Текст книги "Кости (ЛП)"

Автор книги: К. Л. Спир

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 27 страниц)

Когда Трей заговорил снова, мягкость в его голосе заставила мое сердце сжаться.

– Боунс, ты в порядке?

– Я в порядке, – солгала я сквозь зубы.

Он нахмурился, но я отвернулась, рассматривая свое отражение в металлической кастрюле, чтобы убедиться, что смыла всю кровь. Я прополоскала тряпку и повесила ее на край раковины, прежде чем собрать свою мокрую одежду и снова протиснуться мимо него, чтобы вернуться на чердак. Никто не пытался заговорить со мной, когда я снова исчезла наверху. Я повесила мокрую одежду сушиться на единственный стул и забралась на матрас, натянув старое одеяло на голову. Все четверо долго сидели внизу, тихо разговаривая, пока я лежала, свернувшись калачиком, пытаясь забыть звук криков мужчины. В конце концов, я услышала, как Мак, Гриз и Трей пожелали спокойной ночи Сэму, который нес ночную вахту.

– Спокойной ночи, Пирожок, – позвал он, но я не ответила. А когда он выключил единственную лампочку, то почувствовала облегчение, погрузившись в темноту.

6

Маленькой девочке на вид было около трех лет. Она цеплялась за маму, рыдая, пока работорговцы пытались оторвать ее. Ее мама закричала, но никто из работорговцев даже глазом не моргнул. В конце концов их растащили, и Жнецы затолкали женщину в кузов грузовика. Однако крики не прекращались, и мне отчаянно захотелось заткнуть уши.

Джак широкими шагами вернулся к своему мотоциклу, где я стояла, с широкой улыбкой на лице, и я поняла, что ему удалось выторговать более высокую цену.

– Давай, Ангел, – весело сказал он, вскакивая на мотоцикл. – Пора ехать.

Я забралась за ним и прижала одно ухо к его спине, пытаясь немного заглушить крики. Это не сработало. Даже оглушительный рев всех мотоциклов не заглушил ее, женщина продолжала рыдать. Обычно они успокаивались через некоторое время. Эта – нет. В моей груди начала нарастать паника.

Просто остановись, мне хотелось умолять. Остановись, пока они не причинили тебе боль. Пожалуйста!

Через пару часов Джак решил, что с него хватит. Он поднял руку, подавая сигнал грузовику, и мое сердце екнуло.

– Наверное, она скоро успокоится, – выпалила я, не удержавшись.

Вся процессия остановилась, и Джак спрыгнул с мотоцикла. Он на мгновение замер, уставившись на меня.

– Ты что, сомневаешься во мне, Ангел? – спросил он.

Я с трудом сглотнула и покачала головой.

– Хорошо. Тогда можешь пойти посмотреть. – Его глаза заблестели.

Я слезла с мотоцикла, чувствуя тошноту. Грип открыл заднюю часть грузовика, и женщина начала кричать еще громче, пока ее вытаскивали. Джак силой открыл ей рот и особо безжалостно начал вырезать ей язык, встретился со мной взглядом и улыбнулся. Кровь хлынула изо рта, ее крики превратились в невнятные звуки, а я сложилась пополам, меня вырвало на песок⁠…

Я резко села. Мне потребовалось мгновение, чтобы сориентироваться и осознать, что Сэм стоит внизу и выкрикивает мое имя.

– Боунс!

– Я в порядке, – выдавила я.

– Немедленно опусти лестницу. – Голос его звучал раздраженно.

Я взглянула на лестницу, лежащую на полу. Я подняла ее после того, как он выключил свет. Внезапное беспокойство наполнило меня.

– Зачем?

– Ну же, Боунс!

– Прости, если я была слишком громкой…

– Клянусь богами, если ты сейчас же не опустишь лестницу…

Я сбросила одеяло, вытерла мокрое лицо и спустила лестницу обратно. Как только она коснулась пола, я забралась обратно на свой матрас, прижимаясь к стене. Сэм взлетел по лестнице, осматривая чердак прищуренными глазами, когда шагал ко мне, и я попыталась сгруппироваться.

