Текст книги "Дикий огонь (ЛП)"
Автор книги: Илона Эндрюс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 20 страниц)
– Почему вы решили, что я буду говорить вам правду? Я ведь могу и врать.
– Я отлично разбираюсь в людях, – ответила я. – Вы похитили своего брата?
– Нет. – На его челюсти заиграли желваки.
Правда.
– Вы убили его или причинили ему вред?
– Нет.
– Вы приказали или наняли кого-то, чтобы Брайан исчез?
– Нет!
– Вы знаете, где он?
– Нет.
– Вы знаете, где он может быть?
– Нет.
– Пытался ли он выйти на контакт с момента исчезновения?
– Нет.
Ни единого лживого слова. Я встала.
– Спасибо, мистер Шервуд.
Эдвард поднялся на ноги. Он был в ярости, но мастерски сдерживал злость силой воли.
– Мы закончили?
– Закончили.
Он разблокировал телефон и поднёс его к уху.
– Маргарет, проводите людей.
￭￭￭
Маргарет провела нас к выходу. По пути, Корнелиус остановился у большого дерева – первого, которое мы увидели, когда Эдвард повёл нас во внутреннее святилище. Оно росло у входа, увешанное толстыми гроздьями жёлтых грибов с влажными блестящими шляпками. Корнелиус посмотрел на него несколько секунд, затем позвал к себе Талона, и мы вышли из здания.
– Что думаешь? – поинтересовалась я, когда мы выехали с парковки.
– Думаю, он был честен.
– По большей части, так и есть. Эдвард не похищал своего брата, и понятия не имеет, где находится Брайан. Он влюблён в его жену.
Корнелиус кивнул.
– Она вышла замуж не за того брата.
– Почему ты так решил?
– Помнишь дерево, у которого я остановился? Такое, с жёлтыми грибами?
Я кивнула.
– Этот гриб называется медовым и он очень вкусный, если его правильно приготовить. Но стоит ошибиться, как он превратится в яд. Медовый гриб – факультативный сапрофит. Он убивает дерево, на котором растёт, а затем питается его гниющей древесиной. – Корнелиус помолчал. – Здесь он растёт на яблоне.
Брайан Шервуд мог выбрать любое дерево, чтобы вырастить на нем свои грибы. Но он выбрал яблоню, и поместил её прямо у входа в атриум, где её нельзя было бы обойти.
– Каждый день Брайану Шервуду приходится проходить мимо этого дерева, – продолжил Корнелиус. – Он чувствует, как оно медленно погибает от яда грибов и ничего не может с этим сделать.
– Спасибо. Я бы этого не заметила.
– Рад помочь. – Корнелиус улыбнулся.
– Похоже, Брайан пассивно агрессивен в своей жестокости, – сказала я. – И вдобавок труслив. Он имеет привычку сбегать всякий раз, как запахнет жареным, и доверяет разбираться с проблемами своей жене или брату.
– Почему мы едем так медленно?
– Потому что Эдвард Шервуд сказал правду. Он видел, как его брат уехал с парковки на своей машине, а это значит, что если что-то и случилось, то на отрезке в три мили по этой дороге. Я не хочу пропустить это место.
– Что мы ищем?
– Всё, что покажется необычным. Осколки разбитого стекла. Обрывки лопнувшей шины.
– На чем он ездил?
– «Мерседес-Бенц S550», серебристый металлик из иридия, напоминающий цвет нержавеющей стали.
Корнелиус поморщился.
– Наверное, я уже должен все это знать. В следующий раз я постараюсь лучше подготовиться.
Я улыбнулась в ответ.
– Это мой косяк. Все подробности у тебя на почте. В начале дела, мы собираем базовый пакет информации, включающий все известные нам сведения, и Берн отправляет его нам на электронную почту, чтобы у нас был доступ к ней с телефона. Мне нужно было рассказать тебе об этом, но мы уже много лет ведём исключительно семейный бизнес, и я никогда не нанимала никого на постоянную работу.
– Ты считаешь, Брайана похитили?
