Текст книги "Бывший. Ты пожалеешь! (СИ)"

Автор книги: Ира Орлова

Соавторы: Виктория Ким
сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 19 страниц)

Глава 4.

Хлопает входная дверь, а я так и замираю с платьем над чемоданом. Сердце пропускает удар. Ни у кого, кроме сына и Богдана больше нет ключей от нашей квартиры. Семен бы точно не приехал, а значит…

– О! Ты уже дома? – спрашивает муж, заходя в спальную и вертя на пальцах ключи от своей машины.

Загорелый, глаза светятся от счастья. Верхние пуговицы рубашки небрежно расстегнуты, волосы его слегка растрепаны. Он выглядит так, словно вернулся с какого-то праздника, полного смеха и веселья, где его никто не тревожил. Но мне не до радости. Я чувствую, как комок в горле мешает мне говорить. И вместо этого просто пропускаю его фразу мимо ушей и продолжаю складывать вещи в чемодан, игнорируя его присутствие.

– Ты оглохла или в молчанку играешь? – хмыкает он и качает головой, наблюдая за мной с той самой усмешкой, которая всегда выводила меня из себя.

– Не вижу смысла отвечать на глупый вопрос, – пожимаю плечами, делая вид, что сосредоточена на своих действиях.

– А ты значит, умная? Ну, да, ну, да… Как прошла операция? – бросая ключи на тумбочку, садится на свободный от завалов вещей край кровати.

Он слишком близко, и его присутствие становится уже невозможным игнорировать. Ещё и нога вдруг начинает отдавать тупой болью на месте шва.

– Очень своевременный вопрос. Какая тебе разница, Богдан? – вздыхаю устало и перевожу на него взгляд.

Черты лица такие знакомые, но сейчас такие чужие… В них больше нет той нежности, что когда-то меня согревала.

– Что ж я не могу поинтересоваться здоровьем своей бывшей? Я, вот, приехал в хорошем настроении. Тебе обязательно мне его портить?

Его слова звучат как плевок в лицо. Я хочу закричать ему о том, что он не имеет права так говорить. Что он сам разрушил всё то хорошее, что у нас было. Но вместо этого просто пожимаю плечами.

– Не поверишь, но до твоего появления и у меня было хорошее настроение.

Он поднимает брови в удивлении, как будто не может поверить в то, что я способна испытыать что-то хорошее без него. Это его реакция только подливает масла в огонь.

– А у тебя всегда из-за меня настроение портится. Вот как домой прихожу, вечно лицо кислое и недовольное. Ничто неизменно, да, Ларис?

– У меня разное было настроение, – внутри закипает гнев, но я стараюсь его скрыть, не желая показывать уязвимость. – Да и какая уже разница? Я тебе, Богдан, не изменяла и не бросала в больнице перед операцией, так что скажи спасибо, что вообще по морде чем-нибудь не огрела.

– А ты попробуй, – говорит холодно, а в глазах вызов. Мол, осмелюсь или нет?

Смотрю на него в гневе, не в силах больше скрывать эту эмоцию. Вот за что он так со мной? Был недоволен семейной жизнью? Так всегда же можно было это обсудить, вместо того, чтобы устраивать скандалы или, вот, как сейчас…

В комнате стоит напряжение, словно воздух стал слишком густым для дыхания. Я чувствую себя как в ловушке: с одной стороны – боль от предательства и обиды. С другой – страх остаться одной. Каждый взгляд мужа словно проникает в самую душу и вытаскивает на поверхность все те чувства, которые я пыталась загнать обратно.

– Богдан, уходи отсюда, пожалуйста, – произношу, стараясь сделать голос как можно спокойнее, хотя внутри меня бушует настоящая буря.

– С чего бы вдруг? Это и мой дом тоже, – отвечает он с насмешкой, его тон полон пренебрежения. Я вижу, как его губы искривляются в ухмылке, а глаза сверкают, словно он наслаждается этим противостоянием.

Словно это не наша квартира, а арена, где мы оба сражаемся за право на существование.

– Твой, – не спорю, и груди от этого словно распускается ядовитый цветок. – Но на него мы имеем равные права. И ремонт делали в складчину. И прочие потребности закрывали с дохода, который оба приносили в семью… – зачем-то пытаюсь напомнить ему о том, что мы когда-то были не просто семьей, но и командой, но Богдан лишь отмахивается от моих слов.

– Ой, да что ты мне лечишь. Работала за сущие копейки в своей конторке в подвале, теперь кичишься. Равные права, блин, – его голос становится резким, отчего по спине пробегает холодок.

Это не просто упреки. Они словно вырывают из меня все то хорошее, что я пыталась сохранить.

