Текст книги "Atomic Heart. Миссия ХРАЗ"

Автор книги: Харальд Хорф

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 24 страниц)

Вид горящего заживо человека вывел Порфирия из ступора, он вскочил, вскрикивая от боли в рёбрах, и бросился к ближайшему пожарному шкафу. Выхватив светящийся шар «Фаренгейта», Порфирий с силой метнул его в нутро горящего самолёта. К счастью, «Фаренгейт» разбился достаточно далеко от пылающего человека. Криогенный Полимер мгновенно распространился по всему объёму самолёта, обвально понижая температуру вкупе с конвекцией кислорода, и бушующий пожар мгновенно погас. Порфирий вдохнул побольше воздуха и устремился в обгоревший самолёт.

Он схватил пострадавшего, выволок его из груды искорёженного металла и торопливо огляделся. Роботы будут здесь очень скоро, «Кондор» получил повреждения, которые в любом случае устранят. Порфирий попытался было взвалить пострадавшего на себя, но поломанные рёбра вновь резануло болью. Стараясь не терять времени, он подбежал к аварийному шкафу, выхватил медицинскую сумку и один за другим принял несколько новейших препаратов. Полимерная фармакология вступила в действие мгновенно, купируя болевые ощущения и придавая сил.

Почувствовав себя значительно лучше, Порфирий нацепил медицинскую сумку, взвалил на себя пострадавшего человека и торопливо скрылся за люком, ведущим в технические помещения. Минут десять он уходил всё глубже в недра «Кондора», пробираясь к турбинам аэродвигателей, потом человек на его плечах пришёл в сознание и застонал от боли. Порфирий уложил его на пол, вытряхнул рядом содержимое медицинской сумки и принялся за пострадавшего. Революционная полимерная медицина сработала как положено, вскоре спасённый перестал страдать и взгляд его прояснился.

– Как вы себя чувствуете, мистер Грант? – Порфирий задал вопрос на английском.

Судя по избежавшему ожогов лицу, перед ним находился военнослужащий армии США, тот самый генерал Грант, что являлся командиром секретного бункера под карьером.

– Мистер Старовойтов... – Генерал скривился от ненависти. – Или мне называть вас товарищ палач?

– Тише! – Порфирий удержал генерала от попытки встать. – Нас могут услышать! В этой части «Кондора» нет камер, но у роботов хороший слух. Рано или поздно они начнут искать наши трупы, и когда не найдут, поймут, что мы выжили во время крушения самолёта. Постарайтесь не двигаться! Вам надо полежать ещё минут пять, и полимерные препараты поставят вас на ноги.

Несколько секунд генерал молчал, глядя то на Порфирия, то вокруг, после чего негромко поинтересовался:

– Где мы находимся?

– В технических помещениях. – Порфирий прислушался к гулу турбин. – Роботы сюда ещё не пришли, но обязательно придут. Нам надо успеть нарушить работоспособность аэродвигателей до их появления. Мне потребуется ваша помощь, иначе рискуем не успеть!

– Моя помощь? – Грант вперил в него внимательный взгляд: – С какой целью?

– Мы выведем из строя несколько турбин, и автоматика «Кондора» совершит вынужденную посадку, – объяснил Порфирий. – Если сделаем всё быстро и нам повезёт, то успеем покинуть платформу.

– Покинуть платформу? – переспросил генерал. – Зачем вам уходить отсюда?

– Затем же, что и вам! – Порфирий вгляделся в зрачки Гранта, опасаясь тяжёлого сотрясения мозга: – Вы что, ничего не помните?

– Я помню всё! – зло огрызнулся генерал. – Вы натравили на нас своих роботов и утопили США в крови! Люди гибнут сотнями!

– Люди гибнут десятками тысяч, и происходит это по всему миру, – тоскливо поправил его Порфирий. – А те, кто не погиб, миллионами попадают в одурманенное рабство, лишённое трезвости мышления. Венец творения человеческой мысли, «Коллектив», стал жутким кошмаром... и всё из-за извращённых амбиций одного-единственного человека! Впрочем, я даже не уверен, человек ли он теперь...