– Сейчас я склоняюсь к тому, что он бросил всё и сбежал куда-то на несколько дней перевести дух. Его компания на грани финансового краха, его сыну по-прежнему не удаётся проявить магию, а его жена, которая должна была открыть ему двери в элиту Домов, стала изгоем. Похоже, ему удалось убедить всех, что он ранимый и беспокойный, но вспоминая яблоню, мне кажется, в его действиях присутствует некий расчёт…
Мы пересекли мост, огибающий обрыв. Ограждение впереди было слегка помято, словно от удара. Я остановилась и вышла из машины. Пятно серебристой краски отмечало вмятину на ограждении. Я присела и сделала фото на телефон. Больше ничего необычного не было.
– Что теперь? – спросил Корнелиус.
Я развернулась на пятках. Через дорогу оживлённо работала новенькая заправочная станция.
– Теперь мы пойдём и попросим у них записи с камер.
Три минуты спустя, мы уже были на заправке. Одна из их камер наблюдения была направлена прямо на улицу, снимая выезд с парковки, а все записи загружались на сервер и хранились в течение девяноста дней. Мы с менеджером поторговались. Он запросил у меня десять тысяч долларов. Я спросила у него, неужели он хочет моего возвращения с копом и ордером, в случае чего ему не светит никаких денег вообще. Он сказал, что на ордер потребуется время, и тогда я посоветовала ему погуглить моё имя. После того, как они с продавцом посмотрели на Чокнутого Рогана, рушащего центр города, будто демон из преисподней, мы сошлись на двух сотнях баксов плюс девятнадцать девяносто девять за флешку. За восемь гигабайтов это было чистым грабежом, но я решила, пусть подавятся.
Я вставила флешку в ноутбук и включила видео на ускоренной перемотке.
17:00
17:30
17:45
Я вернула проигрыш на нормальную скорость. В 17:51, в поле камеры попал серебристый «мерседес». Чёрный внедорожник, предположительно, «ДжиЭмСи Юкон», подрезал его сзади, заставив свернуть с дороги и въехать в ограждение. Из «мерседеса» вышел мужчина, предположительно, Брайан Шервуд, хотя мне пришлось бы попросить Бага увеличить изображение, чтобы убедиться наверняка.
Из «юкона» вышли двое мужчин. Водитель поднял руку, и Брайан рухнул на землю. Тазер. Водитель сгрёб его в охапку, словно ребёнка, и понёс его в «юкон» Пассажир сел за руль «мерседеса». В 17:52 две машины выехали на дорогу.
Корнелиус поднял брови.
Я достала телефон и набрала Ринду.
– Да? – Казалось, она вот-вот расплачется.
– Вы были правы. Брайана похитили, – сказала я.
– Я знаю! – в истерике выкрикнула она – Они только что звонили мне домой!
Глава 4
Брайан и Ринда Шервуд жили в Хантерс Крик Вилладж, в том, что каталог недвижимости называл «прекрасным семейным домом, созданным для активного образа жизни». Они купили этот дом четыре года назад, но сайты недвижимости никогда не удаляли архивные каталоги. Дом занимал целый акр. В нем было шесть спален и пять ванных комнат, восемь с половиной тысяч квадратных футов жилого пространства, бассейн, зона для вечеринок на открытом воздухе, и винный грот, который я слабо себе представляла. Моя фантазия настойчиво предлагала мне что-то из диснеевского фильма, но наполненное вином вместо морской воды.
Дом был продан за три с половиной миллиона, что было средней ценой в этом районе. Уже на подъезде к нему, я поняла, почему. Мы были окружены лесом. Пели птицы. Белки прыгали по редким пальмам, затесавшимся среди дубов. Вы бы никогда не догадались, что Хьюстон был всего в двух минутах езды отсюда.
Мы подъехали к дому, и я припарковалась рядом со знакомым темно-серым «рендж ровером». Роган добрался сюда раньше нас. Вероятно, ему позвонила Ринда или кто-то из её службы охраны. Хорошо. Она прислушивалась к нему куда охотнее, чем ко мне.
– Это машина Рогана? – спросил Корнелиус.
– Да.
– Это тебя беспокоит?
– Немного. – Я была бы роботом, если бы меня это не беспокоило. – Но я стараюсь смотреть на это все с другой стороны.
Он склонил голову, ожидая пояснения.
– Ринда только что потеряла мать и всех своих друзей. В такой ситуации, она должна была бы положиться на своего мужа, но теперь и он пропал. Она мать и, в первую очередь, она сосредоточена на жизни и безопасности своих детей. Она знает Рогана с самого детства. Для неё он практически семья, и у него есть магия и ресурсы, чтобы помочь ей и её детям пережить всё это. Естественно, что она будет тянуться к нему.
