябко.

Я решаю последовать за ним на кухню, надеясь, что каждый шаг согреет меня. Усаживаюсь на барный стул у кухонного островка, разделяющего нас. Он выполнен в красивом рустикальном⁸ стиле, с отделкой под натуральное дерево.

– Ты много пьёшь? Часто?

Дэнни ухмыляется. Я чувствую, как меня обдаёт жаром. Даже его ухмылка чертовски притягательна.

– Каждые выходные – это часто? – усмехается он.

– Эм, наверное, – отвечаю я.

Я не пью. Только по особым случаям. Так что для меня каждые выходные – это и правда много. Но я его не осуждаю. Работа у него, судя по всему, нервная. Могу только представить, через какие испытания он прошёл: все эти миссии, потеря близкого друга… моего брата.

– Сколько тебе лет?

– Тридцать три.

Почему меня это так притягивает?

– А тебе?

– Двадцать два.

– Так почему ты выбрала профессию медсестры?

Это простой вопрос.

– Потому что хочу помогать людям. Тем, кто не может помочь себе сам. Хочу спасать тех, кто не в силах спастись… – Я сглатываю комок в горле. – Как Пол. – Голос звучит сухо и хрипло.

Дэнни смотрит на меня, и его взгляд смягчается. Он переводит глаза к окнам, наблюдая, как деревья снаружи раскачиваются так, будто вот-вот сломаются.

– Пол был потрясающим старшим братом. Мы собирались вместе пойти на предстоящий литературный фестиваль «Bloomings».

Дэнни снова поворачивается ко мне, и я понимаю: ему неловко, когда я завожу разговор о Поле.

– Погода становится ещё хуже, – бормочет Дэнни, сделав очередной глоток виски. Он меняет тему, и я его не виню. Ураган вот-вот накроет нас, а мне так не хочется уезжать. Сердце замирает, улыбка сходит с лица. Я пока не готова возвращаться домой, но на улице уже опасно. К тому же я не представляю, как доберусь до дома – ведь сюда меня привёз Дэнни.

– Да, становится.

В комнате повисает неловкая тишина. Её каждую секунду разрывает раскат грома. Я поднимаю глаза на Дэнни, он пристально смотрит на меня. Я краснею. Не могу вынести того, как этот мужчина на меня смотрит.

– Как ты так легко прочитал меня тогда, в «El Devine»? Как понял, что я… сломана?

Он поворачивается ко мне, полностью сосредоточившись. Его кадык дёргается, когда он делает ещё глоток.

– Ты не скрываешь своих чувств.

– Настолько очевидно? – как неловко. Нужно научиться контролировать выражение лица.

– Не стыдись. Именно это делает тебя тобой. В нашем испорченном мире мало кто так умеет. Это редкость, и, пожалуй, это мне в тебе больше всего нравится. Ты – редкость.

Я ошеломлена. Он смотрит на меня с такой интенсивностью, с такой непоколебимой серьёзностью, что я теряю самообладание. Химия между нами не угасает, она становится сильнее с каждой минутой, что я рядом с ним. Я задерживаю дыхание, сердце бешено стучит. Не могу поверить, что он заставляет меня испытывать такие чувства. Свет начинает мерцать, напряжение между нами нарастает, Дэнни подходит ближе.

– А… тебе когда-нибудь приходилось убивать? – неловко усмехаюсь я. Ну и способ разрядить обстановку, Ари.

Как только слова слетают с губ, мне хочется хлопнуть себя по лбу. Какой глупый вопрос. Что за отвратительная шутка. Я мотаю головой, резко отворачиваюсь от него и сжимаю зубы.

Дэнни вздыхает.

– Не сегодня, – усмехается он и продолжает: – Ари, разве Пол не говорил тебе никогда не расспрашивать об этом? Ц‑ц‑ц.

– Прости. Глупый вопрос… – я опускаю взгляд на телефон и открываю приложение Uber. Мне отчаянно хочется сбежать от него после того, как я продемонстрировала свои ужасные социальные навыки. Мне смертельно неловко. Мне нужно домой.

