Текст книги "Академия Грайн. Выпускной курс (СИ)"

Автор книги: Кристина Кандера

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 32 страниц)

– Хватит, Шермер. Давай ты на этом остановишься, хорошо? Сделаю вид, что поверил в твой душевный порыв сплотить однокурсников, и мы просто разойдемся. И все будет как раньше. Я не трогаю тебя, а ты со своими прихвостнями по-прежнему не обращаешь внимания на меня. Договорились?

– Нет, – Лиз упрямо поджала губы. Странно, когда Гардова нет рядом, она думает о нем, мечтает, представляет себе всякое… не всегда приличное, да. Но вот стоит только им оказаться рядом, как настрой и слова Егора просто выводят ее из себя. Злят до чертиков. Она не привыкла к тому, что ею пренебрегают. Не привыкла чувствовать себя так… словно она вовсе не Лиз Шермер, а… а… обычная, ничем не интересная девчонка, каких много. – Не договорились, Гардов. Почему ты так себя ведешь? Я тебя обидела? Сказала что-то? Или сделала? Я просто хочу понять, почему каждый наш разговор заканчивается ссорой? Это оскорбительно, в конце концов!

– О! – Егор рассмеялся. – Так в этом все дело? Тебя бесит сам факт, что не все вокруг преклоняются перед тобой? Не все смотрят тебе вслед влюбленным взглядом?

– Так ты обо мне думаешь? – Лиз прищурилась. – Интересно, чем же я заслужила подобное отношение? Ну же, Гардов! Выскажи мне свои обиды, поделись разочарованиями!

– Много чести, – зло выплюнул Егор и оттолкнулся от двери. – Считаю, наше общение на сегодня подошло к концу. Счастливо оставаться.

Он махнул рукой на прощание и потянулся, чтобы открыть дверь. Только вот Лиз не собиралась сдаваться так просто. Гардов не шел на контакт, любую ее попытку пробить его броню, парень просто игнорировал. И вот наконец, когда она смогла его разозлить по-настоящему, заставить проявить чистые эмоции, Егор собирался уйти. Позволить ему так поступить не могла уже Лиз.

– Не смей уходить! – девушка тоже сделала шаг вперед и попыталась схватить Гардова за руку. Он в это время уже открыл дверь. – Мы с тобой не договорили!

– А как по мне, говорить нам больше не о чем, – Егор резко дернулся, высвобождая свою руку, но в запальчивости не рассчитал силу и дернул слишком сильно. Лиз не удержалась и начала падать на него. Стараясь удержать равновесие, она обхватила его за плечи.

Возможно, все так бы и закончилось, если бы у этой сцены не оказались свидетели.

Северьян Абзалов со своими друзьями в это время находился в холле общежития. Он искал Лиз, и когда распахнулась одна из дверей, увидел только часть сценки, где Гардов резко махнул рукой, а Лиз, покачнувшись, схватилась за него. Подогретый слишком большим количеством спиртного, разозленный прошлой встречей с Гардовым, который вызывал у Северьяна чувство брезгливости и страха одновременно, Абзалов понял происходящее по своему. Ему показалось, что Гардов ударил девушку, а этого Ян уже никак не мог стерпеть.

Глаза в глаза. Всего лишь миг, но для двоих он растянулся на целую жизнь. Егор инстинктивно подхватил падающую девушку, прижал к себе. Всего на секунду заглянул в ее глаза и совершенно забыл о том, где он и что происходит. Лиз была рядом. Так близко, что от этой близости кипела кровь, и мысли неслись прочь на сумасшедшей скорости. И Лиз потерялась во времени. Забыла, как дышать, забыла о том, где она находится и совершенно не обратила внимания на то, что у них есть свидетели.

– Ах, ты, паскуда! – взревел Абзалов.

Он стремительно преодолел расстояние, отделяющее его от замершей на пороге комнаты парочки и, оттолкнув Лиз, размахнулся, стремясь проучить Гардова.

