Текст книги "Безумный карнавал (СИ)"

Автор книги: Иар Эльтеррус

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 23 страниц)

Глава 13

Порой у Лори голова кругом шла, учитель буквально вбивал в него знания и умения, почти не давая отдыха. Кругозор деревенского парня расширился настолько, что слов для описания он не находил. Тысячи новых, незнакомых ранее понятий и концепций. Да он раньше и слов-то таких, как «концепция», не знал. А уж проклятая математика! Это вообще был какой-то кошмар. При этом парень понимал, что все это необходимо, если он хочет стать настоящим чародеем. Получить такого учителя, как Кейсав, было счастьем для любого одаренного. У другого учителя он бы за прошедшее с начала обучения время едва два-три линейных плетения освоил.

А ведь раньше Лори думал, что все чародеи – умные и талантливые, как Кейсав или мэтр Наорин из Келадана. Однако его учитель, когда парень высказал ему эту мысль, принялся непотребно ржать. А потом заставил ученика беседовать со всеми обычными чародеями, которых только смог найти. Святые боги, что они несли! Особенно поразила уверенность «мэтров», что помимо плетений ничего не существует, да и те можно использовать только старые, проверенные временем, не меняя в них ничего, невзирая на различные условия. На попытки доказать, что все иначе, на парня смотрели, как на последнего идиота и предлагали невежде не лезть в великое Искусство. В итоге Лори убедился, что все они большей частью зашоренные, мелкие людишки, уверенные при этом в собственном величии.

– Я давно ничего не пытаюсь доказать этим дуракам, – веселился при виде его вытянувшегося лица Кейсав. – Вот так, ученик, выглядят самодовольные невежды. И ладно бы все были такими, множество пластов знаний было утеряно из-за отсутствия образования, но ведь есть и чародеи из группы мэтра Дирхама, которые сами создали новую основу и разработали столько всего интересного, что им можно только поклониться. А другие ленятся, осваивают минимум, ведь им важны не знания, а возможность удобно устроить свою пятую точку. Последние и превращаются в невежд, которых я тебе показал. Запомни, ученик, в познании никогда нельзя останавливаться! Если ты остановился и успокоился, ты тут же начинаешь деградировать. Ясно?

– Да, учитель! – кивнул Лори.

– Сколько бы ты ни учился, все равно все никогда не узнаешь, – пристально посмотрел на него чародей. – И чем больше ты знаешь, тем сильнее тебе кажется, что ты почти ничего не знаешь. Такой вот парадокс. Главное, не задрать нос и не увериться в том, что ты выше всех, это гибель души, такой человек становится пустышкой. И способен очень много вреда принести окружающим, причем будучи искренне уверенным, что приносит пользу и поступает правильно.

– Я постараюсь не загордиться… – нахмурился ученик.

Ведь действительно, его учитель известен уже по всему Дэлоуэ, но остался таким же простым в общении, как раньше. Ни перед кем не расхаживает с задранным носом, как некоторые из чародеев, с которыми парень познакомился в последнее время – кое-где они были. И почти все строили из себя Шиннана знает что. Зачем? Трудно сказать, но строили, даже слова цедили через губу, говоря с обычными людьми. И никому не помогали без оплаты.

Еще до колик насмешило то, что когда при пожилых адептах Искусства упоминали Кейсава, они шипели и плевались от злости, проклиная наглого вычкочку, испортившего репутацию уважаемым мастерам Искусства. Неудивительно, на них теперь смотрели другими глазами – как на жадных сволочей, отказывающихся помогать людям даже за деньги. Ведь простые люди не понимали, что обычные чародеи просто не умеют делать того, что умеет Кейсав. А от них этого требовали, вот старые мэтры и шипели не хуже потревоженных змей. О каких комфорте и покое может идти речь, когда к тебе в любой момент могут обратиться богатые и влиятельные господа, потребовав сделать то, на что ты не способен в принципе? Объясняешь, что это невозможно, что никто такое не сделает, а тебе в ответ: «А вот мастер Кейсав…». Да чтоб этот проклятый Кейсав сквозь землю провалился! Надо же было так нагадить почтенным, ранее уважаемым мэтрам! Слов нет от обиды и возмущения.

