Текст книги "Клуб смерти (ЛП)"

Автор книги: Кэролайн Пекхам

Соавторы: Сюзанна Валенти
сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 36 страниц)

Я как раз просыпалась в мягкой постели, когда на меня обрушилось огромное тело и вышибло весь воздух из моих легких.

– Просыпайся, просыпайся, маленькая психопатка, – пропел красивый глубокий голос Найла, и я сердито зарычала, ударив его кулаком через одеяло, которое он натянул на меня, чтобы я не могла выбраться.

– Уходи, – угрюмо прорычала я, а он переместился, чтобы опуститься на колени над моей грудью, фиксируя мои руки своими коленями.

– Не очень-то мило, не находишь? – сказал он. – Особенно после того, как я решил немного потренировать тебя и сделать из тебя настоящую убийцу.

Я нахмурилась, сузив глаза.

– Правда?

– Ага. – Найл улыбнулся своей сумасшедшей улыбкой, и она была слишком заразительна, чтобы не улыбнуться в ответ.

– Слезь с нее, – рявкнул Матео с другого конца комнаты. Вчера, после нашей попытки побега, он совсем притих и не сказал мне ни слова, даже когда я рассказала ему свою лучшую историю из жизни под мостом. В ней фигурировали украденный кусок сыра, разъяренный продавец сыра и острая палка. А он даже не улыбнулся.

Мое сердце подпрыгнуло, когда Найл на мгновение придавил меня своим весом, но затем он вытащил меня из-под одеяла и поставил на ноги. Он подскочил ко мне, его покрытая татуировками грудь была обнажена, а клоун на ней ухмылялся мне во весь рот, когда он схватил меня за руку и притянул ближе.

– Ну что скажешь, Паучок? – настаивал он, и я на секунду задумалась.

Что ж, мне действительно нравилось убивать. И это могло дать мне шанс прикончить и его. Так что, наверное, стоило попробовать.

– Хорошо.

Он закружил меня по комнате, вынув беспроводной наушник из своего уха и вставив его в мое, пока мой мозг пытался осознать, что я не сплю и танцую с убийцей.

Песня «Teeth» группы 5 Seconds of Summer гремела у меня в голове, а улыбка Найла была настолько заразительной, что я вцепилась в его плечи и позволила ему кружить меня по подвалу, запрокинув голову и разглядывая комнату вверх ногами, пока мои волосы развевались вокруг.

– Уииии.

Он швырнул меня обратно на кровать, и я рассмеялась, быстро поднявшись на ноги и приняв танцевальную позу под музыку, подпевая песне так же громко, как Найл. Он широко раскинул руки, пока я трясла волосами в такт, покачивая бедрами, а Адское Пламя оценивающе наблюдал за мной, в то время как Матео хмуро на нас смотрел.

– Прыгай, малышка, – скомандовал Найл.

Малышка? Я приподняла бровь, но все же разбежалась и спрыгнула с кровати. Он подхватил меня одной рукой под колени, а другой за спину, и мы начали хохотать, когда песня подошла к концу. Он крутанул меня последний раз и поставил на ноги, я перевела дыхание, и наши с Матео взгляды встретились – он сердито смотрел на нас из клетки.

Я поклонилась, прикусив губу, чувствуя, как румянец заливает щеки. По моей коже пробежала дрожь, когда я вспомнила его губы на мне, его язык, скользящий по моему клитору, чего я, черт возьми, никогда раньше не испытывала, но я хотела этого снова, и снова, и снова. Проблема была в том, что он стал очень замкнутым после нашей попытки побега прошлой ночью, и я не знала, как с этим справиться, поэтому в основном просто не пыталась.

– Прими душ, одевайся, встретимся наверху, – скомандовал Найл, и я показала ему средний палец, ухмыльнувшись, а затем схватила кое-что из своей новой одежды в охапку и помчалась в ванную. Оооо, сегодня будет весело, я это чувствую.