От первого удара Егор увернулся. От второго тоже, уйдя в сторону. Сработали инстинкты, выработанные годами из-за участия в подпольных боях. Тело двигалось само, пока разум еще только осознавал, что происходит. Но Северьян не собирался сдаваться так просто и продолжал нападать. Стоит отметить, что, несмотря на алкоголь, бурлящий в крови и ярость, клокотавшую внутри, Абзалов определенно знал, что делает. Выверенные, отточенные движения говорили сами за себя. Северьян Абзалов определенно умел драться.

Егору приходилось несладко. Хотелось врезать тупому придурку, сорвать злость, выплеснуть ярость, что давно уже копилась внутри, но он прекрасно понимал, что любое его движение против Абзалова добром не закончится.

Приходилось уворачиваться. Кружить по холлу общежития, уклоняться от ударов и держать эмоции под контролем. Драка на территории Грайна добром не закончится.

Лиз, сразу опешившая от происходящего, наконец, пришла в себя.

– Северьян! Немедленно прекрати! Ты что творишь?!! – девушка бросилась вперед, в попытке остановить драчунов, но была перехвачена Слободиным.

– Не суйся, – коротко рыкнул приятель Абзалова, удерживая девушку. – Без тебя разберутся.

Рандоу же в это время сумел подобраться к Егору со спины и, воспользовавшись тем, что внимание Гардова было полностью поглощено нападением Северьяна, схватил его, удерживая на месте. Абзалов осклабился.

Тело, не до конца, оправившееся от предыдущих упражнений взвыло, Егор на секунду утратил связь с реальностью. От боли просто потемнело перед глазами. Он дернулся, но Рандоу держал крепко. Так крепко, что не вырвешься. А Северьян уже приготовился нанести удар.

В последний момент, Егору удалось извернуться и удар, направленный в челюсть угодил в плечо.

– Прекратите!!! – Лиз пыталась вывернуться из хватки Слободина, но силы были определенно не равны. – Северьян прекрати!!

– А вот сейчас, – Абзалов не обращал внимания на крики Лиз. Он смотрел только на своего противника и улыбался, потирая кулак правой руки, – мы с тобой поговорим. Так поговорим, Гардов, что ты раз и навсегда запомнишь, кому не стоит переходить дорогу.

– А не боишься, – Егор еще раз попытался вырваться, но тело не слушалось. Полученные в результате схватки в городе травмы давали о себе знать. Синяки болели нещадно и перед глазами то и дело вспыхивали золотистые искры.

– Я? – Абзалов расхохотался. – Не мне надо бояться, Гардов. В любом случае, это ты напал, а мы всего лишь защищались.

– Да ну? – Мысли метались хаотично, Егор пытался придумать, как избежать избиения.

– Ну да. Или ты думаешь, тебе кто-нибудь поверит? Знай свое место, мразь. Кто ты и кто я!

– Если мне не изменяет память, то вы оба студенты академии Грайн, на территории которой запрещено решать проблемы силовым методом, за исключения специально оборудованных помещений для проведения тренировок. Удивительно, что доучившись до пятого курса, вы этого не знаете, господин Абзалов.

Мастер Туров, поправил очки и усмехнулся. За его спиной маячили две внушительные фигуры – старшекурсники менталы, в обязанности которых входило патрулирование территории академии в сопровождении дежурного преподавателя. Очевидно, в эти выходные не повезло как раз таки Турову. Дежурить выпало ему.

– Двое на одного, – продолжал мастер, ухмыляясь так мерзко, что у Егора заныли зубы. – Однако, – препод поцокал языком, покачал головой, снова усмехнулся. – Отпустите Гардова, Рандоу. Свой неуд вы уже заработали, как и сутки в карцере.

Майкл тихо выругался и отпустил Егора.

– Гардов, Абзалов, – продолжил Туров, – с вами разговор отдельный. Идемте.

– Подождите, профессор, – Лиз наконец-то удалось вывернуться из хватки Слободина. Она смело вышла вперед и встала рядом с Егором, чем изрядно удивила всех присутствующих. – Гардов не виноват. Я все видела.

– Шермер, – улыбка Турова буквально сочилась ядом, – вы как всегда вовремя, а то, признаться, я несколько растерялся и упустил из вида происходящее. Итак? Я вас слушаю. Как вы объясните устроенный вами беспорядок?

