Текст книги "В поисках себя (ЛП)"

Автор книги: Лайла Сэйдж

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 20 страниц)

Глава двадцать перваяКоллинз

На следующее утро я проснулась от вибрации телефона, который лежал неподалеку. С трудом проморгавшись, я потянулась за ним. Вдруг что-то сжалось вокруг моей талии… Рука? Постойте-ка. Эту руку я узнаю из тысячи.

– Твой телефон звонит, – Брэди зевнул и поцеловал меня в затылок. Я подавила дрожь, пробежавшую по спине.

Прошлой ночью мы с Брэди целовались… долго и много. Дальше этого дело не зашло, но даже от одних его поцелуев мне казалось, будто меня обнажили, выставив напоказ все мои изъяны. В хорошем смысле. С ним мне было комфортно.

Сев на диване, я сгребла телефон с журнального столика и ответила.

– Привет, пап, – сказала я. – Все в порядке?

– Доброе утро, орешек, – отозвался Декс на другом конце провода. – Извини, если разбудил. Думал, ты уже собираешься на работу. – На кухне в квартире горел свет, а значит, электричество, должно быть, дали ночью.

– Проспала, – ответила я. – Что-то стряслось? Ты дома?

– В пути, – сказал он. – Буду только завтра, но твоей маме нужна помощь. Вчера вечером затопило подвал. Сломался водяной насос. – У родителей был подвал с отдельным выходом во двор, и лестница, ведущая наружу, вечно подтоплялась, именно поэтому подвал так и не доделали до конца. У папы была самодельная система откачки воды, которую он соорудил из удлинителя, насоса, найденного на помойке, и чистого энтузиазма.

– О нет, – выдохнула я. – Там все очень плохо?

– Довольно… паршиво. Кучу вещей придется выбросить. Не могла бы ты заехать туда после работы? Кларк весь день просидит в лавке, а мама, скорее всего, будет разрываться между домом и магазином.

По какой-то причине я снова перевела взгляд на Брэди, который пристально за мной наблюдал.

– Иди помоги им, – прошептал он.

– Ты уверен? – беззвучно артикулировала я губами, и он кивнул.

– Я могу приехать прямо сейчас, – сказала я в трубку. – Брэди на этой неделе идет с опережением графика, так что я ему пока не нужна.

На том конце провода раздался облегченный вздох.

– Как хорошо, что ты дома, орешек. Я перезвоню маме и предупрежу ее.

– Буду минут через тридцать.

– Договорились. Люблю тебя.

– И я тебя, – ответила я и положила трубку.

Без отца на связи я снова вспомнила, что меньше чем полторы минуты назад проснулась в объятиях Брэди. Я прочистила горло.

– Доброе утро.

– Доброе, – отозвался Брэди. – Не помню, как заснул здесь.

Я покачала головой.

– Я тоже. – Я помнила, как мы перебрались на диван, пока целовались, но когда все это переросло в «ложечки» и крепкий сон, выпало из памяти.

Похоже, это была первая ночь за целый год, когда я нормально выспалась.

– Я… Э-э… Прости за это, – Брэди неопределенно указал на диван.

Я приложила ладонь к его щеке.

– Не бери в голову. Вчерашний вечер был отличным… Правда, очень хорошим.

Брэди расплылся в неуверенной улыбке.

– Рад, что ты так думаешь.

Я кивнула.

– Быстро сбегаю в душ и поеду к родителям. Спасибо, что отпустил сегодня.

– Я поеду с тобой, – сказал Брэди. – Шесть рук лучше, чем четыре.

– Э-э… – Возразить на это было нечего. К тому же, если в подвале окажется полный кошмар, всю тяжелую работу можно будет свалить на Брэди. Я пока плохо представляла, что меня там ждет. – Да, хорошо, погнали.

– Встретимся через двадцать минут? – спросил он, и я кивнула, после чего юркнула в свою половину квартиры.

Захлопнув дверь в ванную, я быстро включила воду и прижалась спиной к двери. Споткнувшись, я сползла на пол и прижала колени к груди.

Я не понимала, почему от того, что я проснулась вместе с Брэди, все вокруг ощущалось иначе. Появился страх, что между нами закручивается что-то слишком серьезное. А я таким не занималась, только не в Свитуотер-Пик.