К чёрту. Мне же всё равно скоро переезжать в другой штат.

Что со мной не так?

– Мне пора. Я вызову Uber. Надвигается буря, и я не хочу мешать тебе готовиться к миссии, – говорю я, выдавливая из себя самую натужную улыбку, на которую способна. Встаю и торопливо, почти бегом направляюсь к входной двери.

Глупый вопрос. Вот как можно так опозориться? Я давно не была на свиданиях. Совершенно разучилась флиртовать, да и вообще общаться с людьми.

Я уже на полпути к входной двери, когда его рука вдруг ловит мою, медленно разворачивая меня к себе. Моё лицо оказывается напротив его груди, я нервно поднимаю взгляд.

Сердце бьётся так сильно, что, кажется, он может услышать стук. От его прикосновения по телу пробегает обжигающая волна. Я смотрю на его руку: кожа грубоватая, тёплая.

– Не уходи, – говорит он, глядя на меня сверху вниз. В другой руке он всё ещё держит стакан с виски. – Мой рейс отменили, помнишь? Я не улетаю завтра, по крайней мере, пока не утихнет ураган. И вряд ли при такой погоде вообще найдётся хоть один Uber, который примет заказ…

Аромат его одеколона словно парализует меня, наши тела почти соприкасаются. Такой необычный, соблазнительный запах… Мне хочется уткнуться лицом в его футболку.

– Так… – нервно сглатываю, – что ты имеешь в виду? – мой голос звучит почти как шёпот.

Я и так понимаю, что он имеет в виду. Он хочет, чтобы я осталась на ночь. Меня никогда не привлекала мысль об одноразовом сексе, это не про меня. Я не такая девушка, хотя в этом, конечно, нет ничего плохого. Мне просто некомфортно… И всё же почему я втайне надеюсь, что окажусь сегодня под ним, обнажённой? Одна мысль о нас двоих без одежды вызывает бурю эмоций. Мне стыдно за своё желание, стыдно за эти интимные мысли – и в то же время значительная часть меня вовсе не возражает.

Я прикусываю губу, поднимая взгляд на Дэнни. Его челюсть напрягается, когда он смотрит на мой рот. Я чувствую, как между нами нарастает напряжение, и это возбуждает меня.

– Думаю, тебе стоит остаться на ночь из-за урагана. Похоже, мы не продумали всё до конца… – он отпускает мою руку и массирует затылок.

Раздаётся раскат грома, свет начинает мигать.

– Да, я тоже так думаю… – выдыхаю.

Наши тела почти соприкасаются. Наши взгляды встречаются, и я чувствую, как он медленно приближается, сокращая расстояние между нами.

Я не выдерживаю. Огонь, пылающий внизу живота, сводит с ума, мне хочется убежать. Я такая застенчивая, и ненавижу себя за это.

– Кстати, какой у тебя рост? – выпаливаю я, останавливая его приближение. Лицо Дэнни смягчается.

– Метр девяносто восемь.

Я внимательно смотрю на него и замечаю шрам, выглядывающий из-под рукава футболки. Поднимаю руку и осторожно прикасаюсь к нему.

– О… это шрам? Откуда он у тебя? – спрашиваю, заинтригованная.

Дэнни опускает взгляд на мою руку, скользящую по шраму. Тут я замечаю, насколько он длинный – шрам не заканчивается там, где я его увидела, он тянется дальше, но куда именно, я не вижу. – Получил на одной из операций… кстати, вместе с Полом, – смеётся Дэнни, наблюдая за моей рукой на своём трицепсе.

– Можно посмотреть? – любопытство разъедает меня изнутри.

Дэнни пожимает плечами, допивает виски и ставит стакан на ближайший столик. Я в замешательстве: ему ведь просто нужно было поднять рукав…

О…

Я никак не ожидала, что Дэнни стянет футболку через голову. Ткань скользит по его тёмно-песочным светлым волосам, и передо мной оказывается его великолепно сложенная, татуированная спина.

