Текст книги "Кости (ЛП)"

Автор книги: К. Л. Спир

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 27 страниц)

Я взглянула на яблоню, под которой мы ехали. Маленькие красные яблоки свисали с ветвей. Трей протянул руку и сорвал одно с дерева, а затем с ухмылкой протянул ее мне. Я взяла его и наблюдала, как он схватил другое, вытер пыль рукавом, а затем откусил. Я последовала его примеру и осторожно откусила. На вкус оно было сладким и терпким.

Трей доел яблоко, бросив серцевинку группе цыплят. Я медленно откусила от своего, все еще нервничая из-за тошноты, но мой желудок оставался спокойным. Я стала есть больше твердой пищи из-за настойчивости Сэма, и до сих пор меня не тошнило. Глядя на него, я бы никогда не подумала, что Сэм окажется такой наседкой.

– Кажется, твой желудок привыкает, – сказал Трей.

– Ага.

– Это хорошо. – Его голос звучал искренне.

Я не знала, что сказать, поэтому просто снова откусила яблоко.

Мы миновали ряд солнечных панелей, подключенных к массивному генератору. Панели выглядели старыми, но за ними хорошо ухаживали, и Трей продолжил:

– Основатели также установили солнечный генератор и всю сантехнику. Изначально здесь были работающие туалеты и все такое, но трубы были настолько разрушены, что основатели решили оставить их в покое и построить надворные флигели. Однако во всех оригинальных зданиях есть вода и электричество, как и в лечебнице. Мы отключаем электричество в большинстве зданий в течение дня, чтобы не разряжать генератор. Твое, однако, теперь должно быть включено постоянно. Мы с Маком убедили Мадам, что для работы тебе понадобится хорошее освещение. – Он одарил меня легкой улыбкой.

Мы проехали мимо водопроводного крана, у которого выстроилась очередь людей, ожидающих чтобы наполнить кувшины и бутылки. Я видела пару кранов, разбросанных повсюду. Большинство ожидающих выглядели так, словно пришли из трущоб, что было логично. Я сомневалась, что в этих лачугах есть водопровод или электричество.

Я была удивлена, однако, увидев Немо, идущего к крану с двумя большими пластиковыми кувшинами в руках.

– Ну, привет, Трей, Боунс, – сказал он с доброй улыбкой, и я постаралась не пялиться на ужасный шрам на его лице. – Чем вы двое занимаетесь?

– Просто провожу Боунс экскурсию по Убежищу, – сказал Трей с ответной улыбкой, затем посмотрел на кувшины в руках Немо. – У тебя вода отключилась?

– Нет. – Немо поставил один из кувшинов на землю, чтобы приподнять шляпу и провести рукой по седеющим волосам. – Я просто помогаю людям, которым трудно носить эти кувшины. – Он усмехнулся. – Старость приходит ко всем нам.

Трей улыбнулся в ответ и спросил его об урожае, а я воспользовалась возможностью изучить Немо. Я не могла определить его возраст, просто глядя на него. Ему могло быть от сорока до шестидесяти. Шрам не помогал. Мои глаза скользнули по сморщенной, грубой плоти, задаваясь вопросом, как это произошло. Он действительно выглядел так, будто животное укусило его за щеку. У него была обветренная кожа, но его темно-синие глаза были ясными и полными той же теплоты, что и у Трея. Он был примерно такого же роста, как Трей, худой и жилистый. Немо встретился со мной взглядом, и я покраснела, пойманная на том, что пялюсь, но он просто улыбнулся.

– Что ж, мне лучше поторопиться, – сказал он, снова поднимая пустой кувшин. – Хорошего дня вам двоим.

Когда мы отъезжали, я поняла, что уже несколько раз видела Немо, выполняющего больше ручного труда, чем я ожидала от члена совета. Я чертовски уверена, что никогда не видела Мадам или Зану за работой. Интересно, знал ли Немо, чем Мадам занималась в том подземелье? Чувствуя тошноту, я выбросила яблоко и попыталась снова сосредоточиться на Трее.

На восточной стороне анклава был устроен небольшой рынок, а рядом с ним находилось огромное длинное здание, которое Трей определил как кухни и столовую. Из труб нескольких небольших мастерских на севере валил дым. Я заметила кузнеца, которого перевязывала несколько дней назад. Он оторвался от своей работы, улыбнулся и помахал рукой, на что Трей ответил, а я притворилась, что не заметила.

