Текст книги "Бывает и хуже?. Трилогия - Игорь Алмазов, Виктор Молотов (СИ)"
Автор книги: Игорь Алмазов
Соавторы: Виктор Молотов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 25 (всего у книги 50 страниц)
Глава 8
Вот это ситуация. Ни минуты покоя, даже в собственном кабинете!
Савинов схватился за щеку, а глаза его расширились от боли. В ладони он так и держал эту гайку и обломок собственного зуба.
– Что за… как это… – он еле выплёвывал слова и не мог договорить. – Конфеты… Как…
Я аккуратно забрал у него гайку и осмотрел. Обычная металлическая, около сантиметра в диаметре. Надо её сохранить.
Это явно не случайность. Ладно если бы гайка была в покупных конфетах, да даже в еде из столовой. Но тут кто‑то специально подсунул конфеты мне. Рассчитывая, что такой сладкоежка, как прошлый Саня, не посмотрит и откусит. Мне хотели навредить.
В который раз. Отравление бета‑блокаторами, надпись на двери, записка, теперь конфеты. А Савинов попал под раздачу случайно, просто потому что выхватил конфеты первым.
Интересно, а тут все они начинены? И как человек вообще это сделал?
Самое главное: я пока что так и не понял, за что мне мстят. Ну неужели до сих пор за Веру Кравцову? Вряд ли. Должно быть что‑то ещё.
– Агапов, – меня за рукав подёргал Савинов. – Ты чё молчишь?.. Откуда тут гайка⁈
– Наверное, с завода, – быстро придумал я. – Брак производства. Всякое бывает.
По крайней мере, из списка подозреваемых пока что можно исключить самого Савинова. Вряд ли он бы стал подбрасывать мне гайки, а потом сам же их и есть.
– Уроды, блин! – выругался невролог. – Я же зуб сломал!
– Нужно к стоматологу, – сказал я. – У нас он есть прямо в поликлинике. Пойдём к нему.
Савинов резко побледнел.
– Нет! – воскликнул он. – Не пойду я, нет‑нет‑нет.
А это ещё что за новости?
– В смысле, не пойдёшь? – удивился я. – У тебя зуб вообще‑то сломан.
– Ну, это ерунда, – Ярик смотрел куда‑то в сторону. – И не болит уже почти. Кровь, так это я щёку прикусил просто. А зуб… Ничего. Не страшно.
Что‑то он темнит.
– Ты что, стоматолога боишься? – прямо спросил я.
– Ну не то чтобы… – он всё ещё избегал смотреть мне в глаза. – Но можно как‑то без него.
Я заставил его открыть рот и осмотрел ротовую полость. Передний зуб был внушительно отколот, торчали острые края.
– Без него нельзя, – твёрдо сказал я. – Ты можешь травмировать губу и язык острым краем. Нужно срочно восстановить зуб.
В нашей поликлинике работал стоматологический кабинет, где оказывали помощь тоже по полису ОМС. Как я понял, кроме него по городу было ещё несколько платных стоматологов.
В поликлинике же трудились двое, посменно. Один в утреннюю смену, другой в вечернюю. Сам я с ними ещё не пересекался, их кабинет был в закутке на третьем этаже, а туда мне ходить не приходилось.
Быстро посмотрел по МИСу, кто там работает. Некий Измайлов Денис Сергеевич.
– Пойдём, я тебя провожу, – вздохнул я. – Хватит трусить.
– Не трушу я, – буркнул невролог. – Если ты со мной, то идём… Только рядом стой!
Детский сад. Ладно, зато познакомлюсь со стоматологом.
Мы вышли, я закрыл кабинет. Хотя смысла особо не было: в него и так, видимо, может зайти любой посторонний. После этого мы поднялись на третий этаж и прошли к кабинету стоматолога.
На адреналине подъём в этот раз прошёл почти безболезненно, хотя всё‑таки ингалятором я воспользовался разок.
Постучал в дверь, и мы вошли внутрь.
Кабинет был небольшим, но чистым. В центре стояло стоматологическое кресло, рядом тумба с инструментами, лампа, раковина. Запах был довольно приятный, мятный.
У окна стоял мужчина лет пятидесяти. Среднего роста, спортивного телосложения, с тёмными волосами и аккуратными усами. А ведь в этом мире усы далеко не в моде, я редко встречаю прохожих с усами. В моём мире это было куда более частым явлением.