– Что, чёрт возьми, происходит? – Грант пошевелил обожженной рукой, залитой противоожоговым медицинским полимером. – До последней секунды я был уверен, что на нас напали Советы. Но я видел, как ваши люди обезумели и с улыбками бросаются с этой платформы в пропасть!

– Так Властелин избавляется от тех, в ком не видит никакой пользы для себя. – Порфирий болезненно закрыл глаза. – От всех, кого считает бесполезными проедателями ресурсов. Останутся только те, кого невозможно заменить роботами. Остальные покончат с собой по его приказу.

– Я всегда считал Хрущёва психически ненормальным. – Генерал Грант скривился. – Но даже не думал, что настолько!

– Товарищ Хрущёв тут ни при чём, – мрачно заявил Порфирий. – Он мёртв. Всё советское правительство убито. И всё несоветское тоже. Роботы находились в каждом правительственном здании по всему миру. Убийство первых лиц любого государства – эту задачу Властелин поставил в первую секунду запуска «Коллектива 2.0». Пока устройство «Мысль» передавало ему власть над сознанием подключённых к «Коллективу» людей вроде меня, роботы уже действовали.

– То есть это Сеченов возжелал уничтожить весь мир? – Генерал вновь пошевелил обожжённой рукой, на этот раз гораздо уверенней.

– Товарищ Сеченов погиб. – Порфирий скорбно вздохнул. – Он был предательски убит в своём кабинете такой же марионеткой Властелина, какой был я сам пятнадцать минут назад.

– Так кто же Властелин? – Грант зло нахмурил кустистые брови.

– Он называет себя ХРАЗ – «Хранитель Разума». – Порфирий снова прислушался. – Я не знаю, что он такое, но точно не человек. Он управляет «Коллективом» всецело, для человека это невозможно. Академик Сеченов никогда бы не позволил такого, поэтому ХРАЗ убил его самым первым...

– Тиран погубил сам себя, создав другого тирана, – констатировал Грант, не скрывая ненависти. – Туда ему и дорога! Жаль, что они не подохли оба!

– Вы не знаете академика Сеченова, – горестно вздохнул Порфирий. – Вы несправедливы к нему. Он всегда хотел для человечества только лучшего.

– Например, проекта «Атомное Сердце»! – с готовностью воскликнул генерал. – Не так ли, товарищ Старовойтов? Вы же в курсе, кто я! Или думаете, что мы ни о чём не догадывались?

– Что-то ваша осведомлённость вам не особо-то помогла! – огрызнулся Порфирий. – Вам бы меньше слушать предателей, вроде Петрова! Тогда бы знали, что проект «Атомное Сердце» был направлен против угнетателей и бонз капитализма! Простые труженики никогда бы не пострадали!

– Не вам решать, как жить Соединённым Штатам Америки! – упрямо заявил генерал. – У вас нет демократии! За вас решают диктаторы! От вас самих ничего не зависит!

– Теперь во всём мире ничто ни от кого не зависит. – Порфирий испустил тяжёлый вздох. – Всё решает диктатор ХРАЗ. Все остальные либо его до безумия счастливые рабы, либо трупы.

– И как же в таком случае вам удалось вырваться из этого счастливого рабства? – поинтересовался Грант.

– Это вы спасли меня. – Порфирий торопливо поспешил к шкафу с ЗИПом турбинного блока и посмотрел в датчик отпирания замка. – Когда ваш самолёт врезался в рубку управления, меня отшвырнуло в стену, и моё устройство «Мысль» разбилось.

Система контроля доступа считала сетчатку его глаза, узнала инженера «Кондора» и разблокировала запоры.

– Связь с «Коллективом» была разорвана, я оказался на свободе и успел вытащить вас из горящего самолёта. – Порфирий принялся торопливо извлекать из шкафа полимерные Пик-стабилизаторы и с размаха разбивал их о стальную палубу.

– Что вы делаете? – Генерал Грант невольно отодвинулся, с опасением глядя на брызги разлетающегося во все стороны Полимера.

– Разбиваю запасные Пик-стабилизаторы, – для надёжности Порфирий затаптывал разбитые капсулы, – это сложное полимерное устройство, отвечающие за стабильную скорость турбин в момент пусковой нагрузки. Без них двигатели «Кондора» не запустятся.