Я с облегчением поняла, что мы сделали полный круг, и возвращаемся к лечебнице. Прошел полдень, и мне отчаянно хотелось поскорее закончить общение с людьми. Когда мы приехали, Сэм и Джакс гоняли снаружи старый выцветший мяч. Я спешилась, мои ноги болели, а Трей поприветствовал их. Я попыталась проскользнуть мимо них незамеченной, чтобы войти внутрь, но, конечно, все трое последовали за мной, Трей и Сэм громко разговаривали.

– Ты показываешь Боунс, где что находится? – Спросил Сэм.

– Ага, – ответил Трей.

– Все-все? – спросил Сэм.

Трей закатил глаза.

– Ладно, нет, я не показывал ей место, где ты застрелил ту пуму.

– Почему нет? – Возмущенно спросил Сэм. – Это важная часть истории крепости!

– Ты был пьян в стельку, и тебе повезло, – парировал Трей.

– Я спас весь гребаный анклав от этой пумы. – Сэм сердито посмотрел на него. – Храбро рисковал жизнью и конечностями. И вот какую благодарность я получаю. Ты можешь поверить в эту чушь, Джакс?

Джакс закатил глаза, в точности как Трей, и Сэм набросился на него, взяв голову в захват, пока они оба кричали, а Трей смеялся.

Я открыла шкафчик, чтобы прикрыть улыбку, которую пыталась сдержать.

7

Я, должно быть, немного привыкла к шуму, потому что на следующее утро, когда я проснулась тишина встревожила меня. Я спустилась по лестнице и выглянула через дверь, но на стуле у лечебницы никто не сидел. Я прищурилась от утреннего солнца, но не смогла разглядеть никаких признаков команды Мака. Тревога покалывала мою кожу, потому я закрыла дверь и занялась приготовлениями к предстоящему дню. Возможно, Мадам решила, что мне больше не нужен постоянный охранник.

Это хорошо. Чем скорее они тебе поверят, тем скорее ты сможешь попытаться убраться отсюда к чертовой матери.

У меня заурчало в животе. Сэм не принес мне бульон. Утренний звонок прозвенел уже давно, и мне не хотелось идти в столовую одной. Поэтому я заставила себя не обращать внимания на голод и села, чтобы продолжить чтение записной книжки предыдущего целителя. Я не успела много прочесть, когда дверь открылась. Я подняла глаза и увидела, как внутрь проскользнул мужчина. Он повернулся ко мне, и я замерла при виде одного из охранников Мадам, который «заигрывал со мной», как выразился Мак. Я мельком увидела второго, что стоял снаружи, как будто охраняя дверь. Мой желудок скрутило от страха. Я уже догадывалась, что будет дальше

– Могу я вам чем-нибудь помочь? – Спросила я, кладя блокнот на стойку.

Мужчина одарил меня ухмылкой, от которой у меня по коже побежали мурашки, и окинул взглядом мое тело сверху донизу.

– О, я думаю, ты сможешь, детка.

Черт.

Я заставила себя остаться на месте, наблюдая за ним. От нетерпеливого предвкушения в его глазах меня чуть не стошнило. Наконец, он начал приближаться. Когда он отошел немного дальше от двери, я бросилась вокруг смотрового стола, пытаясь пробраться к выходу. Он двигался быстро, как змея, схватив меня за руку и прижимая к стене, его горячее зловонное дыхание ударило мне в лицо, руки шарили по моей груди. Я высвободила одну руку и со всей силы ударила его по лицу. Мясистая часть моего кулака сильно попала ему по носу, как учил меня Вольф, и я услышала отчетливый треск. Он зашипел от ярости и боли и отшатнулся. Я попыталась обогнуть его, но он повалил меня на пол, кровь все еще текла у него из носа.

– Сука, – прорычал он.

Я сильно пнула его в пах, и он выругался, рухнув на землю рядом. Я поползла по полу, умудряясь снова подняться на ноги.

Я сделала всего несколько шагов от двери, когда она открылась, и его приятель ворвался внутрь, словно услышал шум. Я сменила направление, пытаясь добраться до лестницы на чердак, но второй мужчина повалил меня на пол. Я извернулась, сумев поцарапать его ногтями по лицу, оставляя кровавые полосы, и он, выругавшись, отдернул голову назад. Я попыталась вывернуться из-под него, но он сделал выпад, перенеся весь свой вес на мои ноги, и поймал мои руки, прижимая их к полу.