Но Брэди был не отсюда. И только сейчас я осознала, что он лучшее и самое неожиданное из того, что случилось со мной по возвращении домой.

Я глубоко вдохнула. Я еще не знала, как с этим быть. И есть ли вообще с чем разбираться. Может, всему виной свечи и темнота, а может, то, как он слушал меня, словно мой голос был единственным, что его волновало. А может, потому что я чувствовала к нему то же самое.

О боже. Я втюрилась.

Я поднялась с пола и решила выбросить все из головы. Сейчас я просто приму душ и позволю воде смыть лишние мысли.

Проблема была лишь в том, что Брэди уже пробрался мне глубоко под кожу.

Приехав к родителям, я застала маму на кухне. Она подняла на меня глаза и попыталась улыбнуться, но веки у нее были красными и опухшими.

– Привет, детка, – выдавила она.

Я подошла и обняла ее за плечи.

– Насколько все плохо, мам?

– Плохо, – вздохнула она, вытирая глаза. – Очень плохо. Думала приготовить тебе завтрак, прежде чем ты начнешь таскать промокшие коробки.

– Все нормально, мам, – ответила я. – Не нужно ничего готовить. Я готова помогать. – Я слегка откашлялась. – И… Э-э… Брэди тоже приедет помочь.

– Правда? – На ее лице отразилось нескрываемое удивление.

Я кивнула.

– Он позвонил в строительный магазин по дороге сюда, узнать, есть ли у них помпы. Одна оказалась в наличии, так что он высадил меня и поехал за ней.

– Это… мило с его стороны.

– Понимаю, папа будет скучать по старой, но мы устроим ей пышные похороны со всеми почестями, – пошутила я.

Мама тихонько усмехнулась.

– Мы подарили той помпе отличную вторую жизнь. Иногда обновления просто необходимы. – Она ненадолго замолкла, а потом хлопнула в ладоши. – Что ж, тогда вам обоим понадобится завтрак.

– Но разве дело не срочное? – спросила я. – Чем дольше вещи мокнут, тем меньше шансов хоть что-то спасти.

– Это просто вещи, Коллинз, – вздохнула мама. Прозвучало так, будто она пытается убедить в этом саму себя.

– Но ты ведь любишь вещи, – возразила я. Они оба с отцом любили их. Всю жизнь собирали всякое барахло и построили бизнес, целиком состоящий из вещей.

– Люблю, – согласилась мама. – Но что испорчено, то испорчено. К сожалению, боюсь, спасать там придется куда меньше, чем ты думаешь.

То, с каким смирением мама это произнесла, больно отозвалось у меня в груди.

– Мне очень жаль, мам.

Я увидела, как по ее щеке скатилась слеза.

– Все в порядке, – ответила она. – Мы справимся.

– Вы ведь не собираетесь продавать здание застройщику, да? – ляпнула я не подумав. Язык сработал быстрее мозгов.

Глаза Джоанни округлились.

– От кого ты это слышала?

– От Кларк, – ответила я.

– Ну разумеется, – вздохнула мама. – Что ж, буду честна. Мы отклонили его первое предложение.

Это я и так знала.

– Первое предложение? Значит, было и второе? – Джоанни медленно кивнула. – И вы до сих пор не ответили отказом?

– Я и не согласилась, но… наша страховка дома – это курам на смех, и ты знаешь, что нам всегда приходилось затягивать пояса. Не думаю, что их можно затянуть еще сильнее.

– Я помогу, – выпалила я, хотя денег у меня не было ни гроша. – Вы не можете продать «Жабок». Это твоя мечта. Мечта Кларк.

– Мечты меняются, Коллинз. – Ее голос звучал печально. – Мечты тонут и теряют прежний вид. Я сейчас сама не своя. Мне нужно поговорить с твоим отцом. Сегодня просто не тот день для подобных разговоров. Все слишком… День просто не задался. Если мы и решим продать его, вы с Кларк узнаете первыми, и я обещаю, мы делаем все, чтобы сохранить «Жабьи древности».

