Текст книги "Между нами искра"

Автор книги: Кэролайн Халс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 21 страниц)

69

Хелен долго держалась, но в конце концов ее терпение лопнуло, и она оказалась у двери родительского дома.

– Ну входи! – Мама, как всегда, вела себя так, словно ждала ее. – У нас тут сегодня народу как на вокзале Пикадилли.

Мать направилась в гостиную, Хелен пошла за ней и села в отцовское кресло.

– Мама, ты меня подвела.

Мать раздраженно хлопнула рукой.

– Я устала на этих выходных, Хелен.

– Ты заставила моего мужа совершить подлог.

– Неправда. – Мать с возмущением села в свое кресло. – Он не замарал рук. Я все время отгораживалась от него Китайской стеной. Нейтану нечего предъявить.

– Давай внесем ясность, мама: ты совершила мошенничество в магазине, которым управляет отец твоих внуков.

– В данном случае цель оправдывает средства.

– Это сказал Макиавелли. Ты понимаешь, что ты говоришь?

– Думаешь, я не забочусь об интересах семьи? Я сделала это ради семьи.

– Ты хотела сказать, ради Пита.

– У него проблемы с наличностью. На него давят обязательства по последним инвестициям.

Хелен постучала пальцами по приставному столику.

– Но как проведение дополнительных денег через магазин поможет Питу погасить долги за азартные игры?

– У него неприятности с некими инвесторами.

– Ты хотела сказать «букмекерами», мама.

– Эти отвратительные люди ему угрожали. – Мать покачала головой. – Потребовали, чтобы он провел через магазин наличность в обмен на списание долга.

– То есть отмыл деньги.

– Нет, это другое.

– Мама, это называется отмыванием денег.

Мать повела рукой.

– В любом случае теперь все закончилось. Деньги прошли, и Пит расплатился со своими инвесторами. Он сделал все необходимое, чтобы вернуться на путь истинный.

Хелен подняла бровь.

– И ты впредь не будешь продавать по двести чашек капучино в день?

– Пит женится на Джине, ему больше не нужно водить компанию с такими порочными людьми.

Потому что именно в этом и была причина: мальчик связался с дурной компанией.

– Неужели? Я не ослышалась?

– Он очень доверчивый.

Хелен откинулась на спинку кресла. С какой стати она вообще рассчитывала, что разговор пойдет иначе?

Мать взглянула на дочь.

– Как сегодня Изабель? Пришла в себя?

– Разговор о мошенничестве еще не закончен, – заявила Хелен.

– Конечно, нет.

– Так зачем же ты спрашиваешь про Изабель? Намекаешь, что она тоже связалась с дурной компанией?

– Это ведь она устроила пожар? Томми сказал мне, что Изабель была в магазине, хотя вряд ли он увидел здесь связь. – Маргарет покачала головой. – Девочка всегда любила огонь.

Хелен ничего не ответила.

– Даже совсем малышкой она не могла оторвать глаз от камина, смотрела на него, как в телевизор.

Хелен молчала.

– Помнишь, папе даже пришлось поставить у камина решетку? На всякий случай. Но на этот раз я уверена, что Изабель была не одна. Или, по крайней мере, ее кто-то подначил.

Хелен выглянула в окно.

– Ее нужно защитить. – Мать покачала головой. – Хочешь, я признаюсь в поджоге? Я возьму вину на себя, скажу, что несла юбилейную свечу и поскользнулась. Среди подарков как раз есть подходящая.

– Что? – Хелен удивленно заморгала. – Нет, мама, тебе надо перестать лгать. Пожалуйста. Я отведу Изабель в полицию, и они не станут выдвигать обвинения. Ей всего десять лет. Маленьких детей не судят. Я так думаю.

– Я не хочу, чтобы этот проступок висел над Изабель всю жизнь. Она хорошая девочка. Мне совсем не трудно взять вину на себя. – Мать ободряюще улыбнулась Хелен. – Жить мне осталось недолго, так что в тюрьму я не попаду.