– Тебе нравится пожёстче, да? – сказал он, ухмыляясь мне, даже когда из царапин, которые я ему нанесла, потекла кровь. – Я так и думал.

– Слезь с меня! – Я зашипела, дергая бедрами, но не могла сдвинуть с места его тело.

– Кажется, эта сука сломала мне нос, – сказал первый мудак, которому наконец удалось перестать стонать о своих яйцах.

– Прекрати ныть, Дейл, – сказал тот, что лежал на мне сверху. Он посмотрел на меня сверху вниз и снова ухмыльнулся. – Не интересно, если они не сопротивляются.

Желчь подступила к моему горлу. Я напряглась, пытаясь вырваться, тяжело дыша, но он не двигался.

– Я думаю, мы немного повеселимся, – сказал он, его глаза заблестели.

Рядом с нами появился Дейл, свирепо глядя на меня сверху вниз.

– Осторожнее, куда суёшь свой член, Пайк. Она может его откусить.

Я зарычала на них. Мной начала овладевать паника, хотя я изо всех сил пыталась с ней бороться.

– Все в порядке, Боунс. Мне нравятся дикие женщины, – сказал Пайк. Он посмотрел на Дейла. – Держи ее за руки.

Я пыталась споротивляться, но Дейл пригвоздил мои руки к полу. Паника заставила меня бороться за каждый вдох, отчаяние и слезы ярости заполнили глаза. Пайк наклонился, его зловонное дыхание обожгло мне лицо.

– Не волнуйся, детка. – Торжество в его глазах заставило мои слезы потечь ручьем. – Я доставлю тебе настоящее удовольствие.

Его рот накрыл мой, и я извивалась, отчаянно пытаясь отвернуться. Он грубо целовал меня, одна рука скользнула под мою рубашку, и на мгновение я снова оказалась в пустыне, рыдая и моля, пока Джак так же прижимал меня к земле.

Мне удалось вцепиться зубами в его губу, и я прикусила ее так сильно, как только могла. Он закричал, и отвратительный вкус крови заполнил мой рот. Когда он отстранился, я была ужасно рада увидеть, что разорвала всю его гребаную губу. Я плюнула в него кровью.

– Я же говорил тебе, что она кусачая, – усмехнулся Дейл.

Я едва успела охнуть, как кулак Пайка врезался мне в лицо. Моя голова дернулась в сторону, боль ослепила меня. Он ударил меня снова, и я попыталась поднять руки, чтобы защитить голову, забыв, что Дейл прижал их к земле. Его следующий удар пришелся по еще не зажившей ране на моем виске, и боль пронзила мою голову, как вспышка. Когда я, наконец, снова сосредоточилась на комнате, Пайк уже расстегнул свои брюки и возился с моими. Он ухмыльнулся, пока я пыталась оставаться в сознании. Я моргнула, и лицо Джака снова склонилось надо мной.

Нет! Боги…

Кто-то стащил его с меня, и они покатились, как дерущиеся коты. Рев оглушил меня, и я попыталась сосредоточиться на мелкающих движениях, но все вокруг потемнело.

Боль вернула меня в реальность. Надо мной склонилось чье-то тело, что-то прижималось к моей голове.

Я запаниковала, заметалась. Попыталась сесть, но чьи-то руки прижали мои плечи к полу. Я судорожно вдохнула и начала брыкаться.

– Боунс! Боунс, это я – Мак!

Я замерла, моргая, глядя на него. Это был не Дейл и не Пайк. Мак склонился надо мной, и его глаза блеснули.

– Ты в безопасности. Лежи. Ты ранена, – сказал он резким, как осколки стекла, голосом.

Я оттолкнула его руки и снова приподнялась на локтях, прежде чем он закончил говорить, мои глаза метались по комнате. Мою голову пронзила боль, но я нигде не видела мужчин. Я посмотрела вниз на свои ноги, от облегчения у меня закружилась голова еще сильнее, потому что я все еще была в штанах.

Мак снова потянулся ко мне, но я отпрянула, поднялась на ноги и, пошатываясь, прислонилась к стене, когда комната закружилась. Он поднялся на ноги и шагнул ко мне, но затем остановился и замер неподвижно, прижав кулаки к бокам, с ужасающим выражением лица.

