Текст книги "Бывает и хуже?. Трилогия - Игорь Алмазов, Виктор Молотов (СИ)"
Автор книги: Игорь Алмазов
Соавторы: Виктор Молотов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 43 (всего у книги 50 страниц)
Не входило в мои планы сегодня знакомство с родителями Савчук. На этой неделе вообще слишком много родителей и всяких семейных дел.
– И мне, – Михаил Сергеевич наконец зашёл в дом и протянул мне торт. – Так вы коллега Лизы?
– Она мой начальник, – улыбнулся я. – Я врач‑терапевт, а она заместитель главного врача.
– Вечно о карьере думает, – кивнул он. Затем осмотрел меня: – По крайней мере, мне так казалось.
– Пап, он просто мне помог! – с возмущением выкрикнула Савчук. – Перестань.
– А я ничего и не сказал, – хитро прищурился он. – Не бунтуй, дочка.
Он прошёл на кухню и сел за стол. Я поставил туда этот злополучный торт.
– Раз вы здесь, моя помощь не требуется, – заявил я. – Пойду домой.
– Дочка, дай хоть парню одеться, – хитро прищурившись, заявил Михаил Сергеевич. – У тебя шмотки бывшего мужа остались?
– Да, сейчас, – красная Савчук метнулась в комнату и вернулась со свитером в руках.
Не думал, что когда‑нибудь буду ходить в свитере бывшего мужа Лизы. Но теперь‑то выбирать не приходилось.
Даже налез на меня, что удивительно.
– Спасибо, – улыбнулся я. – Во вторник верну. Всего доброго.
– Всего доброго, – кивнул Михаил Сергеевич. Судя по его улыбке, после моего ухода Лизу ещё долго будут донимать вопросами о произошедшем.
Она проводила меня до двери, я накинул куртку и отправился домой.
Гриша лежал на раскладушке, что‑то увлечённо записывая в блокнот.
– Привет! – радостно помахал он мне. Утреннее плохое настроение у него явно успело улетучиться. – Где ты был?
– Да так, дела разные решал, – уклончиво ответил я. – Ужинать будешь?
– Голодный как волк, – кивнул Гриша. – Кстати, я сковородку купил! А то предыдущую же я укокошил, исправляюсь.
Это отлично, без сковородки готовить было очень неудобно.
Я снял свитер, переоделся в домашнюю футболку и принялся за готовку. Сегодня будет куриная грудка в листах для жарки и греча на гарнир.
– Садись, – позвал я Гришу.
Друг в мгновение ока оказался за столом и набросился на еду. Вечно голодный Гриша.
– Долго тебе ещё на диете сидеть? – слопав свою порцию, вздохнул он. – Хочу разнообразия!
– Долго, – усмехнулся я. – Ешь, что дают.
– Эх, издеваешься ты надо мной, – трагичным голосом сделал мой друг вывод.
Мы поужинали, я помыл посуду.
– С квартирами всё плохо в Аткарске, – махнув блокнотом, заявил Гриша. – Я парочку нашёл, но такое себе… Служебная явно была бы лучше, она к тому же и бесплатная ещё!
– Это да, – кивнул я. – Во вторник пойду снова к завхозу.
Домыв посуду, почувствовал сильную усталость. Слишком много событий для одного дня. Так что отправился спать.
Двадцать третье февраля мы провели, как и хотел Гриша. С фильмами и пиццей. Правда, пицца оказалась очень калорийной, так что я съел пару кусочков. Зато Гриша полторы штуки.
Показывал мне «Брата», «Крёстного отца» и кучу других фильмов. Под конец дня я в них даже путаться стал.
Кроме этого мы снова убрались дома, без энтузиазма, ведь скоро съезжать. Постирали вещи и сделали мелкие бытовые дела.
Мне казалось, что Гриша будет пытаться позвать меня в город искать другие развлечения. Но нет. Всё прошло спокойно и без конфликтов. Так что проводы Гриши на работу удались!
Утро вторника началось не с моего будильника, а с крика Гриши.
– Где мои носки⁈ – в панике бегал он по дому.
Доброе утро, однако.
