Текст книги "Архитектор магических форм. Том 1 (СИ)"

Автор книги: Гриша Громм

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 21 страниц)

Сегодня взял ещё три заказа на форуме. Один уже почти готов. Второй ждёт ответа клиента. Третий оплатили заранее, и при этом с ним можно повременить.

Движение работает стабильно. Деньги капают на анонимный кошелёк. Даже личная жизнь снова существует.

Красота.

Только есть одна проблема.

Я понятия не имею, на что теперь реально способен в бою. А ведь рано или поздно я хочу вернуться на Арену.

Гараж с Аркадием не считается. Там были два человека, которые не привыкли, чтобы им давали отпор. Для проверки Движения хватило, для понимания его реальных возможностей – нет.

Мне нужен маг. Боевой. Желательно сильный.

На официальную Арену сейчас нельзя. Да и не возьмёт никто, пока я официально мёртв.

А даже если выйду на бой – все будут обсуждать, почему Пекло не использует Огонь.

Нет, спасибо.

Нужна другая площадка, где никто не задаёт лишних вопросов.

Смотрю на телефон.

Есть вариант…

Мне он никогда не был особенно интересен. Большая Арена платит лучше, статус выше, зрителей больше, рекламных контрактов тоже. Когда ты Пекло и твоя морда регулярно появляется в половине спортивных пабликов, идти драться в подвал за наличку – довольно странный способ провести вечер.

Но сейчас мне как раз не нужна публика.

Открываю один из старых закрытых форумов. В отдельной ветке всегда крутились люди, которые организовывали закрытые бои.

Поиск.

Несколько старых тем мёртвые. Одна живая. Переход по приглашению, потом ещё один закрытый канал.

Читаю условия.

Вот оно!

Никаких настоящих имён в открытом профиле. Только псевдоним. В заявке есть поле для Аспекта. Формы разрешены. Артефакты – по договорённости. Медицина на месте.

Официальной страховки, естественно, нет.

Листаю дальше. Правила короткие: сдача, нокаут, остановка распорядителем. И формулировка, которая мне особенно нравится: «Организатор не несёт ответственности за последствия действий участников». Следом: «Участник самостоятельно оценивает допустимый для себя риск».

Открываю страницу регистрации.

Нужен псевдоним…

Задумываюсь.

Смотрю на карандаш, который неосознанно верчу в пальцах. На нём написано «Вектор».

Нормально. Это и будет мой псевдоним.

Аспект: «Движение».

Вот это как раз можно. Слабый и неуважаемый. Пусть противники думают, что против них выходит какой-то лох.

Боевой опыт – ставлю «есть», никаких подробностей.

Отправляю заявку.

Ответ приходит уже через несколько минут.

«Перед первым боем нужен просмотр».

Следом присылают адрес. Это ещё не бой, они просто хотят встретиться лицом к лицу.

На следующий день еду туда, в новой маске. Заодно будет первая нормальная проверка самопального артефакта.

Подпольная Арена расположена в старом спортивном комплексе «Восход». Отличное название, мне нравится. А вот местечко мрачное. Днём детишки здесь учатся играть в футбол, а ночью суровые дядьки ломают друг другу кости.

Это, конечно, не Теневая Арена, где крутятся большие бабки и можно присесть за участие в их боях. Тут так, бойцовский клуб по интересам, зарегистрированный примерно как спортивный покер, но все мы понимаем, что ставки там делаются реальные.

Не удивлюсь, если подобные клубы являются первой ступенькой на реальную Теневую Арену.

Подхожу к служебному входу, где стоят два амбала. Один проверяет сообщение на моём телефоне. Второй смотрит на маску. Вопросов не задаёт, снять не просит.

Здесь ценят анонимность, так что всё в порядке.

Прохожу.

Внутри помещение оказывается больше, чем я ожидал. Зал, раздевалки, небольшая медицинская комната. В дальнем конце две площадки, разделённые защитными контурами.

На одной кто-то работает с манекеном, на другой двое заканчивают спарринг. Без зрителей. Человек десять тусуется вокруг. Никто не орёт, никто не снимает на телефон.