Я встала под душ и бесстыдно начала трогать себя вспоминая, что делал со Матео прошлой ночью, а мои стоны стали вырываться громче и чаще, когда я провела пальцами по своему клитору и представила, что это его язык. Я была богиней секса, на шаг ближе к своей мечте стать убийцей-соблазнительницей. Матео выглядел так, будто ему это понравилось, и даже казалось, что он готов был пойти со мной до конца, но потом он сбежал, как голубь в нору. А теперь он не разговаривал со мной. Я надеялась, что он не сожалеет. Может быть, ему нравились блондинки. Или парни. Или морковка в заднице. Я не осуждаю, просто думаю, что я все-таки не в его вкусе. И это меня очень расстроило. Видимо, я все еще вся твоя, Сатана. Ты можешь проделать ту штуку с языком, которую делал Матео? Спрашиваю для подруги.

Я кончила с громким хриплым стоном и ухмыльнулась, выходя из душа и вытираясь пушистым полотенцем. Однако кайф от оргазма быстро прошел, и я надула губы. Это было не так приятно, как когда Матео делал это, но, по-моему, было почти так же хорошо.

Я не собиралась так уж расстраиваться из-за этой ситуации. Мне нравился Матео. Он был ужасающим и милым, и да, он заставлял мое сердце биться чаще, но я прекрасно справлялась с отказом. Я справлялась с ним всю свою жизнь. Я была опытным профессионалом с бесконечными годами практики. Так что, если он думал, что я расстроюсь… о черт, я плачу.

Я ревела добрых пять минут, выплескивая свой гнев и горе на раковину, которая просто бессердечно смотрела на меня в ответ. Глупая раковина. Я хлопнула ее по блестящим кранам, прежде чем шлепнуть себя достаточно сильно, чтобы и я заткнулась. Прекрати. Ты все равно девушка Красного Здоровяка. Тебе не нужны сексуальные мужчины в клетке. Надень что-нибудь горячее и помни, что люди ужасны. Особенно мужчины. Особенно, особенно горячие мужчины.

Я надела бледно-голубой купальник с розовыми чулками в сеточку, а затем натянула короткую меховую куртку того же цвета, потому что не хотела замерзнуть. Потом я сунула ноги в свои блестящие белые туфли на платформе с единорогами и подошла к зеркалу, чтобы сделать макияж. Я постаралась не переборщить: нанесла матовую сиреневую помаду, а затем подкрасила глаза пастельными тонами до бровей, нарисовала пару маленьких звездочек под глазами черной подводкой и нанесла блестящую тушь.

Я улыбнулась себе в зеркало, завязала волосы в узел и вышла из комнаты.

Найл лежал на кровати, заложив руки за голову, и смотрел на меня с такой интенсивностью, что я почувствовала, как моя кожа загорелась. Я взглянула на Матео, который сжимал решетку, злобно глядя на меня, расправила плечи и подняла подбородок, не обращая внимания на его отношение.

– Ну, мы идем или как, Адское Пламя?

– Черт возьми, Иисусе, что это за наряд, Паучок? Ты знаешь, что если будешь продолжать убивать в таком виде, тебя будет легко узнать, – сказал Найл, приподнимаясь, а его взгляд скользнул вниз к моим чулкам в сетку, и я почувствовала, как он задержался на моей заднице, когда я проходила мимо него к шкафу, а затем достала бледно-голубой парик, натянув его. Он был с челкой и ниспадал до середины спины. Я резко повернулась к Найлу, указывая на него.

– Смотри, теперь я замаскирована.

Найл встал, направляясь ко мне, и ухмылка тронула его губы.

– О черт, где ты? – Он потянулся ко мне, притворяясь, что не может меня найти, в то время как его руки махали в воздухе, и я издала девичий звук, которого никогда раньше не издавала. Черт возьми, почему иногда он был таким милым? Нет, я ненавидела его. Он был большим злобным тортом с глазурью сверху.

– Нашел тебя. Пойдем. – Он схватил меня за руку, и мое сердце подпрыгнуло, когда он потащил меня к лестнице. Я оглянулась на Матео, но он только опустил подбородок, и от того, как он смотрел на меня, по моему телу пробежали мурашки. Он ничего не сказал, просто уставился, а я поджала губы, игнорируя его. Не нужен мне твой волшебный рот. Теперь у меня есть фантазии о нем. И они будут такими же вкусными. Вроде того. Вздох.

Найл потащил меня наверх, с глаз долой, и я переплела свои пальцы с его, желая подержаться с кем-то за руки, потому что… ну, на самом деле у меня сейчас не было причины, но это было то, чего я хотела. Он оглянулся на меня, но не отпустил, и мои губы тронула дьявольская улыбка.