Я поняла, что мое молчаливое перемирие с Кларк не продержится дольше, чем уберется этот подвал. Ей нужно знать, что история с застройщиком не закончилась.

– Ладно, – сказала я, откладывая этот разговор на потом. Мне нужна была Кларк.

В главную дверь постучали.

– Войдите! – крикнула я, и мама отвернулась к плите, чтобы заняться завтраком.

Через пару секунд на кухне появился Брэди. Каждый раз при виде него мне приходилось подавлять мечтательный вздох. Аж бесило, до чего хорошо он выглядел в джинсах и худи. Под мышкой он держал, как я поняла, ту самую помпу.

– Привет, Брэди, – жизнерадостно поздоровалась мама, дайте ей кто-нибудь «Оскар».

– Здравствуйте, миссис Картрайт, – отозвался он. – Мне правда очень жаль, что так вышло.

– Я просила миллион раз: зови меня просто Джоанни, пожалуйста, – мягко поправила мама. – Спасибо, что приехал помочь, и за помпу спасибо, это очень благородно.

– Э-э, да, – слегка запнулся Брэди. – Рад помочь.

– Я тут как раз соображаю нам легкий завтрак. Как ты относишься к блинчикам с черникой?

– Отношусь отлично, – улыбнулся он. – Спасибо.

Я жестом пригласила Брэди сесть на барный стул рядом со мной.

– Считаю нужным предупредить: блинчики будут по-коллинзовски, – подала голос мама.

– Это как? – поинтересовался Брэди.

– Прямиком из коробки с сухой смесью для маффинов «Jiffy»⁴⁰, – сказала мама. – Она не признает никакие другие черничные блинчики.

И это была правда. Я перепробовала кучу модных бранчей, но ни один навороченный блинчик с черникой не мог переплюнуть тот, что печется из готовой смеси для маффинов «Jiffy».

Через пару минут по кухне поплыл запах разогретого сливочного масла и сахара. Помешивая что-то у плиты, мама принялась расспрашивать Брэди про мастерскую «Купа».

Поставив перед нами тарелки, она достала две баночки с домашним сиропом.

– Коллинз любит с вишневым, но есть еще и кленовый.

– Я попробую по-коллинзовски, – сказал Брэди и улыбнулся мне. Я отвела взгляд. Не смотри на меня так при маме.

Первый кусок был просто божественным. Пережевывая еду, я аж зажмурилась, до того она была сладкой, пышной и маслянистой. Мама, которая за всю жизнь ни разу не умолкала, пока мы ели, буквально прожужжала Брэди все уши. Она была в полном восторге от его рассказа про закупку тканей.

– У вас вчера отключали свет? – спросила Джоанни, и мы с Брэди одновременно кивнули. – Надо будет достать тебе генератор, Брэди. Отправлю к тебе Декса с генератором, как только он вернется.

– Да не стоит, правда, – смутился Брэди. – Я сегодня утром уже говорил с кем-то в строительном.

– Эл сдерет с тебя три шкуры! – Мама покачала головой. – Но с Дексом он завышать цены не посмеет. Предоставь это ему.

Брэди держался молодцом: спокойно отвечал на вопросы и проявлял искренний интерес.

– Ну а вы двое чем занимались вчера вечером? – спросила мама, переводя взгляд с меня на Брэди.

– Настолками! – выпалила я слишком быстро, так быстро, что Джоанни подозрительно прищурилась.

– Мы играли в «Жизнь», – добавил Брэди.

– Скучнейший был вечер, – ляпнула я. Да что со мной такое? Зачем я вываливаю ей лишние подробности?

– Оу, больно, – Брэди улыбнулся мне. – Между прочим, у меня под конец родились двойняшки.

– Искренне тебе сочувствую, – мама хмыкнула и наградила меня ехидным взглядом.

Я затолкала в рот целый блин.

– Я все, – буркнула я, проглотив еду. – Пойдем разбираться с подвалом.

Джоанни задержала на мне взгляд чуть дольше обычного, а потом произнесла:

– Обувь не снимайте. У нас там настоящий потоп.

Едва я ступила с деревянной лестницы на оранжевый ворсистый ковролин подвала, как под ногами раздалось характерное «чвяк» напитавшегося водой покрытия. Вряд ли оно переживет такое.

