355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Геннадий Башунов » Ангелы над Москвой » Текст книги (страница 1)
Ангелы над Москвой
  • Текст добавлен: 7 октября 2016, 02:05

Текст книги "Ангелы над Москвой"


Автор книги: Геннадий Башунов



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 24 страниц)

Дмитрий Башунов
Ангелы над Москвой

Суета сует! Все – суета!

Что пользы человеку от всех трудов его, которыми трудится он под Солнцем?

Екклесиаст (Библия)

Часть первая: ВЗЛОМ

Ангелы, Дмитрий Школьник

Ангелы, высокий белокурый Ксор и чернокожий гигант Хамдиэль, коротали время на Луне. Ксор лежал на спине, заложив руки за голову, и беспечно пожевывал невесть откуда принесенную соломинку. Хамдиэль сидел, разглядывая удаленную на сотни тысяч километров голубую планету. Припекало солнце, накаляя плотную пыль спутника Земли. Впрочем, даже если бы поверхность под ними расплавилась, ангелы вряд ли переменили бы позы: тело для духовного существа – такая условность…

– Как будто у людей что-то произошло? – поинтересовался Ксор.

– Ага, – зевая, подтвердил Хамдиэль. – Русские ракету запустили.

– Опять сюда? – оживился Ксор.

– Нет, – качнул головой Хамдиэль. – На Марс.

– Так сразу – и на Марс? – с сомнением произнес Ксор. – Не долетит, пожалуй. Первый блин комом. Особенно у русских… Что еще происходит? Как люди смотрят на это чудо?

– Да как, – пожал плечами темнокожий. – Никому не интересно. Только один мальчик, вместо того чтобы спать, так на нас с тобой засмотрелся, что сейчас шею вывернет.

– Вывернуть не вывернет, – отметил Ксор, приглядевшись к мальчишке, с открытым ртом уставившемуся на сияние ночного светила, – а свернуть свернет. Свалится с подоконника, и готово… О-у, Хамдиэль, ты где?

Но чернокожего ангела на Луне уже не было. Он стоял в комнате, за спиной мальчика, разглядывавшего Луну и звезды, и ждал, когда маленькая ножка соскользнет с округлого края подоконника. Наконец это случилось. Дима – так звали мальчика – вскрикнул, потерял равновесие, но Хамдиэль подхватил его.

– Вы кто? – не испугался малыш.

– Ангелы, – просто ответил возникший рядом Ксор, и откинул одеяло. – Ложись-ка давай, исследователь.

– Ух ты-ы-ы… – шепотом протянул Димка. – А вы правда существуете? Или мне снитесь?

– Существуем, – ответил Хамдиэль.

– Снимся, – сказал Ксор, – спи, давай.

Через несколько мгновений они уже шагали по заснеженной московской улице.

– Мама! – сказал утром Димка. – Ко мне ночью приходили ангелы.

– Ты только никому об этом не рассказывай, мой хороший, – почему-то очень тихо и очень серьезно проговорила мама.

Дима, Москва, двадцать первый век

Осеннее солнце добиралось до двора угловатого дома. Едва выглянув из-за крыши, оно осветило тихую комнату и дотянулось до спящего. На часах было восемь.

Спавший проснулся. Он всегда ждал солнца, досыпая последние минутки. Он знал: солнце – это тепло, это радость. Лежать больше не хотелось. Дима сел и зажмурился. Ему было хорошо, как коту, выбравшемуся на припек. Пытаясь продлить тихое счастье, он старался не шевелиться, но чувства стали уступать место мыслям, захотелось кофе, а необходимость поторапливаться на работу стерла с лица улыбку.

Дима встал, побрел в ванную, без эмоций представляя, как сложится день. Все будет как всегда. Дежурные улыбки коллег. Веселенькие перекуры со старыми анекдотами и ленивым враньем о мнимых любовных и реальных алкогольных победах… Он зачерпнул в пригоршню воды и плеснул ее на лицо. Обеденный перерыв, который смело можно растянуть на полчасика дольше дозволенного. Скучное ожидание конца рабочего дня. И снова дежурные улыбки – теперь уже на прощанье… На этом месте Дима вздохнул поглубже и перекрыл горячую воду. Нежные струи душа вмиг превратились в жалящие холодом иглы. Другой давно сбежал бы, посинев и дрожа, а он – стоит!