Сегодня я собиралась доказать, что я лучший убийца, которого он когда-либо видел. Лучше, чем этот Банди, или Ночной Сталкер, или даже Волан-де-Морт.

– Так, чтобы разобраться с этим, почему ты плакала там, в ванной, любовь моя? – спросил он.

– Ты слышал? – ахнула я.

– Это было невозможно не услышать.

– О, – выдохнула я, понимая, что Матео тоже это услышал. Черт, а вдруг он подумал, что это из-за него? То есть, это было очевидно. Но я не хотела, чтобы он знал это. – Я не хочу говорить об этом.

– Хорошо… что ж, у меня есть для тебя подарок, который может поднять тебе настроение. – Он потащил меня в гостиную, толкнул на бордовый диван Честерфилд, и я поджала под себя ноги, оглядываясь по сторонам, как возбужденный щенок.

– Какой подарок? Где? – Спросила я.

– Закрой глаза, – приказал он, встав передо мной и скрестив свои татуированные руки на груди.

Дьявол смотрел на меня с его предплечья, и мой взгляд пробежал по остальным его рисункам, так что я пожалела, что не могу подарить своему маленькому паучку больше тату-друзей на своем теле. Он был так одинок на моем большом пальце. Прямо как я. Хотя я не жила на большом пальце. Ну, может, я жила на очень, очень, очень большом пальце, если вся вселенная на самом деле была спрятана под ногтем великана. Разве это не было бы забавно? Если бы мы все были просто пылинками в гораздо большем мире? И этот мир был бы полон огров, чудовищ и…

– Закрой их, – подтолкнул Найл, и я прикусила нижнюю губу, изо всех сил пытаясь доверять ему, прежде чем закрыть глаза. Он сказал, что у него есть для меня подарок. И я не получу его, пока не сделаю так, как он просил, так что мне пришлось это сделать.

Я только надеялась, что он не вытащит свой член и не поднесет его к моим губам. Это случилось в последний раз, когда кое-кто сказал, что у него есть для меня подарок. Мне велели встать на колени и закрыть глаза. Оглядываясь назад, я должна была это предвидеть. Я пробежала четыре мили, крича из-за того крошечного члена. Хотя я и не думала, что у Найла все будет так плохо. Сама мысль о том, что он окажется у меня во рту, заставила меня даже почувствовать голод.

Его руки скользнули по моей шее, и внезапно он надел на меня пластиковый ошейник, отчего мои глаза распахнулись.

– Эээ, я бы предпочла твой член, – фыркнула я, складывая руки на груди, и его глаза расширились.

– Повтори-ка еще раз, маленькая психопатка?

– Ничего, – пробормотала я, и он нахмурился.

– Это улучшенная версия. На ошейнике есть датчик периметра. Так что… с этого момента ты свободна, когда я привожу тебя наверх. Ты можешь ходить куда угодно, только не за границу, которую я установил во дворе. Если пересечешь ее, получишь удар током, так что либо держись подальше от границы, либо тебе придется ждать, пока я приду и отключу питание. Ну, как тебе? – Он просиял, как будто только что угостил меня конфетой.

Я подняла руку, чтобы провести пальцами по ошейнику, и мои губы приоткрылись. Затем я вскочила со своего места и побежала к входной двери. Она была не заперта, поэтому я распахнула ее, вырвалась на солнечный свет и помчалась по лужайке с безумным смехом возбуждения.

Свобоооода. Я свободна, свободна, свобоооодна!

Я побежала к подъездной дорожке, где в конце ряда блестящих машин был припаркован синий пикап Ford, и, оглянувшись через плечо на дом, обнаружила, что Найл наблюдает за мной из дверного проема.

Он приложил ладони ко рту рупором и крикнул мне: – Ты почти у…

Электричество взорвалось в моих венах, и я рухнула на землю, ударившись коленями о грязь. Боль пронзила мои конечности, и мой крик взметнулся в небо. Все внезапно прекратилось, и я обнаружила, что солнце заслонила крупная фигура Найла, стоящего надо мной, его бровь приподнялась, а пальцы обхватили мою лодыжку, чтобы оттащить меня от сенсора.