– Мама, пойми наконец, что нельзя решать за всех их проблемы, беря на себя вину. Изабель нужно просто сказать правду, и ничего не случится.

– Конечно, ты волнуешься, – заметила мать, – но она прекрасная девочка. Я не позволю портить ей жизнь из-за такой глупости.

От трели телефонного звонка Хелен вздрогнула. Мать встала.

– У тебя сегодня нервишки пошаливают.

Она пошла в прихожую.

– Ты все еще пользуешься тем аппаратом в виде курицы, который подарила тебе Стелла?

– Он безупречно работает. – Мать подняла трубку и приложила клюв к уху. – Алло. – Она послушала, что говорит ей собеседник. – Хорошо, я ей скажу. Думаешь, у нее отключен звук на мобильном?

Черт. Хелен выудила из кармана телефон и посмотрела на экран. Нейтан. Три пропущенных звонка и одно сообщение:

Позвони мне немедленно.

– Я передам. – Мать повесила трубку.

– Что хотел Нейтан, мама? Что-то случилось? Мать повернулась к ней.

– Ничего страшного, только Изабель ушла с вечеринки, а родители Катрины даже не заметили. – Она покачала головой. – И догадайся, где ее нашли.

70

Томми сидел за столом в кабинете и слушал доносившийся из гостиной разговор: жена и старшая дочь беседовали на повышенных тонах.

В эти выходные все друг с другом бранились. Но он не будет вмешиваться. Он больше ничего не хочет знать. Ни о чем.

Зазвонил телефон. Через минуту хлопнула входная дверь. Томми выглянул в окно. Хелен подбежала к машине, села и спешно укатила.

Томми оглянулся на компьютер Маргарет.

Он считал его и своим тоже, но между супругами существовала негласная договоренность: если Маргарет нужен компьютер, Томми освобождает ей место.

Томми подумал: если записать все правила и молчаливые соглашения, все, о чем они с женой условились за сорок лет, то получится фолиант толще Библии.

От этой мысли он испытал некоторое удовлетворение: все эти правила, накопившиеся за многие годы, такие надежные и неизменные. Пусть дети смеются над тем, что их брак отлажен как механизм, но, по крайней мере, он знал: если поднять капот и заглянуть внутрь, то можно понять, что и как работает. Кто из них способен похвастаться тем же?

Томми создал новый документ: «Жалоба в местный совет. 15 июля. Кресент-роуд» – и начал печатать:

Уважаемые дамы и господа!

Спешу уведомить вас о случае незаконной парковки в зоне разгрузки на Кресент-роуд, в результате которого на Коул-стрит возникли дорожные заторы. Во избежание катастрофических последствий необходимо, чтобы инспекторы дорожного движения чаще патрулировали данный район. В качестве доказательства ниже привожу список двенадцати опасных ситуаций на дороге с указанием времени происшествия и подробностей.

Томми пролистал блокнот, нашел нужную страницу и придержал ее локтем, продолжая печатать:

Инцидент № 1.7 июня, 15.46.

Фургон для доставки грузов фирмы «Куксоне», обслуживающий бар «На углу», два часа парковался в зоне разгрузки, после чего водитель вернулся как ни в чем не бывало, нагруженный пакетами из супермаркета. Результат…

Появившаяся в дверях Маргарет отвлекла Томми от написания жалобы.

– Что ты делаешь, дорогой?

– Пишу письмо в местный совет.

Маргарет пристально на него смотрела.

– Что случилось?

Жена положила руку ему на плечо.

– Это Изабель устроила пожар.

Томми завел руку назад и схватился за спинку стула.

– Не может быть!

– И все равно она хорошая девочка.

– Конечно, – поспешно сказал Томми.

– Тебе нужно время осознать это? Я знаю, что ты с трудом воспринимаешь такие вещи.

Томми просто смотрел на жену. Интересно, думал он, основываясь на каких событиях в их жизни, Маргарет сделала вывод о «таких вещах».

– Она не специально, – добавила Маргарет.