– Здравствуйте, – поздоровался я. – Меня зовут Александр Александрович, я врач‑терапевт.
– Наслышан, хоть и не лично, – он улыбнулся. – Денис Сергеевич, можно просто Денис. А это ты привёл ко мне главного уклониста по зубным делам?
– Я не уклонист, – буркнул Савинов. – Просто я и сам справляюсь.
– У него зуб передний сломался, – пояснил я. – Об гайку. Там долгая история.
– Понял, – легко кивнул стоматолог. – Ярик, садись в кресло.
Савинов сделал такой вид, будто его к казни только что приговорили.
– Может, не надо? – жалобно спросил он.
– Надо, Ярик, надо, – твёрдо ответил Денис.
Савинов медленно, как на эшафот, подошёл к креслу, сел. Стоматолог отрегулировал высоту, откинул спинку.
– Повезло, у меня как раз записи с утра нет, – проговорил он. – Открывай рот.
Ярик неохотно подчинился и закрыл глаза. Стоматолог принялся осматривать зуб.
– Так, правый центральный резец, – прокомментировал он. – Скол коронки, примерно на треть. Пульпа не вскрыта, это хорошо. Нерв не задет. А то ты бы не так запел. Восстановить композитом могу прямо сейчас. Минут за сорок управимся.
– Сейчас⁈ – испугался Савинов.
Ну точно детский сад какой‑то.
– Ну да, – спокойно ответил стоматолог. – Обточим край, обработаем поверхность, нанесём адгезив, послойно восстановим коронку композитным материалом, отполируем. Стандартная процедура.
– Сань, останься, пожалуйста! – обратился ко мне Савинов.
Вообще не было никаких причин для этого, но посмотреть, как лечат зуб в этом мире, мне было интересно. Так что я кивнул.
Ярик успокоился, снова закрыл глаза и открыл рот.
– Так, сейчас сделаю анестезию, – проговорил стоматолог. – Укол почувствуешь, потом онемение. А через пару минут начну работу.
– Укол? – простонал Савинов.
– Ага, – Денис не дал тому больше возмущаться. Набрал анестетик в шприц и оттянул верхнюю губу Ярика. Невролог беспокойно вцепился в подлокотники кресла, зажмурился сильнее.
– Готово, – объявил стоматолог. – Теперь пару минут посиди, а я пока всё подготовлю.
– Ненавижу стоматологов, – горестно выдохнул Ярик.
Через несколько минут стоматолог всё подготовил и вновь сел рядом с Яриком.
– Чувствуешь что‑нибудь? – он прикоснулся зондом к десне.
– Нет, – удивлённо ответил невролог.
– Отлично, можем работать, – Денис Сергеевич включил бормашину, и Савинов вновь зажмурился.
Стоматолог принялся обтачивать края зуба. Я молча наблюдал за процессом, думая о своём.
В моём мире лечение зубов было совсем другим. Мы использовали прану, направляли её в зубы, восстанавливали повреждённые ткани. Стоматологов как таковых у нас и не было вовсе.
Конечно, при серьёзных разрушениях использовали и алхимические снадобья, но это тоже было безболезненно и быстро.
Здесь же это выглядело как варварство. Машинка в руках у стоматолога вполне могла бы стать орудием пыток. Хорошо хоть анестезия есть.
Через десять минут Денис Сергеевич закончил обтачивать край зуба.
– Теперь восстановим коронку, – объявил он. – Сначала адгезивная основа, затем послойно композит, формируя анатомическую структуру зуба.
– Аша, – просипел Ярик.
Стоматолог взял кисточку и тюбики и принялся что‑то наносить на зуб. Периодически он светил на зуб какой‑то лампой. Всё это выглядело довольно необычно.
Работал он точными движениями. Было видно, что стоматолог он хороший.
– Готово, – сказал Денис Сергеевич. – Осталось только отполировать.
Ещё пара минут – и готово. Он протянул Савинову небольшое зеркало.
– Ну как? – спросил он.
Ярик уставился на свой зуб. Тот выглядел целым, будто его и не ломали.
– Ого! – удивился он. – Потрясно.
– Композит – хорошая штука, – улыбнулся Денис Сергеевич. – Ещё два часа будет анестезия действовать, потом отойдёт. Если будет болеть – выпей Нимесулид. Но лучше постарайся обойтись без этого.