– Я не причиню тебе вреда, Боунс, – сказал он. – Эта рана на твоей голове снова открылась. – Он поднял окровавленную тряпку, которую, должно быть, прижимал к моей голове. – Тебе следует сесть.

Я, блядь, не могла сидеть. Все мои инстинкты кричали мне, что мне нужно быть на ногах, мне нужно иметь возможность бежать, если будет необходимо. Я делалала глубокие вдохи, пытаясь справиться с головокружением, но продолжала ощущать зловонный запах изо рта, продолжала чувствовать их руки на себе, продолжала видеть лицо Джака. У меня ужасно болела голова. Я прикоснулась к виску под раной, и, конечно же, мои дрожащие пальцы испачкались кровью.

– Тебе нужен обезбол? – Спросил Мак, и в его голосе прозвучала сталь.

– Нет! – Я огрызнулась, слишком быстро.

Я наконец встретилась с ним взглядом и увидела, что он смотрит на меня, приподняв бровь. Я проглотила свою гордость, паника бурлила в моих венах.

– Пожалуйста, Мак, никаких наркотиков.

Он долго смотрел на меня, но, наконец, просто кивнул.

– Хорошо. Никаких наркотиков. – Он медленно подошел ко мне и протянул окровавленную тряпку. – Приложи. Похоже, на этот раз придется накладывать швы.

Я взяла тряпку и прижала ее к голове, пока комната продолжала вращаться.

– Я справлюсь.

Он посмотрел мне в глаза, так близко, что я смогла разглядеть кольцо золотых искр вокруг его зрачка.

– Кажется, ты говорила, что не можешь исцелять себя.

– Не могу, – попыталась рявкнуть я, но мой голос дрожал, – но я прекрасно могу наложить себе пару чертовых швов.

Его глаза сузились, превратившись в свирепый взгляд, но прежде чем он успел заговорить, дверь с грохотом распахнулась. Я подскочила, а Мак развернулся на каблуках, держа руку на пистолете. Затем он с хмурым видом опустил руку обратно.

– Черт возьми, Трей, я чуть не пристрелил тебя.

Трей даже не остановился, устремившись ко мне в решительной ярости. Я отступила на несколько шагов, мое тело действовало инстинктивно, и он немедленно остановился, сканируя меня. Его рот сжался в жесткую линию, а глаза посуровели.

– Я должен был убить их, – сказал он низким, резким голосом.

– Лана? – Спросил Мак.

– С Гризом у ворот. – Трей встретился с ним взглядом.

Мак кивнул.

– Я разберусь с этим.

– Лана? – Спросила я, когда Мак, уходя, хлопнул дверью.

Глаза Трея изучали мое избитое лицо, но он не смотрел мне в глаза.

– Она вызвалась на дежурство.

Я читала между строк, и у меня екнуло сердце.

– Прости, – сказал Трей грубым голосом. – Она сказала, что хочет все исправить. Я думал, что могу доверять ей.

Очевидно, что ты никогда не терял брата, хотела сказать я, но промолчала.

– Что с ней будет? – Спросила я, вспомнив, что Сэм говорил об их кодексе.

– Если ей повезет – изгнание.

Мне было все равно, что случится с Ланой, но я не могла избавиться от вороха воспоминаний, которые вызвали его слова. Повезет? Изгнание было далеко не милосердным. Я поплелась к своим припасам, стараясь игнорировать то, как накренилась комната.

– Какого хрена ты делаешь? – Потребовал ответа Трей. Он шагнул вперед, но затем снова остановился.

– Собираюсь зашить себе голову, – пробормотала я.

Я сделала еще один шаг, прежде чем он преградил мне путь, но не прикоснулся ко мне.

– Сядь на задницу, – сказал он, указывая на стул.

– Я могу…

– Пожалуйста, Боунс. – Его голос дрогнул от эмоций. – Пожалуйста, позволь мне сделать это.

Резкая боль в его голосе убила все мои попытки сопротивляться.

– Хорошо. – Я приподнялась на стуле.

Он подошел к раковине, вымыл руки, прежде чем собрать принадлежности. Вернувшись ко мне, он поднял чистую влажную тряпку.

– Ты готова? – спросил он.

Я кивнула, отняла окровавленную тряпку, которую прижимала к голове, и он начал вытирать кровь. У меня был краткий момент дежавю, когда я вспомнила, как он делал то же самое в свете фар внедорожника.