– Гриш, ты чего так рано встал? – удивлённо спросил я.
– Так у меня первый рабочий день! – воскликнул друг. – А я носки не могу найти! Не могу же я без носков идти, правда?
– Они в ящике, – вздохнул я. – Успокойся.
Гриша со всех ног рванул к ящику. Пока я делал зарядку, принимал душ и одевался, он продолжал суетиться.
– А рубашку какую лучше? – нервно спросил он. – Я думал полосатую, но, может, синюю?
– Тебе же там униформу дадут, какая разница? – пожал я плечами.
– А вдруг они на меня посмотрят и решат, что я им не подхожу? – убийственная логика.
– Они уже на тебя посмотрели и решили, что ты им подходишь, – напомнил я. – Так что хватит мне делать мозги. Давай завтракать.
– Кусок в горло не лезет, – жалобно ответил друг.
Ох. Просто мастер сделать кучу проблем на ровном месте.
– Позавтракай, чтобы силы на работу были, – отозвался я.
Он сел за стол и с видом великого мученика принялся жевать яичницу.
– Как думаешь, я справлюсь? – спросил он.
– Справишься, – кивнул я. – Только глупостей там не натвори в первый же день.
– Постараюсь, – жалобно кивнул Гриша.
Позавтракали, оделись и вместе вышли из дома. Школа номер три была как раз по дороге к моей поликлинике.
Я пожелал Грише удачи, и он зашёл в школу. А я отправился к себе.
Так, работа во вторую смену. И сегодня куча дел. Завхоз и квартира, Чердак и жалоба.
Кстати, вот как раз с завхоза и начну, пожалуй. Даже не заходя в свой кабинет, я направился в главный корпус. Добрался до кабинета Виктора Семёновича, постучал в дверь.
– Я занят! – раздалось из‑за двери.
Ну нет, эта отмазка не пройдёт. Я открыл дверь и зашёл внутрь.
– А я много времени у вас не займу, – усмехнулся я. – Мне просто ключи от моей квартиры забрать, и всё.
Петренко весь вжался в стул.
– Понимаете… – начал он.
– Нет, – отрезал я. – Вам была дана неделя, чтобы выселить ваших жильцов. Или вы даёте мне ключи, или вопрос решается по‑другому.
Виктор Семёнович промолчал. Так, ладно. Идём к Власову, давненько я у главного врача не был. Сарказм, конечно.
Я вышел из кабинета, не говоря ни слова. И решительно зашёл в кабинет главврача.
– Агапов? – устало вздохнул тот. – Чего вам опять?
Соскучился. Конфликт с главным врачом у меня только крепчал. И сегодня вот ещё масла в огонь подолью.
– Я тут выяснил, что мне полагается служебная квартира, которую вы за деньги сдаёте, – растягивая слова, ответил я. – И товарищ Петренко отказывается мне её давать.
Власов прикрыл глаза и пару секунд помолчал. Снова хочет меня убить, вот зуб даю!
– Агапов, у тебя же есть где жить, – сердито заявил он. – Зачем тебе служебная квартира?
– Потому что у меня изменились обстоятельства, потому что это дешевле, потому что она мне полагается, – перечислил я. – Выбирайте любую причину, собственно.
– Агапов, ты понимаешь, что ходишь по очень тонкому льду? – посмотрел мне в глаза главврач.
Я выдержал этот взгляд.
– Мне положена эта квартира, – повторил я. – И без неё я не уйду.
Он сжал руки в кулаки.
– Так, зови мне Петренко, – распорядился он.
Я сходил за бледным завхозом и привёл его в кабинет.
– Выдай ему квартиру, – заявил Власов. – Улица Ленина, дом семьдесят восемь, квартира шесть.
– Но ведь она… – удивлённо начал Петренко.
– Неважно, – перебил его главврач. – Выдай ему ключи, оформи бумагу. Официально чтоб всё было.
Что‑то это подозрительно. Очень уж легко он сдался, да и теперь злорадно улыбается.
Но возразить мне нечего, я хотел квартиру – и получил её. А всё, что вскроется потом, будем решать уже по обстоятельствам. Сейчас я явно ничего не смогу сделать, поскольку даже не видел масштабов проблемы.