– А который час? – вдруг встрепенулся невролог.
– Половина девятого, – глянул я на часы.
– У меня же приём! – тот вскочил с кресла. – Спасибо, мне пора!
Он выбежал за дверь, не давая стоматологу даже ответить.
– Чудной он, – хмыкнул Денис Сергеевич вслед Ярику. Потом повернулся ко мне: – А ты не хочешь зубы проверить?
Я задумался. Они меня не беспокоили, но хорошо бы знать, всё ли там в порядке.
– Давайте, – кивнул я.
Денис Сергеевич убрал все инструменты, продезинфицировал место. И в кресло сел уже я.
– Так‑так, – начал он. – Старые пломбы на жевательных зубах держатся хорошо. Зубного камня нет. В принципе, всё неплохо.
Значит, у Сани всё‑таки были проблемы с зубами и он ставил пломбы. Что ж, по крайней мере свежих проблем с зубами он мне не оставил. И на том спасибо.
– Чистишь два раза в день? – строго спросил стоматолог.
– Конечно, – улыбнулся я.
За ротовой полостью я старался ухаживать тщательно. Любой кариес вредит не только зубам, но и внутренним органам и общему состоянию. Мне такого было не нужно.
– Ещё советую купить зубную нить, – сказал Денис Сергеевич. – Она хорошо прочищает межзубные промежутки.
– Понял, – взял я себе на заметку. – Спасибо.
– Ещё ополаскиватель для рта возьмите, по желанию, – добавил стоматолог.
Такие были и в моём мире. Мы использовали алхимические эликсиры с каплями праны. Здесь же предпочтение отдавали механической очистке, что необычно. Но я этот вопрос уже изучил.
– Спасибо, – ещё раз поблагодарил я.
Задерживаться у стоматолога больше не было смысла, и я вернулся в свой кабинет. Коробка конфет так и стояла на столе.
Самая обычная. Даже не заметил, была ли она открыта – Савинов действовал очень быстро. Обычная коробка, конфеты «Коркунов».
Кто это делает и зачем? Хотели, чтобы это я сломал зуб? Очень странные дела…
Зазвонил телефон, отвлекая меня от размышлений. Звонил водитель из социального такси оповестить, что они привезли Простову. Сопровождение по кабинетам входило в оплату такси, но я всё равно был нужен, чтобы проконтролировать процесс в рентген‑кабинете.
Объяснив, куда везти пациентку, я сбросил звонок. Коробку конфет пока убрал в ящик – тот самый третий секретный ящик Сани. К записке в придачу, потом разберусь.
А сам тоже направился в рентген‑кабинет. Возле него уже стоял мужчина, держащийся за ручки инвалидного кресла. В нём сидела Простова.
– Здравствуйте, доктор, – улыбнулась она мне. – Даже и не думала, что такая вещь существует, как бесплатное социальное такси! Меня и дома погрузили, и тут выгрузили. Помогают везде, отзывчивые такие!
– Да, повезло, что место нашлось, – ответил я. – Обычно такое такси расписано по минутам.
По‑прежнему не собирался ей говорить, что никакое оно не бесплатное. Я уже расплатился заранее. Бесплатное такси Власов так и не одобрил.
Оставив их в коридоре, я зашёл в рентген‑кабинет. И мне навстречу тут же вышел Колян.
– Саня, – криво улыбнулся он. – Снова пришёл деньги требовать?
Вот это формулировочка.
– Если ты про то, что я жду от тебя возвращение твоего же долга, то сейчас я не по этому поводу, – хмыкнул я. – Хотя те две тысячи тебе всё равно придётся вернуть. На следующей неделе аванс, и там‑то ты со мной и рассчитаешься.
– А сейчас ты чего припёрся? – буркнул он.
– Коленька! Кто там? – вдруг раздался женский голос из кабинета, расположенного рядом с рентгеном.
Оттуда медленно вышла пожилая женщина лет шестидесяти пяти. Седые волосы были убраны в строгий пучок, сама она была в белом халате. Врач?
– Это доктор, терапевт Агапов, Маргарита Семёновна, – тон Коляна резко поменялся на вежливый. – Вы не волнуйтесь!
– Добрый день, – поздоровался я. – Ко мне привезли пациентку, которой нужно оформление инвалидности по ревматоидному артриту. Надо бы сделать рентгены суставов.