– Смотри, Лори, теперь мы займемся объединением связок и линейных рунных цепочек, – продолжил урок чародей. – Это делается так…

Договорить он не успел, в голове каравана раздался какой-то шум, крики, скорее даже вопли, и звон мечей. На него явно кто-то напал.

– Ага, отлично! – потер руки Кейсав. – Вот тебе и практика. Пошли! Приготовь огненные плетения, которые я тебе показывал.

Лори стало немного не по себе, но он быстро взял себя в руки. Они с учителем бегом пронеслись мимо груженых телег и фургонов. Миновав караван, чародеи увидели, как охранники сражаются с целой кучей оборванцев. Им мгновенно стало ясно, что те долго не продержатся – разбойников было слишком много, больше полусотни.

– Работай, ученик! – приказал Кейсав.

– Да, учитель! – решительно кивнул Лори.

Он вытянул вперед руки, сформировал огненные плетения и активировал их. С растопыренных пальцев парня сорвались десять огненных шариков и с гулом, увеличиваясь по дороге, понеслись к разбойникам. Они облетали охранников и уверенно поражали оборванцев, превращая их в кучки белого пепла – первородное пламя жгло все, до чего дотрагивалось. Через несколько мгновение число нападающих уполовинилось.

– Колдуны-ы-ы!!! – взвыл предводитель разбойников, сразу понявший, что происходит, о том, как разбирались с их братией Кейсав с Сейлой, слышали по всему Дэлоуэ. – Бежи-и-им!!!

Он развернулся и ринулся прочь, отшвырнув кистень. Трудно сказать, на что разбойник надеялся, но это ему ничем не помогло – с рук Лори продолжали один за другим срываться шарики первородного пламени. И предводитель быстро разделил судьбу своих подельников. Жалеть разбойников ученик чародея не собирался – несколько дней назад они обнаружили останки другого каравана. То, что сотворили с ним, описанию не поддавалось. Ладно бы просто убили караванщиков, нет, перед смертью над беднягами страшно поизгалялись. Особенно незавидной была судьба женщин. Лори до тех пор и подумать не мог, что кто-то способен сотворить с живыми людьми такой ужас. И теперь, сжигая сделавших это, парень испытывал мрачное удовлетворение – подонки заслужили свою судьбу. Полностью заслужили!

Купеческие охранники и сам купец отступили в сторону, с восторгом и ужасом глядя, как совсем еще молодой, рослый светловолосый парень сжигает белыми огненными шарами знаменитую шайку Урма Доходяги, на которую им не повезло напороться. На вид крестьянин крестьянином, а вот поди ж ты! За ним стоял мужчина ненамного старше, и давал колдуну советы, из которых любому становилось ясно, что это тоже колдун. И, скорее всего, наставник.

– Повезло, что эти двое с нами ехали… – прохрипел Дарм, старший охранник, оглянувшись на старшего караванщика, дородного купца Ирхама.

– Повезло, – согласился тот. – Без них мы бы уже к вечеру на кольях корчились, развлекая людей Урма. – Надо отблагодарить. Долг жизни – он такой, с ним лучше не шутить. Мало ли когда и что понадобится…

– Это точно, – кивнул охранник. – Мы с парнями все скинемся.

Между тем блондин закончил разбираться с разбойниками – не ушел ни один – и направился к купцу.

– Здравствуйте, уважаемый! – наклонил он голову. – Позвольте представиться, Лориган, ученик Кейсава.

– Самого мастера Кейсава⁈ – вытаращились на него Ирхам с Дармом.

– Да. Есть ли раненые?

– Есть! Эй, мужики, несите раненых!

– Если очень тяжелые, я не вытяну, – предупредил Лориган. – Я всего лишь ученик, далеко не все еще умею. Но что смогу, сделаю.

Охранники споро принесли раненых и уложили их на траву у обочины тракта. Ученик чародея отряхнул руки и принялся за дело. Ему пришлось обойтись малым исцелением, порой накладывая его по два-три раза на одного человека – средним он еще не овладел, слишком сложно, не говоря уже о большом. Однако повезло, никто не умер, Лори даже затянул охранникам особо опасные раны, однако предупредил, чтобы не перенапрягались и отлежались по несколько дней. Двоим он смог помочь только частично, но сильно облегчил выздоровление. По крайней мере, заражения крови можно было не опасаться.

– Это все, что я могу… – вытер пот со лба парень. – Кого не долечил, пусть отлеживаются, черной гнили не будет, чистыми тряпицами с подорожником пусть поджившие раны завязывают, а дня через два промывать начинают.

– А ваш товарищ? – покосился на невозмутимого Кейсава Дарм.

– Он не может лечить вообще, – развел руками Лори. – Ладно, пойдем мы на свой воз, надо отдохнуть, устал я.

– Погодите, господин! – всполошился Ирхам, протягивая туго набитый кошель. – Примите благодарность от всего каравана! – Он успел пробежаться по своим коллегам и собрал деньги, никто не пожадничал, все понимали, что сотворили бы с ними ублюдки Урма, даже охранники раскошелились. – Прошу, возьмите! Мы от чистого сердца благодарим!

Ученик чародея со вздохом принял кошель – не хотелось этого делать, но учитель негромко сказал ему на ухо, что не стоит обижать людей. Они действительно хотят всего лишь отплатить за спасение. Все в караване понимают, что без помощи Лори головорезы Урхо уже забавлялись бы с ними – видели останки другого каравана. Задача чародеев – помогать людям. А если их хотят за это отблагодарить, то следует принимать благодарность.

Попрощавшись с купцом, чародеи вернулись на свой воз. Лори настолько устал, что с трудом заставил себя съесть солонины с сухарями – ничего не лезло в глотку, разве что воды напился с удовольствием. Однако, как выяснилось на привале, а караван, отъехав от места побоища на несколько миль, встал на привал, это касалось только невкусной и жесткой солонины. Поскольку когда им с Кейсавом принесли жареного зайца, еще горячего, чародеи съели его с наслаждением. Горячее мясо пошло на ура, как и ягоды, собранные детьми караванщиков. Почти каждый хотел чем-то порадовать спасшего их от страшной участи человека.

– А говорят, что люди неблагодарные… – усмехнулся Кейсав, приняв очередное подношение, горячие ячменные лепешки. – Ты видишь перед собой пример обратного.

– Да, вижу, – кивнул Лори, до которого наконец дошло, что он недавно убил несколько десятков человек, и парню стало плохо.

Отбежав к ближайшим кустам, он расстался со всем съеденным. Учитель, похмыкивая, с иронией смотрел на него. Похоже, ученик его – немного тугодум, только сейчас осознал, что сделал. Но ничего страшного, придет в себя. Поймет, что ценность человеческой жизни зависит от того, каков человек. И того, кто насилует, грабит и убивает других, жалеть нельзя. Жалость к такому – жестокость по отношению к его жертвам. И это надо очень четко объяснить ученику так, чтобы он понял.

Решив прогуляться, Кейсав, оставив Лори отдыхать, прошелся по стоянке каравана, незаметно прислушиваясь к разговорам. Ценность слухов, конечно, была преувеличена, они редко говорят правду, но в основе даже самого дикого слуха лежит что-то случившееся в реальности. Именно благодаря слухам чародей не раз находил пособников жрецов, которые потом никак не могли понять, почему их заподозрили и взяли за жабры. Довольно долго ничего интересного не попадалось, пока возле одного из костров на краю стоянки он не услышал слово «Наэрта» и остановился, спрятавшись за деревом.

– Мне Коймар-плотник сказывал, что его свояк с караваном в Наэрту хаживал! – захлебываясь, вещал одноглазый, лысый мужичонка с жидкой козлиной бородой. – Так тама такое видал, что и сказке не услыхать! Замок огроменный, черный, о пяти башнях. Госпожа там суровая! Коли чего не по ней, гонит человека без жалости. Тама не поленишься! А коли работаешь, что все тебе – и домина здоровенный за так, и земля, и семена, и анструмент. Токо паши! Я вот думаю туды податься, Коймару верю, он брехать не станет.

– Это коли ему не сбрехали, – возразил хмурый пожилой возница, кряжистый, с пудовыми кулаками. – Не верю, чтоб владетели простому человеку чегой-то за так давали.

– Так мастер Кейсав чародей, он и людей за так лечит, – напомнил мужичонка. – И не он один. Седня вон мастер Лориган нас усех спас, а потом раненых полечил. Ничо не попросил! Сам купец деньги пошел для него собирать. Мы лепешки ему на воз передали. Низя быть неблагодарным!

– Я туесок меду отнес, – кивнул кряжистый. – Тута ты прав, коли тебя спасли, поблагодари спасителя хоть чем. Может, и правду твой Коймар говорил. Мне сказывали, что мастер Кейсав в Таламаре от Совета Мастеров потребовал пенсии вдовам платить. И платят! Точно знаю. У меня братан тама погиб, так жонка его аж пять серебряных в месяц за его имеет. А чего еще в Наэрте свояк твоего плотника видал?

– Да девку благородную по воздуху принесло! Свояк Коймара баял, что сам это видал. Госпожа Сейла ее в ученицы взяла. А потом еще трех приняла, двух пацанов, братьев, и девку из Таламара. Один из пацанов из шайки самого Кейгола, который баронских прислужников грабит и людям простым добро раздает, ты про него точно слыхал.

– Да кто ж про него не слыхал-то? С его шайки, говоришь? А как звали?

– Рол, сын Лахора, – ответил мужичонка. – Наследник прежнего барона, которого Зуко убил, когда баронство захватывал. Баронет, а с простыми людьми жил и с дружинниками дрался, лучник отличный.

– И про Рола я слыхал, – кивнул кряжистый, – баяли, один из лучших бойцов Кейгола. Но что он баронет Лонгарский не знал. Все, кто встречал его, хорошо отзывались, мол, парень душевный, завсегда поможет.

– Мне про то не ведомо. Про брата Рола, Ирлина, знаю токо, что жил у фермера якого-то в бывшей вольной деревне. Девка, что прилетела, из Лэра, бывшая невеста аж самого герцога! А вторая, таламарская, младшая дочь мастера-артефактора. Имя не помню.

Услышав этот разговор, Кейсав удовлетворенно улыбнулся – судя по всему, ритуал сработал, как надо, и в Наэрту пришли ученики. Целых четверо! Правда невеста герцога несколько насторожила, но это, в конце концов, неважно. Интересно, каких сил они адепты? Ведь ритуал должен был притянуть именно адептов, а не обычных чародеев. Однозначно должен быть адепт Ночи, адепт Сумерек, адепт Звезд и адепт Затмения.

Больше ничего интересного из разговоров караванщиков выяснить не удалось. Разве только то, что Зуко по-прежнему нанимает отморозков со всего Дэлоуэ, они стекаются в Лонгарское баронство сотнями, если не тысячами. Откуда только бесноватый барон столько денег взял? Но это ему не поможет, чародейские ловушки на входе в долину Кейсав установил такие, что любое войско погубят, а другого способа проникнуть в нее нет. С моря не подойти, там сплошной барьерный риф. Через высокие скалы могут перебраться единицы, они особой роли не сыграют. А если их попытается преодолеть чародей, то получит в подарок очень неприятный сюрприз. Хотя, если за дело возьмутся жрецы, неприятностей они смогут доставить немало. Не прорвутся, конечно, в замок, но деревни порушат. Он понадеялся, что Сейла не дремлет. Обо всех подобных слухах ей должны докладывать. Главное, чтобы жена не пропустила важные известия мимо ушей, увлекшись чем-нибудь. С ней такое бывает.

Если бы не проклятый следящий конструкт жрецов, он бы уже к вечеру был в Зерте. Кейсав тяжело вздохнул – придется терпеть, жизнь сына важнее собственных удобств. Надежда найти и выручить его все еще не оставляла чародея. Что ж, он приложит для этого все свои силы и умения. А если не выйдет? О таком исходе не хотелось думать, но умом Кейсав понимал, что он вполне возможен. Бывает, что дети гибнут. Это горе, конечно, но надо жить дальше. А жрецы, если это случится, заплатят ему страшную, кровавую цену.

* * *

Покосившись на вертящегося Ирлина, которому математика не нравилась от слова «совсем», Рол продолжил записывать лекцию мэтра Нахара, стараясь понять, о чем тот говорит. Почти все понял, надо будет после урока подойти к преподавателю и задать пару-тройку вопросов – нельзя оставлять что-либо не понятым, в Искусстве это обязательно аукнется. А потом придется переговорить с братом, который учился спустя рукава. Неужели не понимает, как им повезло стать учениками великих чародеев? Видимо, не понимает.

Преподаватель охотно ответил на вопросы Рола, причем ответил, разжевав все мелочи таким образом, что парень сразу все понял. Ничего сложного, оказывается! У него сразу возникло пару идей, как применить изученные сегодня преобразования. Это же облегчит работу со связками вдвое, если не втрое! Главное, правильно подставлять значения в выведенную формулу.

Покосившись на девушек, Рол хмыкнул про себя – найти общий язык с этими двумя скромницами пока не получалось. Обратишься к ним, тут же глаза в пол, тихий голос – примерные девочки из хороших семей, и все тебе тут. Никак не удается столкнуть их с этой позиции, словно не понимают, что они все тут – соратники, которым не раз придется сражаться спиной к спине. Даже Сейла не может справиться с ученицами. Закрылись со всех сторон, выставили колючки и никого к себе не подпускают. Даже между собой почти не общаются. Нехорошо это, но что делать парень не знал.

Впрочем, даргал с ними, в конце концов. Брата надо в первую очередь убедить взять себя в руки и начать учиться по-настоящему.

– Ирлин, надо поговорить, – ухватил Рол за локоть мальчишку, собиравшегося улизнуть к новым приятелям, а он успел сдружиться с учениками кузнеца, плотника и писаря. – Это важно.

– Ну, ладно… – скривился тот.

Они вышли во двор замка и сели под навесом летней кухни, взяв у кухарки по кружке прохладного морса. В Наэрте братьям очень нравилось, порядки здесь не походили на порядки в других владетельских замках почти ни в чем. К обычным людям относились с уважением, если человек того заслуживал. Зато лентяев и скандалистов гнали безжалостно.

– Ирлин, – Рол поставил кружку на стол. – Извини, но я заметил, что ты не хочешь учить математику, увиливаешь от этого любыми способами, на уроках вертишься и не слушаешь мэтра. Почему?

– Мне скучно… – надулся мальчишка.

– Может ты не понимаешь, зачем она нужна?

– Да, не понимаю! Кому и зачем нужны эти тупые значки и их преобразования⁈

– Ясно, – вздохнул Рол. – Сейчас объясню. И даже покажу. Смотри, вот ледяные шары и сосульки которые мы способны создавать линейными плетениями. Ты это уже умеешь.

Над его ладонью завис игольчатый ледяной шар.

– Да! – гордо вскинул подбородок Ирлин, делая такой же шар, только поменьше. – Тут ничего сложного нет. Но как наши игры связаны с этой скукотищей?

– Сейчас узнаешь, – усмехнулся парень, затем создал сложную ледяную конструкцию, модель Наэрты, причем уже не линейным плетением, а довольно сложной связкой, включающей в себя целых восемь плетений, рассчитав связи между ними по формулам, данным мэтром Нахаром.

– Нравится? – с хитринкой спросил Рол.

– Ух ты! – загорелись глаза Ирлина. – Красотища!

– Сделай то же самое.

– Щас попробую…

Мальчик начал экспериментировать, создавая различные ледяные шары и прямоугольники, постепенно усложняя их, но не сумел сделать ничего сложнее простых геометрических фигур. Он пытался раз за разом, но ничего не получалось. Наконец Ирлин растерянно посмотрел на старшего брата и растерянно спросил:

– Как?

– Сейчас покажу, – улыбнулся Рол. – Перейди на чародейское зрение, ты это можешь.

Мальчик кивнул и расфокусировал зрение, он не слишком это любил, глаза потом побаливали, но действительно уже умел. Старший брат продолжал держать в воздухе ледяную модель Наэрты. Перед глазами Ирлина возникла сложная схема из пересекающихся и странным образом связанных линейных плетений, а он пользовался только ими, связки были ему абсолютно непонятны.

– Видишь? – спросил Рол. – Простыми плетениями ты ничего подобного не создашь, это невозможно. Я еще несколько дней назад не мог оперировать связками, не понимал, как. Наставница объяснила, когда я подошел к ней с вопросами, что нужно просчитывать связи между плетениями, каждое из которых отвечает за что-то свое, именно их заранее рассчитанное объединение и называется связкой. А рассчитать связи ты без математики не сумеешь. Госпожа Сейла рассказала, что именно из-за игнорирования изучения математики чародейство стало настолько убогим, как сейчас. В древности учителя учили всему, что нужно, но ученики, как ты сейчас, пропускали их слова мимо ушей, в итоге оставшись невеждами. Нынешние чародеи почти все думают, что существуют только линейные плетения, причем считают, что их надо просто заучивать и не сметь изменять. О связках и конструктах они даже не подозревают! Ты хочешь стать похожим на этих убогих?

Ирлин растерянно смотрел на брата, постепенно бледнея. Уж кем-кем, а глупым невеждой он становиться не хотел. Это что же выходит, скучная математика настолько важна? Мамочки! Кто бы мог подумать? Уж точно не он. Но доказательства, приведенные Ролом, оказались непробиваемыми – он действительно не смог создать ничего подобного модели Наэрты. Просто не смог! Плетения, как выяснилось, на это не способны. Только связки, а их, получается, без всех этих преобразований и расчетов не создать. Но Ирлин просто не понимает всю эту заумь! И что делать?

– Помоги разобраться, пожалуйства… – жалобно попросил мальчик. – Я просто не понимаю всего этого…

– Помогу, – кивнул Рол.

– Я тоже могу помочь, – раздался позади них голос Миррилл, которая, оказывается, слышала их разговор, сидя за соседним столом и тоже попивая прохладный морс, в жару самое то. – Меня еще дома отец математическим расчетам учил, потому все, что мэтр Нахар нам преподает, мне легко дается. Тебе, Ирлин, срочно надо догонять остальных, вскоре он начнет давать логарифмы и интегралы, а не простые и понятные квадратные уравнения.

– Мне тоже надо догонять, – неожиданно заговорила незаметно подошедшая Элия, – я тоже почти ничего не понимаю в математике. Меня этому не учили, только простым арифметическим расчетам, для ведения домашнего хозяйства этого достаточно. Спасибо за объяснения, кстати, я никак не могла понять, почему у меня не получаются связки, только линейные плетения.

– Тогда давайте запишем, что вы поняли и знаете, а что нет, – достал из сумки блокнот и пишущий стержень Рол, в Таламаре уже лет двести продавали такие, они, правда, пачкали пальцы, зато не требовались перо и чернила. – Надо выяснить, какие темы вам двоим разъяснять.

Ученики переглянулись и начали надиктовывать Ролу непонятные темы. Их предстояло разобрать по косточкам – каждый теперь понимал зачем это нужно и чего следует добиться. Они, в конце концов, учатся в Наэрте у великой чародейки Сейлы. Надо соответствовать.