Я задыхалась от смеха, проводя рукой по центру своего тела, пока остатки статического электричества покалывали мою кожу.

Найл присел на корточки, протянул руку, чтобы вытащить прядь темных волос из моего рта, и посмотрел на меня.

– Тебе это нравится, маленькая психопатка? – спросил он мрачным тоном, который заставил меня задрожать почти так же сильно, как электричество.

Я кивнула, улыбаясь ему.

– Ну, не бери это в привычку, иначе твои мозги превратятся в яичницу. – Он поднял меня на ноги и подтолкнул обратно к дому. – Ты готова начать тренировку?

Я повернулась к нему, прищурив глаза.

– Ты действительно собираешься тренировать меня, Адское Пламя?

– Да. Ты же хочешь стать лучшим убийцей, не так ли?

– Я думала, ты сказал, что у меня это отстойно получается. – Я уставилась на него, когда его рука опустилась на мою поясницу. В тайне мне это нравилось. Мне нравилось, что в нем все было большим, а я чувствовала себя еще меньше, чем была на самом деле. Но это не заставляло меня чувствовать себя слабой. Мне казалось, что в моей груди живет сама Мать-Природа и ждет, когда ее выпустят в мир. И он тоже видел это во мне. По крайней мере, иногда.

– Вот для чего тренировки. – Он повел меня за дом, и мои брови поползли вверх при виде открывшегося передо мной зрелища.

Передо мной в землю были воткнуты высокие палки с арбузами на них. А на деревянной скамье была разложена блестящая коллекция ножей, мачете, молотков, топориков – всяких вкусностей. Даже пистолет!

Я ахнула, бросилась к нему, схватила его и, обернувшись, направила на Адское Пламя с победным смехом. Возможно, вчера у меня и не получилось пристрелить его, но сегодня я не промахнусь.

Он безразлично смотрел на меня, ожидая, когда я нажму на курок, и у меня в горле застрял комок. Мой палец лег на спусковой крючок, и я уставилась на него, оскалив зубы.

– Дай мне машину, и отпусти меня.

– Нет, – просто сказал он. – Итак, что ты будешь делать дальше?

Я сделала шаг к нему, направив пистолет ему в голову, пытаясь заставить себя нажать на спусковой крючок. Но сегодня что-то меня сдерживало. Может быть, это потому, что у него было красивое лицо, и я не хотела его испортить. Но в таком случае я могла бы вместо этого выстрелить ему в сердце. Я опустила пистолет ниже, но легче не стало.

Нажми, освободи Матео, убирайся отсюда.

Но я хочу научиться убивать. А Адское Пламя так хорош в этом. И он горяч. Я действительно собираюсь лишить мир этого красивого дьявола? Он ооочень симпатичный.

– Кажется, ты в затруднении, Паучок. Чего ждешь? Сделай из моих мозгов пастрами. – Найл медленно подошел ко мне, и я облизнула губы.

Может, мне и не нужно его убивать. Я могу просто покалечить его. Тогда я смогу убежать.

Я опустила пистолет, прицелилась ему в ногу и нажала на курок. Щелчок.

Дерьмовые сиськи.

– Интересный выбор. – Найл потер заросший щетиной подбородок, а затем бросился вперед, выхватил пистолет из моей руки и сунул его за пояс джинсов сзади. Потом сильно щелкнул меня по лбу, и я поморщилась. – Это была проверка. Ты провалилась, но не так сильно, как я ожидал. Теперь повернись и выбери оружие.

– Хорошо, но больше не щелкай меня, – прорычала я, и он щелкнул меня по уху. – Ой! Найл. Не надо.

Он щелкнул меня по щеке, и я с рычанием бросилась на него, хлопая его по рукам и обнаженной груди, пока он хохотал. Затем он толкнул меня к скамейке с оружием так сильно, что я споткнулась, достал из кармана пригоршню патронов и начал непринужденно заряжать пистолет.

Мое сердце бешено заколотилось, когда я подошла к скамейке, проводя пальцами по всем блестящим красавцам. Мачи тоже был в ряду, но мачете и так хорошо повеселился со мной в прошлый раз. Сегодня я хотела поиграть с чем-нибудь другим. Не хотелось никого обделять вниманием.