– Здравствуй, – широко улыбнулась мне Маргарита Семёновна. – Мы лично не знакомы, я врач‑рентгенолог. А вот этот оболтус – мой сын, Коленька.
Вот это поворот! Я бросил быстрый взгляд на Коляна, который не знал, куда себя деть от смеси смущения и стыда.
– Мы знакомы, – коротко ответил я. – Так вот, пациентка не ходячая, её привезли на инвалидном кресле.
– Давай её сюда, всё сделаем, – кивнула Маргарита Семёновна. – Коленька, помоги молодому доктору!
Сама женщина важно удалилась в свой кабинет, где она и работала над описанием рентген‑снимков. Побледневший Колян повернулся ко мне.
– Не смей ничего говорить моей матери, – прошептал он.
– Это зависит только от тебя, Коленька, – пожал я плечами. – Вернёшь долг – тогда никто ничего не узнает.
Мы вошли за пациенткой, я помог переместить её в рентген‑кабинет. Сам пошёл искать Гурова, чтобы сразу после этого обеспечить ей осмотр хирурга.
Тот согласился сам спуститься в рентген‑кабинет, тем самым очень меня выручив. Сделал свой осмотр, и пациентка отправилась домой.
– Спасибо вам большое, – поблагодарила меня Простова после всего. – В жизни бы не подумала, что бывают такие заботливые доктора.
Водитель социального такси отправился с ней домой.
Я собрался к себе в кабинет, но меня внезапно остановил Гуров.
– Зайдите ко мне ненадолго, – попросил он.
Вместе мы поднялись в кабинет хирурга. Он попросил очередь подождать, а сам впустил меня в кабинет.
– Здравствуйте, доктор! – напротив хирурга сегодня сидела медсестра. Полная женщина с короткой стрижкой, лет сорока. – Я Галина, медсестра Бориса Юрьевича.
О, так его зовут Борис Юрьевич. Наконец‑то я узнал, что скрывается под «Б. Ю.»
– Здравствуйте, – кивнул я. – Терапевт, Александр Александрович.
– Знаю, – улыбнулась она.
Ну точно, Саню здесь все знают.
– Галочка – просто моё спасение, – усаживаясь за свой стол, сказал хирург. – Я так и не смог освоить все эти новомодные компьютеры. И у меня Галочка всё в них делает.
Ничего себе. Получается, медсестра хирурга и осмотры заполняет, и анализы выдаёт. И правда: золото, а не помощник.
– Хитрец вы, – улыбнулся я.
– А то ж, – гордо ответил Гуров. – Но я не для этого вас позвал. Вы мне скажите, что это за социальное такси такое было?
Изначально именно хирург и рассказал мне про социальное такси. Похоже, он знал, как оно должно было выглядеть на самом деле, и заподозрил что‑то не то.
– Платное, – признался я. – На мою заявку Власов отказал, нет бюджета. А у моей пациентки горели сроки для оформления инвалидности.
– Так я и думал, – покачал головой хирург. – Александр, с таким подходом вы очень быстро сгорите. Ну нельзя же тратить свои деньги на пациентов! Вспомните наш разговор.
Он имел в виду тот разговор ночью в ординаторской, про призвание и деньги.
– Это тут ни при чём, – возразил я. – Можно хотеть зарабатывать деньги и желать помочь пациентам. У меня не было другого выбора.
– Был, – строго заметил Борис Юрьевич. – Был выбор просто ждать, когда одобрят заявку. Но вы, доктор, сделали другой выбор.
– И не жалею, – просто ответил я.
Гуров хмыкнул, затем полез в ящик своего стола.
– Сколько стоило такси? – спросил он. – Давайте я скинусь?
– Благодарю, но не стоит, – покачал я головой. – Это моё решение, и я сам его оплатил.
– Интересно… – Борис Юрьевич выпрямился. – Занятный вы молодой человек.
Я пожал плечами. Как по мне – не было тут ничего занятного. Я не собирался брать деньги у хирурга за вызов социального такси для своей пациентки.
– Могу идти? – спросил я.
– Идите, – задумчиво кивнул тот.
Вышел из кабинета и вернулся к себе. Ох и бодрое же начало утра у меня выходит. Стоматолог, теперь Простова. А ведь старые проблемы в виде общего долга, отравителя и прочих хлопот тоже никуда не делись.