– Прости, – снова сказал он тем же грубым голосом. – Я должен был быть здесь.

Я уставилась в стену и ничего не ответила. Я не знала, почему его это так волнует. Он не нес за меня ответственности. Когда он закончил вытирать кровь, он ловко продел нитку в иголку. Вопреки здравому смыслу, я перевела взгляд на его лицо как раз в тот момент, когда он взглянул на меня. Я не была уверена, что светилось в этих карих глазах, но это заставило меня почувствовать дрожь внутри. Я отвернулась, сжав кулаки так сильно, что ногти впились в ладони.

Трей положил руку мне на затылок, удерживая голову неподвижно, и начал накладывать швы. Было больно, но я была рада этому. Что угодно, лишь бы прогнать это дурацкое чувство в животе. Я по привычке считала наложенные им стежки.

После того, как он завязал последний стежок, он оттер руки, а затем поднялся по лестнице. Я соскользнула со стула, наблюдая, как он сбросил мой матрас и одеяло с чердака.

– Что ты делаешь? – спросила я.

– Тебе не следует лазить вверх-вниз по лестнице, когда ты ранена, – сказал он, спрыгивая вниз и перетаскивая матрас в пустой угол.

Я посмотрела на чердак, мое единственное убежище, и нахмурилась. Трей уловил выражение моего лица.

– Я вызвался нести службу в охране. – Он криво усмехнулся мне, когда снова поднимался по лестнице. – Если кто-нибудь войдет в эту дверь и хотя бы как-то странно посмотрит на тебя, я пристрелю его.

Я не поблагодарила его, но тугой узел в моей груди немного ослаб.

– Для чего это?

Я подняла глаза и увидела, что он держит ржавые ножницы, которые я спрятала под матрасом. Много же от них было толку на чердаке.

Я пожала плечами, чувствуя себя глупо.

– На всякий случай.

– Вот.

Он спустился по лестнице, затем наклонился и повозился со своим ботинком. Когда он выровнялся, то протянул мне небольшой нож в ножнах.

– Возьми это. Он маленький, но очень острый. Он должен поместиться в твоем ботинке. Извини, я должен был подумать о том, что у тебя есть что-нибудь для защиты.

Я взяла его, удивленная, что он доверил мне оружие, пусть и маленькое. Я открыла его и практически услышала одобрительное рычание Вольфа. Он был маленьким, но крепким. Изучая его, я обратила внимание на свою руку. Под каждым моим ногтем была темно-красная кровь. Я вспомнила, как царапала ногтями лицо Пайка, и поборола внезапный приступ тошноты.

– У тебя еще что-нибудь болит, кроме головы? – Спросил Трей, набрасывая мои одеяла обратно на матрас.

Все мое тело болело, но я знала, как не обращать на это внимания. Я попыталась отогнать вспышки воспоминаний, которые продолжали вторгаться в мою голову, и сунула нож в карман.

– Нет, – солгала я, надеясь, что он перестанет суетиться. Я направилась к раковине, включила воду и попыталась отмыть кровь из-под ногтей.

– Не хочешь прилечь и немного отдохнуть?

– Нет, – повторила я. Я не смогла выскрести всю кровь из-под ногтей. Я снова намылила руки, ненавидя, как они дрожат.

Трей приблизился, и все мое тело напряглось.

– Что ты делаешь? – спросил он, и, боги, я не собирался, блядь, плакать.

– Пытаюсь смыть кровь, – процедила я сквозь зубы.

– Боунс, у тебя чистые руки.

– Она под ногтями, – огрызнулась я.

Он снова опустил взгляд на мои руки, и на его лице появилось понимание.

– Понятно. Вот, подожди. – Он порылся в ящиках, пока не нашел маленький скальпель. Он протянул руку ладонью вверх. – Могу я взглянуть на твою руку?

Меня бросило в дрожь при мысли о прикосновении, но даже я должна была признать, что мои руки слишком сильно дрожали, чтобы попытаться выскоблить кровь самостоятельно. Неохотно я вложила свою руку в его, и он обхватил ее своими теплыми пальцами, все еще удерживая ее неподвижной. Я смотрела, как он соскребает кровь у меня из-под ногтей, на ходу ополаскивая скальпель в раковине. Я старалась дышать ровно, борясь со слезами, которые подступали к горлу от странной всепоглощающей интимности этого действа. Он отпустил меня, как только закончил, и я отступила. Его глаза следили за мной, но он просто продезинфицировал скальпель для меня и оставил его сушиться.