– Благодарю, – кивнул я. Но уже понимал, что скоро сюда вернусь.
Подождал в кабинете Петренко, пока тот оформлял бумагу и выдавал мне ключи.
– Слушайте, я… – начал было он. Затем мотнул головой: – Ничего.
Очень странно.
Время до приёма у меня было, и я решил сразу сходить по своему новому адресу.
Правда, перед этим ещё зашёл в Сбербанк. Наконец‑то подписал у Марины Викторовны все бумаги и официально устроился в программу «СберЗдоровье».
– Так, на почту вам уже должны были прийти все инструкции по регистрации на портале, – сказала она. – Но если будут какие‑то вопросы – обращайтесь ко мне. Я назначена вашим официальным куратором.
– Понял, – улыбчиво кивнул я. – Спасибо.
Вечером надо заняться этим порталом.
Так, а вот теперь квартира. Добрался до нужного дома, нашёл дверь и открыл её выданным ключом. И замер на пороге.
А, вот оно что… Причина злорадной улыбки понятна.
Ну и что мне с этим делать?
Глава 12
Я заподозрил неладное ещё на моменте, когда Власов принялся злорадно улыбаться. Прямо в процессе разговора ему явно пришёл в голову этот план, и он решил тут же его воплотить в жизнь.
И ведь формально не подкопаться теперь! Квартира мне выдана, она оформлена на больницу, служебная.
И внутри неё хаос. Хотя нет, не подходящее слово.
Хаос был бы, если бы тут просто было не убрано. Или отсутствовал ремонт. Или стёкла были выбиты. К этому всему я был морально готов.
Но в квартире оказались… кошки. Везде кошки. На полу, на столе, на подоконнике. Сколько их тут? Штук пятнадцать точно!
Большие и маленькие, пятнистые и одноцветные, худые и упитанные. Некоторые покосились на меня настороженно, другие же вообще не обратили на меня внимания.
Какого, собственно, хрена?
Из‑за обилия кошек и, как я понимаю, отсутствия уборки за ними запах стоял… незабываемый. На стенах виднелись царапины, обои были превращены в бахрому, кое‑где просто торчал голый цемент.
Мебели было мало, и вся она тоже превратилась в когтеточки для кошек.
На кухне стояло множество мисок. Некоторые с водой, в других виднелись остатки еды. Так, значит, кто‑то их подкармливает.
Осталось узнать, кто автор этого кошачьего приюта.
Не успел я об этом подумать, как в дверном замке повернулся ключ, и в квартиру зашла женщина с кошачьим кормом. В старом пуховике и огромной шапке. Увидела меня – и замерла на пороге.
– Вор? – как‑то неуверенно спросила она у меня.
Класс, теперь я ещё и вор.
– Вы кто? – в ответ спросил я. – Это моя квартира.
– Вор! – пакет с кормом полетел на пол.
Ох ты ж…
– Успокойтесь! – прикрикнул я на неё. – Я не вор. Вот, видите, у меня и ключи есть. Я врач‑терапевт из поликлиники, Агапов Александр Александрович. Мне эту квартиру для проживания выделили.
Она прищурилась, оценивая мои слова. В целом, ключи у меня и правда были, да и вряд ли воры ведут себя так. Так что она, наконец, успокоилась.
– А я Ирина, – гордо ответила она. – И здесь живут мои кошки.
Да я вижу. Только почему, как, что тут происходит, и почему весь мир сошёл с ума?
– Откуда у вас ключи? – спросил я.
– Говорю же, мне дали, – ответила Ирина. – Чтобы кошечкам было где жить. Их многие на улицу выкидывают, а я подбираю и сюда приношу. Им же надо где‑то жить!
Убийственная логика.
– Мне тоже надо где‑то жить, – отозвался я. – И по документам это теперь моя служебная квартира. Так что переносите ваш кошачий приют в другое место.
– Интересный ты какой! – упёрла руки в боки Ирина. – Они уже тут жить привыкли. У них все условия, и не пойдут они никуда. А будешь выпендриваться, сейчас мигом сестре своей позвоню, Карине. Она тебе всю дурь выбьет!
