Текст книги "Безумный карнавал (СИ)"

Автор книги: Иар Эльтеррус

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 23 страниц)

Глава 10

Первые же уроки у новых учеников показали Сейле, что они не понимают элементарных вещей, которые сейчас казались ей естественными, как воздух. Что сложного в объединении плетений в связку? Чародейка делала это интуитивно, но все же вспомнила, как преодолевала этот барьер сама. Только после этого до нее дошло, что без будущего мужа она бы его никогда не преодолела – Кейсав месяца два мучился, прежде чем Сейла осознала, что даже плетение может быть не только линейным. Требовались математика, геометрия и многие другие предметы, чтобы научиться оперировать сложными абстрактными понятиями, необходимыми для сложного чародейства. А для этого нужны учителя, хорошие учителя. Говорят, их можно нанять в Таламаре. Придется озаботиться этим и сегодня же написать в Совет Мастеров.

– Госпожа! – Байра, постучав, вошел в гостиную, где Сейла отдыхала после уроков. – Еще один караван большой пришел. С ним Совет прислал десятка полтора одаренных детишек. Господин Кейсав просил таких к нам присылать. Токо они маленькие совсем, никого старше пяти нет.

– И что мне с ними делать? – растерялась чародейка, муж ничего об этом не говорил.

– Так господин приют таламарский под свою руку взял, там тоже одаренные малые есть, – напомнил старый воевода. – Его в Надвратной башне разместили. Надо позвать Кхару, она там главная. Пусть принимает новых воспитанников.

– Зови! – обрадовалась Сейла.

Минут через двадцать в гостиной появилась добротно, но просто одетая хмурая женщина лет тридцати пяти на вид. Она выглядела усталой и задерганной. И растерянной, явно не понимая, зачем ее позвали.

– Приветствую вас, почтеннейшая! – низко поклонилась хозяйке замка Кхара.

– И вам здравствовать, уважаемая! – улыбнулась ей Сейла. – Байра говорит, что детишек новых привезли. Десятка полтора.

– Да куда ж мне еще… – изменилась в лице воспитательница. – Я ж одна! Меня и на тех, что есть, едва хватает! Почти не сплю, сил уже никаких нет…

– Значит, вам помощницы нужны, – прищурилась чародейка. – Пойдем, поищем среди новоприбывших, там должны найтись одинокие женщины, способные работать с детьми. Да и школу надо организовывать, раз уж одаренные дети в замке появились. Учителей в Таламаре поищем.

– Благодарствую, госпожа! – с явным облегчением снова поклонилась Кхара. – Помощницы мне ой как понадобятся, зашиваюсь просто.

– Надо было сразу мне сообщить, давно бы нашли, – укоризненно покачала головой Сейла. – Вы что, и готовите малышам сами?

– А то кто ж? – пожала плечами воспитательница.

– Так замковая кухня же есть!

– Мне тама сказали, что не обязаны нахлебников кормить. Спасибочки, что крупы и молоко кладовщик выдает, токо бухтит.

– Это кто у нас на кухне такой умный завелся? – изумилась Сейла. – Байра, выясните, пожалуйста, и настучите идиоту по шее, чтобы не брал на себя слишком много. Мы приют содержим, значит и кормить детей нам. Передайте кухонным работникам, что я ими очень недовольна!

Воевода спрятал улыбку в усы. Недовольство госпожи Сейлы, чье невероятное чародейство не раз видели обитатели замка и долины, будет для кухарей с помощниками пострашнее порки. Да он и сам хорош, не проследил, чтобы приюту нормально жилось. А господин ведь просил позаботиться о нем! Придется взять этот вопрос под свой контроль. Некоторые слуги, похоже, совсем обнаглели, надо будет поставить их на место.

Караван, пришедший этим утром в Наэрту, оказался огромным. Его охраняло целых три наемных отряда, только благодаря этому ему удалось пройти через баронские земли. Дружинники Зуко шли рядом и надрывно вопили, требуя немедленно сдаться на милость их господина и грязно оскорбляя. Их отгоняли лучники, подходить близко после потери трех подельников трусливые скоты опасались. Но, судя по их поведению, терпение бесноватого барона на исходе, и вскоре можно ожидать нападения на долину. Он в исступление приходит из-за того, что такие богатства проходят мимо его вороватых рук.

Отсеяв семьи, которые отправили на расселение по новым деревням, Сейла подошла к одиночкам и поинтересовалась, работал ли кто-нибудь из них с детьми и согласен ли снова заняться этим.

– Я служил учителем в школе городка Майтох возле Нариона, – ступил вперед кряжистый мужчина средних лет. – Грамотности и тому-сему малых обучал, пока барон наш школу не закрыл. Зовут Рамохом, сыном Дойта.

– Отлично! – обрадовалась Сейла. – Согласны здесь заняться тем же? Учить детишек грамотности и прочему самому необходимому.

– Чего бы мне быть против? – пожал плечами учитель. – Дело знакомое и привычное. Токо мне жить где-то надо.

– Выделим покои недалеко от помещений школы, она в Надвратной башне замка располагаться будет, там же и приют, – заверила чародейка. – Оплата полста золотых в год. Устроит?

– Конечно! – полезли на лоб от озвученной суммы глаза учителя, в родном городе он не заработал бы столько и за десять лет. – Все силы приложу, почтеннейшая, чтобы вбить в пустые головы грамотность!

– Нам понадобятся еще учителя математики и геометрии, – озабоченно произнесла Сейла. – Они должны преподаваться в школе Наэрты усиленно, одаренным они очень понадобятся. Да и не только им.

– Могу написать знакомым коллегам из Лэра и Таламара, они подскажут, кого можно предложить, – оживился Рамох, возможность помочь кое-кому из старых друзей дорогого стоила.

– Но это должны быть профессионалы, хорошо умеющие объяснять и учить, особенно тем, кто еще ничего не знает, – предупредила чародейка. – Помимо детей им придется преподавать математику взрослым, особенно моим ученикам. Я сегодня убедилась, что они в ней ничего не понимают, а без понимания математических преобразований Искусство как следует не освоить.

– Есть один хороший математик, преподававший в Олантанском университете, но он очень болен. Если вы пообещаете его вылечить, то он с радостью приедет.

– Вылечу, конечно. Напишите ему, пожалуйста, и отправьте письмо с замковой кайрой, скажете служителю птичника, что я приказала. Да и остальным вашим коллегам тоже отправляйте послания с кайрами, это будет намного быстрее, чем через почтовую службу. Письма сегодня же дойдут, а не через три-четыре месяца.

Сейла нашла взглядом кастеляна замка, жизнерадостного толстяка Олиеса, и попросила его позаботиться об учителе и найти помещение для школы неподалеку от приюта. После чего посмотрела на одинаких женщин в возрасте, их прибыло с караваном десятка три, и спросила:

– Кто согласен работать в приюте с детьми?

Вызвались все, но столько работниц Кхаре было не нужно, она отобрала десять самых спокойных и терпеливых, плюс двух поварих. После чего увела их, забрав также привезенных детишек.

– Почтеннейшая, простите… – осмелился подойти к Сейле худой старик. – А вам случайно библиотекарь не нужен? Я всю жизнь работал с книгами… А когда стал стар, владетель меня просто выгнал…

– Библиотекарь? – обрадовалась чародейка. – Конечно нужен! Вы умеете составлять каталоги? А то у нас огромное число еще не каталогизированных книг. Искать что-либо нужное среди них приходится очень долго.

– Умею, конечно, – воодушевленно закивал старик, он ведь ни на что не надеялся, думал его сразу погонят прочь. – Меня Утхаром из Гитара зовут. Готов приступить к работе немедленно!

– Завтра, – отмахнулась Сейла. – Кастелян, поселите уважаемого мэтра недалеко от библиотеки. Я сейчас вас немного подлечу, здоровье у вас, вижу, не очень, устроитесь, отдохнете, а завтра с утра приступите.

Она быстро просканировала библиотекаря, он действительно на ладан дышал, и применила среднее исцеление, добавив старику лет двадцать жизни. Он на глазах ожил и принялся поедать госпожу глазами, явно считая себя обязанным отработать такую милость.

Остальных одиноких женщин направили на замковую кухню, а мужчин в распоряжение главного старосты – работ в долине хватало, людей становилось все больше, и их требовалось обслуживать. Требовались дворники, плотники, помощники кастеляна, амбарщика и многие другие. В Наэрте принимали всех, но присматривались к новым поселенцам. Как себя проявят, так к ним и относились. И лентяев нещадно гнали – не хочешь работать, так иди себе куда хочешь, задаром кормить тебя никто не станет. Как ни удивительно, таковых почти не находилось, люди, получившие надежду на сытую жизнь, рвали жилы, лишь бы ими остались довольны.

Еще с десяток молодых девушек Сейла отобрала в горничные, замок был огромен. И хотя, в основном, уборка производилась бытовыми конструктами Древних, работа находилась для всех.

Вечером в Совет Мастеров Таламара пришло письмо от Сейлы с просьбой подобрать трех-четырех хороших учителей по нескольким предметах, в благодарность чародейка пообещала зачаровать несколько амбаров, чтобы в них не появлялось грызунов и вредителей. Сделка была очень выгодной, и на следующий день четыре учителя получили предложение, от которого не смогли отказаться – такого жалования не предлагал им еще никто.

Коллеги Рамоха были до крайности изумлены, когда к ним прилетели кайры, прочитали послания и тут же начали собираться в дорогу. Условия учителям предложили царские. Точно так же поступил бывший преподаватель Олантанского университета, тихо умиравший в своем небольшом домике на окраине города. Шансов на выздоровление он имел и прекрасно понимал это. Денег на услуги чародея тоже. Поэтому обещание Сейлы вылечить стало для старого математика надеждой на жизнь. Забегая вперед, можно сказать, что это решение чародейки позволило чародейской школе Наэрты выйти на новый уровень, недостижимый для жрецов Шиннаны, считавших математику всего лишь способом счета. Мэтр Нахар сумел научить ее выпускников нестандартному мышлению, благодаря чему молодые чародеи находили такие выходы в разных ситуациях, что оставалось только удивляться.

* * *

В Дэлоуэ что-то происходило что-то непонятное, неявное, но при этом влияющее на жизнь всех населенных людьми и не только людьми земель. Это ощущалось даже в таком медвежьем углу, как Степное Заречье. С каждым днем все больше караванов проходило через деревню, отчего трактирщик, дядюшка Никад, был крайне доволен – караванщики щедро платили за еду и напитки. Да и остальные деревенские жители радовались – у них выкупали все, что они вырастили, от мяса до зерна, причем платили намного больше, чем перекупщики. Последние оказались единственными недовольными, но их недовольство никого не интересовало.

Однако работы крестьянам тоже прибавилось. Впрочем, это не огорчало, хотя уставали люди сильно. Зато теперь даже самые бедные батраки почти каждый день могли позволить себе пару кружек эля в трактире Никада. О голоде в деревне и вовсе забыли, особенно учитывая невероятно расплодившихся зайцев. Зайчатину уже видеть никто не мог, так она надоела. Ведь ее подавали на стол каждый день – вареную, жареную, печеную и пареную. Росло все на полях в последние годы тоже так, что оставалось только удивляться, дождей хватало. Засухи давно не было, поэтому старики опасались, что когда она случится, то окажется страшной. Поэтому многие семьи засыпали в амбары чуть ли вдвое больше зерна, чем обычно – мало ли что. Не хотелось остаться с голым задом, если придет беда. Местные владетели поступали так же, слишком хорошо помнили, что такое неурожай.

Тирот пришел в трактир вечером, после целого дня напряженной работы в поле. После ухода Лори семье стало потруднее, все же тот лентяем не был и многие дела брал на себя. Теперь их приходилось делать кому-то другому. Старик иногда даже думал, что зря отпустил сына, но обрывал такие мысли – видел же, что тому в деревне не ужиться. Да и колдуном он оказался. Обязательно выдал бы себя. Односельчане, увидев колдовство, не стали бы разбираться, камнями забили или вовсе заживо сожгли. Так что пусть ищет свое счастье. Интересно, нашел он учителя или нет?

Невдалеке сидели поселенцы из переселенческого каравана и что-то обсуждали. Тирот слушал их краем уха, его проблемы бездомных интересовали мало. Однако вскоре внимание привлекло необычное, но очень знакомое имя – Лориган. Именно так звали на самом деле его непутевого сына. Вряд ли, конечно, переселенцы говорят о нем, но спросить не помешает.

– Вы о ком, мужики? – повернулся к их столу старик. – Что за Лориган?

– Мэтр Лориган, сын Тирота, – отозвался старший переселенец, кряжистый бородатый мужик, уже седой. – Ученик самого господина Кейсава! Чародей. Вылечил он меня и сына мово, вон он сидит, – черноволосый громила закивал, подтверждая слова отца. – Колесо у телеги отвалилось, мы с им в канаву слетели глубокую и поломались сильно. Так мэтр подошел, чего-то сделал, кругом нас огонь белый загорелся. И усе зажило, нога сломаная срослась сама! Денег не взял, токо пару караваев да кусок солонины. Мы спросили, как его зовут, он и ответил, потом сказал еще, что учитель его учит людям помогать. А кады сказал, кто у его учитель, усе ясно стало. Сам Кейсав же! И… – он прищурился. – Слышь, мужик, а он на тебя здорово похож!

– Ну, мало ли кто на кого похож, – не стал подтверждать его подозрения Тирот, пребывая в недоумении.

Это что же получается, о его непутевом сыне уже слухи пошли? Знать, попал он к мастеру Кейсаву в ученики? Наверное, не стал бы парень лгать, что это так. Не любил Лори лжи, никогда не любил. Не раз страдал из-за этого, но всегда старался говорить правду. Но то, что он уже лечит людей, поражало. Хороший чародей его учитель видать, раз за такой короткий срок смог парня столькому научить.

Это оказался только первый слух о новом адепте Искусства, бесплатно помогающем людям, в отличие от обычных чародеев, живущих в городах. В последующие дни старый Тирот не раз слышал о мэтре Лоригане и понемногу преисполнялся гордости за сына – он нем вскоре говорили не меньше, чем о Кейсаве с Сейлой. Как, впрочем, и о других учениках замка Наэрта – Элии, Роле, Ирлине и Миррил.

* * *

– Ваше сиятельство, позволите? – вошел в кабинет олантанского графа, Кайда, сына Рахоса, старший мастер его секретной службы, Гирт, сын Каена.

– Входи, – поднял голову от бумаг тот. – Что-то случилось?

– Да как сказать… – скривился безопасник. – Еще одно предупреждение от гадалки о нападении тварей пришло.

– Уже шестое… – помрачнел Кайд. – Значит, ему быть. Относиться к шести предупреждениям несерьезно нельзя.

– Особенно если три из этих гадалок предупреждали о нападениях Лэр и Таламар, – добавил Гирт. – И нападения состоялись.

– Значит, будем готовиться, – прикусил губу граф. – Причем отменять карнавал никак нельзя.

– Почему? – удивился старший мастер. – Это был бы самый простой выход.

– Мне приснился один из богов и попросил не делать этого, пообещал помощь, – тяжело вздохнул Кайд. – Я бы не поверил в сон, но утром на подушке рядом со мной лежал приснившийся жезл. Мне было сказано, что это ключ, который надо кому-то передать. А кому – я и сам пойму.

– С богами шутки плохи… – нахмурился Гирт. – Раз бог просит, то его просьба равнозначна приказу, не исполнить ее чревато. А что за бог?

– Не знаю, но я видел его в шутовском трико, пляшущего на канате, – немного подумав, вспомнил граф.