Благоухая парфюмом труднопроизносимого бренда, сияя выбритым до блеска подбородком, он вошел в кухню. Вчерашняя посуда громоздилась возле раковины. Позавчерашняя и еще более ранняя – в раковине. Дима озабоченно распахнул шкафчик. Чистые чашки еще имелись. Ложки – тоже. Значит, с мытьем можно не торопиться… Потягивая крепкую робусту, Дима благодушно затягивался пряным дымом, прикладывал к губам рюмочку «Бейлиса» и грезил… В последнее время его все чаще посещала мысль, что пора бы остепениться и завести жену. Именно так: завести жену. Постановка задачи его веселила. У кого-то собаки, а у него – жена. Возраст самый подходящий – двадцать пять, мужчина в полном расцвете сил, недурен собой, с хорошей работой и зарплатой, характер вполне сносный. Поэтому кастинг на роль миссис Школьник намеревался быть серьезным. Миловидная, но не слишком красивая – чтобы в люди не стыдно было выйти, но чтобы не слишком засматривались. Умная, но в меру, чтоб его мнение ставила во главу угла. Хозяйственная. Чтобы стол накрыт был, когда гости придут. Ну, и в постели… чтобы приятно было домой возвращаться. Интересно, кто может подойти по этим параметрам?

Погруженный в раздумия, Дима запер входную дверь, одним махом преодолел ступеньки от квартиры до двери подъезда, выскочил во двор и чуть не уткнулся носом в широкую спину дворника. На перекрестке он оглянулся. Дима любил смотреть на свой дом в таком – да и в любом другом – ракурсе. Он здесь родился и вырос, здесь мама отпускала погулять во двор, строго-настрого запрещая выскакивать на проезжую часть. Сколько ж лет уже прошло?.. Дима учился фотографии по отцовым книгам, и силился поймать в кадр ворону. Она скакала, озираясь на назойливого фотографа, а потом полетела, и Дима наудачу – почти в отчаянии – нажал на кнопку. Ворона вышла такой живой, такой стремительной, такой блистательной, что мама отнесла снимок в местную газету, и Диме дали поощрительную премию…

Отец, как рассказывала мама, всегда жил своей жизнью, больше думал, чем говорил, молчал, читал, пропадал в Ленинке и на раскопках. Однажды, так же молча, уехал в Израиль. Мама не смогла этого понять и простить – ни отцу, ни Израилю. Затем переехала на другую квартиру и сразу как-то повеселела…

Светофор загорелся зеленым, и Дима, бросив рассматривать знакомый до последней трещины дом, зашагал через дорогу.

Встреча с Ольгой

Вот и офис! Дима кивнул в сторону ресепшена, поздоровался с охранником и устремился к лестнице.

– Дмитрий Сергеевич! Уделите минуту!

Дима резко остановился. Директор? Ждет его в холле? Это честь! Да он не один… С симпатичной девушкой. Ведущий программист опытным взглядом сканировал объект. Длинные шелковистые волосы, высокая грудь, крутые бедра, задумчивые пытливо изучающие карие глаза. Хм…

– Ольга Игоревна, – начал шеф, – позвольте представить вам нашего ведущего программиста, Дмитрия Сергеевича.

Девушка кивнула Диме.

– Полагаю, – продолжил начальник, – вам будет удобнее выяснить все производственные вопросы непосредственно у компьютера? Мы уже сделали предварительные прикидки. Заказ, конечно, невелик, но ответственен. Дима, я полагаю, справится с ним быстро…

– О чем речь? – откликнулся Дима. – Лучшие ресурсы нашего скромного предприятия – к вашим ногам!

Дима опустился на одно колено и склонил голову, одновременно шикая на директора, и жестами предлагая ему опуститься на колени рядом.

– Кг-х-м… – покраснел директор. – Дмитрий Сергеевич, уважаемая Ольга Игоревна, хоть и паясничает, специалист хороший…

– А то, – выпрямился Дима, отряхивая колено от несуществующей пыли. – Образование классическое: латынь, греческий, турбо паскаль… Считать могу непрерывно, а могу и дискретно, причем в уме.