– Я не понимаю, ты что, теперь решил и квартиру у меня отобрать? – спрашиваю с легким недоумением.

Как он может так говорить? Как будто все эти годы совместной жизни и борьбы за наше будущее ничего не значили.

Богдан смеряет меня насмешливым и каким-то злым взором. А следом усмехается.

– Чтобы ты потом своим подругам в уши лила, какой я мудак, оставил свою жену-инвалидку без дома и крова? – он произносит это так легко, словно говорит о чем-то совершенно незначительном. – Не дождешься. Мы с Леськой здесь жить не будем. Ей тут не нравится. Снимем апартаменты в центре.

– А что так? Неужто цвет обой не устроил? – отвечаю я с сарказмом, внутри все кипит. – Мне без разницы, где ты будешь с ней жить, хоть на Луне.

– Ремонт старперский. Я же тебе всегда говорил, что у тебя нет вкуса, – бросает он с презрением и поднимает брови, как будто это единственное оправдание для его поступков.

– Ммм, – выдаю с притворным пониманием. Отчасти он прав, раз уж меня угораздило прожить столько лет с таким неблагодарным человеком. Оказывается – все дело в отсутствии вкуса.

– Ты вообще не большого ума. Жила с шикарным мужиком, как у Христа за пазухой. Все имела. Нет же, поперлась работать. Нет, чтобы меня дома с котлетами ждать, сидела на одном месте и отращивала его. Леська вон, сразу сказала, что работать не будет. Всю жизнь свою мне посвятит.

– Да, действительно, дура, раз с таким козлом связалась и подарила ему сына и лучшие свои годы, – киваю, часто моргая от горечи и злости.

– Если это были лучшие, то что с тобой будет дальше? – его голос полон сарказма и злобы. Он явно наслаждается этим разговором.

– Пошел вон! – кричу я наконец, ощущая прилив адреналина. – Я не собираюсь слушать твои оскорбления. Сам-то ты “шикарный” мужик, забыл, как год без работы сидел на моей шее? И я ни разу тебя не попрекнула за это, – чувствую, как слезы наворачиваются на глаза от обиды.

За все годы не было момента, чтобы я его не поддержала! А он… поступил как трус и предатель!

Смотрю на него с ненавистью и болью. В этом взгляде – вся моя жизнь: мечты о счастье и любви разбиты вдребезги.

– И где была твоя любвеобильность раньше? Что-то вечно усталый с работы приходил, по месяцу к жене не подходил, теперь-то мне понятно, почему. Поэтому сбой гормональный у меня и пошел вместе с весом вверх. За все годы, не было момента, чтобы я тебя не поддержала, а ты поступил, как трус и предатель. Иди к своей Лесе, пока деньги есть и стоит, она будет тебя облизывать, а как что-то из этого исчезнет, поменяет тебя на более перспективного и молодого, – вырывается из меня последний укол.

Каждое слово словно выстрел – я хочу поразить его в самое сердце так же сильно, как он поразил меня своим предательством.

– Я и в семьдесят себе девку молодую найду, а вот ты, Лариса, побегай еще, поищи, кому нужно такое сокровище. Припомнила мне год без работы, а то что я потом стал зарабатывать хорошо, забыла? – его голос звучит как холодный металл, резкий и беспощадный. А слова проникают в меня, словно острые иглы, заставляя сердце сжиматься от боли.

Он стоит передо мной, с высоко поднятой головой и презрительной усмешкой на губах, и кажется, что ему абсолютно все равно на то, что я чувствую.

– На эти бабки мы купили квартиру и стали жить, как люди. Про секс вспомнила. Да ты себя видела? Ты же в платье свадебное при всем желании не влезешь. А я мужик, я глазами хочу. Что ж мне, виагру надо было пачками пить, чтобы у нас чаще было? Могла бы сама постараться. Есть разные способы мужчину возбудить и удовлетворить, а не только, как монашка под одеялом ждать. Молчу уже про то, чтобы попробовать в каких-то других местах, помимо спальни, исполнить супружеский долг, – говорит это с таким легким презрением, будто я должна была знать все тонкости его желаний.

– Ну, извини, я по другому воспитана, не могу я в примерочной или на людях себя вести, как… не пойми кто. Ты сам-то, что для того, чтобы меня раскрепостить сделал? Ты у меня первый и единственный. Не тренировалась, как твоя Леся на араве мужиков, – мой голос дрожит от эмоций.

– Так посмотрела бы порно, у подружек своих поспрашивала. Хотя эти чему научат? Две фригидные.