– Небесный Канатоходец, – уверенно заявил старший мастер. – Покровитель циркового люда, гадалок и многих других. Он не раз позорно наказывал тех, кто обижал его подопечных, таких примеров в нашем архиве тысячи. Шутник, вот только его шутки для тех, над кем он шутит, далеко не смешные. В его существовании не сомневается уже никто, слишком много доказательств этого было. Раз он обещал помощь, то вряд ли обманет. Неудивительно, что такой бог заинтересован в большом карнавале. Это – его стихия.

– Ясно, – скривился Кайд. – Известно, откуда придут твари?

– Из двух больших оврагов на севере и юге за городом, – ответил Гирт. – Я уже послал людей их осмотреть. Пока ничего особого они там не обнаружили, овраги, как овраги. Видно жрецы каким-то колдовским способом стаи туда перекинут, другого объяснения у меня нет.

– Значит и нам надо чародеев звать, – констатировал граф. – Наэрта ответила на наше письмо?

– Да, госпожа Сейла обещала прибыть к началу карнавала, – кивнул старший мастер. – Вместе с учениками. Проблема в том, что она не знает, где нынче ее муж. У них, как вы слышали, ребенка похитили, он пошел искать.

– Паскудные жрецы… – скрипнул зубами Кайд. – И что им надо? Лезут и лезут…

– Стремятся, чтобы все вокруг было так, как они хотят, – вздохнул Гирт. – Мне после начала всех этих событий и предупреждения покойного Ферула пришлось хорошо ваш двор почистить, больше трех сотен пособников жрецов на плаху отправил. Даже придворных чародеев казнили, они совсем не вам, как выяснилось, служили.

– Помню, – скривился граф. – С тех пор у нас придворного чародея нет, не нашли.

– Да, никто не захотел, – подтвердил старший мастер. – Я даже к мэтру Лотхару обращался, но желчный старикашка меня с порога обложил бранью и выгнал. А остальные… – он обреченно махнул рукой. – Не чародеи это, а шарлатаны, если с господином Кейсавом и его женой сравнивать. Думаю, надо отправить к ним на обучение нескольких одаренных детишек, есть у меня на примете такие. Наэрта как раз объявила о наборе учеников.

– Обязательно отправь! – оживился Кайд. – Выучатся, конечно, нескоро, но зато будут наши по контракту лет на двадцать, если мы обучение оплатим. И вряд ли после Наэрты с жрецами, чтоб им провалиться, свяжутся.

– Завтра же сделаю, – слегка поклонился Гирт. – Далее, пришел караван из Уантана. Я приостановил торги, там слишком много такого, чего ни у кого нет. Одни сохраняющие урожай и отваживающие вредителей амулеты многого стоят! Безразмерные мешки. Холодильные шкафы. Зачарованное оружие – против тварей в самый раз будет. Думаю следует выкупить все товары каравана по любым ценам. Тем более, что почтеннейший Анфар просит не деньги, а отборное посевное зерно и небеленую ткань, лен и шерсть. Этого добра у нас на складах столько, что не знаем куда девать.

– Выкупай, – распорядился граф. – Недовольных купцов шли по известному адресу, не по ним товар. Напиши Анфару от моего имени письмо с просьбой прислать еще зачарованного оружия, поскольку нам предстоит нашествие тварей. Думаю, он войдет в положение.

– Он предлагал прислать еще два каравана, – вспомнил старший мастер. – Пишет, что может даже продать артефакт, создающий дороги, им даже не одаренный способен пользоваться. Все, кто видел созданные им дороги, в восторге – ровные, прямые, без выбоин. Нам будет нелишним проложить в графстве десятка два дополнительных караванных трактов. Обычным способом строить дороги слишком дорого, а с помощью артефакта за день можно до двадцати миль прокладывать.

– Да это же величайшая ценность! – полезли на лоб глаза Кайда. – Берем за любые деньги!

– Почтеннейший Анфар прислал на пяти листах список всего, что может поставлять Уантан, – сообщил Гирт. – Там много такого, что и не поймешь сразу для чего предназначено. Даже летающие повозки есть.