Открылись створки лифта, и они вошли в кабину. Директор нажал кнопку.

– Это я к тому паясничаю, – заметил Дима, – чтоб вы себя чувствовали у нас свободно и комфортно: пожелаете чаю, кофе – так и говорите, организуем!

Лифт остановился, и директор вышел, недовольно поглядывая на своего лучшего специалиста. Двери закрылись.

– Школьник, – совершенно серьезно пояснил Дима, – это мой крест, с гордостью несомый от самого рождения. Фамилие такое, как выражался кот Матроскин, понимаете? А по совместительству – мой ник в Интернете. Не приходилось встречать?

– К сожалению, нет, – покачала головой Ольга.

– Жаль. Очень жаль! Вы много потеряли, – нарочито сурово отозвался Дима. – Идемте! Наш этаж. А заказик-то ваш уже почти готов, – добавил он уже деловым тоном. – Процентов на восемьдесят сделан.

Ольга с удивлением посмотрела на него.

– Как?

– Ну, как… Вы когда присылали файл техзадания на ознакомление?

– Неделю назад, – припомнила Ольга. – Ваш директор просил несколько дней на знакомство с задачей…

– Ну, вот, я посмотрел. Задание показалось интересным. Директору сказал, что осилим. Кое-какие наработки на эту тему имелись. Ну, и в свободное от работы время сделал.

– Но, если так, зачем же мы поднялись?..

– Во-первых, необходимы уточнения. Во-вторых, сколько времени отведено на решение этой проблемы?

– Ну-у… Не горит, в общем-то.

– Прекрасно! – Дима повернул ключ в замочной скважине, открыл дверь и жестом пригласил девушку войти. – Тогда я буду ходатайствовать, чтоб часть высвободившегося времени вы провели со мной. Молчите, не отвечайте. Давайте сначала посмотрим на материалы.

И он включил компьютер. Глянув в экран монитора, пробежав взглядом по строчкам, Ольга подняла взгляд на Диму. Переворачивает листы в папке, принесенной ею, но читает лишь некоторые фрагменты – значит, остальные подробности ему известны. Сел рядом. Ого! И это называется «мы сделали предварительные прикидки»? Основной костяк работы действительно выполнен, осталось только подключить к программе несколько плагинов, да опробовать ее на громоздкой базе данных… Дима украдкой следил за заказчицей. Интересный экземпляр. Молчаливая, серьезная, Диме нравились такие девушки.

В конце рабочего дня шеф осторожно заглянул в Димин кабинет. Там вовсю кипела работа.

– Заканчиваете уже? – пошутил директор.

– Да! – чуть не сорвалось с языка у девушки.

Но Дима ее опередил:

– Где там… До конца недели будем писать, пробовать и переписывать, а после еще неделя на внедрение уйдет. Как минимум!

– Хорошо, хорошо, – кивнул начальник. – Занимайтесь.

Две недели, думалось ему… Ну, отлично! В техническом задании проставлен срок выполнения – целый месяц. И значится премирование за скорость…

Как только дверь за начальником закрылась, Дима с улыбкой взглянул на заказчицу.

– Не возражаете, если мы сделаем небольшой перерыв, перекусим?

– Конечно, – Ольга поднялась со стула. – Через сколько мне подойти? Или, может быть, хватит на сегодня?

– Ни в коем случае. Я страшный трудоголик. Могу работать сутки напролет. Даже неделю могу, почти без сна.

Глаза девушки удивленно расширились. Довольный произведенным эффектом, Дима распрямил плечи.

– Есть только одна вещь, которая мне никак не удается, – он горестно вздохнул.

– Какая?

После небольшой паузы, ровно столько, сколько было нужно, чтобы подогреть интерес слушательницы, Дима ответил:

– Не могу есть в одиночестве. Может, составите мне компанию?

Девушка лишь слегка опустила подбородок. Когда она улыбалась, у нее появлялась ямочка на левой щеке. Едва заметное «да». И все-таки, это «Да».

Цветы для Ольги

Наступивший вечер был долгим и теплым. Как старшеклассники, Дима с Ольгой бродили по вечерней Москве, и люди, шедшие им навстречу, почему-то улыбались, хотя каждый, кто хоть раз присматривался к выражениям лиц москвичей, знает: заставить горожанина усмехнуться может только редкостно хорошая погода да наблюдение за большим породистым псом, бережно ведущим маленького двуногого хозяина на прогулку.