– За годы брака, Богдан, ты ничего, кроме комплексов мне не привил. Да и поздно как-то состоялся этот разговор. Все в прошлом, – произношу это с горечью.

– Зато хоть поговорили откровенно… – он начинает говорить с нотками самодовольства в голосе, но тут его телефон звонит.

Лицо Богдана меняется. Он будто становится другим человеком, словно переключается на другую волну.

– Да, Лесенок? Уже выхожу. Да, она дома. Нет. Сиди в машине, – голос его звучит мягче. А меня охватывает волной ненависти к этому существу, которое забрало у меня мужа и теперь требует его внимания.

Захлопываю чемодан с таким гневом, что он подскакивает на месте. Закрываю его с силой и качу в коридор. Хочется поскорее оказаться подальше от бывшего.

Богдан не следует за мной, остается в комнате, скорее всего забирая какие-то вещи из шкафа.

Я спускаюсь вниз по лестнице с тяжелым сердцем и вызываю такси. У подъезда припаркован внедорожник мужа, на переднем сидении восседает Леся. Заметив меня, она резво вылазит из машины и поправляет короткую юбку, цокая на высоченных каблуках. Лакированные ботиночки, розового цвета короткая шубка и платье в пайетках, которое сверкает на солнце так же ярко, как ее улыбка – искусственная и бездушная. Это у меня нет вкуса?..

– Лариса Ивановна, – расплывается она в ещё более широкой улыбке, намеренно называя меня по имени отчеству. Ей богу, выглядит, как акула. Ещё чуть-чуть и, кажется, будто ее лицо схватит судорогой от натуги. Видать, с филлерами переборщила. – Какой стильный костыль. Вам очень идет, – ее слова звучат как капли яда, которые медленно проникают в мое сознание.

Не считаю нужным что-либо отвечать. Просто спокойно и без сожаления, от души, прикладываю этим самым стильным костылем эту мартышку.

Глава 5.

Уже в находясь в такси, мысленно подгоняю водителя, зачем-то оглядываясь назад, на следующий за нами поток машин. До сих пор неловко за свое поведение. Но иначе поступить не могла, да и эта Лесенька сама напросилась. Заслужила.

Не выдерживаю внутреннего напряжения и набираю Лиде, уж она-то точно поддержит.

– Ты уже в аэропорту? – нараспев произносит она, явно улыбаясь. Даже через телефон ощущаю, как её хорошее настроение проникает в меня, несмотря на всю эту безумную ситуацию.

– Лида, я ее ударила. Раза два. Может и три, я не помню… – голос мой падает до шепота, когда я кошусь на водителя, которого, кажется, и не интересует моя личная жизнь. Его внимание сосредоточено на дороге.

– Не рассказывай дальше, для следствия будет лучше, чтобы я не знала подробностей, – смеется подруга, совершенно не понимая всей серьезности ситуации. – Тело прятать надо? – добавляет она с легким сарказмом.

– Я не шучу, Лида, – возмущаюсь в ответ. – Пришел Богдан, устроил скандал. Я хотела уехать, но внизу его ждала Леся и я, видимо еще под впечатлением после разговора с ним, не сдержалас на ее хамство. Ударила эту Лесю костылем… – лицо обдает жаром. – С ней все в порядке. Надеюсь. Во всяком случае, кричала и материлась на всю улицу она с задором да и ноги-руки целы.

– Ай, молодца, Лариска! Вот уважаю тебя. Не терпела, не ныла, а показала этой тупоголовой, какие бывают последствия, когда чужого мужика из семьи уводишь. И не вздумай себя корить или переживать – это она должна была думать, прежде чем свою рогатку…

– Да поняла я, – вздыхая перебиваю ее. – Просто волнуюсь. Что если она пойдет в полицию или Богдан решит мне отомстить?

– Ой, я тебя умоляю, в какую полицию? Упала она на своих ходулях. Свидетели были?

– Да не знаю я, у меня состояние аффекта было, – шепчу растерянно.

– Тем более, любой суд будет на твоей стороне, у тебя и справка из больницы есть, между прочим.

– Дурдом какой-то, – провожу холодной ладонью по горячим щекам.

– Все выдыхай и лети на море, здесь как раз страсти поутихнут.

– А вдруг Богдан что-то с квартирой без меня сделает? Или замки сменит? – говорю с волнением.

– Да и фиг с ним. Засудишь козла за порчу имущества, еще и компенсацию заплатит. Уж такое-то состоянием аффекта не оправдать. А замки как сменит, так и обратно их поменять можно, ты ведь тоже собственник. Не грей себе голову.

Склоняю голову, пытаясь собрать мысли воедино.

– Ладно, это я от неожиданности нагоняю страху. Не думала, что так получится.