Карина. Довольно редкое имя, поэтому я даже не сомневался, о ком она. Жена главного врача, психиатр, с которой мы совсем недавно ездили к пациенту. Значит, это её сестра.
Тогда понятно, откуда у этой женщины такое борзое поведение и полная уверенность в своей безнаказанности.
– Так вам Карина Вячеславовна дала разрешение на котопритон? – уточнил я.
– Да, она, – скрестила руки на груди женщина. – И мои кошки останутся здесь, и точка.
– Посмотрим, – хмыкнул я.
От запаха у меня грозился начаться новый приступ бронхиальной астмы. Или от шерсти, тут уж я до конца не разобрался. Во всяком случае я оставил Ирину кормить кошек, а сам вышел на улицу и с наслаждением вдохнул свежего воздуха. Так, проблему надо решать. С чего бы начать?
Начать решил как раз с Карины Вячеславовны. Во‑первых, я ни разу не был в психиатрической больнице Аткарска, как раз повод сходить. Узнать, как там пациент с моего участка, который завешивал дом фольгой. Ну и решить котопроблему.
Тем более времени у меня ещё вагон. Я решительно направился в психушку.
Она находилась недалеко от больничного корпуса. Огороженное высоким забором трёхэтажное здание, старое, полуразвалившееся, мрачное.
– Вы к кому? – равнодушно спросил охранник на пропускном пункте.
– Я врач‑терапевт, пришёл к психиатру Карине Вячеславовне, по рабочему вопросу, – ответил я.
– Проходите, – махнул он рукой.
Вот это система безопасности. Ну, не знаю, проверил бы меня хоть как‑то. А вдруг я обманул?
Внутри меня встретил такой же мрачный коридор, отсутствие табличек на дверях и полное незнание куда идти. В итоге я поймал какую‑то санитарку и спросил дорогу у неё.
– Вам к главврачу, это третий этаж, седьмой кабинет, – её тон был не менее равнодушным, чем у охранника.
– К главврачу? – удивлённо переспросил я. – Я думал, что Карина Вячеславовна – просто врач‑психиатр.
– Официально наша больница принадлежит всему комплексу Аткарской РБ, и главврач у нас тоже Власов, – пробубнила она. – Но все знают, что все дела по психушке решает Карина, так что мы её так тут и называем.
Понятно, принято. Я поднялся по лестнице и нашёл нужный кабинет.
Карина Вячеславовна оказалась на месте. С наслаждением прикрыв глаза, она пила кофе.
– Доброе утро, – поздоровался я.
– М‑м‑м… доброе, – кивнула та. – Кажется, вы…
– Агапов Александр Александрович, врач‑терапевт, – напомнил я. – Мы ещё с вами ездили к мужчине с параноидной шизофренией. Кстати, как он?
– Точно, вспомнила, – щёлкнула она пальцами. – Он хорошо. Вы тут по какому вопросу?
Вмиг вернула себе прежний высокомерный тон.
– По поводу вашей сестры и кошек, – ответил я.
Карина Вячеславовна на пару секунд потеряла свою уверенность в себе и выпучила глаза от удивления.
– Что? – неуверенно переспросила она.
– Мне положена служебная квартира, и мне оформили её по адресу улица Ленина, дом семьдесят восемь, квартира шесть, а там котопритон вашей сестры Ирины, с которой я имел честь познакомиться минут тридцать назад, – вздохнул я.
– Сергей вам её отдал? – растерянно переспросила Карина. – Этого не может быть.
Так, по крайней мере она пока что выглядит чуть адекватнее своего супруга. В ней полно других минусов: высокомерие, чувство собственного превосходства над всем миром и прочее. И всё равно она как будто бы адекватнее.
– Если вы про главврача – то да, это его распоряжение, – кивнул я.
Карина Вячеславовна устало потёрла виски. В ней и следа не осталось от той уверенной в себе женщины, которой она мне показалась при первой встрече. Даже постарела как будто бы резко.