Томми устало откинулся назад.

– Конечно.

– Девочка играла с зажигалкой около пакетов с чипсами. Она скучала, а это целиком наша вина. Нужно было подготовить для детей что-то интересное – пригласить клоуна или художника, расписывающего лица. Вместо лентяев работает дьявол.

Изабель.

Томми попытался осмыслить случившееся, стараясь не придавать значения последнему замечанию жены. Он надеялся, что на данном этапе своей жизни Маргарет не собирается удариться в религию. Разумеется, тут нет ничего необычного, но ему казалось, что всемогущий духовный союзник ей сейчас совсем ни к чему.

– Все обойдется, – сказала Маргарет. – Мы должны защитить девочку, убедиться, что она не будет страдать.

– Изабель не виновата. Она бы никогда не сделала этого нарочно. Кроме того…

– Что?

Томми прочистил горло.

– Вчера вечером я обнаружил, что Нейтан никогда не менял батарейки в пожарном извещателе. Вообще ни разу. Хотя, когда ему передавали магазин, в акте было ясно написано, что проверять их надо ежемесячно.

– Это очень длинный документ, милый. Даже я бросила читать на двадцатой странице.

Томми с досадой покачал головой.

Маргарет села в кресло-мешок, оставшееся в доме со времен отрочества Стеллы.

– Я должна кое-что рассказать тебе про магазин. Сначала ты рассердишься, но прошу тебя не сразу давать волю гневу, а прежде все переварить. Я не хочу, чтобы ты жалел о своих словах.

Муж повернулся к ней лицом.

Маргарет поведала ему о финансовых затруднениях Пита.

О коварных инвесторах и о том, как мальчик попросил ее помочь выполнить их требования.

Как это привело к повышенному наличному обороту в их деле.

И про то, что в действительности они не продавали по двести чашек капучино в день.

У Томми слегка отвисла челюсть. Он закрыл рот и вытер струйку слюны в уголке.

– Как ты могла? – произнес он наконец. – В моем магазине! В бизнесе моего отца!

– Я поступила так ради семьи. Что я должна была делать – позволить Питу пропасть?

– Но… мой бизнес. Мое наследство.

– Если ты хочешь услышать от меня извинения, то пожалуйста: прости меня. Вот. Теперь ты доволен?

Томми покачал головой и понурился, пытаясь осмыслить ошеломляющее известие.

Он был убит признанием жены, но при этом ощутил в душе некую искру: какой-то очень важный вывод маячил на задворках сознания и все время ускользал.

Томми еще какое-то время подумал, и вдруг…

Он резко поднял голову.

– Значит, дурацкий новый ассортимент Нейтана не принес прибыли?

– Ни малейшей.

– Магазин получал меньший доход, чем под моим руководством?

– А вот это доподлинно неизвестно, Томми.

Томми даже как-то неестественно выпрямил спину.

Маргарет неловко потянулась к нему со своего кресла-мешка и попыталась положить руку мужу на колено.

– К этой мысли нужно привыкнуть.

– Я просто пытаюсь сопоставить события, – сказал Томми. – Изабель устроила пожар…

– По неосторожности, – вставила Маргарет.

– Пит снова в долгах как в шелках.

– Он не виноват.

– Нейтан не проверял сигнализацию и не получал дохода. – Томми стал стучать ногой. – Ты отмывала деньги…

– Вовсе нет, что за формулировка. Ты плохо меня слушал.

– …и каким-то образом те злодеи – производители чипсов оказались ни при чем, потому что дело было не в электрике. Значит, провинился каждый. – Томми выпрямился еще больше. – Каждый. – Он помолчал. – Кроме меня.

Он посмотрел на Маргарет, желая удостовериться, что она правильно его поняла.

Жена уверенно кивнула.

Томми снова откинулся на спинку стула. Невероятно.

– Я бы не снимала вины с производителей чипсов.

Томми перестал дергать ногой.

– Что ты имеешь в виду?