– Э… – девушка растерялась.

– Вам нечего сказать? – Туров точно выполнил план по язвительным улыбкам. – Что ж… в таком случае вы тоже находитесь под арестом. Думаю, несколько часов в карцере быстро вернут вам ясность мыслей.

– В… в карцере? – глаза Лиз стали напоминать блюдца. – Но… но…

– А как вы думали, Шермер? Правила академии ясны – за любое их нарушение следует расплата.

Этой ночью в Грайне случилось небывалое – почти весь пятый курс за нарушение внутреннего распорядка провел ночь в карцере. Мастер Туров сорвал карт-бланш. Его не заботило наличие у большинства студентов, присутствовавших на вечеринке Лиз влиятельных родственников или покровителей. Он в полной мере оправдал свое отношение к студентам – титулы и капиталы не ограничивают в ответственности за поступки.

А в понедельник всю группу ждал еще один сюрприз.

– Итак, господа, – мастер Туров окинул студентов насмешливым взглядом. Всю группу только-только выпустили из карцера и сразу же собрали в одной из аудиторий. Даже переодеться не позволили. – Ваше поведение оставляет желать лучшего. Такое вопиющее нарушение порядка академии, пренебрежение к администрации… – мастер поцокал языком. – С этим надо что-то делать. Господин ректор согласился с моими доводами и… – тут он улыбнулся еще шире, и от вида этого оскала всю группу как по команде передернуло – от Турова можно было ожидать любой гадости. – В общем у вас есть час, господа. На сборы. Мы с вами отправляемся на полевую практику.

Многоголосый, полный невыразимого страдания стон был ему ответом.

В общежитие Егор так и не попал. На выходе из учебного корпуса, его поджидал старшекурсник интуит с сообщением, что Гардова срочно ожидают в медпункте. Можно было бы проигнорировать и отправиться по своим делам, но Егор не понаслышке знал, что подобные хвосты в Грайне стоит подбирать сразу и не позволять долгам накапливаться.

И потому вместо того, чтобы как остальные одногруппники, отправиться в общежитие, чтобы подготовиться к полевой практике, Гардов направился в медпункт, где почти час выслушивал охи и вздохи Марианна, которая искренне считала, что ее пациент еще не готов к выписке.

– Просто оформите бумаги, – с трудом сдерживаясь, в десятый, наверное, раз попросил Егор. – И разойдемся.

– Как у тебя все просто, – воскликнула юная медичка. – А если начнутся осложнения? Я потом отвечать буду?

– Да какие осложнения, я же здоров!

– Все вы так говорите, – сдаваться Марианна не торопилась и продолжала настаивать на своем. – Нельзя так относиться к своему здоровью. Вы должны пройти обследование. Я сейчас выпишу вам направление.

Отбиться от Марианны удалось, с трудом, но у Егора получилось вырваться из цепких лапок юного дарования. Права, время, отведенное Туровым на сборы, подошло к концу, и когда Гардов покинул медпункт, то увидел столпившихся возле учебного корпуса, студентов.

– Все собрались? – Туров сдвинул очки на кончик носа и придирчиво оглядел группу. – Замечательно. Сейчас получаем сухой паек и выдвигаемся.

Егору оставалось только выругаться и последовать за остальными парнями из группы. Переодеться, и захватить вещи он уже не успевал.

Дорога до места назначения оставила после себя лишь ноющую боль в мышцах и стойкое отвращение к теории построения энергетических щитов. Когда группа из тринадцати студентов и одного преподавателя, наконец, вышла на небольшую полянку, со всех сторон окруженную вековыми соснами, день уже клонился к вечеру. Энтузиазму Турова можно было лишь позавидовать. Всю дорогу до стоянки, он увлеченно читал лекцию о структуре энергетических щитов. Не умолкал ни на минуту. И ладно бы еще, просто говорил – это студенты еще могли бы пережить – так нет, профессор определенно вознамерился вбить своим ученикам максимум знаний, не заботясь при этом их мнением.