Шрам тянется от лопатки до задней части трицепса, словно кто‑то полоснул его ножом по диагонали. На спине огромная, реалистичная татуировка Мрачного Жнеца, окутанного пламенем. Мастер поработал на славу: детали настолько чёткие, что кажется, будто это фотография. Наконец, я вижу татуировку целиком: на руке изящно переплетены ангелы с крыльями и демоны.

Я подхожу ближе, разглядывая его загорелую, слегка веснушчатую кожу. Прежде чем снова коснуться шрама, ловлю его взгляд, спрашивая разрешения.

– Можно?

Дэнни кивает.

Я провожу пальцами по шраму, до правого плеча. Под моими прикосновениями шрам кажется мягким.

– Как ты его получил?

Мне сложно представить, каково это – пережить такое ранение. Боль, истории, травмы, которые он уносит с собой после операций… Я хочу знать всё. Внутри становится грустно от мысли, что ему пришлось страдать. Каждая отметина на его теле говорит о том, что он побывал в аду.

– Не хочу омрачать сегодняшний вечер этими рассказами… Поэтому не скажу, ради твоего же блага, – говорит он, натягивая футболку обратно. Внутри что-то сжимается – наверное, не стоило так расспрашивать, но я уважаю его решение.

– Ох… ладно, понимаю, – слегка улыбаюсь я.

– Просто думаю, что сейчас это ни к чему. Может, когда-нибудь потом, – добавляет он и отходит от меня. Моё сердце на миг замирает от радостной мысли: значит, мы ещё будем общаться.

Дэнни протягивает мне руку, и я беру её. Он ведёт меня обратно в гостиную. Я устраиваюсь на диване, скрестив ноги, а Дэнни берёт пульт и включает телевизор, переключая каналы.

– Хочу узнать прогноз погоды.

– Хорошая идея. Мне нужно связаться с мамой, узнать, как она, – достаю телефон из кармана, чтобы написать ей сообщение.

Дэнни стоит передо мной, смотрит новости о погоде, а я внутренне паникую. Я собираюсь провести ночь с другом моего брата. Это кажется таким неправильным. Я словно впервые за долгое время переступаю собственные границы, и втайне мне это нравится. В любом случае мама наверняка волнуется, я ведь так и не вернулась домой. Странно, что она до сих пор не начала мне названивать.

Я:

Мам, всё в порядке? Я останусь у него на ночь из-за урагана. Вернусь домой завтра, когда стихия пройдёт.

Я гадаю, как мама отреагирует на моё сообщение о том, что я переночую у парня, которого едва знаю. Нервно прикусываю губу. Колено непроизвольно подрагивает, пока я жду её ответа.

Мама:

Всё в порядке. Сейчас это самое разумное решение. Оставайся у Дэнни, пока не пройдёт ураган. Кстати, я его узнала. Он друг Пола из армии. Мне показалось, что он выглядит знакомо.

Отлично. Я одна что ли не знала Дэнни? Получается, моя семья познакомилась с ним раньше меня.

Я:

Подожди. Откуда ты его знаешь?

– Чёрт, ураган не ослабевает, но скоро всё должно утихнуть, – голос Дэнни прерывает мои мысли. Оборачиваюсь к нему: он наклоняется, чтобы сесть рядом. Меня снова окутывает аромат его одеколона. Я таю. Запах просто потрясающий.

Мама:

Пол присылал фотографии во время службы, mija. Дэнни иногда попадал в кадр.

Я улыбаюсь и блокирую экран телефона.

– Ого, дела плохи, – смотрю на репортёра на экране телевизора.

Мужчина под зонтом стоит где-то на побережье Каролины, куда надвигается ураган. Ветер усиливается, дождь хлещет по нему, пока он сообщает о происходящем на пляже. Он кричит в микрофон, стараясь, чтобы его не заглушили порывы ветра и шум ливня. Мне даже смешно наблюдать, как репортёр изо всех сил старается удержаться на месте, его буквально сносит сильным ветром.