– Моя сестра очень любит кошек, – заявила она. – У неё не сложилось с личной жизнью… И ещё есть ряд проблем. В общем, я разрешила ей устроить кошачий приют в той квартире, так как Серёжа мне сказал, что она не проходит по документам. В общем‑то я должна была понимать, что тут дело нечисто.
Жесть.
– Карина Вячеславовна, я всё понимаю, – мягко сказал я. – Но у меня сейчас жилищная проблема. И мне нужна служебная квартира, тем более что она мне положена. И да, нужна она мне в нормальном виде, а то сейчас в ней даже находиться невозможно. Или хотя бы нужны деньги на её ремонт.
Карина Вячеславовна кивнула.
– Я готова вам помочь, – заявила она. – Но у меня есть условие.
Вообще не то чтобы я считал, что в этой ситуации она может ставить условия. Ну хорошо, допустим. По крайней мере, выслушаю.
– Какое? – спросил я.
Карина выпрямилась в кресле, вновь обретая уверенность в себе и присущую ей высокомерность.
– Я поговорю с Ириной, – начала она. – Я смогу её убедить, что квартиру надо отдать. Это раз. К тому же я договорюсь с мужем, чтобы он компенсировал вам ремонт, выделил на это деньги. Это два.
Она сделала паузу.
– Но кошек мне жалко, это три, – добавила она.
Великолепно.
– Вы хотите, чтобы я куда‑то пристроил пятнадцать кошек? – догадался я. – Или сколько их там.
– Да, – кивнула Карина. – Найдите им хозяев. Раздайте, пристройте. Как хотите. Но чтобы все кошки были устроены в хорошие руки.
Отлично, я теперь котоняня. Или этот, котонянь.
Я мог отказаться. Карина не может мне тут ставить условия. И сейчас в голове я взвешивал все плюсы и минусы отказа.
И… решил согласиться. Если я откажусь – всё равно добьюсь квартиру через вышестоящие инстанции. Только на это уйдёт куда больше времени. А времени у меня нет, надо уже съезжать. Да и вообще, мне и самому жалко кошек. Что я, не котонянь, что ли?
– Я согласен, – заявил я. – Кошек пристрою в течение этой недели. И буду ждать на свою карту денежный перевод на ремонт. Только такой, чтобы не только на побелку хватило.
– Об этом не волнуйтесь, – хмыкнула Карина. – Что ж, тогда договорились.
Самый странный договор с психиатром в моей жизни. Я кивнул и вышел из кабинета.
На проходном пункте просто прошёл мимо охранника, но тот резко меня тормознул.
– Пропуск давайте, – заявил он.
Так, а ведь это уже не тот охранник, что пустил меня сюда. Они сменились, видимо.
Только вот предыдущий мне не дал никаких пропусков.
– Меня сюда просто так впустил ваш предшественник, – ответил я. – И никакие пропуска он мне не выписывал. Я врач‑терапевт.
– Ага, все местные жители врачи или президенты, – махнул рукой охранник. – Даже бог один есть, Один, кажется. Так что или давай пропуск, или возвращайся в палату.
Ситуация просто… Ну вот и как меня угораздило в такое вляпаться?
– Ещё раз вам говорю, я врач‑терапевт, ходил решать рабочий вопрос к Власовой Карине Вячеславовне, – отчеканил я. – Если не верите – позвоните и уточните этот вопрос. Хоть вашему сменщику, хоть ей самой.
Охранник прищурился, достал телефон и кому‑то набрал.
– Пропускал? А пропуск, Сеня? Сеня, ты дебил! – выкрикнул он в трубку. Затем обратился ко мне. – Извините, проходите.
Фух, обошлось. А то уж не знаю, что мне это утро подкинет. Хотя после кошек я ничему и не удивлюсь.
Вернулся в квартиру, Ирина уже ушла. Так, надо составить базу кошек. Сосчитать, сфотографировать. В общем, начать работу котоняня.
Так, большой рыжий кот, щёлк. Два маленьких котёнка, щёлк. Одна чёрная кошка, две черепаховые, один белый…
Всего их оказалось семнадцать. Семь котят и десять взрослых котов и кошек. Что ж, бывает и хуже, думаю.