– Я не верю, что она видит в нем только семью, – заметил Корнелиус.
– Она может видеть его, как ей вздумается. Меня волнует только то, как меня видит Роган.
Он сказал мне, что любит меня, и он не лгал. Если бы не мой талант, я бы ему не поверила. Роган был опасен, порой непредсказуем и всегда упрям. Дай ему волю и он бы переезжал людей, как бульдозер, лишь бы добиться своих целей. Но я никогда не видела, чтобы он обманывал – он был слишком прямолинеен для этого. Это было не в его характере.
Мы вдвоём подошли к двери. Вооружённый охранник преградил нам путь. Не один из крутых бывших военных Рогана; этот парень выглядел как нечто среднее между культуристом и смотрителем парка, его оливково-серые брюки были заправлены в желтовато-коричневые ботинки, а футболка-поло цвета хаки плотно обтягивала широкие плечи и мощную грудь. Очевидно, её сшили на заказ, чтобы она подходила при его чрезмерно развитом телосложении. Его неожиданно узкую талию подчёркивал толстый нейлоновый тактический ремень с пистолетом в простой кобуре, наручниками и портативной рацией. Ансамбль дополняли зеркальные очки-авиаторы и бейсболка с надписью «Шервуд Секьюрити», вышитой над гербом Дома. Высокооплачиваемый наёмник.
– Невада Бейлор и Корнелиус Харрисон, – сообщила я ему.
Он пробормотал что-то в свою рацию и открыл перед нами дверь.
Внутри дом был также красив, как и снаружи. Здание кишело качками в такой же униформе, все они останавливались, чтобы окинуть нас своей версией пронизывающего взгляда. Мы прошли через короткий холл в семейную комнату, напоминавшую пещеру. Изысканная мебель, красивый восточный ковёр, игрушечный грузовик, водяной пистолет на полу и детские рисунки на стенах в красивых современных рамках. На почётном месте возвышалась большая рождественская ель, сияющая белым и золотым.
Посреди комнаты стояла Ринда и обнимала себя руками. Рядом с ней стоял Роган, положив руку ей на плечо. Его глаза были тёплыми, а лицо озабоченным.
Она увидела меня.
– Вы записали телефонный звонок? – спросила я.
– Да. – Она подняла телефон и нажала проигрыш.
Мужской голос произнёс: «Ты знаешь, что нам нужно».
Запись оборвалась.
– Они говорили что-нибудь ещё?
– Нет.
– Вы знаете, что им нужно?
– Нет! – На глазах Ринды выступили слезы. – Если бы я знала, что они хотят, неужели я бы это уже им не отдала? У них ведь мой муж!
Она не лгала.
– Бери детей и собирай вещи, – сказал Роган. – У меня есть охраняемая база в городе.
И он только что предложил ей переехать в его штаб-квартиру.
– Я никуда не поеду. – Ринда покачала головой. – Это мой дом.
Выражение лица Рогана застыло сугубо деловой маской. Он собирался приказать ей, но Ринда заартачится. Она была Превосходной. Я молча покачала ему головой.
– Давайте присядем, – предложила я. – Мы все порядком на взводе, поэтому давайте немного передохнём.
Я села. Ринда села напротив меня на нарядный диванчик. Она дышала слишком быстро. Если я её не успокою, она начнёт задыхаться. Я должна перенаправить её мысли.
– Это рисунки Кайла на стене?
Она нахмурилась.
– Да. Моя мать вставила их в рамки.
– Он очень талантлив.
– Спасибо, – ответила она на автомате.
– А этот водяной пистолет?
– Джессики. Она любит стрелять из него в Кайла исподтишка.
– Где сейчас дети?
– В игровой комнате со Светланой.
Её дыхание стало глубже.
– Кто такая Светлана?
– Она из службы нянь.
– Как вы нашли эту службу?
– Все матери по соседству пользуются их услугами. Я не помню, кто мне её посоветовал.
– Когда вам позвонили? – Я старалась говорить тихо и размеренно.
Она проверила телефон.
– В 10:12.
– Вы узнали голос?
– Нет.
– Внимательно прослушайте его ещё раз.