От этого стало тоскливо.

– Декс надеется, что в ближайшие пару дней вылезет солнце, и мы сможем просушить вещи на улице. А пока придется включить все вентиляторы, какие найдем, и надеяться на лучшее.

– Я привез промышленный вентилятор из мастерской, – раздался за моей спиной голос Брэди. Серьезно? Должно быть, погрузил в пикап, пока я собиралась, ведь к машине мы шли вместе. Наши плечи пару раз соприкоснулись, не то чтобы я обращала на это внимание. – Может, хоть немного поможет тут все просушить.

Я огляделась. На стенах на высоте трех футов⁴¹ от пола отпечатались темные разводы, а в углах стояли лужи.

У мамы зазвонил телефон, она оставалась единственным человеком на планете, у которого мобильник не стоял на беззвучном последние лет десять. По рингтону я сразу поняла, что это «Free Fallin’» Тома Петти. У меня на маму стояла «The Wreck of the Edmund Fitzgerald»⁴².

– Алло? – ответила мама. Через секунду ее брови сдвинулись к переносице. – Помедленнее, Кларк. Объясни, что произошло. – Мы с Брэди замерзли. – В подвале и на чердаке? – Мама прикрыла рот ладонью, словно от шока. – Ладно, скоро буду… Нет, Коллинз и Брэди здесь. Уже еду.

Мы ждали, что же такого сказала Кларк. Глаза Джоанни затуманились слезами.

– Кларк только что пришла в лавку, – произнесла она дрожащим голосом. – Там тоже все затопило. Мне нужно…

– Иди, – перебила я. Мой голос тоже дрогнул. Брэди положил ладонь мне на поясницу, придавая уверенности. – Мы тут со всем разберемся.

Мама кивнула и поспешила вверх по лестнице.

Как только она исчезла из виду, Брэди привлек меня к себе, и я уткнулась носом в его грудь. Из меня вырвался судорожный вздох.

– Все очень плохо, – тихо сказала я. – Подвал в гораздо худшем состоянии, чем я думала, а «Жабки»… – О «Жабках» даже думать не хотелось. Брэди гладил меня по спине. – Просто… я боюсь, что это изменит все. Этот дурацкий шторм просто пронесся и перечеркнул все планы.

– О чем ты?

– Около «Жабок» крутится один застройщик. И около остальной недвижимости родителей в городе. – Руки Брэди на моей спине замерли. Это касалось и его тоже. – На первое предложение они ответили отказом, но ты посмотри вокруг. – Я обвела рукой помещение. – Сколько тут повреждений… сколько денег нужно… а мы еще не знаем, что там в лавке. Я боюсь, это станет последней каплей.

Брэди снова прижал меня к себе и глубоко вздохнул.

– Мы не можем контролировать это сейчас, – тихо сказал он, касаясь губами моих волос. – Но мы можем разобраться с тем, что происходит в этом подвале. Помочь твоим родителям здесь, а завтра взять на себя «Жабки», идет?

Я обняла его крепче и кивнула. Я не привыкла думать о будущем и о том, как все сложится. Весь последний год я просто жила одним днем.

Я сделала глубокий вдох.

– Ладно, – выдохнула я. – Как думаешь, с чего начать?

– В центре более-менее сухо, этот дом явно построен не по уровню, так что давай вытащим все на сухое место, а то, что можно спасти, отнесем наверх.

– Хорошо, погнали, – кивнула я. – Рок-н-рооооолл⁴³!

– Боже, у моих родителей столько барахла! – опечалилась я часа через два. – До этой минуты я и не подозревала, насколько это проблема. – Я была окружена бесконечными коробками с виниловыми пластинками, кассетами, дешевыми бульварными журналами и всяким мелким хламом.

– Все не так уж плохо, – попытался успокоить меня Брэди. – Похоже, большинство вещей аккуратно разложено. Нам будет довольно просто понять, что уже не переживет этот Великий потоп.

– По крайней мере, водяная кровать выжила, – вздохнула я.

– Постой, – перебил Брэди. – Там стояла водяная кровать?

Я кивнула.

