Текст книги "Я тебя нашёл (СИ)"
Автор книги: ла Калисто Фей
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 26 страниц)
– Фейт, проснись, – раздался голос в голове, – Всё готово.
Разомкнув веки и еле поднявшись, подошла к колдуну. Он разбудил заключённого, обрушив на того поток воды.
Мужчина стал озираться по сторонам. Дёрнувшись и поняв, что прикован, стал осматривать цепи. Его напуганный взгляд заметался по камере и когда нашёл нас, наполнился ужасом. Мужчина взвыл.
– Что это значит? Что я сделал, почему я в тюрьме?
– Твоё имя? – ледяной голос колдуна заставил меня подпрыгнуть на месте.
– Бьёрн.
– Кем ты работаешь.
– Я пекарь, обычный пекарь. Почему меня приковали?
Колдун подошёл вплотную к заключённому и, опустив руку ему на голову, зашептал заклинание, считывая эмоции и воспоминания.
Глаза мужчины закатились. Его тело начало дёргаться.
Закончив и опустив руку, Малакай развернулся ко мне.
– Один – ноль в твою пользу, небесный одуванчик!
* * *
Мы сидели в его лаборатории и пили обжигающий виски. После того, как мы вернулись из тюрьмы, меня всё ещё била мелкая дрожь. Малакай, пробубнив, что за такое моё состояние Орион оторвёт ему всё, что с его телом не имеет надежного крепления, достал из шкафа белый дубовый бочонок, налил мне немного в кубок и протянул. С благодарностью я забрала напиток. Он хмыкнул.
– Малакай?
Мужчина перевёл на меня взгляд.
– Когда в лесу меня поймали демоны, они хотели отдать меня тебе.
Мужские плечи дёрнулись. Он напрягся. Губы сжались в тонкую полоску, и он отвернулся от меня, встав спиной. Принялся разбирать пергаменты, что завалили его стол. Перекладывал с места на место.
– Как бы ты со мной посту…
– Я бы убил тебя, Фейт.
Он сделал большой глоток, допивая остатки алкоголя. Схватил бочонок и вновь наполнил кубок.
– А потом наложил бы на себя руки.
Я оторвалась от разглядывания одной точки на стене. Наши глаза встретились. Он смотрел серьёзно. Не врал.
– Я бы не простил себе сделанного. Не простил бы себя за муки, на которые обрёк бы брата из-за твоей утраты.
Мы сидели молча, и эта тишина давила по всем фронтам. Густая, едкая. Жестокая правда.
Комната вспыхнула. От неожиданности я подскочила со стула, а в ярком свете материализовался Орион.
– Где Фе…?
Его глаза стали гулять по моему телу, всё больше расширяясь и пожирая. Я сглотнула. От его тяжёлого рыскающего взгляда в горле пересохло. Капелька пота скатилась по позвоночнику. Между ног начала скапливаться влага.
– Только не здесь, будьте любезны. Я тут всё недавно отмыл, – и, рухнув на стул, колдун ехидно оскалился.
Я смотрела, как кадык Ориона дёрнулся вверх-вниз, и мой принц сжал челюсть так, что на лице показались все мышцы.
От Ориона волной хлынула магия. Задребезжали колбы и инструменты. Что-то рухнуло и разбилось. Пергаменты разлетелись по всей комнате, создавая беспорядок.
– Орион, ну какого хера?
Голос принца как раскат грома.
– Мы уходим!
И схватив меня за запястье, рывком дёрнул на себя, растворяя нас в пространстве.
* * *
Не успела понять, где мы оказались. Я впервые в этой комнате.
Руки принца впились в моё лицо, а сам он начал терзать мои губы в диком поцелуе, толкая меня назад. Я упёрлась спиной в стену.
– Маленькая моя, на этот раз всё будет по-другому, – сквозь поцелуй шептал принц. – Этот кожаный костюм…
Я начала расстёгивать его рубашку. Он перехватил мои руки.
– Побереги силы, у нас впереди вся ночь, и поверь, голубка, они тебе понадобятся.
Я видела, как его зрачки расширяются. Как похоть заволакивает его глаза. Протолкнув язык мне в рот, не давая мне сделать вдох, он обвёл контур зубов и, обнаружив мой язык, закружил в переплетении. Это что-то новое. Это уже другой Орион. Дикий и необузданный. Я вцепилась в его белоснежного цвета волосы. Орион прорычал мне в рот.