Закрыл дверь и отправился в поликлинику. В голове теперь крутились мысли, кому их вообще раздавать. Чует моё сердце, это будет непросто.
Наконец добрался до своего кабинета, Лена уже была там.
– Доброе утро! – как обычно в прекрасном настроении поздоровалась она. – Я привезла тебе цветки липы! Вот, держи.
Протянула небольшую коробочку. Отлично, остался только корень лопуха.
– Тебе кот нужен? – в ответ спросил я. – Или кошка.
Лена удивлённо похлопала глазами.
– Вообще я думала котёнка взять, но пока даже не знаю, – отозвалась она.
Мой шанс!
– Не надо думать, надо делать! – голосом продавца с рынка заявил я. – Только сегодня в благодарность за цветки липы ты получишь кота или кошку. Бесплатно!
– А у тебя есть котята? – спросила медсестра.
– Да, по некоторым причинам есть семнадцать вариантов, – отозвался я. – Выбирай.
Показал ей фотки, они принялась удивлённо их листать.
– Я вот серенького котёнка бы забрала, – выбрала она. – А откуда столько?
– Это очень долгая история, из области фантастики, – хмыкнул я. – Договорились, сегодня после работы идём за котёнком!
Минус один, осталось шестнадцать.
Хорошее начало. Но шестнадцать котов и кошек – это всё ещё очень много. Я задумался, кому ещё можно пристроить. И вспомнил про Савчук.
У неё своя квартира, домашних животных там не было. Так что это судьба.
Было десять утра, до вызовов ещё час, так что я решительно отправился в главный корпус. Краем глаза увидел, как от меня спрятался Петренко. Боится теперь, ведь он наверняка тоже в курсе котопритона.
Я же отправился в кабинет Савчук.
– Доброе утро, Александр Александрович, – кивнула она мне. – Кофе хотите?
Это уже стало какой‑то традицией – пить кофе с Елизаветой.
– С радостью, – кивнул я. – Кстати, свитер вам принёс.
Я действительно его сегодня захватил, а перед этим даже постирал.
– Спасибо, – она покраснела, явно вспомнив обстоятельства нашей встречи в воскресенье.
– Как прошёл ужин с родителями? – поинтересовался я.
– Лучше не спрашивайте, – отвернулась Савчук. – Поверьте, мой отец хорошо вас запомнил.
Конечно, я же незабываемый.
– Я вообще по другому вопросу, – решил больше не смущать Савчук я. – Вам нужен кот? Или кошка?
Она посмотрела на меня в точности как Лена. Удивлённо, широко раскрытыми глазами.
– Кошка или кот? – переспросила она.
А чего это все так удивляются? Я не похож на распространителя семейства кошачьих?
– Ага, – серьёзно кивнул я. – Так вышло, что у меня образовалось шестнадцать кошачьих душ. Надо бы их раздать.
Я решил особо не распространяться о котопритоне в служебной квартире. И не потому, что я переживал за авторитет Власова. А потому, что я этот факт тоже собирался сохранить на чёрный день.
И сфотографировал я не только кошек, но и всё состояние квартиры. Мой очередной козырь.
– Вообще‑то можно, – задумчиво отхлебнула кофе Савчук. – Я никогда не думала об этом, но почему бы и нет?
– Тогда выбирайте, – уже второму человеку протянул я фотоанкеты кошек.
Савчук, к моему удивлению, выбрала не котёнка, а взрослую кошку. Рыжую, с белым воротником. И тоже согласилась забрать после шести вечера.
Сегодня вечером у меня будет котораздача.
Допив кофе, я вернулся в поликлинику. Ещё трёх кошек взяли себе Лена больничная, Вика из профилактики и Виолетта из регистратуры. Осталось всего двенадцать.
И это всё ещё много. Уже думаю: может, и нам с Гришей кота завести, в нашу мужскую компанию?
– А может, объявление на дверь повесим? – предложила Лена. – У нас пациентов много, вдруг кто‑то заинтересуется?
– Отличная мысль, – улыбнулся я. – Сейчас напишу.
Хоть что‑то хорошее на двери написано будет. А то один раз на ней уже была не самая приятная надпись.
