Текст книги "Архитектор магических форм. Том 1 (СИ)"

Автор книги: Гриша Громм

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 21 страниц)

Глава 25

– Там твоя подпись, – выдавливает Артём.

Ключи он всё ещё держит так, будто я собираюсь вырвать их вместе с пальцами. Смотрю на его кулак, потом обратно в лицо.

– Знаю. Уже проверил.

Он моргает. Взгляд опять дёргается за мою спину, но просто свалить Тёма не рискнёт, я слишком хорошо его знаю.

– Ну и какие тогда вопросы? Может, ты забыл, что делал перед смертью.

– Ты эту линию собираешься в суде гнуть? – усмехаюсь. – Или, думаешь, я не докажу, что ты по стрипухам за мой счёт таскался? Уверен, что не засветился ни на одной из камер?

Артём начинает нервничать куда ощутимее: глаза бегают, а из-под волос срывается капля пота.

– У тебя два варианта. Ты можешь сейчас отдать машину или продолжить рассказывать мне, как всё законно. Только во втором случае разговаривать придётся уже не со мной.

Артём отворачивается к парковке. Стоит, сжав челюсти, и несколько секунд ничего не говорит. Я не тороплю.

– Так и знал, что дядя всё просрёт, – бормочет он.

Вот теперь интересно. Делаю вид, что ничего нового не услышал.

– И всё равно полез.

– Он сказал, что всё нормально! – Артём резко поворачивается ко мне. – Что ты ничего не… Короче, не надо было его слушать.

Не могу сказать, что сильно удивлён этому.

– Ты же знал, что я его поймал.

– Знал.

– Но решил, что тебе это с рук сойдёт просто потому что ты мой брат?

– Ты умер, Гор! – выпаливает он. – Умер! Что мне надо было делать? Всю оставшуюся жизнь ждать, пока ты разрешишь?

Поднимаю брови.

– Ты бы и так получил тачку по наследству. На кой-было устраивать этот цирк с переоформлением?

Он дёргает плечом.

– Не хотел ждать. Я и так как собачёнка вечно ждал от тебя подачек.

– Да ладно, – усмехаюсь. – Ты сейчас это серьёзно? Может, ещё заведёшь любимую волыну, что мне всё просто так досталось? А?

Брат скрещивает руки на груди и кривит губы.

– То-то же, – фыркаю. – Не я один родился талантливым в нашей семье. Только что-то не помню, чтобы ты рядом со мной над учебниками корпел. Тебе же всю жизнь было скучно.

– Я не мог поставить себе сильный Аспект, как ты, – почти рычит Артём.

– Ты идиот? Мне тоже никто не воткнул сформированный Аспект Огня. Пришлось, знаешь ли, потрудиться, чтобы развить его. А Архитектором так и вообще любой может стать, если учиться.

– Ага, и поэтому вас так мало, – цедит Артём.

– Разве я виноват в том, что другие учиться не хотят?

Артём отводит глаза. По дорожке к подъезду идут люди, и он отступает в сторону, пропуская их. Я остаюсь напротив. Со стороны вполне обычный семейный разговор, если не смотреть на то, как у брата ходят желваки.

– Я просто не хотел ждать, – тихо говорит он.

– Всё как всегда, – пожимаю плечами. – А дядюшка, как обычно, прикрыл твой зад. Мог бы уважить труп брата и не бежать отгребать «корвет», пока я остыть не успел.

Да, дядюшка и правда всегда прикрывал зад Тёме, видимо, признал в нём родню по желанию жить за чужой счёт. Глупо было бы думать, что с «корветом» Артём вдруг всё устроил сам – у него бы мозгов и хитрости не хватило. Только сейчас меня больше интересует другое.

– Подпись откуда взял?

– Какую подпись?

– Артём!

Он смотрит мимо меня.

– Я тебе уже сказал, там всё…

– Ресторан. Стрип-клуб. Ещё перечислить?

Брат быстро переводит глаза на меня. На секунду в них появляется почти возмущение.

– Ты теперь каждую копейку считать будешь?

– На моих счетах? Представляешь, буду.

– Да там суммы-то…

– Я и так долго терпел. Откуда у тебя подпись?

Он проводит ладонью по лицу. Ключи звякают, и я невольно перевожу взгляд на них. Дело-то вовсе не в машине. А скорее в неуважении. Я и умереть не успел, а брат кинулся отгребать себе кусок от моего пирога, хотя я никогда не отказывал ему в покупке хотелок за мой счёт.