– Это кошмар какой-то! – простонала Лиз, сбрасывая на землю увесистый рюкзак и плюхаясь рядом с ним на траву. – Я ног не чувствую. И есть хочу.

– Знаешь, – Света последовала примеру подруги и тоже опустилась на землю, откинулась назад и раскинула в стороны руки, – если выбирать между гудящими ногами и дополнительной лекции о структуре щитов, то я предпочту первое.

– Слабачки, – фыркнул Стас. Весь путь до стоянки, парень не отходил от девушек, помогал на переходах, даже предлагал Светлане понести ее вещи, на что девушка только фыркнула. – Не так уж и много мы прошли. Всего несколько километров. Дорога была ровная, по лесу всего ничего пришлось топать.

– Сам такой! – обижено пробурчала Светка, поднимаясь с травы. – Я же не виновата, что в детстве не увлекалась туризмом и по горам, аки коза, не скакала.

– Где ты видишь здесь горы? – удивленно вскинулся Стас. – Это даже предгорьем трудно назвать. Лес и лес, подумаешь, немного холмов. Так и что?

– Так, господа студенты! – звонкий голос Турова раздался над полянкой, где в разных позах отдыхали будущие энергеты. – Хватит разговоров. Обустраиваем лагерь. Я надеюсь, все взяли с собой палатки и спальные мешки? Предупреждаю, ночевать под открытым небом, конечно, романтично, но ночами здесь температура бывает минусовой. Так что вперед, после обеда, будем отрабатывать построение Паутины.

Студенты в очередной раз слаженно застонали и принялись подниматься на ноги. Подобные вылазки были не в новинку. За пять лет обучения, они уже не единожды выбирались на вот такие полевые учения. Горная гряда, расположенная севернее Грайна, почти полностью искажала энергетический фон, а полянка, на которой располагался сейчас лагерь, так и вовсе была со всех сторон экранирована от влияния извне. Что создавало идеальные условия для оттачивания навыков.

Палаточный городок вырос за полчаса. Сухпаек, выданный в академии, изрядно уменьшился, голоса студентов зазвучали бодрее.

– Итак, господа студенты! – Туров вышел в центр небольшого пятачка и потер ладони. – Приступим. Кто скажет мне, почему мы остановились именно здесь? Гроу?

– Потому что эта полянка почти полностью экранирована от влияния энергетических потоков. Они огибают ее по кругу, но не пересекаются внутри, – заученно выдала Светлана и уже тише, так чтобы слышали ее только те, кто стоял рядом, добавила: – И потому что вы – тиран и любите издеваться над студентами.

– Что стало тому причиной? – Туров если и услышал слова Светы, то не подал вида. – Абзалов.

– Горы. Они отражают энергию, искажают поле.

– Хорошо, – Туров удовлетворенно кивнул и улыбнулся. – Вы все знаете о том, что дар, данным нам всем при рождении может разделяться на три составляющие. Об этом, я надеюсь, рассказывать не надо? Так вот, вы – энергеты. В чем ваша особенность? Лагодин.

– Мы используем внешние потоки. Силовые и энергетические линии, которые пронизывают структуру мира.

– Так, – согласно кивнул Туров. Он развлекался. Вопросы, задаваемые профессором, были на уровне школьной программы. Об отличиях энергетов от менталов или интуитов не знали разве что младенцы. – А теперь, кто скажет мне, как себя будет чувствовать истинный ментал на этой полянке?

Студенты опускали глаза, стараясь слиться с обстановкой. Вопрос был с подвохом.

– Гардов.

– Никак не будет, – хмуро бросил Егор, поежившись.

– Обоснуйте, – не собирался отставать Туров.

Егор вздохнул. Сунул руки в карманы брюк и перекатился с пятки на носок. На препода он по-прежнему не смотрел, как впрочем, и на своих одногруппников.

– Дар менталов основывается на использовании в первую очередь внутренних потоков. Собственного резерва. Отсутствие энергетического поля для них не является препятствием.