«Котята и взрослые кошки ищут дом. Бесплатно, в хорошие руки. Обращаться к терапевту Агапову А. А.» – состряпал я объявление. И повесил себе на дверь.
– Кстати, я же тебя не поздравил, – вспомнил я. – С сегодняшнего дня ты официально моя медсестра.
– Спасибо, – лукаво улыбнулась Лена. – Может, в «Инь‑Яне» отметим это после работы?
Я задумался. Наше знакомство с Леной началось не лучшим образом. Ведь прошлый Саня умудрился отличиться и с ней. Но теперь отношения постепенно наладились. Так что почему бы и нет?
– Сначала на квартиру, мне ещё котят надо раздать, – ответил я. – Потом сходим в «Инь‑Янь». А потом зайдём за твоим котёнком.
– Договорились, – радостно кивнула Лена.
Настала пора ехать на вызовы. Я собрался, переписал в регистратуре вызовы из журнала и вышел на улицу. Костя уже ждал.
– Неделю держусь! – радостно заявил он. – Уже неделю не курю. Знаешь, во рту раньше каждое утро привкус был отвратительный. А теперь нет!
– Я рад за тебя, – улыбнулся я. – Как вообще состояние? Ломает сильно?
– Уже меньше, – ответил Костя. – Хотя мысли о курении всё равно пока что каждый день посещают. Но я уже научился с ними справляться. Думал, на выходных трудно будет, но всё обошлось. И жена рада, такой праздник на двадцать третье устроила, ух!
– Отлично, – кивнул я.
Костя посещал мою первую лекцию школу здоровья, посвящённую вредным привычкам. И я очень радовался, что он действительно решил бросить курить. Не зря, значит, потратил время.
– А кошка нужна? – невзначай спросил я.
Костя не удивился. Как будто это был стандартный вопрос в нашем обычном разговоре.
– Нужна, – ответил он. – Дочке обещал. А что, есть?
– Есть, – хмыкнул я.
Мы как раз подъехали к первому дому, и Костя внимательно пролистал фотографии и выбрал себе котёнка. Тоже сказал, что заберёт после работы.
Осталось одиннадцать.
Вызов был в квартиру на втором этаже. Ну, второй этаж для меня уже не проблема, не то что месяц назад. Позвонил в дверь, открыла женщина лет сорока.
– Вы врач? – спросила она.
– Да, здравствуйте, – кивнул я. – Вызывали?
– Да, к мужу, – она впустила меня в квартиру. – Спина у него больная. Он периодически натирает её, а тут вот совсем что‑то плохо стало.
Разулся, прошёл в комнату. На диване лежал мужчина лет сорока пяти, крепкого телосложения, с короткими волосами.
– Здравствуй, доктор, – кивнул он. – Спину прихватило что‑то. Ой, ё…
Он слегка пошевелился и тут же поморщился от боли. Так‑так.
– Что вчера делали? – сразу же спросил я. – Тяжёлое что‑то поднимали?
– Конечно, – отозвался мужчина. – Я ж грузчиком работаю.
Что ж, это многое объясняет.
– Я ему давала Нурофен, спину чем только не натирала – ничего не помогает, – вздохнула женщина.
Я помог мужчине перевернуться на живот, начал осматривать его спину. Паравертебральные мышцы были спазмированы, как камень.
Прощупал всю спину, проверил рефлексы. Что ж, тут всё понятно.
Дегенеративно‑дистрофическое заболевание позвоночника. Обострение. Явная радикулопатия, хотя и не скажу, какого сегмента. Судя по профессии, грыж в спине хватает.
Для пациента озвучу попроще.
– У вас остеохондроз, – сказал я. – Грыжа защемила нервный корешок, отсюда боль и напряжение мышц в спине.
– Это лечится? – прокряхтел пациент. – Или меня резать надо?
– Он очень операций боится, – встряла женщина.
– Да ничего я не боюсь, просто спросил, – возмутился он.
– Операция не нужна, я пропишу вам лечение, обострение снимем, – ответил я. – Хотя с такими проблемами со спиной хорошо бы поменять работу.
– Да куда ж я пойду, – отмахнулся он.