Она так и сделала.
– Нет.
– Вы не вспомнили, были ли у Брайана враги?
– Я уже говорила: нет.
– Ринда, – обратился Роган, – кто-то схватил Превосходного на улице посреди бела дня. Это должен быть враждебный Дом. Ни у кого другого не хватило бы на это смелости. Брайан что-нибудь говорил? Был ли он зол на кого-нибудь?
– Брайан не злится. – Ринда вздохнула.
– Кто его наибольший конкурент? – спросила я.
– Дом Рио, – ответила она. – Но он не знал больше никаких подробностей. Эдвард занимается бизнесом. Брайан выращивает грибы.
Роган посмотрел на меня.
– Эдвард вне подозрений, – сказала я.
– Вы думали, Эдвард мог похитить Брайана? – Ринда покачала головой. – Эдвард никогда бы не причинил мне боль.
Телефон Ринды зазвонил.
– Поставьте его на громкую связь, – попросила я её.
Она ответила на вызов и нажала кнопку динамика на экране. Я бережно забрала его у неё.
Тот же мужской голос, ещё более напряжённый.
– Отдай это нам, или он вернётся домой по частям.
– Меня зовут Невада Бейлор, – представилась я. – Я уполномочена вести переговоры с вами от имени Ринды.
– Никаких переговоров.
– Мы пытаемся понять ваши требования и хотим безопасного возвращения Брайана домой. Но нам нужно доказательство, что он жив, – так мы будем знать, что имеем дело с правильными людьми. На нашем месте, вы бы не хотели того же?
Последовала пауза. Более мягкий мужской голос сказал:
– Ринда?
– Брайан! – Ринда бросилась выхватить телефон, но Роган её удержал. – Брайан, с тобой все в порядке?
– Просто отдай им то, что они хотят. Пожалуйста.
Телефонный звонок оборвался.
Ринда закрыла лицо руками.
– ФБР… – начала я.
– Нет, – воскликнули Роган, Ринда и Корнелиус одновременно.
Почему бы нам не позвонить профессионалам, специализирующимся именно в этом виде преступлений? Что вы, какая глупость.
– Они позвонят снова.
– А если они его убьют?
– Они его не убьют, – отрезал Роган. – Они бы не стали затевать похищение, если бы не хотели выкупа. Если они убьют Брайана, им будет нечем торговаться.
Я передала ей телефон.
– Ринда, в следующий раз, когда они позвонят, вы должны установить эмоциональный контакт. Это важно. Задавайте им вопросы. Если они будут отвечать, повторяйте ответ и переспрашивайте так ли это. Заставьте их согласиться с вами. Они должны привыкнуть видеть вас на своей стороне. Используйте свою магию. Я знаю, что это тяжело, но вы не можете позволить себе расклеиться или впасть в истерику. Заставьте их думать, что вы все заодно, и вы хотите, чтобы им всё удалось. Заставьте их сказать, что же они хотят.
Она взяла телефон и кивнула.
– Со мной тебе будет безопаснее, – сказал Роган. – Они звонили на твой телефон, и его ты можешь взять с собой.
– Не говори ерунды, Коннор. Я Превосходная, мой дом не хуже крепости и полон вооружённой охраны. Дети уже и так напуганы, а ты хочешь, чтобы мы переехали на другой конец города в твои бараки. Нет. Я остаюсь здесь. Мы должны оставаться здесь, потому что мы ждём, когда наш папа вернётся домой.
Лицо Рогана стало мрачнее тучи.
– Хорошо. В таком случае, я приставлю к твоему дому команду.
Ринда посмотрела на него и за горечью в её глазах блеснула сталь.
– Нет, ты не приставишь. У нас есть собственная охрана. Я ценю предложение, но нет. Я сама позабочусь о детях. Если хочешь мне помочь, пожалуйста, найди моего мужа.
После этого, мне уже нечего было добавить.
Выйдя на улицу, я сделала глубокий вдох.
– Вы не хотите мне объяснить, почему мы не можем позвонить в ФБР?
– Похищение Неймана, – коротко ответил Корнелиус.
– В 1980-х Джорджа Неймана похитил враждебный ему Дом, – просветил меня Роган. – Вмешалось ФБР и потеряло больше сорока агентов. Никто не был осуждён.
– Как такое возможно?
Роган пожал плечами.
