Текст книги "В кругу врагов (ЛП)"

Автор книги: Гарри Конолли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 18 страниц)

Он также рассказал мне, что настоящее имя Линена, Стив Франсуа, что он унаследовал свои деньги от каких-то южноамериканских бумажных фабрик и банков в Техасе. В основном от банков. Стиву нравилось иметь в подчинении крутых парней, а Уорделл был бывшим заключенным и играл в Национальной футбольной лиге, так что его взяли на работу.

Я даже представить себе не мог, почему Арно выполняет поручения такого человека, как Франсуа.

Мне больше нравился Уорделл, когда он не пытался изображать из себя альфа-самца, но и тогда он был не намного лучше. Даже избавившись от своей агрессии, он все равно был достаточно высокомерен, чтобы считать, что он должен доминировать в разговоре. Я уже хотел заставить его сдаться полиции, но он сказал, что дома его ждет жена, которая пока его поддерживает.

– Она хочет, чтобы я ходил на курсы по управлению гневом, – сказал он.

– Почему ты этого не сделал?

– Я не хотел, – ответил он. – Извини за пуговицы на твоей рубашке. Хочешь, я попрошу ее пришить их обратно? Я думаю, она бы пришила.

Я опустил глаза. Он оторвал пуговицу от моей рубашки, вторую от топа.

– Нет, спасибо, – сказал я, стараясь быть вежливым из-за призрачного ножа, и мне не хотелось брать у него что-нибудь еще. – Ты ее бил?

– Нет! Я бы никогда не ударил свою даму. – Казалось, он искренне удивился моему вопросу.

– Хорошо. Тебе следует последовать ее совету. – Я вспомнил, как просыпался среди ночи от ночных кошмаров. – Если ты не в себе, тебе следует обратиться за помощью.

Я подъехал к обочине на углу возле "Комнаты снежного человека" и вылез из машины. От долгого сидения у меня затекли ноги и спина. Я был рад, что Картошка и его люди наносили большинство ударов в грудь и живот, где я был защищен. Моя машина все еще стояла там, где я ее оставил.

– Спасибо, что подвез, – сказал я.

Уорделл забрался на водительское сиденье. Он был крупным парнем, но достаточно гибким, чтобы справиться с управлением, не сбив рычаг переключения передач.

– Спасибо, – поблагодарил Уорделл. Я захлопнул дверцу. Он включил поворотник и влился в поток машин.

Я смотрел ему вслед, размышляя, что бы я мог сделать, если бы мой стресс стал настолько сильным, что я потерял над собой контроль. Не терапия, как только я заговорил о хищниках, психотерапевт решил бы, что я брежу. И если бы психотерапевт узнал о людях, которых я убил …

Это не имело значения. Ничто из этого не имело значения.

Уорделл скрылся в потоке машин, а я перешел дорогу и вошел в "Жареный тюлень". На полу все еще лежали опилки, а помятый парень все так же сидел за барной стойкой с пивом и чашкой кофе.

Арне сидел в той же кабинке. Он стучал по клавиатуре другого ноутбука.

Я двинулся к нему, вытянув руку, чтобы преградить путь Ленарду, когда обогнул барную стойку.

– Опять меня обыскивать будешь?

Ленард захлопнул дверцу маленького шкафчика и повернул кодовый замок. Затем он взглянул на Арно. Тот пожал плечами. Ленард попятился к кабинке, и язык его тела говорил мне, чтобы я не приближался.

– Надеюсь, – сказал Арно, – ты не злишься, что я свалил, не сказав тебе, что к чему, и не интересуясь, как у тебя дела.

И это была правда. Я не злился. На самом деле я ожидал, что он бросит меня где-нибудь по дороге, вот почему я протянул руку за ключами от "Лендровера", когда Арно попросил меня сесть за руль. Одно дело, застрять в Бель-Эйр, и совсем другое, посреди пустыни.

– Уже купил себе новый?

– О нет. Это мой настоящий компьютер. Тот был для работы, на всякий случай.

– Арно, что случилось с Мелли? Что случилось с тобой?

– Минутку. Я занят. – Он повернулся к компьютеру и начал печатать.

– Чем ты занят? – Мой голос прозвучал резче, чем я хотел. Я хотел сказать еще что-то, но все, что приходило мне в голову, звучало нелепо.

– Разрушаю жизнь человека, – ответил он. – Рэй, что ты знаешь о порно в Интернете?

– В Интернете есть порно?

Арне громко рассмеялся, и я почувствовал, как напряжение в комнате спало. Мне нужно было, чтобы он был на моей стороне, но я почему-то разучился располагать к себе людей.

– Мне больше всего нравится, когда люди создают свои собственные и выкладывают их в Интернет. Это безумно популярно, даже несмотря на то, что большая часть контента, это видео, которые какой-то чувак снял с проституткой, или сообщения о мести тех, кого недавно бросили. Иногда это еще более странно. Зацени.

Он повернул ноутбук ко мне. Воспроизводилось видео, и мне потребовалось некоторое время, чтобы понять, что это то же самое видео, которое я видел в доме Франсуа. За исключением того, что кто-то добавил к нему таймер.

– Почему здесь... – Тогда я понял, почему. К тому времени, как счетчик дошел до 27, Франсуа закончил.

– Видишь ли, у Франсуа где-то есть жена, на Парк-авеню или где-то еще, и она специалист по судебным спорам. Весь ее клан. Как только об этом видео начнет распространяться слух, у него на руках будет очень дорогостоящий развод. Плюс двадцать семь секунд.

Он снова повернул ноутбук к себе. Послышалось звяканье ключей, и я заметил, что сбоку от машины болтается его большое кольцо для ключей. Арно потянул за него, извлекая карту памяти и убирая ее в карман. Должно быть, он сразу же нашел DVD в "Бугатти", скопировал файл по дороге в город и вернул диск на место.

Но это была его сделка. У меня были другие проблемы.

– Арно, Мелли сказала, что ты умер. Она сказала, что тебя убили и это моя вина.

Арне пристально посмотрел на меня. Вот оно. Он вот-вот сломается и даст мне то, что мне нужно.

– Ну, он же был твоим приятелем, да?

У меня не было приятелей. Больше нет.

– Кто?

– Уолли Кинг.

О боже. Уолли, мать его, Кинг.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Ленард тронул Арно за плечо, как будто только что увидел то, чего они оба ждали.

–Придержи эту мысль, – сказал Арно.

Я услышал за спиной шарканье ног. Арно посмотрел на пол позади меня. Я обернулся, но там никого не было.

Тяжелый металлический баллончик с лязгом упал у моих ног и издал влажное шипение. Облако слезоточивого газа окутало мои ноги.

Я обернулся, чтобы предупредить Арно, но его уже не было в кабинке. Я закрыл рот и зажал нос рукой, прежде чем уловил запах, а затем пнул его ногой в сторону входной двери. Черт, уже было жарко, я чувствовал его тепло на своей лодыжке. Он ударился обо что-то на полу, чего я не мог разглядеть, и отлетел в сторону Помятого парня.

Я закрыл глаза как раз в тот момент, когда началось покалывание. Что-то пронеслось очень близко от меня, и началась стрельба.

Я упал плашмя на пол. Татуировки на моей груди и внешней стороне предплечий защищены от пуль благодаря заклинанию "Извилистый путь", но моя голова, спина, ноги и бока были полностью открыты. Выстрелы раздавались очень громко и очень близко, но в меня никто не попал.

Я вслепую пополз к пожарному выходу. К моей коже прилипли опилки, а грудь сдавило. Я не мог нормально дышать, и кислород был на исходе. К счастью, стрельба уже прекратилась. Чтобы разрядить магазин, требуется совсем немного времени.

Я услышал звуки, когда из пистолетов вынимали обоймы и вставляли их обратно. Стрелявших было по меньшей мере двое, и теперь я был уверен, что они где-то рядом. Кто-то хрипел и давился газом, но не похоже, чтобы кто-то был рядом со мной. Были ли бандиты в масках?

Я был уверен, что они могли меня видеть, газ не мог быть таким густым, и я ожидал пули в спину. Я надеялся, что у них хватит совести выстрелить мне в голову, по крайней мере, это было бы быстро.

Но я продолжал ползти, а пуля все не прилетала. Наконец я добрался до стены и, протянув руку вправо, нащупал дверной проем. Арно был прав насчет моего чувства направления. Дверь была открыта, но едва я переступил порог, как она захлопнулась, ударив меня по голове и заставив задохнуться.

Я пополз по переулку, задыхаясь от едкого слезоточивого газа, который вдохнул. Я не знал, тяжелее ли он воздуха, но мне хотелось встать на ноги. Я поднялся и наткнулся на мусорный бак. Пора было рискнуть, и я открыл глаза.

Они тут же начали гореть. По щекам потекли слезы, и я никак не мог перестать кашлять.

Арне и Ленарда там не было, но следом за мной в дверь вывалился Румпель. Он кашлял так сильно, что я испугался, как бы его не скрутила судорога.

Глаза жгло все сильнее, как будто слезы смывали химикаты внутрь, а не наружу, но Румпелю было еще хуже. Он все повторял:

– О боже! Боже! – между приступами кашля.

Мы были беспомощны. Если бы стрелки из бара вышли сюда, они могли бы пристрелить нас, не сбавляя шага. Конечно, они могли сделать это и внутри.

Я поморгал сквозь слезы и увидел, как невысокая худощавая фигура сбила Румпеля с ног. Вторая фигура, покрупнее, подошла ко мне вплотную.

– Так-так, – протянул он. – Да это же старина Рэй Лилли собственной персоной. Как поживаешь, Рэймонд?

– Бад? – спросил я, узнав его голос. – Кто-то только что пытался убить Арно. Правда, я не видел кто. Он здесь?

– Я не вижу Арно, – ответил Бад. – Должно быть, он смылся.

Снова.

Я почти услышал улыбку в голосе Бада. Я моргнул, чтобы прояснить зрение, и это немного помогло. Стройная фигура двинулась к нам.

– Он ушел, – сказала она. – Нам тоже пора идти.

Это была Саммер, еще один член команды Арно.

Бад и Саммер схватили меня за рукава и повели по переулку к тротуару. Я позволил им. Хотя я мог видеть, едва, но видел недостаточно хорошо, чтобы вести машину. А у меня все еще текли слезы, из носа текло, и я все еще пытался сморгнуть боль. Если бы копы нашли меня здесь, они бы схватили меня прямо на улице.

Я слышал, как Бад уверял прохожего, что мне только что разбили сердце. Я не знал, куда мы направляемся.

– Кто-то пытался убить Арно. Мы должны его найти.

– О, мы обязательно его поищем, – сказал Бад.

Что-то было не так. Бад и Саммер были частью команды Арно, так же, как Ленард, и так же, как когда-то я, но сейчас они вели себя слишком непринужденно.

Меня охватило дурное предчувствие. Я повернулся к Саммер. Она отрастила волосы так, что они почти достигали плеч. Ее лицо было широким и загорелым, а бледно-голубые глаза из-за жары казались угрюмыми. Ее спортивная рубашка без рукавов была влажной от пота и свисала поверх шорт с эластичным поясом. Была ли она одной из стрелявших? Она, конечно, могла прятать оружие за спиной, но и противогаз? Я в это не верю.

Бад был таким же. На нем была свободная футболка поверх шорт с поясом, и, хотя он срезал свою майку, на нем все еще был этот дурацкий галстук-боло. Он мог прятать пистолет за поясницей, или возможно, под растущим пивным животом, но не противогаз.

Арне научил их не оставлять ничего подобного прямо на месте преступления, поэтому я решил, что стреляли не они. Конечно, они могли быть наблюдателями или подкреплением.

– Куда мы идем? – спросил я.

– Слезоточивый газ токсичен, – сказала Саммер. – Дальше по улице есть "Ральфс". Мы купим там кое-что полезное.

– В супермаркете? Откуда ты знаешь... – Приступ кашля оборвал мой вопрос, и капля пота, выступившая на лбу, внезапно ослепила мой правый глаз.

– Ты серьезно спрашиваешь, откуда я знаю, что делать со слезоточивым газом?

Я совсем забыл, что родители Саммер хиппи, которых она терпеть не могла, участвовали в десятках уличных акций протеста на протяжении многих лет, а сама Саммер, вероятно, несколько раз принимала эту дозу.

– Тогда мы уйдем отсюда, – добавил Бад. – Робби наверняка захочет с тобой поговорить.

Робби был заместителем Арно, и мы всегда хорошо ладили, на самом деле, лучше, чем я когда-либо с кем-либо ладил. Я тоже хотел с ним поговорить.

Но сначала мне нужно было сбежать от Бада и Саммер. Арно произнес имя Уолли Кинга, и это означало, что происходят плохие вещи. Именно из-за него я оказался в Обществе Двадцати дворцов. Книга заклинаний, которую он украл, хищники, которых он вызвал, и смерти, причиной которых он стал почти два года назад, разрушили мою жизнь.

Мне нужно было позвонить в Общество, и сделать это наедине. Эти ублюдки серьезно относятся к своей секретности. И мне нужен был мой босс. Мне нужна была Аннализ. Я не хотел снова встречаться с Уолли Кингом без нее.

– Мы припарковались прямо здесь, на стоянке, – сказал Бад, когда мы завернули за угол. Я моргнул, чтобы глаза снова прояснились, и увидел поле из цветного металла, сверкающее на солнце. Они подвели меня к белому пикапу и усадили на калитку.

Саммер отошла от меня.

– Приятель, зайди внутрь и возьми то, что ему нужно.

– Ты уверена? – спросил он, как будто нервничал из-за того, что оставил ее со мной.

– Иди.

В ее голосе звучало раздражение. Он ушел.

Я покосился в ее сторону. Я хотел уединиться, чтобы позвонить, но она, похоже, не была готова мне это предоставить.

– Я рад, что вы с Бадом все еще вместе, – сказал я.

– Мы теперь женаты, – ответила она ровным голосом.

– Это здорово. – После этого разговора нам некуда было деваться, поэтому он просто продолжался. Теперь, когда мы перестали двигаться, мои глаза начало щипать еще сильнее. Я поднял руки, чтобы потереть их, но передумал. – Мне нужно позвонить, – сказал я. – Наедине.

Она не пошевелилась.

– Кому?

– Никого, кого ты знаешь. – Поскольку она не собиралась уходить, я спрыгнул с ворот и пошел вдоль грузовика к стене. Затем я направился к тротуару.

Она поплелась за мной.

– Подожди у грузовика, Саммер, – сказал я. – Я не шучу. Это личный разговор.

– Ты ведь вызываешь полицию, не так ли?

Я машинально выругался на нее. Если она меня за такого приняла, то ей нельзя доверять. Это было то же самое, что сказать, что мы враги.

Моя реакция, должно быть, немного смягчила ее. Она обиженно отступила назад, но не потому, что боялась меня. Я никогда не видел, чтобы она кого-то боялась.

Молодая мать направилась ко мне, проталкивая свою детскую коляску через узкое пространство между побеленной стеной и припаркованными машинами. Я обошел ее и посмотрел в сторону грузовика.

Саммер там не было. Я оглядел парковку и заглянул в грузовик. Ничего. Я опустилась на землю и заглянула под машины. Снова ничего. Она исчезла.

Я вышла на тротуар, лавируя между машинами, которые заезжали на парковку. Магазин был слишком далеко, чтобы она могла зайти внутрь, но где же она? Мне не нравилось, что она словно растворилась в воздухе в десяти футах от меня. Прямо как Карамелла. Неужели она телепортировалась куда-то далеко? Куда?

Даже сейчас, с приближением вечера, шум машин не стихал. Я зашел на автобусную остановку, чтобы хоть немного побыть в тишине, и достал телефон. На нем были кнопки быстрого набора, но ни на одной из них не было нужного мне номера. Он был только в моей памяти.

Набирая номер, я нервничал. Что-то было не так, но я не мог понять, что именно. После четырех гудков трубку взяли.

– Привет? Это Мариана. – У нее был акцент, который я не смог определить, но я никогда не был силен в акцентах.

– Это Рэй Лилли. Мне нужен мой босс.

– Мистер Лилли, вы не должны так обращаться с этой просьбой. Что за ситуация?

Я знал, что нарушаю правила, но мои инстинкты звенели, как пожарная сигнализация, и я не мог их игнорировать.

– Я не могу обсуждать это по телефону.

– Мистер Лилли, – сказала она тоном, в котором слышался упрек, – надеюсь, вы не звоните из небезопасного места?

– Учитывая то, что я здесь увидела, я не думаю, что безопасное место возможно.

– Я понимаю. – Она перестала браниться. – GPS-навигатор в телефоне сообщил мне ваше местоположение. Приходите на это место в это время каждый день в течение следующих четырех дней. – Я взглянул на часы. Было чуть больше половины восьмого. – Вас встретят.

Она повесила трубку, и я тоже. Рядом со мной был контейнер для мусора, но я должен был выбросить телефон туда, где его никто не заметит. И хотя я никого не видел поблизости …

Я взмахнул правой рукой и ударился обо что-то невидимое в футе от своего локтя. Это было липко, как пощечина Карамеллы. Я услышал шипение и шарканье ботинок по бетону.

Я схватил невидимую фигуру, толкнул ее к скамейке и сбил с ног. Она внезапно потемнела, превратившись в очертания с туманной чернотой внутри, такой же, как и Пустые пространства.

Черт. Так оно и было. Я смотрел в Пустоту.

Я бы запаниковал, если бы у меня было на это время, но видение внезапно исчезло, и я схватил Саммер за плечи. Она смотрела на меня диким, угрожающим взглядом.

– Отпусти меня, Рэй, – сказала она и схватила меня за запястье голой рукой. От ее хватки у меня зачесалась и запылала кожа.

Я рывком поднял ее на ноги и развернул. Она пыталась сопротивляться – а она была сильной, – но не такой сильной, как я. Я вытащил пистолет из-за ее пояса и похлопал по карманам ее спортивных шорт. Они были пусты.

Мне невыносимо хотелось бежать, но я знал, что это бесполезно. У них все еще был пикап Бада.

– Не подходи, Саммер. – Я тяжело дышал. Я едва узнавал собственный голос. – Не совершай еще большую ошибку, чем та, что ты уже совершила.

Я попятился к парковке, держа ее на прицеле. Мысли лихорадочно метались в голове. Поблизости не было других пешеходов, но кто-то из проезжающих мимо мог увидеть меня и вызвать полицию. На мгновение я попытался представить, что буду говорить, если к обочине вдруг подъедет патрульная машина, но не смог сосредоточиться на этой мысли.

Саммер стояла на автобусной остановке, опустив руки, и смотрела на меня. Я бросился обратно на парковку.

Бад стоял возле своего пикапа и высматривал нас. В руке у него был небольшой пакет. Я подбежал к нему. Заметив меня, он похлопал по кузову пикапа.

– Сюда, Рэй. От тебя воняет. Мы как можно скорее помоем тебя и переоденем, но сначала, – он поднял пакет, – мы смешаем это и…

Я подошел к нему, и он увидел в моей руке пистолет.

– Дай мне ключи, Бад.

Его добродушная ухмылка сменилась разочарованием.

– Я думал, ты завязал с угоном машин.

– Отойди. Не трогай меня. Дай мне ключи. Я оставлю твой пикап в нескольких кварталах от "Комнаты снежного человека", но никуда с тобой не пойду. И не трогай меня. Понял? Не трогай меня! Я никуда с тобой не пойду!

– Не психуй, Рэй. Ладно? Нет. Вот то, что тебе нужно для кожи. – Он бросил пакет с продуктами на пассажирское сиденье. – Просто смешай в пропорции один к одному. И не поцарапай мою машину.

 Он положил ключи на капот.

Пока он отъезжал, я их подобрал. Я думал о том, где сейчас Саммер, надо было заставить ее поехать со мной. Надо было сделать так, чтобы она оставалась на виду. Я представил, как она стоит у меня за спиной с ножом в руке. Я представил, как острие вонзается мне в шею или в почку, и по коже побежали мурашки. Я тяжело дышал, и хотя все было по-другому, мне хотелось закричать так же сильно, как в ту последнюю ночь в Уошэуэе, перед тем как началось убийство. Мой палец напрягся на спусковом крючке.

Нет. Нет, я не собирался стрелять в Бада. Я контролировал себя. Я все контролировал.

Я забрался в пикап. Бад стоял, опустив руки. Если он был одним из тех, кто стрелял в "Комнате снежного человека", а я был почти уверен, что так оно и было, то у него был при себе пистолет, который я забыл забрать. Я облажался, и это могло стоить мне жизни. Либо так, либо мне придется его убить. К этому я был не готов. Я завел двигатель и рванул с места.

Бад тихо сказал:

– Знаешь, мои ключи от квартиры на том кольце.

– Это в нескольких кварталах отсюда, – ответил я, борясь с желанием бежать, бежать, бежать. – Ты облажался, Бад.

– Робби все равно захочет с тобой поговорить.

– И я хочу с ним поговорить, – сказал я и выехал со стоянки. Саммер стояла у входа и бесстрастно смотрела на меня. Она все еще была там, когда я выезжал на дорогу.

Я заставил себя сделать несколько глубоких медленных вдохов. Я посмотрел на свое запястье. Кожа в том месте, где ее коснулась маленькая рука Саммер, покраснела и воспалилась.

Мне в голову пришла идея, и я поднял руку, чтобы посмотреть на нее в зеркало заднего вида, когда остановился на следующем светофоре. На мне была рубашка-хенли с тремя пуговицами на воротнике, без воротника, с рукавами чуть выше локтя. И Саммер, и Бад схватили меня за руку в том месте, где ее прикрывал рукав, но я не заметил, чтобы с моей одеждой что-то произошло. Она не стала липкой, не обесцветилась и не начала медленно растворяться.

Загорелся зеленый, и я поехал дальше. Может ли Бад становиться невидимым? Я не видел, чтобы он это делал, и не прикасался к его коже, но что-то в его поведении, как будто он ожидал моей реакции, просто не думал, что она проявится так быстро, наводило на мысль, что это возможно.

И еще Карамелла. Я думал, что после той последней неудачной попытки ударить меня она телепортировалась из моей комнаты, но, возможно, она задержалась, чтобы посмотреть, как я сплю.

От этой мысли меня пробрала дрожь, и я чуть не проехал на красный свет. Но все же заставил себя успокоиться. Картофельная Морда и его люди не вызывали у меня такой реакции, когда окружили меня, но с чего бы? Они же были людьми. Они могли только убить меня.

Когда светофор переключился, я припарковал грузовик. Я был всего в полутора кварталах от "Комнаты снежного человека", и этого было достаточно. Мне не хотелось садиться за руль грузовика Бада, когда очередная капля пота могла меня ослепить.

Я стер свои отпечатки с пистолета Саммер. В этом не было необходимости, заклинание "извилистый путь" на моей груди изменило оставленные мной улики, такие как отпечатки пальцев и ДНК, так что привязать меня к месту преступления было невозможно. Но все равно было приятно. Потом я засунул оружие под сиденье.

Я открыл бардачок. Там действительно лежала сумочка Саммер. Я порылся в ней. Косметики не было, единственное, что роднило ее с матерью, это нежелание краситься. Там была записная книжка и кошелек с небольшой суммой наличных. Я хотел забрать деньги, чтобы проучить ее за то, что она связалась с магией, но не стал. Урок еще не начался.

Я взял ее записную книжку. Открыл на букве "Х" и прочитал запись о Карамелле Харрис. Она жила в Силвер-Лейк.

Оставалось сделать только одно. У меня все еще был телефон, который мне дали в обществе. Если бы я включил его и положил на заднее сиденье, общество смогло бы определить их местонахождение так же, как определило мое.

Но я этого не сделал. Риск того, что Бад, Робби или кто-то еще из команды найдет его и нажмет на повторный набор, был невелик, но я все равно не собирался рисковать. Секретность превыше всего. Я положил телефон в карман, бросил ключи под переднее сиденье и взял пакет с продуктами. Затем я вылез из машины, оставив окно со стороны водителя открытым.

Я вернулся к церкви и своей машине. Перед баром были припаркованы полицейские машины с мигалками, а на тротуаре было много желтой ленты. Я остановился на углу, чтобы немного поглазеть, в противном случае это выглядело бы подозрительно. Патрульный полицейский посмотрел на меня, затем равнодушно отвернулся.

Я сел в свою машину и уехал, прежде чем полицейский подошел достаточно близко, чтобы почувствовать запах слезоточивого газа.

Саммер и Карамелла могли становиться невидимыми. Вероятно, Бад тоже мог. Я пытался сообразить, кто еще должен быть в этом списке, но пока знала недостаточно. Я был уверен, что Арно знал об этом, даже если он не мог исчезнуть сам. Я вдруг понял, почему в комнате Снежного человека на полу были опилки.

Но это было еще не самое худшее. Хуже всего было то, как выглядела Саммер, когда сбросила свою невидимость, она была похожа на дверной проем, ведущий в Пустоту. Почти два года назад, когда я впервые столкнулся лицом к лицу с хищниками, магией, Обществом Двадцати Дворцов и всеми остальными, я произнес заклинание, которое позволило мне заглянуть в Пустоту.

Но это был всего лишь беглый взгляд. Я узнал достаточно, чтобы до смерти испугаться, но не более того. И не похоже, что Общество собиралось что-то мне объяснять, они не предлагали вечерних занятий.

Что я мало понял о Пустых Пространствах, так это то, что они окружают мир, в котором мы живем, и в то же время находятся рядом с ним. Это пустота, полная тумана и тьмы, и там живут существа.

Общество называет их хищниками, но они не похожи на животных, которых можно встретить здесь, на Земле. Они пришли из другого, альтернативного пространства, и у них своя физика и своя биология. Некоторые из них живые огненные колеса, другие рои светящихся точек, третьи огромные змеи, у которых каждая чешуйка это морда одного из их жертв, четвертые стаи движущихся поющих валунов. Когда они попадают в наш мир, то становятся "лишь отчасти реальными", как однажды объяснил мой начальник. Это магические существа, и с их помощью можно творить самые странные и опасные вещи... если призывающий сможет их контролировать.

Так что они где-то там, в этом бескрайнем пространстве, совсем рядом с нами, но не могут нас найти. И они голодны. Если позволить одному из них разгуливать по нашей планете, он будет питаться, и питаться, и питаться, возможно, призывая себе подобных, пока не останется ничего, кроме бесплодной скалы.

Насколько я могу судить, Общество Двадцати Дворцов существует только для того, чтобы выслеживать и уничтожать тех, кто призывает хищников в наш мир, а также всех, кто использует эту магию. Они также убивают хищников, когда находят их.

Но человек, вступающий в схватку с хищником, это все равно что полевая мышь, пытающаяся убить сипуху. Поэтому Общество использует собственную магию. Они не призывают хищников, магия призыва карается смертной казнью, даже для них, но, насколько я могу судить, все остальное для них не запрещено. Татуировки с заклинаниями на моем теле и призрачный нож в кармане яркие тому примеры.

Водитель позади меня посигналил, и я понял, что почти минуту простоял на светофоре, погрузившись в свои мысли. Я проехал перекресток, поморгав, чтобы прийти в себя.

И хотя прошло почти два года, я сразу узнала Пустые пространства, когда Саммер сбросила невидимость. Если она получила эту способность с помощью магии, не связанной с призывом, как у меня, это уже плохо. Общество захочет проверить ее и найти книгу заклинаний, которую она использовала. И… черт, мне не хотелось об этом думать, но они, скорее всего, убьют ее просто на всякий случай.

Когда люди узнавали, что магия существует, они часто становились одержимы властью, которую она им давала, и ради нее совершали опасные поступки, например призывали хищников, которых не могли контролировать. Я не раз такое видел, и именно поэтому так встревожился, когда Арно произнес имя Уолли Кинга. Уолли не просто призывал хищников, он убивал людей, чтобы украсть у них заклинания.

Но были ли Карамелла и Саммер его сообщницами или жертвами?

В конце концов, это могло оказаться не так уж важно. Видение Пустых пространств подсказывало, что Саммер черпает свою силу у хищника. Может быть, он поселился в ее теле, как паразит, а может, находился где-то рядом, но он был как-то с ней связан. Я видел и то, и другое. Может быть, она не знала, насколько это опасно, или даже не подозревала о его существовании.

Этого хищника, кем бы он ни был, нужно было уничтожить. Главный вопрос заключался в том, смогу ли я уничтожить его, кем бы он ни был, не убив при этом своих друзей.

Я поехал дальше на запад и свернул во второй попавшийся мне на глаза парк. Трава была буро-желтой, но какое мне было до этого дело? Я отнес пакет из супермаркета "Ральфс" на скамейку под деревом. В нем было две бутылки: литровая с водой и маленькая синяя с жидким маалоксом. Первым делом я полил водой запястье, смывая с него кислоту, которую оставила Саммер. Боль не прошла, но и не усилилась.

Потом я сделал несколько глотков воды. Жара была невыносимой, от пота щипало глаза.

Когда в бутылке с водой набралось столько же жидкости, сколько в "Маалоксе", я высыпал туда антацид и взболтал. Это сработало на удивление хорошо, и вскоре я полностью смыл с лица и рук остатки "Маалокса".

Я встал. Этого было недостаточно. От моей одежды все еще исходил слабый удушливый запах слезоточивого газа, и по коже побежали мурашки.

Я вытер лицо чистой рубашкой из сумки для прыжков с парашютом. Пустые бутылки отправились обратно в пакет из-под продуктов вместе с мобильным телефоном. Я завернул их и выбросил в мусорное ведро.

Я поехал обратно в сторону шоссе и через полквартала от съезда с него увидел мотель "Бест Вестерн". Над входом горела вывеска "Свободные номера".

От моей рубашки все еще воняло, но администратора это не волновало. Думаю, ее вообще ничего не волновало, кроме кондиционера. Я снял номер на втором этаже и поплелся наверх.

Номер был чистым и простым. Я постоял у кровати с пультом от телевизора в руке целых две минуты, пытаясь убедить себя, что мне нужно принять душ. Соблазн сесть перед телевизором и впасть в транс был так силен, что казался сродни самоубийству. Я закрыл глаза и попытался представить, как смотрю телевизор, пока хищники рыщут по городу и убивают людей. Я не мог этого сделать, как бы сильно мне ни хотелось отдохнуть. Я отнес сумку в ванную.

Я разделся и бросил одежду на дно ванны. Я взял с собой маленький флакон стирального порошка и вручную оттер пятна от пота, желудочного лекарства и слезоточивого газа. Холодная вода приятно освежала руки. Потом я повесил одежду у окна, включив кондиционер под ним.

Затем я сам принял душ. Там, где меня коснулась Саммер, кожа была красной и раздраженной. Я переключился на холодную воду. Было неприятно, но я этого хотел. Я увидел в Саммер хищника и отступил. Я должен был встать и продолжать борьбу. Я должен был терпеть.

Когда я закончил, моя одежда даже не успела высохнуть. Я достал из пакета свою последнюю чистую рубашку, белую, на пуговицах, и надел ее. Затем я посмотрел на себя в зеркало. Я больше не был похож на голодного призрака, а просто на парня, которому нужно хорошенько выспаться. По крайней мере, я вытер пот с лица. Я всегда ненавидел ощущение высохшего пота.

Я вернулся к своей машине и поехал в Силвер-Лейк, стараясь не заезжать в "Комнату снежного человека" и на улицу, где я припарковал грузовик Бада. Я не был готов снова столкнуться с ними.

Карамелла жила в маленьком домике, что меня удивило. У него была лужайка размером с две почтовые марки и много испанской штукатурки снаружи. Как и почти на каждой улице Лос-Анджелеса, дома в этом квартале представляли собой мешанину стилей, но ее дом представлял собой обычный А-образный каркас, который был отделан в стиле пуэбло. Я достал свой призрачный нож.

На подъездной дорожке была припаркована "Королла". В передней части дома было два высоких окна, и я чуть не зашел в крошечный цветочный сад, чтобы заглянуть через стекло. Было чуть больше девяти вечера, и я планировал взломать дверь и проникнуть в дом друга.

Вместо этого я сунул призрачный нож в карман и позвонил в дверь.