Он раздавил последнюю деталь и протянул Гранту руку:

– Нам пора действовать, мистер генерал! Попробуйте встать! Как вы себя чувствуете?

– Сносно. – Грант поднялся на ноги, оглядывая себя. – Тело болит тупой болью, но это мелочи. Что нужно сделать?

– Вырубить турбины двигателей, – напомнил Порфирий. – Я покажу как. Чтобы всё получилось, прожимать рубильники нужно одновременно. Система выстроена так, что в одиночку её не обесточить, рубильники расположены в разных местах далеко друг от друга. Это страховка от случайного или ошибочного отключения. Сразу после этого я извлеку из турбин Пик-стабилизаторы и уничтожу их!

Он указал на блоки управления ближайшего из аэродвигателей и продолжил:

– Для срабатывания протокола аварийной посадки достаточно отключить две турбины. Проблема в том, что роботы бросятся их чинить сразу же. Судя по звукам, они сейчас ремонтируют рубку управления и немедленно направятся сюда.

– Тогда я знаю, чем их встретить! – Генерал достал ручную гранату. – Куда это нужно бросить, чтобы добиться наибольших повреждений?

– Вон туда, на станину электрораспределительного шкафа, – оживился Порфирий. – Взрыв вызовет короткое замыкание и много дыма. В дыму мы успеем спрятаться!

– Взрыв не приведёт к крушению всей платформы? – Грант испытующе посмотрел на Порфирия. – Мы не рухнем с огромной высоты?

– Сбить «Кондор» одной гранатой невозможно, – успокоил его Порфирий. – Это инженерия «Предприятия 3826», тут всё продумано до мелочей и исключительно надёжно.

– Особенно надёжно был продуман контроль доступа к управлению «Коллективом», – парировал Грант. – Когда можно выключать двигатели?

– Прямо сейчас! – Порфирий схватился за свой рубильник. – На счёт «три»!

Они одновременно рванули рубильники, и приборная панель первого двигателя полыхнула красными сигналами тревоги. Порфирий метнулся к предохранительному блоку, распахнул крышку и буквально выдрал из гнезда Пик-стабилизатор.

– Скорее к следующему! – под стихающий гул отключённой турбины воскликнул Порфирий, разбивая стабилизатор о стальную станину турбины и бросаясь к соседнему движку.

Вторая турбина вырубилась одновременно со скрежетом взламываемой роботами двери. Пока Порфирий извлекал и уничтожал второй Пик-стабилизатор, генерал Грант рванул предохранительную чеку и впихнул гранату в электрораспределительный шкаф.

– Бежим! – Порфирий бросился в дебри узлов и агрегатов, петляя в нагромождениях сложного оборудования.

Тяжёлый топот бегущих роботов слышался где-то совсем рядом, и инстинкт выживания отчаянно требовал забиться в угол подальше.

– Ложись! – Грант догнал Порфирия и свалил его на пол.

Позади гулко громыхнул взрыв, и звуковая волна больно ударила по ушам в закрытом пространстве. Что-то затрещало рассыпающимся фонтаном искр короткого замыкания, громко зашипела плавящаяся изоляция, и помещение начало быстро заволакивать едким дымом. Генерал попытался было вскочить, но понял, что не знает, куда бежать, и зашептал:

– Надо выбираться отсюда! Задохнёмся! В какой стороне выход?

– Не вставайте! – зашептал в ответ Порфирий. – Этот дым легче воздуха, сейчас включатся пожарные вытяжки под потолком, тут, у самого пола, задымления не будет. Отсюда есть только один выход наружу, там сейчас роботы! Нужно дождаться, когда они успокоятся, и выползти!

– А если они не успокоятся?! – едва слышно чертыхнулся генерал.

Но Порфирий не ошибся. У имеющихся на «Кондоре» роботов не было встроенного противопожарного оборудования, и интегрированный в аэроплатформу «Узел» перевёл их всех в режим ожидания до момента устранения задымления. Утративший возможность висеть в воздухе «Кондор» начал экстренное снижение, и Порфирий ощутил, как кренится платформа.

– Пора! – Он дёрнул генерала за рукав. – Роботы будут стоять на месте до окончания аварийной посадки! Надо выползать сейчас!