Успел включить компьютер и даже открыть МИС, как в дверь постучались. Прямо проходной двор какой‑то!
– Войдите! – крикнул я.
В этот раз зашла делегация из двух женщин в белых халатах. Одна из них оказалась Татьяной Александровной. Другая – незнакомая, невысокого роста, с короткими светлыми волосами и ярко‑накрашенными красными губами.
– Здравствуйте, доктор, – обратилась она ко мне. – Есть у вас минутка?
– Да, конечно, – я гадал, был ли знаком с ней Саня Агапов. Наверное, был, раз она не представляется.
Поискал глазами бейдж. «Старшая медсестра поликлиники, Климова Л. В.» Стоп, если она – старшая, то кто тогда Татьяна Александровна? Видимо, она занимает более низкую должность старшей медсестры по терапевтическому отделению.
– Дело в том, что к нам на работу устраивается новая медсестра, – начала Климова. – Молодая девушка, закончила колледж, поработала немного в Ртищево, но что‑то у неё там пошло не так.
– С молодым человеком она там рассталась, – неизвестно для чего заявила Татьяна Александровна. – Вот и сбежала она оттуда, сверкая пятками.
– Таня, не надо, – одёрнула её Климова. – Ну так вот, хочет работать у нас. Но для этого ей надо пройти стажировку, две недели отработать, чтобы понять, подходит ли она нам.
– И что от меня требуется? – уточнил я.
– Я решила, что раз вам дали самый сложный участок в городе, то вам точно нужна медсестра, – пояснила Климова. – Вообще медсестёр нет у нескольких врачей, но у вас пятый участок… Она вам необходима. И тем более для стажировки это отличный вариант. Если справится с вашим участком – справится со всем.
Это была потрясающая новость. Медсестры мне и правда не хватало очень сильно. Как бы облегчилась работа, повысилась эффективность! Учитывая то, что нагрузка на меня только росла – это было бы идеальным вариантом.
– А я против! – воскликнула Татьяна Александровна. – Медсестру надо дать другому терапевту. Агапов снова начнёт Ваньку валять.
– Тань, мы это обсуждали… – вздохнула Климова.
– И мы ни к чему не пришли! – стояла на своём Татьяна Александровна. – Люд, ну серьёзно. Агапов показал на корпоративе, что он из себя представляет. А ты хочешь дать ему молодую девушку, чтобы она тут же сбежала из нашей больницы? А ведь нам действительно не хватает медсестёр!
Никак она не успокоится с той историей, в которой прошлый Саня знатно накосячил. Её тоже можно понять, но мне уже это начинало надоедать.
– Тань, это моё решение, – уже строже сказала Климова.
– А ты подумала, что он с девочкой сделает⁈ – возмутилась Татьяна Александровна.
Ну уж совсем монстра из Сани решила сделать. Женщину из девочки сделаю, ага. Палку‑то не надо перегибать.
– Я ничего не собираюсь с ней делать, – холодно заявил я. – Вы и сами знаете, что на моём участке медсестра нужна. Работы тут много. И тот случай мы с вами уже разобрали. Если у вас ко мне остались личные претензии – это не значит, что должна страдать работа.
– Вот именно, – закивала Климова. – Тань, ну ведь последние недели про Агапова только хорошие отзывы слышны. Парень взялся за голову. Давай не будем всё портить.
Татьяна Александровна несколько секунд помолчала.
– Ладно, – наконец заявила она. – Но давай так: если во время стажировки от девочки появится хоть одна жалоба – то сразу переводим её на другой участок.
– Отлично, – выдохнула Климова. – Агапов, вы согласны?
– Согласен, – кивнул я.
Медсестра – это очень хорошо. Надо постараться найти с ней общий язык, для работы это станет большим преимуществом.
– Отлично, тогда пока что мы проведём ей общую экскурсию, а как вернётесь с вызовов – отправим её к вам, – подытожила Климова.
Они вдвоём встали, Татьяна Александровна кинула на меня ещё один предупреждающий взгляд, и они вышли из кабинета.
Я ещё немного поработал с документами – и настало время отправляться на вызовы.
В регистратуре меня поймала Виолетта.
– Александр Александрович, доброе утро, – улыбнулась она. – Вы не забыли?
– Доброе, про что? – голова была забита целым ворохом появившихся проблем.
– Как же… – растерялась она. – Про визит! Нас сегодня тётя ждёт.