Сдерживаться больше нет сил, и я начинаю смеяться. Возможно, из-за выпитого.

– Что смешного? – спрашивает Дэнни.

Я встречаюсь с ним взглядом, и его лицо озаряется неподдельным восхищением. Он смотрит на меня, слегка улыбаясь, и от такого пристального внимания у меня перехватывает дыхание.

– Мне никогда не понять, зачем репортеры лезут в самую гущу опасности, только чтобы сообщить нам, как опасно сейчас на улице, и призвать к эвакуации. Это же так глупо и лицемерно.

Дэнни смеётся и садится рядом со мной.

– А ты права.

Мы оба начинаем смеяться еще громче. Я смотрю Дэнни и понимаю – впервые с тех пор, как не стало моего брата, я испытываю чувство абсолютного, безоговорочного счастья.

Наш смех постепенно стихает, и мы просто смотрим друг на друга. Его потрясающие голубые глаза впиваются в мои. Он проводит рукой по щетине, и я снова ощущаю тот сладкий момент напряжения между нами. То, что он знал Пола, заставляет меня чувствовать себя с ним еще комфортнее, чем раньше. В конце концов, он уже не кажется мне совсем чужим.

Внизу живота зарождается трепетное волнение. Я опускаю глаза и чувствую, как краснею. Сердце начинает биться чаще, и я слегка прикусываю губу от нервного возбуждения.

Я снова поднимаю на него взгляд – он уже совсем близко к моему лицу. Дэнни наклоняется, и я тоже. Его взгляд падает на мой рот, и я понимаю, что сейчас произойдет. Закрываю глаза, и он стирает расстояние между нами, коснувшись моих губ своими. Едва мы соприкасаемся, во мне проносится буря эмоций. Его поцелуй так нежен, что я полностью растворяюсь в нем. Наши губы мягко скользят друг о друга, и я готова поклясться, что вижу звезды в окружающей нас темноте.

Затем ритм меняется, его движения становятся стремительнее. Поцелуй превращается в агрессивный, жадный, полный потребности. Его язык проводит по моей губе, выжидая ответа, и я тут же откликаюсь. Наши языки сталкиваются в яростном танце, а его вкус сводит меня с ума – сигареты и виски. Я поражена тем, насколько сильно мне нравится его вкус. Его правая ладонь обхватывает мою голову, притягивая ещё ближе, большой палец медленно скользит по щеке.

А потом он становится грубее. Он сжимает мои волосы, оттягивая голову назад, так что я смотрю в потолок, и начинает жадно кусать мою шею. Это причиняет боль, но я не хочу останавливаться.

Я боюсь. Но не его. Я боюсь того, что боль возбуждает, и внутри меня борются противоречивые чувства. Закрываю глаза, пока его губы и зубы исследуют мою шею. Затем он устремляется поцелуями ниже, к груди. Возбуждение пронзает меня до костей, клитор пульсирует в ожидании его прикосновения. Чувствую, как его щетина колет мою кожу, и мне это нравится. Я улыбаюсь, пока он поклоняется моему телу.

Я никак не ожидала, что вечер сложится так, и наслаждаюсь каждым мгновением. Он отпускает мое лицо и принимается за мою кофту. Грудь сжимается от непонятного чувства. Его рука начинает медленно стаскивать ее наверх. Я никогда в жизни не чувствовала себя более живой. Едва его пальцы касаются кожи на моем животе, как по телу пробегают мурашки. Он нащупывает застежку моего бюстгальтера и расстегивает ее одной рукой. Затем слегка толкает меня, и я покорно опускаюсь на спину. Волосы падают на плечо, из губ вырывается тихий стон, а Дэнни в ответ издает одобрительный рык. Он задирает мою кофту до самого подбородка, но не снимает до конца. Я инстинктивно прикрываюсь, скрестив руки на груди и прижимая предплечья к затвердевшим соскам.