Стараясь вжиматься в пол как можно сильней, чтобы не надышаться дымом, генерал пополз к выходу и чуть было не заблудился. Порфирию пришлось догонять его на четвереньках, затаив дыхание, в глаза попал дым, и потекли слёзы. В сплошном дыму ни черта не было видно, и он полз по памяти, благо давно уже знал «Кондор» лучше, чем свои пять пальцев.

Пробираться между многочисленных станин оборудования по накренившемуся полу было непросто, но он всё же справился. Замершие где-то в дыму роботы не заметили выскользнувших из рубки людей, и Порфирий, рискуя упасть, рванул бегом по наклонной плоскости к краю платформы. Генерал побежал следом, и возле края они оказались за секунду до приземления «Кондора».

– Надо прыгать! – Порфирий ухватился за леер ограждения и перелез за борт. – «Кондор» ниже не опустится, платформа выпустит стояночные упоры, придётся пролететь метра три!

Он повис на вытянутых руках, чтобы падать было не так высоко, разжал пальцы и полетел вниз. Падение вышло болезненным, поломанные рёбра отозвались резью, но хотя бы обошлось без новых переломов. Спустя секунду рядом приземлился генерал Грант и тут же упал, с тяжёлым стоном хватаясь за колено.

– Нужно уйти отсюда как можно скорее! – Порфирий попытался поднять Гранта на ноги. – «Коллектив» знает, что «Кондор» совершил аварийную посадку! Скоро сюда прилетит «Шмель» с ремонтными роботами!

– Кх... колено... – От сильной боли у Гранта посинели губы. – Не могу наступить на ногу, она отказывается подчиняться...

Пришлось подхватить его через плечо и хромать вдвоём на трёх ногах что есть силы. До опушки ближайших лесопосадок было порядка километра, и Порфирий ежесекундно ожидал услышать за спиной звук летящих роботов.

– Куда мы направляемся? – просипел генерал Грант, борясь с терзающей его болью.

– В лес! – коротко выдохнул Порфирий. – Куда угодно, лишь бы уйти с открытого места! Ремонтная группа будет здесь очень скоро!

– Нам надо попасть в мой бункер, – продолжал сипеть Грант. – Там есть мощный радиопередатчик... если ваши роботы его не разбили...

– В бункере ваши люди. – Порфирий поковылял ещё быстрее. – Мы ведём осаду, но бункер ещё не захвачен. По моим подсчётам, он продержится ещё два-три дня.

– Идём туда! – потребовал генерал. – Сейчас же, пока ваши роботы не очнулись!

– Это не мои роботы, – поморщился Порфирий. – Это роботы ХРАЗа. Мы не сможем попасть в бункер, шахта лифта захвачена ими вплоть до лифтовой площадки.

– Есть аварийный вход. – Грант усмехнулся. – Что, об этом вы не знали, не так ли? Потому что мы прокопали его своими силами!

– Как вам это удалось? – Порфирий искренне удивился. – Вручную выкопать тридцатиметровую вертикальную шахту?

– Было тяжело! – отрезал Грант, не желая вдаваться в детали. – Но мы сделали это! Отрыть узкую шахту – это не весь бункер отстроить! Как только зайдём в лес, поворачиваем направо!

Обходить карьер по лесу пришлось больше двух часов. За это время штатные «Пчёлы» «Кондора» исправили все повреждения и обнаружили отсутствие запасных полимерных изоляторов. Автоматика «Кондора» доложила в «Коллектив» о необходимости поставки запчастей, и ближайший сервисный центр прислал курьерскую «Дрофу» с ЗИПом. Порфирий и Грант добрались до замаскированного аварийного входа в бункер как раз в тот момент, когда «Дрофа» пошла на снижение над «Кондором». Обнаружить вход, не зная о нём заранее, Порфирий не смог и в первую секунду, когда генерал остановился посреди леса, не понял, что цель достигнута.

– Через десять минут платформа поднимется в воздух, и нас заметят. – Порфирий с тревогой всмотрелся в приземляющуюся «Дрофу». – После этого нам уже не скрыться!

– Мы на месте! – Грант, поджимая травмированную ногу, пропрыгал на одной ноге к небольшой ёлочке и схватился за неё, словно собираясь выкорчевать. – Помогите мне, мистер Старовойтов!