Знакомая ситуация. В Аткарске это была острая проблема, люди никуда не были готовы уходить с рабочих мест, которые вредили их здоровью. И я пока что ничего не мог с этим сделать.
– Уколы делать умеете? – спросил я у женщины. – Внутримышечно.
– Я сам себе колю, – за неё ответил мужчина. – Делов‑то, в задницу шприц вогнать.
Ух ты. Вот такое я точно слышал первый раз в жизни. Самому себе ставить уколы… Самоотверженно.
Я кивнул и начал выписывать лечение. Обезболивающее, витамины группы В и миорелаксант. Моя любимая комбинация: Мелоксикам, Комбилипен и Мидокалм.
– Больничный лист пока на неделю вам выпишу, как раз курс пройдёте, – заявил я. – Через неделю придёте ко мне в кабинет, думаю, уже ходить легко сможете. Там, возможно, вас к неврологу ещё отправлю.
Хотя отправлять к Савинову… Легче уж самому пациента вылечить.
Закончив с вызовом, вернулся в машину, и мы поехали дальше. В целом, по вызовам день оказался очень даже разгружен, их было всего пять. Как компенсация за другие сегодняшние проблемы. В частности, котопроблемы.
Вернулся в поликлинику, и Лена меня обрадовала, что пристроила ещё двух кошек. Пациенты заинтересовались объявлением. Вечером тоже придут забирать.
Отлично, осталось девять кошек. Жить уже можно.
В начале приёма по странной традиции Лаврова снова решила собрать всех на планёрку. Пока что так и не понял смысл этой её черты. Просто в максимально загруженные часы созывать всех на планёрку. Это странно.
– Доктора, ЕФАРМ откроется завтра утром, – с ходу заявила она. – И будет открыт двое суток. Так что завтра же садитесь и забивайте препараты.
Ну наконец‑то. Меня с первого дня работы пугали этим ЕФАРМОМ и заявками, мол, он откроется на днях. В итоге пришлось ждать месяц.
– Как же так, Тамара Петровна, всего два дня! – заволновалась Елена Александровна. – Я же не успею!
– Успеете, выбора нет, – отмахнулась пухлой рукой Лаврова.
Она перестала спрашивать конкретно меня, успел ли я подготовить заявки. Всё‑таки постепенно я начал восстанавливать свой авторитет.
– Тамара Петровна, а Агапов на свою дверь вывесил какое‑то объявление про кошек, – тоном школьника‑ябеды вдруг заявил Шарфиков.
Шарфиков, ты дурак. В суматохе сегодняшнего дня я вообще забыл про этого человека. А он напомнил мне и про себя, и про Чердака, который придёт сегодня писать жалобу.
Зачем, Стас? Решил попытаться отомстить мне за ту ситуацию? Так это мегаглупо даже для тебя.
– Какое объявление? – устало уточнила Лаврова.
– Я кошек раздаю, – отозвался я. – Очень мило со стороны Стаса, что он оказался возле моего кабинета. Тогда как сам он сидит на третьем этаже. И мой кабинет находится в конце коридора, мимо него пройти случайно просто некуда.
Шарфиков покраснел.
– Каких кошек? – не поняла Тамара Павловна.
Да что ж всех это так удивляет!
– Обычных, разных пород, – отозвался я. – Посмотрите фото, может, кому‑то из вас нужен питомец.
Да, всё явно пошло не по плану Шарфикова. Но в итоге я пристроил ещё одного кота, молчаливой Анастасии Григорьевне, ещё одному терапевту. Отлично.
Планёрка закончилась. Тамара Павловна отдельно задержала меня, чтобы сказать, что пациента Кораблёва с моего участка выписали домой наконец‑то. Это был дедушка, которого я случайно нашёл с инфарктом по наводке своей медсестры. Если бы не она – всё бы закончилось плачевно.
Надо будет навестить его на днях.
Закончив с Лавровой, я направился к себе в кабинет. И на полпути в коридоре внезапно столкнулся с перепуганной Леной.
– У нас проблема, – выдохнула она. – Химическая катастрофа!
А это ещё что значит?