– Родители, похоже, купили ее у какого-то коммивояжера, они у меня ужасно доверчивые. Поспали на ней всего одну ночь и спустили сюда. Мама рассказывала, что постоянно просыпалась с мыслью, будто сейчас описается.

Брэди громко расхохотался.

– Я и не знал, что они вообще где-то сохранились!

– Добро пожаловать к Картрайтам: место, где водяная кровать случайного продавца превратилась в гостевую.

– А можно… – Брэди смущенно заколебался. – Можно мне полежать на ней? Я никогда раньше на таких не лежал.

Я сдержала смешок.

– Валяй.

– Присоединишься? – спросил Брэди.

Я кивнула, и мы направились обратно в спальню.

– Боже, – усмехнулся он. – Мне стоило догадаться, что это водяная кровать, хотя бы по одному комплекту белья с белым тигром.

– Кажется, оно шло в комплекте.

Брэди начал осторожно присаживаться на край. По какой-то причине он выглядел нервным.

– Ты ее не проткнешь, – успокоила я. – Эта штука пережила не один десяток школьных тисканий и поцелуйчиков.

Брэди бросил на меня выразительный взгляд, а я лишь пожала плечами. Тогда он схватил меня за руку и потянул за собой. Кровать заходила ходуном, забулькала и вытолкнула нас обоих на самую середину.

– О боже! – расхохотался Брэди. Голос у него был веселым донельзя. – Какая же это ужасная дрянь!

– Абсолютная! – рассмеялась я в ответ.

Я повернулась на бок, чтобы посмотреть на него, и наши колени соприкоснулись. И этого хватило, чтобы из комнаты мгновенно улетучился весь воздух.

Брэди прижался своим лбом к моему, и мои глаза сами собой прикрылись. Позволив инстинктам и желанию взять верх, я положила ладонь ему на живот. Брэди поднял руку и мягко обнял меня за щеку. Я почувствовала, как он глубоко вдохнул мой запах.

Его ладонь соскользнула со щеки на шею, с шеи на плечо, заскользила ниже по руке и остановилась на талии. Везде, где прикасалась его рука, кожа словно загоралась. С такой температурой тела я бы легко могла просушить весь этот подвал.

– Все в порядке? – прошептал он, и я кивнула.

Ладонь на бедре притянула меня ближе, подминая наши тела вплотную друг к другу. У меня вырвался тихий вздох, и я запустила пальцы в его волосы.

– Более чем, – тихо ответила я.

Его ладонь снова пустилась в исследование – по бедру вниз и обратно, по спине, плечу, пока его большой палец не оказался на моей нижней губе. Он слегка оттянул ее вниз, и мне до безумия захотелось втянуть его палец в рот.

– Черт, Коллинз, – выдохнул он мне прямо в лицо, его лоб все еще был прижат к моему. – Я так рад, что поцеловал тебя вчера.

– Я тоже рада, – отозвалась я, не открывая глаз.

Я ощутила его губы у себя на лбу, и в этот момент искренне порадовалась, что не стою – колени просто подогнулись бы под тяжестью его нежности.

– Думаешь, я смогу переплюнуть твои прошлые обжимания? Хочу быть в отдельной лиге.

Ты уже там.

– Есть только один способ узнать, – выдохнула я.

– Но у нас тут подвал, который надо убрать, – с тяжелым вздохом напомнил Брэди.

– У-у-ух, ладно, – сдавленно ответила я и открыла глаза, встретившись с его голубыми глазищами. – Но я боюсь, мы никогда не сможем слезть с этой кровати.

– Вот как? – Глаза Брэди лукаво заблестели.

– Не в том смысле, Би, – рассмеялась я. – Ты когда-нибудь пробовал встать с водяной кровати?

– Учитывая, что я на ней впервые – нет. – Брэди убрал прядь с моего лица за ухо, задержав большой палец на подбородке.

– Ну давай, пробуй, – хихикнула я с хитрой ухмылкой.

Брэди попытался сесть, ну, или попытался хотя бы поднять торс.

– Тут явно нужна какая-то особенная техника.

– Может, тебе просто надо подкачать пресс? – подколола я.

– Все у меня нормально с прессом.