Точно, Виолетта же вчера приглашала. И хотя сейчас это казалось совершенно не к месту, своё слово я привык держать. Раз обещал – пойдём.
– Не забыл, – кивнул я. – После работы отправимся навещать Графа и Адвоката.
– Думаю, они вас как родного полюбили, – смущённо сказала Виолетта. – Тогда до вечера!
Я переписал адреса у Ирины, которая с явным интересом следила за нашим разговором, и отправился на вызовы.
Сегодня их было шесть, и прошли они довольно спокойно. Никаких госпитализаций или необычных случаев не было.
В двенадцать вернулся в поликлинику, снова к себе в кабинет. Успел раздеться и снова открыть МИС, как дверь в кабинет открылась.
Вошла молодая девушка среднего роста, с длинными светло‑русыми волосами, собранными в хвост. Одета она была в белый халат, под которым виднелся забавный зелёный свитер с кошками.
Увидев меня, она широко распахнула глаза и застыла на пороге.
– Саша⁈ – удивлённо произнесла она.
Мы что, знакомы?
Глава 9
Медсестра смотрела на меня с удивлением и обидой. Видимо, мы и правда знакомы.
Саня, это что, очередной подарок от тебя? Да сколько можно‑то?
– Саша? – повторила она. – Ты что, даже не помнишь меня?
Разумеется, не помню. Я бы даже сказал – не знаю. Кто‑то из прошлого Сани, о котором я продолжаю узнавать новое.
– Если честно – нет, – ответил я. – Мы знакомы?
– Ну конечно! – с горечью отозвалась она. – Я Лена. Мы с тобой в ВК познакомились, в «Дайвинчике». Три года назад. Даже на свидание сходили, ты тогда в Саратове жил, в меде учился. Не помнишь?
На лице у Лены застыла смесь злости и обиды. Что‑то Саня накосячил. Но я понятия не имел, что там дальше пошло не так.
– А что потом? – осторожно уточнил я.
– А ничего, – развела она руками. – В чс меня кинул, и всё. Вот так, без объяснения причин. Хотя мы с тобой нормально погуляли вроде. Ты бы хоть сказал, что тебе не понравилось! Знаешь, как было обидно?
Представляю. Правда, не понимаю причин, по которым Саня так сделал. Девушка была очень симпатичной, явно не глупой. Что вот ему в голову взбрело?
Не везёт Лене на парней, видимо. Сначала я, то есть прошлый Саня. Теперь вот бывший парень в Ртищево. Бедолага.
– Мне жаль, – честно ответил я. – Честно говоря, я не помню, что тогда произошло. Молодой был, глупый. Испугался, что всё может дальше зайти, и дал заднюю. Прости.
– Но ты мог бы хоть написать, – вздохнула Лена.
– Знаю, просто в тот период проблем много навалилось, поэтому я так поступил, – ответил я. – Мне правда жаль.
Лена помолчала, изучая меня взглядом.
– Знаешь, я всё равно не уверена, что мы сможем работать вместе, – наконец сказала она. – Всё‑таки эта история будет постоянно стоять между нами. Наверное, я попрошу отправить меня к другому врачу.
Нет, этого я допустить не мог. Если Лена уйдёт к другому врачу – Татьяна Александровна утонет в собственном злорадстве. И мне точно больше никогда не дадут медсестру.
Лена – мой единственный шанс.
– Слушай, я понимаю, что тебе обидно за ту ситуацию, – проговорил я. – Но при чём тут работа? Это было несколько лет назад. И я извинился. Но сейчас мы можем просто работать вместе. Уверяю тебя, на новом рабочем месте не стоит начинать с того, что меняешь врача.
Девушка нерешительно закусила губу.
– Вообще‑то да, как‑то некрасиво, что я сразу же буду просить перевести меня, – протянула она. – И та ситуация правда давно была.
– К тому же мы не встречались, а была только одна прогулка, – добавил я. – Ну мало ли кто с кем гулял?
– Ладно, – наконец решилась она. – Давай попробуем. Я тебя, по крайней мере, знаю, и с тобой будет проще. Я с трудом схожусь с новыми людьми. Так что давай попробуем вместе работать, только отношения будут сугубо рабочими.
Я кивнул. Мне сейчас в принципе было не до каких‑либо отношений, кроме рабочих. Слишком много проблем требовали решения. Тут не до романтических прогулок и свиданий.