– Может, проводка на стенде и не загоралась, но нормальные чипсы не могут вспыхнуть только потому, что рядом безобидный ребенок играл с огнем.

– А ведь и правда. – Томми снова сел прямо. – Действительно. – Он почесал подбородок. – Маргарет, – он взглянул на жену, и печаль в его глазах вдруг сменилась радостью, – единственное объяснение: эти чипсы сделаны черт знает из чего.

71

Изабель доела свою пиццу и взглянула на маму Катрины, которая сидела в ресторане чуть поодаль от детского стола, держала у уха телефон и перекладывала разложенные перед ней бумаги.

Самое время.

Изабель подошла к женщине.

– Вы работаете?

Мать Катрины подняла глаза; мысли ее явно были заняты разговором.

– Подождите минутку. – Не отрывая телефона от уха, она спросила: – Изабель, ты что-то хотела?

– Звонила мама и сказала, чтобы я встретилась с ней в парке. Что-то случилось.

Мать Катрины посмотрела на часы.

– Еще рано.

– Но она все равно зайдет позже, чтобы забрать Чарли. Спасибо за пиццу, я пошла.

Мать Катрины улыбнулась и кивнула.

Изабель вышла из ресторана и остановилась у дверей, вспоминая, в какую сторону надо идти, чтобы попасть в подземный переход под шоссе. Потом, качая головой, она двинулась в путь.

Мать Катрины даже не поинтересовалась, откуда у Изабель телефон.

Через час, сделав две безуспешные попытки найти подземный переход и перейдя по верху два шоссе, Изабель подошла на вахту пожарной части.

– Можно увидеть начальницу команды, которая вчера выезжала на Коул-стрит?

Мужчина за стойкой удивленно заморгал.

– Возможно, ее сегодня нет. У нас посменная работа.

Изабель вытянула рукав джемпера и стала крутить его.

– А можно узнать точно, здесь ли она?

Вахтер медленно встал и крикнул куда-то назад: – Луис! К тебе посетительница!

Вчерашняя женщина вышла из-за стойки. Увидев Изабель, она остановилась.

– И снова здравствуй!

– Вы правда придете ко мне в школу?

Начальница команды бросила взгляд на мужчину за столом.

– Для этого нас должна пригласить твоя учительница. Мы не можем договориться только с тобой.

– А что, если я скажу вам, что это я устроила пожар? Тогда вам придется посетить школу.

– А это правда?

– Я не специально, – ответила Изабель.

– Ты разлила что-то горючее?

– Подошла близко к чипсам с зажигалкой.

Луис положила руку на пластиковый стул и медленно опустилась на него.

Изабель села на другой рядом с ней.

– Но я не хотела поджигать магазин. Я думала, что огонь распространяется только вверх. Это вышло так…

И начальница пожарной команды, удивленно моргая, выслушала рассказ девочки.

* * *

Через полчаса качающиеся двери распахнулись, и в пожарную часть влетела мама с красным лицом.

– Изабель! – Мать обняла ее сверху, а потом присела рядом и обняла снова, не позволяя дочери высвободиться. – Никогда, никогда больше так не делай. Ты одна перешла два шоссе! А теперь ты…

Она взглянула на Луис, сдвинула висевшую на плече сумку вперед и пригладила волосы.

– Спасибо, что присмотрели за ней. Снова.

Луис кивнула.

– Это было познавательно.

– Она много вам рассказала?

– Все нормально, мама. – Изабель махнула рукой. – Я во всем призналась, и теперь Луис придет в школу, чтобы рассказать нам о пожарной безопасности. Все улажено.

Итак, через две недели Луис и ее коллеги приехали на пожарной машине в школу, чтобы выступить перед учениками. Мероприятие само по себе казалось увлекательным, а когда все узнали, что Изабель была очевидицей пожара, девочка стала школьной звездой. Она исправляла учителей:

– Надо говорить не «пожарник», а «пожарный».

