Текст книги "Бывает и хуже?. Трилогия - Игорь Алмазов, Виктор Молотов (СИ)"

Автор книги: Игорь Алмазов

Соавторы: Виктор Молотов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 41 (всего у книги 50 страниц)

– Так, – кивнул я. – Несправедливо, вы ведь только устроились. А я тут при чём?

– Вы издеваетесь? – злобно сверкнула глазами она. – А откуда бы он ещё узнал про этот случай? Мало того, что разнос мне при всей регистратуре устроили, так ещё и главврачу нажаловались!

А, вот оно в чём дело. Ну, теперь всё наконец‑то встаёт на свои места.

– Я ничего ему не рассказывал, – заявил я. – Делать мне больше нечего.

– А откуда он тогда узнал? – резонно спросила Светлана.

– Понятия не имею, – пожал я плечами. – Возможно, от кого‑то из регистратуры. Вы сами сказали, что свидетелей разговора было много.

Я лично подозревал Алиеву. Вполне в её духе сделать вот такую подлянку, попутно и меня с регистраторшей рассорить.

– Правда не вы? – чуть тише спросила Светлана.

– Можете мне не верить, но мне просто это не за чем, – ответил я. – Да, я начал разбирать эту ситуацию сразу же, как она случилась. Потому что она не терпела отлагательств. Но выносить это куда‑то за пределы регистратуры – это не в моих принципах. Мы разобрались на месте, и даже смысла идти выше не было.

Светлана внимательно на меня посмотрела, пару мгновений помолчала.

– Честно? – переспросила она.

– Честно, – улыбнулся я. – Я предлагаю уже перестать вам со мной воевать. Забудем про эту ситуацию и просто начнём работу с чистого листа. Идёт?

– Идёт, – нерешительно кивнула та. – Простите… за всё.

– Проехали, – кивнул я.

Очень большие у меня подозрения, что это всё всё‑таки устроила Алиева. Это было бы вполне в её духе. Надо будет проверить.

К регистратуре подошёл новый человек, и я вернулся в свой кабинет. Работа продолжилась, ОРВИ, давление, боли в животе. Довольно много пациентов для обычного выходного дня.

В середине дня ко мне пришёл Петрович. Лёгкий запах перегара всё ещё сохранился, но выглядел он всё равно куда лучше, чем вчера. Принял душ, побрился, надел чистую одежду.

– Я пришёл, – смущённо заявил он.

– Вижу, – усмехнулся я. – Как голова?

– Раскалывается, – честно ответил Петрович. – Я это… Прошу прощения, что вчера пытался вскрыть ваш дом.

У Лены округлились глаза, но она уже привыкла задавать минимум вопросов. Чего только не услышишь на приёме у терапевта!

– Ничего, – усмехнулся я. – Завязывал бы с алкоголем. Так ты семью не вернёшь.

– А, я и это вчера рассказал… – почесал он голову. – Да я и сам знаю. Начал пить, казалось, что так легче со стрессом справиться. Работа тяжёлая, приходишь домой, бутылку пива выпиваешь и вроде легче. Потом две бутылки. Потом три. И вот. Докатился. В какой‑то момент жена и ушла от меня, и дочку забрала.

– Ты ещё можешь изменить свою жизнь, – уверенно сказал я. – Для начала перестань пить. Расскажи пока про дочку, что с ней.

– Её зовут Настя, ей десять лет, – ответил Александр. – Заболела несколько дней назад, обычное ОРВИ. Температура, головная боль. Ей выписали лекарства. Но на следующий день Настеньке стало хуже. Температура до сорока поднялась, головная боль нестерпимая. Жена вызвала скорую, и Настю увезли в детское отделение, а оттуда в Саратов вообще. Сказали, менингит, вирусный. Серозный, кажется.

Менингит – это воспаление мягких оболочек мозга. Вирусный менингит протекает легче, чем бактериальный.

– Я хотел приехать, но жена сказала, что меня не пустит, – добавил Петрович. – Мол, нечего мне пьяному дочку видеть. Вот я с горя и… напился.

– Напиваться с горя – точно не выход, – заметил я. – Значит так, я сейчас узнаю, как состояние Насти. Но увидеться с ней ты всё равно сможешь только с разрешения жены. Так что думай, как мириться. И точно больше не пей.