– Как насчет того, чтобы присесть на минутку? – спросил он, вытирая руки.

– Нет.

Он нахмурился и открыл рот, чтобы возразить, но в этот момент дверь открылась, и широкими шагами вошел Гриз. Он остановился как вкопанный и выругался, когда его взгляд остановился на моем лице.

– Лана? – спросил Трей.

– Изгнание, – ответил Гриз. – Всем троим.

Я оперлась о смотровой стол и сосредоточилась на вдохе через нос и выдохе через рот. Гриз разжал и сжал кулаки, прижатые к бокам, изучая меня.

– Я должен был убить его, – тихо повторил Трей.

– Поверь мне, он был не в лучшей форме, – сказал Гриз с мрачной улыбкой.

Дверь снова открылась, и вошла женщина, прижимая окровавленную руку к груди. Она остановилась при виде меня, ее взгляд метался между мной, Гризом и Треем.

– Это… Я не вовремя? – спросила она.

– Нет, – сказала я, прежде чем Гриз или Трей успели что-нибудь сказать, – Все в порядке. Вам нужно наложить швы?

– Я, э-э, думаю, да, – сказала женщина. – Дурацкий нож соскользнул, когда я резала мыло.

Я вернулась к раковине, тщательно вымыла руки и ополоснула лицо, наслаждаясь ощущением холодной воды на опухшем глазу и щеке. Когда я обернулась, женщина изучала мое лицо. Я вспомнила, что Клэрити упоминала мыловара, но не могла вспомнить ее имени.

– Ты в порядке? – спросила она.

– Выглядит хуже, чем есть на самом деле, – я попыталась сказать это небрежно, но мой голос прозвучал деревянно даже для моих собственных ушей. – Присаживайтесь. – Я указала на смотровое кресло, доставая свои инструменты.

Она нахмурилась и, присев, посмотрела на Трея и Гриза.

– Что случилось? – спросила она их.

– Лана заплатила двум мужчинам, чтобы они напали на Боунс, – ответил Трей мрачным голосом.

Она посмотрела на меня широко раскрытыми глазами.

– Из-за Экзo?

– Да, – вздохнул Трей.

– Изгнание?

– Все трое.

Я подошла к ней и сосредоточилась на дезинфекции раны на ее руке, стараясь не обращать на них внимания. Мои руки все еще дрожали, и я попыталась успокоить их одной лишь силой воли. Попытка зашить рану трясущимися руками была дерьмовой для всех участников.

– Мне жаль, Боунс, – сказала женщина. – Кстати, меня зовут Мист.

Я перевела взгляд на нее. Она улыбнулась, и я снова опустила взгляд, желая, чтобы люди перестали, блядь, разговаривать со мной. Несколько минут я думала, что мое желание исполнилось, работая в тишине. Наконец я полностью подготовила ее и села на табурет, склонившись над ее рукой с иглой наготове. Я глубоко вздохнула, с облегчением заметив, что мои руки стали тверже.

– Лаванда подойдет? – Спросила Мист.

Я подняла глаза, сбитая с толку.

– Мыло, – пояснила она с улыбкой. – У меня есть другие ароматы, если тебе это не нравится.

– О, – сказала я, – нет, я… мне это нравится.

Она просияла.

– О, хорошо. Я собиралась… черт. – Она поморщилась, когда я сделала первый стежок.

– Извините, – пробормотала я.

– Нормально, – вздохнула она. – Я сама виновата, что не смотрела, что, блядь, делаю. Я собиралась сказать, что надеялась, что приятный успокаивающий аромат подойдет для лечебницы. Поэтому я отыскала немного дикой лаванды.

Этот продуманный поступок заставил эмоции снова захлестнуть меня. Я склонилась над ее рукой, чтобы не беспокоиться о своем лице.

– Благодарю вас.

– Не за что. – Я услышала улыбку в ее голосе. – Тогда я внесу ее в свой список для сбора.

– Где вы собираете травы? – Спросила я, надеясь, что мой голос звучит нормально, а не так, будто я выуживаю информацию.

– В лесу, – весело ответила она. – Хоук берет меня с собой раз в неделю.