– Я так хочу потеряться в тебе!
Его слова разжигали во мне пламя. Моё естество начинало сжиматься и пульсировать.
– Я… – застонала. – Возьми меня, мой принц!
Он подхватил меня под бёдра и рывком усадил на себя. Я вся горела, меня лихорадило, меня потряхивало от возбуждения. Мне было тесно в обтягивающем костюме. Хотелось почувствовать прикосновения его кожи к моему телу. Бросив меня на кровать, он забрался на меня сверху. Слетели брюки, он начал стягивать с меня жилет. Я привстала. Голова застряла в вырезе.
Нет, это Орион не дал мне его снять.
Материал закрыл мне глаза. Я так и осталась с вытянутым вверх руками. Он толкнул меня, и я рухнула на кровать. Схватил своей широкой рукой мои запястья и вдавил их в кровать. Нет возможности шевельнуться. Ничего не видела перед собой. Полная потеря в пространстве. Только чувства, обострённые и кричащие, как лезвием по коже. До боли, до набата в сердце.
Могущественный орёл, хищная, кровожадная птица схватила в свои когтистые лапы голубку.
Влажный горячий язык стал обводить контур моих губ, спускаясь к шее и ниже, оставляя мокрые следы. Инстинктивно я раздвинула ноги, желая поскорее ощутить в себе его. Но он медлил, играл, дразнил. Упёрся пахом и тёрся о мою промежность. Сквозь его штаны я чувствовала уже набухшую плоть. Горячий язык кружил по ореолам сосков. Со свистом втянув в рот мою грудь, он издал громкий стон. Зубы схватили твёрдую горошину, и я вскрикнула.
– Я хочу тебя трахнуть. Грубо, но обещаю, тебе понравится.
Я взвыла. Не от страха, нет, а от его слов, что отозвались разрядами в теле. Я выгнулась от нетерпения.
– Пожалуйста! – прохныкала я.
Орион сорвал с меня жилет.
Завороженно смотрела, как он стягивает с себя рубашку, сапоги и штаны. Всё это улетело куда-то в глубь комнаты.
Возбуждённый набухший орган. Мне было до сих пор немного неловко. Тысячи прочитанных книг по медицине и целительству были изучены, все с картинками и разъяснениями. А сколько моему взору предстало обнажённых мужчин во время последнего сражения? А сколько я видела обнажённым принца?
Я перевела взор на лицо Ориона. Он дышал, как загнанный вепрь. Мускулистая грудь ходила ходуном. Я протянула руку и коснулась его тела. Он шумно втянул воздух.
Стала обводить кубики его натренированного пресса.
Сколько нужно усилий, чтобы быть в такой форме?
Подушечки пальцев коснулись головки, и член дернулся. Орион издал протяжный стон. Я обхватила ствол и рукой проскользнула к основанию и снова вверх. Из тёмно-бордовой щели вытекла капелька предэякулянта. Потянулась к нему. Орион перехватил меня, рукой легонько сжав горло. Наши глаза встретились. Чернота! Настолько он был возбуждён, что не осталось и намёка на цвет моря под лучами солнца.
– Ещё рано, маленькая, ты не готова.
Схватив за запястье, развернул к себе попой и поставил на колени. Устроился между разведённых ног, уперевшись в меня членом. Не вошёл, лишь снова дразнил. Моя кожа была слишком чувствительна, и я готова была кричать лишь от ощущения его широких ладоней, обхвативших мои бедра. Лона снова коснулась горячая плоть. Проведя головкой по уже влажным складкам, собирая смазку, надавил. Лепестки податливо распахнулись. Я начала поскуливать от предвкушения наполненности, как он вышел, оставляя пустоту.
Никогда не думала, что смогу издавать такие звуки. Я зарычала.
– Да, вот так, мой необузданный котёнок. Тебе ещё столько предстоит узнать.
Я почувствовала, как натягивается кожа на голове. Обвернув вокруг руки косу, Орион потянул на себя мои волосы. Мне пришлось запрокинуть голову. Вторая рука обхватило моё горло, несильно сжав. Наши тела соприкоснулись, разжигая во мне огонь. Я зашипела. Его кожа была словно магма извергающегося вулкана. Терпеть больше не было сил. Прогнув спину и выпятив попку, захныкала.