Может, зря. Глядишь, взялся бы за ум и начал зарабатывать сам. Но мне казалось, что мы семья, а семье надо помогать. Только привело это к тому, что дядя, несмотря на свои доходы с моего бизнеса и мою помощь в обеспечении его многочисленной семьи, всё равно подворовывал. И родной брат по его стопам пошёл.

– Копию сделал, – говорит наконец Артём.

– Когда?

– Давно.

– Насколько давно?

– Пару лет назад. Какая теперь разница?

Некоторое время просто смотрю на него.

– Что значит, какая разница? Ты лазил в мои деньги без спроса.

– Я ж не постоянно! Иногда пользовался. Ты бы даже не заметил.

– Так я и не замечал. Ты на это рассчитывал?

– И что теперь-то? Или я должен был у тебя каждый раз просить?

– Нет, твою мать, Артём, ты должен был платить своими.

Брат отводит глаза. Похоже, ответ его не устраивает, но другого у меня нет.

– Это были мелочи, – говорит он. – А с машиной дядя сказал, что можно оформить. Ты всё равно…

– Умер. Я уже слышал.

Он поджимает губы.

Старые платежи больше не загадка. Просто мой брат пару лет развлекался с моей подписью, а я был слишком занят, чтобы заглянуть в собственные расходы.

– Ты хоть понимаешь, до чего дошёл? – спрашиваю.

– Не начинай.

– А я начну. Талант у тебя есть. Я тебе предлагал учиться, работать рядом. Можно было в университет пойти, нормально развиваться. Ты же не безрукий.

– Конечно, под тобой сидеть, пока ты…

– А деньги из-под меня брать не унизительно?

Он резко замолкает.

– Тебе зависть совсем разум затуманила? Всё не так, все мешают, а мне просто повезло. А сам даже на развлечения заработать не захотел. Взял чужую подпись. Потом решил, что и машину можно вне закона дёрнуть. Это мошенничество и уголовное дело!

– Ты ничего не понимаешь.

– Я как раз всё прекрасно понимаю.

Артём переступает с ноги на ногу. Его уже трясёт, но я не собираюсь успокаивать. Пусть хоть немного постоит с этим, не перекладывая на меня ответственность. Всю жизнь я только и слышал, что всем и всё должен, а ведь я самый младший в семье.

Да, я родился с пластичной структурой, которая способна принять серьёзный Аспект. Но её всё равно надо было развивать, учиться и торчать на тренировках, пахать до изнеможения, чтобы добиться успеха.

– Если бы ты не был моим родным братом, – говорю наконец, – мы бы сейчас не здесь разговаривали. Сидел бы в полиции и объяснял, почему моя подпись у тебя оказалась.

Он поднимает глаза.

– Ты на меня заявишь?

– А ты уже в наручниках?

Плечи у него чуть опускаются, и я сразу добавляю:

– Но машину вернёшь. И больше к моим деньгам не притронешься. Так что ключи на базу, а сам вали, куда собирался.

Артём смотрит на связку. Несколько секунд крутит её в руке, потом бросает мне под ноги.

– Забери свою тачку. Она мне всё равно не нравится.

Ключи ударяются об асфальт.

Стою и смотрю на него. Вот оно, любимое: не больно-то и хотелось. Только пару лет пользоваться моей подписью почему-то хотелось, а теперь даже поднять руку нормально не может.

Наклоняюсь, подбираю связку. Проверяю корпус брелока, стряхиваю пыль.

– Поздравляю. Больше не придётся на ней страдать.

Артём разворачивается, но я останавливаю его, придерживая за плечо.

– Подожди.

– Чего ещё?

– Слепок.

Он смотрит на мою руку.

– Отпусти.

– Носитель с моей подписью гони.

– Его здесь нет.

– Значит, идём туда, где он есть.

– Гор, я тебе машину отдал!

– Пока только ключи. А сейчас ты вернёшь всё остальное.

Он громко дышит через нос, глядя мне в лицо. Проверяет, насколько серьёзно я настроен? Он же не думает, что я просто оставлю ему доступ к счетам?

Стою спокойно. После его признаний угроза полицией уже не просто попытка взять на испуг, и он, кажется, это тоже понимает.