Дэнни замечает это, и его брови взлетают вверх.

– Ари, это твой первый раз?

Я замираю. Неужели это так заметно?

Дэнни опирается локтями о диван, удерживая вес на руках. Он сверху, и сквозь джинсы я чувствую его тяжелую, твердую выпуклость у себя между бедер. Я тут же начинаю нервничать, дыхание учащается, ладони становятся влажными, и кажется, будто я попала в собственную фантазию. Я никогда в жизни не была так уверена в происходящем – и одновременно так напряжена. Рядом с Дэнни я чувствую уверенность и хочу, чтобы это ощущение длилось вечно.

Прикусываю губу и киваю.

– Да.

Его лицо всего в нескольких сантиметрах от моего. Он не отвечает. Просто смотрит на меня. А я – на него, в его глаза, погружаясь в транс, и кажется, будто на всем свете остались только мы двое. Он поднимает одну руку, касается моей щеки, проводит большим пальцем по коже. Я закрываю глаза и прижимаюсь к его ладони, наслаждаясь каждым мгновением.

– Не прячь от меня свою красоту. Ты такая очаровательная.

Его слова витают в воздухе, и моя неуверенность, как и принципы, понемногу тают.

Затем он отводит мои предплечья от груди, и я безвольно опускаю руки вдоль тела. Он управляет моим телом своими ладонями, и я подчиняюсь. Я больше не узнаю себя.

Дэнни берётся за мой крестик и отодвигает его в сторону. Крестик теряется в волосах, растрепанных по дивану.

Он начинает осыпать поцелуями мою правую грудь. Я резко втягиваю воздух, когда он берёт сосок в рот и сосёт так сильно, что я выгибаюсь, умоляя о большем. Он кусает его, вызывая во мне взрывную реакцию, и я стону. Клитор пульсирует, требуя прикосновения. Снаружи грохочет гром, пока он переходит к другой груди и снова берёт её в рот. Я чувствую себя невесомой, будто вот-вот взлечу в новый мир чувственности.

Он сжимает мою другую грудь рукой, затем зажимает сосок между пальцами. Одна грудь у него во рту, другую он щиплет. Я и представить не могла, что боль и наслаждение способны так гармонично переплетаться – но именно такую невероятную смесь создаёт Дэнни, и мне не терпится её изучить.

У меня вырывается стон, и Дэнни проводит языком вниз по животу, касается пупка. Он начинает стаскивать с меня низ, а я уже задыхаюсь. Грудь вздымается в такт тяжёлому дыханию, бельё промокает. Дэнни снимает с меня штаны, обнажая киску. Его голова оказывается между моих бедер; он закидывает их себе на плечи, притягивая меня ближе к своему рту.

– Какая у тебя милая киска. Она уже вся течет для меня. Моя сладкая Вишенка.

Он только что назвал меня Вишенкой?

– Пожалуйста... – умоляю я.

Дэнни усмехается и больше не медлит. Его руки сжимают мои бедра, а мои оживают, зарываясь в его мягкие волосы, пальцы теряются в прядях. Его язык скользит по моей киске, вверх и вниз, вводя меня в эротическую эйфорию. Каждый раз, двигаясь наверх, он дразнит мой клитор, оставляет меня жаждать большего – и тут же снова возвращается вниз.

– Я мог бы вечно лизать тебя, Ари, у тебя чертовски божественный вкус, – говорит он, и я чувствую, как его язык отрывается от щели и вместо этого проникает внутрь меня. Я теряю голову. Он играет с клитором, водя вокруг него пальцем, и мои ноги начинают дрожать от наслаждения, которое растекается вниз, к самым ступням. Я не могу выдержать это ощущение, оно слишком сильное. Низко стону, охваченная разочарованием от того, что внутри меня не его член.