– Прости. Это был просто кошмар, – сказала я так быстро, как только смогла. – Я буду тише…

– Подожди, что? – Он остановился, нахмурив брови, глядя на меня сверху вниз.

– Прости, – повторила я дрожащим голосом.

Сэм присел там, где стоял, чтобы посмотреть мне в глаза.

– Я не сержусь. Я думал, кто-то здесь, наверху, причиняет тебе боль.

Я уставилась на него, смущение смешивалось с тревогой и затяжным ужасом из моего сна.

– О.

– Боги, ты думала, что я разозлился, из-за что ты вела себя слишком громко?

Я опустила глаза, мое лицо горело.

– Ты кричала кому-то, чтобы он остановился. – В его голосе слышалась резкость.

Мой сон снова всплыл в моем сознании, воспоминания о том, что последовало за этим, пытались воспроизвестись в моей голове. Если бы только отрезанный язык оказался худшим из того, что Джак с ней сделал. Я прикрыла рот дрожащей рукой, желая, чтобы меня не стошнило.

– Вдохни через нос, – проинструктировал он. – Медленно.

Я так и сделала, и мало-помалу мой желудок успокоился. В тусклом свете луны, проникавшем в окно, я не могла разглядеть выражения его лица, но он остался на месте и не пытался прикоснуться ко мне.

– Просто для справки, никто из нас никогда не рассердится из-за того, что ты проснулась с криком, но нам нужно убедиться, что с тобой все в порядке.

– Я же сказала, что со мной все в порядке, – пробормотала я.

– Да, ты часто это говоришь, – парировал он, и я увидела, как блеснули его зубы, когда он ухмыльнулся. – До сих пор с тобой ни разу не было все в порядке.

Некоторое время мы сидели молча, и я пыталась взять себя в руки, чтобы он ушел.

– Тебе часто снятся кошмары?

Они были у меня почти каждую ночь, но я пожала плечами.

– Не знаю, говорил ли тебе кто-нибудь, но Мак лично отобрал эту команду. Чтобы присоединиться, каждый из нас должен был поклясться жить по определенному кодексу, зная, что нарушение кодекса означает изгнание или казнь. Часть этого кодекса – не причинять вреда. Никто из нашей команды не причинит тебе вреда.

Я не знала, стало ли мне от этого легче.

– Мадам – гребаная сука, – сказал он, – но она позволяет командирам бригад управлять своими людьми. Так Мак нашел для нас место – безопасное место. И ты с нами, поняла?

Я подумала о Клэрити и ее синяках, о скелетообразном теле Ходжо и о человеке, который умер с криками всего несколько часов назад. Я хотела спросить Сэма, что насчет них, но у меня не было морального права. Я оставалась с Джаком двенадцать лет, пока он причинял боль и убивал людей. Кроме того, я здесь не останусь, так что мне все равно.

– Я дам тебе поспать, – сказал Сэм. – Но ты можешь оставить лестницу? Я обещаю, никто сюда не войдет.

Я коротко кивнула, и это его, похоже, удовлетворило. Он встал и направился к лестнице.

– Спокойной ночи, Пирожок, – бросил он через плечо.

В безмолвной темноте я легла на спину и с тревогой уставилась на лестницу, пока усталость снова не поглотила меня.

Следующие несколько дней я провела в страхе, что дверь откроется, Мак вернется и позовет меня обратно в сторожевую башню, но дни продолжали сменяться, а от него не было никаких вестей. В лечебницу стало приходить все больше людей, что в хорошем смысле не давало мне скучать. Возможность свободно исцелять людей была бальзамом на мою душу, но также приводила меня в замешательство. Я ненавидела Мадам и все, что происходило под сторожевой башней, но по мере того, как я все больше использовала свои силы, какая-то давно дремавшая часть меня, казалось, просыпалась и потягивалась, и это было приятно. Я пыталась убедить себя, что быстро привязалась к лечебнице, потому что раньше у меня никогда не было собственного помещения, но это не изменило моего отношения к маленькому деревянному зданию.