Все хотели услышать от Изабель рассказ о происшествии, и она удовлетворяла всеобщее любопытство – по крайней мере, отчасти. Мама посоветовала ей описывать дым и пламя, но лучше не упоминать, по какой причине магазин загорелся.

А сама мама как-то изменилась. Со дня вечеринки с ней что-то произошло. Впервые Изабель заметила это, услышав, как она разговаривает по телефону с мамой Катрины после праздника в пиццерии.

– «Извини»? И что, я, по-твоему, должна обо всем забыть? Ты отпустила мою дочь на улицу одну. Как будто я разрешила бы ей идти гулять и при этом оставила бы Чарли с тобой. Первое правило родителя, Энджи: всегда проверяй алиби. Ты что, наивная девочка? Я, между прочим, даже говорила тебе, что у Изабель нет телефона!

Происходили и другие странные события. Однажды после школы Изабель ела на кухне йогурт, и вдруг мать, глядя на телефон, фыркнула.

Изабель спросила:

– ц_{то там такое}?

– Тетя Стелла пишет. – Мать подняла глаза от телефона. – Ты знаешь, что дядя Пит женится?

– А кто это?

– Тот, который опоздал на бабушкину вечеринку. Он еще попал на фотографию, помнишь?

– Типа того.

– Ну вот, он всех пригласил на свадьбу просто по электронной почте. Даже не с помощью электронных приглашений – простое письмо, где указаны дата и время. А церемония состоится в загсе. Бедная бабушка.

– Я не понимаю, – сказала Изабель.

– Вырастешь – поймешь, – ответила мать.

Изабель посмотрела на открытку, которую мама прикрепила к холодильнику магнитом, – на лицевой стороне было написано: «С новосельем!»

Девочка отставила в сторону йогурт, сняла с холодильника открытку и прочитала текст внутри:

Разрешите вам сообщить: мы оба рады, что вы есть в нашей жизни.

Целуем,

Стелла и Джордж

Ерунда какая-то. Изабель ничего не понимала, хотя на днях слышала, как мама, сидя в диванном уголке, говорила отцу: «Таким эксцентричным образом сестра сообщила мне, что они снова сошлись. Стелла в своем репертуаре».

Изабель перевела взгляд с открытки на маму.

– Я не врубаюсь, зачем нам прислали открытку «С новосельем!». Мы живем в этом доме с самого моего рождения.

– Это такая шутка, дорогая, – объяснила мама. – Иносказание. Стелла ничего не говорит напрямую, такой уж у нее характер.

Изабель еще немного посмотрела на открытку, потом прикрепила ее обратно к холодильнику и стала доедать йогурт.

* * *

В тот вечер мать взяла Изабель с собой на заседание книжного клуба.

– Это не новое наказание, – предупредила она, когда они стояли у входной двери дома. – Просто одну я тебя никуда пока не отпущу. – И пробормотала еще что-то вроде «только попробуй».

– Что ты говоришь? – переспросила Изабель.

Дверь открыла женщина в длинном платье.

– Да, я привела с собой дочь, – заявила мама. – Я помню правила, но не могу нанять няню. Думаю, ничего страшного не случится, если ребенок недельку тихонько посидит в углу?

Женщина поморгала и впустила мать и дочь в дом.

За столом в кухне сидели люди, а Изабель уселась на пол около маминого стула и коснулась холодной металлической ножки стола. Она напомнила девочке об экскурсии на скотобойню, которая породила много шумихи.

Женщина в длинном платье обвела группу взглядом.

– На прошлой неделе мы обсуждали книгу «Цена нелюбви». У кого-нибудь возникли новые мысли на этот счет?

– Нет, – ответила мама.

Хозяйка дома слишком приветливо улыбнулась ей:

– Нет?

– Зачем нам снова говорить о Кевине? Сколько можно обсуждать все эти глазные яблоки?

Женщина нахмурилась.

– Ты хотела сказать «глазное яблоко»?

– Да, – кивнула мать, – в единственном числе, конечно.

Женщина сложила руки.