– Связи и достаточно денег на первоклассных адвокатов. ФБР больше не вмешивается в наши похищения. Это дела Домов. Мы разбираемся с ними сами.
Прекрасно. Ещё один момент из жизни Домов, который я не учла: если вы в беде, правоохранительные органы вам не помогут.
Роган принялся печатать что-то на телефоне.
– Тебе нужно было помочь мне убедить её оставить дом.
– Она мать и эмпат. Она точно знает, насколько сильно испуганы её дети, и чувствует, что им нужно спокойствие и знакомая обстановка. Сейчас её силком не вытащить из этого дома. – Я потёрла лицо. – Не мог бы ты направить к ней в помощь переговорщика?
– Он уже в пути, – кивнул Роган. – И он тоже эмпат. Но его услуги нам не понадобятся. Ринда – один из лучших переговорщиков на планете. Просто она никогда этим не пользовалась. Она всё сможет.
– Не мог бы ты мне кое-что объяснить? – попросил Корнелиус. – Мать Ринды никогда не стеснялась применить свою силу. Ринда же, кажется, делает это с большой неохотой.
– Ринда добрая, – ответил Роган. – Ещё в раннем возрасте она поняла, что её магия причиняет другим дискомфорт, а она никогда не хотела причинять кому-либо неудобства. Мы будем знать, если ей ещё раз позвонят.
– Ты клонировал её телефон?
Роган подмигнул мне.
– Мы нашли запись похищения Брайана, – доложила я. – Я отправила её Берну. Вероятно, он уже поделился ею с Багом.
Он перестал печатать.
– И ты не показала её мне?
– Если бы я показала её тебе, её бы увидела Ринда. Мы ничего не добились бы, только завели её ещё сильнее.
Я направилась к своей машине.
Роган догнал меня.
– Куда ты собралась?
– Обратно в «Биокор». Мне нужно убедить Эдварда Шервуда позвонить в Дом Рио и назначить встречу, чтобы я могла вычеркнуть их из списка подозреваемых.
– Это не Дом Рио, – возразил Роган. – Я провёл финансовый анализ «Биокора». В своём нынешнем положении Дом Шервуд не представляет ни для кого угрозы.
– Я знаю, но я должна расставить все точки над «i».
– Я поеду с тобой.
Если Шервуд решил помешать мне и Корнелиусу, Роган бы пригодился. Одно дело не пустить «Детективное агентство Бейлор» и Значительного второстепенного Дома. И совсем другое – отказать Чокнутому Рогану.
Я притворилась, что обдумываю это.
– Пообещай не ломать никаких зданий.
Он одарил меня самой вежливой драконьей улыбкой.
– Обещаю.
￭￭￭
Мы с Корнелиусом использовали время поездки, чтобы просветить Рогана по поводу нашего утреннего визита туда. Я припарковалась на том же месте, вышла, и мы все втроём пошли к двери. Двое охранников всё ещё были на своём посту. Невысокий поднялся.
– Вам не разрешено здесь находиться.
– Пожалуйста, сообщите Эдварду, что у меня есть информация о его брате, – попросила я. – Кстати, это – Чокнутый Роган.
Роган просиял.
Низенький охранник побледнел. Его товарищ схватил телефон и заговорил в него быстрым, настойчивым шёпотом.
Роган рассматривал дверь.
– Пожалуйста, не ломай её, – пробормотала я.
– Я хочу увидеть яблоню с грибами.
– Если будешь стоять здесь, то и так её увидишь, когда выйдет Эдвард.
Пару минут спустя, белые двери разъехались в стороны, и появился раздражённый Эдвард.
– Значит, это твоих рук дело, – бросил он Рогану. – И ты притащил с собой свою ручную зверушку-правдоискателя.
Судя по всему, Эдвард обнаружил письмо из Ассамблеи, сообщавшее, кем была я и мои свидетели. Интересно, сколько сейчас людей уже знали о том, что я правдоискатель? Меня охватило знакомое беспокойство. Всю жизнь я оберегала свой секрет, потому что не хотела, в конечном счёте, стать дознавателем. Теперь это было неважно. Как только мы станем Домом, я смогу послать любые трёхбуквенные агентства, пытающееся втюхать мне их грязную работу.
– Она не зверушка, – процедил Роган. – И уж точно не ручная.