Уже нравится.

Ко мне подходит мужчина в потрёпанной красной бейсболке и майке с эмблемой какого-то спортивного клуба.

– Вектор?

– Он самый.

– Аспект Движение?

– Да.

– Что умеешь?

– Двигаться.

Он даже не улыбается. Жаль. Смешно же.

– Топай на площадку. Посмотрим на тебя.

Квалификационный просмотр оказывается предсказуемо простым. Им надо понять, не вру ли я про Аспект и не развалюсь ли после первого удара.

Ну, придётся показать, иначе на реальный бой не пустят.

Сначала работа с левитирующими мишенями. Одна летит сбоку – меняю траекторию, и она пролетает мимо. Вторая несётся на уровне паха – ускоряюсь и ухожу от столкновения. Третью ловлю, разворачиваю и отправляю в сторону.

Мужчина у стены долго смотрит. Потом машет кому-то в глубине зала.

На площадку выходит высокий лысый мужик, щёлкая костяшками пальцев.

– Спарринг, лёгкий контакт, – предупреждает распорядитель. – Формы можно, только не прикончите друг друга.

Партнёр идёт на сближение. Аспект не показывает, хочет побиться в рукопашную.

Первый удар наносит спокойно, проверочный. Ухожу. Второй летит уже быстрее – добавляю Движение собственному корпусу и оказываюсь чуть дальше, чем он рассчитывал.

Третий блокирую, применяю Движение, и его рука резко летит вниз. Мужик чуть не целует канвас.

Он хмурится и начинает работать уже без скидки на новичка.

Вот, так гораздо интереснее!

Пару минут гоняем друг друга по площадке – никто не пытается победить, просто показываем, что умеем. У него оказывается банальный Аспект Силы.

Вижу по Формам, когда он начинает их применять. Когда пропускаю один удар в корпус, чувствую всем телом.

Но я тоже кое-что могу. В один момент ухитряюсь перенаправить его удар так, что партнёр бьёт сам себе в нос. Из ноздрей тут же хлещет кровь.

– Хватит! – говорит распорядитель. – Боевой опыт есть.

– Я же так и написал, – пожимаю плечами я.

– Все пишут.

Справедливо.

Пожимаю спарринг-партнёру руку. За разбитый нос он не в обиде. Так и не сказав ни слова, покидает площадку.

Распорядитель что-то отмечает в планшете.

– Первый бой можем дать через несколько дней.

– С кем?

– Подберём.

– Дай нормального.

Поднимает глаза.

– Что значит «нормального»?

– С боевым Аспектом и опытом. Хочу нормально подраться.

Теперь он всё-таки чуть улыбается.

– Здесь тебе не ресторан. Первый бой обычно не заказывают как стейк.

– Ничего, я не привередливый. Котлета с пюрешкой тоже сойдёт.

Он издаёт хриплый звук, похожий на карканье. Наверное, смеётся так.

– Ладно, посмотрим. Ты интересный.

Уже собираюсь уходить, но распорядитель добавляет:

– Только потом не жалуйся.

– А кому тут жаловаться? – хмыкаю я и направляюсь к выходу.

* * *

Спортивный комплекс «Восход», кабинет

На экране открыта запись квалификационного просмотра.

Он смотрит на то, как боец в маске с Аспектом Движения ловко скачет по площадке. Перематывает момент, когда тот перенаправил удар бойца ему же в лицо. Потом ещё раз.

Берёт телефон.

– Слушаю.

– У вас сегодня появился новый боец – Вектор.

– Есть такой. И?

– Дай ему кого-нибудь посерьёзнее.

– Новичку?

– Вот и посмотрим, новичок ли он.

– Хм. Хорошо.

Он сбрасывает звонок.

Глава 12

На следующий день мне присылают профиль будущего соперника.

Открываю ссылку. У него Аспект Камня, а прозвище – Камень.

М-да, оригинально, ничего не скажешь.

Распорядитель любезно предоставил записи боёв, так что сразу начинаю их смотреть.