– Хорошо, – торопливо кивнул тот. – Спасибо, Александр Александрович.

Даже по имени‑отчеству меня назвал, а не просто «Саня», показывает мне уважение. Или же благодарность за помощь. Это даже приятно.

С помощью Лены я отправил запрос в детскую инфекционную больницу, и вскоре мне дали доступ к истории болезни Насти.

– Так, серозный менингит, вирусная этиология, – начал зачитывать я. – Получает противовирусную терапию, симптоматическое лечение. Состояние средней тяжести, но стабильное. Температура снизилась, головная боль уменьшилась. Прогноз благоприятный, реакция на лечение положительная. Всё будет хорошо, проще говоря.

– Правда? – с облегчением переспросил Петрович.

– Да, – улыбнулся я. – Твоя дочка – настоящий боец. Так что показывай ей хороший пример. И помирись с женой. Найди работу, приведите жизнь в порядок.

– Ты прав, – решительно кивнул Петрович. – Так и сделаю! Спасибо вам огромное! Главное, что с ней всё будет хорошо!

Он ещё несколько раз меня поблагодарил и выскочил из кабинета. Что ж, надеюсь, он и правда изменится.

– Похоже, ты пациентов круглыми сутками принимаешь, – усмехнулась Лена.

– Приходится, – хмыкнул я. – Они сами как‑то рядом оказываются.

Остаток приёма прошёл спокойно. Пациентов, правда, было много, но со всеми случаями удавалось справиться прямо на месте.

Светлана больше не хамила, удалось достичь перемирия. Мужчину с панкреатитом положили в хирургию, там сегодня дежурил Гуров, так что проблем тоже не возникло. Вот если бы дежурил Никифоров – наверняка бы уже позвонил мне, с вопросом как лечить живот.

В два часа дня дежурство закончилось. Сегодня мы с Леной решили не задерживаться, тем более что она спешила на электричку. На выходные уезжала к бабушке. Я ещё раз напомнил ей про цветки липы, она сказала, что непременно их привезёт.

Так что дома я сегодня оказался очень рано. Открыл дверь и замер на пороге.

В комнате творилось нечто невообразимое. По периметру комнаты были расставлены белые хозяйственные свечи, штук десять. В центре комнаты был круг из соли. Внутри круга стоял стул, на котором сидел Гриша с книгой в руках.

Рядом с ним на столе стоял стакан с водой, дымящаяся стеклянная чашка и несколько вилок. Сам Гриша был одет в белую футболку, даже волосы, кажется, расчесал.

– Гриш, что здесь происходит? – удивлённо спросил я.

Он поднял на меня взгляд, и его глаза в ужасе округлились.

– Я думал, ты придёшь попозже! – воскликнул он. – Я это… дьявола из тебя собрался изгонять!

И как будто этого было мало, в дверь решительно постучались.

– Открывай, Агапов, – раздался очень громкий мужской голос. – Хозяин пришёл!

Глава 9

Бывает и хуже? В данный момент ситуацию хуже этой я даже вообразить себе не мог. В дверь стучится хозяин дома, а внутри Гриша, кажется, сошёл с ума.

– Значит так, – быстро проговорил я. – Давай‑ка пока что убирай этот свой обряд. А то у хозяина точно вопросы возникнут. А как он уйдёт – разберусь с тобой.

Хорошо, что у Гриши остались ещё остатки здравого смысла. Он кивнул и кинулся прятать свои странные предметы.

– Сейчас открою! – крикнул я хозяину, помогая другу спрятать все эти вещи.

С кругом соли на полу ничего сделать точно не успеем. Ладно, если что – скажу, что готовили обед. Дурацкое оправдание, но вдруг прокатит.

Оттягивать всё равно больше было невозможно, так что я подошёл к двери и впустил хозяина. Тот тут же зашёл внутрь.

Мужчина лет пятидесяти, высокий, с коротким ёжиком тёмных волос. Взгляд суровый, строгий.

– Что тут происходит? – изначально я думал, что у него был громкий голос из‑за того, что он сердился на Саню Агапова. Но нет, у него в принципе был очень громкий тембр голоса, он словно постоянно орал.

– Ничего, – пожал я плечами. – Вот, друг в гости пришёл. Гриша.