А затем он улыбнулся. Я точно знала, что происходило, когда он так улыбался. Если я не вмешаюсь, здание рухнет Эдварду на голову.
– Не заводись, – попросила я. – Он просто ревнует, потому что влюблён в Ринду, а ты её бывший жених.
Эдвард Шервуд тут же стал прелестного пунцового цвета. Он разинул рот, но не проронил ни слова. Корнелиус улыбнулся.
Роган наблюдал за Эдвардом с лёгким любопытством.
– Как я и сказал, она не чья-то зверушка. Твоего брата похитили. Не желаешь увидеть запись?
Эдвард восстановил способность говорить и решил, что он хотел бы увидеть запись. Мы переместились в его офис, где он просмотрел видео. Затем он выругался и разглагольствовал около пяти минут. Были произнесены слова вроде «идиот», «тупица» и «сотню раз говорил ему брать телохранителя». Он отказался повидаться с Домом Рио, потому что не желал, чтобы «Биокор» и Дом Шервудов выглядели слабыми. Тогда Роган открыл рот и вывалил тонну финансовой информации и Эдвард решил, что Роган прав, и они не могут выглядеть ещё слабее, чем сейчас.
Визит в Дом Рио занял четыре часа, в основном из-за того, что их штаб-квартира находилась на другом конце города, а трафик был просто убийственным. Мы встретились с главой Дома, её тремя сыновьями, двумя дочерями и супругами каждого. Никто ничего не знал о похищении Брайана, никто его не организовывал и не устраивал, и все говорили правду.
На обратном пути к нашей базе, Баг предоставил Рогану обновлённую информацию. Они с Берном проделали чудеса с записью системы наблюдения, и проследили машину Брайана и похитителей всю дорогу до западного шоссе I-10, где они покинули собственно Хьюстон и въехали в череду маленьких, ничего не значащих городков, лежащих между Хьюстоном и Сан-Антонио. Пресловутый след простыл. Я попросила Рогана повести, чтобы мы с Корнелиусом могли ознакомиться с отчётом Берна. Мой кузен прочесал социальные сети Брайана и взломал его персональный почтовый ящик. Результаты были удручающими.
– Это должно быть связано с Оливией, – сказала я. – Брайан жил тише воды, ниже травы: курсировал между работой и домом, не крутил интрижек на стороне, не имел резких политических или религиозных взглядов, у него не было ни друзей, ни врагов.
– Выходит, парень тот ещё грибочек. – Роган поднял брови, глядя на меня.
– Не ёрничай. У него был один аккаунт в соцсетях.
– Да?
– Пинтерест.
– Пожалуйста, скажи мне, что это порно.
– Он сохранял там картинки грибов, – услужливо подсказал Корнелиус с заднего сиденья.
Роган вздохнул.
– Не понимаю, почему она вышла за него замуж.
– Ты сам мне говорил, что она вышла за него, потому что нуждалась в стабильности. – В том, что Роган не мог ей дать, как бы ни старался.
– Позволь мне перефразировать: я не понимаю, почему она все ещё за ним замужем. Это не стабильность, это медленное удушение. – Роган повернул на нашу улицу, проехав мимо поста охраны. – Ринда хочет быть любимой. Она нуждается в любви. Она нуждается в ком-то, кто будет поддерживать, и оберегать её. Больше всего ей нужен кто-то, кто будет брать удар на себя, и быть рядом. Вместо этого, она живёт с этим слизняком, который издевается над братом и сбегает при первом же намёке на проблему, оставляя её всё разгребать.
– Ещё не поздно. Ты можешь стать для неё этим сильным и надёжным мужчиной.
Это вырвалось само собой.
Роган припарковал машину напротив склада, повернулся и с любопытством посмотрел на меня.
– Ты ревнуешь?
– Не-а, – соврала я.
Он оглянулся на Корнелиуса. Анимаг вскинул руки вверх.
Роган пристально посмотрел на меня, а затем рассмеялся. Мне с трудом удалось выйти из машины, не хлопнув дверью. На нашей парковке стоял незнакомый «вольво». У нас были гости.
«Вольво» взмыл в воздух и аккуратно приземлился прямо перед дверями склада.
Я повернулась. Роган прислонился к «хонде», скрестив на груди руки.
– Мне нравится, когда ты ревнуешь.