– Ну пожалуйста!
Стала тереться об него. Рука отпустила горло. Он стал поглаживать ягодицу, и я невольно напряглась, ожидая удара. Волосы сильней натянули. Зубы сжали нежную кожу там, где ранее была ладонь. Орион стал то кусать, то зализывать место укуса, оставляя там же нежные поцелуи.
Бедро опалил шлепок. Кожу саднило. Он приложился хорошо. Ладонь легла на плечо и сжала сильней. Ещё один оборот, и я почувствовала, как рука легла на затылок. Между нами не было и миллиметра свободного пространства.
Он вошёл резко, выбив из меня крик. Входил и опустошал. Размашисто. Жадно. Отбивая ритм.
Я выгибаюсь. Ноги дрожат. Готова рухнуть, но мой принц держит крепко, не даёт упасть. Ладонь снова обхватила горло. Зубы надкусили мочку уха. Он вколачивался остервенело, по самое основание, рыча у моего лица. Нет возможности пошевелиться. Мне показывают, кто здесь главный. И мне нравится. Нравится его животная дикость, его страсть, это Адское пламя.
Горячая плоть с набухшими венами скользит внутри по ребристым складкам, издавая звуки любви двух созданий. В этот раз любовь грубая. Жёсткая. Руки Ориона блуждают по всему моему телу, сдавливая бёдра, грудь, плечи, шею. Но мне не больно. Его укусы, оставленные на моей спине, сменяются нежными поцелуями. Там, где кожу обжог шлепок, теперь ощущалось нежное поглаживание.
От стонов сохнут губы. Мне не стыдно. Мне очень хорошо. Я кричу его имя. Громко. Самое родное за четыреста лет. Самое яркое созвездие на небосклоне, самые яркие воспоминания моей жизни и эмоции – только с ним.
Есть только он и я!
У меня закружилась голова, перед глазами всё поплыло. Взорвавшийся вулкан разливается, наполняя меня. Внутри всё пульсирует. Обессиленная, я распласталась на кровати, утягивая за собой любимого.
Он выходит из меня.
– Нет, ещё немного. Хочу чувствовать тебя внутри.
Орион просовывает под меня руки и переворачивает, меняя нас местами.
Я делаю несколько глубоких вдохов, и звёздный небосвод открывается перед моими глазами.
Тепло и так уютно. Чувство безопасности. Поднимаю веки, вижу лицо любимого. Его глаза закрыты. Он аккуратно поглаживает, подушечками пальцев моё тело. В его объятиях чувствую себя как дома. Я смотрю на его профиль. Кажется, что мы знаем друг друга уже очень давно, и это ощущение не покидало меня с первой нашей встречи. Та роковая ночь переплела наши жизни. Я помню, как впервые увидела его мерцающие бирюзой глаза. Они были тусклыми и слабыми, и ещё немного, и они бы потухли навсегда. Страшно мне было? Только первые минуты. Он наблюдал за мной. Я чувствовала его прожигающий взгляд, но в нём не было опасности, так же, наверное, было и с принцессой Авророй в присутствии Ночи. Я поцеловала его в плечо, и Орион распахнул глаза.
Ох, мироздание, пусть его глаза сияют вечно!
Стала осматриваться. В комнате преобладали светло-серые оттенки. На стене висели гобелены. В дальнем углу комнаты на специально прикрепленном стеллаже лежали мечи. Рядом стоял манекен, одетый в мундир.
Спальня Ориона.
Потрогала мягкие простыни и перевела суженые глаза на своего принца, зашипев:
– И как много женщин стонало на этой кровати?
Нежная улыбка коснулась его губ, и глаза заискрились бирюзовыми оттенками.
– Клянусь, ты первая!
Он встал с кровати и, предложив мне руку, помог выбраться из простыней. Соседняя дверь отворилась. Стену окрашивали огненные всполохи от сотен свечей, создавая таинственную и волшебную атмосферу. Огромная каменная ванна. Розовые лепестки.
– Ты тогда испугалась меня…
Да, я убежала и сказала то, что не следовало, но больше не боюсь. Теперь уже я взяла его за руку и повела к наполненной ёмкости. Он устроился сзади меня и заключил в объятия. А я, распластавшись на его широкой груди, в блаженстве закрыла глаза.
Как же приятно.