– И что вы тут делали за закрытой дверью? – подозрительно прищурился Виталий Петрович. – Так долго не открывали…

Даже представлять не хочу, что там у него в голове. Реальность всё равно ещё более странная.

– Да вы резко постучали, я вот соль случайно рассыпал, – на ходу начал придумывать оправдание я. – Хотели убраться, но в итоге не успели.

Хозяин нахмурился, посмотрел на идеально ровный круг из соли. Да‑да, я очень аккуратно её просыпал.

Гриша, гад, не мог хотя бы покривее круг сделать?

– Соль, значит, – повторил Виталий Петрович. – Ну ладно, это не моё дело. Я по другому вопросу пришёл.

Он прошёл в комнату и уселся как раз на тот стул, где до него сидел Гриша. Мой друг, кстати, притих на раскладушке с виноватым взглядом.

Да‑да, с тобой мы потом разберёмся.

Хозяин внимательно осмотрел дом, пару мгновений помолчал.

– Слушай, Агапов, – наконец сказал он. – У меня обстоятельства изменились. И тебе нужно съезжать отсюда.

Шикарно, просто шикарно. Я ошибся, бывает и хуже.

У Гриши испуганно округлились глаза. Точно, хозяин и не знает, что мой друг живёт со мной.

– Как это съезжать? – спросил я. – У нас же договор. Я вам плачу, за этот месяц заплатил больше, как и договаривались. Даже ремонт кое‑какой тут начал, котёл починил.

– Да, тепло тут, чувствуется, – кивнул Виталий Петрович. – Я понимаю, всё понимаю. Но это жизнь. Мне срочно деньги нужны, и дом я продать хочу. Так что жильцов мне тут не нужно никаких. Покупатель уже нашёлся.

Оперативно.

– Но у нас с вами договор, – напомнил я.

Хотя договор устный, по крайней мере в доме Сани я не нашёл никаких письменных экземпляров договоров аренды.

– Ты мне заплатил, да, – отозвался хозяин. – А до этого полгода мозги пудрил, смею я напомнить! Так что ничего. Найдёшь себе другое жильё. Даю тебе неделю, до следующей субботы.

– Неделю⁈ – воскликнул я. – Вы в своём уме? Тогда возвращайте мне все деньги, которые я заплатил за следующий месяц.

Хозяин решительно встал со стула.

– Хорошо, – кивнул он. – Это справедливо, в марте ты уже не будешь тут жить.

Справедливо, но как‑то мало.

– И пять тысяч сверху, за моральный ущерб, – добавил я.

Виталий Петрович нахмурился.

– Не борзей, – заявил он. – Я могу и те‑то деньги не возвращать.

Я встал напротив него.

– А я могу сделать так, что дом этот никто не купит, – заявил я. – И сделать это абсолютно законными способами. Оно вам надо?

Наша зрительная перепалка продлилась несколько мгновений.

– Четыре тысячи, – первым отведя взгляд, буркнул хозяин. – И в следующую пятницу ты отдаёшь мне ключи.

– Четыре тысячи и ключи в субботу утром, – это уже чисто из принципа, чтобы в итоге мы действовали по моим условиям.

– Идёт, – выдохнул он.

Не сказав больше ни слова, он прошёл к выходу, накинул куртку и вышел из дома.

Отлично, теперь за неделю надо решить жилищную проблему.

– Что нам теперь делать? – растерянно спросил Гриша со своей раскладушки.

Точно, он же ещё.

– Для начала нам надо убраться, – ответил я. – А потом ты мне расскажешь, какой клоп тебя укусил за задницу, что ты решил это всё устроить.

Гриша виновато кивнул, и мы принялись за уборку. Убрали свечи, чеснок в холодильник, вилки в ящик. Дымящуюся стеклянную штуку Гриша успел убрать до этого.

Подмели соль с пола. Книгу «Обряды для изгнания дьявола» Гриша сунул себе под подушку. Я заметил, но решил никак это не комментировать.

И так слишком много всего для одной субботы.

– Объясняй, – потребовал я, когда с уборкой было закончено. – Что это было?

Гриша виновато опустил взгляд.

– Мне кажется, ты одержим дьяволом, – тихо ответил он.

Шикарные новости!

– Дьяволом? – переспросил я.