– Роган, верни машину на место.
– Поужинай со мной сегодня, и я об этом подумаю.
Да!
– Нет. Я не веду переговоров с террористами.
– Если ты со мной не поужинаешь, мне придётся пойти на радикальные меры. Например, встать у тебя под окном с бумбоксом, вопящим какую-нибудь безбожно сопливую песню.
– Где ты найдёшь сейчас бумбокс?
– Не переживай, один я точно раздобуду.
Я сделала вид, что обдумываю его предложение.
– Заедь за мной в шесть.
– В семь, – поправил он. – Сейчас уже пять, и ты будешь занята как минимум час. Удачной тебе сдачи образцов
Каких образцов?
«Вольво» взлетел и вернулся на своё место. На нем был заказной номер ATCG105, который ни о чем мне не говорил.
Роган ушёл, направляясь в свою штаб-квартиру.
Корнелиус приоткрыл дверь и осторожно выглянул наружу.
– Что? – спросила я.
– Проверяю, безопасно ли уже выходить.
Что за мода корчить из себя юмористов? Я вздохнула и поплелась в свой кабинет.
￭￭￭
В нашей комнате для переговоров меня ждал мужчина. С ним сидел Бернард. Он поднял глаза от ноутбука и слегка помахал, когда я вошла.
Мужчине было около сорока, и он напоминал бегуна-марафонца – худощавый, высокий, длинноногий. На нём был консервативный чёрный костюм поверх чёрной рубашки и гладкий чёрный галстук. Волосы у него были темными и зачёсанными от лица, оправа очков тоже была чёрной, и вопреки всей этой темноте выделялись ярко-голубые глаза.
– Невада, это мистер Фуллертон из корпорации «Свиток», – представил Берн. – Он говорит, что приехал получить наши ДНК от имени Бюро регистрации.
Меня охватило беспокойство. Раньше или позже Арабелле придётся пройти тестирование ДНК, и я понятия не имела, что случиться потом. В нашей родословной скрывались чудовища, и как только они будут обнаружены, будет слишком поздно что-нибудь предпринимать по этому поводу.
Мистер Фуллертон встал и протянул мне руку. У него было крепкое, сухое рукопожатие.
Позади меня Корнелиус прошёл по коридору и затормозил перед дверью в комнату для переговоров.
– Добрый вечер, мистер Харрисон, – поздоровался Фуллертон. – Как ваша дочь?
– Добрый вечер, – ответил Корнелиус. – С Матильдой все хорошо.
– Рад это слышать.
Корнелиус посмотрел на меня.
– Мне дважды приходилось проходить генетический тест, сначала как ребёнку, затем уже как отцу. Мне остаться с тобой?
– Да, пожалуйста.
Корнелиус кивнул и занял место за столом.
Мы с Фуллертоном тоже сели.
– Каталина тоже должна присутствовать.
Я достала телефон и отправила сестре сообщение.
Мы подождали. Пару минут спустя, в комнату вошла Каталина и молча заняла место рядом с Берном.
– Как вам известно, мисс Бейлор, вы должны предоставить генетический материал каждого, кто квалифицируется вместе с вами, – сказал Фуллертон. – Генетические образцы, которые берутся для Бюро регистрации Домов, очень просты. Они удостоверяются только в том, что вы, и все, кто тестируется с вами, чтобы стать Домом Бейлор, обладают родством, которое вы указали. Другими словами, они сделают тест, чтобы подтвердить, что вы с Каталиной сестры, а Бернард – ваш двоюродный брат.
– Они когда-нибудь ошибаются? – спросила Каталина.
– БРД все делает очень тщательно, – ответил Фуллертон. – Но человеческая ошибка всегда возможна. Вот почему все результаты БРД всегда независимо проверяются третьей стороной, обычно одним из генетических архивов, тут я и появляюсь на сцене. Я представляю корпорацию «Свиток» – крупнейший генетический архив в Северной Америке. Сегодня я здесь, чтобы получить генетические образцы для Бюро регистрации; однако я также хотел бы воспользоваться этой возможностью, чтобы представить вам наши услуги. Тестирование, которое мы предоставляем, значительно более обширно. Мы создаём всеобъемлющий генетический профиль, слепок вашей семьи. Мы тестируем на все известные предрасположенности к генетическим заболеваниям. По Вашему желанию, мы можем проследить вашу родословную. Мы также можем предложить потенциальных партнёров, которые, скорее всего, произведут потомство с указанными вами магическими талантами.