– Объяснение не совсем тактичное, но, тем не менее, все верно. Дар ментала заключается в том, что одаренные с таким уровнем могут использовать не только внешние потоки, но и внутренние, как и интуиты. Последние, кстати, тоже могут воздействовать своим даром. Для интуитов, как и для менталов, внешние потоки играют второстепенную роль. От первых зависите только вы, энергеты. И вот вам задание, – профессор хищно улыбнулся и предвкушающее потер ладони, – научиться чувствовать свой внутренний резерв. Приступайте.

– Но… это невозможно! – первым успел прийти в себя после сногсшибательного заявления препода, Абзалов. – Вы же сами сказали, что мы – энергеты и не имеем внутреннего резерва.

– Вы плохо меня слушали, господин Абзалов, я сказал, что вы используете в основном именно внешние потоки. Про то, что у вас нет внутреннего резерва я ничего не говорил. Он есть у каждого, только не каждый одаренный может им пользоваться. Сила вашего дара такова, что она не подразумевает под собой этого. Но, тем не менее, каждый из вас имеет свой резерв. И я желаю, чтобы сейчас, вы определили его границы. Приступайте!

Егор вздохнул и первым из всей группы опустился на траву. Он и без Турова прекрасно знал свои возможности, но не собирался спорить с профессором. Себе дороже.

Егор закрыл глаза и приготовился вздремнуть. Пусть Туров думает, что он полностью погрузился в себя, главное не захрапеть в неподходящий момент. Почувствовав какое-то шевеление рядом, Гардов приоткрыл один глаз – рядом на траву опускался Лагодин. Похоже, Стасу пришла та же светлая мысль. Парни переглянулись, послали друг другу сдержанные улыбки и синхронно выпрямились, закрыли глаза.

Егор с трудом сдерживался, чтобы не улыбаться, слыша, как где-то рядом пыхтит Светлана.

– Туров совсем рехнулся? – шипела она на ухо Лиз. – Чего он хочет? Какие внутренние резервы?

– Тихо, – так же шепотом осадила ее Лиз. – Он на нас смотрит.

– И пусть смотрит… мамочки мои, я же потом ноги не разогну! И что, мне так и ходить до конца жизни с такими калачами? И в попу что-то колет… Ай! Тут комары, как вампиры.

– Мисс Гроу, какие-то проблемы? – Туров, расположившийся чуть в отдалении от группы студентов, заметил возню Светланы.

– Нет, профессор, все в порядке, – нарочито бодро провозгласила девушка.

– Тогда не мешайте остальным.

– Вот старый хрыч, – прошипела Светка так, чтобы ее слышали только те, кто находился в непосредственной близости. – Сам-то небось сейчас спать будет. А нам сиди тут, ноги выкручивай.

– Успокойся уже, – тихо осадил невесту Стас. – Сиди и молчи. Постигай… свой внутренний резерв. Кто знает, может он у тебя все же есть.

– Ах ты гад! – снова зашипела Светка и потянулась, чтобы ткнуть жениха маленьким кулачков в плечо. Неудобная поза подвела и девушка, не удержавшись, рухнула на Стаса. – Ой!

– Мисс Гроу! – произошедшее не осталось для профессора в тайне. Туров нахмурился и поднялся со своего места. – Что у вас там происходит?

– Все в порядке, профессор. Это просто… маленькая неприятность.

– Как-то много у вас этих неприятностей.

– Мне неудобно!

– Вот как? – профессор приблизился к студентам, которые в этот самый момент активно делали вид, что погрузились в себя так глубоко и так надолго, что достать их из этого самого «глубоко» нет никакой возможности. – Идите сюда. Вставайте, вставайте, мисс Гроу. Раз все так печально, то я не буду вас заставлять.

– Правда? – недоверчиво переспросила Светка, с трудом распутывая ноги и поднимаясь.

– Конечно, не стоит мешать вашим сокурсникам постигать всю глубину собственного дара. Вместо этого мы с вами повторим правила построения зеркальных щитов. Вон там, за теми деревьями как раз есть подходящее местечко, где энергетические потоки нисколько не искажены.

Светка застонала. Она только сейчас поняла, что попала в ловко расставленную Туровым ловушку. Но было поздно. Профессор настойчиво подтолкнул ее к деревьям.

Лиз вздохнула. Рядом тихо выругался Стас, но никто из них не решился вступиться за подругу. С Туровым такое все равно бы не прокатило, а практическое задание по щитам… Лиз еще не забыла, как отрабатывала последнее. Нет уж, лучше она посидит здесь, на солнышке. Подумает о своем. А Светка… сама виновата, ее никто не заставлял привлекать внимание препода.

Лиз, как и остальные студенты, прекрасно понимала, что вся эта чушь с внутренним резервом, просто способ тонко поиздеваться. Истинный энергет редко когда может развить дар слабого интуита, а уж о том, чтобы расширить свои способности до способностей менталов так и вовсе невозможно. И профессор прекрасно знает об этом, как знают и все студенты.

Но спорить не станешь, а не то быстро окажешься напротив Светы и будешь до звездочек перед глазами практиковаться в построении щитов. А Туров потом, по результатам практических, еще и отметок может наставить. И не обязательно хороших. А правила в Грайне на этот счет четкие, получишь неуд – придется снова отрабатывать.

И потому, Лиз постаралась расслабиться, поерзала на траве, устраиваясь поудобнее и попыталась «погрузиться в себя».

В отличие от большинства своих одногруппников, Лиз была интуитом, как ее мама. Только не развивала свои способности, оттачивая совершенно иные навыки. Это решение было принято осознанно и до сих пор девушка ни разу не пожалела и не задумалась о том, как бы все могло повернуться, выбери она другой факультет.

Вспомнилась вдруг мама. Стало грустно, в носу защипало от слез. Лиз полностью погрузилась в свои переживания. Она редко позволяла себе такое, но тут просто не могла удержаться. Будь мама жива, Лиз бы попросила у нее совета, поделилась бы своими переживаниями, рассказала о чувствах. Светка – это хорошо. Она лучшая подруга, о которой только можно мечтать. Но… Светка – это Светка.

А Лиз очень не хватало матери. Она скучала.

Грусть полностью захватила девушку, по щеке медленно скатилась слезинка. Потом еще одна…

– Эй, Шермер… – тихий голос и едва ощутимое прикосновение к плечу, заставили Лиз вынырнуть из невеселых размышлений.

Девушка вздрогнула и распахнула глаза, с удивлением заметив, что солнечный полдень сменился едва заметными сумерками. Это сколько же они тут просидели? И как она не заметила?

– Шермер, ау! – Лиз вздрогнула и подняла удивленный взгляд на Егора. – Ты это, прекращай экранировать, а то у нас уже полгруппы обрыдалось.

– Что?

– Заканчивай страдать. Ты транслируешь свои чувства.

Лиз удивленно огляделась. Егор был прав. Сидящие вокруг нее однокурсники уже пришли в себя, но на щеках девушек виднелись влажные дорожки от слез. Парни же выглядели несколько обескуражено.

– Дааа… – качнул головой Егор. – Ну ты даешь, Шермер. Зато Туров может радоваться. Благодаря его практике, в тебе проснулся иной дар.

– Он у меня всегда был, – сквозь зубы прошипела Лиз, растирая затекшие ноги.

Происшествие с Лиз обсуждалось до темноты. Туров только усмехался и почему-то задумчиво поглядывал на Егора. Возникший феномен, профессор объяснил тем, что на самом деле Лиз Шермер была врожденным интуитом, и старательно пыталась подавит этот свой дар.

– Зря, Шермер, очень зря, – напоследок резюмировал профессор. – Хороший интуит всегда лучше посредственного энергета.

– Да кто угодно лучше энергета, – фыркнула Светка. Девушка после многочасовой практики по построению щитов выглядела так, словно несколько дней занималась тяжелым физическим трудом и почти не спала. Она сидела прямо на траве, прислонившись к Стасу и постоянно зевала, терла кулачками глаза и, казалось, что если бы не поддержка Лагодина, Светлана бы давно уже рухнула в траву, как подкошенная.

– Не скажите, – профессор задумчиво качнул головой. – Посмотрите вон туда, – он указал на палаточный лагерь. – Все ваши палатки специально улучшены. С помощью особого переплетения энергетических потоков, они не промокают, сохраняют внутри комфортную температуру, благодаря чему вам не страшны даже низкие температуры. Они почти полностью изолируют звук и не пропускают свет. А также я уверен, что вы озаботились улучшенными энергетическими светильниками. Многие из вас пользуются в быту улучшенными вещами, но почему-то никто не задумывается о том, что ни менталы ни интуиты не способны на созидание. Только энергеты. Так что вы в корне не правы, мисс Гроу. Энергеты важны, причем даже куда больше, чем все большинство одаренных. Те же менталы в большинстве своем разрушители. Их таланты используются в силовых структурах. Не скрою, это почетно, но… – Туров пожал плечами. – С интуитами дело обстоит чуть лучше. Из них получаются неплохие целители душ, врачи, те же следователи. В последнее время интуиты широко применяют свои способности в пиар-компаниях и рекламе, хоть для подобной деятельности и существует ряд жестких ограничений. А вот энергеты… энергеты необходимы во всех сферах. Так что не стоит принижать собственную значимость.

– Но все же, как у Шермер получилось зацепить своими эмоциями нас всех?

– Студентка Шермер слишком глубоко погрузилась в свой дар и не выставила щиты, – Туров улыбнулся и пристально посмотрел на Лиз. – Что не удивительно, поскольку она просто не знала своих истинных возможностей, но что говорит в пользу необходимости дополнительных занятий по щитам для мисс Шермер.

Лиз застонала, уронив голову на руки. Меньше всего ей хотелось тратить время на дополнительные занятия с Туровым. Она прекрасно знала насколько увлекающимся бывает профессор.

– И подумайте над тем, чтобы сменить специализацию. По окончании этого года у вас будет такая возможность. Закончите аспирантуру по другому направлению.

– Меня это не интересует, – Хмуро ответила Лиз. Она-то уж думала, что мамино наследство не проявится так ярко, а вон как оно все получилось. Своими переживаниями она зацепила всю группу и даже заставила девчонок плакать. Хорошо еще, что парни в этом отношении не настолько восприимчивы, а то врагов бы у нее прибавилось.

Они просидели еще несколько часов, задавая Турову вопросы и получая на них ответы. Сейчас ехидный профессор был как никогда доброжелателен, с удовольствием выслушивал студентов и не чурался отвечать на их вопросы и разъяснять непонятные моменты. Профессор оказался неплохим рассказчиком, и даже тот факт, что все его рассказы касались непосредственно учебной программы, никого не напрягал. Было интересно.

– Что ж, господа, уже поздно. Да и холодно становится. Давайте-ка спать, – Туров первым поднялся на ноги. – Завтра нам предстоит еще практикум по построению зеркальных щитов, так что отдыхайте и набирайтесь сил.

Со стороны студентов донеслись горестные вздохи, но спорить никто не стал. Медленно, группа расползлась по палаткам.

– Лиз, – Абзалов приблизился к девушке и по хозяйски обнял ее за талию. – Пойдем ко мне.

– Мне есть где спать, – несколько сухо ответила Лиз, выпутываясь из нежелательных объятий.

– Да ладно, – Северьян, казалось, совершенно не замечал, что Лиз старательно избегает его общества. – Оставь этих голубков в одиночестве. Да и потом… – он наклонился к самому уху девушки и жарко зашептал, – у меня вся палатка свободна. Больше места.

– А сам куда подашься? – Лиз наивно округлила глаза.

– В смысле? – не понял намека Северьян. – Я с тобой буду. А то вдруг ты замерзнешь.

– Ой, нет, – Лиз даже головой покачала для пущей убедительности. – У нас палатка с подогревом. А я так не люблю мерзнуть. Спокойной ночи, Ян.

И девушка шустро шмыгнула в свою палатку, оставив Абзалова зло шипеть проклятия и сжимать кулаки. Егор был единственным свидетелем этой сцены и пусть не слышал всего разговора, понял, что Северьяна прокатили. С трудом сдержался, чтобы не отпустить пару ехидных реплик, но вовремя вспомнил о происшествии на вечеринке у Шермер и придержал язык за зубами.