Елка оказалась искусной подделкой и была рукоятью маскировочной крышки люка, под которой располагалась узкая шахта с вбитыми в стену стальными скобами, уходящими в чёрную бездну. Генерал склонился над люком, нащупал в стене небольшую нишу и извлёк фальшфейер. Грант сорвал защитный колпачок, ловким движением зажёг фальшфейер и швырнул его в шахту. Искрящаяся свеча упала на дно, тускло освещая лестницу, и генерал первым начал спуск.

Порфирий проводил его взглядом. Не имея возможности наступать на одну ногу, Грант спускался за счёт силы рук. Оставалось надеяться, что он не сорвётся от усталости и оба они успеют укрыться в бункере. Торопливо захлопнув за собой маскировочную крышку люка, Порфирий полез следом за Грантом.

Спускаться пришлось долго, генерал быстро выматывался держать себя на одних руках и часто останавливался для передышки. Всё это время Порфирий ожидал звука открывающейся крышки люка и появления роботов, но на этот раз удача улыбнулась людям и их побег в лес остался незамеченным. В конце концов они добрались до дна шахты и оказались в сплошном каменном мешке. Генерал нашарил в красном от огня фальшфейера полумраке какой-то особенный камень, вдавил его в стену и открыл очередной потайной люк. За ним обнаружилась стальная дверь с бойницей, из которой красноречиво смотрел пулемётный ствол.

К счастью, опасения Порфирия не оправдались и измученные осадой военные не стали палить без разбору во всех, кто попадается на глаза. Генерала Гранта узнали, и их запустили внутрь, где сразу же узнали Порфирия. Поначалу подчинённые Гранта решили, что генерал взял его в плен, и едва не набили морду, но Грант проявил здравомыслие и не стал сводить счёты с бывшим врагом.

– Не скажу, что этому рад, – мрачно произнёс генерал, – но сейчас мы все в одной лодке, джентльмены. И очень может быть, что именно от нас зависит судьба США. – Он перевёл взгляд на Порфирия: – Когда ваши роботы пойдут в следующую атаку на наш бункер?

– Это не мои роботы. – Порфирий испустил тяжёлый вздох. – Это роботы ХРАЗа. Следующий штурм начнётся, как только «Кондор» будет полностью исправен. Вам надо быть предельно острожными, потому что роботов стало больше. Стреляйте по датчикам визуального наблюдения и в область топливной ячейки. Она бронирована, но это всё равно лучше, чем палить в другие части робота. Роботы изначально рассчитаны на противодействие стрелковому оружию.

– Рассказывайте всё, что знаете, мистер Старовойтов! – потребовал Грант.

Порфирий коротко изложил всё, что с ним произошло, и генерал, криво усмехнувшись, сделал итоговый вывод:

– Вас с вашим «Атомным Сердцем» поймали на вашу же удочку! – Грант обернулся к одному из подчинённых: – Майор! Вы пытались установить связь с правительством и Объединённым Комитетом Начальников Штабов?

– Сэр, так точно, сэр! – доложил связист. – Мы сделали это в первую же минуту вражеского нападения! Поначалу в эфире царил хаос, правительственные учреждения всех уровней панически требовали немедленной помощи, армия и спецслужбы в эфир не выходили. Так было буквально пару минут, сэр! Потом правительственные частоты затихли, практически одновременно! Мы пытались выйти на связь с армией и спецслужбами, но противник глушил все частоты. Мне удалось поймать несколько обрывочных сигналов из Форта Брэгг, сэр, они сообщали, что ведут бой. Но выяснить подробности я не успел, нас атаковали роботы и уничтожили все внешние антенны. Без антенн мы оглохли, сэр!

– Почему вы не выставили запасную антенну в аварийной шахте? – Генерал с подозрением нахмурился: – Что с запасной антенной?

– Она в порядке, сэр! – поспешил ответить майор. – Антенна заблокирует собой выход на поверхность! Нас непрерывно атакуют роботы, мы потеряли лифтовую шахту, это наш единственный путь к отступлению! Мы не решились перекрывать его, сэр!