– Что не делается – все к лучшему! Точно ногу ей не сломала? Может все же удалось?

На мгновение замираю от её слов, а после смеюсь сквозь слёзы.

– Лида!

– А что? Я бы многое отдала, чтобы на это посмотреть. Ты, Ларис, в следующий раз меня позови, пожалуйста, мы все же подруги.

– Надеюсь такое больше не повторится, – ворчу я в ответ, и на сердце становится немного легче.

Договорив в подругой, отписываюсь Мирке и Семёну, а следом выключаю телефон от греха подальше.

Перелет проходит спокойно. Сижу в самолете, глядя в окно на медленно проплывающие облака. Сердце бьётся, как бешеное.

Впереди меня ждет новая жизнь, хотя мысль о предстоящем отпуске в санатории не может заглушить ту боль, что застряла в груди.

«Как же так вышло?» – думаю я, вспоминая недавние события. Авария, предательство мужа, стычка с его любовницей и перспектива навсегда остаться в одиночестве… Эти слова преследуют меня, как тени.

Когда самолет наконец приземляется, я выхожу на свежий воздух и чувствую, как теплый морской бриз обнимает меня. Вдыхаю полной грудью, наполняя легкие ароматом соли и хвои. Вокруг раскинулись горы, покрытые зелеными лесами, а внизу, словно в сказке, мерцает синее море. Это место похоже на рай. И именно здесь мне нужно попытаться найти утешение.

После того как я распаковываю вещи и немного отдыхаю, решаю выбраться на прогулку. Направляюсь к набережной, ощущая, как легкий ветерок играет с моими волосами. По пути я наслаждаюсь каждым мгновением: смех детей, играющих на пляже, пары, гуляющие под руку, и пожилые люди, сидящие на лавочках и обсуждающие что-то важное.

На набережной царит атмосфера радости и любви. Я невольно наблюдаю за парочками, и мое сердце сжимается от горечи.

«Почему я не могу быть такой же счастливой?» – снова и снова звучит в моей голове.

Останавливаюсь у края набережной, занимая свободную скамейку, и смотрю на горизонт, где море встречается с небом. Вода переливается всеми оттенками синего и зеленого, но даже это великолепие не может заполнить пустоту внутри меня.

В этот момент ко мне подходит статный мужчина. Я заметила его куда раньше, но не никак не думала, что подойдёт он именно к моей скромной персоне с костылем в компании.

– Здесь не занято? – улыбаясь, спрашивает он, а я внезапно теряюсь, не зная, что и ответить.

Глава 6.

– Нет, конечно, присаживайтесь, – наконец, нахожу в себе силы произнести.

Он садится рядом. Между нами возникает несколько мгновений молчания, когда шум моря перекрывает все другие звуки. Я чувствую его заинтересованный взгляд на себе, но стойко игнорирую его.

– Меня зовут Александр, – говорит он. – А как вас?

– Я... Лариса, – отвечаю ровно.

– Впервые на море? – спрашивает он с интересом.

– Нет, – произношу с легкой улыбкой. – Я приезжала сюда раньше.

Мне странно говорить с совершенно незнакомым человеком, но его присутствие не отталкивает. Напротив, рядом с ним как-то… комфортно.

– А что привело вас сейчас? – дальше расспрашивает Александр.

Он поворачивается ко мне и склоняет голову. Его выразительные голубые глаза, глубокие и внимательные, словно проникают в самую суть моих переживаний. Он одет в светлую рубашку и стильные брюки, его гардероб подчеркивает его чувство стиля. Высокий, с широкими плечами и плавными движениями, он вызывает ощущение уверенности просто своим присутствием. Однако в его манере общения нет ничего навязчивого.

– Нужно было сменить обстановку, – признаюсь, стараясь избегать деталей.

Он кивает. В его взгляде читается понимание.

– Здесь действительно можно найти уединение. В такие моменты кажется, что природа способна исцелить раны, – в задумчивости произносит Александр, глядя на морские волны.

– Да, возможно, – отвечаю тихо. – В этом месте можно по-настоящему расслабиться.

– Знаете, – продолжает он, – я тоже приехал сюда, чтобы отвлечься от своих мыслей. Порой жизнь заставляет нас пересматривать свои приоритеты.

Я чувствую, что в какой-то степени мы на одной волне. Наверное, поэтому решаю открыться немного больше, чем планировала.

– У меня были непростые времена, – говорю негромко. – Сначала авария, а после измена мужа. Он сообщил мне о своем уходе прямо в больничной палате, за день до операции.

Он слушает меня, не перебивая, и я замечаю, как его лицо становится серьезным.