– Или злым духом, – Гриша поднял взгляд. – Не знаю. Саш, ты слишком сильно изменился. Словно совсем другим человеком стал. А я в интернете прочитал, что если человек резко меняется – значит, он одержим дьяволом. И что нужно провести обряд изгнания. И всё приготовил для этого!

Я тяжело вздохнул. Нет, Гришу в какой‑то микростепени понять можно. Я ведь и в самом деле изменился. Точнее, того Сани, которого он знал, больше нет. А вместо него есть я.

Но одержимость дьяволом и этот обряд… Это уже слишком!

– Слушай, во мне нет никакого дьявола, я просто решил поменять свою жизнь, взять себя в руки и начать жить по‑другому, – заявил я. – И это абсолютно нормальное желание.

– Но как ты так быстро смог? – не унимался друг. – И эти твои травы…

Именно они, похоже, и стали спусковым механизмом.

– Это просто хобби, – перебил я его. – Захотел – и смог. Ты и сам сильно меняешься, просто не замечаешь этого. Видишь, работу нашёл, учишься самостоятельности.

Гриша задумался и почесал голову, привычно взъерошивая волосы.

– Ты прав, я тоже меняюсь, – кивнул он. – Так что, дьявола точно нет?

Фух, вроде одумался.

– Точно, – усмехнулся я. – И в следующий раз ты сначала со мной поговори, а не устраивай всё это. Хорошо хоть хозяину не до того было.

– Точно! – с ужасом воскликнул Гриша. – А где нам теперь жить, что делать?

Опомнился. Молодец какой!

– Мне от поликлиники положено служебное жильё, – ответил я. – Как чувствовал – ещё в этот понедельник начал выяснять, где там эта моя квартира. В этот понедельник, точнее вторник, получается, как раз будут новости по ней. Выдадут квартиру – переедем в неё.

– И у нас появится туалет в доме и душ нормальный? – мечтательно спросил друг.

Да, много ли человеку для счастья надо.

– Появится, – усмехнулся я. – Главное, чтобы с квартирой всё получилось. Но на всякий случай подыщи ещё пару объявлений о сдаче квартир или домов как запасной вариант.

– Понял, – кивнул он.

Проблемы были решены, и я устало приземлился на этот самый злополучный стул. Насыщенная суббота, а всего‑то на дежурство на полдня сходил.

После решения этих проблем я быстренько приготовил обед, и мы пообедали. Так, время пять часов дня. На самом деле даже отвык уже от такого свободного времени, обычно я на работе до самого вечера.

Что ж, займусь другой своей проблемой. Мне всё ещё нужно найти оставшиеся три травы для бабы Дуни, чтобы она взялась меня обучать. Так, трава душицы, корень лопуха и цветки календулы. Где их взять, если даже в магазине Вари в Саратове их не было?

– Гриш, вот если бы тебе требовалось что‑то найти, где бы ты это искал? – окликнул я лежащего на раскладушке Гришу.

– Опять твои колдунские шутки? – прищурился он.

– Не начинай, – отмахнулся я. – Так где бы ты их искал?

– Хм‑м, – тот почесал голову. – На рынке, может? Здесь в Аткарске рынок есть.

А что, вариант. Рынки существовали в моём мире, и там действительно можно было найти очень и очень многое. Люди ведь идут туда продавать всё подряд. Кто знает, может, и лопухи кто‑то попродавать решил?

– Тогда я на рынок, – решительно заявил я.

– Слушай, он до шести, там сейчас и нет уже никого, наверное, – заявил друг.

– Зато если есть – то явно будут делать большие скидки, спешить всё допродать, – возразил я. – Ты со мной?

– Не, я запасные квартиры ищу, – лениво отозвался Гриша.

Кто бы сомневался. Прямо уже жду не дождусь момента, как он выйдет на работу. Пока что не представляю его отдельно от раскладушки, они уже так срослись.

Я накинул куртку, вышел из дома и отправился на рынок. Он оказался прямо недалеко от ДНС, где я покупал камеру в свой кабинет. Огороженная территория с рядами палаток и киосков. Центральный вход с металлическими воротами. Всё как надо.

Людей уже было не особо много, да и многие палатки были закрыты. Но всё‑таки некоторые торговцы ещё стояли со своим товаром, до победного.