– Иногда бывает полезно хорошенько что-то обдумать…

– Но я больше не хочу думать о Кевине! – высоким голосом вскрикнула мать. – А вы?

Она оглядела присутствующих. Все старательно прятали глаза.

Мама снова обратилась к хозяйке:

– Я все выходные читала «Волчий зал» Хилари Мантел. – Она смахнула что-то с джинсов. – Так что, если только у вас нет дикого желания переливать из пустого в порожнее, давайте двинемся дальше и, ради разнообразия, оставим мать Кевина в покое.

* * *

После собрания книжного клуба Изабель позволила маме вывести ее за руку на улицу.

Мать сняла машину с сигнализации и, прежде чем открыть дверцу, повернулась к Изабель.

– Я не смогла сдержаться – очень разозлилась.

– Понимаю.

– Нельзя злиться на людей, таким образом ни когда не выиграешь в споре.

– Ты и не выиграла.

– Я не к тому говорю.

Изабель покачала головой и без приглашения села в машину и пристегнула ремень.

Заводя мотор, мама глянула на девочку, и та невероятно приветливо ей улыбнулась.

– А что там было с глазным яблоком?

– Ничего, – ответила мать. – Я люблю тебя.

– Я тебя тоже.

Хелен не улыбнулась, но посмотрела на дочь нежным взглядом. И долго не отводила глаз.

Изабель повернулась так, чтобы мать не видела ее лица.

– Мы едем домой?

И тогда мама улыбнулась и повернулась к дороге.

И все же, прежде чем машина наконец тронулась, они, казалось, целую вечность просидели молча.

Эпилог

Когда много лет назад Джордж начал работать в школе, он узнал, что теперь ни одно его действие не останется незамеченным. Он идет домой, думая, что будет есть вечером, или покупает чашку кофе, или завязывает шнурки на улице, – и вдруг раздается леденящее сердце «Здравствуйте!» – и прощай тайна частной жизни.

Став учителем, он приобрел статус местной знаменитости (хотя и самого малого значения), к которой постоянно пристают школьники, намекая своими улыбочками, что застали его врасплох, что они знают о его существовании за пределами школы, – даже если он всего лишь относил сломанный стул на помойку.

Часто после таких случаев ученики задавали ему во время уроков специфические вопросы.

Многозначительная улыбка. «Любите шоколадные батончики?»

Убийственно невинный вид. «Собираетесь заказать новые очки?»

И каждый раз класс принимается хихикать. Джордж знал, что по школе ходят слухи, и был принужден догадываться какие именно.

«Я видел Мандани в очереди за билетами на „Разрушителей планет", стоял там один как сыч с похоронным видом. А в руках – шоколадный батончик. А кофе принес с собой из дома».

«Я видел мистера Мандани в оптике – он примерял оправу, и все выбирал дерьмо какое-то».

Правильного ответа на вопросы школьников не существовало. Если он отвечал просто: «Да, я люблю шоколадные батончики, а вы?» – половина класса начинала улюлюкать, словно выиграла приз, а вторая презрительно смотрела на него, словно говоря: «Вот придурок, ходит один в кино и жует батончики».

Джордж всегда считал, что самая унизительная из возможных неожиданностей в супермаркете – это наткнуться на своего ученика.

Но однажды, через несколько недель после вечеринки у Маргарет, он узнал, что встреча с учеником – еще не самое страшное.

– Потому что ты никогда не ешь ягоды, а малина испортится за день. Лучше взять яблоки, они гниют не так быстро, и тебе не будет стыдно.

– Я планировал на этой неделе перейти на здоровую пищу.

– Верю, только не торопись поздравлять себя заранее.

Джордж с раздражением прищелкнул языком.

– Просто я думаю, – продолжала Стелла, – тебе нужно осознать, что ты за человек.

Джордж прижал упаковку малины ближе к сердцу – и в буквальном, и в переносном смысле.

– А я думаю, тебе нужно осознать, что ты деспотичная стерва, и перестать мешать мне совершенствоваться.