Я выбрала зазубренный охотничий нож с черной рукояткой, и по мне пробежала легкая дрожь, когда я взяла его в руки.

– Оооо, привет, красавчик, – прошептала я. Я буду звать тебя Укусик.

Я почувствовала, как Найл подошел ко мне сзади, и тепло его тела окутало мою плоть, когда я выпрямилась, а его грудь коснулась моего плеча. Ммм, я не знала, то ли это Укусик так возбуждал меня, то ли он. Но я решила, что это Укусик, потому что меня не интересовали похитители с сексуальным ирландским акцентом и инстинктом убийцы. Даже если мы с ним были родственными душами.

– Я не возьму тебя снова с собой убивать, пока не буду уверен, что ты можешь постоять за себя, – прошептал он мне на ухо, его подавляющее присутствие окружало меня, засасывая в себя, как будто я была несчастной маленькой душонкой, а он – Дементором. – Будешь сегодня вести себя хорошо?

– Я не умею быть хорошей, – сказала я, поворачивая голову к нему так, что наши губы оказались так близко, что были всего в трех божьих коровках от поцелуя.

– Хорошая девочка. – Ухмыльнулся он, а затем отошел от меня, и я прерывисто вздохнула, поворачиваясь, чтобы последовать за ним. Черт, его задница хорошо смотрелась в этих джинсах. Похоже, у него там хранились две железные пластины.

Он вырвал палку с арбузом из земли и поднял ее перед собой. – Если сможешь вонзить нож в этот фрукт, я вручу тебе приз.

– Coco Pops? – Спросила я, подпрыгивая на носках.

Его брови резко сошлись на переносице.

– Нет, у меня их нет.

– Тогда почему ты всегда пахнешь ими по утрам? – Я прищурилась, а он пожал плечами.

– Должно быть, это мой естественный аромат.

– Врун! – Обвинила я. – Ты скрываешь их от меня.

– Не-а, – сказал он, пренебрежительно махнув рукой. – В любом случае, ты получишь что-то вкусненькое, если попадешь.

Поцелуй? Нет, нет, я не хочу поцелуй. Хотя… хочу. Но не от него.

Единственный поцелуй с участием языка, который у меня был, достался от полицейского коня. Там было много зубов, и длился он всего две секунды, пока полицейский пытался меня задавить. Наверное, поделом мне, нечего было приходить на митинг, куда меня не приглашали. Лошади всегда питали ко мне слабость, возможно, потому что я всегда носила в карманах кусочки сахара.

Найл поднял арбуз так, что он оказался на уровне его плеч.

– Давай, маленькая психопатка. Убей его.

Я бросилась вперед, замахиваясь Укусиком на фрукт, но Найл увернулся и ударил меня арбузом по боку. Я взвизгнула, развернулась и начала яростно наносить удары, пытаясь проткнуть его насквозь, но он поднял его над моей головой вне пределов досягаемости.

– Что это за мишень такая? – выплюнула я. – Люди так не двигаются.

– Да, но если попадешь в него, попадешь и в человека, – рассудил Найл, прежде чем ударить меня арбузом по голове. Я отшатнулась в сторону, зарычав, а затем снова рубанула и срезала кусочек кожуры. ДА.

– Бесполезна, – прорычал он, и уровень моей ярости взлетел до небес. Я крутилась влево и вправо, следуя за фруктом, который он перемещал, отчаянно пытаясь вонзить в него свой клинок. – Неужели все твои жертвы сами падали на твой нож? С трудом верится, что у тебя вообще есть какой-то счет трупам.

– Заткнись! – рявкнула я, бросившись на арбуз и срезав еще дюйм кожуры, прежде чем Найл поднял его на фут над моей головой.

Я прыгнула вверх, направляя Укусика ввысь, но Найл молниеносно переместил фрукт, ударив меня им по голове и лишив этим равновесия. Мои туфли с единорогом заскользили по грязи, и я ударилась коленом о землю, дав Найлу возможность снова ударить меня арбузом по голове.

– Ааааа! – взревела я, бросившись на Найла вместо проклятого арбуза, окончательно потеряв самообладание, но он использовал палку, чтобы ударить меня по ногам и сбить с ног.

Я с грохотом упала на спину, уставившись в ярко-голубое небо, в то время как ярость клокотала в каждой клеточке моего тела. Я могу лучше.