Я прошёл мимо пожилых женщин, которые продавали мёд, яйца, варенье.

– Александр Александрович, здравствуйте! – внезапно обратилась ко мне одна из женщин. – Вы меня не узнали? Волкова, с вашего участка.

Точно, это же моя пациентка. Подбирал ей препараты от давления, ещё на той неделе.

– Здравствуйте, – улыбнулся я. – Сейчас давление не беспокоит?

– Нет, доктор, сейчас всё вообще замечательно! – бодро ответила она. – Лучше себя в жизни не чувствовала, спасибо вам! Вот, давайте я вам баночку мёда подарю!

Она начала протягивать мне небольшую банку с мёдом.

– Не нужно, спасибо, – вежливо улыбнулся я.

– Возьмите, это от чистого сердца! – упёрлась она. – Вы столько для меня сделали, я теперь вот снова торговать могу. Так что возьмите!

Она смешно нахмурила брови, словно если бы я не взял – начала бы ругаться. Я улыбнулся и всё‑таки принял подарок. Почему нет, натуральная сладость, и очень полезно для здоровья.

– Спасибо, – кивнул я. – А вы не знаете, кто‑нибудь продаёт травы? Мне нужен корень лопуха, цветки календулы и трава душицы.

– А зачем вам? – вмешалась её соседка, ещё одна пожилая женщина.

Хороший вопрос. Отнести ведьме – такой вариант ответа подойдёт?

– Друг попросил, – подумав пару секунд, ответил я.

– У Гали есть вроде, – пояснила та. – ГАЛЯ!

Ух, закричала громче, чем орал сегодня хозяин дома. У меня даже уши на секунду заложило.

– ЧЕГО⁈ – крикнула пожилая женщина со стойки напротив.

Нет, это просто невыносимо сейчас будет слушать тут.

– Спасибо, я сам к ней подойду, – поспешно сказал я и подошёл к Гале.

Однако моя Волкова и её подруга не захотели меня оставлять и подошли вслед за мной.

Стоящая напротив Галя явно удивилась такой внезапной процессии.

– Чегой‑то вы пришли? – прищурилась она.

– Мне нужен корень лопуха, цветки календулы и трава душицы, – снова повторил я. – У вас есть?

– А зачем тебе? – теперь уже она спросила.

Какие они все любопытные однако!

– Друг попросил, – повторил я свою отмазку. – Есть?

– Корня лопуха точно нет, да и не найдёшь ты его зимой, – отрезала она. – Но цветки календулы и трава душицы имеется. Я их с лета ещё припасла.

– Я готов их купить, – решительно сказал я.

– Все готовы, – протянула Галя. – Пятьсот рублей один мешочек!

– Ты чегой‑то, ополоумела на старости лет⁈ – накинулась на неё моя Волкова. – Откуда цены такие? Это доктор мой, он знаешь какой хороший! Быстро скинь цену раза в два!

– А я считаю, что она сама вправе решать, за сколько продавать, – заступилась вторая женщина за Галю. – Если твоему доктору очень надо, то пусть и платит! Можно ещё подороже взять!

Волкова упёрлась руками в бока и встала напротив своей подруги.

– Семёновна, ты меня не зли, – угрожающе сказала она. – А то больше в жизни моего варенья не допросишься!

– И ладно, оно у тебя всё равно горчило! – выдала Семёновна.

Ох, кажется, я случайно спровоцировал конфликт рыночного масштаба.

– Так, прекратите ругань, – строго сказал я. – Галина, я куплю у вас оба мешочка за вашу цену. Вы продавец, вы её и назначаете. А вы, – обратился к своей пациентке, – лучше берегите своё здоровье, а то с такими конфликтами снова давление начнёт повышаться. Всё!

Женщины понуро опустили головы. Я купил у Гали два мешочка, попрощался со всеми участниками этой сцены и поспешил с рынка. Правда, стоило мне отойти, они снова затеяли спор. Видимо, развлекаются так, других вариантов нет.

Раз травы были у меня, решил сразу занести их бабе Дуне. Так что направился прямиком к ней, в её обособленный домик.

Там, как обычно, было тепло и пахло травами. Баба Дуня аккуратно мешала что‑то в котелке, который висел над печкой. А ведь у неё даже плиты нет, она всё готовит на открытом огне. Необычно.