Витающий в комнате аромат роз дурманил. Горячая вода с маслами ласкала кожу, как и руки принца, что неустанно гладили моё тело.
Мне вдруг стало интересно. Да, мы, согласно легенде, предназначены друг другу, но… Орион живет уже тысячу лет и не был заперт, как я, в библиотеке под толщей бесконечных фолиантов.
– Почему я?
Оглянувшись через плечо, посмотрела в глаза принца и хотела найти там ответ.
– Я задавался этим вопросом множество раз.
Он сильней сжал меня в объятиях и втянул воздух рядом со мной.
– Только свет может разрезать тьму. Там, в том доме, где мы впервые встретились, ангел показал демону, что такое – всепрощение. Ты, отбросив все предрассудки, помогла умирающему вражескому солдату. Ты не думала дважды, ты откликнулась на зов сердца. А я, прожив так долго, заблудившись в поисках себя, задался вопросом – «почему»?
– Почему? Разве нужна причина, чтобы помочь нуждающемуся? – задала вопрос на вопрос, не понимая, почему он спрашивает о таком.
Среди полумрака его яркие глаза цвета моря под лучами солнца вспыхнули. Он, прожив среди жестокости, вечной охоты Небес за рождённым в Серебряном городе ребёнком, не доверял никому. Не ангел, не демон, не человек.
– Ты мой свет, что разрезает тьму, рассеивая мрак!
Протянув руку к его лицу, как могла, запечатлела на его губах поцелуй.
– Я люблю тебя, мой принц!
Он дёрнулся. Мы переместились на другую сторону ванны. В тело врезались уголки бордюров.
– Ай!
Несколько полотенец легли на плитку, и Орион, приподняв меня, уложил на ткань.
– Ты будешь сходить с ума от наслаждения.
Он начал кусать кожу спины, спускаясь всё ниже и ниже.
– Стой!
Руки, что ласкали тело, замерли. Я развернулась лицом к своему принцу.
– Я хочу попробовать тебя!
Орион склонил голову и замычал. Наши глаза встретились.
– Фейт, – зарычал он утробно, – я боюсь тебя напугать. Каждые раз, говоря или делая что-то, мне страшно, что ты меня боишься.
Его глаза бегали по моему лицу, выискивая эмоции. Я видела страх в его глазах.
– Нет, Орион, я больше не боюсь.
Развернув нас, опёрся на бортики ванной, приподнялся и сел. Моему взору предстал уже готовый, возбужденный член.
Не страшно. Больше нет.
Проведя рукой от головки до основания и повторив путь языком, услышала гортанный стон. Орион сжал зубы и заскулил, как щенок. Его руки сжимали бордюры настолько сильно, что костяшки пальцев были белы, как его снежные волосы.
Жадно впившись в губы и оставив короткий поцелуй, я начала спускаться по шее, далее между ложбинкой груди. Касалась ладонями его напряжённого живота, иссушенного тренировками.
Его соски были чувствительны. Когда я облизав один, надкусила, он издал рык и впился рукой в мои волосы. Посмотрев в любимые глаза, я поняла, что можно. Пошла дальше, спускаясь, надкусывая кожу и оставляя влажные дорожки, всё ниже и ниже. Туда, где зарождалась жизнь.
Я переоценила свои возможности. Взяв в рот, не рассчитала силы, и в горло упёрлась головка. Орион зашипел, а я начала кашлять.
Широкие ладони обхватили моё лицо, большими пальцами он стал оглаживать контур губ.
– Спрячь зубки, котёнок.
Ладонь легла на горло, и принц начал читать заклинание. Я почувствовала, как холод сковывает гортань.
– Сейчас будет легче, если ты всё ещё хочешь продолжить.
Он говорил сквозь зубы. Было видно, как он напряжён. Все мышцы его лица и тела были словно натянутый металлический канат. Его била мелкая дрожь, и движения рук были скованные. Возбуждение читалось в его глазах, а пелена похоти давно заволокла чернотой бирюзу. Но он ждал моего ответа.
– Помоги мне. Научи, как нужно.
Орион тяжело сглотнул. Я чувствовала, что ему очень тяжело даются эти минуты. У него безграничная выдержка!
Принц приоткрыл мои губы, проталкивая большой палец мне в рот.
– Вот так. Не торопись. Медленнее. Всасывай. Используй язык.
Получала указания за указаниями.