Мне потребовалась секунда, чтобы вспомнить, что Хоук был лидером другой команды Охраны. Я припрятала эту информацию подальше.

– Бочки для дождевой воды все еще работают? – спросил Трей.

Мист ухмыльнулась ему.

– Как по волшебству. – Она повернулась ко мне и заметила, что я перевожу взгляд с одного на другого. – Трей помог мне смастерить пару дождевых бочек для приготовления щелока. Теперь мне не нужно спускаться к реке и наполнять ведра.

Я кивнула, как будто поняла, но на самом деле это было не так. Они продолжали болтать о разных вещах, и я позволила их голосам слиться в приятный фоновый шум. Когда я закончила, она тепло поблагодарила меня и попрощалась со всеми нами. Трей взял мои принадлежности и начал их стерилизовать. Гриз вытирал стол, пока я мыла посуду.

– Боунс, я действительно думаю, что тебе стоит немного отдохнуть, – снова попытался Трей.

– Нет, – повторила я.

Дверь снова открылась, и вошла женщина с плачущим ребенком. Ее пристальный взгляд сузился на моем лице, она мельком взглянула на Трея и Гриза и ничего не сказала. Ребенок отказывался пользоваться одной из своих ручек, и кричал, когда я попыталась осмотреть ее. Я обхватила его маленькую ручку, и он успокоился, когда мои силы залечили рану на его локте. Когда я отпустила его, малыш замахал обеими ручками в воздухе, улыбаясь мне сквозь слезы, все еще стоявшие в его глазах. Женщина шмыгнула носом и взяла его на руки, прижимаясь губами к его голове с короткими темными кудряшками.

– Спасибо! – Она вошла подошла ко мне и обняла, что заставило меня напрячься. – Ты в порядке? – прошептала она мне на ухо.

Я кивнула, чувствуя себя чертовски неловко. Она бросила на меня резкий взгляд, как будто не совсем поверила мне, и отстранилась.

– Могу я привести Джета завтра? – спросила она громче, усаживая ребенка на колени. – Чтобы убедиться, что все в порядке?

Я растерянно моргнула.

– Эм, конечно.

– Тогда увидимся завтра. Спасибо, Боунс.

Уходя, она бросила суровый взгляд на Трея и Гриза, и я поняла, что она подозревала, что один из них причинил мне боль. Внезапное желание защитить этих двух мужчин удивило и разозлило меня, и я поджала губы.

– На доске объявлений вывесят уведомление, – сказал Трей, когда я поплелась обратно к раковине и вымыла руки. – Так люди узнают, что произошло.

Отлично. Вероятно, это означало, что все больше людей задают вопросы. Моя голова, казалось, пульсировала в такт моему сердцебиению.

– Боунс… – начал Трей.

– Нет, – отрезала я. Боги, мне не нужно было сидеть и отдыхать. Мне нужно было продолжать двигаться.

– Пойду проверю, как там Мак, – объявил Гриз. Он сурово посмотрел на меня, когда я взглянула на него. – Боунс, тебе следовало присесть хотя бы на минутку.

– Я в порядке.

Гриз покачал головой.

– Боги, ты упрямая, как баран.

– Меня так и подмывает просто дать тебе наркотик, – пробормотал Трей после того, как дверь закрылась.

Я перевела взгляд на него, паника вспыхнула внутри меня.

– Нет. Я не могу принимать наркотики.

– Почему нет? – спросил он, скрестив руки на груди.

– Они причиняют мне боль.

Он поднял бровь, а я молилась богам, чтобы он больше не задавал вопросов. Но он не выглядел так, будто поверил мне. Это не совсем ложь. У меня не было никакого объяснения тому, что произошло, когда меня накачали наркотиками, но «больно» было лучшим словом, которое я могла придумать.

– Пообещай мне. – Мой голос звучал выше обычного. – Пообещай, что ты никогда не будешь давать мне наркотик.

– Даже если ты сильно ранена? – Он пересек комнату и остановился напротив меня у смотрового стола. – Я не знаю, смогу ли сдержать это обещание.

– Трей. – Боги, как мне его убедить? – Я клянусь тебе, что принять наркотик для меня хуже любой боли, которую я когда-либо могла испытать.

Он нахмурился.

– Как это?

– Я… я не могу этого толком объяснить. Это просто… плохо.