Команда Мака сбила меня с толку еще больше. Я не знала, что с ними делать, а они не оставляли меня в покое и не прекращали, блядь, болтать. Трей, Гриз и Сэм почти всегда были в лечебнице и путались у меня под ногами. Они шутили, дразнили, задавали глупые вопросы, и, казалось, им было все равно, когда я отказывалась участвовать или огрызалась на них, чтобы они убирались к чертовой матери и беспокоили кого-нибудь другого. Они не вели себя так, будто охрана лечебницы и приглядывание за мной были их работой. Иногда мне приходилось напоминать себе, что Мадам приказала им быть здесь. Они были охранниками, а не друзьями, независимо от того, насколько дружелюбно они себя вели.

Джакс нечасто приходил в лечебницу, а когда приходил, что-то приносил. Рядом со мной он вел себя тихо, но я часто слышала, как он разговаривает с другими снаружи. Сэм называл его «малыш», Трей – «младшим» и «блондином». Казалось, он не возражал против прозвищ, за исключением «малыш». Я часто слышала, как он кричал: «Мне пятнадцать! Я не ребенок!»

Иногда я мельком замечала его песочно-светлые волосы, и мое сердце екало, прежде чем я вспоминала, где нахожусь.

Я несколько раз видела Лану издалека, но все еще чувствовала обжигающий жар ее взгляда. Рэйвен все еще не сказала мне ни слова, но эта женщина могла выразить многое одним движением брови. Она ясно дала понять, что я ей не нравлюсь, но это было ожидаемо. Ни одна из них еще не заступила на дежурство, и я не могла не задаться вопросом, как их распределяли. Мак назначал смены или они вызывались добровольно? Я выглянула наружу из лечебницы, где бинтовала ногу мужчине. Я привыкла оставлять дверь открытой из-за жары. Как бы мне ни было любопытно, как Mac распределяет смены, я не собиралась поощрять двух идиотов, которые в настоящее время соревновались друг с другом, кто дольше всех удержит палку на одном пальце, спрашивая их об этом.

– Мошенник! – Крикнул Трей, палочка закачалась у него на пальце, но он рассмеялся, уворачиваясь от сосновых шишек, которые бросал в него Сэм.

– Что? Я просто пытаюсь прибраться во дворе у Боунс. – Сэм заметил, что я наблюдаю за ними, и подмигнул.

Я покраснела и снова уставилась на свою работу. Это совершенно не похоже на то, что было со Жнецами. Сначала они меня возненавидели. Они думали, что Джак сошел с ума, сделав десятилетнего ребенка целителем банды. В хорошие дни они просто игнорировали меня, но большую часть времени они были жестоки. Когда я стала старше, они стали более дружелюбными, но не в хорошем смысле. Затем Джак предельно ясно дал понять, что никому, никому, не было позволено прикасаться ко мне, и они снова стали держаться на расстоянии. Только двое были кем-то вроде друзей, и они оба поплатились за это.

Мое сердце сжалось от этих воспоминаний, когда я снова выглянула на улицу. Сэм и Трей отбросили палку и кружили друг вокруг друга, подняв кулаки, но оба ухмылялись, поддразнивая друг друга. Когда они начали обмениваться ударами, мои пальцы замерли, и я перестала наматывать бинт. Они легко передвигались на ногах, нанося удары, кружась, уклоняясь и все время смеясь. Вскоре Трей повалил Сэма в захват, который я узнала, так как сама попадала в него на крыше, и Сэм сдался. Они разошлись, ухмыляясь и вытирая пот с лиц.

Кузнец, которого я перевязывала, прочистил горло, и я чуть не подпрыгнула от неожиданности. Мое лицо вспыхнуло. Я совсем забыла о нем. Он посмотрел на меня с легкой улыбкой, явно понимая, почему я отвлеклась.

– Извините, – пробормотала я, завязывая повязку.

– Все в порядке, – сказал он. – Команда Мака – одни из лучших Защитников, что у нас есть.

– Защитники? – Спросила я, прежде чем смогла обуздать свое чертово любопытство и закрыть рот.

– Команды, которые выходят за пределы анклава и проводят разведку или заключают сделки, – объяснил он. – Мы здесь в значительной степени самодостаточны, но нам приходится время от времени осуществлять рейды за припасами или обмениваться чем-то. Это всегда опасно, когда имеешь дело с ценными ресурсами. Иногда им приходится отбиваться от налетчиков.