Сделав глубокий вдох, я отстранилась. Снова взяла в руки ствол.
Ребристый, с набухшими венками. Сделала волнообразное движение, и из дырочки вытекла капелька. Я потянулась и слизала её. Раскрыв пошире рот и спрятав зубы за губами, накрыла головку ртом.
Член дёрнулся. Орион замурлыкал.
Мне нравилась его реакция на то, что я с ним делаю. Как его широкая грудь раздувается, всё сильнее с каждым рваным вдохом. Как он приоткрыл рот, как закатились его глаза, и он запрокинул голову назад.
Я помогала себе руками и старалась поглубже заглотнуть. Скользила по нему губами, чуть посасывая, обводила по кругу. Рисовала узоры языком. Заклинание, что наложил на моё горло Орион, очень помогало. Я не чувствовала тошноты.
Закрыв глаза, отбросила все мысли, отдаваясь новым для меня ощущениям. Прислушиваясь к своему телу, поняла, что внутри у меня разгорается пламя, между ног стало тянуть.
Стон Ориона отдался искрой в моём нутре. Я сжала бёдра.
Руки принца легли на мою голову. Он накрутил на кулак мои волосы и показал, с какой скоростью мне нужно двигаться. Стоны стали громче. Он хрипел.
Он сильнее надавливает на затылок, и я поглощаю его до основания. Секунда, вторая. Орион даёт привыкнуть, а потом резко и жёстко начинает вбиваться.
Между ног всё горит и пульсирует. Подаваясь порыву, делаю движение бёдрами навстречу своему принцу.
Я еле поспеваю за его ритмом, ведь он стал двигаться ещё резче, практически не останавливаясь.
Вот что значит трахать?
И он это делает с удовольствием, а от его стонов и рычания получаю удовольствие и я.
С каждым толчком он проталкивается всё глубже, до бесконечности.
Чувствую, как его начинает потряхивать. По ощущениям, член стал ещё толще. Орион начинает тянуть за волосы.
– Фейт, – стонет мой принц. – Я сейчас кончу.
Волосы сильнее натянули кожу головы.
Он хочет, чтобы я отпустила его, а я не подчиняюсь.
Руками обхватила тело принца, впилась ноготками в кожу, притягивая себя ближе к нему.
Орион протяжно стонет, делает выпад и, погрузившись до основания, глубже уже просто невозможно, замирает. Орган начинает пульсировать.
Горячая жидкость растекается по горлу. Он наполняет меня собой.
Вкус терпкий, немного солоноватый. Непривычно, но и не смертельно. Даже странно, что мне так хорошо.
Я сглатываю несколько раз.
Принц отпускает мои волосы. Из-за рта выскальзывает ещё набухшая плоть. Он приподнимает мой подбородок и всматривается в мои глаза. А я в его.
Он ещё тяжело дышит. Слезает с бортиков. Высокий. Мне кажется или он стал ещё шире, или я слишком маленькая. Бирюза не выпускает из своего плена.
Руки обхватывают лицо. Целует в макушку, потом в лоб, нос и губы, оставляя лёгкий, нежный поцелуй.
– Каждый день я благодарю мироздание за то, что создало тебя. Я не мог и мечтать о таком счастье!
Орион потянул меня за собой. Устраивая меня на себе, укладывая мою голову на плечо, он попросил смотреть на потолок и не отрывать взгляда.
Появилось зеркало. В нём отражалось моё тело. Он приподнялся, и я полностью вышла из воды.
Его сильные руки стали гулять по телу, кончиками пальцев нежно касаясь кожи. Мои ноги были немного разведены, чем принц и воспользовался. Ладонь проскользнула между ног и начала ласкать бугорок. Я инстинктивно свела колени. Начала извиваться. Пальцами второй руки он обхватил шею, сделал он это без особого труда. Он держал крепко, не давай мне шевелиться. Разве можно сопротивляться ему? Хищной птице? Что может сделать голубка против орла?
Иногда побеждает не сильнейший. Просунув руку под свои бёдра и найдя всё ещё – или уже – возбужденный желанный объект, стянула его в кольцо.
Орион зашипел мне в ухо.
Он терзал моё тело, ведь я всецело принадлежала ему. Не сменить положения, даже не шевельнуться. Осознание, что я в руках хищника, пьянило рассудок.