– Это хорошо, но нам прежде всего нужно оружие против тварей, – напомнил граф. – Отобьемся, тогда можно будет и другими вещами заняться. И чародеи… Вот что! Сходи-ка ты еще раз к мэтру Лотхару и расскажи ему о нашествии. Думаю, такое старик не проигнорирует.

Как ни удивительно, это сработало, и на следующий день старый чародей прибыл во дворец, потребовав срочной встречи с владетелем. Тот не стал заставлять ждать человека, способного весь город стереть с лица земли. Чародей был лыс, безбород, казался высохшим, глаза запавшие. Понять сколько ему лет граф не смог, но явно много, возможно, и не одно столетие.

– Значит, шесть предсказаний от разных гадалок? – хмуро переспросил мэтр, ознакомившись со всей информацией о нападении. – Почему не отменяете карнавал?

– Просьба бога, – ответил Кайд и рассказал о своем сне, затем показал ключ, появившийся утром на подушке.

Мэтр Лотхар не стал его касаться, только провел ладонью над артефактом, после чего покачал головой и пробурчал:

– Ничего себе… Уровень Управителей. Да, если Канатоходец просит, то отменять нельзя. Вопрос только: чем он может помочь? Ладно, увидим. А пока надо срочно отыскать Кейсава, ученика Фаэра, и его жену, Селию. Думаю, артефакт кому-то из них предназначен.

– Почтеннейшая Селия обещала прибыть к началу каравана, а где сейчас господин Кейсав никто не знает, он отправился на поиски похищенного жрецами Шиннаны сына, – доложил старший мастер, тоже присутствующий на встрече.

– Хорошо хоть она будет здесь, заклятие, способное расправиться с тварями, эта женщина знает, если судить по событиям в Таламаре, – задумчиво произнес чародей. – Но Кейсава все равно следует найти. Вчера мне пришло сообщение от коллеги из Келадана, что хозяин Наэрты побывал у него несколько дней назад вместе со своим новым учеником Лориганом. Мастеру Кейсаву требуется моя помощь, потому он все равно придет в Олантан. Рано или поздно. Сейчас, насколько мне известно, он направляется в Зерт. Надо попросить графа Шадара, возможно его люди обнаружат мастера раньше. Только предупредите, чтобы не пытались действовать силой, а то получат много неприятностей на свои тупые головы, этот чародей терпением никогда не отличался. Одно уничтожение пиратского братства взять.

– Да, сердить его точно не стоит, – поежился Кайд. – Чем вы можете помочь, почтенный мэтр?

– Многим, – проворчал тот. – Нашествие касается всех, в том числе и меня. Не хочу лишаться своего удобного и привычного дома. В первую очередь я передам вам амулеты, которые надо будет разместить в обоих оврагах, они предупредят, если появятся твари. Также я установлю там ловушки, которые погубят до четверти каждой стаи. Понимаю, что это не так много, но я, к сожалению, не Кейсав и его возможностями не обладаю. Плюс зачарую все оружие, доступ к которому предоставите. Конкретно против тварей. Усилю доспехи воинов. Плюс Сейла прибудет, даже если Кейсав опоздает появиться, вдвоем с ней справимся. Плюс, возможно, приедут еще двое-трое моих коллег, они тоже мастера не из последних. Потому давайте решать, что станем делать в первую очередь. У нас не так много времени.

– Нужно набирать ополчение, – добавил Гирт. – Но тайно, нам не нужна паника, если она возникнет, карнавала не будет. А его хочет бог.

– Набирай, я подпишу приказ, – кивнул граф. – А вы, почтенный мэтр, скажите, что я должен предоставить вам в первую очередь.

– Я составлю список, – пообещал чародей. – Пришлите человека ко мне завтра утром, я передам этот список ему. А пока позвольте откланяться. Прошу сразу начать проверку оружия в арсенале. Негодное и проржавевшее отложите, возможно, его можно будет восстановить.

С этими словами он покинул кабинет. Старший мастер тоже вскоре ушел, чтобы заняться арсеналом и его вконец обленившимися хранителями. А владетель Олантана остался размышлять о неприятных перспективах.