Мне нужна была эта информация для моего побега. Вот почему я спросила. Не потому, что я хотела что-то знать о них.

– Сколько здесь экипажей охраны?

– У нас осталось два. Команда Мака и команда Хоука. У нас была третья, но они отправились на задание, и, в общем, никто из них не вернулся.

Жнецы часто попадали в стычки с небольшими отрядами. Обычно из-за ресурсов, но иногда достаточно было глупого спора. Временами они нападали на небольшие отряды просто ради забавы или чтобы выпустить пар. Пространства между заставами и гарнизонами были ничейной территорией, готовой для захвата любым, у кого было достаточно оружия и смелости. У Джака было и то, и другое. Жнецы правили пустыней последние десять лет, отчасти благодаря мне. Джак и его бессмертие пользовались дурной славой. Он мог получить смертельную травму и вернуться всего через несколько часов, чтобы отомстить. У меня скрутило живот.

– Теперь, когда ты здесь, нам не придется так часто ходить за лекарствами или медицинскими принадлежностями, – продолжил мужчина. – Что всегда было нашей самой большой потребностью. Как только выпадает снег, выбраться отсюда становится практически невозможно, поэтому нам нужно запастись на зиму.

Эту часть информации я так же припрятала подальше. Если я хотела выбраться отсюда, мне нужно было сделать это до наступления зимы или ждать, пока не растает снег. Я быстро дала инструкции о том, как содержать его рану в чистоте, а он поблагодарил меня улыбкой, прежде чем отправиться поболтать с моими охранниками. Трей и Сэм оба сняли рубашки, и мой взгляд задержался на них. Работая целителем, я видела бесчисленное количество тел, и можно было подумать, что теперь не стану отвлекаться на них. Но я не смогла не полюбоваться их жилистыми мускулистыми телами, блестящими от пота на солнце. Они оба были красивы, но мои глаза постоянно возвращались к Трею. С такого расстояния я не могла разглядеть шрам на его животе, но знала, что он есть. Интересно, если я проведу руками по его загорелой коже, почувствую ли я его под кончиками пальцев?

Я мысленно встряхнулась и заставила себя вернуться к работе.

Прошло почти две недели, прежде чем однажды утром пришел Трей и сказал, что мы отправляемся на экскурсию по Убежищу. Я нахмурилась, пытаясь скрыть свое беспокойство. Трей не давал мне никаких причин бояться его, такая команда заставила тревожные колокольчики зазвенеть в моей голове.

– Я занята, – сказала я.

– Да ладно, – ответил он, – тебе нужно знать, где что находится.

– Мне все равно.

– У меня наготове пара лошадей, – продолжил он, как будто я и не упиралась.

– Я не пойду.

Он вздохнул, его глаза были полны боли.

– Боунс, пожалуйста. Мак попросил меня сделать это, и я действительно не хочу принуждать тебя.

Но я сделаю это, если придется. Я услышала невысказанный подтекст. Я смотрела на него еще несколько секунд, раздумывая, не превратить ли этот разговор в большущий скандал из чистого упрямства.

Выбирай сражения, рявкнул Вольф в моей голове.

– Ладно, – процедила я сквозь зубы.

Он выдохнул, его глаза снова прояснились.

– Ладно, пойдем.

Я последовала за ним на улицу, где нас ждали две оседланные лошади. Я нервно замерла. Я знала, что ехала верхом с Треем, когда впервые попала сюда, но большую часть пути я была без сознания. У меня не было никакого опыта в обращении с лошадьми. Немногие люди держали их в пустыне. Найти для них достаточно еды было довольно непросто, и у большинства людей были мотоциклы. Поиск запчастей для мотоциклов не занимал много времени, а благодаря палящему солнцу солнечные батареи, питавшие двигатели, были на ходу.

Трей заметил, что я остановилась.

– Ты идешь?

Я не двинулась с места, мне было неприятно признавать, но я не знала, что делать.

Он повернулся и направился обратно ко мне, нахмурив брови.

– Что случилось?

Я проглотила свою гордость.

– Я не умею ездить верхом.

В его глазах появилось понимание, и он улыбнулся своей нежной улыбкой.

– О! Ну, я научу тебя. Иди сюда.