Я чувствовала, как он проталкивает фаланги пальцев внутрь меня, медленно и аккуратно. Когда он согнул пальцы, я дёрнулась. Разряд прошёл по позвоночнику. Я издала протяжный стон.
– Мне приятно слышать, как урчит мой маленький котёнок.
Орион надкусил кожу краешка уха.
Пальцы начали движение, постепенно ускоряя свой танец. Я урывками хватала воздух. Рука давно отпустила ствол, не знала, куда их деть. Не придумала ничего лучше, как завести за затылок Ориона и вцепиться в его волосы. Грозное рычание пустило вибрации по телу, всё сильнее распаляя.
Двигала бёдрами навстречу его пальцам. Хотелось большего. Я чувствовала, как нутро истекает соками. Чавкающие звуки недвусмысленно намекали, что я готова. Мышцы скручивало судорогой. Это сводило меня с ума. Приподняв бёдра, тут же резко опустила, показывая тем самым, чтобы он опустился на дно ванны.
– Смотри, мой лучик света, – прохрипел мне на ухо Орион.
Он вынул пальцы. Приподнял меня выше. Я видела, как он обхватывает свой каменный член. Делает несколько фрикционных движений и направляет его в меня. Головка легко вошла, раздвигая влажные складки. Податливые мышцы разомкнулись, и он ворвался на всю длину, выбивая протяжный стон. Я напрягла ягодицы, сдавливая его в себе. Он не двигался, давал привыкнуть к тесноте внутри. Его руки окольцевали меня, прижимая к себе. Наши тела слились, словно один организм. Он отстранился, чтобы снова резко ворваться, вдавливал себя, словно хотел войти ещё глубже. Я застонала. Толчки стали резче. Я смотрела в зеркало на то, как он отстраняется и снова погружает себя в меня. А потом наши глаза встретились в отражении.
От такого прожигающего взора у меня засосало под ложечкой.
Тело содрогалось, он всё яростнее вколачивался, погружаясь на всю длину. У меня начало шуметь в голове. Волны удовольствия стали расползаться по телу от эпицентра, места слияния наших тел. Становилось невыносимо дышать.
Орион напрягся, сбиваясь с ритма и… вышел.
Внизу всё скрутило тугим узлом. Стало так одиноко. Ощущение пустоты и пульсирующей боли неудовлетворенности. Не больно, но всё же невыносимо.
Я всхлипнула и, поджав ноги, начала переворачиваться на бок, сползая с Ориона.
Он присел, заставляя меня принять точно такое же положение. Подхватил меня и поднялся. Держа меня на руках, он уселся на полотенцах, что лежали на бортике, и развернул к себе лицом, заставляя меня развести ноги шире и упереться коленями в мягкую ткань. Орион приподнял меня, подставил головку к лону и сильно надавил на бёдра. Я ахнула. Рухнув на его каменный орган, я испугалась, что он порвёт меня пополам. Под другим углом проникновения казались глубокими, как никогда ранее.
– Теперь я в твоих руках, распоряжайся мной, как тебе хочется.
Я обвила его шею руками и начала медленно раскачиваться на нём, двигая бёдра волнообразными движениями.
Внутри была точка, и когда головка задевала её, я вскрикивала.
Я потратила много сил. Мне стало тяжело двигаться, и любимый, почувствовав это, взял инициативу на себя. Руки крепче обхватили бёдра, он направлял меня, помогая найти ритм. Орион насаживал меня жёстко и быстро. Тараня всё сильнее.
Удовольствие растекалось по всему телу. Я начала рвано дышать. Внутри всё покалывало от наступающей разрядки. Стенки сжались вокруг не прекращающего своих движений члена. Перед глазами вспыхнули звёзды, и на секунды я ослепла. Меня накрыло волной экстаза. Ещё пара резких толчков, и Орион зарычал. Он подтолкнул бёдра вверх, вдавливаясь в меня и прижимая моё тело вниз, чтобы насадить ещё глубже.
Его член продолжал пульсировать, а я сжимать мышцами стенок его естество. Тепло стало распространяться по лону, а я, положив голову ему на плечо, ещё подрагивающая от эйфории, закрыла глаза.
В одном мгновенье можно увидеть вечность и имя ему – Орион.