А вот медсестра очень нужна. Поэтому я был рад, что Лена согласилась.
– Сначала у тебя две недели стажировки? – уточнил я.
– Да, – кивнула девушка. – Оплачивать её будут, хоть и не в размере зарплаты. Если за две недели я вам подойду и мне тоже всё понравится – то оформят. Но работать сейчас всё равно надо полный день.
– Хорошо, – кивнул я. – Тогда давай начнём с экскурсии по кабинету.
Я показал ей шкаф, куда можно было повесить верхнюю одежду. Её стол, стул. Наконец‑то эта мебель пригодится!
После начал показывать документы. Повезло, что у Лены уже был опыт работы: она отработала участковой медсестрой в Ртищево полгода. Так что систему она знала, тем более программа была такой же.
Паспорт участка, журналы по ОМС, полицевой журнал. Далее журналы диспансерного наблюдения, диспансеризации.
– Документы не в самом лучшем виде, – деловито заметила она, листая паспорт участка.
– Меня перевели на этот участок совсем недавно, а до этого на нём не было врача десять лет, – честно сказал я. – Поэтому я восстанавливаю всю документацию до сих пор.
– Мне говорили, что пятый участок – самый сложный, – кивнула Лена. – Справимся. Конечно, так просто весь народ не обойти, но вдвоём дело пойдёт быстрее.
Это были очень хорошие слова. Наконец‑то у меня появился помощник, этого очень не хватало.
– Сегодня у нас приём с часу, ещё есть полчаса, – глянув на часы, сообщил я. – Давай проведу краткую экскурсию по самой поликлинике?
– Отлично, давай, – кивнула она. – Где главный корпус я уже знаю, но вот в самой поликлинике ещё не ориентируюсь.
Мы вышли из кабинета, я закрыл дверь на ключ. Всегда закрывал, так хоть какая‑то небольшая гарантия безопасности была. Очень мизерная, учитывая, что подкладывателю конфет дверь – не помеха.
Ломал голову, как объяснить всё это Лене. Что не надо брать никаких конфет с моего стола и не надо пугаться красной краски на дверях. Решил, что пока отложу разговор на потом. Конфеты уже были сегодня, вряд ли недоброжелатель в ближайшие дни выкинет ещё что‑то.
– Итак, мой кабинет на первом этаже, – начал я. – Если всё будет в порядке и сработаемся – надо будет и тебе сделать ключ. А пока бери если что в регистратуре, но дверь открытой не оставляй. Дальше на первом этаже кабинет флюорографии, регистратура, отделение профилактики и ещё некоторые кабинеты.
Лена внимательно смотрела по сторонам, стараясь всё запомнить.
В регистратуре из окошка нам помахала Виолетта, я помахал в ответ.
– В регистратуре обычно сидят главные сплетники поликлиники, – шёпотом сказала мне Лена, когда мы прошли дальше. – Не люблю я это место.
– Там всяких хватает, – честно ответил я. – Девушку, которая помахала рукой, зовут Виолетта. Можешь по вопросам к ней обращаться, она довольно милая.
– Принято, – кивнула Лена.
Мы перешли на второй этаж, я принялся показывать кабинеты там.
– С заведующей терапией ты уже знакома? – остановившись возле кабинета Лавровой, уточнил я.
– Нет, – качнула она головой. – Хотя надо бы.
Надеялся избежать этого знакомства. Но тут уж деваться некуда, их и правда надо было познакомить. Так что я постучал, и мы вошли внутрь.
Лаврова сидела в кабинете одна. Вообще пока ни разу не застал ни её медсестры, ни пациентов.
Заведующая пила неизменный кофе и ела огромный пончик с повидлом. Начинка смачно капала прямо на рабочий стол, но её это, видимо, не волновало.
– Добрый день, Тамара Петровна, – поздоровался я с Лавровой. – Пришёл познакомить вас с новой медсестрой, Леной. Она будет работать со мной, если стажировка пройдёт хорошо.
– Агапов, кхе‑кхе, – Тамара Петровна спешно проглотила кусок и закашлялась. Я терпеливо ждал, когда она приведёт себя в порядок.
В таких ситуациях ни в коем случае нельзя бить человека по спине, от этого он может только сильнее подавиться. Нужно дать ему прокашляться, предложить воды.