Он изучал меня, слегка нахмурив брови.

– Хорошо, – наконец сказал он, – я обещаю.

Я прерывисто вздохнула, но он еще не закончил.

– Если ты уделишь несколько минут отдыху.

Я уставилась на него.

– Я в порядке.

– Боунс, – сказал он более резким голосом, – ты ведь понимаешь, почему я не могу тебе поверить, когда ты так говоришь?

Меня спасло то, что дверь снова открылась. Вошел пожилой кашляющий мужчина, за ним шел хромающий человек с лицом, искаженным болью. От облегчения у меня закружилась голова, и я вернулась к работе, стараясь не обращать внимания на любопытные взгляды, которые привлекало мое изуродованное лицо. Прежде чем я закончила с мужчиной, который подвернул лодыжку, вошло еще несколько человек с легкими травмами. Лечебница не пустела в течение пары часов, но когда последний пациент вышел, Трей последовал за ним и перевернул табличку на двери на «Закрыто».

– Что ты делаешь?

– Лечебница закрыта. – Трей высунулся из двери и что-то сказал кому-то, но я не смогла разобрать. Когда он вернулся и закрыл за собой дверь, то бросил на меня суровый взгляд. – Ты ранена, и тебе нужен отдых.

Паника подступила к моему горлу.

– Мне нужно…

– Это может подождать, – вмешался Трей.

Я не знала, как объяснить, что мне нужно продолжать двигаться, что занятость была единственным, что меня держало меня в своем уме.

– Кто будет дежурить ночью? – Спросила я, надеясь отвлечь его.

– Я.

Я нахмурилась.

– Ты был здесь весь день.

– Надеюсь, я тебе не надоел, – поддразнил он, но в глазах веселья не было. – Я собираюсь пожить здесь некоторое время. Думай об этом как о постоянной охране. Гриз и Мак принесут матрас.

Я замерла. Мой взгляд метался между ним и дверью. Будет ли он спать со мной в лечебнице?

– Я устроюсь здесь, у двери, – добавил Трей, его голос смягчился, как будто он почувствовал мою панику.

Это было облегчение или ужас? Я не была уверенна. И то, и другое?

– О, – с трудом выдавила я.

Мы несколько мгновений смотрели друг на друга, но тишина казалась невыносимой. Мне нужно было что-то делать. Я подошла к раковине, схватила старое пластиковое ведро, стоявшее под ней, и наполнила его водой.

– Что ты делаешь? – Спросил Трей с нотками раздражения в голосе.

– Убираюсь. – Кто-то вытер с пола большую часть моей крови, но ее нужно было хорошенько отмыть.

– Боунс, – голос его звучал раздраженно, – это не отдых.

– Мне не следует просто так сидеть, – огрызнулась я на него.

Я услышала его приближение и напряглась. Он потянулся мимо меня и выключил воду. Мягкий рукав его фланелевой рубашки коснулся моей руки.

– Что ты собираешься чистить? – тихо спросил он.

– Пол.

– Позволь мне сделать это. – Он вынул ведро из раковины.

– Я сама могу это сделать, – возразила я.

– Я знаю, что ты можешь, – ответил он, доставая из-под раковины щетку с жесткой щетиной, – но не обязана.

Я сердито смотрела ему в спину, когда он зашагал прочь, а потом опустился на четвереньки, чтобы отскрести пол. Черт возьми. Я переставила полку с крошечными бутылочками. Я поймала раздраженный взгляд Трея, но он ничего не сказал. Он закончил с полом раньше, чем я закончила свою работу. От того, что я потянулась за бутылками на самой высокой полке, у меня заболели плечи и руки. Мое тело начинало болеть, и я знала, что завтра мне будет еще хуже, но прямо сейчас мне нужно было продолжать двигаться.

– Дай-ка я возьму.

Он напугал меня, появившись позади меня из ниоткуда.

– Извини, – сказал он, когда я подпрыгнула. Он схватил флакончики с верхней полки и поставил их на стойку, чтобы я расставила их по местам. – Я поставлю их обратно. Просто скажи мне, куда.

Я нахмурилась, но указала ему, куда поставить маленькие бутылочки. С его помощью мы расправились с этой нудной работой слишком быстро. Я оглядела маленькую комнату, пытаясь понять, что делать дальше. Окна нужно было вымыть, но они были так высоко, и я не была уверена, что смогу…