– Ещё травы мне принёс? – через плечо спросила баба Дуня, когда я сел на лавку.

– Да, – я достал из кармана два мешочка. – Трава душицы и цветки календулы. Эти купил на рынке.

– У Гали, небось, – хмыкнула баба Дуня. – Она ж с тебя втридорога денег взяла, думаю. Жадная, сил нет. И подлая. Сама у меня всё про травы узнала и теперь меня же ведьмой называет.

– Я не знал, – честно сказал я.

– Да тебе это и не нужно, – махнула баба Дуня рукой. – Главное, что травы всё равно нашёл. Остался корень лопуха. А пока помоги‑ка ты мне с дровами.

Неожиданно.

– С дровами? – переспросил я.

– Ну да, – хитро прищурилась баба Дуня. – Мне нужно дров наколоть на неделю. А ты как раз обещал мне по дому помочь.

Меня тянуло спросить, а кто же их колол ей раньше, но я чувствовал, что этого спрашивать не надо. Кивнул и вышел вместе с ней на улицу.

Она показала мне кучу брёвен, колоду для колки и топор.

– Двадцать штук мне наколи да в дом принеси, – распорядилась она и ушла назад в дом.

На улице темнело, и в доме баба Дуня зажгла керосиновую лампу. Я взял в руки топор. Кажется, тело Сани впервые в жизни держало такой инструмент.

Деревянная рукоять, острое лезвие. Так, поставил первое бревно, замахнулся, ударил. Топор застрял в бревне. Неправильно.

Достал, ударил ещё раз, сильнее. На этот раз расколол. А вот мышцы тут же заныли, это оказалось совсем непростым занятием. Но куда деваться.

Я работал около получаса, смеркалось, спина и руки горели огнём. Но я справился и наколол ровно столько, сколько нужно.

Затем перенёс всё в дом, сложил возле печки. Устало упал на лавку.

– Готово, – с трудом переводя дыхание, заявил я.

Баба Дуня кивнула и поставила передо мной кружку с какой‑то жидкостью.

– Пей, – велела она.

Пить мне и правда хотелось после такой работы, так что я осушил её в несколько глотков.

Горький, терпкий вкус. Жидкость разлилась теплом по всему телу, и я почувствовал, как усталость отступает. Руки перестали дрожать, спина болеть.

– Что это? – удивился я.

– Восстанавливающий отвар, – усмехнулась баба Дуня. – Рецепт простой, главное, в дозировках не ошибись. В равных долях зверобой, мята и шиповник. Залить кипятком, дать час настояться. Пить тёплым.

Первый рецепт, который я узнал от бабы Дуни. Обучение началось.

Она прошла к сундуку, достала небольшой мешочек.

– Держи, – протянула она мне. – Здесь уже готовая смесь, на первое время хватит. Только часто не увлекайся, меру знай.

– Спасибо, – я убрал мешочек в карман.

Баба Дуня села напротив меня и внимательно посмотрела мне в глаза.

– Правила ещё запомни сегодня, – серьёзно сказала она. – Раз уж я учить тебя буду. Травы – сила великая, природная. Не мешай их никогда, если в действии не уверен. Дозировки соблюдай точные. И главное – слушайся меня. Всё запомнил?

– Запомнил, – кивнул я.

– Тогда ступай домой, – заявила баба Дуня. – Завтра придёшь, продолжим.

– До завтра, – я встал и вышел из домика.

На улице уже стемнело, наступил вечер. Вот, теперь домой вернусь в привычное время суток. А то днём там совсем непривычно. Кто знает, за каким занятием ещё Гришу можно застать?

«Я в моменте, и пролетел который день я не заметил», – рядом со мной резко остановилась машина, из которой на всю улицу доносилась песня.

А затем из машины выглянуло знакомое лицо.

– Саня, здорово! – выкрикнул Чердак, перекрикивая музыку. – А я еду, думаю, ты или не ты. А это ты!

После победы над ним на той стрелке он, видимо, решил, что мы друзья.

– Добрый вечер, – сдержанно кивнул я. – Да, это я.

– А я и вижу! – радостно подтвердил Чердак. – Это, садись ко мне. Поедем одному докторишке зазнавшемуся рожу бить. Шарфиков, знаешь такого?

Да ладно, опять он⁈