– Выставляйте антенну, майор! – Грант вперил в связиста суровый взгляд. – На поверхности везде хозяйничают роботы, надо знать, куда отступать! Иначе далеко не уйдём!

Связист взял с собой кого-то и побежал выставлять запасную антенну, генерал увёл остальных организовывать оборону. Порфирия сначала хотели посадить под арест, но Грант заявил, что сейчас на счету каждый ствол, поэтому Порфирию выдали винтовку и определили стрелковую позицию.

Штурм начался спустя десяток секунд после того, как он занял указанное место за импровизированной баррикадой. Подчинённые Гранта стащили в узкий коридор бункера всё, что только можно было использовать в качестве укреплений: металлические шкафы, кровати, мебель, ящики, в ход пошли даже мешки с песком, которые были заготовлены специально для отражения штурма ещё во время строительства бункера.

Суммарно получилось несколько линий обороны, перекрывающих коридор, и Порфирий понял, почему роботы его отряда не могли захватить секретную базу Гранта так долго. Двуногие кибер-ассистенты типа «Вовчик» оказались рукопашными бойцами и во время преодоления баррикад чересчур быстро получали слишком много повреждений. Глазной лазер чёрных роботов не прожигал тройную стену из мешков с песком, а кибер-барменов типа «Рафик», способных плеваться агрессивной кислотой, на «Кондоре» было всего два, и оба остались на авиаплатформе.

Но новый штурм сразу показал, что атакующие воспользовались своей возросшей численностью. Роботы бросались под шквальный огонь винтовок и пулемётов Гранта, не обращая на стрелков никакого внимания. Они просто подбегали к баррикаде, хватали ближайший из её элементов и утаскивали в лифтовую шахту. За полчаса боя роботы полностью разобрали две линии обороны из пяти, заставляя людей отступать глубже внутрь коридора базы, и только потом их удалось повредить настолько, что атакующий отряд ушёл на поверхность ремонтироваться.

Засевший за стальным оружейным шкафом Порфирий проводил взглядом последнего робота, исчезающего за углом уже потерянного входного крыла коридора, и устало вытер выступившую на лбу испарину. Столько стрелять, как сегодня, ему не приходилось ещё ни разу. Убить гражданского робота оказалось задачей значительно более сложной, чем он себе представлял.

– Надо восстановить разобранные линии баррикад, – заявил он приближающемуся Гранту, стараясь не поскользнуться на покрывающем пол ковре из стреляных гильз. – Иначе долго мы не продержимся!

– Не из чего восстанавливать, – немного бессвязно ответил генерал. – Всё, что у нас есть, уже лежит тут. Можно снять все металлические люки и сварить из них пару бронезаслонок, но у нас есть другая проблема: ещё сутки такого боя – и боеприпасы закончатся. Надо уходить, пока не поздно...

– Генерал Грант, сэр! – Из радиорубки выскочил взволнованный радист: – У нас есть активность в эфире!

Грант устремился в рубку, и Порфирий понял, почему генерал так странно выговаривает слова. У него сильная травма колена, до боя он не мог на ногу наступить, а сейчас бегает. Налицо действие опиоидного обезболивающего, скорее всего Грант ввёл себе морфий, который входит в боевые аптечки армии США. Советские солдаты давно перешли на полимерную фармакологию, имеющую высокую результативность и не имеющую вредных или побочных эффектов. Но полимерные препараты остались на «Кондоре», и помочь Гранту было нечем.

Подчинённые генерала занялись укреплением потрёпанной баррикады, и Порфирий, отложив винтовку, чтобы никто ничего не подумал, поспешил за Грантом. Вряд ли бы его впустили в радиорубку в другое время, но сейчас бронированная дверь радиоузла была снята и стала защитным компонентом баррикады. Радиоузел не запирался, и Порфирий просто зашёл внутрь. Генерал сидел возле радиста напротив микрофона и вслушивался в громкое шипение помех, прерывисто доносящееся из динамиков.

– ...кто меня слышит! Повторяю! Мы ведём бой в полн... окружении, советск... роботы повсюд... – Шипение то нарастало, поглощая звуки голоса, то ненадолго стихало, и голос становилось слышно лучше: – ...Глушат связь, сигнал не может пробитьс...

– Кто в эфире? – Генерал скользнул взглядом по радисту, хватаясь за микрофон.

– Я думаю, это Форт Брэгг, сэр! – Радист терзал верньеры радиостанции, пытаясь добиться более уверенного приёма. – База «Зелёных беретов»! Это их сигнал, базу открыли совсем недавно, у них имеется новый радиопередатчик секретной связи...

– Знаю! – оборвал его Грант. – Я сам добился его установки там! – Он поднёс микрофон к губам и повысил голос: – Форт Брэгг, это генерал Грант, Секретный Департамент, объект Независимость! Слышу вас!

– ...ва богу! – Голос в эфире воспрял духом и попытался перекричать шквал помех: – Независимость! Где вы ...ходитесь? Нам срочн... ...жна помощь! У нас восстан... ...оботов! Они взбесил... ...таковали базу! ...ы окружены, боеп...асы на исходе, радиос...зь подавл...! Нуж...а поддержка, повторяю, нужна срочн... огневая поддержка! Сообщите вышест...му команд...ю! Пусть ...ишлют сюд... …желую тех...ку!

– Форт Брэгг, слушайте меня внимательно! – Генерал заговорил ещё громче. – Роботы восстали по всей стране! Государственное управление парализовано! Единого командования войсками нет! Мы должны организовать сопротивление! Держите оборону, вы слышите меня?! Продолжайте удерживать оборону и собирайте у себя всех, кто может держать оружие! Как поняли меня?!

Шипение помех зашкалило, и несколько секунд было вообще ничего не разобрать. Потом свозь густой треск донеслось что-то почти неразборчивое:

– ...висимость, ...торите! Нич... не слыш... нас глуш... нужн... поддержка тяж... ...ехники! Свяжит... с выш...щим ...омандов...

Голос окончательно утонул в шуме помех, и Грант перешёл на крик:

– Форт Брэгг! Держите оборону! Не покидать базу! Вы слышите меня?!

Неожиданно поверх жестоких помех, полностью сожравших передачу из Форта Брэгг, зазвучал далёкий и немолодой женский голос:

– Не слышат они тебя, генерал! И не услышат! А вот «Коллектив» тебя быстро засечёт! Надеюсь, ты находишься в хорошо защищённом месте, окружённом войсками, а не в этом своём крохотном бункере под карьером?!

– Кто в эфире? – требовательно вопросил Грант. – Назовите себя!

– Баба Зина я. – Женщина говорила по-английски бегло, но с заметным московским акцентом. – Достаточно понятно?

– Товарищ полковник Муравьёва! – По лицу Гранта скользнула злая ухмылка. – Начальник Отдела Секретной Связи «Предприятия 3826»! Доложите обстановку!

– А ты хорош, генерал! – невольно засмеялась Муравьёва. – Не теряешь боевого духа и наглости! Что ж, докладываю: дело дрянь, «Коллектив» захвачен тираном и убийцей, Сеченов мёртв, СССР больше нет, США тем более, прочих стран тоже. Все правительства уничтожены, приблизительно полтора миллиарда человек находятся в состоянии порабощенной воли и являются послушными марионетками ХРАЗа. К завтрашнему полудню их количество удвоится, ещё через месяц-другой на планете останутся только марионетки, и человечество полностью превратится в безвольное послушное стадо. Доклад окончен! А как у тебя дела, касатик? Порадуй меня чем-нибудь!

– У нас тяжёлая ситуация, – уклончиво заявил Грант, – но мы не собираемся сдаваться! Где вы находитесь, полковник Муравьёва? Мне нужны разведданные о противнике! Каковы его ресурсы?

– У него в руках вся планета. – Муравьёва не скрывала усмешки. – И «Коллектив», возможности которого тебе даже не снились. Он слышит наш разговор, имей в виду! Если у тебя нет мощной армии, то прощай, касатик! Если вдруг выживешь, выходи на связь, я тебя услышу, коль сама жива буду. А сейчас мне пора заметать следы, а то уж очень жить хочется! Конец связи!

– Зинаида Петровна! – Порфирий рванулся к микрофону. – Подождите! Товарищ Муравьёва! Это инженер Порфирий Старовойтов!