– Почему я вообще трачу на тебя свое время? – задумчиво произнес Найл, а я вскочила на ноги, заставляя себя сосредоточиться, и снова бросилась к арбузу.

На этот раз я отхватила от него приличный кусок, но Найл тут же ударил меня им в живот, а потом опустил его к моим ногам. Я ткнула в него ножом, но он отвел арбуз в сторону, и Укусик вместо него глубоко вонзился в землю. Я выдернула нож, а Найл передвинул арбуз к моим рукам, и я нанесла удар по нему еще раз. Но он каждый раз перемещал его, так что Укусик то и дело застревал в грязи, пока я не начала ползать по траве, нанося удар за ударом. Арбуз внезапно отвалился от палки, и я одновременно проткнула его ножом прямо посередине.

– Да! – Воскликнула я.

– Не считается, – тут же ответил Найл. – Он сорвался с палки.

Я посмотрела на него снизу вверх, а он ухмыльнулся, и тут слепая ярость вцепилась в мое тело окровавленными когтями. Он вытащил пистолет из-за пояса, предупреждающе крутанув его на пальце, и я вскочила на ноги, толкнув его плечом, когда проходила мимо, а затем кинулась на ближайший арбуз, насаженный на воткнутую в землю палку. Я разрубила его пополам, а затем подбежала к следующему, с яростным рычанием вонзая в него нож и разрезая на куски, а затем к следующему, и к следующему, и к следующему. Я оторвала один из них от палки и швырнула в траву, вонзив в него каблук, а затем прикончила яростным ударом Укусика. Меня всю покрывал арбузный сок, и я слизнула его с губ, набрасываясь на свою следующую жертву. Это была настоящая резня, и отдушина, которую она мне даровала, была прекрасной, и ничем не ограниченной.

Внезапно Найл схватил меня сзади, его рука легла мне на живот, и он прижал меня спиной к себе.

– Ты только что убила целую семью. – Его язык пробежался по моей шее, и я ахнула, когда он слизал кусочек арбуза с моей кожи, а его губы обожгли меня. Я почувствовала фантомное прикосновение его языка на всем пути до самого моего клитора, и мне стало интересно, знает ли он, как доставлять девушкам удовольствие своим ртом, как это делал Матео. И каково это – быть одной из таких девушек.

– Братьев и сестер, кузенов, мамочку. Это не очень мило, не так ли?

– Я не убиваю невинных, – прорычала я.

– Ты только что это сделала. Посмотри на нее. – Найл наклонил мою голову к арбузу у моих ног, который был расколот на куски. – Это была бабушка.

– Нет, не была, – ахнула я в ужасе.

Он захрустел кусочком арбуза во рту.

– На вкус как бабушка.

– Нет. – Я развернулась к нему лицом, вцепившись в его плечи. – Они все монстры. Такова была игра.

– Я сказал тебе убить одного конкретного, потому что он держал в заложниках все остальные арбузы, понимаешь? – Сказал Найл, неодобрительно качая головой, а я оглянулась на бойню, широко раскрыв рот.

– Мы с Укусиком не знали, – прошептала я, и слезы навернулись мне на глаза.

– Укусиком? – спросил он.

– Мой нож. – Я помахала им перед ним, не отрывая глаз от разбросанных повсюду кусочков арбузов. Что я наделала? У них не было ни единого шанса.

– Ее зовут Дейзи, – возразил он.

– Нет, его зовут Укусик. – Я снова повернулась к нему, надув губы.

– Дейзи.

– Укусик.

– Дейзи.

– Укусик. – Я ткнула им в него, и он поймал мое запястье, дернув меня вперед, так что я врезалась ему в грудь. Мое лицо ударилось о клоуна, и, клянусь, я слышала, как он смеялся надо мной.

– Дейзи, – предупреждающе прорычал Найл, поднося мою руку к своим губам и кусая мои пальцы, чтобы заставить меня отпустить нож. К черту меня, если я это сделаю. Но его укус стал глубже, и я поняла, что не хочу отпускать нож совсем по другой причине. Ощущение его зубов на моей коже было гребаным экстазом, и когда наши глаза встретились, я не успела скрыть, насколько мне это понравилось.