Дима рассказывал страсти, пережитые им в командировке, всячески сгущая краски вокруг безобидных приключений, и умалчивая о встречах, которые вспоминались без радости. Он припомнил, как по студенческому обмену ездил с друзьями в Германию, но из экономии в спальном вагоне катили только до Польши, а там маршруткой прибыли в Дрезден, и оттуда на электричке – или как там зовутся у них поезда местного сообщения – должны были добираться до Штутгарта. И все бы ничего, но только немецкие электрички так удобны и так быстро ездят, а сами студенты так умотались, что на конечной их разбудили, и из вагона без излишних церемоний выпроводили. Весь вечер они бродили по городу, попивая замечательное немецкое пиво, в поисках улицы, обозначенной на бумажке с адресом, и только в очередной раз проходя мимо вокзала, сообразили: они же в Цюрихе! А это совсем не Германия, хоть и похоже внешне…

Ольга смеялась: с ней таких приключений не случалось, и случиться не могло. Она тоже бывала в Цюрихе, но ехала именно в Цюрих, и пива пополам с водкой по пути не пила. Выпить сейчас? Прекрасная идея! Тем более что ее машина осталась ночевать на офисной стоянке. Заглянуть в гости? Нет, не сегодня.

Дима проводил девушку до подъезда. На прощание он едва прильнул шершавой щекой к ее щеке, посмотрел ей пристально в глаза и выдавил из себя чуть слышно:

– До встречи…

Ольга быстрыми шагами скрылась за темной дверью подъезда. Дима сел в такси. Назвал свой рабочий адрес. Остановился возле въездного шлагбаума.

Чтобы вызвать охранника, пришлось звонить по телефону. Услышав Димин голос, тот отпер вход и, пригнув голову, высунулся в дверной проем.

– Доброй ночи, Виталик!

– Здорово, Димон! – пророкотало как из бочки. – Чего это ты в такой час?

– Виталь, у тебя на стоянке должна машина нашей заказчицы стоять…

– Ну, одна она и стоит. Завтра суббота, все по домам разъехались. В обычный день, если пробки, так многие домой на метро едут…

– Стоит, говоришь… А если я тебя попрошу?

– Проси! – осклабился охранник, сверкнув зубами. – Когда я тебе отказывал?

– Я сейчас цветов куплю, они у тебя ночь перестоят в сторожке… Воды есть во что набрать-то?

– Для тебя – найду.

– Спасибо. В общем, как утро настанет, ты ей этот букет на лобовое стекло, за дворник, положи… Хорошо?

Охранник громко рассмеялся:

– А что цветы от тебя – говорить? А то она еще меня обнимать бросится!

– На тебя, Виталик, только Валуев броситься может. И то, если не испугается…

Довольный охранник загоготал: внешне он был действительно страхолюдиной, и смягчить впечатление никак не старался. При этом женат был, по слухам, на миниатюрной красавице, жил где-то за МКАДом, а дочек, чтоб не обижали в школе, иногда встречал после занятий. Помогало…

– Ну, ты езжай, я жду. Только слышь, Дима, мож, не будем цветы к машине пришпиливать? Тачка-то дорогая…

– Круче директорского «Кадиллака»?

– А я знаю? Во всяком случае, не дешевле… «Бентли Асур».

– «Азур», Виталик… «Бентли Азур». Пожалуй, ты прав… Но цветы-то все равно передашь?

– Не вопрос! Передам, конечно. Скажу, от школьника одного…

Дима вернулся в такси и велел ехать до первого цветочного магазина. На душе было легко. Почему бы не сделать девушке приятное? В конце концов, благодаря ей день вышел радостным. Просто знак благодарности.

– Молодой человек, цветы будем брать?

Он очнулся от мыслей.

– Да-да. Розы, пожалуйста, – Дима махнул в сторону большой вазы с красными бутонами.

Продавец, усталый седовласый грузин, принялся доставать цветы из воды.

– Сколько?

Дима смотрел на розы и вдруг ему вспомнилась улыбка Ольги. Эта озорная ямочка на щеке. И чуть заметный кивок подбородка.