В случае, если это не помогает и обструкция верхних дыхательных путей сохраняется – применить приём Геймлиха. Руками оказать давление на нижнюю часть диафрагмы, что вытолкнет предмет, застрявший в трахее.
– Вам выделили медсестру? – прокашлявшись, спросила Лаврова.
– Да, я так и сказал, – кивнул я. – Вы же сами знаете, что у меня трудный участок.
– Ну да, – она отпила глоток кофе. – Меня зовут Тамара Петровна, я заведующая терапией. Можете подходить ко мне с вопросами, но не злоупотребляйте.
Великолепное знакомство. Лена нерешительно кивнула, не зная, что ответить.
– Не забудьте рассказать про ЕФАРМ и про все ваши проблемы на участке, – смерив меня взглядом, добавила Лаврова. – И не забудьте тот факт, что вы и сами на испытательном сроке.
– Разумеется, – усмехнулся я. – Как про такое забыть?
Мы вышли из кабинета, и Лена поёжилась.
– Заведующая у вас… строгая, – аккуратно подобрав слово, заявила она. – А почему ты тоже на испытательном сроке?
– Потом расскажу, – ответил я. – Идём дальше.
Показал ей рентген‑кабинет, процедурную. В процедурном кабинете снова дежурила Карелова.
– У нас новая медсестра! – широко улыбнулась она. – Как зовут?
– Лена, – представилась девушка.
– Я Татьяна Ивановна, процедурная медсестра, – улыбнулась женщина. – Кровь брать умеешь? У молодёжи нынче плохо с этим, боитесь вы в вену попадать.
– Честно говоря, я как раз из этой молодёжи, – покраснев, призналась Лена. – Мало практики было.
– Так не проблема, приходи, как будет время – научу, – легко сказала Татьяна Ивановна. – Вон у доктора своего можешь тренироваться брать, если он не против.
– Я не против, – кивнул. – Как раз кровь хотел проверить.
– Тогда на днях проведём тренировку, – улыбнулась Лена.
Мы вышли из процедурного кабинета и пошли дальше. Отлично, сделаю сам на себя направление, проверю все показатели. За здоровьем надо следить, пока самоисцеление работает на минимальном уровне.
Внезапно из кабинета вышел Шарфиков. С привычной самодовольной улыбкой на лице. Ох ну и противный тип, как Саня вообще с ним дружил?
– Пельмешек! – воскликнул он. – Здорова!
И ведь я говорил ему, чтобы больше не смел так меня называть. Может, прошлого Саню это и устраивало, но меня нет. Готов поклясться, сейчас он сделал это специально. Видит же, что со мной новенькая медсестра.
– За словами следи, – холодно ответил я. – Я Саша, а остальных можешь называть как угодно. Это Лена, новая медсестра.
– Стас, врач‑терапевт с самой обаятельной улыбкой по версии Аткарска 2025 года, – он протянул ей руку.
Лена посмотрела на его протянутую руку и не пожала её. Даже наоборот, демонстративно убрала руки в карманы.
Шарфикова это ни разу не смутило.
– Если понадобится помощь – сразу же обращайся, – продолжал он лыбиться. – Я мастер по экскурсиям, причём не только по больнице, но и по городу.
– У меня уже есть наставник, – ответила Лена. – Спасибо.
Как‑то он с первого взгляда ей не понравился. Что, в свою очередь, очень понравилось мне.
– Стас, – из кабинета, из которого только что вышел Шарфиков, выглянула Кристина. – Ты карточки принёс?
О, так вот с кем она сидит! Оказывается, самая противная медсестра всей поликлиники проводит время с самым противным терапевтом. Идеальное сочетание.
Дальше произошло ещё более неожиданное.
– Лена⁈ – воскликнула Кристина. Она резко улыбнулась, слишком широко, как‑то театрально. – Привет! Ты тут какими судьбами?
– Привет, – Лена улыбнулась, но мне показалось, что улыбка вышла довольно вымученной. – Я тут теперь работаю. С доктором Агаповым Александром Александровичем.
– С Агаповым, – курносая Кристина скользнула по мне взглядом. – На пятом, значит. Не повезло. Слушай, сто лет не виделись, но сейчас работы много. Поболтаем потом! Стас, надо спешить, скоро приём!
– Да, иду, – Шарфиков кивнул и побежал вниз по лестнице.
Кристина же снова зашла в кабинет.