– Ну, возьми свою малину и… – Стелла вдруг перестала улыбаться.

– В чем дело?

Она выпрямилась.

– Грейс! Прячься!

Джордж немедленно нырнул за стенд с туалетной бумагой, все еще прижимая к груди корзинку малины, и застыл там, прислушиваясь к предательскому стуку сердца. Наверняка его все слышат. Последний раз он испытывал такое напряжение, когда во время мальчишника проходил через лазерный лабиринт.

В конце концов Джордж выглянул из-за рулонов туалетной бумаги.

Стелла осталась с тележкой в отделе овощей и фруктов. Она с особой тщательностью рассматривала грейпфрут, а когда наконец подняла голову от завораживающего плода, то вскинула брови в поддельном удивлении.

– Здравствуйте, Грейс!

Психолог шла по проходу вместе с мужчиной намного моложе ее и ребенком лет двух. В тележке лежали хлеб и яблоки, а также упаковка из двадцати четырех бутылок «Гиннесса» и несколько бутылок пино-гриджио.

Любопытно.

– Здравствуйте, – не останавливаясь, любезно произнесла Грейс.

Стелла обратилась к молодому человеку:

– Ой, а мы с вами незнакомы. – Она усиленно заулыбалась. – Я Стелла, одна из тех недотеп, которые посещают Грейс.

Психолог замедлила шаг.

– Я использую слово «клиенты».

– Я шучу. – Стелла перестала улыбаться. – Послушайте, Грейс, прошло уже несколько недель, и я знаю, что вы пытались связаться со мной. Я собиралась вам позвонить, но…

– Прекрасно. – Грейс ответила ни к чему не обязывающей улыбкой. – Позвоните мне на работу, чтобы договориться о встрече.

Джордж случайно задел ухом стенд с туалетной бумагой и столкнул с полки один рулон, который откатился в аккурат к ногам Грейс.

Психолог подняла его, шагнула к стенду и вдруг остановилась.

Не меняя выражения лица, она поставила рулон на полку рядом с головой Джорджа.

Джордж прочистил горло.

– Грейс, – произнес он будничным тоном. Грейс мимолетом встретилась с ним глазами.

– Здравствуйте, Джордж.

Он вышел из-за стенда и указал на ее тележку.

– Вижу, вы любите выпить. Приятно узнать такое о психологе, это придает человеческие черты.

Грейс ничего не сказала.

Стелла шагнула к Джорджу.

– Думаю, мы должны вам все объяснить.

Грейс обвела рукой торговый зал:

– Не здесь.

Стелла выставила ладонь в сторону ее спутника.

– Одну минутку. Видите ли, – она переводила взгляд с Джорджа на Грейс, – вечеринка была совершенно кошмарной, но она сблизила нас с Джорджем. Потому что семья у меня с большими странностями и мы поняли, что очень подходим друг другу. Понимаете?

– Здесь не место для таких разговоров. – Психолог стала толкать тележку вперед. – Хорошего дня.

Джордж и Стелла посмотрели в спину Грейс, одетой в полупальто. Она спешно свернула в следующий проход, молодой человек и ребенок шли чуть позади нее.

– С ума сойти. – Джордж повернулся к жене. – Грейс в кроссовках. Я и представить себе не мог, что она носит спортивную одежду.

– Думаешь, она обиделась на нас?

Джордж почесал в затылке.

– Ей не положено испытывать такие эмоции? Это непрофессионально. К тому же не все ли нам равно? Мы к ней не вернемся.

– А мне все-таки кажется, что Грейс обиделась, – проговорила Стелла.

– Она бы сказала, что ты судишь по себе.

– Точно-точно, и сопроводила бы это своим высокомерным взглядом. – Стелла покачала головой. – Как будто с ней такого никогда не случается.

– Вот видишь, как хорошо мы поднаторели в психологии.

– А это значит, что нам нечего больше у нее делать: мы уже всему научились.

– Согласен. Я предпочитаю ругаться с тобой без свидетелей и бесплатно. Кстати, я намерен взять эту малину. – Джордж бросил корзину в тележку.