Призрак Рогана появился в моей голове. «Мы несовместимы, Невада…» Мне было интересно, как сильно его это заботило. Может быть, больше, чем он признавал. Брайан Шервуд едва мог справиться с тем, что его сын не был Превосходным.
– Но это не даёт гарантии, – возразила я. – Генетическое соответствие не всегда даёт… даёт желаемого ребёнка?
– Магия – это слабо понимаемое явление, – заметил Фуллертон. – Благодаря нашим прогнозам, мы можем значительно увеличить вероятность рождения ребёнка в конкретной отрасли. Математически говоря, у нас восемьдесят семь процентов успеха, когда дело доходит до предсказания, какой ветвью магии будет обладать ребёнок – элементальной, психической или арканной. Это общие статистические данные. Фактические шансы зависят от конкретной пары.
– Как это работает? – спросила Каталина.
– Если вы решите нанять нас, я возьму образцы крови. Перевезу их в нашу лабораторию, где будет проанализирована ваша ДНК. Результаты этого анализа запечатываются. Нас не могут вынудить раскрыть их даже по решению суда. Вы имеете полный контроль над информацией, которую мы предоставляем. Если другой Дом хочет рассматривать вас как перспективную пару, они могут запросить ваш профиль, который содержит основную информацию. Вы будете уведомлены, так что сможете принять или отклонить запрос. Мы не будем выдавать что-либо без вашего согласия. Если согласие будет предоставлено, и другой Дом найдёт результаты интересными, они могут запросить подробный профиль. Опять же, от вас зависит, позволять это или нет.
Фуллертон остановился и наклонился вперёд, его голубые глаза были ясными и сосредоточенными.
– Мы охраняем вашу генетическую информацию. Если нам станет известно о какой-либо попытке недобросовестного агентства собрать, проанализировать или продать ваши генетические образцы или результаты их анализа, мы будем преследовать их с максимальной жестокостью.
– Вы подадите на них в суд? – спросила Каталина.
– Мы убьём их, – отрезал Фуллертон.
Моя сестра посмотрела на меня.
– Это стандартная практика, – тихо добавил Корнелиус. – Любое из других крупных агентств сделает то же самое.
– Конфиденциальность имеет для нас первостепенное значение, – сказал Фуллертон. – Мы относимся к любой попытке кражи ДНК очень серьёзно. По закону, я обязан предоставить вам список наших конкурентов.
Он открыл файл перед ним и передал мне лист бумаги со списком компаний на нем.
– Я надеюсь, что вы выберете нас. Как я уже говорил, мы крупнейший архив в Северной Америке. Мы охватываем более шестидесяти процентов всех Домов в США, включая Дом Роганов.
Забавно, как он это подметил.
– Если вы заинтересованы в определённой родословной, мы можем обработать ваш запрос с большей целесообразностью. Если у нас нет профиля интересующего вас Дома, мы поработаем с имеющим его агентством, что может добавить несколько дней на обработку запроса. Мы позаботимся о вашем Доме, мисс Бейлор. Мы гордимся своей осмотрительностью.
– Что, если другой Дом захочет получить доступ к данным, но не для поиска пары?
– Мы направим их запрос вам для одобрения.
– А если это будет очень могущественный Дом?
– Это не важно, – ответил Фуллертон. – Все Дома имеют одни и те же права, у них у всех одинаковые контракты и они все платят одну и ту же плату. Будь вы слабым Домом лишь с одним Превосходным или процветающим Домом с десятью Превосходными, в наших глазах вы равны.
– Какова оплата? – поинтересовалась я.
– Установленная плата – пятьдесят тысяч за первый год, потом двадцать тысяч ежегодно. После первого года, каждый дополнительный профиль ДНК также оплачивается в двадцать тысяч долларов.
– Пятьдесят тысяч долларов? – Каталина поперхнулась.
Фуллертон ничего не сказал.
Пятьдесят тысяч долларов. Я не могла даже припомнить, чтобы мне приходилось выписывать такую большую сумму. Это была одна шестая нашего годового операционного бюджета и наши сбережения на чёрный день вместе взятые. Я взглянула на Корнелиуса.