Дэнни прекращает трахать меня языком и сосредотачивается на клиторе. Его язык заставляет меня забыть собственное имя, словно он так разговаривает с моим телом. Внутри всё кипит, я выгибаю спину и притягиваю его голову ближе.

Это уже слишком. Затем он захватывает клитор губами, сосет его, и я вскрикиваю от блаженства, уже не заботясь, кто может услышать. Я разбиваюсь на осколки, дрожу, рассыпаюсь на тысячи частиц счастья, когда через меня прокатывается оргазм.

Дэнни чувствует мою разрядку и удовлетворенно гудит.

Внезапно громкая вибрация его телефона вторгается в наш уединенный мир. Дэнни прекращает ласкать меня ртом и отпускает клитор. Моя голова падает на диван, когда я понимаю, что он остановился.

Не думала, что я из тех девушек, кто занимается сексом с едва знакомым парнем, но с Дэнни... Похоже, я могу ею стать. Я никогда не чувствовала такого ни с одним мужчиной. Никогда не была так близка с человеком на стольких уровнях. Разница в возрасте пугает и заставляет чувствовать себя не в своей тарелке. Это опасно, но манит и соблазняет.

Мы оба тяжело дышим, глядя друг на друга. Между нами пылает огонь, и я не хочу, чтобы его потушили так скоро. Его большой палец проводит по моим губам, и я слышу низкий, глубокий, раздраженный рык, вырывающийся из его горла.

– Прости. Я всегда должен быть на связи.

Дэнни отворачивается от меня, доставая телефон, а я откидываюсь на диван, делая глубокий вдох, пытаясь успокоить пробудившиеся нервы.

Наблюдаю за Дэнни: он смотрит в экран телефона, и по его изменившемуся виду понятно – случилось что‑то нехорошее. Он сжимает челюсти, тело напрягается, на лице – явное расстройство. Мысли путаются: что же могло появиться на экране, что так мгновенно испортило настроение?

– Что случилось? – спрашиваю я.

Дэнни блокирует телефон и поворачивается ко мне с натянутой улыбкой:

– Ничего.

Короткая пауза повисает в комнате.

– Работа, – добавляет он, кладя телефон на журнальный столик. Неужели ему действительно пишут по работе в такой поздний час?

Я не слишком разбираюсь в том, как устроена его служба, но одно понимаю точно: это звучит как ложь.

Рядом сверкает молния, в окнах вновь мелькают знакомые голубые линии. Следом гремит гром, дом содрогается.

– Так… – я собираюсь спросить, есть ли у него презерватив, но он перебивает меня.

– Нам лучше лечь спать. Мне нужно закончить кое‑какие дела и убедиться, что всё готово к отъезду перед командировкой. Я посплю на диване, а ты можешь занять мою спальню, – резко обрывает Дэнни. Голос звучит холодно и отрывисто. Он отодвигается от меня подальше на диване.

Моё сердце замирает.

Что изменилось? Может, звонила его девушка, а не коллега по работе?

О боже. Наверняка у него есть девушка. Он невероятно красив, конечно же она есть. Мне стоило спросить об этом раньше.

Но…

Если у него есть девушка, почему он тогда меня целовал?

Тысячи вопросов роятся в голове, и мне нужно взять себя в руки.

Я начинаю одеваться, натягиваю джинсы, застегиваю бюстгальтер.

Когда полностью одеваюсь, смотрю на него, понимая, что выгляжу растерянно и слегка обиженно. Дэнни наконец отрывает взгляд от телефона и смотрит на меня. Он явно понимает, что я чувствую. Меня легко «прочитать», как он говорил, и это одно из тех моих качеств, которые я искренне ненавижу.

– Прости, у меня сейчас слишком много всего на уме, – говорит Дэнни, не глядя на меня.

– Понимаю. Честно, понимаю…

Мне совсем скоро нужно отправляться в Ирак. Я ужасно нервничаю и боюсь. Я подписала контракт на работу в госпитале за границей, хочу помогать военным, таким как Пол, и последние несколько месяцев живу в постоянном напряжении. Этот вечер с Дэнни стал потрясающей передышкой от бесконечного стресса.