– Это очень тяжело, – с сочувствием произносит Александр. – Но вы не одна. Наверняка у вас есть близкие люди, готовые оказать поддержку.

Странно, но мне становится легче от его проницательных слов. Может, именно в этом и есть смысл этой поездки – встретить человека, который тебя поймет.

– Да, – киваю с легкой улыбкой, вспоминая сына и подруг. – И все же так сложно сделать первый шаг в новую жизнь.

– Он всегда самый трудный, но иногда он открывает двери, о которых даже не догадываешься, – вздыхает Александр.

Вновь улыбаюсь, и в этот момент наши взгляды пересекаются. Его светлые глаза, углубления на скулах и лёгкая щетина создают мужественный образ. Я даже как-то теряюсь. А следом и вовсе от неловкости разрываю зрительный контакт. Наверное я очень жалко выгляжу, вот он и подсел поддержать бедняжку.

– Возможно. Но я просто очень долго жила в этом браке. И после столь длительных отношений очень сложно быстро переключится на что-то новое.

Александр слегка откидывается на спинку скамейки, его поза становится непринужденной. Это будто означает, что он готов слушать.

– Я ни раз пыталась наладить наш брак, все думала, что проблема во мне. В моем весе, поступках и с каждым разом только запутывалась сильнее. А ответ был так прост… Муж захотел молодого тела и сразу же перечеркнул все хорошее между нами, – продолжаю я, каждое даётся с трудом.

Александр задумчиво смотрит на море, где волны накатываются на берег с шелестом прибоя. Затем возвращает взгляд ко мне:

– Развод никогда не проходит легко.

– А вы? Что вас привело сюда? – спонтанно спрашиваю, любопытство побеждает смущение.

Он глубоко вздыхает и делает паузу, как будто решает, как много из своих переживаний он хочет мне открыть.

– У всех нас есть свои беды, – говорит Александр наконец. – Иногда нужно просто сбежать от всего, чтобы найти себя. Я потерял близкого человека и, кажется, не понимаю, как теперь жить дальше.

В голосе мужчины слышится горечь, и это вновь создает ту связь между нами, объединяя нашу боль. Мы словно оба пришли сюда в поисках утешения и понимания.

– Простите, я не хотела расспрашивать, – произношу скомкано, испытывая неловкость за свой вопрос.

Александр улыбается с лёгкой печалью.

– Вам не нужно извиняться, Лариса, – говорит он, и его голос звучит тепло. – Очень важно позволять себе иногда быть уязвимыми. Это не слабость, а скорее необходимость.

С этими словами я вновь вспоминаю о своем костыле, который покоится рядом. Чувствую его вес на своем бедре. Хромота и ощущение немощности мучают меня. Неловкость возвращается, и в голове закрадывается мысль: «Почему он тратит время на такую, как я?»

– Я стараюсь. Но порой чувствую себя так… непривлекательно, – произношу, и на миг мне становится страшно. Я не хочу показаться ему жалкой.

Губы Александра трогает легкая улыбка, а глаза его наполнены добротой.

– Напрасно. Вы очень красивая женщина, Лариса, – и произносит он это не как комплимент, а как констатацию факта.

Я не ожидала услышать такие слова от незнакомца, тем более в такой непринужденной обстановке. Больше всего меня трогает простота его искренности.

– Спасибо, – отвечаю, покраснев от этого комплимента. – Мне нужно идти, – произношу, хотя не хочу. В мыслях крутятся вопросы о том, когда и где я снова встречу этого человека, способного понять страдания другого.

Он кидает на меня колеблющийся взгляд, а затем мягко отвечает:

– Да, конечно. Надеюсь, я не сильно вас утомил.

– Вовсе нет. До свидания.

Встаю со скамейки, и с каждой секундой с каждым шагом к своему номеру чувство одиночества закрадывается в мою душу. Я хромаю, опираясь на костыль и сгорая от стыда. Мне неловко, я хочу быстро уйти, чтобы не показать Александру свое увечье.

Когда я почти скрываюсь из вида, Александр зовёт меня:

– Лариса!

Оборачиваюсь, ощупывая взглядом его лицо. Мужчина поднялся с места и поспешил мне навстречу. Я в замешательстве стою на месте, сердце стучит в груди, а руки сжаты на костыле.

– Вы не хотите обменяться телефонами? – спрашивает он.

Почему я промедлила? Почему не говорю, что была бы рада снова его увидеть?

– Мне кажется, это не самая лучшая идея, – скомкано бормочу в ответ.

Александр не настаивает, но его печаль в глазах говорит больше, чем слова.

– Конечно, вы правы. Приятного вечера.

– И вам…