– Он дома, – говорит наконец.

– Отлично. Далеко ходить не надо.

В квартиру поднимаемся молча. Он сбрасывает обувь, проходит внутрь и сразу направляется в спальню. Я остаюсь у двери, не собираясь устраивать обыск. Сделаю проще – сменю счёт и переоформлю магическую подпись.

Через минуту Артём возвращается с носителем. Кладёт мне на ладонь, стараясь не касаться пальцев.

– Всё?

– Угу.

– Другие копии есть?

Он мотает головой.

– Точно?

– Да нету! Мне одной хватало.

Смотрю на него, и он отворачивается. Убираю носитель в карман.

Артём явно ждёт, что теперь я уйду. Даже перемещается ближе к двери, будто собирается проводить. Вместо этого достаю телефон и открываю договор по машине.

– Оформляем обратно.

– Прямо сейчас?

– Нет, оставлю тебе ещё на два года. Конечно сейчас.

Он садится, упирается локтями в колени. Я остаюсь стоять рядом, пока брат открывает всё необходимое. Несколько раз тянет время, перечитывает одно и то же, хотя я даже предположить не могу, с какой целью. Я всё равно заберу машину.

Сам тоже проверяю каждую строку. Слова Артёма мне больше недостаточно. Машина должна принадлежать мне официально.

– Здесь подтверждай, – говорит он.

Подписываю свою часть. Жду, пока Артём закончит. Он хмурится, пару раз зло касается экрана и откидывается на спинку.

– Доволен?

Не отвечаю, пока не получаю подтверждение. Открываю сведения, проверяю владельца.

Гордей Романович Соколов.

– Теперь всё, – говорю.

У порога задерживаюсь, хочется сказать ещё что-нибудь. Про подпись, про деньги или то, что я ему всё-таки брат. Только он это и так знает. Знал, когда делал слепок, чтобы расплачиваться моими деньгами в барах. И знал, когда оформлял «корвет» в обход завещания.

Поэтому просто выхожу.

Во дворе нажимаю на кнопку брелока. Машина отзывается, обхожу её, осматриваю кузов. Новых коцок не появилось. Открываю дверь, сажусь за руль и подстраиваю сиденье обратно под себя.

Руки сами ложатся как надо. Вот только лишний свет в салоне портит всё впечатление.

Вспоминаю ещё и про внешнюю подсветку.

– Господи, Артём.

Кто вообще решил, что спортивной машине не хватает сходства с дешёвым клубом?

Выключаю эту «красоту» и запускаю двигатель.

Из двора выезжаю без спешки. Сейчас совсем не хочется давить на газ. Хочется проверить, что брат не оставил мне ещё и механических сюрпризов.

На следующий день загоняю «корвет» на СТО.

– Подсветку снимите, – говорю сразу.

Мастер заглядывает в салон.

– Всю?

– Всё, что здесь появилось от чужого чувства прекрасного.

Потом уже обсуждаем нормальную проверку. Ходовую, тормоза, состояние машины в целом. Не хочу больше сюрпризов.

Пока «корвет» смотрят, возвращаюсь к работе. Несколько часов обычных заказов неожиданно хорошо прочищают голову. У Форм хотя бы нет привычки делать виноватым тебя за то, что ты заметил ошибку.

Под вечер звонят с СТО. Ничего страшного с машиной не произошло. Угробить её брат не успел.

Забираю уже без подсветки и царапин на кузове. Сажусь, оглядываю салон и впервые за долгое время не хочу ничего немедленно переделать.

По дороге покупаю еду. Пакеты приходится раскладывать аккуратно, чтобы ничего не опрокинулось. Раньше меня это вообще не раздражало, мог полчаса после магаза расставлять покупки, чтобы не залить багажник.

Сейчас замечаю, что коробка с новыми датчиками в «корвет» вошла бы, а вот что-нибудь крупнее уже стало бы задачей. Раньше бы просто заказал доставку, но сегодня это кажется уже ненужным расточительством, если можно по дороге заскочить и всё забрать самому.

Отгоняю эту мысль. Это «корвет», а не пикап, чтобы выставлять ему требования по перевозке негабарита.

Дома перекидываю документы по машине к остальным. Носитель с подписью убираю отдельно. На старые траты смотрю ещё раз и закрываю банковское приложение.

Это уже прошло, и я действительно не собираюсь требовать от брата возврат за траты в стрип-клубе.