Он поднял руку, вырвав Укусика из моих пальцев, его зубы оторвались от моей кожи, а в его глазах промелькнула тень.

– Выбери другое оружие, – прорычал он. – Я пойду принесу еще арбузов.

– Подожди, а где мой приз? – Потребовала я, топнув ногой, когда он начал удаляться.

– Ты не получишь приз, пока не убьешь как следует, – крикнул он в ответ с заливистым смехом.

Я посмотрела на след от укуса на своем указательном пальце и, пока он не смотрел, взяла его в рот и слизала его вкус, почувствовав дрожь в груди.

Чертов ублюдок на вкус как засахаренный грех.

***

Найл заставлял меня атаковать арбузы каждый день в течение многих недель, пока я не начала стабильно попадать в цель. Но несмотря на то, что вчера я вонзила нож в три арбуза подряд, я, очевидно, не заслужила тот призрачный приз, который он продолжал держать у меня над головой. Однако сегодня все будет иначе. Он сказал, что мне просто везло, а везение не годится в долгосрочной перспективе. Это была гребаная чушь.

Я покажу ему, из чего я сделана. Я стала сильнее, проворнее, мощнее. Трехразовое питание сотворило чудеса с моим телосложением. Особенно после того, как он начал заставлять меня выполнять безумные тренировки каждый раз, когда я заканчивала утреннюю охоту на арбузы. Он отводил меня в сумасшедший тренажерный зал в доме и заставлял тренироваться с ним, пока я едва не теряла сознание. Но когда у меня начинала кружиться голова, он кормил меня всевозможными вкусностями. Сэндвичами из доставки, пиццей, китайской едой, тайской, мексиканской. Но только не чертовыми Coco Pops. Никогда. Но я видела коробку. Всего секунду. Он спрятал ее в шкаф на кухне, но к тому времени, когда у меня появилась возможность вернуться и попытаться украсть их, они исчезли. Но он не понимал, что не просто тренирует меня, чтобы я стала крутой убийцей. Он готовил из меня вора Coco Pops. И я скоро доберусь до них.

Я оделась в ванной, ожидая, когда Найл появится и заберет меня, выбрав комбинацию из леггинсов и укороченного топа в ярких зеленых, синих и розовых тонах, украшенных молниями. Затем я надела красные туфли на платформе и заплела волосы в косички, закрепив их с помощью зеленой и синей резинок для волос. Потом нанесла синие тени для век, а под глазами маленькими черными буквами написала слова «сучка» и «убийца», и была готова к новому дню.

Я вышла из ванной и посмотрела на Матео, который снова был в своей клетке. У Найла вошло в привычку сажать его на цепь в ванной на весь день, и это было хорошо. Не то чтобы меня это волновало. Потому что он был лижущим киски бандитом, который набросился на меня, а потом больше со мной не разговаривал. За все это время почти ни слова. И меня это устраивало, потому что я была хладнокровной убийцей с мрачным прошлым. Загадочная, вот какой я была. Мне не нужен был Мертвец и его грешный язык. Даже если мне и снилось, что он прикасается ко мне вот так каждую ночь. Хотя иногда в моих снах был не он. Иногда это был Найл. Дьявол тоже иногда заглядывал на вечеринки, но почему-то его лицо всегда выглядело как лицо одного из них. Я не знала, что это значило и значило ли это вообще что-то. Все, что я знала, это то, что люди были ужасны и никому из них нельзя было доверять.

Я была счастлива тусоваться здесь и впитывать все, что могла узнать об убийствах, потому что это помогало мне осуществить мою мечту стать убийцей. Но когда я стану всемогущей, даже Найл не сможет удержать меня здесь, если я захочу уйти. А я хотела. Очевидно. Хотя иногда я вспоминала, как холодно и одиноко было жить на улице, и я вспоминала вонь Вонючки Джима, и тогда побег отсюда уже не казался мне таким привлекательным. Не то чтобы я хотела надолго остаться со своими нынешними компаньонами. На самом деле я нигде не задерживалась надолго. Но от регулярного питания и горячего душа будет трудно отказаться, когда придет время уходить.