– Нет. Не то. Не розы ей понравятся. Не холодная красота с шипами. Что-то другое.

– Подождите. Лучше мне вон тот букет, – Дима показал на белые цветы, похожие на ромашки, только меньше и элегантнее.

– Эти? Сколько?

– Много. Давайте все.

Грузин выудил из вазы охапку пушистых цветов, со стеблей на пол капала вода. Дима ощутил удивительный запах. Он не знал, как его назвать, запах какой-то чистоты и свежести. Ему вдруг вспомнились крахмальные простыни, на которых он так любил валяться в детстве.

Отдавая охраннику букет, Дима вспомнил его слова насчет автомобиля Ольги. «Бентли». Интересно, откуда у девушки с такими копеечными заказами такой автомобиль? В голову ему пришло сразу несколько возможных вариантов, и ни один из них ему не понравился. Он поспешил переключиться на другую тему. В конце концов, какая разница.

Оля

Оля росла смышленой и послушной девочкой. Домашние задания делала, иностранные языки учила, немножко занималась музыкой, с подружками гуляла только до темноты. В институт поступила без труда, хотя прикладная математика – не самое простое направление.

Работать Оля начала еще на первом курсе. Фирма, куда она устроилась, использовала расторопную девчонку на «подай-принеси». Однако очень скоро Оля проявила себя как девушка неглупая и невредная. Схватывала все на лету. Учась на программиста, не гнушалась отыскать ошибку в бухгалтерском плане счетов – и, по совету главбуха, окончила бухгалтерские курсы.

Преподаватели курсов – а в ту пору не гнушались подобной подработкой и серьезные специалисты – узнав, что учиться к ним устроилась математик, единогласно заявляли: лучшие бухгалтеры – это дипломированные математики. Оля улыбалась, слушая их, но задачи решала действительно лучше всех, и баллы на экзаменах получила самые высокие.

На работе Оля помогала всем. Если уборщица затевала генеральную уборку, Оля бралась натирать спецсоставом листья фикуса, чтобы блестели – а их на дереве насчитывалось шестьсот пятьдесят семь штук… При этом никому не завидовала, в распространении жгучих сплетен и ошеломительных слухов участия не принимала. Довольствовалась той зарплатой, которая ей была положена руководством, и о прибавках не просила даже тогда, когда производственные планы строились уже отчасти в расчете и на нее.

С боссом была накоротке – равно, как и с уборщицей. Он относился к ней как к дочери – но только на первых порах… А после применил обаяние, чтобы понравиться девушке. Он, конечно, был немолод, но выглядел солидным мужчиной. Так что ничего удивительного не было в том, что вскоре Оля им увлеклась.

Однако, никаких бурных романов офисные поборники добродетели – а кому не известно, какие чудеса шпионажа они порой совершают? – обнаружить не могли. Тайная страсть, яркая и захватывающая, захватила обоих. Для Оли это была первая настоящая любовь. И он в ней души не чаял…

Время шло, отношения становились все ближе. Он пытался делать ей подарки, подчас дорогие – она отказывалась. Он настаивал – она обижалась.

– Тогда так, – сказал он однажды. – Когда-нибудь мы расстанемся. Неважно, по какой причине. Я, даже если буду огорчен тобою…

Тут Оля подняла брови: она его так любит, так ему верна – как она может огорчить своего любимого человека?

Но он продолжил:

– Я, даже если буду огорчен тобою, хочу знать, что твое будущее обеспечено. На твое имя в Швейцарии будет открыт вклад. Хочешь – пользуйся деньгами. Не хочешь – пусть капают проценты. Детям твоим достанутся… Единственное, что требуется от тебя – побывать там вместе со мной, чтобы впоследствии у банкиров не возникало сомнений.

Оля согласилась. В конце концов, платить или не платить за любовь – личное дело каждого. Если ему так хочется уплатить – пускай. Она к этим деньгам не прикоснется. И они поехали в Цюрих. Случилось это много позже случайного Диминого пребывания в этом городе. Швейцария Оле, бывавшей только в Турции да в Египте, понравилась чрезвычайно. Взятая напрокат машина – мощная, стремительная, открытая – катала их по Европе, позволяя не замечать границ и не обращать внимания на расстояния. В восточной Франции Олю кормили страсбургским пирогом, который оказался изумительным паштетом, запеченным в тесте. Северная Италия порадовала ее кальмарами, зажаренными в кляре. В Германии Оля побывала в музее часов-ходиков. Надо же! А ей-то казалось, что домик с белочками на циферблате и цепью с шишками – чисто русское изобретение.