Артём пару лет пользовался тем, что я не проверял каждый платёж. Я спокойно работал, платил по счетам и был уверен, что личные расходы хотя бы действительно личные.

Теперь сижу среди папок, как будто получил вторую профессию.

Разбираться в подписях, договорах и цепочках – отдельная работа. Хорошо бы отдать её людям, которые занимаются этим не между тренировками и заказами. Мне нужны результаты, а не способность наизусть пересказывать историю каждого перевода.

Пока навожу порядок в том, что уже есть. Как только решу вопрос с домом, найму профи.

С Лёшей подтверждаю просмотр. Он присылает время и напоминает, что дорога там не очень. Не обращаю внимания, но позже выясняется, зря.

Уже утром, когда съезжаю с трассы, понимаю, что асфальт заканчивается ещё до посёлка.

Сначала дорога выглядит просто неухоженной. Сбрасываю скорость и объезжаю ямы. «Корвет» ползёт так медленно, аж зубы сводит. Слежу за колеёй, с какой стороны объезжать неровности.

Там, где на высокой машине проехал бы без проблем, я прикидываю, останется ли у меня передний бампер. На очередной яме выдыхаю сквозь зубы.

Только привёл тачку в порядок.

Впереди лужа, и по мутной воде совершенно непонятно, как глубоко у неё дно. Останавливаюсь перед ней и оцениваю. Объезд есть, но узкий. Медленно провожу машину, чувствуя каждую неровность.

Смотрю на дорогу дальше. Если ездить сюда регулярно, очень быстро узнаю стоимость деталей подвески. Не думаю, что хочу этого.

Подъезд к дому есть. Лёша не соврал. Просто он явно рассчитан на людей с другим представлением о нормальном клиренсе.

Доезжаю до ворот и нахожу место, где можно остановиться без риска сесть днищем. Лёша уже ждёт рядом со своей машиной.

Когда выхожу, он смотрит на «корвет» и чуть улыбается.

– Доехали?

– Физически – да. Душой ещё возле последней ямы.

– Я предупреждал, что дорога плохая.

– Плохая – это когда ругаешься на кочки. Здесь я местами молился, – усмехаюсь и осматриваю тачку.

На нижней части кузова грязь, но ничего не оторвалось. Считай, успех.

– Уверены, что хотите посмотреть этот дом? – Алексей кивает в сторону забора.

– Ну я же уже здесь.

– Пойдёмте, – он открывает калитку.

Сразу смотрю на недострой в стороне от дома, а за ним ещё земля. Много земли. Останавливаюсь, прикидывая размеры.

На фотографиях всё выглядело скромнее.

– Граница там? – показываю в сторону.

Лёша кивает и разворачивает план.

– Да. Здесь поворачивает, дальше идёт до того края, – он показывает на арматурину с грязной тряпкой вместо флажка.

Смотрю на план участка. Между будущей рабочей зоной и жилым домом можно оставить нормальный промежуток, в который влезет добротная мангальная зона, если захочется.

Соседние дома видны, но в окна уже не заглянуть.

Прохожу к боковой части участка – она тоже выходит на дорогу. Вернее, её остатки. Участок угловой, сзади начинается лес, который никто не позволит вырубить, ибо что-то там под охраной. Я не вникал, главное, за моим домом никто не построит ничего.

Здесь можно сделать отдельный подъезд к мастерской. Фургон зайдёт, развернётся, встанет на разгрузку. Сам проезд надо готовить, конечно, асфальт кинуть или брусчатку. Но это уже детали.

Лёша идёт рядом и тоже всё внимательно рассматривает.

– Клиентов вообще можно через боковой въезд пускать, – говорю, показывая на проход.

– Да. Если разделять жилую и рабочую зоны можно даже забор поставить. Здесь, как я понял, несколько участков, так что можете их разделить по границам.

Смотрю на недостроенный корпус. Проём широкий. Сразу представляю, как через него заносят оборудование, и впервые мне не требуется мысленно разбирать стол или стену.

– С него начнём?

– Конечно.

Под ногами хрустит мелкий мусор. Внутри голые стены. Окон нет, дверей тоже. Ветер гуляет, а вдоль стен куча неиспользованных строительных материалов. Неизвестно, можно ли их ещё использовать, но если что придётся организовать вывоз мусора.

Подхожу к проёму и смотрю вверх. Высоты хватает. Не будет нагромождения в одном месте.

Провожу рукой по стене.

Здесь придётся делать всё. Зато я хотя бы не покупаю чью-то дорогую отделку, чтобы через неделю выносить её в мешках.

– Это помещение без внутреннего разделения планировалось? – спрашиваю.

Лёша показывает на плане то, что относится к корпусу. Я сверяю с тем, что вижу. Пространство позволяет перестроить рабочую зону под себя, а не под привычки прежнего владельца.

Отхожу в дальний угол. Отсюда удобно будет наблюдать за стендом. Стол можно поставить ближе к свету, измерители держать отдельно и не переживать за их сохранность.

На полу мысленно рисую стойки и проходы.

Лёша задерживается у входа, сверяясь с размерами. Я выбираю свободный участок стены и коротко ударяю кулаком. Не сильно, просто чтобы запустить вибрацию, которую могу почувствовать. Материал отзывается.

Подхватываю ощущение, удерживаю внимание на затухающем движении внутри.

Основа ощущается добротной. По крайней мере, на этом участке нет того разрозненного отклика, которого я опасался от недостроя, простоявшего без дела.

Убираю руку.

Это не делает меня специалистом по зданиям. Да и по одному удару нельзя проверить весь дом. Нужен нормальный технический осмотр, прежде чем принимать решение, но здесь мне явно нравится.

Лёша поднимает голову.

– Что скажете?

– Нравится. Но состояние пусть специалисты смотрят.

– Разумеется. По фотографиям и обычному просмотру окончательный вывод делать нельзя.

Возвращаюсь ко входу и ещё раз смотрю на корпус. За спиной остаётся достаточно места под склад.

Пальцы сами тянутся к телефону. Делаю снимок и отмечаю на нём будущий проём под разгрузочную.

Потом стираю.

Я ещё ничего не купил, а уже строю планы.

Жилой дом снаружи выглядит почти готовым. Внутри это впечатление быстро исчезает.

Голые стены, незаконченные помещения. Никакой кухни, только трубы торчат там, где должна стоять раковина.

Заходим, и наши шаги разносятся по пустому пространству.

Подхожу к окну. Рабочий корпус виден сбоку, но он достаточно далеко. Если правильно разнести всё по территории, шума в спальнях слышно не будет.

– С коммуникациями сколько работы? – спрашиваю.

Лёша говорит, что к дому всё подведено, но внутри нужно делать разводку. Рабочему корпусу понадобятся свои линии, под мои нагрузки придётся считать отдельно.

Слушаю, глядя на пустые стены.

Это уже не перенести пару розеток. Придётся делать нормальный проект. И всё, что я сейчас могу представить за несколько минут, в реальности будет делаться неделями, а то и месяцами.

Идём дальше.

Места в доме заметно больше, чем мне нужно одному. Кабинет можно устроить так, чтобы не превращать столовую в лабораторию. Под спальни хватает помещений. При желании здесь далеко не одну детскую можно сделать, ещё и гостям останется.

На секунду представляю, как это будет выглядеть с дверями и мебелью. Потом смотрю под ноги, где вместо готового пола лежит порванная плёнка.

Жить здесь прямо сейчас – удовольствие сомнительное.

В квартире я прихожу домой, закрываю дверь и занимаюсь своими делами. Здесь какое-то время придётся переступать через плёнку, коробки и инструмент. Даже если закончить жилую часть раньше остального, стройка никуда не исчезнет. Просто переместится за окно.

С другой стороны, за этот объект просят реально недорого. Мне хватит денег с квартиры, ещё и на ремонт останется. И это не учитывая надбавки за то, что продавать я собираюсь хату знаменитости.

Всё же место достаточно далеко от цивилизации, дом недостроен, внутри пустота. Вложений требует много. Надо думать.

Хотя, когда я увидел всё своими глазами, теперь остальные дома, которые я уже посмотрел, кажутся мне плохим вложением.

За готовые варианты просили заметно больше. И после покупки всё равно понадобились бы серьёзные вложения. Здесь деньги остаются именно на то, что мне важно: мастерскую, маг защиту для тренировочной, оборудование.

Можно не собирать всё по кускам годами. Купить, довести рабочую часть и сразу сделать её как следует, а обои выбрать можно и потом. Сейчас они мне всё равно без надобности, я, по сути, живу в мастерской.

Слишком заманчиво.

Выходим во двор, и я снова начинаю мерить шагами расстояние.

Спортзал лучше поставить так, чтобы от дома до него можно было дойти напрямую. Склад ближе к проезду, мастерскую не разворачивать дверями к жилым окнам. Для разгрузки оставить площадку, на которой не придётся парковать собственную машину.

– Вот здесь я бы оставил свободное место, – говорю, больше себе, чем Лёше.

– Под что?

– Пока ни под что, но мне кажется, здесь можно играть в футбол, если захочется.

Он улыбается.

Достаю телефон и открываю план. Прямо на месте прикидываю расположение зала. Сдвигаю его немного, чтобы не перекрыть подъезд. Склад рисую рядом с корпусом, но оставляю между ними проход.

Очень быстро на пустой земле появляется целая база.

Моя.

Поднимаю глаза от экрана и останавливаю себя. Пока это просто недострой, который я смотрю.

– Увлёкся, – говорю.

– Это нормально. Для этого и смотрим.

Лёша не торопит. Стоит у входа, пока я ещё раз обхожу свободную часть участка.

Здесь есть почти всё, чего мне не хватало в других вариантах. Точнее, место под всё. Реально пока стоят только стены.

Остальное придётся создать.

К машине возвращаемся другим путём, чтобы я посмотрел участок со стороны въезда. Останавливаюсь у ворот и оборачиваюсь.

Дом нравится. Рабочий корпус тоже. Даже пустота между ними нравится, потому что мне не надо переделывать чужой ландшафтный дизайн под свою тренировочную базу.

– Ну как? – спрашивает Лёша.

– Похоже, это то, что я искал.

Он кивает, но я сразу добавляю:

– Мне надо подумать.

– Конечно. Если решите двигаться дальше, будем организовывать техническое обследование. Без него я бы не рекомендовал принимать решение.

– Да. Сейчас ничего не обещаю.

– Я понял.

Он закрывает калитку, а я подхожу к «корвету». На фоне земли и незаконченных построек машина выглядит так, будто её привезли сюда для съмки рекламы и забыли забрать.

Сажусь, стараясь не занести грязь в салон. Взгляд падает на свободное место рядом.

Инструмент, коробки, материалы. Если начну часто ездить сюда со всем этим, машина не обрадуется. Её создавали для других задач. Низкая посадка явно не для этой дороги. Да и под мои новые задачи тачка не подходит.

Но это не значит, что «корвет» надо немедленно продавать.

Можно найти другой дом, к которому ведёт нормальный асфальт. В конце концов, я не подписывал обязательство строить новую жизнь именно за последней приличной дорогой.

Прощаюсь с Лёшей и выезжаю.

На первой же неровности снова сбрасываю скорость. Переднее колесо медленно проходит край ямы, подвеска отрабатывает, а я смотрю вперёд и думаю вовсе не о машине.

Денег хватит. Даже с хорошим запасом на то, чтобы сделать мастерскую нормально. Цена как раз позволяет вложиться в нужное, а потом доделывать остальное.

Только деньги сами стены не отделают.

Придётся выбирать людей, обсуждать работы, проверять результат. Разбираться, почему один проём сделали не так, почему оборудование уже приехало, а место под него не готово. Что-то я наверняка начну делать своими руками, потому что быстрее, чем объяснять.

Представляю вечер: возвращаюсь домой, а там плёнка на проходе, инструмент у стены, пыль повсюду. До мастерской несколько шагов, но она сама ещё наполовину стройка. Зал пока существует на плане, а во дворе ждёт разгрузки очередная машина.

Я могу так жить. Некоторое время точно могу.

Вопрос в том, хочу ли.

Объезжаю лужу и выруливаю на более ровный участок. В зеркале дом уже не виден.

Есть вариант проще. Продолжить поиск, выбрать что-нибудь более готовое, поступиться частью удобств и не превращать ближайшие месяцы в ещё одну работу. В готовом доме не придётся строить всё чуть ли с нуля, но и такого пространства под свои хотелки, возможно, уже не получу.

Ладонь лежит на руле, машина медленно подбирается к асфальту. Я хотел собственный дом с мастерской. А сегодня походил по месту, где можно собрать почти всю свою жизнь заново.

Только хочу ли я действительно лезть в эту стройку?