По ним сразу видно: боец не быстрый, но и не должен таким быть. Хорошо контролирует пространство, любит давить и почти не отступает. Ожидаемо.

Несмотря на привычку действовать первым номером, дерётся от обороны. Через усиление корпуса и защитные Формы.

Противник бьёт ему в печень – тот не реагирует, идёт вперёд. Маг Воздуха пытается держать дистанцию и одновременно атаковать быстрыми воздушными лезвиями.

Камень просто терпит и постепенно загоняет того к краю площадки. Всё заканчивается быстро: один удачный захват, два удара коленом в корпус – и маг Воздуха в нокауте.

Примитивная, но крайне действенная тактика. Я и сам грешил ею. Защитными Формами мой противник владеет отлично, ничего не скажешь. Каменная корка на коже выглядит мощно. Моё почтение.

Движение против человека, который умеет превращать себя в непробиваемую стену? Что ж, надо придумать тактику.

Пересматриваю видео в замедленном режиме. Обращаю внимание на то, как он двигается, где у него центр тяжести, как работает ногами.

Интересно. Пока ничего конкретного, просто изучаю стиль движения оппонента.

Бой через четыре дня.

Наконец-то можно спокойно проверить, чего стоит мой новый артефакт. И узнать, так ли плохо Движение в бою, как нас учили в школе. Или это просто предвзятое отношение?

Кладу телефон. Подтягиваю к себе тетрадь.

На первой чистой строке пишу: «Камень».

Ниже: «Не пытаться сдвинуть стену».

Смотрю на запись ещё раз. Потом добавляю: «Пусть двигается сам».

Вот теперь можно перейти к реальным тренировкам. И первое, что делаю – возвращаю себе режим.

Утром выхожу на улицу и минут десять просто заставляю себя не сдохнуть. Ноги к пробежкам равнодушны, как и до возрождения, а вот дыхалка слегка оскорблена таким обращением. Я её понимаю.

За последние недели о спорте я думал в последнюю очередь. Бой табуреткой и стычку в гаражах можно не считать. В обоих случаях я, можно сказать, читирил. Как поведёт себя Макс, было несложно предугадать, а после смачного удара табуретом по харе он угомонился. А ребятки из гаража сами себя побили, благодаря моему новому Аспекту.

Только вот бой на Арене – не то же самое. Одной магии мало, надо подтягивать физуху, к тому же за зрелищные бои всегда накидывают сверху. Упускать такую возможность не стоит.

Ещё немного разминки и понимаю, что втянулся.

И вот дальше начинается то самое, по чему я скучал больше, чем готов был признать. Раннее утро, людей ещё мало, а воздух прохладный. Красота да и только. Бегу в нормальном темпе, после лёгкой разминки чувствую себя отлично.

В поворот вхожу по дуге. Движение слегка помогает удержать траекторию.

Стараюсь дозированно добавлять Аспект в собственные действия, чтобы работать на автомате.

Дальше – разгоняюсь по прямой вдоль трамвайных путей. Движение срабатывает отлично и даёт толчок в каждый шаг. Совсем чуть-чуть, но этого хватает, чтобы я чуть не пропахал носом землю. К такой скорости я не привык, но это поправимо.

Сбавляю скорость и снова набираю, но уже более осознанно, чтобы не улететь в лужу, огибаю её, не сбавляя шага.

Дворник у мусорных контейнеров провожает меня удивлённым взглядом. Я ему киваю, но он лишь пялится мне вслед. Понимаю его, курьеры редко бегают по городу в такую рань и с такой скоростью.

На третьем километре понимаю, что улыбаюсь.

Я уже забыл, насколько мне этого не хватало. Нормальной нагрузки, когда тело наконец делает то, что ты от него хочешь, и делает это хорошо. Последние дни я жил в режиме выживания и успел конкретно засидеться за столом в моей импровизированной мастерской.

Возвращаюсь к дому и делаю растяжку у подъезда, дышу. Спина мокрая, колени гудят. Но я искренне доволен собой.

Ребро после Макса уже не напоминает о себе, синяки тоже сошли. В целом чувствую себя вполне неплохо для человека, который недавно воскрес и уже знатно успел нарваться.

За три дня до боя натягиваю свою маску и еду в «Восход».

Днём комплекс выглядит почти невинно. У входа мальчишки лет двенадцати пинают мяч, у кого-то из них шнурок развязан, и он на этом шнурке дважды подряд чуть не улетает в кусты.

А вот вечером заходишь с другой стороны, говоришь код – и всё меняется. Ты попадаешь в закулисье не самых законных боёв.

Улыбаюсь и прохожу мимо.

Мне разрешили размяться в зале. Дежурный распорядитель оценивает мой артефакт и кивает в сторону мешков.

Сегодня без просмотров и спаррингов.

Начинаю с ног.

Движение здесь ничего не решает. Работа ног – это вечная база: держать дистанцию, не скрещивать стойку, уметь уйти в любую сторону с одинаковой скоростью. Я это делал столько лет, что, кажется, могу повторить даже во сне.

Но чтобы добиться такого автоматизма, как раз и надо заниматься каждый день.

Мешок тяжёлый. Силу на нём сейчас не отрабатываю. Работаю сериями: два в корпус, один в голову, уход.

Дистанцию не разрываю, делаю короткие шаги и возвращаюсь к мешку.

Лупить Камня в лоб бессмысленно. Его защита скорее переломает мне руки, чем повредится. Значит, надо ловить моменты, когда он сам начинает двигаться и переносит вес.

А Камень делает это постоянно. Он явно считает себя неуязвимым, не хуже Макса. Идёт вперёд и давит. Шагает тяжело и уверенно.

Меняю мешок на работу в воздух.

Представляю стену. Не каменного парня с записи, а именно стену, которая едет на меня, как в каком-нибудь приключенческом фильме, где сработала ловушка.

Она приближается – я ухожу вбок.

Она продолжает давить – я пропускаю её дальше и оказываюсь сбоку.

Когда Камень стоит на хорошей опоре, дёргать его бесполезно. Но на шаге вся его масса уже сама идёт вперёд. И тут-то достаточно совсем немного испортить направление.

Вот здесь я и должен работать.

Движение подключаю на уклонах и смещениях. Не пытаюсь стать быстрее в два раза, просто ухожу чуть дальше или чуть глубже, чем получилось бы обычно.

Пару раз перебарщиваю. Вылетаю из линии слишком далеко и теряю позицию.

Значит, меньше.

Ещё раз.

Ещё.

Заканчиваю весь мокрый и довольный, как школьник. Мне кажется, что я уже давненько так не пахал. Ещё до смерти я позволял себе расслабиться, но сейчас такой привилегии у меня нет.

По дороге к выходу прохожу мимо второй площадки. На ней двое неспешно работают в стойке, распорядитель в красной бейсболке стоит у стены с планшетом. Какой-то мужик, не отрываясь, наблюдает за бойцами. Не залипаю на этом – здесь все смотрят на всех, это нормально.

При должной удаче даже с такого гиблого местечка можно вырваться на реальную Арену и стать звездой.

В раздевалке сижу на лавке и понимаю, что чувствую лёгкий мандраж, в хорошем смысле этого слова.

Через три дня – настоящий бой.

Профессиональный боец с опытом. У него боевой Аспект, как я и хотел, даже имя есть, хоть и слабенькое.

А вот я выхожу как Вектор – маг Движения. Никому не известный.

Это по-настоящему интересно.

На следующее утро еду в суд сразу после пробежки и контрастного душа.

Заседание проходит быстро. Я почему-то ждал, что будет дольше. Думал, придётся что-нибудь доказывать, а Артём опять придумает какую-нибудь пакость с магобиологическим профилем. Даже ждал подвоха от представителей дяди, думал, снова начнут рассказывать про изменённые показатели.

Ничего этого не происходит.

Экспертиза уже в деле, все её материалы приобщены, возражения рассмотрены и отклонены. Мне объясняли это в прошлый раз, но тогда всё утонуло в бумагах и вежливых формулировках.

Сегодня всё происходит иначе. Но главное не это, сам процесс мало меня колышит, пока не объявляют решение.

Суд устанавливает, что человек, находящийся перед судом, – Гордей Романович Соколов.

Всё.

Я сижу и слушаю, как это произносят вслух. Странное облегчение накрывает с головой, хотя понимаю, что это только начало.

Артём не пришёл. В зале сидит представитель дяди, смотрит в свой блокнот и не поднимает глаз, будто ему плевать на то, что говорит судья.

Дальше мне объясняют про запись о смерти. Она подлежит аннулированию. После этого – восстановление документов, а дальше ещё много разных мест, где мне надо будет отстоять очередь, чтобы ожить окончательно.

Паспорт, конечно, мне никто сейчас в руки не выдаёт. Как и не размораживают банковские счета по щелчку пальцев, как мне бы хотелось.

Мастерскую мне тоже не откроют.

Просто теперь у меня есть основание, с которым можно идти дальше.

Официально живой. А как только решение суда вступит в силу, я смогу продолжить бодаться с последствиями своей преждевременной кончины и воскрешения после неё.

Внутри спокойно и хорошо, как после хорошей драки. И немного смешно от того, что государство несколько недель решало, существую я или нет, и теперь наконец соизволило согласиться, что я реален.

Помощница судьи рекомендует выйти мне через запасной выход, чтобы не нарваться на толпы журналистов. Так и делаю, а на крыльце достаю телефон, чтобы сообщить новость Дену.

Но он опережает меня:

«Ну наконец-то, покойник! Обмывать будем?»

Вот это скорость у нашей прессы, я только пятнадцать минут как жив, а об этом уже знает вся страна.

Отвечаю Дену, что обмоем после четверга.

Потом заглядываю на форум, где просто нереалистичное бурление на фоне новостей. Уже цитируют решение, пересказывают заседание и пишут одно и то же разными словами:

«Пекло официально жив».

Семейное древо тоже немедленно обновили. На новой картинке у меня уже не нимб, а печать суда, а дядя подписан «финальный босс» и обведён траурной рамкой.

Автору, видимо, очень понравилось. А вот мне ещё предстоит разобраться с тем, почему это сначала все требовали меня не воскрешать, а потом не явились на заседание. Собственно, как и решить вопрос с увольнением «финального босса», чтобы он ещё чего не натворил.

Спортивные паблики подхватывают новость к вечеру. Кто-то ждёт возвращения на Арену. Кто-то опять вытаскивает ролик с Максом. Под одним из постов уже настоящий срач развели о том, что настоящие чемпионы возвращаются, и это показывает силу характера, а если я не вернусь, значит, зря воскрес.

Дочитываю до середины уже в электробусе.

Силы характера там уже столько, что дальше не лезет.

Приходит четыре предложения дать комментарий, и даже готовы неплохо заплатить. Два от каких-то каналов, названия которых я не знаю, ещё два от людей, которые представились знакомыми знакомых.

Не отвечаю никому и захожу домой, сейчас я бы предпочёл просто выспаться.

Светлана звонит через час, наверное, десятой по счёту во всей этой очереди, но первой, кому я отвечаю.

– Еле пробилась! Ты знаешь, что ты сейчас самая горячая новость дня⁈

– Догадываюсь. Привет.

– Привет. Я на минуту, честно. Мне нужно от тебя три фразы. Просто три, я их поставлю в своей статье первой, со ссылкой на тебя, и всё.

Смотрю на кухню. Стол завален недоделанным заказом и горой инструментов.

– Три фразы дам.

– Серьёзно?

– Серьёзно. Записывай. Суд установил личность, запись о смерти отменяется, дальше буду восстанавливать документы и своё имущество.

Пауза.

– Всё?

– А ты хотела поэму?

– Гордей, это же не комментарий, это пересказ решения. Его и так все знают.

– Это правда и это всё, что я сейчас могу сказать. Дальше идёт процесс, про него я комментариев давать не намерен.

Она всё-таки смеётся, хотя слышно, что немного расстроена.