Я последовала за ним, нервничая все больше по мере того, как мы подходили ближе, и я осознавала, насколько большими были лошади.

– Эта – Вайолет, а эта – Мэриголд. – Он указал на двух лошадей.

Вайолет была темно-коричневой, а Мэриголд – золото-соловой. Мэриголд опустила голову и легонько толкнула Трея, и это выглядело как проявление нежности.

– Ты едешь верхом на Вайолет. Она очень ласковая.

Вайолет повернула голову в мою сторону, и я встала как вкопанная.

– Все в порядке, – сказал Трей. – Она просто хочет поздороваться. Вот, протяни руку, вот так. – Он показал, как нужно протянуть руку ладонью вверх, чтобы лошадь обнюхала ее.

Он повернулся ко мне, потянулся, чтобы взять меня за руку и потянуть вперед. Я позволила ему, но мое сердце бешено колотилось в груди. Я протянула свободную руку, как он, и усы лошади защекотали мою кожу, когда она обнюхивала меня. Я смотрела на ее массивные копыта и невольно представила, что они с легкостью могут раздавить человеческую ступню или череп. Как только Вайолет перестала нюхать, Трей снова потянул меня вперед, идя рядом с лошадью, чтобы остановиться у ее бока.

– Привет, Ви, – сказал Трей спокойным, ровным голосом, поглаживая холку лошади. Он поднял мою руку, которую держал, и положил ее на теплый бок. —

Попробуй.

Я провела рукой по боку лошади. Ее шерсть была теплой и мягкой. Вайолет снова откинула голову назад, уставившись на меня и фыркнула на мою рубашку.

– Не подходи к лошади сзади. Я имею в виду, с Ви все будет в порядке, потому что она нежная, но некоторые лошади могут почувствуют угрозу, – продолжил Трей с кривой улыбкой. – Поверь мне, это верный способ получить удар копытом. Теперь, когда ты поприветствовала лошадь, можешь садиться в седло. Это называется рожок. – Он протянул руку и ухватился за выступающую часть седла. – Держись за него, поставь ногу вот в это стремя, а затем оттолкнись и перекинь другую ногу. – Он продемонстрировал, двигаясь с отработанной легкостью, а затем улыбнулся мне, сидя верхом на лошади. – Чтобы слезть, ты делаешь то же самое, только наоборот. – Он перекинул одну ногу, держась за рожок, и опустился на землю.

Вайолет проигнорировала нас и нащипала полный рот травы.

– Твоя очередь.

Мне пришлось встать на цыпочки, чтобы дотянуться до рожка, но я справилась. Я немного неловко вставила сапог в стремя, а затем подтянулась так же, как это сделал Трей. Я была далеко не так грациозна, как Трей, тем не менее у меня получилось, и чувство выполненного долга затрепетало в моей груди.

– Отлично. – Трей ухмыльнулся мне. – Сейчас я немного отрегулирую стремена. Твои ноги короче моих.

Я передвинула ноги, чтобы он мог отрегулировать ремни, пока мне не стало легче дотягиваться до обоих. Он надел их обратно мне на ноги, а затем встал, осматривая меня.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он.

Я не была уверена, что именно он имел в виду.

– Нормально?

Он усмехнулся.

– Надо было это предвидеть. – Он схватил поводья и протянул их мне. – Держи их одной рукой. Держи их свободно. Тебе не нужно слишком беспокоиться об управлении, потому что Вайолет последует за мной, но все, что тебе нужно делать, это двигать рукой с поводьями в том направлении, куда ты хочешь, чтобы она пошла.

Он подошел к Мэриголд и вскочил в седло, взяв поводья и еще раз проверив, как я.

– Когда хочешь, чтобы лошадь пошла, просто слегка сожми ноги или постучи пятками. Не пинай ее, если не хочешь, чтобы она сорвалась с места. Чтобы остановиться, ты просто тянешь поводья – вот так. – Он показал мне. – Готова?

Я не была уверена, но все равно кивнула. Он ухмыльнулся, и Мэриголд тронулась, Вайолет последовала за ней. Небо заволокли пушистые облака, и ветерок был приятно прохладным, принося с собой резкий аромат хвои. На деревьях пели птицы, а на земле кудахтали цыплята. Капли росы покрывали траву, и земля искрилась на солнце. Мы повернули налево, к главным воротам, и на мгновение в моем животе затрепетала надежда. Мы выходим за пределы крепости?

– Это главные ворота, – сказал Трей, останавливаясь перед ними. – Их всего двое. Эти и те, что поменьше, с другой стороны Убежища.

Дюжина вооруженных охранников наблюдала за нами. Трей помахал рукой, поздоровался с несколькими по имени и быстро втянулся в разговор. Моя надежда выбраться за стену умерла. Я молчала, разглядывая массивные ворота, сделанные из гигантского полотна тускло-серого металла, такого же, как стены. В одиночку человек не смог бы открыть эту штуку. Здесь должна была быть какая-то система блоков или что-то в этом роде. Я хотела посмотреть поближе, но несколько стражников заметили, что я изучаю ворота, поэтому я быстро отвела взгляд в сторону центра поселения, где высилась ужасная сторожевая башня.

Сторожевая башня представляла собой огромное сооружение, возвышавшееся над всем поселением с небольшого холма. Она была сделана из бетона и, несмотря на непогоду, не имела признаков разрушения, как некоторые другие здания. Мне стало интересно, что здесь было раньше. Сторожевая башня, стена и некоторые другие более крупные здания явно были построены Раньше.

– Что такая хорошенькая девушка, как ты, делает в таком месте, как это?

Я вздрогнула, и Вайолет вздрогнула вместе со мной, отступив в сторону. Подошел один из охранников.

– Ого, извините. – Мужчина поднял руки в жесте капитуляции, посмеиваясь.

На вид ему было за тридцать, и хотя выражение его лица было довольно приятным, его энергия заставляла меня нервничать. Что-то в его худом лице напомнило мне ласку.

– Боунс, верно? – наконец спросил он, когда я ничего не ответила. – Я Лем.

Я коротко кивнула, надеясь, что этого будет достаточно. Он ухмыльнулся, шагнул вперед и схватил поводья Вайолет движением, которое заставило меня напрячься.

– Как твои дела этим утром? – Он положил свободную руку мне на колено.

Я хотела, чтобы он отошел от меня, но заставила себя разжать челюсти и говорить как можно вежливее.

– Прекрасно.

– Если тебе когда-нибудь захочется весело провести вечер, присоединяйся к нам в Хидро.

– Нет.

– Я еще даже не сказал тебе, что это такое! – он по-прежнему говорил легко, но его глаза потемнели.

Я натянула поводья в сторону, надеясь, что он отпустит Вайолет, но он этого не сделал.

– Меня это не интересует, – сказала я чуть громче.

– Бьюсь об заклад, мы могли бы переубедить тебя, если бы…

Он осекся, когда Трей на Мэриголд вплотную подъехал к нему, заставив отпустить Вайолет и отпрыгнуть назад, ругаясь.

– О, извини, Лем, – крикнул Трей, но выражение его лица было мрачным. – Я тебя там не заметил.

Лем свирепо посмотрел на него, поправляя куртку.

– Смотри, куда едешь, Трей.

– Ты знаком с Боунс? Ты слышал, что она официально принадлежит к команде Мака? – Трей наклонился вперед, опираясь на рожок седла, и я не могла видеть его лица, но что-то похожее на страх промелькнуло в глазах Лема, когда он переводил взгляд с меня на Трея. – Теперь она одна из наших, и мы очень внимательно следим за ней.

Это звучало как угроза, но, когда Лем нахмурился и отступил на шаг, я догадалась, что это было адресовано не мне.

Трей протянул руку и натянул поводья Вайолет.

– Всего хорошего, Лем. – Он не отпускал Вайолет, держа ее рядом с Мэриголд, пока мы уходили.

Я не оглядывалась, но чувствовала на себе взгляд Лема, и от этого у меня по коже побежали мурашки. Я потерла колено, пытаясь избавиться от ощущения прикосновения руки Лема.

– Извини за это.

Я взглянула на него и увидела, как напрягся мускул на его челюсти, когда он разглядывал меня.

– Лем – мерзавец, но он больше не будет тебя беспокоить.

– Все боятся Мака? – Спросила я, прежде чем успела подумать.

– Мак дал людям вескую причину бояться его, если они перейдут ему дорогу, – ответил Трей.

В последовавшей тишине я обдумывала то, что Трей сказал Лему, и мой гнев рос по мере того, как я думала об этом. Я не принадлежала Маку. Я вспомнила, как Сэм говорил, что Мадам позволяет лидерам команд управлять своими людьми. Может быть, это то, что имел в виду Сэм, когда сказал, что я в безопасном месте Мака. Ну и черт с этим. Я не была красивым блестящим трофеем, чтобы они выставляли меня напоказ. Это уже происходило раньше, и я не собиралась делать это снова.

– Мы сами заботимся о своих.

– Теперь ты в команде, так что, если кто-нибудь будет приставать к тебе, они будут иметь дело с нами.

Я ненавидела ту крошечную часть себя, которая думала, что, возможно, они сказали это дерьмо, потому что на самом деле видели во мне личность.

Не доверяй им, – прорычал Вольф.

– Это… – начал Трей, указывая на большое здание, но я не смогла удержать свой чертов рот на замке.

– Мак не владеет мной, – прорычала я, очень хорошо имитируя Вольфа.

Трей остановил Мэриголд и посмотрел на меня, приподняв брови.

– Что?

– Я не гребаная собственность.

– Я знаю? – Трей нахмурился. – Почему…

– То, что ты сказал этому человеку, – огрызнулась я, ненавидя себя за то, что мой голос дрогнул. – Мне похуй, что думает Мак, но я не…

– Боунс, – прервал меня Трей с раздраженным видом, – это не то, что я имел в виду.

Я сжала губы, свирепо глядя на него. Он вздохнул, огляделся вокруг, и подвел Мэриголд еще ближе к Вайолет, чтобы говорить тише.

– Послушай, то, как здесь все устроено… не идеально, – сказал он, не отрывая от меня взгляда, – но Мак не считает тебя собственностью. Ты член его команды, моей команды. И мы хотим, чтобы люди знали это, потому что это убережет тебя от таких придурков, как Лем.

Я полагала, что Трей верит в это. В отношении остальных я не была так же уверенна.

– Мы не хотим, чтобы наше драгоценное сокровище потерялось. – Жестокий голос Мадам прозвучал в моей голове.

Боги, я так чертовски устала быть вещью.

– Боунс.

Я взглянула на Трея, пытаясь подавить все эмоции, застрявшие у меня в горле. Его глаза были серьезными, но он слегка криво улыбнулся мне.

– Я слышал, как ты сказала Лему – нет. Если кто-то не примет «нет» в качестве ответа, у тебя есть я в качестве подмоги, хорошо?

Это заставило мои глаза вспыхнуть от сбивающей с толку волны эмоций, и мне пришлось пригнуть голову, позволив волосам упасть вперед и прикрыть лицо. Трей откашлялся, прежде чем продолжить.

– Как я уже говорил, это гараж, где мы держим внедорожники и некоторые другие транспортные средства. Мы не используем их в пределах крепости. Они все еще работают на бензине, так что нам нужно его экономить, – объяснил Трей. – Мы используем лошадей внутри стен.

Взяв себя в руки, я посмотрела на большое деревянное здание. Половина его казалась ухоженной, а другая половина разваливалась. В одном углу целое чертово дерево проткнуло крышу. Меня удивил тот факт, что они используют горючку. Найти транспортные средства, которые работали на бензине, и все еще функционировали, было редкостью. В пустыне все использовали солнечную энергию, чтобы избежать непомерных затрат на топливо. Жнецы любили совершать набеги за бензином, потому что выгода была огромной.

Трей свернул на меньшую грунтовую дорогу вдоль гаража. Копыта лошадей подняли облако пыли, которая покрыло близлежащие вечнозеленые деревья, а у меня во рту появился привкус грязи. Когда мы обогнули гараж, в поле зрения появилось еще одно большое здание. Оно выглядело более новым, со стенами из гофрированного металла и жестяной крышей.