Орион
Я стоял и не знал, к кому мне податься. Ни мать, ни Малакай к Фейт тёплых чувств не питают, ещё и Бастиан куда-то запропастился. Решив, что с последним договориться легче, лишь стоит цена вопроса, я переместился к Малакаю. Конечно, он был недоволен, говоря, что пернатая может развлекать себя сама. А мне не хотелось оставлять её одну. Не сейчас, когда ещё живы воспоминании о занесённым пылающем клинке. Меня передёрнуло, и картинки об одном из самых страшных событий в моей жизни пронеслись в памяти. Моя голубка стояла на коленях, а из глаз, наполненных неподдельным ужасом, катились слёзы. Белоснежного цвета крылья были опущены к земле и трепетали. Я видел, как дрогнула его рука, и пламя клинка стало угасать, как архангел Иордин стал опускать меч. Он не лишит её крыльев, но он утащит её в Серебряный город и запрёт, посадит в клетку за тысячами заклинаний, а я никогда больше не увижу любимую.
Я мотнул головой, прогоняя картины прошлого и стряхивая с себя ненужные мысли. Решив поскорее разделаться с заданием, порученным Королем Ада, я переместился к воротам в царство гномов. Что я любил в этих коротышках, так это немногословность. Договорившись о поставках железа и стали, отдав увесистый мешок с золотом, скрепив всё рукопожатием под заклинанием, не дающим разорвать сделку, я снова переместился в другой мир.
Запах леса после дождя проник в мои ноздри.
Ждать пришлось не долго. Стражницы границ вышли мне навстречу, улыбаясь, щебеча и распинаясь в приглашении. Мне хотелось свернуть им шеи. Переломать руки, которыми они добровольно отдали мою голубку на растерзание демонам.
– Я к Эмеренте!
Сухой ледяной голос стёр их улыбки. Поклонившись, они повели меня к древнему дубу.
Хозяйка леса восседала на своём троне. Терпеть её не мог. Высокомерная, надменная и тщеславная жердь. Мерзкий характер и такая же манера речи, как будто ей все должны. Но мама вела с ней дружбу, не крепкую и, возможно, до сегодняшнего дня.
– Наследный принц, что привело тебя в Лесное королевство?
Она выделила последние слово, словно намекая, что не стоит не забываться, что передо мной Королева.
– Я хотел лично поблагодарить вас за подарок.
Эмерента склонила голову набок, в её глазах я прочитал удивление. Она вздёрнула брови и насупилась.
– Не помню, чтобы посылала что-то в Ад.
Так, это уже интересно. Она не играла, не пристало её статусу. По её лицу я прочитал немой вопрос.
– Демоны доставили мне целителя от представителей лесных жите…
Но не успел я договорить, как Хозяйка леса подорвалась с трона. Её глаза были широко распахнуты, и в них читался ужас.
– Фейт?
Она сбежала с лестницы и подошла ко мне чуть ли не вплотную. Её глаза бегали по моему лицу.
– Небесный целитель у тебя? Она жива?
Тревожные нотки в её голосе выбили меня из колеи. Я стоял, как дурак, и пялился на раскрасневшееся лицо дриады. Она переживает за Фейт?
– Орион, верни её нам! Если Верховный архангел узнает, что она попала в руки демонов по нашей вине, он сровняет лес с землей. Выжжет всё свешенным огнём до последнего коренья.
Ах вот оно что. Плевала она на ангела. Она беспокоится о древних рощах. Это, конечно, можно понять, лес – её дом. Но мне было плевать на них. Ведь если бы солдаты отдали мой лучик света кому-либо из генералов, то я бы потерял её навсегда, и тогда бы уже я спалил лесные пучины, только пламенем Скверны.
– Нет. Теперь она принадлежит мне, – сквозь зубы процедил я.
Эмерента тяжело дышала, её лихорадило. Она была чертовски напугана.
– Архангел знает, что она в Аду. Я увёл целителя у него из-под носа. Так что вашим поленьям, как и их обитателям, ничего не грозит.
Хозяйка леса облегченно выдохнула, приложив руки груди.
– Что ты собираешься делать с сопровождающими, которые выводили Фейт из леса?
Дриада перевела на меня прищуренный взгляд.
– Я начну разбирательство. Стражницы своей выходкой подвергли лес и его обитателей большой опасности. Если они добровольно отдали ангела в ру…
– Добровольно! – как ножом по металлу проскрипел мой голос. – Я требую самого сурового наказания.