Стелла посмотрела туда, где стояла Грейс.

– И все равно я чувствую себя неловко. Она ведь пыталась нам помочь. Может, поблагодарить ее?

– Полагаю, она бы предпочла, чтобы мы этого не делали.

Стелла оперлась локтями о ручку тележки.

– А как ты думаешь, Грейс считает, что нам не нужно было снова сходиться?

Джордж мысленно взвесил вопрос жены.

– Это не ей решать, так ведь?

– Так, – задумчиво произнесла Стелла. – Решать не ей. А что, если она права? Что, если мы ничему не научились и все опять повторится?

Джордж подумал.

– Это неважно. Я все равно хочу быть с тобой. Стелла некоторое время постояла неподвижно, потом снова покачала головой.

– Какой же ты теленок!

– Ты первая начала!

– Нет, ну в самом деле, – она одарила его возмущенным взглядом и двинулась дальше, толкая впереди себя тележку, – мы ведь в супермаркете.

Джордж пошел за ней мимо полок с фруктами. По пути он потянулся было за ананасом, но потом передумал: хорошенького понемножку.

Стелла остановилась и развернулась к нему.

– А ты видел, сколько Грейс набрала выпивки?

– Может, у нее намечается вечеринка?

– Там только «Гиннесс» и пино-гриджио, а для вечеринки покупают разные напитки.

– Ты права: это была тележка пьянчуги.

– И такой молодой бойфренд, – продолжала Стелла. – А может, это вообще не ее парень. Если старший сын, то она или родила его в раннем подростковом возрасте, или не вылезает от пластических хирургов.

Они продолжили выбор покупок.

Когда свернули в отдел консервов, Стелла сказала:

– Вон она!

Грейс складывала в тележку тушенку.

Стелла и Джордж многозначительно переглянулись.

Так-так, Грейс.

Джордж улыбнулся Стелле, и она улыбнулась в ответ.

Джордж наконец понял, какое удовольствие получали его ученики, когда подлавливали его в городе, а потом приходили в школу со своими убийственными вопросами.

«Любите шоколадные батончики?»

КОМПАНИЯ «ЗАКУСКА ГУРМАНА»

Неизменное качество. Основана в 1993 году

Томми Фою

Коул-стрит, 242

Манчестер

М16 7ХХ

Уважаемый мистер Фой!

Благодарим Вас за письмо, касающееся серии наших фермерских закусок ручной работы, и в особенности за Ваше внимание к воспламеняемости чипсов со вкусом сыра «Манчего».

Примите наши глубочайшие сожаления по поводу пожара в магазине «Le Jardin».

Мы очень серьезно относимся ко всем отзывам клиентов, и в настоящее время наш исследовательский отдел занимается данным вопросом. Мы не станем отзывать этот продукт или позиционировать его как средство для розжига, как Вы предлагаете. Тем не менее, пока идет расследование, мы изменили его упаковку с бумажной на целлофановую. Это всего лишь мера предосторожности.

Поскольку мы не берем на себя ответственность за пожар, уведомляем Вас, что все дальнейшие переговоры будем вести по необходимости лишь с властями и с владельцем магазина. Мы не станем вступать в переписку с неофициальными лицами.

Однако мы благодарны Вам за проявленный к нашим продуктам интерес. В знак доброй воли просим Вас принять в подарок дополнительную коробку с нашей продукцией. «Жажда» – новая изысканная серия органических продуктов из нута, продающаяся в розницу по рекомендованной цене 5 фунтов 49 пенсов за 90 граммов.

Надеемся, что Вам она понравится, и будем рады получить отзыв на сайте: www.gourmetsnackco/ cravethefiiture/advocates.

У Вас есть возможность стать одним из первых дегустаторов закусок «Жажда», и мы будем счастливы, если своими впечатлениями Вы поделитесь в соцсетях!

Примите наши наилучшие пожелания,

Джез и Итан,

директора компании «Закуска гурмана»