– Это казармы. – Трей указал на несколько тренировочных площадок, где бегала трусцой группа людей. – Здесь тренируются охранники. Охранники нижнего уровня спят в казармах, но команды получают свои собственные небольшие казармы. – Он указал на группу строений поменьше между казармами и гаражом. Это были маленькие старые деревянные домики. Пара окон были заколочены, но Трей остановился перед домом номер четыре, который выглядел ухоженным, со старыми стеклянными окнами. – Это наш. Так что, если тебе когда-нибудь понадобится найти нас, внутри всегда есть кто-нибудь из нашей команды.

Когда я взглянула на домик, лицо Ланы мелькнуло в окне, прежде чем она снова опустила занавеску. Я отвернулась, мое сердце бешено колотилось.

Трей развернул Мэриголд и указал на группу деревьев вдалеке.

– Лечебница находится сразу за теми деревьями, так что мы на самом деле довольно близко.

Я поняла, что вижу угол крыши лечебницы между деревьями. Ее близость к их казарме принесла мне немного комфорта, что сразу же вызвало во мне раздражение на саму себя.

Не теряй бдительности, прорычал Вольф.

Несколько больших, красивых домов окружали сторожевую башню. Я предположила, что Мадам жила в одном из них, но мне было интересно, кому пренадлежат остальные. Может быть, членам совета, с которыми меня познакомили, Немо и Зане? У меня в голове всплыла усмешка Мадам.

– Как давно существует совет? – Спросила я, пока мы шли по грунтовой дороге.

Трей выглядел удивленным, а затем обрадованным тем, что я задала вопрос, и я тут же пожалела об этом.

– Не слишком долго.

Я не упустила из виду то, как он осторожно понизил голос, или то, как он снова подвел Мэриголд поближе ко мне и Вайолет.

– Около двадцати лет назад произошло восстание, и беспорядки с тех пор никогда не утихали. Около пяти лет назад Мадам объявила о созыве совета, чтобы попытаться наладить отношения. Она назначила Зану, а народ избрал Немо.

Я хотела задать еще несколько вопросов, но сжала губы. Если совет был компромиссом, казалось разумным предположить, что у них не так уж много власти. Мне просто нужно было разобраться в здешней иерархии. Мне не нужны были все детали.

Трей немного подождал, выглядя разочарованным, когда я промолчала, затем поторопил Мэриголд.

Мы двинулись на юг, и Трей показал мне конюшни, ферму, поля и небольшие загоны для скота. Свиньи, козы и несколько коров бродили в загонах. Повсюду свободно разгуливали куры. На полях люди собирали урожай, работающий трактор пресовал тюки сена, повсюду росли фруктовые деревья. В основном яблони, но также груши, сливы и вишни. Еще больше людей собирали фрукты и упаковывали их в ящики.

Нам потребовалось больше часа, чтобы добраться до дальнего южного конца владений. Там мы нашли производственный район, гигантский старый склад, вмещающий множество старинных механизмов, а также мясную лавку и кожевенный завод. Я поняла еще до того, как Трей сказал, что мы недалеко от трущоб. Широкая грунтовая дорога сменилась узкой тропинкой, заросшей сорняками. Землю устилал мусор. Я поняла, почему их называли Ржавыми, поскольку большинство ветхих хижин были сделаны из порыжевших листов металла. Перед одним из них стояла грязная девчонка и кашляла, глядя, как мы проходим мимо.

Я не упустила из виду, как потемнело лицо Трея, когда мы проезжали мимо борделя.

Я мельком увидела вторые ворота, которые вели из Убежища, и мое сердце упало. Они, казалось, были наглухо закрыты. С такого расстояния я не могла быть уверена, но выглядело так, будто их заколотили.

– По последним нашим подсчетам, здесь было триста семь человек, – сказал Трей, подгоняя Мэриголд. – К нам не так уж много людей приходит извне. Большинство здешних жителей живут здесь поколениями.

– Что это было за место? – Спросила я, снова взглянув на сторожевую башню.

– Насколько мы можем предположить, это было своего рода убежище на случай конца света. Хотя я не думаю, что у них вышло добираться сюда. Он просто стоял здесь пустым бог знает сколько времени, прежде чем основатели наткнулись на него. Кто бы это ни был, они построили здания побольше, несколько домов, стену и посадили все фруктовые деревья.