– Никому не помешает, – заметила я. – И водяная кровать намекает, что у тебя проблемы.

Брэди отклонился назад и качнулся всем телом вперед. Это наконец помогло ему выскочить с кровати, и он облегченно перевел дух.

– Гребаная штука, ненавижу ее!

– Так, а теперь тебе придется выйти, чтобы я тоже могла встать.

– Еще чего! – Брэди скрестил руки на груди. – На мучения с водяной кроватью нужно смотреть с обеих сторон.

– Я не мучаюсь, – заявила я. – У меня есть секретная стратегия, и она останется секретом. – Я подняла руку, делая знак Брэди отвернуться.

Он закатил глаза и недовольно фыркнул, но все же подчинился.

Я прижала локти к бокам, скрестила руки на груди, поджала подбородок и просто крутанулась на бок. Тело сделало полный оборот, на полсекунды я зависла в воздухе, а потом плюхнулась на пол с чем-то средним между глухим стуком и мокрым «чвяк».

Брэди все еще стоял ко мне спиной.

– Коллинз, ты что, только что просто скатилась с водяной кровати колбаской?

Я уставилась в потолок.

– Именно так. – И, к сожалению, я совершенно не учла потоп. Я чувствовала, как вода медленно впитывается в одежду.

– Досадно, что я сам до этого не додумался, – сказал Брэди, поворачиваясь. Увидев меня на полу, он прикусил губу, изо всех сил пытаясь не заржать. – Вставай, чудила. – Он протянул мне руку, и я взялась за нее.

Мы с Брэди продолжили разбирать коробки. Почти все было испорчено, нашлось буквально несколько коробок с винилом, которые, как я надеялась, получится спасти, если просушить. А вот куча винтажных подушек и пледов, то есть мягких вещей, увы, воду не пережила.

Каждый раз, когда нам приходилось кидать очередную вещь в кучу на выброс, плечи Брэди будто опускались еще на дюйм. Бедный мой обойщик.

Меня тоже начало накрывать, ведь коробка за коробкой с фрагментами моей прошлой жизни отправлялись на свалку. Мои плечи тоже поникли.

– Может, сделаем перерыв? – спросила я Брэди. – Мне нужно подзарядиться, устроить себе небольшой фотосинтез на солнышке.

– Давай, – согласился он.

Мы поднялись наверх и вышли через заднюю дверь. Сквозь тучи пробивалось солнце, а земля под ногами была мокрой. На горизонте уже собирались темные тучи, так что этот солнечный пятак был явно ненадолго.

Я остановилась на лучике и закрыла глаза, но тепла не хватало. Я пошла дальше, туда, где солнце светило вовсю, к батуту. Брэди, видимо, понял, куда я направляюсь, и прибавил шаг, буквально побежав к нему в конце двора.

Запрыгнув, он принялся скакать. На его лице сияла широченная улыбка.

– При первой встрече ты не казался таким дурашливым, – крикнула я ему.

– Прости, что не выглядел беззаботным, когда ты залила меня перцовкой, – отозвался он.

Подойдя ближе к батуту, я сложила пальцы рамкой у лица, имитируя фотоаппарат, и нажала указательным пальцем на воображаемую кнопку, делая мысленный снимок на память. Это забытое желание запечатлеть момент, спавшее во мне так долго, вспыхивало каждый раз, когда мы с Брэди оказывались рядом.

– Попрыгай со мной! – позвал Брэди.

– Ладно, – сказала я, забираясь на батут, – но если ты попробуешь сбить мне ритм двойным прыжком, клянусь богом, я тебя прикончу.

– Ничего не обещаю, Ходячая Неприятность, – хмыкнул Брэди. Я закатила глаза.

Я не прыгала на этом батуте тысячу лет и уже забыла это ощущение, когда на полсекунды зависаешь в воздухе, прежде чем ноги снова коснутся натянутого черного полотна. Я подставила лицо солнцу, позволив мышечной памяти сделать все за меня.

– Как же мне это нравится, – призналась я. – На душе так спокойно.

– Не то слово, – согласился Брэди. – Надо приходить сюда каждый раз, когда накрывает стресс.