– Ладно. Спасибо.

– Не за что.

Кладу трубку и возвращаюсь к заказу. Что-то Светик перебарщивает со своими комментариями. И куда делось её «просто сообщи, я переживаю не как журналист»?

А на следующий день она приезжает.

Причём без предупреждения – заходит, снимает мокрые от дождя туфли, ставит на тумбочку стаканчик с кофе и оглядывает кухню. Молча садится на единственный нормальный табурет и смотрит на меня.

Я как раз после пробежки, в футболке, ещё не успел толком остыть и последние полчаса доделываю заказ. Надо подогнать привязки под накопитель клиента. Я вообще-то сразу предупреждал, что это отдельная работа, и он согласился.

– Ты занят, – говорит она.

– Я всегда занят.

– Это я вижу.

Она обводит взглядом стол. Папки с судебными бумагами соседствуют с артефактами и недопитым кофе.

– Гордей.

– Мм.

– Дай мне нормальное интервью.

Вот оно что, почему-то я так и думал.

– Нет, – говорю я, не отрываясь от дел.

– Почему?

– Потому что мне сейчас не до этого.

– Всего один час.

– Давай послезавтра. Я правда занят.

– Чем таким важным ты занят?

– Делами, – поднимаю на неё взгляд.

Она ждёт продолжения. Я замолкаю, потому что продолжать нечего, а врать ей про бой не хочу.

– Один час, – конючит Светлана. – Я не лезу в детали отношений с дядей и судебные подробности. Просто большое интервью после возвращения. Это огромный материал. Для меня это шанс продвинуться по карьере.

– Я понимаю, но я уже давал тебе экс, ничего не поменялось. Мне просто дали бумажку, по которой я смогу оформить новый паспорт.

– Не понимаешь ты ничего. – Она ставит кофе на стол. – Ты вернулся, и у тебя всё будет. Документы, деньги, мастерская и твои бои. Не завтра, но всё вернётся. А у меня ничего не будет, если я не сделаю этот материал.

Откладываю инструменты.

Интервью само по себе не мешает. Разгребусь с делами – вполне могу дать. Светик мне нравится, час времени найти для неё не проблема.

Проблема в том, что она решила, будто может продвинуть карьеру за мой счёт. Помнится, я ей чётко сказал или-или. К тому же свой экс она получила, но выбрала продолжение.

Завтра у меня бой с Камнем, о котором Светлана вообще ничего не знает и посвящать её я не собираюсь. Мы встретились всего пару раз, отлично провели время – с каких пор я стал обязан отчитываться, чем занят?

Мы взрослые люди, договорились, никто никому ничего не должен. Не люблю, когда нарушают договорённости, даже такие милашки, как Светик.

– Мы договаривались, – говорю я. – Всё рабочее между нами закончилось, когда ты легла в мою постель.

– Я помню.

– Вот и держимся уговора.

– Это нечестно.

– Может быть.

Она молчит несколько секунд, потом нервно натягивает туфли.

– Мне надо в редакцию.

– Угу.

Берёт сумку и спокойно уходит. Но я вижу, что она недовольна.

Я сижу ещё пару секунд и смотрю на оставленный ею кофе. Между нами нет розовых соплей и быть не должно. Мы взрослые люди, договорились, никто никому ничего не должен.

Но уже второй раз за неделю мне не нравится, в какую сторону это едет.

Мотаю головой и возвращаюсь к работе.

* * *

Спортивный комплекс «Восход», кабинет

За два часа до боя в кабинете над залом горит одна лампа.

Он смотрит запись просмотра уже не первый раз. На экране Вектор работает с бойцом Аспекта Силы.

Вроде всё чисто, работает хорошо. Он перематывает момент, когда Вектор перенаправляет удар и противник сам получает кулаком в лицо.

Смотрит ещё раз.

Нет, тут всё понятно. Вектор может быть новичком в «Восходе», но точно не новичок в драках.

Слишком спокойно работает. Не суетится и не теряется, когда противник идёт вперёд. Дистанцию держит явно на автомате.