Возможно, мне стоило отнестись к планам Найла на мой счет более серьезно. Мы могли бы создать настоящий клуб. Работать вместе. Убивать вместе. Когда я представляла себе это, это казалось такой соблазнительной и прекрасной фантазией, что я почти забывала, что этого никогда не произойдет. Потому что у меня в жизни все складывалось совсем не так. В прошлом люди рисовали мне красивые мечты, и я попадала в их сети, как барсук в капкан. Доверять этим парням было нельзя. Особенно Найлу. Чертовски горячему, татуированному зверю Найлу. Да, он точно был ловушкой. Он хотел от меня чего-то, но никак не мог этого получить. Я бы воспользовалась его тренировками и украла его Coco Pops, а потом угнала бы его машину и сбежала в горы. Может, Матео поехал бы со мной. В багажнике. А может, и нет. Я еще не решила, так как он был холоден со мной как камень. И я совсем не обижалась на него за это. О черт, я пялюсь на него.

– Доброе утро, chica loca, – прорычал он, и это были первые слова, слетевшие с его губ за последние дни.

В ответ я откинула одну из своих косичек за плечо и села на ступеньку лестницы, ожидая Найла.

– Ты злишься на меня, – заявил он.

– Я злюсь на многих людей, – легкомысленно ответила я. – Твое имя далеко не первое в длинном-длинном списке. И я даже не могу его вспомнить. Как же там его? Матео? – Черт.

Он обхватил рукой одну из перекладин, сжав ее в кулаке.

– Не дай Найлу одурачить себя, он ничто иное, кроме как pedazo de mierda (Прим. Пер. Испанский: Кусок дерьма), – прорычал он.

– Да, я знаю, что он не пицца, Мертвец, – усмехнулась я.

– Это не то, что я сказал, – прорычал он.

– По-моему, я слышала тебя громко и отчетливо, – сказала я беззаботно.

– Ты не говоришь по-испански. Пицца по-испански – это pizza, – прошипел он.

– Хорошо придумано, – безразлично хмыкнула я, как раз в тот момент, когда наверху лестницы открылась дверь.

– Паучок, – позвал Найл, и я вскочила, отвернувшись от Матео и побежала навстречу Адскому Пламени.

– Привет, – радостно сказала я.

Не то чтобы мы были друзьями или что-то в этом роде, но было приятно, что есть с кем поговорить. Он тоже не заставлял меня затыкаться, когда я начинала болтать без умолку. Так что за это ему тоже плюс. Не то чтобы я собиралась здесь остаться. Но думаю, что буду немного скучать по нему, когда сбегу. В основном я буду скучать по его прессу. И по его голосу. И этой сумасшедшей улыбке, которая появлялась на его лице всякий раз, когда он собирался сделать что-то безумное. И по его татуировкам. Кроме этого, я никогда не буду думать о нем или об этом месте, когда сбегу. Но я была девушкой, которая жила моментом, поэтому пока что я собиралась плыть по течению, как луковица, потерявшаяся на шоссе.

– Сегодня мы не будем играть с арбузами, – сообщил Найл, когда мы вошли в гостиную, и я обнаружила, что вся мебель была сдвинута в стороны, чтобы создать большое пространство в центре комнаты.

– Но я собиралась выиграть свой приз сегодня, – пожаловалась я, возмущенно надув губы.

– Ты бы никогда не выиграла приз, – сказал он, поворачиваясь ко мне и скрещивая свои мускулистые руки. – Ты не создана для этого, Паучок. И, честно говоря, я устал тратить на тебя свое время. Если ты не сможешь показать мне, на что ты способна сегодня, я пересмотрю все это дело.

Я сжала челюсти, когда жидкая горячая ярость разлилась по моей груди, но я не позволила ей взять над собой верх. Я поняла, что каждый раз, когда я позволяла себе сорваться, мои атаки становились небрежными. А сегодня я не могла себе позволить быть небрежной. Мне нужно было, чтобы этот засранец раз и навсегда увидел, что я потрясающая убийца.

Он полез в карман, достал серебристый маркер и бросил его мне.

Я поймала его с хмурым выражением лица и стала вертеть его между пальцами. Найл пока не видел смысла в том, чтобы я училась так вращать оружие, но я все равно делала это, потому что горячая девушка-убийца, которой я мечтала стать, могла это делать. Поэтому я должна была вжиться в ее образ, и тогда однажды я стану ею.