– А от чего ты стрессуешь? – спросила я, повернувшись к нему. Солнца я больше не видела, но яркая улыбка на его лице вполне его заменяла.

– Да от всего и постоянно, – ответил он.

– А поподробнее?

– Ну не знаю, – начал Брэди. – Например, когда ты сказала, что я просираю свой шанс начать все с чистого листа.

– Я такого не говорила! – запротестовала я.

– Ну, может, и не прямым текстом, но намек был. – Брэди улыбнулся. – Хотя в последнее время я стал смотреть на это иначе.

– В последнее время? – переспросила я.

– Ты на меня довольно положительно влияешь, – сказал он.

– Ты первый человек в мире, который мне такое говорит.

Прыжки сблизили нас настолько, что при очередном приземлении я угодила ногами прямо на ноги Брэди, и мы оба со смехом растянулись на спине. Я смотрела, как его грудь вздымается от смеха, а лучики морщинок вокруг глаз становятся глубже, когда он улыбается.

Когда он повернулся ко мне, взгляд его был невероятно мягким. Рядом с ним я чувствовала себя в безопасности.

Брэди повернулся, протянул руку и нежно обнял меня за щеку.

– Все ощущается так… правильно.

У меня перехватило дыхание, и я даже не сразу услышала раскат грома, пока первые крупные капли дождя не начали мочить кожу.

– О боже, – засмеялась я. – Вайоминг: край, где погода меняется за секунду.

Но Брэди продолжал гладить мою щеку, и я положила ладонь ему на пресс.

– Тебя кто-нибудь целовал здесь, Коллинз? – спросил он. Я смотрела, как дождь мочит его темные волосы и стекает по лицу.

Я покачала головой. Брэди провел большим пальцем по моей губе и наклонился ближе. Я подалась навстречу.

Он бережно запустил пальцы в мои волосы, и я прижалась к нему всем телом. Это отличалось от того, что было вчера ночью. Вчера все было медленно, осторожно. А сейчас… Сейчас все было наполнено страстной спешкой. Я гладила его тело – грудь, плечи, руки. Мне казалось, что я недостаточно близко к нему. Мне безумно нравилось, как он притягивает меня за талию. Когда его язык коснулся моих губ, я приоткрыла рот.

Я наслаждалась вспыхнувшим между нами жаром, он защищал от прохладного дождя. Я чувствовала, с какой трепетной заботой он со мной обращается, словно я была для него чем-то невероятно ценным.

Рука Брэди скользнула из моих волос вниз по спине, к бедру, и я воспользовалась этим, чтобы закинуть ногу ему на поясницу. Из его горла вырвался низкий стон. Я запустила ладонь под пояс его джинсов, забираясь под футболку.

Неужели мне всегда так нравилось целоваться? Я не помнила. Думала, что нет, но это мне нравилось. Очень. Нравилось ощущение его тела, прижатого к моему, и жар его языка.

– Боже, Коллинз, – застонал Брэди мне в губы. – Ты идеальная.

Я была с этим не согласна, но этот момент и правда казался идеальным. Навалившись сверху, он укрыл меня своим телом от дождя. Я запустила руку глубоко ему под футболку, впиваясь ногтями в кожу на спине. Брэди подался бедрами вперед, и у меня вырвался судорожный вздох.

Еще. Мне нужно было еще.

Удерживаясь одной рукой над поверхностью батута, второй он провел по моему животу, поднялся выше между грудей и остановил ладонь на моей шее.

Брэди отстранился и уперся своим лбом в мой. Его грудь тяжело вздымалась.

– Я забыл, как дышать, – выдохнул он. – С тобой настолько хорошо, что я просто забыл, как дышать.

Мои губы расплылись в улыбке.

– Осторожнее, – шепнула я. – А то еще зазнаюсь.

Брэди снова поцеловал меня и отстранился.

– А ты зазнайся. Ты должна понимать, насколько ты потрясающая, Коллинз.

Я не хотела думать о том, что все это значит и куда приведет. Мне просто хотелось быть здесь, среди пейзажа старых воспоминаний, пока дождь поливал семена новых.

И вместо ответа, вместо того чтобы признаться, кем он начинает для меня становиться, я просто сгребла его за толстовку и снова притянула его губы к своим.