Кто он тогда? Такой талант с таким непопулярным Аспектом пропустить было бы сложно. Значит, не светился, но с таким опытом это просто невозможно.

Может, он военный?

Может быть, это многое бы объяснило.

Полицейский или кто-то из силовиков?

Тоже подходит.

Телохранитель. Профессиональный боец из другой системы.

Вариантов хватает.

Но больше всего его интересует маска.

Человек с таким опытом приходит в небольшой клуб, называет себя Вектором и даже лица не показывает.

Зачем?

Если скрывает прежнюю карьеру – от кого?

Если пришёл не только ради боя – тогда ради чего?

Он цокает и трёт бороду.

– Кто ты, Вектор? И зачем тебе маска?

Проверка клуба тоже возможна. Внедрённый боец. Человек, которого прислали посмотреть, что здесь происходит.

Пока всё это только версии.

Но выяснить надо.

Он берёт телефон.

– Когда назначили бой Вектора?

– В четверг.

– Отлично. Сохрани все записи. И заявку ещё раз посмотри.

– Что-то не так?

– Всё нормально. Просто хочу понять, кто он такой.

Кладёт трубку.

До начала два часа. Сейчас нет смысла дёргаться, даже если это проверка, на этом уровне она ничего не даст.

* * *

День боя.

Просыпаюсь в восемь, без будильника и сразу на разминку.

Когда возвращаюсь – душ. Ем нормально и плотно. Каша, яйца, чай. Никаких экспериментов и новых блюд. Приучил себя ещё в начале карьеры, когда мелкие бои шли каждые две недели.

Собираю сумку.

Вода, полотенце, сменная одежда, обычная мелочёвка, которую я таскал на тренировки годами.

Потом иду на прогулку, чтобы прочистить мозги и успокоиться. После возвращения заваливаюсь спать – в целом стандартный режим для любого бойца.

После обеда достаю маску из ящика и надеваю. Искажение включается автоматически при контакте с кожей. Смотрюсь в зеркало перед выходом, чтобы убедиться, что всё в порядке.

Выезжаю с запасом. На улице дождь. Люди бегают с зонтами, чей-то рюкзак бьёт меня в бок на входе в метро. Всё как всегда.

Стою у двери и слушаю объявления остановок, но стараюсь выкинуть всё из головы.

Через несколько часов у меня бой.

«Восход» вечером выглядит совсем иначе, чем днём. Один фонарь у служебного входа и зловещая лестница вниз.

Внизу уже слышен гул.

В прошлый раз вокруг было человек десять и почти тихо. Сейчас людей заметно больше. Не битком, но вокруг площадки уже толкутся бойцы и зрители. Защитные контуры включены. В дальнем конце на второй площадке кто-то из молодых долбит мешок, и звук разносится по всему залу.

Охренеть, как я по этому скучал.

Раздевалка маленькая и пропитана запахом пота. Пара лавок, шкафчики и вешалка. У стены сидит мужчина в чёрной майке и перематывает кисть.

Кивает мне. Киваю в ответ и переодеваюсь.

Разминаюсь в углу зала, где никто не мешает. Разогреваю суставы в привычной последовательности, которую делаю лет с восемнадцати и могу повторить с закрытыми глазами.

Кто-то проходит мимо, косится на маску.

Плевать.

Минут за двадцать до выхода появляется знакомый предбоевой мандраж. В животе становится пусто, а руки и ноги, наоборот, просят движения.

Я это чувство слишком хорошо знаю. И скучал по нему тоже.

Заканчиваю разминку и подхожу к площадке.

Распорядитель в красной бейсболке уже стоит у края с планшетом.

С противоположной стороны выходит Камень.

Вживую он ещё здоровее, чем на видео: килограммов на двадцать тяжелее меня, широкий, плотный. Спокойно подходит к центру площадки.

Останавливается напротив и разглядывает мою маску.

Я тоже успеваю рассмотреть его поближе.

Распорядитель указывает нам на исходные позиции. Кто-то за контуром говорит, что ставки закрыты.

Гудок.