А теперь мне кажется, будто меня только что отвергли, хотя всё шло так хорошо. В горле пересыхает, я смотрю на оставленное ранее вино и делаю глоток, прохладная жидкость скользит по пищеводу. Дэнни поворачивается ко мне и пристально смотрит, словно пронзая взглядом.

– Я бы очень хотел трахать тебя до самого рассвета, – уверенно произносит он низким, чуть хрипловатым голосом.

Я совершенно не ожидала такой откровенности – настолько, что…

…давлюсь вином.

Ставлю бокал, пытаясь восстановить дыхание. Дэнни хлопает меня по спине, пока я проглатываю остатки напитка, застрявшего в горле. Поднимаю на него взгляд, пока он ухмыляется, по‑дьявольски.

Я прочищаю горло.

– Так почему бы тебе не сделать этого? – дразню, понизив голос.

– Не могу.

– Почему?

– Я слишком тебя уважаю.

Так не уважай!

О господи. Откуда это вообще взялось? Сам факт, что мне так хочется выпалить это вслух… я в шоке от самой себя. Похоже, рядом с ним моя натура и принципы начинают меняться – и я только начинаю это осознавать.

– Я уважаю Пола. Уважаю твою семью. И я не могу. Чем лучше я тебя узнаю, тем яснее понимаю: ты захочешь большего… а я не могу тебе этого дать. Это была ошибка, – сбивчиво говорит он. – Я не создан для отношений. Я не встречаюсь. Могу предложить тебе только секс. Моя работа на первом месте, и так было всегда. Я не стану этого менять, – Дэнни отворачивается от меня. – Давай немного поспим. Я покажу тебе комнату, а утром, когда ураган пройдёт, отвезу тебя домой, – он встаёт с дивана, и у меня возникает ощущение, будто я сделала что‑то не так.

Несколько секунд сижу на диване, уставившись в телевизор, который всё ещё работает, утопая в растерянности. Потом заставляю себя подняться и догоняю его. Он начинает подниматься по лестнице – шаги тяжёлые, с глухим стуком, – а я молча иду следом, переваривая всё, что он сказал. И чем больше я обдумываю его слова, тем сильнее закипаю от злости.

Я ведь не ожидала, что он тут же предложит отношения – мы только познакомились, в конце концов. Я и сама этого не хотела. Но мы взрослые люди. Я понимала, к чему всё может пойти, однако не думала, что он оттолкнёт меня сразу после того, как получит то, что хотел.

Тогда зачем он позвал меня сюда? Планировал просто переспать со мной – и больше никогда не общаться?

Скорее всего, да.

Я сглатываю, внутри поднимается гнев. Вот почему я дала себе слово держаться подальше от военных. Они все, чёрт возьми, одинаковые. А я‑то думала, что он другой. Надо было сразу понять.Несколько минут назад мне казалось, будто я знаю Дэнни всю жизнь, а теперь он снова превратился в прекрасного незнакомца.

Дэнни включает свет в спальне, открыв для меня дверь. Оглядываюсь по сторонам, но внутри всё кипит. Это должна была быть его последняя весёлая ночь перед отправкой на миссию.

А я должна была стать его последней забавой на ночь.

Дэнни не заходит в комнату, остаётся стоять в коридоре, засунув руку в карман.

– Если хочешь устроиться поудобнее, моя одежда вон в тех ящиках. Можешь выбрать что‑нибудь для сна.

Хватаюсь за дверную ручку и смотрю на него.

Мне надоело держать язык за зубами. Может, это алкоголь придал смелости, но я больше не могу сдерживаться.

– Так что это было, Дэнни? В чём смысл всего этого? Я должна была стать твоей одноразовой партнёршей перед отъездом?

Дэнни смотрит на меня, явно пытаясь защититься:

– Ари, нет, конечно нет…

Я закрываю перед ним дверь, не давая договорить.