Глаза Эмеренты сильнее сузились, и она лишь кивнула.
– В наказание на границе леса они будут превращены в вековые деревья и будут обречены на вечную службу до скончания времён.
Меня удовлетворил её ответ. Эмерента любила своих дриад и считала их своими дочерями, но ещё Хозяйка леса была жестокой! Поэтому я знал, что, когда выяснится, что лучницы передали небесного целителя на территории леса демонам, она исполнит приговор незамедлительно, ведь больше, чем дриад, она любила свои угодья. Лес, которому сама дала жизнь тысячи лет назад, выращивая по зёрнышку каждое деревце.
Я поблагодарил дриаду за уделённое мне время, как будто она бы мне отказала, и, развернувшись, пошёл на выход из зала Собраний, чувствуя, как прожигают спину прищуренные глаза.
Очень хотелось обнять Фейт. Ощутить тепло её тела, вдохнуть её запах и поцеловать пухленькие губки, ловя стон наслаждения, поэтому, как только меня вывели за пределы леса, я незамедлительно переместился домой.
В комнате было пусто.
Переместился в обитель Фреи. И там пусто. В комнате Малакая тоже было пусто.
– Да Церберова пасть!
Меня начало это раздражать. Осталось единственное место, где колдун мог торчать сутками напролёт. Я представил лабораторию Малакая и переместился.
Сказать, что меня поразил вид моей голубки, ничего не сказать. Тяжело сглотнув, подавился воздухом. Её стройное тело стягивал кожаный костюм, открывая моему взору притягательные окружности.
Малакай что-то пробубнил, наверное, опять какую-то пошлую шуточку. Мне было не смешно. В моём мозгу что-то щёлкнуло, и единственное, чего я хотел, это содрать с любимой кровавого цвета одеяние и оттрахать. Жёстко. В штанах стало тесно. Кровь хлынула к паху, наливая плоть.
Пришёл в себя, когда до слуха долетела жалобная мольба моей голубки. Она тёрлась промежностью о мой пах и просила взять её. Зубы скрипнули, намотал волосы на кулак и резко вошёл до основания. Маленькая вскрикнула и заурчала от удовольствия.
Я думал, что голова взорвется от напряжения. Она до сих пор была узкой и сдавливала меня как защитная, зашнурованная броня. Мне было тяжело дышать и всё от получаемого удовольствия, что дарила мне Фейт.
Вколачивался в неё остервенело. Мне стало этого мало. Мало её. Хотел почувствовать нежность её кожи и жар тела. Секс – это прекрасно. Секс с любимой – это апогей наслаждения. Её громкие стоны снесли мне крышу. Натянул волосы, и она запрокинула голову, всё больше прогибаясь и выпячивая попку.
Дьявольская бездна! Какой прекрасный вид мне открывался. Хрупкие плечики, тонкая талия. Ямочки ниже поясницы. Округлая попка. Не мог себе отказать в удовольствии и шлёпнул по сочной окружности. Маленькая застонала. Я знал, я чувствовал – ей нравится. Она стала подмахивать мне бёдрами.
О как. Кажется, ты решила, что вольна делать то, что хочется? Как бы не так, моя любовь.
Рукой обхватил её горло. Сдерживал силу, как мог, очень боялся навредить, не рассчитав. Такое положение тел позволило мне ещё глубже проникать в податливую плоть.
Как же в ней горячо!
Мой ангел уже не сдерживалась, кричала. А её голос лишь сильнее распалял меня. Перед глазами начало плыть.
Любимая протяжно взвыла, и я ощутил, как её стенки влагалища пульсируют и сжимают с новой силой. Давление на ствол возросло. Животный рык вырвался из моей груди. Я толкнулся в неё последний раз, ухватил рукой бёдра и стал вжимать в себя. Член продолжал пульсировать, накачивая Фейт спермой. Промелькнувшая мимолетная мысль заставила меня улыбнуться, но это потом. Сейчас руки моей голубки дрожали, она готова была рухнуть и утянуть меня за собой. Ей нужно отдохнуть. Я аккуратно уложил её, удерживая свой вес на одной руке, и стал выходить. Жалобная просьба не покидать её отдалась теплом на сердце. Просунув руки и обхватив маленькое тело, я погрузил член до основания и, слушая её мурлыкание, уложил на себя малышку.