Открытый роскошный «Бентли», в котором они путешествовали по Европе, был выкуплен и переправлен в Москву для Оли. В скором времени судьба предпочла совершить куда более крутой поворот. В августе босс заболел. Его срочно госпитализировали, увезли в Швейцарию. Вести шли неутешительные, и Оля сдерживалась изо всех сил, чтобы не расплакаться в трубку… Такие болезни в таком возрасте не лечатся, сетовали врачи. Но мы попытаемся купировать некоторые симптомы…

– Что делать, милая, – бодрился босс. – Меня может спасти только возвращение молодости. Но это – чудо, а чудес не бывает. Хотя, знаешь, несколько раз в жизни я отмечал – честно говорю, не шучу: люди, за судьбой которых я следил, внезапно становились моложе. Нет-нет, в продажу души дьяволу я не верю! Но телом каждый из этих внезапно помолодевших и вправду делался моложе…

И босс приводил имена и фамилии людей знаменитых и не очень, живших совсем недавно и довольно давно, и действительно проживших жизни долгие, счастливые… Значит, есть такая возможность? Но где? Искать Оля начала наугад. Она перешерстила весь Интернет. И отыскала много неожиданного…

* * *

В отчаянье Оля захлопнула ноутбук и отшвырнула мышку. Черт знает, как эти хакеры обходят парольные барьеры! Бьется она, бьется – и все как горох об стену! Выхода нет. Нужно нанимать кого-то из специалистов.

Оля встала из-за стола, потянулась, и пошла на кухню: ставить кофе. Легко сказать – нанимать. Кого? С учетом сложности задачи, привлекать нужно из самых-самых. При этом самые-пресамые наверняка уже давно привлечены по нескольким статьям… Сливать же информацию беспринципной школоте не хотелось…

Девушка отмерила две ложечки кофе, смешала их с ложечкой сахара, капнула сливок. Теперь смеси нужно дать постоять: густой сахарный сироп и сливки впитают самые летучие ингредиенты. Пить такой кофе – ни с чем не сравнимое удовольствие.

Стоп-стоп… В годы учебы – Оля это отчетливо помнила – ходила громкая слава о двух хакерах, а именно о Чейзе и Школьнике. Поговаривали, что Школьник – это не просто никнейм, это – фамилия! Но не мог же хакер прятаться за свою же собственную фамилию? А почему бы не попробовать? Кто ж заподозрит зловредного умника в заурядной тупости? Носишь фамилию Иванов – возьми ник Иванов и упорно отрицай свою причастность к информатике. И все шито-крыто!

Оля осторожно сделала глоток. Кофе удался. Потом подняла трубку и набрала номер справочной службы. Вскоре она звонила уже в Banking Security Со. Через неделю после принятия заказа директор пригласил Олю для уточнения задач с программистами. Чтобы к девяти быть во всеоружии женской красоты, девушке пришлось встать пораньше… Без десяти девять ее «Бентли» въехал на стоянку у офиса. Директор, сама любезность, дожидался в фойе. Девушке даже не пришлось выписывать пропуск: подготовленный еще вчера, он был подан с полупоклоном. Ей даже немножко неловко стало – они все стояли и стояли у лифтов, и никуда не ехали, и никуда не уходили. Наконец, директор перестал нести обязательную в беседе с дамой чушь.

– Дмитрий Сергеевич! – громко сказал он. – Уделите минуту!

Молодой человек, к которому он обратился, резко остановился. По всему было заметно, что тот удивлен. Видимо, руководство фирмы предпочитало встречаться с подчиненными в кабинетах, с непременным и срочным вызовом через секретаршу. Оля присмотрелась к подошедшему. Не мальчик… Строен, сухощав, улыбчив. Брюки сидят как влитые, и наглажены – правда, не вчера. Видимо, сам старался: если б мама, то стрелки были бы бритвенно остры. Смотрит на директора с удивлением, но без малейшего подобострастия. Ты не в Мадриде, дружок, у нас за подобную вольность обычно выгоняют! Но – ведь не выгнали до сих пор? Значит, ценят…

– Ольга Игоревна, – склонился директор в полупоклоне, – позвольте представить вам нашего ведущего программиста, Дмитрия Сергеевича.