– Товарищ Старовойтов? – искренне удивилась Муравьёва. – А ты-то как там оказался?! Я думала, что ты бегаешь за зефирной клубникой, попутно стирая в порошок остатки США, и абсолютно счастлив!

– Так оно и было, – трагически признал Порфирий. – Мне повезло, меня спас генерал Грант! Скажите, что можно сделать, чтобы всё исправить?

– Что сделать? – нервно переспросила Муравьёва. Судя по её участившемуся дыханию, она испытывала резкий выброс адреналина и обстановка у неё была угрожающей. – Убить ХРАЗа – и всего-то делов!

– Где он находится?! – перебил её Грант.

– Сама очень хочу знать! – Голос Муравьёвой был недалёк от истерики: видимо, ситуация накалялась. – Он часть Массива, может быть где угодно! Отбой!

– Кто такой ХРАЗ?! – торопливо выкрикнул Порфирий, боясь не успеть. – Кто это?!

– Харитон Захаров, наше полимерное солнышко, чтоб ему сдохнуть! – на одном дыхании выплюнула Муравьёва и тут же выкрикнула кому-то другому: – Выпускай тепловые ловушки! Или не уйдём!!!

Связь оборвалась, и эфир вновь заполнился громким шипением помех. Генерал Грант щёлкнул тумблером, вырубая связь, и удивлённо поднял брови:

– ХРАЗ – это профессор Захаров? По нашим данным, он был убит Сеченовым несколько лет назад.

– Академик Сеченов не убивал профессора Захарова! – вскинулся Порфирий. – Они были лучшими друзьями! Произошёл несчастный случай, Захаров проводил эксперимент с агрессивным нейрополимером, и тот поглотил его мгновенно! Все считали Захарова погибшим, и я в том числе!

– Не сомневаюсь. – Грант напряжённо задумался. – Вы упоминали, что ХРАЗ – это не человек. Полковник Муравьёва назвала его частью Массива, а также «полимерным». Можете предположить, что бы это могло значить?

– Я – инженер, а не учёный, – покачал головой Порфирий, – могу лишь гадать. Например, предположить невероятное: после гибели профессора Захарова в агрессивном нейрополимере академик Сеченов каким-то немыслимым образом сохранил его сознание в том самом нейрополимере. Но это невозможно с научной точки зрения. Потому что нейрополимер не может сохранять сознание. Это проверено тысячекратно. Иначе бы проблема бессмертия уже была бы решена и об этом знали бы все.

– И тем не менее он жив и находится не в человеческом теле, – сделал вывод генерал. – Но раз он отождествляется как конкретная личность, значит, с ним можно взаимодействовать предметно. То есть его можно убить. Либо стереть как программу!

– Не знаю... – Порфирий потёр виски. – Нейрополимер не программируется цифровыми кодами, информация заносится в него и выводится обратно волновым методом. Это очень сложная область науки, мало кто разбирается в ней досконально... Не просто же так ни ваши, ни другие учёные в мире не смогли воспроизвести нейрополимеры следом за академиком Сеченовым. Тут надо крепко подумать...

– Думайте, мистер Старовойтов! – Грант обернулся к своим подчинённым, столпившимся у входа в радиорубку в напряжённом ожидании: – Джентльмены, нам предстоит крайне непростая миссия! Мы должны добраться до Форт Брэгг любой ценой! Там мы объединимся с «Зелёными беретами», а после объединим вокруг себя всех выживших. И вернём себе Соединенные Штаты Америки!

Генерал обвёл всех испытующим взглядом:

– Но для этого мы должны выбраться отсюда живыми! А это не так просто сделать, как сказать. Нам предстоит много работы, джентльмены!

Арсенал базы, гордость Гранта, в котором он любил бывать просто ради эстетического наслаждения, ныне был больше похож на полупустую кладовку какого-нибудь захолустного магазина. Голые стены, лишившиеся стальных оружейных шкафов, стеллажей и ящиков с боеприпасами, пошедших на строительство баррикад, зияли дырами вырванных креплений и ободранной впопыхах штукатуркой. Всюду валялись остатки разломанных деревянных ящиков, наскоро опустошённые цинковые коробки и различная рваная упаковка. Удручающее зрелище для любого военного профессионала.