Устраивать драку здесь и сейчас ему определенно не хотелось. А в том, что на помощь к Абзалову прибегут его дружки, сомнений не было. Как не было их и в том, что и на этот раз Туров не будет разбираться, кто прав, а кто виноват.

Студенты расползлись по палаткам. Егор остался снаружи в одиночестве. Посидел немного, затем решил пройтись, чтобы разогнать кровь. Ложиться спать на холодной земле его никак не прельщало, но и просто просидеть всю ночь, рассматривая луну и звезды, не хотелось. Стоило придумать, как провести время.

Гардов медленно брел мимо палаток, раздумывая о чем-то своем. Когда он поравнялся с самой крайней, споткнулся, почувствовав, как кто-то потянул его за рукав. Первым порывом было садануть сырой силой, но Егор сдержался. Даже нашел в себе силы присесть. А когда встретился взглядом с голубыми глазами Лиз, чуть не завалился на спину.

– Долго там стоять будешь? Холодно.

– Серьезно?

– Заходи, – Лиз снова потянула его за рукав, откидывая тонкую створку палатки.

– Да ты шутишь!

– Предпочитаешь провести ночь под открытым небом? – прошипела Лиз, силой пытаясь затащить Гардова в палатку.

Тот упирался. Сам не понимал почему.

– Мне не привыкать.

– Слушай, Гардов, – это не выдержал Стас. Он приподнялся на локте, осторожно, чтобы не потревожить уснувшую у него под боком Светлану, – прекрати ломаться. Вползай уже и закрой за собой вход. И тихо, а то я сам тебя придушу.

Эта фраза стала решающей. Только что Егор был намерен отбиваться от Шермер и ее предложения, но стоило вступиться Лагодину, как Гардов забрался в палатку, закрыл за собой вход и только после этого стал осматриваться.

Палатка была не очень большой, но вчетвером они вполне могли в ней поместиться. Тонкая ткань не пропускала влагу, специальные плетения, внесенные в ее основу, блокировали звуки, так что можно было не переживать, что с той стороны кто-нибудь может подслушать разговор. В купол был вделан энергетический светильник, сейчас испускающий слабый желтоватый свет. Два спальника. В одном устроились Стас со Светланой. И если молодой человек в данный момент приподнялся на локте и сверлил Егора пристальным взглядом, то Светка уже сопела, уютно свернувшись калачиком под боком у жениха. Второй спальник был занят Шермер.

– Снимай ботинки и куртку, – прошептала Лиз, расстегивая молнию на мешке. – Спальник не очень большой, но вдвоем мы должны поместиться. По крайней мере, обычно помещались, – добавила она не очень уверенно, рассматривая Егора.

– Спасибо, – произнес Егор, – только не уверен, что это хорошая идея. Я могу и так.

– В твоих способностях, Гардов, – прошипел Стас, все еще бросая на него странные взгляды, – никто не сомневается. Но что-то мне подсказывает, что в горах ты раньше никогда не ночевал.

– И что из того? – поинтересовался Егор, стаскивая кроссовки и аккуратно располагая их возле выхода, рядом с обувью остальных.

– Да потому что, будь у тебя подобный опыт, ты бы знал, что осенними ночами температура здесь опускается до минусовой. И не смотри на меня так, я знаю, что говорю. Ты околеешь к утру. Так что не спорь и лезь в спальник, пока у Лиз случился приступ человеколюбия. И тихо! Если разбудите Свету, я вас обоих на улицу выставлю.

– Да не бойся ты так, – фыркнула Лиз. – Не съем я тебя и даже приставать не буду. Если бы Светка уже не отрубилась, поменялись бы местами со Стасом. А так… – Она развела руками.

Егор вздохнул. Криво усмехнулся и стянул куртку. Смысл спорить и ломаться как барышня на сеновале. В конце концов, он не просил о помощи, но и не настолько смел, чтобы от нее отказаться. Тем более, когда помощь на самом деле необходима и ее тебе так настойчиво предлагают.

– Куртку с той стороны положи, – подсказала Лиз. – Утром она, конечно, будет неприятно холодная, но зато спать будет теплее.