Сдержанно улыбаясь, девушка кивнула молодому человеку.

– Полагаю, – продолжил директор, приняв позу градоначальника из «Ревизора», – вам будет удобнее выяснить все производственные вопросы непосредственно у компьютера? Мы уже сделали предварительные прикидки. Заказ, конечно, невелик, но ответственен. Однако Дима, я полагаю, справится с ним быстро…

– О чем речь? – вскричал ведущий программист, и Оля заметно вздрогнула. – Лучшие ресурсы нашего скромного предприятия – к вашим ногам!

Он вдруг упал на колено, наклонил голову и простер правую руку ладонью кверху. Левой же он стал делать решительные жесты в сторону директора, приглашая того поклониться «прекрасной даме».

Оля едва удержалась от хохота – так комичен был директор, мгновенно покрасневший, вспотевший и обескураженный.

– Кг-х-м… – пробурчал начальник. – Дмитрий Сергеевич, уважаемая Ольга Игоревна, хоть и паясничает, специалист хороший.

Хороший специалист будто ждал:

– А то! – вскочил он и принялся вдохновенно врать. – Образование классическое: латынь, греческий, турбо паскаль… Считать могу непрерывно, а могу и дискретно, причем в уме.

Впервые за несколько недель Оле стало смешно. Насупленный как индюк директор пропустил Диму с Олей в лифт и нажал кнопку.

– Это я к тому паясничаю, – глядя в глаза девушке, стал объяснять Дима, – чтоб вы себя чувствовали у нас свободно и комфортно: пожелаете чаю, кофе – так и говорите, организуем!

Директор вышел из лифта первым. Оля и Дима поехали дальше.

– Школьник, – продолжил Дима, – это мой крест, с гордостью несомый от самого рождения. Фамилие такое, как выражался кот Матроскин, понимаете? А по совместительству – мой ник в Интернете. Не приходилось встречать?

– К сожалению, нет, – мотнула головой Оля и почувствовала, что краснеет, сказав неправду.

– Жаль. Очень жаль! Вы много потеряли, – как будто даже разочаровавшись в гостье, произнес спутник. – Идемте! Наш этаж. А заказик-то ваш уже почти готов, – добавил он уже без ерничества. – Процентов на восемьдесят сделан…

Оля изумилась. Да ведь договор о его выполнении подписан только вчера!

– Как? – недоумевая, проговорила она и вдруг поняла, что идущий рядом человек – именно тот, кто ей нужен, и что судьба никогда не бывает слепа, и что все у нее теперь получится.

– Ну, как? – ответил Дима. – Вы когда присылали файл техзадания на ознакомление?

– Неделю назад… Ваш директор просил несколько дней на знакомство с задачей… – Оля говорила, а сердце у нее пело: господи! Неужели? Неужели, господи?

– Ну вот, я посмотрел, – как ни в чем не бывало, рассказывал Дима. – Мне ваше задание показалось интересным. Директору сказал, что сделаем. Кое-какие наработки на эту тему имелись. Ну и в свободное от работы время сделал.

– Но если так, – ошеломленно проговорила Оля, – зачем же мы поднялись?..

Впрочем, задав этот вопрос, Оля прекрасно понимала, зачем они поднимаются в кабинет. Наверняка Дима смог бы и сам справиться с завершением работы. Но хотелось ему – с нею…

– Во-первых, необходимы уточнения. Во-вторых… вами сколько времени отведено на решение этой проблемы?

– Не горит…

– Прекрасно! – Дима отпер дверь. – Тогда я буду ходатайствовать, чтоб часть высвободившегося времени вы провели со мной. Молчите! Давайте сначала посмотрим на материалы.

Угадал! Она ведь действительно хотела тут же отказать ему! Хотя где-то глубоко внутри себя чувствовала: встретиться с этим мужчиной еще раз – ей хочется… А может, и не раз.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю